Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Совокупление - процесс покупки совы.

Список фандомов

Гарри Поттер[18454]
Оригинальные произведения[1228]
Шерлок Холмс[713]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![182]
Белый крест[177]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[176]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[133]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[106]
Темный дворецкий[102]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[3]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12634 авторов
- 26915 фиков
- 8582 анекдотов
- 17646 перлов
- 659 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Солнце непременно взойдёт

Оригинальное название:The Sun Always Rises
Автор/-ы, переводчик/-и: Bullfinch
пер.: Кузя-кот
Бета:нет
Рейтинг:PG-13
Размер:мини
Пейринг:Фенрис, ОЖП (м!Хоук маячит на горизонте событий)
Жанр:General
Отказ:Ни персонажи, ни вселенная мне не принадлежат.
Цикл:Dragon Age [48]
Фандом:Век дракона
Аннотация:Меньше года прошло с побега от Данариуса, когда Фенрис — замёрзший, голодный и преследуемый по пятам охотниками — оказывается в маленькой Церкви у границ Старкхэвена.
Комментарии:Размещение текста на других ресурсах запрещено.
Ссылка на оригинал: https://archiveofourown.org/works/5488505
Каталог:нет
Предупреждения:насилие/жестокость
Статус:Закончен
Выложен:2017.06.10
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [0]
 фик был просмотрен 442 раз(-a)


Пусть кромешная тьма перед первым лучом рассвета кажется вечной, знай:
Солнце непременно взойдёт.
— Песнь Света

Дверь стонет, но, по крайней мере, не скрипит оглушительно, и Фенрис пробирается в Церковь, незамеченный большинством прихожан.

В нефе не так уж и тепло, но для Фенриса уже это — облегчение. Они напали на него среди ночи, и ему пришлось бежать по снегу, оставив позади всё: оружие, тяжёлый плащ, который с него сорвали. Фенрис спасся, отправившись вверх по реке, чтобы скрыть следы, которые непременно оставил бы, ринувшись через нетронутые сугробы меж деревьями. Течение было быстрым, ледяная вода доходила ему до колен и в доли секунд доверху наполнила краденые сапоги, слишком большие для эльфийских ног.

Продвигаться было тяжело, но Фенрис, маленький и юркий, смог оторваться от погони.

А потом, выбравшись из реки, бежал без остановки. Бежал, когда всходило солнце, бежал, когда оно было в зените, бежал, когда оно стало мягко опускаться, пойманное далёким горизонтом. Его предсмертный вздох в виде последних солнечных лучей сейчас сияет над нависшими облаками на западе.

Фенрис не знает, останавливались ли на ночлег преследующие его охотники, поэтому не может позволить себе отдых. Но он так устал, ему нужна хотя бы короткая передышка, всего пара минут, чтобы отогреть окоченевшие мышцы и, может, поискать какой-нибудь еды. С последнего приёма пищи прошло уже несколько дней. Мелькает краткая мысль: может быть, дождаться окончания службы и попросить милостыню у преподобной сестры, чей низкий, глубокий голос отражается от каменных стен? — но Фенрис решает не рисковать. Его внешность и так бросается в глаза, незачем привлекать ещё больше внимания.

Неф храма невзрачный и не очень большой. Старкхэвен в часе езды на юг отсюда — вот там-то и расположена основная Церковь. В этой едва ли половина мест заполнена прихожанами, пришедшими на вечернюю службу. Фенрис осторожно садится на краешек длинной, самой дальней скамьи, рядом с ревущим пламенем высеченного в стене камина. Жар от огня проникает под доспехи, под тонкую одежду, согревая влажную кожу, и это так приятно, что глаза Фенриса начинают щипать слёзы. Он торопливо вытирает их, пока никто не заметил.

Голос преподобной сестры, доносящийся от алтаря на возвышении, взмывает к самому потолку. Фенриса, несмотря на изнеможение, притягивают её слова. Эти строки ему незнакомы: тевинтерские клирики предпочитают другие разделы Священного Писания.

Всякий живущий есть Творение Рук нашего Создателя, — вещает служительница. — От нижайших рабов до величайших королей. Те, кто наносит вред беспричинный самому малому из Его детей, прокляты Создателем и ненавистны ему!

Фенрис зажимает руки между колен и опускает голову, слушая с дрожью. Нужно уходить, нужно двигаться дальше, преследователи могут быть уже недалеко; Фенрис соглашается с собственными мыслями — и остаётся сидеть. Статуя Андрасте взирает на него с апсиды, протягивает ему свою каменную длань.

Затем собравшиеся принимаются говорить. Песнь Света, понимает Фенрис, но он не знает этих строф и ещё больше сутулится в смущении. Когда стих заканчивается, наступает момент абсолютной тишины, нарушаемой для Фенриса лишь треском пламени в камине и его собственным тихим дыханием.

Сестра начинает петь.

Слова вновь ему незнакомы, в отличие от мелодии. Песню подхватывают прихожане, и Фенрис мычит себе под нос, несмотря на пересохшее горло. Это меньшее, что он может — скромная благодарность за предоставленное укрытие.

Песня заканчивается, и люди поднимаются с мест.

