Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

На экзамене по Зельям Поттер не знает ответа ни на один вопрос.
Потерявший терпение Снейп начинает орать:
- Да ведь вы же осел! - обращаясь к ассистенту. - Принесите мне охапку сена!
Гарри, откинувшись на стуле:
- А мне чашечку кофе, пожалуйста.

Список фандомов

Гарри Поттер[18458]
Оригинальные произведения[1235]
Шерлок Холмс[714]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[133]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[106]
Темный дворецкий[102]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12640 авторов
- 26930 фиков
- 8581 анекдотов
- 17648 перлов
- 659 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Искусство забывать

Оригинальное название:The Art of Forgetting
Автор/-ы, переводчик/-и: museme87
пер.: Elinberg
Бета:Му Obsession
Рейтинг:NC-17
Размер:миди
Пейринг:Сириус Блэк/Джеймс Поттер/Ремус Люпин/Лили Эванс
Жанр:AU, Adult, PWP, Romance
Отказ:Только переводчик
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:Это была идея Сириуса, и Джеймс, оставаясь верным себе, согласился. Однако под влиянием войны все пошло не так, как было запланировано Джеймсом Поттером и Сириусом Блэком.
Комментарии:Групповой секс
Ссылка на оригинал: https://archiveofourown.org/works/153535
Каталог:Пост-Хогвартс, Мародеры
Предупреждения:OOC, AU
Статус:Закончен
Выложен:2016.06.11 (последнее обновление: 2016.06.11 13:15:53)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [0]
 фик был просмотрен 1228 раз(-a)



Лили обожала танцевать, и Ремус разделял ее слабость. Было что-то невероятное в том, чтобы танцевать посреди бара под властью музыки и света, что говорили с ними на своем языке. Они больше не чувствовали себя молодыми солдатами в разгар войны, но просто нормальными девятнадцатилетними ребятами.

Джеймс и Сириус ненавидели танцевать. Лили и Ремус считали, что они просто не умеют это делать, но это была лишь часть правды. Как чистокровные, аристократичные волшебники, они были обучены всем азам бальных танцев, но способность танцевать подобно маггловским подросткам в клубе обошла их стороной. Другая же причина их ненависти — или лишь прикрытия — была в том, что им было гораздо веселее наблюдать за тем, как танцуют Ремус и Лили.

Это был негласный договор между ними еще с тех дней, когда они ходили сюда просто веселиться: если Джеймс и Сириус отказывались танцевать, Ремус и Лили довольствовались друг другом, танцуя так, как им захочется. То, что поначалу было весьма вежливым, приличным танцем, становилось более чувственным, более меленным движением. Джеймс и Сириус молчали.

Сириус наблюдал за ними — пышные рыжие волосы Лили взлетали каждый раз, когда Ремус кружил ее вокруг себя, — и пил пиво медленными глотками, надеясь, что это поможет ему промочить горло и охладить желание. Ему не стоило смотреть на Ремуса и Лили вот так, не следовало так возбуждаться от какого-то идиотского танца. Лили была девушкой Джеймса, и Сириусу пришлось напомнить себе об этом не раз. Впрочем, эта маленькая деталь ничуть не уменьшала его возбуждения.

— Отлично смотрятся, — произнес он, едва ли понимая, что сказал это вслух.

Джеймс мгновенно перевел взгляд на него, и на какие-то секунды Сириус был уверен, что он просто врежет ему. Однако он не стал этого делать. Вместо этого он снова посмотрел на Лили и Ремуса, а затем вздохнул, смирившись.

— Даже слишком горячо, — согласился он.

— Так вот почему ты из штанов не выпрыгиваешь, когда они танцуют, а? — усмехнулся Сириус.

— Заткнись, — предупредил Джеймс, но в его словах едва ли слышалась угроза. — Что-то я не заметил, что и ты против этого.

— А мне то что? Рыжик — хороший выбор. Отличные сиськи.

— А у Лунатика просто отличная задница, — не остался в долгу Джеймс.

