Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

19 лет спустя после победы над Волдемортом. Гарри Поттер в окружении своей семьи.
- Дети, я вам еще не рассказывал, как ваш папочка победил Самого Страшного Темного Волшебника всех времен и народов?...
Джеймс и Ал, кисло:
- Миллион раз...
Гарри:
- Ну, тогда слушайте...

Список фандомов

Гарри Поттер[18463]
Оригинальные произведения[1236]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[133]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[107]
Произведения А. и Б. Стругацких[106]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12659 авторов
- 26942 фиков
- 8603 анекдотов
- 17666 перлов
- 661 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Свеча неугасимая

Оригинальное название:A Flame undamped
Автор/-ы, переводчик/-и: Frayach ni Cuill
пер.: evenover
Бета:daarhon
Рейтинг:R
Размер:мини
Пейринг:ГП/ДМ, Альбус Северус Поттер
Жанр:Drama, Romance
Отказ:Наш только англо-русский словарь
Вызов:Малфойфест, весна 2009
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:Это сиквел-хэппиэнд к фику "The price we pay for wings". Для того, чтобы лучше понять сюжет данного фика, можно прочитать приквел "Цена крыльев" в переводе daarhon (требуется регистрация) или «Цена, которую мы платим за крылья» в переводе Ольга.
Комментарии:
Каталог:Пост-Хогвартс, Второе поколение
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:2009.05.11 (последнее обновление: 2009.05.11)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [5]
 фик был просмотрен 6489 раз(-a)



Пламя свечи трепещет и гаснет, оставляя тонкую струйку дыма, аромат жара и мёда. Но это не символ, это всего лишь сгоревший фитиль и лужица липкой золотистой жидкости. Это лишь пшик, а за ним - тьма.
Это не символ. Вовсе не символ юной жизни, оборванной так рано.

Драко Малфой сдувает в сторону тлеющие угольки и вдавливает подушечку большого пальца в застывающий воск. Сейчас он тёплый и мягкий. Совсем как кожа.
Нет, это не символ.

Самое трудное во всем этом – грёзы наяву. Без сомнения, это самое невыносимое. Январь принёс с собой снегопад и безоблачные, хрустящие как стекло дни, когда всё мерцает, и на глаза наворачиваются слезы. Он осыпает черные обрубки дубов и уже припорошенные мягкие контуры хвойных. Он пахнет морозом, мускатом и выхлопными газами маггловских машин. Январские ночи длинны, но становятся короче. Ветер обнимает дом как восковой саван свечу.
Это не символ.

Это – реальность. Земля под оледеневшей травой промёрзла по меньшей мере на глубину ладони. Ледяная хватка кажется похожей на тиски. Это не любовь. Разве это может быть любовью? Жестокая хватка до изнеможения. Мольба: «Не уходи!» Даже не просьба.
Драко знает, что мог молить о милосердии. Он мог заключить своего сына в неприступную башню и позволить влюбиться в собственную тень, в отражения ветвей деревьев в кривых оконных проемах. Он влюбился бы в кого-то – такова его судьба. Может быть, это была иллюзия любви как таковой – лицо мальчика, которого он никогда не видел. Темноволосого и простодушного. Он преследовал бы Скорпиуса во снах, и всё равно тот умер. Ровно два года назад в этот самый день. И не было бы касания губ к горлу, и не было бы руки, неловко обхватившей другую руку, когда плечом к плечу они вступили в бой. Но ничто не изменит произошедшего, и Драко смирился с выбором сына. Точно так же, как и его отец в свое время смирился с его выбором. И не было темницы – реальной или выдуманной – достаточно мощной, чтобы могла удержать предначертанное Драко и хоть как-то уберечь Скорпиуса от его судьбы. Сова могла разбиться о его окно, и кусок стекла мог . . . Или нечто подобное, пусть и менее жестокое. Словно принцесса из сказки он уколол бы палец и упал на колени, а смерть безмолвно распростерла над ним свои крыла.

Если приходится умереть – а каждому рано или поздно придётся – то нет необходимости делать это раньше назначенного часа. Смысл в том, чтобы встретить свою смерть с изяществом, на пороге – словно старого дорогого друга – и подать ей руку с благодарностью, а не по принуждению.
Я сделал это ради любви. Я сделал это ради любви, и я не боялся.

