Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Богарт Мэри-Сью превращается в седьмую книгу

Список фандомов

Гарри Поттер[18337]
Оригинальные произведения[1182]
Шерлок Холмс[711]
Сверхъестественное[451]
Блич[260]
Звездный Путь[249]
Мерлин[226]
Робин Гуд[217]
Доктор Кто?[209]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![182]
Белый крест[177]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[171]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[131]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[102]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2017[10]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[26]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[46]
Фандомный Гамак - 2015[4]
Британский флаг - 8[4]
Фандомная Битва - 2015[49]
Фандомная Битва - 2014[17]
I Believe - 2015[5]
Байки Жуткой Тыквы[1]
Следствие ведут...[0]



Немного статистики

На сайте:
- 12454 авторов
- 26878 фиков
- 8382 анекдотов
- 17261 перлов
- 640 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Жениться?

Автор/-ы, переводчик/-и: Flagreit
Бета:Yasuko Kejkhatsu
Рейтинг:R
Размер:миди
Пейринг:Рон Уизли/Гарри Поттер
Жанр:Drama, Humor, Romance
Отказ:Что не мое, то не мое
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:Всё началось с грибов. Или нет. Всё — вверх тормашками
Комментарии:Было написано на ЗФБ-18 на дайри
Каталог:Пост-Хогвартс
Предупреждения:слэш
Статус:Закончен
Выложен:2018.03.19 (последнее обновление: 2018.03.19 17:30:13)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [3]
 фик был просмотрен 1037 раз(-a)



Мама отправила их в лес по грибы. Вряд ли она собиралась из этих грибов варить суп на ужин. Отослала их, чтобы не квасились дома.

Рон шёл немного впереди, распинывая листву под ногами.

— Возьми ветку, — сказал Гарри, — чтобы не повредить грибы.

— Какая разница? Мама их даже смотреть не станет, сразу выбросит.

— Всё равно интересно искать.

— Да ну.

— У Дурслей был справочник грибника, я его иногда листал, и знаю несколько видов съедобных грибов.

Рон оглянулся.

— Несколько видов? Очень обнадёживает!

В лесу было тихо, только прошлогодние листья да мелкие ветки хрустели под подошвами.

— Птиц совсем не слышно, — сказал Рон.

Гарри за его спиной остановился.

— Точно. Даже дятлы ничего не долбят.

— Слушай... — Рон медленно повернул голову к Гарри и заговорил шёпотом: — Может, они учуяли какого-то опасного зверя и поэтому заткнулись.

Гарри улыбнулся.

— Лишь бы тут не было пауков, со всем остальным мы справимся, правда?

У Рона мгновенно занемели ноги от колен до пальцев, и по всему телу пронеслась дрожь.

— Даже в шутку не говори о пауках!

Он передёрнул плечами и встряхнул руки, словно пауки уже ползали по нему.

— Идём дальше? — спросил Гарри.

Рон поставил корзину между ног и на всякий случай прошёлся ладонями по своей одежде, где смог достать. Он представил, как натыкается пальцами на что-то мохнатое, и снова содрогнулся. Зачем Гарри только заговорил о пауках? Пока Рон не думал о них, их будто не существовало вообще, а теперь они мерещились повсюду. Копошились в листьях, свисали на паутинных нитях над головой. Это, конечно, не Запретный лес, и здесь не водятся такие гигантские твари, но в мелких тоже нет ничего хорошего. В какой-то степени они даже хуже: их не увидишь так просто, и они вполне могут заползти в штанину или свалиться за ворот футболки. И что тогда?

— Долго ещё будешь гладить себя? — спросил Гарри. Он прошёл мимо, замахнулся веткой и со свистом прошил воздух.

— Я не глажу, я ищу пауков.

— Мне кажется, лучше не стоит. Вдруг правда найдёшь.

Гарри засмеялся, а Рон разозлился.

— Ты знаешь, как я их ненавижу. Обязательно было говорить о них?

— Я просто пошутил. А тебе уже пора избавляться от этой фобии. Собираешься бояться их до конца жизни?

— И что ты предлагаешь? Избавишь меня от фобии, как учат плавать? Бросишь в море пауков?

— Боюсь, так станет ещё хуже. Лучше спроси у Гермионы, она в этом больше разбирается.

— Ага, сейчас! Побежал уже спрашивать у Гермионы.

Гарри наклонился к земле, пошарил пальцами в листьях и что-то вырвал оттуда. Это оказался гриб, молочного цвета с вывернутой наружу шляпкой.

— Тоже мне грибник, — усмехнулся Рон. — Грибы срезать надо, а не рвать. Не цветочки же.

— Сейчас наберу побольше, сплету венок и надену тебе на голову.

Гарри бросил гриб в корзину, которая висела у него на локте, и стал дальше ковыряться палкой в земле. Рон огляделся. Шарить в листьях, даже ботинками, ему совсем не хотелось, но и уступать Гарри — тоже. В поле зрения никаких грибов не было, а может, и были, но маскировались под листья и камни. Рон поднял свою корзину и зашагал вперёд. Теперь он смотрел под ноги гораздо внимательнее, приглядывался к стволам у корней, в конце концов тоже нашёл себе удобную ветку и принялся разгребать листья. Но ему так и не попался ни один гриб.

— Сколько у тебя? — спросил Гарри. Его голос разлетелся эхом. Птиц по-прежнему не было слышно.

— Много! — ответил Рон. — А у тебя?

— Пока один.

— Врёшь.

— Сам посмотри.

Рон подошёл и заглянул в его корзину, свою пряча за спиной. Дно было плотно устлано грибами разных размеров и цветов.

— Так и знал! — сказал Рон, а Гарри рассмеялся.

— Это всё поганки, съедобный только один, тот, что я нашёл при тебе.

— Почему поганки такие красивые? — спросил Рон с отчаянием.

— Им положено быть красивыми.

— Ты посмотри! — Рон сунул руку в его корзину и достал гриб с сиреневой перламутровой шляпкой. — Как она блестит на солнце.

— Как конфета.

— Хочется съесть прямо вот так, сырьём. Только выброси их перед домом, не показывай близнецам, они же…

Рон осёкся, встретив изумлённый взгляд Гарри.

— Вот чёрт, — Рон опустил голову и руку, в которой держал корзину. — Никак не могу привыкнуть.

— Да, я тоже.

Они пошли дальше, без интереса поддевая концами веток жухлые листья.

— Всё-таки странно, что птицы не поют, — сказал Рон чуть позже. — Это же лес.

— Может, они готовятся к зиме, и им не до песен.

Рон вздохнул.

— Я вообще ничего не знаю о птицах. Лучше бы Хагрид нам о них рассказывал, а не о разных чудищах.

— Я тоже мало о них знаю.

— Но по-любому же у Дурслей был справочник о птицах, и ты его иногда листал!

Рон толкнул Гарри в плечо, и они оба рассмеялись.

Они вышли на небольшую опушку. Трава здесь была будто высаженная нарочно: яркого зелёного цвета, ровненькая и почти без листьев. На такой траве развалиться бы и лежать. Грибы уже достали. Скучно их искать, когда их нет. Рон шагнул вперёд, замахнувшись, чтобы бросить корзину, и застыл. В траве густо-густо росли грибы размером с мизинец. Они не были похожи ни на один гриб в корзине Гарри. Не красивые и не уродливые, они — как трава на этой опушке — были аккуратными и одинаковыми, словно вылепленными кем-то.

Рон повернулся к Гарри и спросил:

— В твоём справочнике были такие грибы?

Гарри, склонившись, смотрел себе под ноги. Он помотал головой и присел на корточки. Дотронулся пальцем до шляпки одного гриба.

— Такая гладкая, — сказал он. — И тёплая, как… как кожа.

— Жуть. — Рон тоже присел и ткнул в гриб кончиком пальца. Ножка чуть покачнулась, а на шляпке остался след, мелкая вмятинка. Рон поднёс руку к лицу и понюхал. Запах был несильный, но явный — напоминал кофе. Совсем не грибной запах.

