После завтрака Гермиона решила, что сейчас самое подходящее время, чтобы побольше узнать о домовых эльфах. Кроме того – поход в библиотеку в первый день каникул будет удачным предлогом избавиться от Рона и всех остальных и возможностью побыть наедине. И увидеть Снейпа, подсказал внутренний голос, который она решила игнорировать.
          
           - Я иду в библиотеку, - громко объявила она, выйдя вместе со всеми из Главного зала, - увидимся позже.
           - Конечно, - понимающе кивнула Джинни.
           Но к удивлению Гермионы, ни один из мальчиков не издал обычных возгласов отвращения. Вместо этого они обменялись загадочными взглядами, и Рон неожиданно сказал:
           - Мы пойдем с тобой.
           - Э-э... да, никогда не стоит упускать возможности позаниматься, - добавил Гарри.
           Гермиона прищурившись, посмотрела на них обоих:
           - С каких это пор вы перед Рождеством думаете о домашнем задании?
           - Мне кажется, ты должна радоваться за нас, - Рон бросил на Гарри взгляд с мольбой о помощи.
           Гарри поддержал его:
           - Ну да, в этом году у нас намного больше заданий. К тому же, скоро СОВы.
           Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что их внезапный энтузиазм не имел никакого отношения к СОВАм.
           - Вы что, собираетесь меня охранять? – требовательно спросила Гермиона и удовлетворенно увидела виноватое выражение на лицах мальчиков. - Из-за того, что случилось ночью?
           Мальчики переглянулись, и Рон смущенно ответил:
           - Ну ладно. Профессор МакГонагалл сказала, что тебе пришлось несладко…
           - Мы только подумали, что тебе нужна компания, вот и все. Мы не хотели тебе навязываться, - добавил Гарри.
          
           Гермиона не знала радоваться ли ей или огорчаться. Первым ее желанием было отделаться от них. Подожди-ка, сказал внутренний голос, ты что, хочешь избавиться от них, чтобы... встретиться со Снейпом? На этот раз возразить было нечего.
           - Ну ладно, ладно, - с легким сожалением согласилась она, - если хотите, можете ходить за мной по пятам. Только вам придется несладко, потому что в мои планы входит проводить очень много времени в библиотеке.
           На лицах Гарри и Рона отражались противоречивые эмоции облегчения и раздражения.
           - Хорошо, - заявил Гарри, - если мы начнем тебе надоедать, мы всегда можем уйти, правда?
           Мысль о том чтобы остаться наедине с Роном, но не с Гарри, почему-то беспокоила Гермиону. Почему? Но она просто рассмеялась:
           - Идет. Тогда следуйте за мной, мои рыцари!
           И они всей толпой вместе с Джинни направились в библиотеку.
          
          
          * * * * *
          
          
           После предъявления мадам Пинс значка префекта, Гермиона направилась прямо в Запрещенную секцию, вновь вызвав у Гарри и Рона многозначительные взгляды. Рон собирался было что-то спросить, но тут возникла библиотекарь.
           - Ученикам четвертого курса запрещено находиться здесь! - грозно взглянула она на Джинни, затем повернулась к мальчикам. - И я уверена, что вам двоим тоже.
           - Пожалуйста, мадам Пинс, - попросила Гермиона (она входила в число тех немногих учеников, которые пользовались благосклонностью библиотекарши за то, что разделяли с ней любовь к печатному слову), - они со мной, все трое.
           - Ладно, - недовольно фыркнула мадам Пинс, - может пятикурсников я и могу впустить, но вы, мисс Уизли, найдите себе другое занятие на это время.
           Гермиона бросила на Джинни сочувствующий взгляд, а мадам Пинс тем временем принялась выпроваживать девочку за пределы Запрещенной секции.
          
           - Что ты хочешь здесь найти? – шепнул Рон.
           - У нас нет никаких заданий, которые нужно делать здесь… - Гарри сделал паузу, а потом добавил: - Ты же даже не взяла с собой учебники.
           Гермиона улыбнулась, предвкушая реакцию мальчиков на свои следующие слова:
           - Домашние задания тут не при чем. Формально не при чем.
           - Формально не при чем? – Рон почесал в затылке. - Что ты имеешь в виду?
           - Это касается одной истории, которую мне рассказал профессор Снейп, - легко ответила Гермиона и принялась оглядывать ряды Запрещенных книг, ища что-нибудь о домовых эльфах.
           - Снейп! – Рон забыл, что нужно говорить тихо, и Гарри с Гермионой зашикали на него, чтобы их не услышала мадам Пинс. Он понизил голос, но выглядел по-прежнему разъяренным. - После того… После всего!
           Гермиона серьезно посмотрела на Рона:
           - Знаешь, Рон, после того, что он для меня сделал, я не собираюсь, - голос у нее дрогнул, но она вынудила себя улыбнуться, - напрочь не прислушиваться к его словам. Кроме того, по-моему вам понравится то, ради чего мы сюда пришли.
          