Секундой спустя они уставились друг на друга в некотором смущении, прежде чем Сириус сообразил, что оценка Джеймсом его бойфренда вообще никак его не задела. Изучив выражение лица Джеймса, он пришел к выводу, что Джеймс тоже не обиделся.

Это не должно было стать открытием века для них. После всего, через что они прошли вместе, после всех девчонок, что они звали на свидания, и после неожиданных отказов, полученных на двоих, они даже поучаствовали в тройничке со старостой в свой шестой год обучения в Хогвартсе.

Однако удивление все равно настигло Сириуса, когда он осознал тот факт, что они говорят не о ком-то незнакомом и чужом, как о какой-то девчонке из школы. Они говорят о Ремусе и Лили. Джеймс помолвлен с Лили, а Сириус и Ремус все равно, что уже женаты. Нет, Ремус и Лили — это было слишком запретной темой, той линией, которую они только что осмелились пересечь. Каким-то образом оценка партнера друга оказалась… обычной. Даже слишком.

С этим псевдо-разрешением от Джеймса Сириус позволил своим глазам и мыслям снова вернуться к паре на танцполе. Когда Ремус взглянул на него поверх плеча Лили, Сириус постарался всеми своими ментальными силами передать ему сообщение, лишь бы тащил свою задницу к нему, лишь бы аппарировать отсюда домой и немедленно решить его маленькую проблему. Ремус усмехнулся, проигнорировав его мольбу. Его руки скользнули по спине Лили на ее талию.

— И о чем, позволь спросить, ты там себе думаешь? — спросил Джеймс.

— Ни о чем.

— Подлый лжец, — произнес он с усмешкой. — Ты смотришь на них своим идиотским щенячьим взглядом.

Сириус был не в состоянии сказать Джеймсу правду: была разница размером в пропасть между оценкой груди Лили и фантазии об ее участии в тройничке с ним и Ремусом. Его фантазия вообще никогда не воплотится в реальность. С Джеймсом он может разделить все, но только не это. Он точно так же не позволит Сириусу коснуться Лили, как Сириус не позволит ему даже пальцем тронуть Ремуса в этом смысле. Не то чтобы Лили и Ремус были какой-то собственностью, просто ни он, ни Джеймс никогда не согласились бы, даже если Лили и Ремус были бы не против. Единственный способ реализовать все это был бы возможен только в присутствии Сириуса. Именно это подарило ему идею.

— Как насчет потрахаться?

Джеймс немедленно подавился сделанным глотком пива, закашлявшись. Сириус, усмехнувшись, постучал его по спине.

— В смысле потрахаться? — пробормотал наконец он, вытирая влажные после кашля уголки глаз.

— А какой может быть смысл у слова «потрахаться»? — пожал плечами Сириус.

— Я вообще-то Лили люблю и все такое.

— А я Ремуса. — Сириус сделал паузу, допуская вариант, что, даже если его и Джеймса считают едва ли не близнецами, это не делает Джеймса экстрасенсом. — Да не в смысле ты и я, — внес он некоторую ясность, поморщившись. — Не та задница.

— Это же тебе не помешало ее лапать, когда мы развлекались с Джиллиан Тернер на шестом курсе.

— Как будто у меня был выбор.

— Ну и кому ты предлагаешь потрахаться? — раздраженно перевел Джеймс тему от Тернер.

— Нам. Тебе, мне, Ремусу и Лили.

— Вчетвером? — уточнил Джеймс, поднимая брови.

— Ой, вот только не надо тут невинность строить, Сохатый. Тройничок уже был, что там еще один человек изменит?

— Ты единственный человек, который говорит об этом так обыденно, — потряс головой Джеймс, отказываясь понимать его. — Да правда, какая разница, трое или четверо, — передразнил он Сириуса, разглядывая потолок.

— Если ты против, так и скажи.

Джеймс снова посмотрел на Ремуса и Лили, а Сириус смотрел на него. Желание Джеймса было написано на его лице. Сириус хотел показать ему, что он мог бы устроить вчетвером, лишь бы Джеймс согласился на его план.