— Это волшебные грибы, — сказал Гарри. — Я таких ещё ни разу не встречал.

— Уж точно не в справочнике Дурслей! — засмеялся Рон.

Смех получился неестественный и дебильный. Рон глянул на Гарри, тот всё гладил шляпки, задевал их пальцами, словно играл на каком-то инструменте. Разве его поведение не странное? Рон убрал руку от лица и снова посмотрел на грибы. Их тут было не меньше сотни. А среди них, у самых ножек… чёрт побери, там кишели миллионы пауков, которых минуту назад не было. Рон вскочил и отбежал в сторону, затряс руками и задрыгал ногами.

— Гарри, Гарри! У меня галлюцинации от этих чёртовых грибов!

Гарри удивлённо оглянулся.

— О чём ты?

— Я вижу пауков! Туча пауков!

— Да, и я их вижу.

— У тебя тоже галлюцинации!

— Думаю, тут просто действительно пауки.

Рон попятился назад, а потом развернулся и рванул обратно в лес. Ему было не по себе. Очень не по себе. С грибами что-то не ладно. Надо быстрее уходить отсюда, пока не стало совсем плохо.

— Гарри! — крикнул он, не оборачиваясь. — Гарри, беги!

Ветки хлестали его по лицу. До этого, когда они искали грибы, тут не было никаких веток. Откуда они взялись? Или он бежит не в ту сторону?

— Гарри! — снова крикнул Рон и побежал быстрее.

Между ветками были растянуты паутины, блестящие и тугие. Рон наклонял голову, боясь, что, если они коснутся лица, разрежут его.

— Чёрт. Чёрт, чёрт.

Вдруг кто-то схватил его за руку. Рон сильно дёрнулся, и плечо будто обожгло крапивой.

— Рон, ты чего? — спросил Гарри. Да, это был Гарри. Несомненно. Рон увидел именно его лицо, когда оглянулся.

— Нужно бежать, — сказал Рон. Он запыхался, и во рту было горячо и сухо, и что-то шуршало, как будто листья. Но он же их не ел. Точно не ел?

— Рон, — сказал Гарри. — У тебя дикое лицо.

— Это грибы. Грибы! Со мной что-то не так.

— Всё нормально, и с тобой, и с грибами. Я же в порядке.

— Это тебе так кажется.

— Мне не может казаться, что со мной всё в порядке.

— Вот! — Рон схватил его за руку и потряс. — Ты странно разговариваешь.

— Это ты странно разговариваешь. И ведёшь себя как сумасшедший.

Гарри вывернулся, немного отошёл от него и поправил на носу очки.

— Но… — Рон огляделся. С лесом тоже творилось что-то не то. Много солнца и эта тишина. Понятно теперь, почему птицы не поют: на них тоже действуют грибы. — Ты что, совсем ничего не чувствуешь?

— Только усталость. Из-за того, что гнался за тобой. Ну у тебя и скорость!

Возможно, Гарри и не попал под влияние грибов, он же не нюхал свои пальцы. И Рону не стоило этого делать.

— Успокойся, — сказал Гарри. — Я понимаю, ты увидел пауков и накрутил себя.

— Не говори, как Гермиона! Ты ничего не понимаешь! Как ты объяснишь эти грибы?

— Да я не собираюсь ничего объяснять. Я и об обычных-то грибах мало знаю, а это же — волшебные.

— В том-то и дело, Гарри! Они волшебные, а я понюхал палец после того, как потрогал один гриб.

— Но пауков и я видел.

Да, что-то не сходится. Рон покусал губы. Потом сказал:

— Значит, они выпускают в воздух какую-то дрянь, и достаточно просто постоять на той поляне. Ты же сам видел, как там всё. Прилизано. Кто-то выращивает их специально.

— Зачем?

— Откуда мне знать? Для зелий, может, или ещё для чего. Близнецы вон тоже выращивали что-то на окне для своих экспериментов. Понимаешь, Гарри, природа не может создать что-то настолько аккуратное, как та поляна.

— А ты у нас знаток природы? Ты даже о птицах ничего не знаешь.

Это было обидно, хоть Гарри и улыбался совсем беззлобно.

— Да и плевать, — сказал Рон и двинулся дальше.

Его уже перестало колотить, но он по-прежнему был уверен, что этот приступ паники случился из-за грибов. Что бы там Гарри ни говорил. Пусть не верит. Рон всё узнает об этих грибах и докажет ему.


* * *

— Молодцы! — сказала мама, встретив их на кухне. — Отправила их за грибами, а они вернулись и без грибов, и без корзин.

— Извините, — Гарри глянул на Рона и ничего больше не сказал.

Гермиона тоже была здесь, помогала маме накрывать на стол, и Рона подмывало спросить её о грибах. Но вдруг они правда нормальные? Тогда ещё и она будет считать его придурком. Нет уж, эту задачу он сам должен решить.

После ужина Рон пошёл в гостиную и поискал в шкафу среди книг справочник грибника. Ничего такого не было, даже о простых грибах.

Папа мог знать. Рон выглянул на кухню. Папа всё ещё сидел за столом и допивал чай. Мамы не было, но входная дверь осталась открытой, значит она вышла во двор и скоро вернётся. Рон присел на стул и шёпотом сказал:

— Мы сегодня в лесу видели необычные грибы.

Он описал их, папа внимательно выслушал, а потом пожал плечами.

— Не знаю, — сказал он. — Впервые слышу о таких грибах. Говоришь, они росли на поляне?

— Да, и она…

Тут вошла мама, и Рон замолчал. Папа быстро глянул на его, зажмурив один глаз, мол, ничего не скажет маме. Рон кивнул: «Спасибо» — и ушёл к себе.

Гарри уже лежал в постели, читал спортивный журнал.

— Где ты был? — спросил он, не поднимая глаз.

— А что?

Ответ прозвучал грубо, и Гарри посмотрел на него.

— До сих пор дуешься из-за своих грибов?

— Это не мои грибы.

Рон взял из шкафа полотенце с пижамой и быстро вышел из комнаты. В коридоре его нагнала совесть. Он захотел вернуться и извиниться, но потом решил, что лучше сделает это после ванной. А в ванной он в подробностях вспомнил их спор в лесу и снова разозлился на Гарри. Тот так смотрел на Рона, будто он реально съехал с катушек. Хотя, может, Гарри просто испугался. Или вообще во всём виноваты грибы.

— Извини, — сказал Рон, укладываясь в постель.

— Да ничего, — ответил Гарри. — Я, кстати, спросил у Гермионы, что это за грибы.

Рон замер и уставился на него.

— Она не знает.

Рон уронил голову на подушку. С другой стороны, когда он всё выяснит, утрёт нос им обоим.


* * *

Во «Флориш и Блоттс» оказалось до черта книг о грибах. И карманные справочники, и целые энциклопедии. Он потратил часа три, пролистывая их одну за другой. На глаза попадались какие-то зелья, ритуалы и прочая ерунда. Оказалось, грибы очень популярны: где только их не используют. Даже украшения из них делают, вот дурь-то. Но нужный вид грибов Рон так и не нашёл, ничего и близко похожего.

— Молодой человек, вы собираетесь что-нибудь покупать? — в просвете между книгами возникла голова продавщицы.

Рон отпрыгнул и вскрикнул. Что за дура, кто так вообще делает?

— Нет, — ответил он. — У вас нет того, что мне нужно.

Он сказал это нарочно с упрёком, а она окинула взглядом книги в его руках. Они все были открыты и лежали стопкой друг на друге.

— Я видела, что вы делаете, — сказала продавщица и попыталась пролезть через полку. — Вы ищите информацию. Это вам не библиотека! И как вы обращаетесь с книгами? Теперь вы должны…

— Жениться на них? — усмехнулся Рон. Сгрудил по-быстрому книги на полку и поспешил к выходу.