Получилось красиво. Похороны, музыка, лилии. Было тяжело, когда Альбус Поттер, спотыкаясь, подошел к гробу и опустил свой последний горестный подарок. Было тяжело; но Гарри не пришел на похороны, и Драко мог оплакивать сына, не стыдясь упрёков. Если его было в чем упрекнуть. Уже потом Драко осознал, как сильно ошибался. Но действительность всегда отступает перед силой его фантазии. Получилось красиво. Скорпиусу бы понравилось. Звуки виолончели и потолок, зачарованный под январское небо. И, конечно, повсюду горели свечи. Драко унёс их с собой, уменьшив до размера зубочисток и завернув в носовой платок Хагрида (единственный, которым тот не вытирал нос и слезы). Он принес ровно столько свечей, сколько нужно. По одной на каждый январь, который ему останется провести без сына. По одной на каждый год одиночества.

Они не были символами.

Говорят, свечами мёртвые светят живым. Для некоторых это зловещее предзнаменование: блуждающий огонек, заводящий доверчивых в зыбкие топи, из которых нет возврата. Для других же – невыполнимое желание, надежда впервые в жизни оказаться в уютном доме, где на столе стоит жареный гусь, а перед камином сушатся ботинки – оказаться частью, но не призраком в окошке, который исчезает, стоит только уловить его движение краем глаза. И еще есть свечи тех, кого любили так сильно, что их не вынесла земля. И потом они ходят среди нас, незримо освещая нам путь, и согревают наши руки теплом своих неугасимых свечей. Иной раз единственное, что удерживает Драко, чтобы в отчаянии не пасть на колени, заломив от горя рук, это мысль о Скорпиусе, покидающем свою могилу – пусть на одну только январскую ночь.

Однажды, в день костюмированного фестиваля Игрушечных Коньков, когда Скорпиус был еще от горшка два вершка, Драко взял его с собой на рынок Корнуэльских Ведьм в Пэдстоу. После того как сын до изнеможения набегался за Синей Лошадкой по кривым улочкам, до отвала объевшись при этом липкими тянучками, Драко подвел его к столу одной из самых известных в Англии изготовительниц свечей. Несколько часов, несмотря на давно исчерпавшееся терпение Драко, они наблюдали за тем, как пухленькая ведьма отщипывает сережки восковницы от веток и вываривает их до состояния густой, пахучей кашицы, потом добавляет её в пчелиный воск и получает вязкую, быстро остывающую восковую массу. Держа руки Скорпиуса в своих, ведьма помогала ему окунать футовые холщовые фитили в парящий котел, снова и снова, по мере того как воск застывал, образуя вощеные фитили толщиной в большой палец Драко. Один-единственный раз ведьма бросила взгляд на Драко.

- Никогда не видела таких терпеливых малюток, - сказала она. - Однажды ему всё будет под силу. Если боги смилостивятся и дадут ему пожить.

Оставив Скорпиуса в добрых и умелых руках, Драко сбежал с ярмарки и узких улочек, где испокон веков куски черепицы покидали свои насиженные места, соскальзывая с крутых крыш и вдребезги разбиваясь о булыжную мостовую. На окраине городка он остановился, чтобы перевести дух, прислонившись к калитке фермы. Горло до боли перехватило от непролитых слез. Господи боже! У сына совсем не будет времени! Самому Драко досталось чудовищно много, а Скорпиусу – совсем чуть-чуть.

В тот вечер они сожгли свечу в скорпиусовой спальне.

- Расскажи мне сказку, папа, - попросил он в полусне, смеживая веки в неровно дрожащем свете. Драко покачал головой.

- Что-то на ум ничего не приходит, сынок, - солгал он. Но к счастью ребенок заснул, положив свою маленькую головку Драко на грудь, удовольствовавшись ощущением покоя от его мерного дыхания.

Свечи сгорели дотла и затухли. Это не символы.

