Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Гордый
Оригинальное название:	Proud
Автор/-ы, переводчик/-и:	Aisling-Siobhan пер.: сниджет.
Бета:	Solar
Рейтинг:	PG-13
Размер:	мини
Пейринг:	ГП, ДМ
Жанр:	AU, General, Humor
Отказ:	герои - Роулинг, текст – автору
Аннотация:	Когда в 1993 году гомосексуализм был исключен из числа уголовно наказуемых деяний, дядя Вернон чуть не получил сердечный приступ, а Гарри был просто рад тому. Даже если Драко думает, что немного ненормально орать «Я гей и горжусь этим!» на Платформе 9 и ¾
Комментарии:	Королева Виктория I подписала законопроект, по которому все гомосексуальные отношения между мужчинами признаются незаконными (она не верила, что женщины могут быть настолько испорченными, поэтому лесбийство было законно). В 1993 году Уголовное законодательство было изменено и гомосексуальные отношения между мужчинами снова стали юридически законны. Действия происходят после "ГП и КУ". Разрешение на перевод получено.
Ссылка на оригинал:	http://www.fanfiction.net/s/3951459/1/Proud
Каталог:	AU, Книги 1-4
Предупреждения:	ненормативная лексика
Статус:	Закончен
Выложен:	2009.07.27 (последнее обновление: 2009.07.27 15:49:44)
	открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
	просмотреть/оставить комментарии [1]
	фик был просмотрен 1689 раз(-a)

Дом номер четыре по Прайвет Драйв был самым обычным домом самой обычной семьи из трех человек и их ненормального родственника. Вернон и Петуния Дурсли очень гордились «нормальностью» своего дома и его хорошей репутацией. Дадли Дурсли не придавал всему этому особого значения, пока ему не мешали спокойно бить кузена. Гарри Поттер уж точно не вписывался в понятие «нормальности» этой семьи, он был ненормальный!

Гарри, видите ли, может творить волшебство. Я не говорю о том, что он может вытаскивать кроликов из шляпы, хотя я уверена, что если его хорошо попросить, он вам вытащит все что угодно. Нет, я говорю о том, что Гарри Поттер волшебник: и не самый обычный, он известный волшебник. И если всего этого не достаточно, чтобы семья Дурслей его презирали, то вот вам еще причина: однажды утром Гарри проснулся и решил, что он гей.

Не сказала бы, что мальчик был очень счастлив в то утро. Гомик, гей или омерзительный маленький педик, как сказал бы его дядя! И на данный момент быть гомосексуалом в мире магглов – так называли людей, не обладающих волшебством - было незаконно. Волшебники в этом вопросе продвинулись немного дальше.

И пока Гарри счастливо летал верхом на гиппогрифе и спасал от предполагаемой смерти своего крестного, в своем доме безумно плевался Вернон Дурсль.

Довольно забавно, что гомосексуализм был вне закона. По крайней мере, между мужчинами.

Королева Виктория I и не предполагала, что женщины могут быть настолько же испорченными, как и мужчины, благослови Мерлин ее наивную душу. По этой причине только мужчинам не разрешалось любить друг друга. Женщины же могли делать все, что захотят, до той поры, пока королева Виктория не знала то, что знаю я. Теперь же в нашем политически корректном мире дискриминация из-за каких-либо отличий стала лишней. Итак, когда Вернон Дурсль открыл газету несколько месяцев назад, он был порядком удивлен, а потом даже сердит. И только сейчас смысл стал понемногу доходить до него.

«The London Times

Накануне вечером, спустя пару дней обсуждений в Парламенте, были внесены поправки в уголовное законодательство 1993 года и подписаны ее величеством Королевой. Любые действия, направленные против гомосексуалов ныне по закону наказуемы»

- Мда, неутешительно, - надменно фыркнула Петуния, поднимая взгляд от текста.
- Неутешительно, Пет? – взревел ее муж. – Да это отвратительно! Только подумай. Твой ненормальный племянник итак ходит гоголем, будто ему уже здесь все принадлежит! Представь, каким несносным он станет теперь! Он педик, Пет. Всего лишь маленький грязный мальчишка, вообразивший, что он знаменитость! Отвратительно. И мы теперь даже не сможем наказать его за то, что он гей.
- Мир ужасно испортился, дорогой, - согласилась Петуния. – Не забудь забрать мальчика, кстати.
Вернон что-то проворчал себе под нос, прежде чем перечитать статью.
- Он мог найти еще более ненормальных друзей, если бы мы его оставляли там подольше, - лицо мистера Дурсль потеряло весь цвет, он практически выбежал из дома, сжимая в руке ключи от машины.