— Вот хулиган!

На улице Рон поймал себя на том, что хочет рассказать об этом случае Гарри. Он шёл и улыбался. Это всё напомнило ему их школьные приключения. Когда они забирались куда-то тайно, а их ловили на месте преступления. Вместо продавщицы был Снейп или Филч, а вместо книг о грибах куда более серьёзные вещи. Но он не мог рассказать: Гарри вообще думал, что он у Джорджа. К нему Рон и правда собирался, после магазина. Теперь его оттуда выгнали, а другой книжный был только в Лютном Переулке. Хотя, возможно, как раз там и стоило поискать что-то о странных грибах. Но сперва он решил зайти к Джорджу.

— Да, я знаю, что это за грибы, — сказал Джордж. — Погоди немного.

Он взбежал на второй этаж, оставив Рона в зале. Хотелось что-нибудь утащить, но за прилавком стояла Верити и смотрела по сторонам так, словно у неё оба глаза были как у Муди. Наверняка ещё и всякие сигнальные чары были везде понатыканы, и особенно на входе — Рону в любом случае ничего не светило. Но руки-то чесались, поэтому Рон просто перещупал всё, до чего дотянулся.

— Эй-эй, не лапай тут! — Джордж дёрнул его за плечо и сунул какую-то книгу. — Выверни-ка карманы.

— Ты что! Да я же…

— Ладно, чего так разошёлся?

— Ничего я не разошёлся. Ты всем покупателям устраиваешь досмотр?

Джордж улыбнулся и приобнял его за шею.

— Нет. Только тебе, как любимому брату.

— Ну спасибо!

Оттолкнув его, Рон глянул на книгу в своей руке и тут же отшвырнул от себя.

— Какого чёрта, Джордж!

Книга влетела в витрину с какими-то разноцветными флаконами, и те попадали, как костяшки домино.

— О-о-о! — сказал Джордж. — Да ты, мой дорогой, и через сто лет не сможешь рассчитаться.

— Вот и забудь, раз не смогу. Что за хрень ты мне дал? Шуточки всё ваши?

Джордж взмахнул палочкой, собирая осколки в кучу.

— Они что, пустые стояли? — спросил Рон. Он не видел, чтобы из них что-то выплеснулось, и пол был сухим.

— Ты не представляешь, что ты натворил, — сказал Джордж.

— Ой, да ладно! В них даже не было ничего.

— Правильно. В них не было ничего, что можно увидеть. Забирай книгу и уходи, я сейчас буду эвакуировать всех из магазина.

— Что там было?

— Не забивай голову. Бери книгу и дуй отсюда.

Рон поднял книгу двумя пальцами за уголок обложки и обернулся к Джорджу. Тот размахивал в воздухе палочкой, будто веером, и что-то тихонько бормотал. Рон посмотрел на Верити, она как ни в чём не бывало рассчитывала у кассы двух мальчишек.

— Вот брехло, — сказал Рон, снова взглянув на Джорджа.

— Да ты и через сто лет будешь покупаться, как маленький, на все наши шутки, — он опустил палочку, указывая на книгу. — Но тут я не соврал. Сам почитай.

Рон приподнял руку и с содроганием глянул на обложку, на которой сидел, словно живой, жирный волосатый паук. Так только казалось, если посмотреть на книгу с определённого угла.

На этом приключение Рона закончилось, его нервы — тоже.


* * *

— Гарри! Гарри, это кошмар! — Рон влетел на кухню, держа книгу над головой. Бегом поднялся по лестнице и рванул на себя дверь. — Гарри, ты не представляешь!..

Гарри в комнате не было. Из коридора послышался голос Джинни, а следом и Гермионы. Рон быстро завёл руку с книгой за спину: им этого знать не надо.

— Вы Гарри не видели? — спросил он, выглянув.

— Кажется, он в ванной, — сказала Джинни.

— Уже долго, — добавила Гермиона. — А что там у тебя?

— Где?

— У тебя в руке. Книга.

— Ты сквозь стены можешь видеть?!

— Вообще-то я видела тебя в окно.

— Да, — сказала Джинни, — я тоже видела. Что это за книга и зачем тебе так срочно нужен Гарри?

Чёрт, вот он влип. Они и по одиночке как прицепятся, так не отдерёшь, а тут сразу обе.

— Гарри-и-и! — закричал Рон и рывком выскочил из комнаты, прижав книгу к груди.

Промчался мимо девчонок и чуть кубарем не скатился с лестницы. Дальше он перепрыгивал через две и три ступени и затормозил только у двери в ванную. Отнял книгу от груди, передёрнулся — он же держал её пауком у самого сердца! — и постучался.

— Гарри, быстро впусти меня!

За дверью было тихо, вода не шумела, это хорошо, значит, Гарри сразу услышал его. Но почему-то не открывал.

— Гарри! — Рон постучал снова. — Это важно.

— Я… я не одет, — наконец ответил Гарри.

— Ну и что? Если ты сейчас же не впустишь меня… Сюда идут девчонки!

Брякнула щеколда, и дверь приоткрылась. Рон толкнул её, вошёл и быстро запер обратно. Воздуха не хватало, вся ванна была заволочена душным паром, а у Рона и так ломило лёгкие. Он согнулся и упёрся рукой в колено. Паук смотрел ему прямо в душу, и он отбросил книгу.

— Что случилось? — спросил Гарри, и Рон поднял голову. На плечах у Гарри было большое банное полотенце, концами он прикрывал пах.

— Те грибы, — сказал Рон, выдохнув. — Не грибы! Посмотри, — он пнул книгу к Гарри. — На пятой странице, там закладка, спасибо Джорджу. Ещё бы в сердечки обвёл картинки.

Гарри неловко опустился на корточки, зажал края полотенца между ног и потянулся к книге.

— Ой, я же без очков, — сказал он. — Подай, пожалуйста, они там, на раковине.

Рон шагнул к раковине и взял очки. Стёкла были запотевшие, а рядом стояла открытая баночка с какой-то густой мазью. Рон узнал запах — так пахнет от Джинни после душа.

— Ты что, — он усмехнулся, — помазался это штукой?

— Что?

В зеркало Рон увидел, как Гарри напрягся. Увидел его голый зад и сморщенные пятки.

— Этот крем или что это, — сказал Рон. — Джинни же им пользуется. — Он снова усмехнулся и не стал смотреть на своё покрасневшее лицо. — Хочешь пахнуть, как она?

— Я… нет. Рон, это… Давай сюда очки.

— Гарри, — Рон облизнул губы. — Ты же не… Да как ты мог? Даже я этого никогда не делал! То есть… мне и в голову не могло прийти! Зачем мне…

Он резко замотал головой, понимая, что каждое слово отнимает у него по сотне очков.

— Рон, — сказал Гарри. — Послушай, Джинни ни при чём. Просто этот крем — единственное, что подходит…

— Подходит? Вот как ты заговорил?

Рон взглянул в зеркало. Гарри смотрел на него, прямо в глаза, как недавно тот ужасный паук с обложки. Лицо у него было нормального цвета, в отличие от лица Рона.

— Что ты разошёлся, — сказал Гарри.

— Сначала Джордж, теперь ты. Не разошёлся я! Пока ещё нет.

— Это же обычное дело…

— Обычное? Да ты посмотри на себя! Скорчился на полу, как гном какой-то. Прикрываешься полотенчиком… Обычное дело, как же. Да у тебя там стояк!

— Ну, — Гарри опустил глаза. — Уже нет.

— И ты, мой лучший друг, прячешься от меня. «Я не одет», — он передразнил голос Гарри и скорчил рожу.

— Так тебя это возмущает?

— Да всё меня возмущает. Кремом Джинни, Гарри! А если она учует?..

— Ну, она же не будет нюхать меня… там.

— Чёрт, заткнись!