           Вид у Рона стал обескураженный, а Гарри просто скептически улыбнулся:
           - И что же это?
           - Ну, в общем, к сожалению, он узнал про «Магическое Общество Раскрепощения Домовых Альтруистов»¹...
           Вспомнив значки, Рон ухмыльнулся, уже сомневаясь, стоит ли дальше возмущаться Снейпом.
           - ...И предложил мне, прежде чем продолжить кампанию борьбы за права домашних эльфов, поинтересоваться сначала их происхождением. - Она не выдержала и улыбнулась: - Короче говоря, он объяснил мне, что раньше они были… - замялась, пробуя вспомнить точную фразу: - Такие же милые, как гоблины, при этом живучи, как фениксы.
           Гермиона искоса взглянула на Рона:
           - Это вообще-то было сказано к тому, что, может, мне не стоит заморачиваться их правами.
           Рон слегка растерялся, но Гарри возразил:
           - Пусть Снейп говорит что угодно, но если бы домовые эльфы были такими уж плохими, как же они стали…
           - Как Винки, - фыркнул Рон.
           - Именно это я и пытаюсь узнать, - слегка раздраженно ответила Гермиона, - так что если вы двое не будете возражать…
           - Мы тебе поможем, - нетерпеливо сказал Рон. Гарри кивком поддержал его.
           - Отлично! - шепнула Гермиона, - Только не открывайте ни одной книги. Только я могу это делать или мадам Пинс выгонит нас, если какая-нибудь дурацкая книга начнет кричать.
          
          
          
          * * * * *
          
          
           Начиная со следующего дня, друзья быстро достигли компромисса: утром мальчики проводили в библиотеке, помогая Гермионе с ее исследованиями, во второй половине дня они или играли в снежки, или бездельничали в гриффиндорской гостиной, где Гермиона читала, а мальчики играли в шахматы в компании с Джинни.
           Даже Рон должен был признать, что история домовых эльфов была, по крайней мере, интересной, а Гермиону она просто потрясла. Большинство книг по этому вопросу были вторичными источниками, потому что трансформация происходила когда-то в средневековье, и невозможно было установить точные даты. Но было абсолютно ясно, что существа, от которых произошли домовые эльфы, были совершенно ужасными. Книги были полны историями о странных нападениях, разрушениях и других вспышках насилия.
           Гарри же этому отнюдь не удивился.
           - Если бы вам самим пришлось столкнуться с Добби, который хочет вам помочь – вы бы тоже не удивлялись, - хмуро заметил он.
           Воспоминание о многократной «пользе», которую Добби принес Гарри во время их второго года обучения, Гермиону ужасно рассмешило.
           - Но почему раньше они вели себя не так? – спросил озадаченный Рон, когда однажды утром они подробно изучали один особенно кровавый рассказ.
           - Потому что, - Гермиона взглянула еще в одну книгу, лежащую перед ней, - они были безопасными импами, пока не начали скрещиваться с джиннами. Слушай, Рон, поскольку твой брат в Египте, я думала, что ты должен знать....
           - Что я должен знать? - фыркнул Рон.
           - Ну, то, что с одной стороны джинн предназначен для охраны сокровищ… - сказал Гарри, заступаясь за Гермиону. Ей подумалось, что это просто еще один жест «поддержки», потому что обычно по всем вопросам, касающимся учебы, мальчики были заодно.
           - И потом у них там почти не было их естественных врагов, - добавила Гермиона, - и это вызвало демографический взрыв….
           Рон вздрогнул.
           - Ты хочешь сказать, - пробормотал он, - что именно эти твари устраивали там резню…
           - Ну да. А теперь, - сказала Гермиона, - я хочу узнать, каким образом они так изменились.
          
           Она вспомнила слова Снейпа: «предки моего отца занимались этим вопросом, с предками семейства Поттера». Наверное, Гарри было бы интересно узнать что-нибудь о своих предках, но ни в одной из книг не было об этом ни слова. Хорошо бы спросить об этом у Снейпа… когда, наконец, Гарри и Рон от нее отвяжутся. Придется ждать Сочельника, потому что Рон громко заявлял, что не собирается проводить Рождественские праздники в библиотеке. Полдень и вечер прошли в возбужденном предвкушении завтрашнего Рождественского банкета – даже Гермиона, снедаемая противоречивыми мыслями, не могла не поддаться общему радостному ожиданию встречи Рождества в Хогвартсе. И возможности увидеть Снейпа.
          Он не приходил в Главный зал, когда она с друзьями была там во время трапез. Те немногие, что остались в школе, вообще ходили есть, когда им заблагорассудится. Но, наверное, на Рождественский банкет-то Снейп придет? Когда они учились на третьем курсе, и школа была почти так же пуста, как и сейчас – тогда он приходил… Гермиона, разумеется, держала эти мысли при себе. Зачем портить праздник Гарри и Рону. Но, во всяком случае, с этими мыслями она заснула.
          
          
          * * * * *
          
          
           Рождественским утром Гермиона проснулась оттого, что Косолапс громко мурлыкал, сидя у нее на груди, и тыкался ей в лицо холодным носом.
           - И тебя с Рождеством, лохматый толстяк, - ласково сказала Гермиона, прижимая к себе кота.
           Косолапс был по кошачьим стандартам не только большим, но и толстым, что, надо сказать, Гермиону особенно не беспокоило. Кот замурлыкал еще громче. Гермиона села и стала рассматривать груду подарков, лежавших в ногах кровати.
           - Ну, и что у нас тут?
          