XXX

Гарри улыбался, поскольку он наконец-то сел в Хогвартс-Экспресс. Сириус был в безопасности, Клювокрыл свободен, а он пережил еще один опасный год в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. Единственное, что расстраивало, это возвращение домой на лето.

Он закрыл глаза и откинулся на сидение. Через некоторое время дверь отворилась, и в купе вошел его лучший друг Рон Уизли: настроение, судя по всему, у него было не лучшее.

- Чертов Малфой снова застрял в туалете. Наверное, опять прическу свою поправляет. Ну точно педик! – сердито плевался Рон. Гарри вздрогнул. Он не знал, что в мире волшебников на геев не смотрят с таким же презрением, как и у магглов. Единственное, что заботило магов, это собственное волшебство. А Рон отреагировал отрицательно, потому что это Драко Малфой, и вовсе не потому, что не приемлет любви между парнями.
- Гарри, мне нужна твоя помощь. Ты не мог бы вытолкать Малфоя оттуда?
- Как? – саркастически спросил Поттер. - Ты хочешь, чтобы я припал к двери с криками «Гей! Гей! Выходи оттуда!» или как?
Рон вжался в сидение, избегая смотреть в зеленые глаза друга.
- Я думал, что ты можешь просто… ну знаешь, постучать в дверь и сказать ему, чтобы он убирался оттуда.
- Почему ты не можешь сделать это сам? – Гарри нахмурился.
- Пробовал, друг, пробовал, - Рон открыл шоколадную лягушку и откусил голову. – Малфой открыл дверь ровно настолько, чтобы успеть обрызгать меня водой. Высушивающее заклинание сработало только с четвертого раза!
- И ты хочешь, чтобы я пошел мокнуть?
- Ну, я подумал… Поскольку вы с Малфоем враги, он будет держать дверь открытой подольше, чтобы успеть вмазать тебе… И я мог бы подкрасться и запереть дверь изнутри!
- Ты не знаешь случайно, Рон… когда ты запрешься там, будет ли он еще бить меня? – Рон посмотрел на него беспомощно. – Почему бы тебе не пойти в другой туалет?
- Именно этого он и добивается! Гарри, мы не можем позволить ему побеждать! - Гарри в ответ только закатил глаза и откинулся назад, чтобы немного отдохнуть.

Когда в следующий раз парень открыл глаза, поезд уже подъезжал к Лондону, а Рон и Драко Малфой ругались в коридоре. Гарри застонал и слез со своего места, прежде чем подойти к мальчикам.

- Что? – пробормотал он.
- Слушай меня, Уизел. То, что ты хочешь чего-то, еще не значит, что ты это получишь. Понятно? Однако если я чего-то захочу, мой отец достанет это!
- А что насчет индивидуальности? – рычал Рон. – Спорим, твой папаша не сможет достать тебе это!
- У Драко есть индивиду-аль-ность, - пробормотал Гойл, обращаясь к Крэббу. - Он Драко.
Пока Рон не стал красным от возмущения, он не обращал внимания на этих прихвостней, но теперь ему показалось, что они смеются над ним в своем собственном глупом стиле.

И прежде, чем что-либо еще было сказано, Гермиона Грэйнджер прибежала, махая газетой. Она тоже была Гарриной подругой и единственным человеком, кто знал, что он гей.
- Смотри, Гарри! – сказала она, протягивая газету. - Мне это Дин дал, ему мама на прошлой неделе прислала.

Гарри читал те же самые слова, что недавно читал и перечитывал его дядя. Поттер улыбнулся, но ничего не сказал. Вместо этого он свернул газету и засунул в карман, а потом позвал Гермиону обратно в купе. Рон последовал за ними и закрыл дверь прямо перед ошеломленным лицом Малфоя.

Когда они приехали на Платформу 9 и ¾, Гарри растерянно смотрел, как Малфой нашел своих родителей и направился к выходу в маггловский Лондон, вместо того, чтобы уйти по Каминной Сети.

- Куда это они идут? – спросил Гарри.
- Малфой хвастался, что пойдет на Диагонн-Аллею за Метлой, потому что у него больше денег, чем у меня, - Рон сердито пинал воздух.
- Я лучше пойду, ребята.
- Я тоже, - кивнула Гермиона. Гарри опустил руку в карман и проверил на месте ли газета. Они покинули платформу и вышли на маггловскую сторону станции.