Рон хлопнул ладонью по краю раковины и обернулся. Гарри встал, переступил с ноги на ногу, а потом распахнул полотенце.

— Всё, хорошо, — сказал он. — Я больше не буду брать крем Джинни. И не буду прятаться от тебя. Может, ещё и посмотреть хочешь?

Гарри рассмеялся, а Рон только открыл рот. Слов у него не было. Он чувствовал себя страннее, чем тогда в лесу.

— Пауки, — сказал Рон, глядя на член Гарри. — Это всё были пауки. Белые и чёрные. Те, что мы приняли за грибы, — самки. Мы их плохо рассмотрели, в книге есть картинки. Понимаешь, Гарри, — он поднял взгляд к его лицу. — Пауки. А я их трогал. И нюхал. А ещё, не догадаешься. Знаешь, чем они занимались? — Он снова посмотрел на член Гарри. — Спаривались! Прямо в тот момент, когда мы там были. Самки больше самцов, и те по нескольку штук залезают на них и делают это.

— Но… — голос у Гарри дрогнул. — Куда?

— Я не хочу пересказывать. Читай сам эту гадость, мне одного раза хватило. Только представь: мы были в море пауков!

— Трава тоже была пауками?

Рон передёрнулся всем телом. Его прошибло крупной дрожью, он ощущал каждый стоящий дыбом волосок.

— Меня тошнит, — сказал он и отвернулся к раковине. Открыл кран, сполоснул лицо прохладной водой, и его немного отпустило. — Мы им помешали довести дело до конца. Что, если они придут за нами. Ты же знаешь, какие умные эти твари. Помнишь, как они привели нас к Арагогу?

— Там были другие пауки. Успокойся, не думаю, что они придут нам мстить.

— Да я же теперь спать не смогу.

Рон вытер лицо ладонями и посмотрел в зеркало. Гарри стоял у него за спиной, так близко, будто собрался обнять его и утешить.

— Странно, правда, почему ты так отреагировал, — сказал Гарри. — Ты не просто испугался пауков, тех, чёрных. Ты ведь говорил о действии грибов, значит, чувствовал… опьянение?

Рона снова передёрнуло.

— Да, — ответил он. — Потому что эти самки… они выпрыскивают специальное вещество, для привлечения самцов. Оно ядовитое, и на людей действует непредсказуемо. Господи, Гарри! — Рон резко повернулся к нему. — Я же вдохнул его так близко… Вдруг в этих спорах были личинки, и теперь у меня в лёгких… Пауки!

— Рон, не выдумывай. Это уже полный бред. Какие ещё личинки в спорах?

Рон схватил футболку на груди и оттянул её. Он чувствовал — внутри, не только в лёгких, и в желудке, и в печени, повсюду что-то было, шевелилось, ползало, скреблось. У него поплыло и зарябило перед глазами. Он опустил голову и увидел, что у Гарри стоит.

— Какого чёрта? Ты возбудился на паучий секс?

— Да нет, просто… — Гарри помялся, а потом сказал: — У тебя тоже.

— Какого чёрта? Я возбудился на паучий секс?

— Это нормально, — сказал Гарри и даже погладил его по плечу.

— Чёрта с два это нормально! Я ненавижу пауков, я боюсь их, я не мог…

— Рон, я не об этом. Ты возбудился не из-за пауков. Точнее, из-за них, но… В общем, когда люди переживают стресс, и им кажется, что они могут скоро умереть, как тебе сейчас, у них… Словом, они хотят трахаться. Это естественная реакция, Рон, так что не переживай.

— То есть, у меня встал на смерть, ты это хочешь сказать?

— Не совсем.

— Откуда ты вообще об этом знаешь?

— У Дурслей был телевизор, и я иногда его листал.

— Чёрт, тебе же было двенадцать!

— Ну, мне вообще-то и семнадцать было, когда я жил у Дурслей.

— Чёрт, точно.

— Рон, — Гарри снова погладил его плечо, а другой рукой коснулся паха. Рон такого не ожидал, уж точно он ожидал не такого утешения. — Правда, извини за крем Джинни.

— Да при чём здесь крем?

— Я понимаю, это оскорбительно, и для тебя, и для неё. Но у меня и в мыслях не было, честно.

Гарри расстёгивал ширинку на его брюках, и до Рона кое-что дошло. Всё это время, что они трепались тут о пауках, Гарри и думать не думал ни о каких пауках. Он стоял прямо за спиной Рона, а теперь у него вовсю стоял.

— Гарри… — Гарри забрался ему в трусы и сжал член. — Ты что… Тебе не нравится Джинни?

— Нравится. Конечно, нравится, Рон, что ты такое говоришь?

— Но… — Гарри скользнул пальцами вниз и обхватил яйца. Рон невольно закатил глаза. Это было чертовски приятно. И дико — как паучьи грибы, или грибные пауки. — Как она тебе… нравится?

— Иначе. Не так, как ты.

— И… — Гарри медленно прошёлся ладонью по его члену вверх и вниз. — Когда… Я хочу… Хочу сказать…

— Лучше помолчи. Потом скажешь.

Гарри спустил с него трусы, встал ещё ближе, просто совсем-совсем вплотную, и начал дрочить и себе.

— Чёрт, — сказал Рон.

— Да, — сказал Гарри.

После того, как кончил, Рон выдохнул:

— Ненавижу пауков.

— А по мне, они ничего, — ответил Гарри.

— Стой, — Рон выпрямился, всю расслабленность как рукой сняло. — Ты мне… а у тебя… крем Джинни?

Гарри уткнулся ему лицом в плечо и расхохотался на всю ванную.

— Ты бы себя слышал. Даже Грохх красноречивей выражался. Крем у меня был на другой руке, и я снова прошу за это прощения. Всё нормально? — Гарри поднял голову. — Рон?

Рон посмотрел ему в лицо и сказал:

— Походи сегодня без очков.

— Это наказание за крем?

— Господи, Гарри, что творится у тебя в голове?

— Много всякого. Так ты не ответил: всё нормально?

Рон повернул голову к двери и опёрся о раковину. Пауки больше не копошились в его груди, сейчас ему казалось, что он вообще перестал их бояться. Это ведь глупо — бояться пауков, когда стоишь со спущенными штанами перед лучшим другом. Когда кончил ему на живот несколько минут назад. А он — кончил тебе на живот. О каких пауках тут может быть речь?

— Нет, — ответил Рон. — Не нормально.

— Из-за Джинни, да?

— Вообще, это всё неожиданно. Грибы и… ты.

— Да уж. Я тоже оказался не тем, кем ты меня считал. — Гарри закутался в полотенце и отошёл от него. — Извини.

Рону резко стало хреново. Это что получалось — он позволил себе подрочить, с удовольствием кончил, а теперь отталкивал Гарри?

— Погоди, — сказал он. — Дай мне собраться с мыслями.

— А что тут собираться? Либо да, либо нет.

Гарри стащил с себя полотенце и швырнул его на край раковины. В Рона, если быть точным, но попало оно на раковину. Потом Гарри залез в ванну и включил воду на всю мощь. Он что, решил принять душ — прямо сейчас?

— Знаешь что, — сказал Рон, схватив полотенце. — Не самое подходящее время для купания. — И швырнул его в Гарри.

Полотенце отлично приземлилось тому на голову. Рон засмеялся, а через секунду получил в лицо этим же полотенцем, но уже мокрым. Теперь он разозлился. Смотал полотенце жгутом и, качнувшись вперёд, врезал Гарри по заднице. Гарри ойкнул, развернулся и, когда Рон занёс руку для следующего удара, поймал полотенце за другой конец и резко дёрнул на себя. Рон чуть не улетел головой в ванну, но Гарри успел его притормозить за плечо. Теперь они с Гарри были одного роста — их разница равнялась ножке от ванны. Гарри смеялся.

— У тебя мокрое лицо, — сказал он.

— Ты вообще весь мокрый.