           На кровати лежала горка обычных подарков от родителей: смесь волшебных и маггловских вещей, в основном книги – научные и по заклинаниям. Гермионе было прекрасно известно, что родители хотят, чтобы она сохраняла связь со своими корнями, хотя и приветствуют ее шаги в магическом мире. С каждым годом поддержание баланса давалось все тяжелее и тяжелее…
           Были и обычные небольшие презенты - в основном из магазина Зонко (интересно, зачем мне взрывающееся перо?) и из хогсмедской кондитерской «Пригоршная сластей» - от младших студентов, с которыми она занималась, и от Невилла Лонгботтома, которому удавалось сдавать большинство экзаменов только благодаря ее помощи. Был набор книг по магическим возможностям кошек и набор волшебных искусственных мышей, которые тут же разбежались от Косолапса, прошмыгнув между его кривых ног. Эти подарки были от профессора Арабеллы Фигг, которая в этом году преподавала Защиту от Темных Сил и разделяла любовь Гермионы к котам. Почтенная ведьма несколько раз приглашала Гермиону в свой кабинет и была совершенно очарована Косолапсом, по поводу которого заявила, что он полу-Кодведь², чем безмерно удивила Гермиону – надо же, настоящее волшебное домашнее животное!
           От Гарри и Рона в подарок пришли обычные коробки волшебных сладостей, хотя она заметила, что от Рона – больше… и в виде цветочков, что наводило на определенные мысли. Это подозрение подтвердилось подарком от миссис Уизли: в дополнение к ее обычному печенью, Гермиона получила первый Уизли-свитер, прекрасного василькового цвета.
           - Знаешь, дорогой, - сказала она Косолапсу, - это сейчас совсем некстати, - не то чтобы ей было неприятно, но все же как-то обязывало.
          
           В самом низу кучи подарков лежал сверток, который мгновенно заставил ее забыть обо всем остальном. Небольшого размера, упакованный в бумагу темно-зеленого цвета, такую плотную, что она была похожа на ткань, и запечатанный сургучной печатью. Никакой карточки к подарку не прилагалось.
           - От кого это может быть? – спросила у Косолапса Гермиона, протягивая ему подарок, чтобы тот понюхал.
           Кот имел удивительное чутье на все плохое, сразу определив Питера Петтигрю два года назад, и мог, вероятно, сообщить ей больше, чем любое заклинание. После последних событий Гермиона опасалась даже сомнительных посылок. Косолапс покорно обнюхал сверток и, потершись об него мордой, мяукнул.
           - Ладно, если ты уверен... - сказала Гермиона, осторожно сломала печать и медленно развернула подарок.
          
           Что-то мягкое, шелковистое, как полоса лунного света, скользнуло ей в руки вместе с двумя пергаментными свитками. Один из свитков был запечатан обычной сургучной печатью, а другой – печатью с гербом, на котором была изображена покрытая перьями змея, обвивающая перо. Гермиона попробовала сломать печать, но та не поддалась. Кто бы ни послал это письмо, он явно хотел добавить еще больше загадочности к своему таинственному подарку. Через некоторое время Гермиона вспомнила, что некоторые печати могут быть нарушены только адресатом. Она нажала на печать большим пальцем, и небольшой свиток развернулся.
          
           "Полагаю, Вы найдете этому хорошее применение.
           Это усовершенствованная модель, по сравнению с той, которую Поттер получил в наследство от отца.
           (на этом месте в письме было что-то зачеркнуто автором)
           Думаю, Вам он пригодится.
           Пожалуй, не стоит напоминать Вам о необходимости держать это в секрете от всех, кроме Директора Дамблдора, для которого здесь нет тайн."
          
           Ниже стояла подпись: «С. С.»
          
          Гермиона задохнулась от неожиданности. Серебристый плащ невесомо лежал у нее в руках. Собственный Плащ-невидимка, лучше, чем у Гарри, по словам... Северуса. Первый раз она мысленно назвала его по имени. Даже тогда, когда произносила его имя вслух, тем вечером, в классе зельеделия, на самом деле так не думала. Но подумала сейчас, после такого подарка, не просто щедрого, на грани филантропии, но преподнесенного с определенными целями (как иначе она могла втайне от всех посетить его?) и без всяких сомнений в том, что она не станет пользоваться им ради баловства.
           Гермиона вновь подумала: он обращается со мной как со взрослой. Несколько мгновений она только неподвижно смотрела на плащ и моргала, отгоняя слезы. Затем тщательно свернула пергамент. Как она и предполагала, печать тут же надежно закрепила свиток.
          После недолгих размышлений она положила свиток под подушку и, взяв с ночного столика палочку, произнесла заклинание: «Discessio Ordinatum». Домовые эльфы, производя уборку, легко поймут, что эту вещь необходимо оставить на том же самом месте, где она была. Гермиона совершенно не хотела, чтобы кто-нибудь случайно обнаружил этот свиток, как произошло с фотографией Локхарта (сейчас факт обнаружения фотографии казался Гермионе даже менее идиотским, чем сам объект).
          
           - Ну, давай посмотрим, что эта вещь может делать, - сказала она Косолапсу, который радостно мяукнул и потерся о плащ.
           Развернув второй свиток, запечатанный сургучной печатью, Гермиона начала читать инструкцию… и получила новый удар. Это был не просто Плащ-невидимка, это был Плащ Сокровенности.
          Кроме того, что он делал носящего его невидимым – как плащ Гарри – он делал его также и неслышимым (если не снимать капюшон) и, даже, отчасти неосязаемым. Конечно, нельзя проходить сквозь стены или большие твердые предметы, но можно идти через толпу, не опасаясь кого-либо задеть, или проникать в узкие щели.
          