Ветер бросает волосы в лицо и задувает под воротник пальто. Над головой скрипят и стонут деревья. Ему пришлось долго зажигать свечу, но теперь, когда она горит, Драко закрывает ее руками. Это не символ крепости любви.

За спиной внезапно раздается неясный звук – маггловская мелодия, тихая и успокаивающая. Драко поворачивается к ней, как цветок к солнцу.


* * * *

Осенью Альбус, Джеймс и Лили вернулись в школу после двухлетнего перерыва. Гарри гордился ими и тем, как они, каждый по-своему, сумели всё пережить. Джеймс, в полной мере ощутив скоротечность бытия, сломя голову рвался вперёд, взлетая выше, чем когда-либо осмеливался сам Гарри, и отбивал квоффл поверх трибун, заставляя зрителей визжать от страха и восторга. Лили окружила себя друзьями; все рождественские каникулы прошли в безумном хороводе сов и подарков, сыпавшихся под елку как звездопад из цветной бумаги. А что же Альбус? Альбус замкнулся в себе, обратив все свои мысли на книги, музыку и отголоски слов. Гарри чувствовал, что таким образом он пытается удержать Скорпиуса рядом – живым и нетронутым смертью.
Когда они стояли на платформе, то дым окутывал их, словно туман, и Гарри вдруг понял, что представляет, каково его детям сейчас садиться в Хогвартс Экспресс впервые после той роковой ночи почти два года назад. Будет ли у них всё так же, как у них с Роном и Гермионой, да и у Драко в каком-то смысле? Долгое время его преследовали крики умирающих, и мучила нелепость того, что они продолжали обедать в зале, где кровь лилась ручьями, под потолком, с которого внезапно исчезли звёзды, оставив после себя балки и голый камень. Он смотрел, как дети втроем выбрали купе и осторожно уселись, как будто в сиденьях всё еще могли таиться вражеские проклятия. Стоя рядом с Роном, он махал им и улыбался. Драко не пришел, хотя Гарри и поймал себя на том, что ищет его глазами.

Многое прояснилось за дни и месяцы, прошедшие с окончания войны, и Гарри знал, что, вернувшись с обильного обеда в пабе, он сможет сесть у огня и не думать о том, как сильно ему не хватает Джинни и Гермионы. Время на самом деле лечило раны, хотя Гарри и ощущал вину, признавая это. В каком-то смысле ему казалось непочтительным, что он не горюет, но тогда он вспоминал, что Альбус и Драко горюют больше, чем Гарри и Рон вместе взятые. Джинни и Гермиона прожили свои жизни – хоть и короткие – но всё же они пожили достаточно долго, чтобы успеть понянчить собственных детей. Достаточно долго, чтобы успеть насладиться и избаловаться их любовью – когда придёт время собирать плоды. Это было умиротворение, которого Гарри не успел достичь с Драко до того, как тот его бросил – ни как друзья, ни как любовники. Это было умиротворение, которое Скорпиус и Альбус познали лишь на краткий миг, не успев довершить его физической любовью. Юноши, казалось, сумели пожить только наполовину.

Гарри вздыхает и глядит на рождественскую елку. У него не хватило смелости вынести её до того как дети уедут обратно в школу. Но ждать осталось недолго; утром Гарри отвезёт их на Кингс-Кросс. Он осторожно обнимает Альбуса, сидящего рядом с ним на диване, за плечи, но не может понять, о чем тот думает, спрятавшись за книгой по защитным чарам. Поначалу сын замирает от прикосновения, но постепенно – медленно – оттаивает и позволяет себе прислониться к Гарри. На какой-то неуловимый момент кажется, что он снова тот самый Альбус, каким был в детстве. До того как его приняли в Хогвартс, но уже после того как начал учиться Джеймс. Джинни и Лили совершали долгие прогулки по дороге вдоль маггловских домиков, и по возвращении домой у них были раскрасневшиеся от мороза и смеха щеки. Но время, когда Гарри и Альбус были наедине, протекало по-другому; им необязательно было разговаривать, они просто сидели у камина, пока огонь не догорит, и Альбус, задремав, клал голову Гарри на колени.

Это один из немногих моментов на памяти Гарри, когда он чувствовал себя всецело свободным от боли.