— Но у тебя лицо ещё и красное, а я не красный.

— Задница точно красная! — сказал Рон и шлёпнул его по заднице.

А Гарри его поцеловал. Вот так запросто. Сколько тысяч раз они бесились подобным образом, и вдруг теперь после этого они целуются. И это и дико, и здорово. И ужасно мокро — потому что на них льётся вода из душа.

— Теперь ты никуда от меня не денешься, — сказал Гарри, обняв его за шею.

— Почему это? — спросил Рон.

— Тебе же понравилось со мной целоваться? Не отвечай, я и так знаю.

— Ну, — начал Рон и вспомнил свой сегодняшний поход во «Флориш и Блоттс». — Теперь я обязан на тебе жениться? — спросил он и засмеялся.

— Это я на тебе женюсь!

— С чего это?

В дверь постучали, и послышался голос Джинни:

— Вы там утонули оба?

Гарри вытаращил глаза и разинул рот. Вот придурок.

— Нет, — ответил Рон. — Не утонули.

— Но собираемся! — крикнул Гарри.

— Заткнись.

— Джинни!

За дверью больше не ответили: наверное, Джинни ушла.

— Что ты хотел ей сказать? — спросил Рон тихо.

— Да не шепчи ты, всё равно из-за воды нас не слышно.

Рон оглянулся и проверил, нет ли в щели под дверью удлинителей ушей. Вряд ли бы, конечно, Джинни стала их подслушивать, но мало ли.

— Я ничего не хотел ей сказать.

— А мне показалось — хотел.

— Нет, просто окликнул её.

— Но ты всё равно скажешь ей.

— Мы скажем. Мы вместе.

У Рона сжалось сердце. Всё так быстро — бешено. Словно они правда должны вот-вот умереть, и им срочно нужно потрахаться. То есть, они объявят всем, что будут трахаться. То есть… Как до этого вообще дошло? Ещё полчаса назад Рон и подумать не мог. Да пару минут назад всё казалось лёгким и шуточным. Они целовались под душем, и как будто за дверью ничего не было — никого: ни мамы, ни Джинни, ни Гермионы.

— Она будет в ярости, — сказал Рон.

— Джинни? Нет, не думаю, она ведь…

— Я про Гермиону.

— Перестань. Всё будет хорошо. У нас самые замечательные девчонки, они всё поймут.

— Ага, как же. Может, они ещё и сами того?

— Я был бы не против.

— Конечно, ты был бы не против.

— Рон, ты загоняешься. Попробуй относиться к этому чуточку проще.

— Тебе-то легко говорить! Сколько ты уже… живёшь с этим?

— М-м-м, дай-ка подумать. Минут тридцать.

— Ч-что?

Гарри выключил воду, вылез из ванны и снова стал ниже Рона. Но Рон чувствовал себя немного растоптанным.

— То есть — минут тридцать? — спросил он.

— О нет, Рон, прости, я пошутил. Подумал, что так тебе будет проще. Если мы будем на равных.

— Ничерта так не проще! Всё, короче.

Рон сдёрнул с вешалки сухое полотенце, сунул его Гарри и ушёл. Думать. Но как только лёг на кровать, практически тут же заснул. Ему снилась ванна, полная пауков. А у Гарри на голове росли грибы. «Джинни мёрзнет, — сказал Гарри. — Я посыпал её осколками, и теперь она мёрзнет. Что мне делать?». «Разбей её, — ответил Рон. — Там внутри ничего нет. Я сам видел».

Рон проснулся от ужаса своих слов. Разбей её.

Уже стемнело, снизу, из кухни, веяло теплом и запахом чего-то вкусного и мясного. Минуты две Рону казалось, что всё приснилось — вообще всё. Грибы, пауки, Джордж с разбитыми флаконами и Гарри без полотенца. Следующие несколько минут ему казалось, что с этих событий прошло не меньше недели. Не могло же в самом деле всё это случиться с ним за два дня. Потом Рон, закрыв глаза, трогал свои губы и вспоминал, как они с Гарри целовались. Внутри от этого всё перекручивалось, как в мясорубке, и лицо горело, словно в аду.

— Ненавижу пауков, — зачем-то прошептал Рон, вскочил с постели и пошёл вниз.

Спросонья его немного шатало, и он весь вспотел, пока думал о Гарри. Нужно было принять душ, но куда там — мама заметила его ещё на лестнице.

— Выспался? — спросила она.

Рон потер глаза и почувствовал себя маленьким. Почему-то стало себя жалко. Иногда со сна у него бывало такое разболтанное настроение. В детстве он даже плакал. Когда он отнял руки от лица, увидел, что Гарри смотрит на него. Как-то не так. Затем он увидел, что все смотрят на него: и папа, и Джинни, и Гермиона.

— Ты такой милый! — сказала Джинни.

Гермиона ничего не сказала, но быстро отвела глаза. А папа улыбнулся и хлопнул его по бедру.

— Конечно, милый, — сказала мама. Она подошла сзади и крепко поцеловала его в щеку.

Что это с ними? Откуда такая необузданная любовь?

Он сел за стол рядом с Гарри и тот ему на ухо шепнул:

— Такой милый.

Рон кашлянул. Раз, другой, а потом притворился, что задыхается. Мама кинулась хлопать его по спине. Гарри присоединился и снова шепнул на ухо:

— Отличная идея.

Когда он закончил кашлять, мама всучила ему стакан с водой. Это было очень кстати. Рон выпил его залпом и на последнем глотке поперхнулся уже по-настоящему. Гарри засмеялся. Джинни не поняла и стала спрашивать, в чём дело. Папа призвал всех к тишине.

Ужин прошёл нормально. Не считая того, что Гарри сидел рядом, и у Рона горело ухо.

Потом они с Гарри пошли гулять. Обычно после ужина они гуляли вчетвером, болтали о всяком, но сегодня Джинни и Гермиона сразу поднялись к себе. И хотя Рон не чувствовал какого-то напряжения между ними всеми, всё равно ему было неуютно. Что-то коробило. Ну да, точно — днём же он целовался с Гарри в ванной.

— Мне кажется, они уже знают, — сказал Рон.

— У тебя паранойя, — ответил Гарри.

— А у тебя нет совести. Почему они не пошли с нами?

— Потому что я их попросил.

Рон уставился на него.

— Что?

— Ничего особенного. Просто я хочу погулять со своим другом. Как ни странно, девочки это поняли.

Гарри сжал губы и мелко покачал головой. Такое выражение лица Рон, кажется, у него ещё не видел.

— Всё вверх тормашками, — сказал Рон. — Мы должны были сначала поговорить, а потом уже…

— Да, всё вверх тормашками. Сначала мы должны были вырасти, а потом уже.

— Ты прав. Странно скорее то, что я всё ещё чему-то удивляюсь, да?

Рон говорил с иронией, но только наполовину. Его просто задел тон Гарри — жёсткий, будто Рон ляпнул последнюю глупость.

Мгновение Рону казалось, что всё сложно. А в следующее — что всё просто. И так по очереди. Гарри сказал: либо да, либо нет. Но у Рона почему-то выходило посередине, и он метался. Разве можно не понимать такие вещи? Об этом он собирался подумать днём, но заснул, и теперь пришлось думать при Гарри, буквально вслух.

Они дошли до пригорка и сели на траву. Рон запустил в неё пальцы, до самой земли, и прижал ладонь. Трава была прохладная и шершавая, хотелось отнять руку, казалось, в ней кто-то есть.

— Это правда? — спросил Рон. — Про стресс. Из-за этого я возбудился?

— Наверное, — ответил Гарри. — Я разбираюсь в этом не больше твоего. Кое-что слышал по телеку, но там же часто врут, сам знаешь, как и в прессе. Если хочешь чисто моё мнение, то я думаю, что у тебя это уже давно.

— Что — это?

Гарри молчал. Рон понял, что он подбирает слова.

— Влечение, — наконец сказал Гарри. — К своему полу.