Фенрис остаётся сидеть неподвижно, стараясь не привлечь к себе внимание. Ему следует уйти. Он должен уйти. Но он так устал, а ночь будет такой холодной, и он всё ещё не нашёл еды. Зал пустеет, а Фенрис продолжает сидеть, до боли сжимая руки коленями, уговаривая себя встать со скамьи и вновь выйти на заснеженную улицу.

— Это местечко популярно зимними вечерами. Хорошо согревает, правда?

Фенрис вздрагивает.

Рядом с ним стоит священница. Немолодая женщина с седыми прядями в каштановых волосах.

— Особенно если явиться на службу без пальто, — замечает она.

Фенрис втягивает голову в плечи.

— Я... сглупил, вы правы.

— Ну, к счастью, у нас ещё осталась одежда из последнего пожертвования. Не хочешь выбрать себе что-нибудь? — улыбается женщина.

Фенрис колеблется. Ему бы не помешала тёплая одежда, но нельзя задерживаться, нужно бежать...

Сестра делает пригласительный жест.

— У нас ещё и похлёбка осталась. Тебе, судя по виду, не помешает порция горячей еды.

При мысли о первой еде за много дней Фенрис сдаётся и поспешно кивает.

— Мне... да, спасибо.

Служительница ведёт его в боковой придел.

— Я сестра Катрина. Как мне тебя называть?

Фенрис подумывает было назваться фальшивым именем, но решает, что у него и так слишком запоминающаяся внешность — белые волосы, лириумные клейма, — маскировка уже бесмысленна.

— Меня зовут Фенрис, — бормочет он.

— Фенрис? Это не марчанское имя.

Фенрис запинается на ровном месте и замедляет шаг. Сестра оборачивается.

— О, прости мне моё праздное любопытство. Ты не обязан отвечать, если не хочешь.

Фенрис колеблется. Сестра снова пробует убедить его:

— Пожалуйста, идём. Ты выглядишь изголодавшимся, позволь мне хотя бы накормить тебя.

Фенрис не может противостоять соблазну сытно поужинать, поэтому кивает, обхватывая себя руками, и следует за священницей в конец нефа.

Здесь скрыта маленькая комнатка, загромождённая кипами сложенных простыней и ряс, потрёпанными фолиантами, не умещающимися на книжных полках и устилающими пол, и столом с металлическими мисками. Посреди стола стоит чугунная кастрюля, Катрина ставит её на огонь и подходит к буфету.

— Вот, это тебя согреет.

Она поворачивается, сжимая в руках бутылку виски и два стакана. Фенрис пятится, неосознанно нашаривая за спиной дверную ручку.

— Я... предпочёл бы обойтись без алкоголя, если можно.

Катрина кивает.

— Значит, чай.

Пока закипает вода, она выдвигает для Фенриса стул и ставит у огня. Фенрис усаживается. Катрина указывает своим стаканом с виски:

— У тебя сапоги насквозь мокрые. Может, снимешь, погреешь ноги?

Нагнувшись, Фенрис развязывает шнурки. Он только сейчас начал заново ощущать собственные ступни — их пронзают острые иголки, обещающие жгучую боль. Мокрая кожа сапог прилипла к ногам, но Фенрису удаётся сорвать их.

— О, Создатель, — шепчет Катрина и ставит стакан на стол.

Ступни Фенриса побелели и напоминают воск, пальцы покрыты мозолями, половина из которых лопнула. Лириумные клейма светятся. Venhedis. Фенрис не хотел, чтобы она это увидела. Теперь она напугается...

— Тебе повезло, что ты пальцев не лишился! — Катрина встаёт перед ним на колени, обхватывает одну из ступней ладонями и принимается разминать.

Фенрис шокированно дёргается.

— Вы не обязаны этого делать, я всего лишь...

Я всего лишь раб.

Сестра вновь берёт его ногу в ладони и нежно массирует.

— Я делаю это, потому что хочу, а не потому что обязана. Только посмотри... как долго ты пробыл на морозе?

Фенрис сжимает края стула и бормочет:

— Несколько дней.

Катрина прерывается и с подозрением смотрит на него снизу вверх.

— Когда ты в последний раз ел?

Фенрис мотает головой.

— Я в норме.

Катрина выжидательно изгибает бровь, и Фенрис сдаётся.

— Я... не помню.

— Создатель милосердный! — Катрина бросает взгляд на кастрюлю на огне. — Что ж, сейчас мы это исправим.

Фенрис морщится, ощущая, как кровь приливает к ступням, и сдерживает шипение. Это больно, очень; Фенрис пытается сжать пальцы ног, но те не слушаются. Тёплые ладони Катрины обжигают кожу. Фенрис чувствует, что сестру переполняют вопросы, но она боится спугнуть его. Губы её крепко сжаты, и Фенрис хочет сказать что-нибудь... она ему помогает, она имеет право знать...

— Как тебе прошедшая служба?

Фенрис удивлённо моргает.

— О... Э-э... очень неплохо.

Катрина улыбается.

— Можешь признаться, что не слушал, я не обижусь. Я всегда замечаю хотя бы парочку прихожан, клюющих носом во время службы.

— Нет, я слушал. Только мне... незнакомы стихи, которые вы выбрали.