В этот вечер Альбус не дремлет, а, отложив книгу, с пугающей решительностью смотрит на языки пламени за решеткой камина. Но его тело податливо, и Гарри гладит его по волосам, то и дело касаясь пальцами горячей щеки. «Поговори со мной», хочется ему сказать. «Сними с себя тяжесть». Но он знает, что не имеет права.

Он знает, что не имеет права.

Когда Альбус наконец отстраняется, внезапное отсутствие сына рядом заставляет Гарри поёжиться от холода и ощущения утраты, но он молчит, когда Альбус собирает книги и поднимается по лестнице в свою комнату. Вместо того чтобы пойти вслед за ним, Гарри встаёт и пытается разворошить угли в камине, но всё напрасно.

«Это не символ», - говорит он себе, накидывая на плечи пальто и зажмуривает глаза в объятиях аппарации. Есть только одно место, где он хочет быть.


* * * *


- Тебе не стоило приходить, - говорит Драко, устанавливая огарок свечи в изножье могилы сына, затем поднимается, не сгибая спины. Даже теперь гордость не даёт признать, что он нуждается в компании.

- Я знаю, - отвечает Гарри, раскрывая ладони как в примирительном, так и умоляющем жесте.

- Знаешь, - говорит Драко, – а ведь я даже не уверен, что рад тебя видеть здесь.

Гарри кивает. Когда Драко говорит подобные вещи, Гарри смотрит на это как на кровопускание – вскрытие раны перед тем, как прижечь ее еще на год. Именно поэтому он никогда не берёт с собой Альбуса.

- Тебе это нравится. – Он - животное, пойманное в ловушку собственной боли.

Гарри просто качает головой. Драко не терпит ни банальностей, ни вежливых увещеваний. Вместо этого он просто говорит: «Пойдем домой».


Парная аппарация таит опасность. После всех этих ночных бдений Драко совсем не в форме, чтобы подчиняться причудам магии – своей ли, или магии Гарри. И Гарри крепко обхватывает его за плечи и шепчет адрес в его растрепанные волосы. Драко слабо сопротивляется, но из рычания и приступа тошноты в конце концов получается всхлип. Он бы остался тут на всю ночь, если бы не Гарри. Он бы лег на могилу сына и умер.

Это прощание настолько затянулось, что Гарри не может позволить ему длиться еще хоть мгновение.

- Ты мучитель, - шипит Драко, когда ноги касаются дорожки, ведущей к дому. Он слегка спотыкается и вслепую нащупывает руку Гарри. Этот жест успокаивает Гарри больше, чем тысяча признаний в вечной любви.

Подняв глаза, Гарри видит лицо в окне Альбуса. Оно скрыто тенью, так что Гарри не может видеть выражения.

- Мне бы хотелось, - говорит Гарри, хотя это и противоречит голосу разума, - чтобы ты разрешил ему сопровождать тебя.

На мгновение лицо Драко становится мрачным и некрасивым.
- Ему и так очень больно, Гарри. Как ты можешь хотеть такого для своего сына?

- Мне бы хотелось, - терпеливо повторяет Гарри, - чтобы он знал, что в своем горе не одинок.

Драко качает головой, кривя рот.
- О, но ведь так и есть, Поттер. Он одинок - так же, как и я.



* * * *

Они занимаются любовью медленно и тихо, и их тела окутывает только свет свечей и отблески камина. Они не хотят, чтобы Альбус услышал – особенно в такую ночь.

Драко отдается сексу, извиняясь единственным способом, который гордость оставила в его распоряжение. Ноги переплетаются на простынях, а слияние тел почти столь же бесхитростно, как брачные игры зверей в плену мучительного весеннего пробуждения природы. Гарри никогда не просит от него большего, и Драко чувствует, что это из-за страха – страха: потребуй слишком много, надави сильнее, и Драко уйдет, оставив в лучшем случае записку на подушке. Как он может думать о таком, спустя два года и после всего, что они пережили – Драко редко задумывается над этим вопросом. Особенно в эту ночь.