Отличные он подобрал слова. Будто мысленно связался с Гермионой, и она подсказала. Рон не выдержал и вынул руку из травы, обтер её о штанину.

— Выходит, это случилось из-за тебя.

— Из-за ситуации в целом. Ты застал меня в ванной, потом крем Джинни, а ты уже был на нервах из-за пауков. Ну и дальше — одно за другим, и так всё и получилось.

Рон закивал. Прекрасное объяснение, лучше не придумаешь, сразу всё становится на свои места.

— А ты, — спросил он, — тоже внезапно кому-то кончил в руку?

— Нет. В чём-то мы всё-таки сегодня были равны. Ты первый, с кем я…

Рон даже повернулся к нему.

— Что, правда?

— Правдее не бывает.

Гарри не повернулся в ответ, он смотрел вперёд, туда, где лес срастается с небом. Но он улыбался. Это было важно, чтобы Гарри вот так улыбался, — не хохотал, не глумился, а просто улыбался. Рон отвернулся и запустил в траву обе ладони. Мгновение, когда всё просто, продлилось целых пять минут. Возможно, когда-нибудь оно вообще не закончится.

Ночью Рону не спалось. Неудивительно, полдня продрых. Он прислушивался к дыханию Гарри, но никак не мог понять, спит тот или нет. За окном то и дело сверкало. Было похоже на вспышки фейерверков. Последняя летняя гроза.

— Я лягу к тебе? — спросил Гарри.

— Ложись, — ответил Рон.

Они начали целоваться как-то спонтанно. Руки, ноги — всё перепуталось, и Рон возбудился. Теперь-то он точно знал, из-за чего. По крайней мере, с этим разобрался.

— Давай попробуем что-нибудь другое, — сказал Гарри.

— Другое? Да для меня это всё — другое!

— Спокойно, расслабься.

И Гарри полез под одеяло, ниже и ниже, и вот он уже коснулся губами его члена. Сквозь пижаму, но сам факт.

— Гарри!

— Тише ты. Хочешь, чтобы кто-нибудь зашёл?

Гарри оттянул резинку штанов и лизнул член Рона снизу вверх. Рон чуть не умер. Заткнул себе рот обеими руками, а Гарри обвёл по кругу языком головку, прихватил губами и медленно взял в рот. Рон закусил ладонь и громко выдохнул. Он смотрел вниз, на то, как Гарри двигается под одеялом, и ощущения становились ярче и ярче, а потом неожиданно накатил оргазм. И Рона пробрало насквозь — как будто свело судорогой всё тело. Такого оргазма он ещё не испытывал, другое получилось совсем другим.

Гарри вылез из-под одеяла, утираясь рукавом пижамы.

— Гарри, — простонал Рон, — я испачкал тебе лицо? Прости…

— Всё нормально, Рон, — он улыбнулся. — Секс — то ещё грязное дельце.

Рон нелепо засмеялся в ответ и, конечно, покраснел.

Когда Гарри лёг на спину, Рон потянулся к нему. Хотелось ещё целоваться — и чего-нибудь другого. Хотелось, чтобы Гарри тоже кончил до полусмерти. Он расстегнул пуговицы на пижаме Гарри и провёл ладонью от шеи до живота. Он чувствовал себя по-дурацки, смотрел на свою руку и думал, какая же она несуразная. Потом он просунул пальцы под резинку штанов и дотронулся до члена Гарри.

— Рон, — сказал Гарри почти неслышно и напрягся.

— Извини, если у меня получится не так. Если не получится.

Он заткнулся и сполз вниз. Нога запуталась в одеяле. Ну и чёрт с ней.

Сначала Рон поцеловал живот, одними губами, погладил член и, приспустив штаны, коснулся его языком. Он, наверное, никогда так не боялся облажаться. Хотел сделать всё в точности, как делал ему Гарри, но ничерта не помнил, тогда ведь ему было не до конспектов. Ещё и во рту пересохло от волнения. Рон не знал, что это настолько сложно. Да когда бы он вообще об этом думал?

— Можешь просто рукой, — в какой-то миг сказал Гарри.

Рон мотнул головой, и член выскользнул у него изо рта. Гарри тихонько засмеялся, привстал и коснулся его волос. Вот только подбадривать не надо. Рон отпихнул его руку, устроился поудобнее, отшвырнув к чёрту одеяло, и снова взял член в рот. Он придерживал его рукой и вбирал в себя, пока губы не касались пальцев. Дальше бы он всё равно не смог. Спустя какое-то время член мелко-мелко запульсировал, стал ещё твёрже, а Гарри приподнял бёдра и весь как будто натянулся.

— Я сейчас… — забормотал Гарри. — Сейчас…

Рон облизнул головку перед тем, как отстраниться. Потом он облизывал свои губы, пока Гарри кончал, и сжимал его член, и чувствовал, как выталкивается сперма, и слышал, как Гарри тихо стонет. Рон словно сам ещё раз кончил.

После этого ему сильно захотелось спать. Он вытянулся рядом с Гарри и запустил в его волосы пальцы. Закрывая глаза, он посмотрел на свою руку, и теперь она не казалась ему несуразной, она была там, где должна быть.


* * *

Утром Рон проснулся от озарения. Он всё понял. Может, ему сон какой-то приснился, — Гермиона говорила, что мозг никогда не отдыхает. Рон разбудил Гарри. От радости ему хотелось расцеловать его, но он не решился этого делать.

— Я всё понял! — сказал он.

Гарри сонно моргал, один глаз у него ещё не открылся. У Рона тоже так бывает: никак не получается поднять одно веко с утра.

— Нет у меня никакого влечения к своему полу, — сказал Рон. — Только к тебе. Понимаешь, ты… как бы сказать, ты — особенный.

— Снова? — вяло спросил Гарри.

— Только для меня, что в этом плохого? Я же не заставлю тебя сражаться с новым Волдемортом. Просто ты единственный, с кем я могу и хочу. Понимаешь, есть девочки и мальчики — и есть ты. Гарри.

— Ладно... Я пока не очень хорошо понимаю.

— Зато я всё отлично понимаю!

Рон вылез из постели, оглянулся и посмотрел на Гарри. Сегодня они спали вместе. Гарри лежал на его подушке, под его одеялом — и мгновение, когда всё просто, уже остановилось. Если бы сейчас зашла мама, да хоть Гермиона, Рон не растерялся бы. «Да, мама, да, Гермиона, вы всё правильно поняли».

Ни мама, ни Гермиона — никто не зашёл в комнату, даже упырь. В ванной, когда они с Гарри умывались, Рон покосился на него через зеркало и спросил:

— Нам правда нужно официально это объявить? Прямо перед всей семьёй? Чарли вряд ли сможет сейчас приехать, а послезавтра нам уже в Хогвартс.

Гарри сплюнул в раковину зубную пасту и утёр рот рукой.

— Ты слишком паришься, Рон. Зачем перед всей семьёй? Зачем именно сейчас? Если ты не готов — а ты не готов, посмотри на себя, — отпусти это и расслабься. Ты поймёшь, когда придёт время. Я же тоже пока ничего не сказал Джинни. За всё лето у нас с ней ничего не было, иначе бы…

— А раньше? — Рон круто развернулся к нему. Гарри посмотрел в ответ широко раскрытыми глазами.

— Когда — раньше?

И снова этот тон — разве Рон спросил такую уж глупость?

— Вы же целовались, — сказал он. Да, с упрёком. — Это нечестно. Понимаешь, Гарри, как это нечестно? Ты не должен был вообще подпускать её к себе, если знал, что хочешь целовать… не её!

— Рон! — Гарри запустил руку себе в волосы — таким движением, будто собирался ударить его. — Когда я целовался с Джинни, я правда — честно — хотел этого. И я женился бы на ней, если бы нам подвернулся под руку во всей этой кутерьме священник или кто в волшебном мире регистрирует браки. Потому что, Рон, мы могли умереть. Давай сейчас признаем это, без гриффиндорских лозунгов. Мы. Все. Могли. Умереть.