Катрина хмыкает.

— В самом деле? В большинстве служб, которые я провожу, читаются те или иные строфы из первых «Преображений».

Фенрис склоняет голову.

— Вот как. Понятно.

— Но ты ведь не из этих мест, — кивает она.

— Нет.

— У тебя есть любимый стих?

Фенрис качает головой.

Катрина моргает.

— Правда нет? Я думала, у каждого есть любимые строки в Песне Света.

— Я... никогда на самом деле не понимал Песнь. — Фенрис смущённо стискивает колени. — Простите. Слова в ней красивые, но...

Катрина некоторое время греет руки над огнём, прежде чем взяться за вторую ступню Фенриса.

— Ты не чувствовал в них Создателя.

Фенрис вспоминает тот единственный стих, который знает наизусть. Тот, что в самый первый раз, казалось, шептали ему прямо в ухо, хотя служба проходила для сотни людей. Позднее Фенрис воображал, будто священник увидел его вдалеке, в тени Данариуса, и напевал только ему.

Я не вижу тропы, — начинает он. — Возможно, здесь лишь бездна. Дрожа, я ступаю вперёд, окутанный тьмой.

Пускай впереди меня только тьма, — твёрдо продолжает Катрина. — Но Создатель направит меня. Мне не суждено скитаться по неверным дорогам Загробного мира, ибо там, где Свет Создателя, нет тьмы, и ничто, сотворённое Им, не будет утеряно. Я не одна. Даже когда я оступаюсь на тропе с закрытыми глазами, я всё ещё вижу здесь свет.

Фенрис не знает, что сказать.

— Думаю, похлёбка уже согрелась. Давай-ка взглянем. — Наклонившись, Катрина проверяет кастрюлю.

Минуту спустя Фенрис уже заглатывает еду со скоростью света. На краю сознания плещется мысль, что он выставляет себя невоспитанным дикарём, но голод сильнее его, и Фенрис не может остановиться. Как только он приканчивает одну тарелку, Катрина наливает ему вторую, и Фенрис снова погружает в неё ложку. Только после третьей тарелки он останавливается передохнуть.

Катрина заглядывает в кастрюлю.

— Боюсь, это всё что было.

Фенрис медленно выдыхает. Он поел и немного отдохнул, пора выдвигаться. Он поднимается на ноги.

— Спасибо большое за всё, что вы для меня сделали. К сожалению, я должен идти.

— Зачем?

Фенрис вскидывает голову.

Катрина заламывает руки, явно пытаясь совладать с собой.

— Просто... твои ноги почти обморожены, и ты не помнишь, когда в последний раз кушал. — Она делает шаг вперёд. — Тебе нужна помощь.

— Нет, — трясёт головой Фенрис. — Со мной всё будет хорошо.

— Ты в беде. В большой беде.

— Вы больше не обязаны мне помогать.

— Обязана. «Всё, что сотворил Создатель, держит Он в своей руке. Для Него оно бесценно и любимо». Как я могу отпустить тебя, зная, что тебе грозит беда?

«Бесценно и любимо». Фенрис ещё яростнее мотает головой.

— Нет. Вы подвергнете себя опасности. Я... за мной охотятся.

— Охотятся? Кто?

— Мой хозяин, — шепчет он.

Следует тишина, а затем Катрина выдыхает:

— Ох.

— Теперь сами видите, что вам лучше меня отпустить. — Фенрис принимается натягивать на ноги влажные сапоги. — Спасибо вам снова за...

— Ты будешь в безопасности, — перебивает Катрина, — если я тебя спрячу. Мне плевать, кто за тобой охотится, они не посмеют напасть на священницу всего в десяти милях от Старкхэвена. Их тут же закуют в кандалы за такое. И даже если они сбегут, за ними вышлют погоню.

Фенрис колеблется.

— Доверься мне, — умоляет Катрина. — Ты будешь в безопасности. Ты не обязан задерживаться надолго, но если отправишься в бега в своём теперешнем состоянии, то попросту умрёшь от холода. Или голода.

Фенрису не хочется бежать. Он устал бежать. Он знает, что должен, но... может, он переждёт опасность в этом месте? Пусть только до тех пор, пока Данариус не найдёт новый способ до него добраться. Фенрис может остаться. Ненадолго.

— Я... если вы уверены.

— Чудесно! — Катрина сияет. — Сейчас посмотрим, что тут осталось из пожертвований, подберём тебе какую-нибудь тёплую одежду.

Уши Фенриса удобно умещаются под меховым капюшоном, который также скрывает его броские волосы. Плащ тёплый и плотный, в отличие от тонкой накидки Катрины. Только выйдя на улицу, Фенрис понимает, что она отдала ему свой, выдав его за пожертвование прихожан, а себе взяла плащ из кучи благотворительной одежды.

Катрина ведёт его по узким улочкам, снег на которых за день уже примят множеством ног. Дома здесь низкие и стоят впритык; из каждой крыши дымит печная труба. Дом Катрины расположен на краю городка; она торопливо заводит Фенриса внутрь и, закрыв дверь, принимается топить очаг у дальней стены.