           Гермиона пораженно усмехнулась, вспомнив ее изучение физики. Что же – волшебный мир нашел способ обойти принцип неопределенности Хайзенберга³? Это, конечно, объясняет не только этот плащ, но и аппарирование. Вряд ли можно узнать об этом у... Северуса. Сомнительно, что он когда-нибудь изучал любой из маггловских эквивалентов магии. Наверное, профессор Вектор что-нибудь об этом знает, но она должна хранить молчание...
           Кроме таких существенных отличий от гарриного плаща, этот располагал множеством маленьких застежек, которые фиксировали плащ, чтобы он не мог соскользнуть, как это бывало с Гарри, и возможностью использовать заклинание Ex-audio, которое позволит слышать вас только определенному, выбранному вами человеку...
          
           Гермиона листала инструкцию (странно иметь инструкцию по пользованию одеждой) сначала с удивлением и восхищением, а потом с все возрастающей тревогой и чувством вины. Этот плащ стоит целое состояние… Гермиона подумала: может ли заработок Снейпа, как преподавателя (даже в такой богатой школе, как Хогвартс) позволить такую расточительность… Но он из Слизерина, не так ли? Гермиона никогда не слышала ни об одном слизеринце, кто не был бы богат. Но почему, если его семья богата, он преподает здесь? Но и его мать преподает в Дурмштранге... Это становилось слишком сложным.
           Прежде чем Гермиона успела решить для себя эту проблему, она услышала за дверью шаги, и, затем, раздался стук:
          - С Рождеством тебя, Гермиона! – прокричали три голоса за дверью.
           - Одну минуту! Я... не одета! – крикнула Гермиона в ответ, торопливо сворачивая плащ и, вместе с инструкцией, засовывая его под подушку. Затем она быстро вскочила с кровати и надела халат, - скажи «друг» и входи!
           К удивлению Гермионы цитату поняла Джинни – раздался ее высокий голос: «Мелон!» и трое друзей ввалились в комнату.
           - Я и не знала, что ты читала Толкиена, - обратилась Гермиона к Джинни в то время, как мальчики скептически разглядывали книги.
           - Маггловедение... Я делаю независимый проект на тему того, как магглы понимают волшебство, ты забыла? - усмехнулась Джинни.
           Гермиона смутилась и хотела было извиниться, когда Рон вдруг заметил свитер и принялся просить, чтобы она его одела.
           - Мы все получили по свитеру, - многозначительно глядя на Гермиону, сказал Гарри с едва уловимым оттенком соболезнования.
           - О! Одна большая счастливая семья! – воскликнула Джинни, на которой был надет красный свитер, удивительно подходящий к ее рыжим волосам (и как это миссис Уизли знает, какие цвета подходят рыжим – Рон всегда получал коричневые).
           Джинни с обожанием взглянула на Гарри… примерно так, как Рон тут же посмотрел на Гермиону.
           О, Мерлин....
          
          
          * * * * *
          
          
           Единственное, что хотелось Гермионе сделать этим рождественским утром, это спуститься в подземелья и поблагодарить Снейпа за подарок. К сожалению, сделать это было невозможно. После завтрака, на котором Снейпа опять не было, Рон и Гарри потащили девочек на улицу играть в снежки. Игра продолжалась почти до обеда, затем они поднялись к себе, чтобы переодеться перед Рождественским банкетом и немного перевести дыхание в гриффиндорской гостиной.
           Когда они пришли в Главный зал, столы всех Домов уже были отодвинуты к стенам, и посередине зала стоял один небольшой общий стол.
           - Как это так? – удивилась Джинни.
           Гарри шепнул ей, приведя ее лицо в состояние, напоминающее цветом ее волосы:
           - Это всегда так делается на Рождество...
          
           Его прервал Дамблдор, который в этот момент вошел в зал, в сопровождении профессоров МакГонагалл, Спраут, Фигг и… тут сердце Гермионы бешено заколотилось, и ей пришлось собрать всю свою выдержку… профессора Снейпа, который завершал шествие с еще более угрюмым, чем обычно видом.
           - Так как на каникулы у нас осталось очень немного студентов, все равенкловцы и слизеринцы разъехались по домам, то нет никакого смысла праздновать, сидя за разными столами, - громко произнес Дамблдор.
           Краем глаза Гермиона заметила, какие взгляды Гарри с Роном бросили на Снейпа, шепотом обменявшись сожалениями.
          
           Четверо друзей, вместе с маленьким взволнованным хафлпафцем, стали рассаживаться на свои места. Профессор Спраут, выглядя еще более по-матерински, чем обычно, села рядом со своим маленьким воспитанником (который, впрочем, выглядел поувереннее, чем Джинни) на противоположной стороне стола. Гарри сел между Роном и Джинни, Профессор МакГонагалл – между Спраут и Дамблдором, который любезно предложил занять Фигг место рядом с собой и Снейпом.
           Гермионе осталось место между Роном... и Снейпом.
           О, господи...
           Внезапное легкое движение его бровей, когда он проходил на свое место, слегка успокоило Гермиону: он также удивлен, как и я... и она уверенно устроилась за столом, игнорируя сильную внутреннюю дрожь.
           Взгляд в лицо Дамблдору – только короткий обмен взглядами – натолкнул Гермиону на мысль, что такая рассадка за столом не была случайностью. Странно, она никогда не предполагала в Директоре такой жестокости, хотя, возможно, у него были на это серьезные основания.
          