Гарри прижимает его всем своим весом, как балласт, мешающий Драко сбежать, давая мимолетную передышку подобную той, когда корабль сопротивляется поперечной силе ветра и может выправиться и расправить паруса. «Я люблю тебя» , говорит Гарри, но не просит и тем более не требует ответа. «Я люблю тебя» , повторяет он.


В тот раз, в тот первый момент, когда Драко услышал голос Гарри в камине, он уверил себя, что снова полюбить Гарри – это значит в каком-то смысле предать своего сына, как будто любовь можно вычерпать до дна. Как будто её источник может иссякнуть, а русло пересохнуть. Когда он осознал, что это не так, страх перед опустошением перешел на Альбуса, сына Гарри, который взглядом словно разделывал Драко как рыбу и выдергивал по одной его тонкие, просвечивающие косточки. Гарри уверял его, что тот сумеет полюбить снова, но от самой этой мысли у Драко сжималось сердце. Он тоже полюбил снова – хотя и не так сильно – мать Скорпиуса, но это было не более чем звезда по сравнению с солнцем его давнишней любви к Гарри. Он не хотел такой судьбы для Альбуса. И иногда, к своему великому стыду, желал ему облегчения, даруемого смертью.


- О, - кончая, выдыхает Гарри, как он всегда делал и делает до сих пор, как будто Драко – это откровение, которое он постигает снова и снова. Оргазм самого Драко безмолвен, как и всегда. «Слова, – сказал однажды его отец, когда он был совсем юным, - это маленькие кусочки души. Используй их мудро, Драко. Используй их мудро и знай, когда нужно заткнуться. За всю твою долгую жизнь их должно быть не больше горсти». В тот момент, на пике оргазма, раскинув ноги и обнимая Гарри между ними, он знает – его душа слишком высоко воспарила. Её слишком легко выдохнуть. Он боится даже дышать.

Лёжа в объятиях Гарри, пока кожа постепенно остывает, а дыхание выравнивается, Драко думает об Альбусе. Тот сейчас один в своей комнате в конце коридора. Поднявшись с кровати и надев мантию, он отправляется на поиски сына Гарри.



* * * *


Сидя в кресле возле маленького очага, Альбус видит, как в снежном вихре его отец и отец Скорпиуса аппарируют на дорожку. Их пальто медленно распахиваются, и даже еще медленнее отец убирает руки с талии Драко. Несмотря на расстояние Альбус видит непреклонное выражение лица Драко – эти тиски гордыни.

Иногда – слава богу, не всегда – Альбус задумывается, любил ли этот человек Скорпиуса так же сильно, как он сам.

В этом году они впервые встретили годовщину смерти Скорпиуса вместе. Отец Альбуса был достаточно добр, чтобы разрешить ему – а с ним и Джеймсу с Лили – остаться еще на день. Поезд должен был увезти их на север в особое путешествие – это было признание не только жертвы отца Альбуса, но и отца Скорпиуса. Скорпиус умер, защищая Альбуса и Лили, когда они судорожно пытались спасти от смерти истекающего кровью Джеймса. В самые страшные минуты Альбус думает о том, жалеет ли он, что всё повернулось так, а не иначе. Позволить своему брату погибнуть и аппарировать оттуда вместе со Скорпиусом – ему для этого даже палочка не нужна. Он знает, что способен на такое. Желание быть рядом со Скорпиусом много раз приводило его к спонтанной аппарации задолго до того, как этому научил отец. Он уверен, что мог сделать так и в ту ночь. Более того, он так и поступил. Просто было уже слишком поздно.

Всякий раз при воспоминании о том, как Скорпиус стискивал его руку, умирая, Альбус не может сдержать слёз. Они текут по лицу, несмотря на то, сколько прошло времени. Как и ему самому, Скорпиусу было бы сегодня девятнадцать, и они бы стали аврорами международного отдела, или профессиональными игроками в квиддич или – лучше всего! – укротителями драконов – и путешествовали бы вместе. Хотя скорее всего, учитывая страсть Скорпиуса к книгам, они бы учились в каком-нибудь университете в Ирландии, угнездившемся на скале над морем. После месяца, проведенного там летом с семьей Альбуса, Скорпиус поклялся, что вернётся. «Земля святых и ученых», - вздохнул он. «Земля викингов и пабов», - ехидно заметил Альбус.