Рон смотрел на Гарри, а Гарри смотрел на Рона. Никто из них не моргал, и на самом деле смотрели они не друг на друга.

— И ты, — медленно сказал Рон, — хотел трахаться. — Да, он понял, они вчера буквально об этом говорили. Но дальше — дальше Рон невольно распалился, и его понесло: — Ты хотел трахнуть мою сестру — мою сестру! — которую не любишь.

— Не ори так. Тут же тонкие стены, что ты орёшь? — Гарри ещё не злился, но уже не был спокоен и отрешён, как пару минут назад. Человеческое вернулось в него. — Я со второго курса знал, что Джинни в меня влюблена. Помнишь те валентинки?

— Значит, ты её просто пожалел? Так? Водил её за нос, пудрил ей мозги — и всё из жалости! Может, тебе было неудобно передо мной? Или ты боялся, что я побью тебя, если ты обидишь Джинни.

— Да, конечно! Только этого я и боялся, больше-то нечего было, в остальном-то всё было распрекрасно, я днями и ночами думал: как бы Рон меня не побил!

Рон почувствовал тяжесть в руках, будто туда прилила вся кровь, все силы, какие только могут быть с утра, чтобы расхерачить Гарри лицо за такие слова. А Гарри вдруг шагнул к нему и обнял, крепко-накрепко стиснул поперёк туловища, и руки так и остались висеть внизу, тяжеленные и неподвижные.

— Я знаю, что ты так не думаешь, — сказал Гарри. — Прости меня. Давай не будем ссориться. Пожалуйста. Мы не заслуживаем этого.

Рон смотрел на его всклокоченную макушку поверх своего носа, своего длинного-предлинного носа. Рон сказал, что Гарри для него особенный, и это так — особенный. Не потому что Рон влюблён в него — всего лишь каких-то двенадцать часов — а потому что мог и не влюбиться, но всё равно любил бы. И сделал бы всё, что сделал и ещё сделает. Гарри — это Гарри, и нечего тут говорить.

— Ты тоже извини, — сказал Рон. — Я всё понимаю, правда понимаю. Но Джинни всё равно…

— Ну конечно же я с ней поговорю. Хотя мне кажется, она и так уже знает.

— Что? — Рон отстранился, не весь, а только головой и грудью, потому что Гарри держал его так же сильно. — Это же я вчера сказал, что мне кажется, что они всё знают! А ты назвал меня параноиком.

Гарри взглянул исподлобья. Какие же у него бывают зеленющие глаза.

— Ты подумал, что они каким-то образом узнали и разобиделись на нас, а я думаю, что Джинни просто знает. Без формулировок. Понимаешь?

— Нет, — ответил Рон не из упрямства, а потому что всерьёз не понял.

— Ну, чувствует.

Рона снова укололо. Не тон и не взгляд Гарри, с этим всё было нормально. Не вполне нормален был сам Рон. Он же семь лет делил с Гарри вообще всё, что в принципе можно делить с другим человеком. Даже Гермиону, вот уж совсем нелепость. Но Рон ни капельки, ни секундочки не догадывался о том, что Гарри, кроме снов о Волдеморте, утаивает что-то ещё. Рон — не чувствовал. Можно ли вообще переучиться из чайной ложки в нормального человека? Рон собирался спросить об этом у Гарри, но в дверь постучали и тут же толкнули её внутрь.

— Мальчики, сколько можно… обниматься?

Это была Гермиона, и она, как всегда, не растерялась. Может, и она уже всё знала — чувствовала, то есть. Это же какой простой и удобный получается мир: никому ничего не нужно объяснять, какая экономия времени и нервов.

— Не знаю, чем вы тут заняты, но завтракать вообще собираетесь?

— Гермиона, — сказал Гарри, обернувшись к ней, — я люблю Рона.

— А я — люблю Гарри, — подхватил Рон и закивал.

— Хорошо, — ответила Гермиона. Лицо её ничуть не изменилось. — Я вас тоже люблю. Пойдёмте уже.

Нет, мир на самом деле сложный. И на что рассчитывал Гарри, говоря об этом таким тоном, — будто о любви к шоколадным лягушкам, даже метлу свою он страстнее любит.

— Послушай, — сказал Рон и выкрутился из рук Гарри, чтобы выглядеть внушительно, а не болваном. — Я люблю Гарри не так, как тебя.

— Ну, разумеется, не так. — Гермиона легонько улыбнулась, но Рон заметил, как она чуть не закатила глаза.

— Мы вчера переспали, — сказал Рон, и всё — его накрыло. Перекрыло, пригвоздило к полу каким-то неправильным Ступефаем, от которого не падаешь. И с Гермионой, кажется, произошло то же самое. А Гарри, которого Рон видел только краем глаза, приложил к своему лбу ладонь, словно проверял, не повысилась ли у него температура.

— Да, — сказал Рон, — вчера был очень тяжёлый день. Грибы, пауки, а потом…

— Вы переспали, — закончила Гермиона, и Рон кивнул, да так, что чуть голова не отвалилась.

— Точнее, грибы были позавчера, — сказал Гарри. — Но вчера тоже ещё были.

— Вы наелись каких-то грибов? Тех, о которых ты спрашивал, да?

Рон вздрогнул от резкого озноба, и оцепенение прошло одним махом.

— Мы их не ели, ты что!

— Ладно. — Гермиона почесала кончик носа. Посмотрела на Гарри, потом на Рона, потом куда-то за спину Гарри, на раковину, должно быть, и на том остановилась. — Вы не ели грибы, и вы переспали. По-настоящему.

— Ну, у нас не всё было, — сказал Гарри. — Но мы целовались и ещё кое-что.

Гермиона коротко взмахнула рукой, а у Рона онемела кожа на лице.

— Я тебя услышала, Гарри. Что ж, — её взгляд как-то зигзагом проскользил от раковины к лицу Рона мимо Гарри. — Такое случается между друзьями и довольно часто, куда чаще, чем об этом говорят.

— Да? — спросил Рон. — Тогда почему ты выглядишь так, будто тебя стукнули по голове? То есть, извини, я хотел сказать, что ты выглядишь удивлённой.

— Просто… Вы же перед этим сказали, что любите друг друга. Значит, не из любопытства пошли на это.

— Вообще-то, — сказал Рон, — как бы выразиться… Всё случилось так…

Гарри тронул его за плечо.

— Помолчи. — Потом он подошёл к Гермионе и взял её за руку, так, словно собрался вывести из ванной, но оба остались стоять на месте. Гермиона немного запоздало перевела взгляд на его лицо. — Ты же не сердишься, и у тебя подрагивают пальцы.

Рон приподнялся на цыпочках. Он и так хорошо видел и Гарри, и Гермиону, но хотелось — ещё лучше, ближе, быть с ними, а то они будто закрыли дверь перед его носом, и он мог только слышать, но не присутствовать.

— Очень странно, — сказала Гермиона, — но это правда, я не сержусь. — Она усмехнулась, как-то не по-своему, отвязно. — И не ревную. Извини, Рон.

Смотрела она по-прежнему на Гарри. Всё встало с ног на голову: получалось, что Гермиона бросает Рона, а не наоборот. Она — не сердится. Она — не ревнует. Она — и не любила его никогда, раз так?

— Ну спасибо! — сказал Рон и выскочил из ванной, задев плечом Гарри, нарочно или нечаянно — а может, половина на половину, просто так вышло.