           Гермиона не слышала большинства разговоров и не замечала вкуса еды: она была слишком занята присутствием рядом с ней Снейпа, вызывавшим у нее ощущения покалывания по всему телу. Хотя через какое-то время она решила, что уж лучше сидеть здесь, чем где-либо еще, и постоянно встречаться с ним взглядом.
           Может быть поэтому он и не приходил в Главный зал раньше?..
           Она была так поглощена своими нечленораздельными мыслями, что профессору Фигг пришлось дважды обратиться к ней, чтобы она, наконец, услышала.
           - Да, профессор Фигг?
           - Я только хотела спросить у вас, как вам понравился мой рождественский подарок, - резко спросила та, - хотя если он так плох...
           Гермиона постаралась вернуться к реальности:
           - O, книги просто замечательные, - ответила она, смотря на старую ведьму и пытаясь взгляду Снейпа, отмеченному краем ее глаза, не дать ей помешать, - и Косолапсу очень понравились его искусственные мыши, - добавила она уже больше ради маленького испуганного хафлпафца.
           Профессор МакГонагалл недовольно поджала губы.
           - Арабелла, в этой школе не принято, чтобы профессора выделяли кого-либо из учеников, это имеет привкус фаворитизма.
           - Заткнись, Минни, - к всеобщему удивлению пробурчала профессор Фигг, - я давным-давно играю в эти игры с фаворитами, - ее глаза внезапно сверкнули, - спроси Северуса, если мне не веришь.
           Вид у Снейпа стал крайне раздраженный - тем, что его втянули в этот спор. Он отложил вилку (Гермиона заметила, что еда на его тарелке была практически нетронута) и коротко ответил:
           - Именно так, - заметив изменившееся лицо Гермионы, он добавил: - профессор Фигг была деканом Слизерина в то время, когда я учился.
           Гермиона бросила взгляд на Гарри, который в это время уронил вилку на тарелку со звоном, к счастью приглушенным индейкой. Профессор Фигг была его соседкой, когда он жил с Дурсли – видно для него было сильным ударом узнать, что она из Слизерина. Он заметил взгляд Гермионы и показал мимикой, что ужасно удивлен. Гермиона слегка пожала плечами.
          
           МакГонагалл, тем временем внимательно смотрела на двух взрослых слизеринцев:
           - О, да, я помню... - в ее голосе, к удивлению Гермионы, прозвучала горечь.
           - Тогда не жалуйтесь, если я немного кусаюсь, - Фигг продолжила резать индейку с видом победителя.
           Гермиона обменялась взглядами с другими гриффиндорцами. В их глазах она заметила не меньше дюжины промелькнувших вопросов, но прежде чем успела ответить даже взглядом...
           - Вы сегодня необычайно медленно соображаете, девочка, - прокаркала в ее адрес профессор Фигг в своей обычной манере общаться со студентами (предполагалось, что это должно было звучать даже уважительно), - это ваш кошак так заморочил вам мозги?
           Гермиона покраснела, чувствуя к тому же, что Снейп старается на нее не смотреть.
           Профессор Спраут решила взять на себя восстановление согласия:
           - О, Арабелла, - сказала она с видом заговорщика, - вы что же, не помните себя в этом возрасте?
           Профессор Фигг громко фыркнула и внимательно посмотрела на Гермиону, еще больше залившуюся румянцем.
           - А, вот в чем дело! - она перевела взгляд на Гарри и Рона, ставшего ярче собственных волос. - Ну и кто из этих парней зацепил тебя, девочка? Или этот кто-то тебя бросил, чтобы на каникулы вернуться под мамочкино крылышко? – она расхохоталась настоящим ведьминским хохотом.
          
           Реакции сидящих за столом были совершенно различны. Спраут выглядела слегка удивленной, а маленький хафлпафец ошеломленным. Джинни сдерживала недовольную гримасу, а Гарри – смех. Рон в это время что-то шипел. Дамблдор и МакГонагалл – единственные, кроме Снейпа и самой Гермионы, знавшие о недавних событиях, выглядели уже слегка взволнованными. Профессор МакГонагалл решила вмешаться:
           - В самом деле, Арабелла...
           Но прежде, чем она успела продолжить, ее прервал голос Снейпа, похожий на зазубренный клинок.
           - Мисс Грейнджер, не позволяйте грубой прямолинейности профессора Фигг лишить вас душевного равновесия, - он говорил холодно и тихо, но так, что его, наверное, было слышно даже в самых отдаленных уголках Главного зала. - Она известна тем, что является единственным преподавателем в Хогвартсе, который еще более беспощаден к студентам, чем я... хотя, возможно, последнее десятилетие среди магглов ее несколько смягчило.
          