Оказалось, что его потерю невозможно возместить. Ничто не могло остановить кровотечение. Словно ведро воды, выплеснутое в костер, боль гасила всякую радость, любую надежду. Он ковылял по жизни, окончательно сломленный. Это не было поводом лишний раз себя пожалеть, как иногда поговаривал Джеймс. Это была констатация факта – как восход и заход солнца – положение звезд в созвездии горя.


Его отец и отец Скорпиуса ушли в свою спальню, даже не удосужившись снять пальто. И Альбус слышал, как Драко споткнулся на лестнице. Конечно, он пьян; огневиски – самый эгоистичный способ бегства. Снаружи вновь пошел снег, и в окне совсем темно, только виднеются отблески огня из очага и пламени свечки на столе. Ветер свистит в водосточных желобах. Холодно, как бывает холодно всякой январской ночью, и Альбус не может отделаться от мыслей о ледяной могиле под сенью ивы. Скорпиус, который был таким теплым в его руках в ту ночь в пещере – ту единственную ночь, которую им было позволено провести вместе, как любовникам – лежит теперь в объятьях мороза, льда и грязи. Думать об этом иногда просто невыносимо.

Когда раздается стук в дверь, Альбус почти не реагирует на него. Ему сейчас не до нежных, но бесполезных банальностей Лили, и тем более не до сердечных наставлений Джеймса, вроде «не вешай нос, чувак!» Он бы еще выдержал отца, но от того наверняка пахнет постельным бельём, огневиски и сексом – едва заметно, но всё равно тошнотворно. У отца есть свой Малфой. Альбус чертовски рад за него, но даже его неловкое молчание совсем некстати, особенно в эту ночь. Но в последнюю секунду вопреки здравому смыслу он произносит: «Войдите».


* * * *


В комнате пахнет мальчишкой. Без сомнения, в комнате, где жили он и Гарри, пахло так же. Драко борется с желанием поморщить нос, и затем, когда понимает, что чуть не сделал, он с трудом сдерживает рыдание. Комната Скорпиуса тоже пахла мальчишкой. И грязными носками. Как запах гелиотропа наполняет июньский воздух, так и запах мальчишки наполняет комнаты, где живут единственные сыновья. На свете существовал только один человек, который бывал в комнате его сына в Поместье, и этот человек сейчас сидит на подоконнике и изумленно наблюдает за ним.

Медленно пройдя по комнате к деревянному стулу возле маленького письменного стола, Драко намеренно игнорирует молчание, сопровождающее его появление. В воздухе, потревоженном его движением, пламя свечи дрожит и исходит дымом будто бы в упреке. Туго завернувшись в мантию и застегнув воротник на голом горле, Драко садится и поднимает взгляд на сына Гарри.

- Вы пьяны?

Драко мог оскорбиться тоном голоса мальчика, сквозящей в нем шокирующей бесцеремонности, но дрожание подбородка сводит на нет всю самоуверенность Альбуса.

- Нет, - спокойно отвечает Драко.

- Тогда… - выпаливает Альбус, - тогда где же вы были?

Драко довольно долго рассматривает его, оценивая все «за» и «против» честного разговора. В тишине подбородок Альбуса дрожит еще сильнее, и одинокая слеза прочерчивает свой путь по щеке. Драко решает оставить гордость и смилостивиться над юношей.

- У могилы сына, - отвечает он.

Вторая слеза течет по щеке Альбуса.

- Я… – Драко откашливается, пытаясь смягчить звучание голоса. – Я прихожу туда каждый год, на его день рождения и на годовщину смерти. Я прихожу туда поздно вечером потому, что ненавижу жалостливые взгляды посторонних, и еще потому, что свечи в темноте горят ярче.

Альбус издает едва заметный короткий всхлип.

- Это не то, что ты думаешь, - говорит Драко. – Это не символ.