Гостиная у неё маленькая и скромная, мебели здесь немного. Стены увешаны дюжиной картин в самодельных рамах. Заглянув за дверь справа, Фенрис обнаруживает тесную кухню с коридорчиком.

— Ну вот, готово. — Катрина закрывает решётку, когда под кучкой дров разгорается пламя. — Прошу, присаживайся. И снимай сапоги, посушим их у огня.

Фенрис ставит сапоги перед камином и садится за стол, внезапно ощущая себя настоящим гостем в чужом доме. Он никогда прежде не был гостем, хотя частенько им прислуживал. Катрина скрывается на кухне. Фенрис ждёт, чувствуя, что должен что-нибудь сделать. Помочь... или сбежать отсюда.

На краю стола стоит маленькая статуэтка Андрасте. Так же как и в церкви, она протягивает Фенрису руку. Фенрис тянется навстречу и прижимает кончик пальца к её крошечной ладони. Видимо, её раскрашивали вручную: мантия на ней красочная, детально прорисованная, вплоть до серебристых точек, а на устах Андрасте — безмятежная улыбка.

— Её раскрасил мне в подарок муж.

Пойманный врасплох Фенрис торопливо убирает руку.

— Ваш муж?

— Да. Он скончался шесть лет назад, неудачно упав с лошади. Вскоре после того, как сын с невесткой переехали в Тантерваль. — Катрина ставит перед Фенрисом тарелку.

— Соболезную.

Она пожимает плечами.

— Он не первый и не последний, кто умер раньше срока. Иногда такое случается. — Она садится напротив с другой тарелкой. — Немного холодный, но я не хотела тратить время на разогрев.

В тарелке какой-то фруктовый пирог. Фенрис осторожно пробует. Невероятно вкусно. Он отрезает ещё кусок, и ещё, затем откладывает вилку и заставляет себя посмаковать. Катрина принимается за свою порцию.

— Мой знаменитый яблочный пирог. Весь секрет — в мускатном орехе.

Яблоки. В Тевинтере их встретишь нечасто. Фенрис жуёт медленно: кисло-сладкий вкус яблок и пряный — корицы с мускатным орехом идеально сочетаются на языке. Он вновь тянется за вилкой, но передумывает. Такое редкое удовольствие следует растянуть. Вместо этого Фенрис снова переводит взгляд на статую Андрасте.

— Она очень красива. Ваш муж был талантливым человеком.

— Твоя правда. Это всё тоже его работы. — Катрина обводит стены с висящими впритык картинами. — Но эта статуэтка всегда была моей любимой. Наверное, всё дело в её выражении лица.

Безмятежная улыбка. Действительно, Фенрис прежде не видел пророчицу в таком образе. Многие художники и скульпторы изображают её со склонённой головой, оплакивающей детей Создателя. У остальных она горит.

— Почему он, по-вашему, это сделал? — тихо спрашивает Фенрис.

— М-м? — Катрина вытирает рот рукавом своей рясы.

— Почему Создатель позволил вашему мужу упасть с лошади? Почему позволил своей невесте сгореть на костре? Почему он допускает такие вещи?

Катрина откладывает вилку.

— Почему Он позволяет малефикарам порабощать тебя и сотен других?

Именно этим вопросом задавался Фенрис, хоть и не решился озвучить его вслух. Он кивает, уставившись на столешницу.

Катрина вздыхает.

— Создатель отвернулся от нас. Некоторые говорят, именно по этой причине происходят все ужасные вещи — потому что Он больше не видит нас и не желает видеть.

«Возможно, здесь лишь бездна», — вспоминает Фенрис.

— Я никогда так не считала, — задумчиво продолжает Катрина. — Я думаю, Он знает, что в созданном Им мире есть как великое, так и ужасное — и порой оно встречается в одном и том же месте. Например, когда храбрая женщина бросает вызов Архидемону, понимая, что спасает Тедас ценой своей жизни. Я считаю, Он наблюдает за нами. Думаю, Он хочет посмотреть, что мы станем делать, когда Его нет рядом и Он не говорит от своего имени. Он хочет увидеть, что мы совершаем добрые поступки, даже зная, что это ничего не изменит. Что даже самое преданное Ему сердце способно разбиться, когда мужчина падает с лошади одним летним днём и погибает. И всё же мы должны творить добро.

Фенрис обдумывает сказанное и понимает, что ему не хочется проявлять доброту. По крайней мере, по отношению к Данариусу.

— Прости, я не пытаюсь обратить тебя в веру, честно, — смеётся священница. — Создатель сам явится тебе, в той форме, какую сочтёт нужной.

Фенрис берёт вилку и отрезает ещё кусочек пирога. На секунду ему кажется, что Создатель явил себя в этом пироге, настолько он божественен.

Катрина протягивает руку и нежно поглаживает миниатюрное личико Андрасте.

— Когда закончишь, усадим тебя перед огнём и хорошенько согреем твои окоченевшие ноги. Я всё ещё опасаюсь, что ты можешь лишиться пальцев.

Времени на это уходит немало, но после отмачивания в горячей воде к ногам Фенриса приливает краска, и кожа снова становится светло-коричневой. Лириум тоже перестаёт светиться. Фенрис всё ещё многого о нём не знает, но считает, что тот, вероятно, защищал его тело от обморожения.