           За его словами последовала неприятная тишина, во время которой профессора обменялись совершенно непонятными взглядами. Снейп смотрел в пространство так, будто сказал нечто противоречащее его же собственным принципам.
           Тишину нарушил взвизг отодвигаемого Снейпом стула по каменному полу:
           - Я надеюсь, вы извините меня...
           Дамблдор, до сих пор предоставляя беседе течь своим естественным чередом, взглянул на Снейпа поверх индюшачьей ножки:
           - Вам нужно идти, Северус? – мягко спросил он. - Мы еще не приступали к десерту... - он повернулся к профессору Фигг: - Помогите мне убедить его, Арабелла: вы же, в конце концов, были у него деканом, - он смотрел на профессора Фигг очень любезно, но Гермионе показалось, что в его голубых глазах промелькнул стальной блеск.
           Профессор Фигг некоторое время сидела с отсутствующим видом, потом повернулась к Снейпу:
           - Во имя Мерлина, сядьте, Северус, - раздраженно сказала она, - или Альбус отправит нас в кровати без десерта.
           МакГонагалл фыркнула, а Снейп – не скрывая раздражения – все же занял свое место.
           - Замечательно, - воскликнул Дамблдор, потирая руки, - и поскольку мы все уже закончили... - он взмахнул палочкой, и основные блюда исчезли со стола, а на их месте появился огромный выбор чудесных десертов.
          
           К тому времени как основная трапеза была закончена, и все, кто хотел, уже наелись, любопытство Гермионы возросло еще больше. Что недосказано было между профессорами? На что в словах Снейпа они так отреагировали?
           Гермиона подумала, что хотя и страшновато, но, пожалуй, стоит спросить и получить ответ от него самого.
           Кроме того, нужно поблагодарить его за плащ – лично. Как же он был прав в том, что нужно держать его подарок в тайне – если профессор МакГонагалл отчитала профессора Фигг из-за нескольких книг, можно себе представить, как бы она отреагировала на Плащ Сокровенности!
          
          
          * * * * *
          
          
           Десерты немного подняли всем настроение; и с чувством глубокой удовлетворенности гриффиндорцы всей компанией отправились в свою башню.
           - Надо же, - с сожалением сказал Гарри по дороге, - кто бы мог представить, что старуха Фигг – декан Слизерина?
          - Ты примерно тоже самое говорил в начале года, когда она начала вести у нас Защиту от Темных Сил, - напомнила ему Гермиона.
           - И ты всегда говорил, что она была ужасно противная, - встрял Рон.
           - Нет, - глубокомысленно произнес Гарри, - у нее были ужасно противные коты...
           - Она же все делала к лучшему, - отметила Гермиона, - бывают такие люди...
           - ...И дома у нее было не так уж плохо, по крайней мере, лучше, чем у Дурсли, - Гарри закончил свою мысль.
           - Не хочешь опять? – язвительно спросил Рон, и все четверо рассмеялись.
           - Ну да, хочу. Но не сейчас, - ответил в тон ему Гарри, - «Верный Спутник», - это было сказано Толстой Леди, которая открылась, слегка покачиваясь, потому что со своей подружкой Ви в это время тоже праздновала Рождество.
          
           Когда они устроились у камина, Гарри сказал:
           - И все-таки, профессор Фигг как-то не ассоциируется с тем, чего ждешь от слизеринца. Охранять меня, все это время… кто бы мог подумать… - он замолчал, глядя на пламя.
           - Может это имеет отношение к тому, о чем загадочно промолчали все преподаватели? – Джинни задала именно тот вопрос, который собиралась задать Гермиона, удивив не только ее, но и мальчиков.
           - Что ты имеешь в виду? – озадаченно спросил Рон.
           - Рон, не будь дураком, - сердито ответила Гермиона, - разве ты не заметил, как они все посмотрели друг на друга, когда Снейп сказал ей то, что сказал?
           - Да я подумал, что это было потому, что он ее оскорбил, - небрежно заметил Рон, - мне кажется, она и вправду так выражается… еще хуже, чем он.
           Мысленно Гермиона не согласилась с этим, но решила, что Рон все равно не поймет, а ничего объяснять ей совершенно не хотелось. Тут Джинни опять всех удивила:
           - И не только это странно. Вы не обратили внимание на то, как МакГонагалл с ней разговаривала? Как будто та когда-то сделала нечто ужасное? – она оглядела всех, хотя с трудом, потому что сидела на ковре рядом с креслом Гарри.
           - Но что именно? – спросила Гермиона.
           Они еще немного поговорили на эту тему, но уже довольно отрывочно, потому что всем уже хотелось спать.
          
          
          * * * * *
          
          
           С облегчением Гермиона, наконец, вернулась в свою комнату. Она была уже очень сонная, но нужно было нанести еще один визит…
           Она надела Плащ Сокровенности… не только затем, чтобы ее не поймал Филч, который патрулировал коридоры даже в праздники, но еще и потому, что хотелось провести испытания... особенно ради этого визита. Она решила, что профессору Снейпу будет интересно знать, как она оценивает его подарок.
           Восторг от плаща прогнал последние остатки сна. Ткань мягко прильнула к коже после того как она застегнула последнюю застежку. Но никаких новых ощущений Гермиона не почувствовала... пока не дотронулась до кровати. На мгновение ее рука погрузилась в одеяло и исчезла, потом опять возникла, не оставив на одеяле ни малейшей вмятины, хотя все это время ладонью ощущалась его мягкость. Это было невероятно! Гермионе хотелось еще поэкспериментировать, но она деловито напомнила себе, что пора уже идти в подземелье, а по пути туда вероятно представится еще много возможностей провести испытания.
          
           Она заперла за собой дверь и, спустившись вниз, проскользнула мимо портрета – Толстая Леди только заворочалась во сне, что было весьма кстати, потому что Гермионе не хотелось, чтобы хоть кто-нибудь знал о ее походе.
           Все залы были пусты, и, к своему удивлению (и легкому разочарованию) она прошла в подземелья, не встретив даже миссис Норрис. В подземельях царил страшный холод и, к тому времени как она дошла до класса зельеварения, она замерзла и с удовольствием воспользовалась подогревом плаща.
          