* * * *


Альбус не знает, почему Драко решил придти к нему после всего, что было, но он обнаруживает, что не может сердиться. «Мой отец, – сказал ему когда-то давно Скорпиус, – мой отец – хороший человек. Но он так туго запутался в себе, а путы впились так глубоко...». Он не продолжил мысль, но этот образ с тех пор стоял у Альбуса перед глазами. И потом были слова, которые он прошептал ему в губы, чуть более чем два года назад: «Скажи моему отцу . . . Пусть он знает, что я сделал это ради любви. Что я сделал это ради любви, и я не боялся». И если Драко был тем, кого любил Скорпиус – неважно, насколько холодным и замкнутым он казался Альбусу – тогда и Альбус найдёт в себе силы его полюбить.

- Я ни о чем не думаю, - сказал Альбус. – Я слишком отупел, чтобы думать.

Понимая, что это признание, Драко склоняет голову набок и смотрит пристальным взглядом.
- Но ты думаешь, - говорит он. – И, возможно, слишком много.

Внезапно Альбус вскакивает и начинает ходить перед очагом, то и дело пиная выпавшие угольки обратно за решетку. И это тоже, думает он, никакой, мать его, не символ.

- Мне не нужны ваши пустые слова, - огрызается он. – У моей сестры их в избытке, и я наслушался их столько, что хватит на всю оставшуюся жизнь… - Он давится последним словом, слишком поздно понимая, что же такое сказал. Он инстинктивно бросает взгляд на Драко, опустившего подбородок на грудь, а волосы, так по-скорпиусовски спадающие на лицо, скрывают его от глаз Альбуса. На какой-то ужасающе долгий момент Альбусу кажется, что тот уснул, но потом он видит, что плечи Драко подрагивают. Альбус позволяет ему выплакаться и тогда, ощущая неловкость, идёт к двери, чтобы позвать отца.

Не поднимая глаз – гордость все-таки не позволяет ему – Драко всхлипывает.
- Не уходи, - прерывисто произносит он. – Останься со мной.


Больше часа они оба молчат и даже не шевелятся. Наконец, поняв, что именно ему придётся сделать шаг навстречу, Альбус пересекает комнату и становится на колени перед отцом Скорпиуса, и, когда тот не отшатывается, как Альбусу представлялось, должно было случиться, обнимает его и, нежно положив руку на затылок Драко, опускает его голову себе на плечо. От этого простого жеста слезы у Драко льются рекой, и Альбус вдруг отчетливо понимает, что, несмотря на все проявления любви, не отец, а только сам Альбус может утешить Драко в его горе.

Впервые за два прошедших года Альбус не чувствует себя одиноко.


* * * *


Очнувшись от легкой дремоты, Гарри понимает, что Драко не вернулся, поэтому садится и спускает ноги с края кровати. Сначала он заходит в маленький кабинет с маггловским телевизором – Гарри удалось добиться этой уступки – но Драко нигде не видно. Внезапно его охватывает страшная догадка, что в одной лишь мантии на голое тело Драко вернулся на могилу сына. В то же мгновение ему вспоминается одна из сказок Молли: про маленькую девочку со свечками (что ж, в данном случае про мальчика), которая продавала свечки в Сочельник, чтобы принести немного денег для больной бабушки. Но ночь была чертовски холодна, и прохожие шли мимо по улице, стремясь побыстрее оказаться в своих залитых светом гостиных и не желая заглянуть в лицо нищете – особенно в такую ночь. Она зажигает свечу, чтобы согреть пальцы – «всего одну-единственную» – думает она. Всего одну. Но ветер дует сильнее и ночь затягивается, улицы быстро пустеют. Прохожие не купили ни свечки, но она не может вернуться домой с пустыми карманами. Намереваясь простоять так долго, как только сможет, маленькая девочка зажигает еще одну свечу… потом еще и еще. На следующее утро люди, спешащие купить гуся и пудинг, найдут девочку, застывшую на пороге, с кучей сгоревших спичек и огарков свечей у босых ног. Конечно, она будет мертва. И, конечно, рассказчик утешает себя тем, что она непременно стала ангелом на небе, но, зная, как устроен мир, Гарри в это не верит.

Схватив ботинки и пальто, Гарри распахивает дверь и аппарирует в темноту.