— Вы не спросили о них.

— О чём? — откликается сидящая в соседнем кресле Катрина.

— О моих метках.

— А-а. — Она пожимает плечами. — Полагаю, это какой-то незнакомый мне тевинтерский обычай?

Не совсем. Но Фенрису не хочется вдаваться в подробности.

— Всё нормально, ты не обязан о них рассказывать. Не желаешь помыться перед сном? Я могу согреть ещё воды.

Ощущение того, как тёплая мочалка смывает пот и грязь с кожи, — ещё одно удовольствие, которого Фенрису давно не хватало. Это куда приятнее быстрых помывок в студёных ручьях, которые он позволял себе во время бегства через лес. Но то было ещё до первого снега, когда Фенрис был уверен, что высохнет, прежде чем замёрзнуть насмерть. Выйдя из ванной, он обнаруживает поджидающую его стопку чистой одежды на полу.

— Это принадлежало моему мужу! — кричит из гостиной Катрина. — Тебе, наверное, будет велико, но хотя бы не замёрзнешь!

Фенрис облачается в приготовленное. Одежда действительно велика, но он заправляет рубашку в брюки, затягивает потуже пояс, и ничего уже не спадает. Катрина читает за столом, на который Фенрис сгрузил доспехи. Она приветствует его улыбкой.

— Ты похож на мальчика, забравшегося в гардероб отца, — усмехается она.

Фенрис натягивает на плечи пальто; длинные рукава целиком закрывают его ладони.

— Спасибо вам за это.

— Не стоит, я рада, что вещи кому-то пригодились.

Кивнув, Фенрис подходит к очагу и ложится на пол перед ним.

Катрина изумлённо восклицает:

— Ты что... собираешься спать вот так?

Встревоженный Фенрис снова садится.

— П-простите, я, должно быть, загородил всё тепло от огня...

— Нет-нет, Создатель, тебе полагается кровать!

Фенрис округляет глаза.

— Но я... не могу забрать у вас кровать...

— Разумеется, можешь! Это моя кровать, и я могу уступить её кому пожелаю. Прошу тебя, ты ночевал в снегу, мне на душе будет спокойнее, если сегодня ты выспишься в нормальной постели. Только дверь не закрывай, чтобы комната прогревалась. — Она указывает рукой. — Спальня прямо напротив кухни.

Фенрис не знает, что делать. Эта женщина не должна стольким жертвовать ради него, и всё же Фенрис — её гость, ему следует проявлять вежливость. А спорить с хозяйкой дома — невежливо. Катрина вновь уткнулась в книгу — похоже, она считает вопрос закрытым. Фенрису ничего не остаётся, кроме как потащиться в спальню.

Она маленькая, как и весь дом, и жар от огня приятно протопил её. Фенрис забирается под одеяла, не в силах до конца поверить в происходящее. Ему и прежде доводилось спать на кровати, когда он вымаливал или воровал деньги на оплату комнаты в трактире. Но не вот так, на пожертвованной ему из милости.

Одеяла — мягкие и тяжёлые — обволакивают его тощее тело. Фенрис кладёт голову на подушку и поворачивается набок, поджимая колени к груди. Доспехи остались на кухонном столе, вдруг вспоминает он. Он забыл надеть их после ванны.

Но Фенрис уже не в силах покинуть постель. Одеяла — словно тёплые объятия, матрас слегка комковат, но в сотню раз удобнее промёрзшей земли. И она, Катрина, отдала всё это ему.

Фенрис боится, что они придут ночью. Боится, что они сорвут с него одеяла, изобьют его, свяжут верёвками и закуют цепями. Фенрис не хочет этой правды. Не хочет быть добычей охотников. Не хочет быть во власти Данариуса даже здесь, в сотнях миль от Тевинтера.

Что если бы это было неправдой? Что если правда — это здесь и сейчас? И Фенрис не раб, а простой путешественник, наконец-то нашедший приют после трудной, долгой дороги?

Глаза щиплют слёзы, и Фенрис натягивает одеяло под самый подбородок. Он знает, что эти мечты бессмысленны, но больше не может им противиться и отдаётся во власть безмятежным грёзам, засыпая.

* * *

— Фенрис?

Слышится стук в дверь. Фенрис с трудом продирает глаза. Где он? Что случилось? Он пытается сесть...

— Нет-нет, не вставай, ещё рано. Я только хотела предупредить, что схожу в Церковь, скажусь больной, чтобы не появляться там пару дней. — Катрина прислоняется к косяку. — Не хотела, чтобы ты напугался, проснувшись в пустом доме, только и всего.

Фенрис обескураженно моргает. Воспоминания о вчерашних событиях накатывают постепенно.

— Вернусь через часик. — Катрина исчезает из поля зрения.

Фенрис откидывается обратно на постель. Спать. Он просто хочет спать.

* * *

Он просыпается вновь под звук шипения и запах чеснока.

Воздух на лице холодный, но под одеялами тепло. Непривычно чувствовать кожей мягкую сухую одежду, тяжёлые, плотные одеяла. Фенрис привык к мокрому снегу и доспехам.