— Я поговорю с Лили, — наконец произнес Джеймс.

Им обоим крупно повезло решить это за несколько секунд до возвращения Лили и Ремуса к ним. Сириусу едва хватило времени осознать ответ Джеймса, прежде чем Ремус занял место рядом с ним.

Лили же, едва сев, тут же моментально поцеловала Джеймса, вовлекая его в более глубокий поцелуй. Сириус едва смог отвести от них взгляд, целиком увлеченный открывающимися перспективами, и то лишь потому, что рука Ремуса оказалась на его ширинке. Стол послужил отличным прикрытием, чтобы Сириус нашел, куда перенести свое внимание.

Он едва не застонал, когда Ремус весьма грубо сжал его член прямо через ткань джинс, но сдержаться от ответных движений бедер не смог. Он медленно повернулся лицом к Ремусу, останавливаясь в нескольких миллиметрах от его лица, смотря прямо ему в глаза. В эту ночь они были ближе к янтарным, чем к коричневым, что означало близкое полнолуние, а также растущую потребность Ремуса в сексе. Загадочный проблеск в его глазах подсказал Сириусу вероятное будущее, в котором сидеть спокойно на следующий день у него не получится. Это его слегка покоробило.

— И что это вы там делаете? — спросила Лили, устроив голову на плече Джеймса. Ее улыбка была вполне понимающей.

— А что это мы тут делаем, Бродяга? — пожал плечами Ремус, обращаясь к Сириусу.

— Ничего такого, — ответил Сириус, но его голос был, пожалуй, слишком высоковат, что прекрасно все объяснило друзьям.

— Найдите себе уже другое место, — пробормотал Джеймс. — Извращенцы.

— Отличная идея, Сохатый, без тебя бы не догадались, — ответил Сириус.

— Мне просто нечего добавить, — поднялся на ноги Ремус. — Скажи мне, Бродяга, готов ли ты выдвигаться домой?

Сириус кивнул и вытащил из кармана маггловские деньги, чтобы заплатить за все пиво, одновременно пытаясь отвлечься от возбужденного члена. Он даже нашел в себе смелость встать и попрощаться.

— Твоя задача поговорить с Луни, не забудь, — произнес Джеймс.

— А о чем со мной надо поговорить? — полюбопытствовал Ремус.

— Позже, Луни.

— Но, Сириус…

— У нас сейчас есть более важная проблема, — произнес Сириус, хватая Ремуса за руку и таща его за собой к выходу.

***

Сириус думал о том, что Ремус пытается его убить, еще глубже утыкаясь лицом в подушку. Конечно, лучшим способом на свете, но все же. Он почти был готов застонать, когда Ремус слегка прикусил кожу над выступающей подвздошной костью. Сириус обожал его метод исследования сантиметр за сантиметром собственного тела, заставляющий его одновременно желать, чтобы это никогда не заканчивалось, и скорейшего окончания.

Это был определенно их танец — болезненно медленный, спонтанный, абсолютно сексуальный. В эти ночи перед полнолунием Сириус добровольно подчинялся ему, позволяя Ремусу вести каждый раз. Иногда то, что он делал, было знакомо, но иногда Ремус придумывал что-то новое, сбивая Сириуса с толку. Сириус доверял ему, ведь Ремус знал, что делает. В эти пограничные моменты, когда луна уже висела почти полным тяжелым диском в небе, Сириус никогда не оставался неудовлетворенным и слишком часто умолял о большем.

Он буквально чувствовал усмешку Ремуса на своей коже перед тем, как Ремус подарил ему еще один маленький восхитительный поцелуй чуть ниже, еще на миллиметр ближе к болезненно возбужденному члену. Сириус слегка склонился, чтобы положить руку на его светлые и мягкие волосы, надеясь, что это подтолкнет его к действиям.

Однако его члена коснулась лишь прядь волос. Ремус положил руки на его бедра, заставляя развести их, сводя Сириуса с ума. Сириус никогда не смог бы представить себя настолько открытым, настолько доступным, с разведенными ногами и безвольно лежащими возле подушки руками — если бы не был зависим от этого. Ощущения были на грани невыносимых, ведь он не видел, что происходит, не мог подготовить себя к вероятным исходам событий, никогда не знал, насколько волк близок к тому, чтобы захватить контроль над Ремусом.