* * * *


Изнуренный прорвавшимся потоком горя, Драко обмякает в объятиях сына Гарри и не сопротивляется, когда Альбус ласково подводит его к кровати и укрывает одеялом до самого подбородка. Встав и сделав шаг назад, Альбус долго и нежно разглядывает его, и в этом взгляде нет предсказуемой поттеровской обиды. Драко знает, что не выглядит на свои сорок шесть лет, лежа, согнув ноги на по-детски узкой кровати, закрыв опухшие глаза, но у него нет сил, ему на это наплевать. Когда Альбус достает свою пижаму из кучи вещей на дне гардероба и берет зубную щетку с крышки бюро, Драко не делает попытки встать и уйти. Его кости так ослабели, что кажутся пластилиновыми. Он вконец опустошен и изнурен. Когда Альбус тушит камин, задувает свечу и выскальзывает из комнаты, Драко не пытается остановить его. Он слышит недовольный голос Джеймса: «Что за черт?», ответ Альбуса: «Подвинься, придурок» и улыбается про себя. Глупые, глупые мальчишки.

В темноте, все еще пахнущей жаром, воском и угольками, он проваливается в сон без сновидений.


* * * *

К собственному облегчению Гарри не замечает признаков недавней аппарации и свежих следов на выпавшем снегу. Драко, скорее всего, решил провести ночь в уединении – неудивительно, в такую-то ночь – и лег спать на диване в библиотеке. Этот диван – единственное, что он забрал из Поместья; вернее его и две непонятные деревянные коробочки, куда Гарри никогда не заглядывал и чувствовал, что вряд ли захочет, даже если Драко предложит.

Когда Гарри протягивает палочку, начав произносить заклинание аппарации, чтобы вернуться домой, внезапно что-то привлекает его внимание. Он поворачивается, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь сквозь летящий снег. Отсюда это выглядит как крошечное светящееся окошко в маленьком доме, но, подойдя поближе к изножью могилы Скорпиуса, он видит лишь свечу. Ту самую свечу, которую Драко погасил при нем и поставил на землю. Каким-то образом – чудеса да и только! – она зажглась снова, не сдавшись под напором ветра. И горела ярче факела.

Сглатывая набежавшие слезы благодарности, Гарри посылает Скорпиусу воздушный поцелуй, палочкой очерчивает на снегу круг и аппарирует домой. Домой к своему очагу. Домой к своим детям. И наконец – домой к Драко.


fin
...на главную...


июнь 2020  
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930

май 2020  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.06.02 03:07:38
Наши встречи [2] (Неуловимые мстители)


2020.06.01 14:14:36
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.05.31 10:41:52
Дамбигуд & Волдигуд [6] (Гарри Поттер)


2020.05.29 18:07:36
Безопасный поворот [0] (Гарри Поттер)


2020.05.24 23:53:00
Без права на ничью [2] (Гарри Поттер)


2020.05.24 16:23:01
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.05.22 14:02:35
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


2020.05.21 22:12:52
Поезд в Средиземье [4] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.05.15 16:23:54
Странное понятие о доброте [1] (Произведения Джейн Остин)


2020.05.14 17:54:28
Veritalogia [0] (Оригинальные произведения)


2020.05.11 12:42:11
Отвергнутый рай [24] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.05.10 15:26:21
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.05.10 00:46:15
Созидатели [1] (Гарри Поттер)


2020.05.07 21:17:11
Хогвардс. Русские возвращаются [356] (Гарри Поттер)


2020.05.04 23:47:13
Prized [6] ()


2020.05.03 09:44:16
Life is... Strange [0] (Шерлок Холмс)


2020.04.25 10:15:02
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.04.24 20:22:52
Список [12] ()


2020.04.21 09:34:59
Часть 1. Триумф и вознесение [0] (Оригинальные произведения)


2020.04.20 23:16:06
Двое: я и моя тень [4] (Гарри Поттер)


2020.04.15 20:09:07
Змееглоты [3] ()


2020.04.13 01:07:03
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.04.05 20:16:58
Амулет синигами [118] (Потомки тьмы)


2020.04.01 13:53:27
Ненаписанное будущее [18] (Гарри Поттер)


2020.04.01 09:25:56
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.