Когда он, волоча ноги, выходит из спальни, Катрина приветствует его взмахом деревянной ложки. Сегодня на ней не церковные одеяния, а рубашка и штаны.

— Скоро будет готово.

Фенрис ждёт в гостиной. У камина он замечает свёрнутый матрас: должно быть, на нём спала этой ночью Катрина. Фенрис с удивлением осознаёт, что не чувствует привычной ломоты в теле — мышцы ноют, да, но после долгого бега, а не проведённой на сырой земле ночи.

— Ну вот, прошу. — Катрина ставит перед ним исходящую белым паром миску. — Чуть посытнее, чем вчера.

Снова похлёбка, но уже другая: в этой плавают овощи и куски говядины. Фенрис понимает, что вновь проголодался. Катрина проворно орудует половником, подстраиваясь под его здоровый аппетит. Сегодня, однако, Фенрис съедает только две порции и уже вытирает рот, пока Катрина ещё расправляется с первой.

Фенрис откладывает миску и опускает глаза в пол.

— Мне нечем вам отплатить.

Катрина отмахивается ложкой.

— Отплати мне обещанием позаботиться о себе.

Позаботиться о себе? Об этом Фенрис не думал. Он просто пытался выжить.

— Обеща...

Кто-то колотит в дверь.

Фенрис в ужасе застывает, в груди всё сжимается, сворачивается узлом. Такой стук добра не сулит.

— Возьми доспехи и спрячься, — шепчет Катрина. — Я избавлюсь от незваных гостей.

Фенрис сгребает нагрудник и перчатки с наплечниками, бросается в спальню и осторожно прикрывает дверь. Как он мог так поступить? Вот, значит, его благодарность: привести работорговцев в её дом, людей, которые ни перед чем не остановятся, чтобы его найти. Фенрис приникает ухом к двери и слушает.

— Да? Чем могу помочь?

— Сестра Катрина? — отвечает грубый голос.

— Да, это я.

— Мы ищем одного эльфа. Его вчера видели на вашей вечерней службе.

— Эльфа? А что он натворил?

— Он опасный убийца, сестра. И очень хитрый, он вводит людей в заблуждение жалостливыми сказками, вынуждая помогать себе.

Фенрис прижимает к груди доспехи. Это неправда, он не лгал ей...

— Ой, батюшки. Он здесь, в нашем городке? Страшно-то как.

Слышится недовольное ворчание.

— Местные также видели, как после службы вы вели по улицам незнакомого мужчину. Худощавого, невысокого роста.

Venhedis. Их видели вместе. Фенрис накрывает ладонью рот.

— Да, его имя Родерик Пайн, — отвечает Катрина. — Он живёт на ферме за городом. Недавно потерял жену и очень горюет. Вчера я провожала его домой.

— Хм-м. У вас есть муж? Дети?

— Мой муж скончался несколько лет назад. Есть сын, но он живёт в Тантервале.

— Значит, вы дома одна?

— Верно.

— Так почему же у вас на столе две тарелки?

Тишина.

— Я... я... — заикается Катрина.

Следует звук стукнувшейся о стену двери и крик боли. Крик Катрины. Должно быть, один из ублюдков её ударил.

Фенрис роняет доспехи и выбегает из спальни.

Их трое. Не дав им времени среагировать, Фенрис выхватывает ложку из своей миски и вонзает одному в глаз — так глубоко, как может. Пронзительный, перепуганный вопль — и мужчина падает, хватаясь за лицо. Отлично. Двое других снимают с поясов дубинки. Ударное оружие, чтобы вырубать беглецов и доставлять их живыми. Фенрис кружит вокруг кресла, оставляя его преградой между собой и охотниками, но те разделяются и заходят с двух сторон. Фенрис торопливо перебирается через кресло, бросается обратно к столу, хватает вторую ложку, огибает стол и пинком выбивает из-под него деревянный стул. Один из мужчин запинается об него. Фенрис уворачивается от дубинки второго, подныривает ему под руку и вонзает ложку ему в шею.

Охотники в дорожной одежде, а не в доспехах, и шеи у них незащищены. Ложка входит глубоко. Фенрис вырывает её, и ему в лицо бьёт мощная струя горячей крови. Второй наверняка уже близко. Фенрис поворачивается...

...и кто-то дёргает его за лодыжку. Мужчина с ложкой в глазнице хватает его из-под стола. Фенрис машет руками, пытаясь удержать равновесие. А потом чувствует тяжёлый удар по затылку и, пошатнувшись, падает на одно колено. Перед глазами всё плывёт. Ошеломлённый, он поднимает руку и чувствует, как на неё снова опускается дубина, чувствует острую вспышку пронзительной боли. Но продолжает держать руку на весу — нужно прикрывать голову, — однако следующий удар слишком силён, Фенрису слишком больно, и рука сама собой опускается на колени. Фенрис напрасно пытается уползти. Вот и конец.

Что-то разбивается вдребезги, следует стон и тяжёлый удар рухнувшего на пол тела. Фенрис перекатывается, видит охотника с ложкой в глазу, хватает его за голову и с силой проворачивает. Звучит характерный хруст, и тело охотника обмякает. Кто следующий? Враги ещё остались? Фенрис оглядывает комнату, стоя на коленях.