- Дядя Вернон, - спокойно поприветствовал Гарри. Мужчина в ответ лишь что-то проворчал. Гермиона послала ему сочувствующий взгляд и ушла к родителям. Гарри посмотрел налево и нахмурился, увидев, как Малфои пытаются понять принцип действия автомата. Он прислушался.

- Нарцисса, я же говорил тебе, что надо было отправиться по каминной сети.
- Люциус, если бы ты делал все как надо! - прошипела женщина. Наверное, это мать Драко, предположил Гарри.

- Дядя, не уходите, я сейчас, - он не стал дожидаться ответа и направился к Малфоям.
- Я могу помочь? – Люциус посмотрел на него неодобрительно, но Нарцисса, улыбнувшись, протянула монеты. Гарри постарался не засмеяться, увидев волшебные деньги.
- Тут, - он вернул деньги обратно, - нужны маггловские монеты.
Он выловил на дне кармана пару монет и опустил их в щель, прежде чем нажать зеленую кнопку.
- Вот, - сказал Гарри, протягивая три маленьких белых бумажных прямоугольника. – Попробуйте.

- Эй, Поттер! – крикнул Драко, когда Гарри отошел. Малфой проследовал за ним к дяде Вернону. – Спасибо, Поттер.

Вернон ухмыльнулся, рассматривая их по очереди, и Драко вернул ему эту насмешку.
– Кто этот ненормальный? Твоя подружка?
- Вы не можете больше дискриминировать меня, - Гарри вытащил газету из кармана и помахал ей перед лицом дяди. – Я гей и горжусь этим, будьте вы прокляты!

От изумления брови Драко поползли вверх настолько, что скрылись под челкой.
- Поттер, ты придурок, ты знаешь об этом?
Гарри послал ему кривую улыбку и пожал плечами.
- Мне разрешили быть геем, поэтому я не беспокоюсь. Это теперь законно.

Драко повернулся назад и бросил на родителей удивленный взгляд.
- А когда это было иначе? – медленно спросил он.
- Это было законно? – тихо поинтересовался Гарри у Малфоя. – Быть геем?
- Да, - произнес Драко, растягивая слово и прищуривая глаза.

- Вы все ненормальные. Еще больше ненормальные, чем я думал, - шипел Вернон. - Он ненормальный и ты, - дядя указал на Драко. - Ты маленький белокурый псих, ты самый ненормальный псих! Псих. И эти твои родители тоже ненормальные! Держу пари, они трахают таких же ненормальных гомиков, как и вы. Вы все ненормальные! Педики!

Гарри очень стыдился своего дяди, а Драко потихоньку отходил от этого злого маггла. Поттер откашлялся и посмотрел на двух полицейских, которые только что вошли в зал.

- Это человек дискриминирует меня из-за ориентации. И еще он оскорбил моего друга.

- Друга, Поттер? – пробормотал Драко.

- Заткнись, Малфой.

- Тогда прямо сейчас, - один из чиновников щелкнул суставами на пальцах, - вы идете с нами.

- Вы, вы двое, вероятно, такие же ненормальные, да? Конечно, вы можете сделать со мной все что угодно, с нормальным человеком, вы, ненормальные! – Вернон сложил руки на груди и кричал на тех, кто как он думал, тоже были волшебниками.

- Эмм… Вернон, они нормальные люди, - сказал Гарри, сделав акцент на слове «нормальные».

Вернон посмотрел на него так, как будто собирался упасть в обморок. Второй полицейский закрепил наручники на запястьях дяди.

- Ночь или две за решеткой должны немного дисциплинировать вас, человек хороший, - сказал один из полицейских, уводя его.

Гарри помахал дяде газетой и опять стал перечитывать статью.

Любые действия, направленные против гомосексуалов ныне по закону наказуемы.

Он посмотрел вокруг: Малфой-старший стоял далеко, около билетного автомата, а Драко был рядом и читал газету через его плечо.

- Это на самом деле было незаконно?

- Да.

- Магглы удивительны, - усмехнулся Драко и вернулся к родителям. Гарри стоял и наблюдал как Малфои использовали свои билеты и исчезли из вида.

- Чеееерт! – выругался Гарри, когда осознал свое положение. – И как я теперь доберусь до дома?

Конец.