Открытое окно впустило поток холодного воздуха, заставивший его соски моментально затвердеть.

— Лу, я…

Рука Ремуса мгновенно оказалась на его члене, сжимая так сильно и слегка отпуская, что Сириус потерялся в миллионе сигналов от возбужденного члена. Боль от желания уже не была локальной, она устремилась куда-то внутрь него самого, заставляя его издать неясный звук сквозь сжатые зубы. Он был на пределе, и каждая новая секунда приносила ощущения, больше похожие на боль. Он желал ощутить губы Ремуса на собственном члене, его язык, скользящий вокруг и вдоль, чертов вакуум его рта, что угодно, можно и просто эту новую волну невыносимого болезненного желания, еще одно прикосновение, и он кончит прямо так, без всего остального.

— Если у тебя в планах есть хоть что-нибудь, будь добр, сделай это?

Его просьба зажгла в Ремусе новую идею. Он слегка опустился, опираясь на колени и прижимаясь членом к животу Сириуса.

— А почему я должен это делать?

И это тоже было частью игры, Сириус прекрасно об этом знал. Ремус не сколько отказывал ему, изматывая длительным возбуждением, сколько сам получал от этого огромное удовольствие. Это было слишком весело, слишком горячо, озвучивать подобные слова, ведь Ремус любил эти грязные разговоры ничуть не меньше самого Сириуса.

— Я же заслужил, — объяснил Сириус, приподнимаясь на локтях и стараясь оказаться еще ближе к нему.

Ремус резко поднялся, оказываясь на одном уровне с ним, буквально произнося в его рот:

— Продолжай.

— Я думал кое о чем…

Сириус закрыл глаза и снова медленно открыл их, слегка закусив губу. Это всегда срабатывало — действовало на Ремуса, словно зажигало его изнутри, заставляя его сходить с ума от желания. Сириус хотел видеть, насколько Ремус хочет его.

Ремус склонился к его уху, задевая его и произнося низким, хриплым голосом:

— Так скажи мне, о чем.

— Когда я смотрел, как ты и Лили танцуете, ах, — вздохнул он, когда Ремус сжал его сосок двумя пальцами, слегка покрутив его. — Я захотел тебя. Обоих. Тебя и ее, вместе, — добавил он шепотом, слегка краснея от прикосновений к слишком чувствительному соску. — Я хотел смотреть, как она отсасывает тебе, пока я трахаю тебя.

— Боже, ты серьезно думал об этом? — Ремус положил голову на его плечо, дыша чуть быстрее, чем раньше.

— Не только. И Джеймс. В общем, обо всех нас. О том, чтобы вчетвером. Я думал об этом.

Ремус толкнул Сириуса на кровать, заставляя упасть на спину и принять его яростный поцелуй. Его язык за несколько секунд проник меж его губ, в то время как руки путались в волосах Сириуса. Он исследовал его рот, как никогда до этого, заставляя стонать прямо так, не разрывая поцелуя.

Губы Сириуса покраснели, когда Ремус наконец отпустил его. Ремус прижался губами к его скуле, затем целовал вдоль шеи, переходя на грудь. Сириус поднялся чуть выше, желая только одного: чтобы его губы наконец достигли цели. И Ремус действительно обманчиво обхватил головку его члена губами, чтобы затем прикусить, причиняя боль:

— Ты мой.

Это не было вопросом и тем более не терпело возражений, просто факт, который Сириус даже не подумал бы опровергать.

— Всегда твой, Луни.

— Я не могу допустить, чтобы ты думал о ком-то другом. — Ремус смотрел на него с поистине дьявольской улыбкой. — Я думаю, ты заслужил урок.

Сириус слегка застонал, предвосхищая дальнейшие его слова.

— На колени, Сириус.