У одного сломана шея. Второй захлёбывается на полу кровью из вспоротого горла. Третий валяется без сознания, с дубинкой в руке. Пол вокруг его головы усыпан осколками керамики, несколько даже застряли в волосах.

Над ним стоит Катрина, сжимающая остатки разбитой фигурки Андрасте. Фенрис замечает среди осколков её маленькую вытянутую ручку. Выходит, Катрина врезала нападавшему статуэткой по затылку, прежде чем тот успел оглушить Фенриса. И теперь она разбита. Уничтожена. Но она же...

— Она же ваша любимая, — шепчет Фенрис. — Её раскрасил для вас муж.

— Э-э, чт... А, ты о статуэтке. Да ничего страшного. — Катрина кладёт керамическую подставку — всё, что осталось от Андрасте, — на стол и осторожно потирает свою щеку. Там, на месте удара, уже наливается синяк.

— Я убил их в вашем доме, — мотает головой Фенрис. В носу у него щиплет, дыхание перехватывает. — Вы впустили меня в своё жилище, дали мне убежище, а они явились сюда, причинили вам боль, и я убил их прямо в вашем доме. Здесь кровь...

— Фенрис. — Катрина встаёт перед ним на колени. — Ты всего лишь защищался. И защищал меня.

— Я не могу здесь оставаться. — Фенрис прижимает ладони к глазам. — Не могу.

— Понимаю. — Катрина встаёт. — Я упакую тебе какой-нибудь еды с собой и найду ещё тёплой одежды.

— Простите. Простите меня за всё.

— Не извиняйся. Давай, поднимайся. — Она протягивает руку.

Фенрис нерешительно принимает её и встаёт.

— Вот так. — Катрина тяжело дышит, но выглядит собранно и деловито. Наверное, шок придёт позднее. — А теперь будь добр, свяжи выжившего, пока я собираю тебя в дорогу. Я оповещу констебля, когда ты уйдёшь.

Кивнув, Фенрис принимается искать в мешке верёвку.

* * *

— Фенрис?

Тот вздрагивает.

— М-м?

— Ты на неё целую вечность таращишься, — вскидывает бровь Хоук. — На тебя снизошло божественное откровение?

— Нет, просто... — Фенрис рассматривает статуэтку. Она точно такая же — или очень похожая. На белой глине трудно различить черты лица, но голова её высоко поднята, а крошечная ручка вытянута вперёд. Фенрис окликает лавочницу.

— Сколько за неё?

Та смеряет его оценивающим взглядом.

— Шесть серебряков.

За плечом внезапно возникает Хоук. Вид у него, должно быть, угрожающий, потому что лавочница втягивает голову в плечи.

— Э-э... сойдёмся на трёх.

Фенрис достаёт из кошеля монеты.

— Хоук.

— Да?

— Я, скорее всего, отлучусь на несколько дней. Хочу съездить в Старкхэвен.

— Старкхэвен? Звучит интересно. Ты не против компании?

* * *

Фенрис шагает, повторяя маршрут в уме. «Последняя улица на краю города, — сказали ему в Церкви. — Затем поверните на север. Там есть дом с двумя яблочными деревьями, вам нужен второй за ним».

— А неплохо вышло. Детали прорисованы очень тщательно. — Хоук вертит в руках статуэтку. — Больше всего мне нравится её выражение лица. Никогда не думал увидеть статую Андрасте, которая пытается меня соблазнить, но честное слово, ей это почти удаётся...

Фенрис выхватывает фигурку у Хоука из рук.

— Я не художник, — огрызается он. Он пытался исправить допущенную ошибку — одна бровь Андрасте получилась похотливо вздёрнутой, а полные губы сложились в многозначительную улыбку, — но его попытки спасти положение сделали только хуже. Так что Фенрис сдался. Остаётся надеяться, что подарок никого не оскорбит.

Яблочные деревья в полном цвету, и трава под ними усеяна бело-розовыми лепестками. Это место выглядит совершенно по-другому летом, когда в спину дует тёплый ветерок, а над головой простирается бескрайнее голубое небо.

— Пришли, — говорит Хоук, кивая на нужный дом.

Фенрис не узнаёт этот дом. Пожалуй что и не должен был — в конце концов, здание абсолютно неприметное, маленькое и приземистое, с короткой кирпичной трубой на крыше. Фенрис застывает у ворот.

Однако Хоук, чтоб его, уже размашисто шагает по дорожке, и Фенрис догоняет, обеими руками сжимая статуэтку.

Хоук стучит в дверь. Фенрис ждёт вместе с ним, неожиданно переполненный опасениями. Что если она его не вспомнит? Что если она боится его, после того как он убил охотников в её гостиной?

Дверь открывает мужчина.

— Здравствуйте?

— Добрый день! — жизнерадостно приветствует Хоук. — Мы ищем сестру Катрину, она здесь ещё проживает?

Мужчина оборачивается.

— Мам, к тебе пришли.

Из глубины дома слышится шуршание.

— Кто там?

А потом появляется она.

Её лицо не такое, каким помнил его Фенрис: скулы острее, подбородок жёстче, глаза уже. Должно быть, время размыло чёткость воспоминаний. Другие изменения можно списать на шесть минувших лет: морщины вокруг её рта, полностью поседевшие волосы. При виде Фенриса у неё отвисает челюсть.