           Гермиона предполагала, что класс будет пустым – все-таки Рождественская ночь – но из-под двери выбивался тоненький луч света. Такой слабый, что она предположила, что свет идет из кабинета, а не из класса. Подняв руку, чтобы постучать, Гермиона вдруг поняла, что пальцы под плащом проваливаются в дверь. Она принялась было высвобождать из-под мягкой ткани руку, когда в голову пришла мысль проверить Ex-Audio заклинание.
          
           Заклинание приводилось в действие маленькой деталью внутренней отделки плаща; после небольшого замешательства Гермиона нашла ее и сконцентрировалась: Профессор Снейп? Результат был совершенно очевиден: она услышала короткое восклицание, а затем наступила тишина. Гермиона лишь успела испугаться, что каким-то образом неправильно направила заклинание, как донесся щелчок, и дверь открылась – совсем немного.
           Гермиона проскользнула вовнутрь. Снейп стоял за дверью, слегка удивленный.
           - Ну?
           Она поняла, что Снейп не может определить, прошла ли она внутрь или нет, и торопливо принялась расстегивать плащ.
          
           Когда Гермиона вновь стала видимой, губы Снейпа тронула улыбка. Он закрыл дверь, вынул палочку и произнес заклинание, которое, как поняла Гермиона, служило односторонним замком: они могли выйти, но зайти уже никто не смог бы.
           - Испытываете ваш подарок?
           - Д-да… - оказавшись здесь, Гермиона обнаружила, что все слова вылетели у нее из головы.
           Кабинет, как она заметила, освещался единственной свечой, стоявшей на его столе. Огня в камине не было и стоял холод. Ей внезапно пришел на ум Диккенс.
          
           - Ну, и как он вам? – Снейп отошел к своему столу.
           - Замечательно, - Гермиона, сделав паузу, собралась с духом: - И… именно поэтому я сюда пришла… я хотела поблагодарить вас…
           Замерев на мгновение, он обошел стол, направляясь к своему креслу, и жестом пригласил ее садиться.
           - Не стоит благодарности, ребенок, это столь же удобно для меня, как и для вас. Я полагаю, вы догадались.
           - Но… я хотела спросить, он, наверное, очень дорогой… - вырвалось у Гермионы прежде, чем она успела прикусить язык: не вежливо говорить о деньгах, когда речь идет о рождественском подарке.
           Снейп хмыкнул:
           - Ручаюсь вам, ребенок, мое финансовое положение мне это позволяет.
           Гермиона подошла к одному из кресел, но не стала садиться, а только набросила плащ на спинку кресла, продолжая нервно теребить его складки.
           - И... я еще хотела… поздравить вас с Рождеством, - выдавила она из себя.
           На этот раз, как показалось Гермионе, Снейп замешкался.
           - Это... очень любезно с вашей стороны, - ровно сказал он, - и вас тоже – с Рождеством.
           - О, это не... - Гермиона не закончила и, повинуясь импульсу, а не здравому смыслу, поспешно обошла вокруг стола и обняла его.
          
           Снейп вздрогнул, как она и предполагала, а затем, как предполагала и это, тоже обнял ее, прикоснувшись подбородком к ее лбу. Это было совсем не так, как той ночью, когда она была испугана и очень хотела успокоиться. Тогда она искала у него защиты – и он дал ей защиту. Сейчас все было по-другому… в некотором роде взаимно. После роскошных мгновений, показавшихся вечностью, Гермиона поняла, как приятно осязать длинные мускулы на его спине, прижавшись щекой к его груди слышать глухой мерный стук сердца, чувствовать силу его объятия и легкое поглаживание рук. Она вдруг подумала, что это был еще один подарок, такой же неожиданный, как плащ, и еще более приятный.
           Словно в ответ на свои мысли, она услышала еле слышный хриплый смешок:
           - Спасибо, ребенок... Это самый удивительный рождественский подарок, который я когда-либо получал.
          
           Затем Снейп слегка отстранился, но рука его по-прежнему лежала у нее на плечах в полуобъятии. Все происходящее настолько потрясло Гермиону – как он мог быть так ласков? Он, профессор, который в течение трех часов раз в неделю приводил в ужас весь Гриффиндор. И тогда у нее впервые возник вопрос: кто же они друг другу? И не партнеры, и, конечно, не просто учитель с учеником. Она не могла подобрать определения.
           - Итак, - тон его голоса Гермиону неприятно резанул , - если вы пришли только за тем, чтобы принести мне свои рождественские поздравления…
           Ей понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Он должен делать это, помнишь – восьмая линия. Но стало очень грустно.
           - Не только, - голос у Гермионы еще слегка дрожал. – Я хотела… я хотела, если позволите, взглянуть на ваши книги о происхождении домовых эльфов, - она конечно вовсе не думала об этом, но это был, пусть неуверенный, но все же достойный ответ.
          