Сириус быстро принял необходимую позу, опираясь на локти и колени, его слишком чувствительный член заскользил по ткани простыни, заставив его зашипеть. Он хочет большего, напомнил Сириус себе, сдерживая эту лишнюю неестественную фрикцию.

Он ощутил легкое нежное прикосновение кончиков пальцев Ремуса к своей ягодице. Он рефлекторно сжал ягодицы, ожидая одного, а получая совершенно другое.

— В этой позе ты прекрасен.

— Ремус, я тебя прошу, пожалуйста…

Все внутри него сжималось в этом противоестественном ожидании, настолько сильно, насколько он не мог себе представить, вся его кожа горела в огне неутолимого желания.

— На твое усмотрение.

— Больше.

Он услышал шлепок прежде, чем ощутить волну легкой боли, усиливающей чувствительность его кожи. В этот раз ему было больнее всего, но Сириус уже не знал, что большее — так или эти издевательские, едва ощутимые прикосновения к его члену. Больше всего на свете, когда рука Ремуса снова уверенно легла на его член — боже, Сириус просто не был в состоянии контролировать собственный голос — больше всего на свете он хотел видеть лицо Ремуса.

Два последующих движения рукой, и Сириус потерял устойчивость, скользя коленями по кровати и раскрываясь еще больше. Кожа его ягодиц буквально горела и каменела от близкого контакта с бедрами Ремуса, но сейчас это волновало Сириуса меньше всего. Он старался изогнуться, чтобы приблизить свой член к руке Ремуса, пытаясь добиться облегчения, удовольствия, хоть чего-нибудь, что снимет это чертово напряжение. Но Ремус не собирался облегчать его участь. Сириус был готов кончить просто так, как подросток, накачанный гормонами, больше не в силах это выносить.

— Хочешь больше, Сириус?

— Да, — выдохнул Сириус.

Ремус отстранился от него. Сириус рефлекторно подался назад, вслед за ним — напряжение становилось все невыносимее, его член буквально распирало от прилившейся крови. Он ощутил давление члена Ремуса. Еще секунда, и он застонал. Еще секунда, и он умолял быстрее, сильнее. Еще чуть-чуть, и на глазах Сириуса выступили слезы. Слишком больно, слишком долго, почти все.

— Я почти... Луни, я почти… — молил он.

Он услышал шепот Ремуса, но кровь слишком сильно шумела в ушах, чтобы он мог что-то разобрать. Наконец он почувствовал ее — смазку. Прежде чем Сириус смог подготовить себя, Ремус сильно сжал его бедра, насаживая на себя разом, так глубоко, в одну секунду достигая простаты.

Все напряжение Сириуса взорвалось в одно мгновение, Сириус ощутил его везде: в крови, в животе, в члене. Это был оглушительный, слишком сильный оргазм. Он или тонул, или падал, или что угодно, какая разница, даже если он умирает: во всяком случае, он умирает с Ремусом внутри себя. Как только он вспомнил, как дышать, он осознал, что именно так он и хотел.

Сириус тяжело упал на кровать, в состоянии лишь дышать, отдаваясь целиком этому посторгазменному истощению, оставляя Ремуса без своего участия. Ремусу хватило двух резких, быстрых движений, чтобы кончить в него. Сириус не представлял, как это может надоесть даже много лет спустя.

Ремус тяжело опустился на кровать рядом с ним, и Сириус чуть подвинулся, позволив ему лечь так, чтобы вытянуть ноги. Они лежали в тишине, лениво смотря друг другу в глаза, слушая лишь шум улицы, доносящийся через открытое окно. Ремус медленно протянул руку, распутывая несколько кудрявых прядей Сириуса.

— Ты такая шлюха.

— Только для тебя, — фыркнул Сириус, беря его за руку и переплетая их пальцы.

— Мне нравится, когда ты так говоришь.

— Говорю что? Что я твой?

— Да, — уверенно кивнул Ремус.

— Ну тогда я твой, — повторил Сириус, поднимая голову, чтобы подтвердить свои слова быстрым поцелуем. — Навсегда. В общем, пока ты имеешь меня таким образом.