По дороге на кухню, а это не такой уж длинный путь, Рон более-менее пришёл в себя — дошёл из вчерашнего вечера в себя сегодняшнего. Словно шагнул из-под водопада на горящие угли. И они погасли, хоть пятки будет печь ещё, наверное, несколько дней. Пусть это Гермиона его бросила — ей так всяко будет лучше. Обижать её и оставлять в слезах он точно не хотел бы. Не любила никогда? Может, и любила, а теперь разлюбила. Не прямо сейчас, а месяца два назад. У них же, как и у Гарри с Джинни, целое лето ничего не было, кроме поцелуев изредка. Как-то не до поцелуев в целом было. А то, что с Гарри так вчера получилось, — не специально же. Кто знал вообще? Грибы, пауки, грибы-пауки, и вот уже Гарри лезет рукой к Рону в штаны. Все их приключения на протяжении семи лет примерно так и заканчивались, не оргазмом, то есть, а чем-то из ряда вон. И всегда были какие-то потери — расставания — и тоска, и опустошение, всегда ведь так было.

Рон остановился, не дойдя до кухни несколько шагов, и присел на корточки у стены. Он уже давно проснулся, уже давно не был маленьким, чтобы плакать спросонья, но всё равно заплакал.

«Мы все могли умереть».

И мы — умерли. Не все, но некоторые.

Рон позволил себе слёз ровно на два судорожных вздоха — за Фреда и за Джорджа. Вытер лицо ладонями, поднялся и зашёл на кухню. Там были только мама и Джинни, папа уже ушёл на работу, не дождавшись их с Гарри к столу.

— Явились наконец, — сказала мама и осеклась. — А где Гарри с Гермионой?

— В ванной, наверное. А может, уже и нет, я не знаю. Джинни. — Рон повернулся к ней. — Гермиона бросила меня, а я увёл у тебя Гарри.

Джинни дожевала то, что было у неё во рту, подняла голову, поглядела на Рона недолго и хладнокровно и спросила:

— Ты плакал?

— Я не поняла, милый, — сказала мама, — ты пошутил?

— Нет, мам, не пошутил.

Она оглянулась к Джинни.

— Ты что-нибудь поняла? По-моему, он говорит какую-то ерунду.

Джинни повела плечом, продолжая смотреть на лицо Рона, точно припухшее, точно красное и точно не от слёз уже.

— Рон и Гермиона расстались, — начала она, будто сдавала экзамен по мерзкому Прорицанию. — И Рон теперь встречается с Гарри. А я, судя по всему, рассталась с Гарри. Потому что Рон теперь с ним встречается.

— Погоди-погоди! — тряхнула рукой мама. — Ты только больше всё запутала.

— Я ничего не путала. — Джинни часто заморгала, наверное, изображая дурочку. — Я вообще всё время была здесь, на кухне, ела свой завтрак.

— А Гарри сказал, что ты уже всё знаешь, то есть, почувствовала давно и…

— О, конечно! С самого начала всё было ясно, но можно было порвать со мной не через тебя и не… — она глянула на маму одновременно зло и будто прося у неё помощи. — Не так!

Вот чёрт.

— Это не Гарри! Он не виноват, это я так решил. Буквально две минуты назад, когда шёл сюда.

— Прекрасно. — Джинни встала и упёрлась в край стола растопыренными пальцами, такими напряжённо-белыми, будто транфигурированными в слоновую кость. — Прекрасно.

— Да, ты уже сказала это один раз.

— Могу и сто раз сказать, кто мне запретит? Прекрасно! — Джинни обошла стол. — Прекрасно.

— Доченька, — мама попыталась её остановить, потянувшись рукой, но Джинни уклонилась и повторила своё «Прекрасно». А у выхода с кухни во двор она обернулась и посмотрела на Рона красиво и жутко.

— Я не буду плакать. Спасибо, что сделал это за меня.

— Я плакал не за тебя! — крикнул Рон ей вслед, но дверь уже захлопнулась, и слова, как дротики, воткнулись в неё.

— Дурдом, — сказала мама и залпом осушила чашку с чаем. Наверное, он уже остыл.

— Прости. Я не хотел, чтобы всё было вот так.

Рон положил руки ей на плечи, склонился и ткнулся носом в затылок. От волос пахло цветочным мылом и чуть-чуть дождём, и кудри щекотно вздрагивали на его щеках.

— Ты плачешь?

— Нет, дорогой мой. — Мама погладила его пальцы. — Я смеюсь.

— Потому что хочешь прогнать боггарта?

— О, милый! Мой боггарт совсем не такой. Я знаю, что всё будет хорошо, с вами четверыми. Вы ещё так молоды.

Рон отстранился.

— Я не женюсь на Гермионе, а Гарри не женится на Джинни, это уже решено. Мы не балуемся и не экспериментируем, всё серьёзно, по-настоящему.

— А я разве что-то сказала о женитьбе? Мне, конечно, хочется ещё понянчиться с внуками, и на Чарли я не особо надеюсь. Перси тоже… — она махнула рукой, как будто Перси — вообще, и что тут говорить. — Но и на тебя с Джинни я не делала никаких ставок. Скорее, я стала бы вас отговаривать, чтобы вы не торопились, пожили — по-настоящему пожили, а не прыгали сразу из пелёнок в семейную рутину. Ведь детства у вас не было, вы пропустили его. Сколько глупостей вы не натворили, и сейчас — самое время.

— Значит, ты поставила на Джорджа? Вот будет сюрприз для него!

Мама молчала, и Рон пожалел, что раскрыл рот.

Из коридора послышались голоса Гарри и Гермионы — как кстати. Рон обернулся, увидел, как они заходят на кухню, такие обычные, разговаривают, а не выясняют отношения, будто эти отношения не пошли трещинами вчера, а может, и ещё раньше. Нет, всё нормально — Гарри расстался с Гермионой за Рона, а Рон расстался с Джинни за Гарри. И с ними четверыми всё будет хорошо, они — Рон вспомнил свой вчерашний сон — не разобьются.
...на главную...


июль 2018  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

июнь 2018  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

...календарь 2004-2018...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2018.07.20 12:34:12
Охотники [0] (Сверхъестественное)


2018.07.19 19:59:40
Янтарное море [3] (Гарри Поттер)


2018.07.19 19:53:32
Свой в чужом мире [2] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2018.07.17 21:47:39
Дамблдор [0] (Гарри Поттер)


2018.07.17 17:52:46
Потомки великих. Слепая Вера [12] (Гарри Поттер)


2018.07.16 19:30:38
Поезд в Средиземье [2] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2018.07.16 14:56:27
И это все о них [2] (Мстители)


2018.07.13 11:17:06
Исповедь темного волшебника [2] (Гарри Поттер, Сверхъестественное)


2018.07.12 23:20:32
Отвергнутый рай [13] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2018.07.12 09:37:17
Harry Potter and the Battle of Wills (Гарри Поттер и битва желаний) [3] (Гарри Поттер)


2018.07.12 09:36:47
Camerado [7] (Гарри Поттер)


2018.07.12 07:12:33
Слишком много Поттеров [38] (Гарри Поттер)


2018.07.09 01:34:24
Фейри [4] (Шерлок Холмс)


2018.07.07 13:49:20
Обреченные быть [7] (Гарри Поттер)


2018.07.07 11:56:38
Десять сыновей Морлы [45] (Оригинальные произведения)


2018.07.02 20:59:43
Один из нас [0] (Гарри Поттер)


2018.07.02 20:07:11
Научи меня жить [2] ()


2018.07.01 20:13:41
Глюки. Возвращение [237] (Оригинальные произведения)


2018.06.30 00:32:55
Мордорские истории [2] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2018.06.29 08:47:31
Другой Гарри и доппельгёнгер [12] (Гарри Поттер)


2018.06.24 17:50:38
Список [8] ()


2018.06.19 22:27:57
Vale et me ama! [0] (Оригинальные произведения)


2018.06.19 20:32:59
Обретшие будущее [18] (Гарри Поттер)


2018.06.19 19:05:58
Змееносцы [6] (Гарри Поттер)


2018.06.19 15:11:39
Гарри Поттер и Сундук [4] (Гарри Поттер, Плоский мир)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2018, by KAGERO ©.