           На мгновение при свете свечи она увидела в его глазах жесткую насмешку и вздрогнула – на этот раз по другой причине – фактически она выиграла очко в поединке со Снейпом.
           - Прекрасно, ребенок, - он слегка развернул ее к себе, придержав пальцем подбородок, - но в следующий раз – без колебаний, ладно? Заставьте свой голос звучать решительно – в этом весь смысл.
           Великий Мерлин – получать уроки сарказма от профессора Снейпа! Ну кто лучше него сможет этому научить!
           - Но вы же научите меня...
           Вновь та же насмешливая вспышка глаз, но чуть смягченная улыбкой:
           - О, я с удовольствием научу вас всему тому, что знаю… - он слегка приподнял бровь: - Ну, а теперь....
           Снейп отпустил Гермиону и прошел в кромешную тьму в дальний конец своего кабинета. Гермионе показалось, что она услышала, как открылась дверь. Прошло какое-то время, прежде чем он вернулся, неся стопку старинных книг и несколько пергаментных свитков.
          
           - Предлагаю вам, - сказал он, - собрание сочинений моей далекой прапрабабушки Эсмеральды-Преобразовательницы.
           Гермиона пораженно заморгала: все ее мысли о восьмой линии и о запутанных отношениях с профессором зельеделия словно аппарировали:
           - Эсмеральда-Преобразовательница? Она – ваша прапрабабушка?
           - Много поколений назад – да, - усмехнулся он, - или вас удивляет тот факт, что у меня есть предки? Что я не появился, как меня пытался обвинить Сириус Блэк, из яйца подобно василиску?
           Сарказм в его голосе очень уколол Гермиону, но, кроме того, ей показалось, что в его черных глазах блеснула досада. Совершенно сбитая с толку, Гермиона пролепетала:
           - Я... нет... если честно, я пришла сюда вовсе не ради этого, - жестом она показала на книги.
          
           Выражение лица Снейпа сначала было совершенно неразличимо в темноте. Потом он подошел ближе и присел перед ней на край стола.
           - Как ваш наставник, - поучительным тоном произнес он, - я хотел бы научить вас защищаться, чтобы не позволить вашей дымовой завесе рассеиваться от таких мелких провокаций.
           Гермиона открыла рот, чтобы возразить, но он предупреждающе поднял указательный палец:
           - Похоже, такая резкость, даже с моей стороны, преждевременна, - он замолчал на мгновение, а затем холодно добавил: - Я вынужден просить вас не обсуждать моих предков со своими гриффиндорскими приятелями, или я рискую потерять контроль над аудиторией.
           - Насчет этого я сомневаюсь в любом случае, - спонтанно ответила Гермиона.
           - Вы слишком добры, - насмешливая улыбка на его лице плавно перешла в задумчивость, - слишком... - поднятый палец слегка коснулся ее щеки, но прежде чем Гермиона что-либо ответила, он добавил: - И поскольку я потрудился это принести, - изящным жестом он указал на книги, - то может мы ознакомимся с ними?
           - О, да... - Гермиона ответила, но очень неуверенно, потому что после того, как основная напряженность этого вечера спала, она почувствовала себя совершенно измотанной.
           - Пожалуй, нет, - сухо сказал Снейп, и, в ответ на ее невысказанный протест, добавил: - Ребенок, книги подождут.... Они ведь никуда не денутся до завтрашнего дня? Или, даже, вечера, не так ли? – на его губах мелькнула загадочная улыбка.
           - Э... нет, - помедлив, кивнула Гермиона.
           - Кроме того, на свежую голову вы будете более способны их оценить – потому что я настаиваю на их внимательном рассмотрении. Если вы собираетесь изучать труды моей прапрабабушки, вам необходимо подойти к этому с надлежащим уважением.
          
           Его рука ласково подтолкнула Гермиону по направлению к дверям. Она покорно пошла, но не слишком быстро, чтобы не совершить очередную нелепость.
           Проходя мимо кресла, Гермиона взяла свой Плащ Сокровенности и уловила его одобрительный взгляд. Накинула плащ на плечи, но надевать капюшон пока не стала.
           В дверях Снейп резко остановился так, что Гермиона слегка наткнулась на него.
           - Спокойной ночи, Гермиона. И с Рождеством вас.
           В его глазах она заметила серьезность и искренность, и вновь у нее возник растерянный вопрос: кто они друг другу?
           - И вас... Северус, - назвав его по имени, она робко взглянула ему в лицо.
           Но ничего ужасного там не увидела – напротив, там мелькнула улыбка. Снейп положил ей ладони на плечи, одевая капюшон. Машинально Гермиона подняла руки, чтобы поправить волосы, и встретилась с его руками. Ей показалось, будто ее ударило током. Спустя несколько секунд, уже не показавшихся такими неловкими как прежде, Снейп отстранился и открыл дверь:
           - Ступайте.
           Гермиона скользнула под его рукой в щель между стеной и дверью. Сделав пару шагов, она обернулась, но дверь была уже заперта вновь.
          
          
          ————————
          
          ¹Морда - Магическое Общество Раскрепощения Домовых Альтруистов (прим. переводчика) - у Роулинг S.P.E.W.
          
          ² Кодведь (прим. переводчика) Kneazle («Fantastic Beasts») - ...похожее на кошку существо с львиным хвостом. Обладает интеллектом, независимо, иногда агрессивно. Может быть превосходным домашним животным, если проникнется симпатией к хозяину. Имеет исключительное чутье на все подозрительное или опасное.
           Может скрещиваться с котами....
          
          ³Хайзенберг (прим. переводчика) - физик, основатель теории неопределенности, которую можно вкратце выразить словами Козьмы Пруткова: «Нельзя объять необъятное»