— Быть не может. Фенрис? Это ты?

Он вздрагивает.

— Ох. Вы меня помните.

— Разумеется, помню! Создатель, входи же!

Фенрис переступает порог — Хоук следом — и протягивает Катрине статуэтку.

— Вот. Знаю, она не заменит той, что вы потеряли, но я надеялся...

— Она чудесна! И такой красивый узор на одежде. Ты сам её раскрасил?

— Да.

— Как мило с твоей стороны. — Неожиданно Катрина ухмыляется. — О-о, а она у нас довольно игрива.

Фенрис морщится.

— Прошу прощения, я... не рассчитывал на такой эффект.

— Не извиняйся. Я за всю жизнь всего пару раз видела довольную собой Андрасте. Грэгори, не поставишь чайник?

— Конечно, мам. — Мужчина уходит на кухню.

Катрина стравит статуэтку во главу стола и некоторое время пристально её рассматривает.

— Знаешь, я никогда не сомневалась, что ты выкарабкаешься. «Хотя был он пронзён сотней стрел, хотя страдал от великого множества ран, больших и малых...»

«Оставался он твёрд сердцем и шёл далее», — заканчивает Хоук, после чего протягивает ладонь. — Моё имя Хоук, кстати говоря. Фенрис рассказал, как вы спасли его.

Катрина пожимает ему руку, скромно поводя плечами.

— Я сделала только то, чего ожидал от меня Создатель.

— Катрина, — окликает Фенрис. — Спасибо вам. Если я могу чем-нибудь отплатить...

— Что ж, — вздыхает она. — Ты заботился о себе?

— Не без понуканий, конечно, но в целом да, — вклинивается Хоук. — Я следил за этим.

— Вот и хорошо! Это всё, что я хотела услышать.

В этот момент Фенрису приходит на ум, что ему очень повезло — особенно для того, чья жизнь началась так неудачно.

— Я... благодарен вам, — повторяет он, не зная, что ещё сказать. Хоук берёт его ладонь в свою и мягко сжимает.

— Садитесь, садитесь! — машет руками Катрина.

Опускаясь на стул, Фенрис размышляет, приписала бы она его удачу воле Создателя. Сам он предпочитает более приземлённые объяснения. Вынырнув из мыслей, Фенрис обнаруживает, что Хоук с Катриной обсуждают всё случившееся с ним за эти годы в Киркволле. Лицо Катрины светится радостью. Фенрис решает им не мешать.

С дальнего конца стола ему лукаво улыбается Андрасте. Фенрис кладёт палец в её протянутую ладонь, улыбаясь в ответ.



...на главную...


февраль 2020  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526272829

январь 2020  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Законченные фики
2020.02.24
The curse of Dracula-2: the incident in London... [31] (Ван Хельсинг)


2020.02.21
Отпуск следопыта [0] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)



Продолжения
2020.02.24 19:43:54
Моя странная школа [3] (Оригинальные произведения)


2020.02.21 16:53:26
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.02.21 08:12:13
Песни Нейги Ди, наёмницы (Сборник рассказов и стихов) [0] (Оригинальные произведения)


2020.02.20 22:27:43
Змееглоты [3] ()


2020.02.20 14:29:50
Амулет синигами [116] (Потомки тьмы)


2020.02.18 06:02:18
«Л» значит Лили. Часть I [4] (Гарри Поттер)


2020.02.17 01:27:36
Слишком много Поттеров [44] (Гарри Поттер)


2020.02.16 20:13:25
Вольный город Норледомм [0] ()


2020.02.16 12:16:29
Работа для ведьмы из хорошей семьи [3] (Гарри Поттер)


2020.02.16 11:38:31
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.02.15 21:07:00
Мой арт... [4] (Ван Хельсинг, Гарри Поттер, Лабиринт, Мастер и Маргарита, Суини Тодд, Демон-парикмахер с Флит-стрит)


2020.02.14 11:55:04
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.02.10 22:10:57
Prized [5] ()


2020.02.07 12:11:32
Новая-новая сказка [6] (Доктор Кто?)


2020.02.07 00:13:36
Дьявольское искушение [59] (Гарри Поттер)


2020.02.06 20:54:44
Стихи по моему любимому пейрингу Снейп-Лили [59] (Гарри Поттер)


2020.02.06 19:59:54
Глюки. Возвращение [238] (Оригинальные произведения)


2020.01.30 09:39:08
В \"Дырявом котле\". В семь [8] (Гарри Поттер)


2020.01.23 14:02:47
Прячься [3] (Гарри Поттер)


2020.01.21 10:35:23
Список [10] ()


2020.01.18 23:21:20
Своя цена [20] (Гарри Поттер)


2020.01.15 12:47:25
Туфелька Гермионы [0] (Гарри Поттер)


2020.01.15 12:43:37
Ненаписанное будущее [17] (Гарри Поттер)


2020.01.11 22:15:58
Песни полночного ворона (сборник стихов) [3] (Оригинальные произведения)


2020.01.11 20:10:37
Добрый и щедрый человек [3] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.