— Продолжай в том же духе, и эти временные интервалы совпадут, — дразняще произнес Ремус, выбираясь из постели.

Сириус наблюдал за тем, как Ремус повторяет свой ритуал — душ, чистка зубов, умывание пригоршней воды в ладонях. Он человек привычек. И точно не предназначен для всех этих разговоров после. Его смущает все, что Сириус хотел бы сказать ему, поэтому он всегда уходит.

Ничуть не беспокоясь из-за отсутствия пижамы, Сириус быстро произнес пару-тройку очищающих заклинаний, чтобы привести в порядок постель, испытывая просто нечеловеческую усталость. Он уснул задолго до того, как Ремус вернулся, и, хотя это было упущением с его стороны, Сириус знал, что проснется точно в его руках.

***

На часах было почти одиннадцать, когда Сириус открыл дверь их квартиры и вошел внутрь. Сегодня была ночь пабов, но сердцем Сириус не был там, только не тогда, когда Ремус отходил от трансформации.

Ремус оказался не в постели, как обещал Сириусу, а свернулся калачиком, словно ребенок, в большом кресле. Сириус не смог подавить улыбку. Он снял свою куртку и повесил ее на вешалку рядом с дверью. Он тихо прошел к креслу и сел на край. Он смотрел на Ремуса несколько секунд, размышляя о том, как ему повезло найти себе настолько идеального партнера. Он мог бы часами следить за тем, как спит Ремус, вспоминая об очертании его губ и богатой гамме цветов его глаз.

Но Сириус все же не смог удержаться, протянув руку и почти невесомо проведя по его щеке. Ремус слегка повернул голову, утыкаясь носом в его ладонь, пребывая в состоянии полудремы. Это было первым, за что Сириус полюбил просыпаться с Ремусом по утрам.

Сириус положил руку на его плечо. До тех пор, пока Ремусу необходим сон для того, чтобы восстановиться, это будет самым неудобным местом для него.

— Луни, — прошептал Сириус, пытаясь его разбудить.

Ремус приоткрыл один глаз.

— Который час? — спросил он сонно.

— Одиннадцать.

— Ты рано.

Сириус убрал книгу с колен Ремуса, отложив ее на столик рядом.

— Без тебя не так весело. Лучше бы я поиграл здесь в медсестру. Не так сексуально, конечно, но, кто знает, может быть, ты и проникся бы. — Он поднял бровь, подтверждая это как предложение.

— Я больше люблю, когда ты изображаешь студента, — зевая, произнес Ремус, откидываясь на спинку кресла.

— М-м, — пробормотал Сириус, приблизив губы к его уху. — Я в курсе, профессор Люпин, сэр.

Ремус улыбнулся, и его почти невинная улыбка совершенно не совпадала с мыслями, что определенно уже родились в его голове. Он готов был снова уснуть, его глаза уже закрывались, но Сириус не мог этого допустить.

— Луни, давай, время идти в постель.

— Мне и здесь хорошо, —едва слышно ответил Ремус.

— Нет уж, если останешься здесь, утром будет болеть спина.

Прекрасно понимая, что Ремус не собирается облегчать ему задачу, Сириус поднял руку Ремуса на свои плечи, перехватывая его поперек спины и под колени, затем поднял. Ремус немедленно отреагировал, сдавленно вздохнув.

— Все нормально?

Ремус кивнул, задержав дыхание.

— Я дам тебе зелье. Донести тебя?

— Нет, я сам, — медленно ответил Ремус.

Но он явно не был в состоянии это сделать. Во всяком случае, без поддержки. Он облокотился на Сириуса и едва прошел весь путь до кровати. Сириус проклинал его за упрямство. Он был бы более чем счастлив ему помочь, но Ремус ненавидел быть слабым, даже перед Сириусом, даже после стольких лет. Так что он, словно солдат, должен был просто подчиняться, даже если это приносило вред, а не пользу. Если боль не пройдет в течении нескольких дней, он просто будет вынужден заставить Ремуса обратиться в больницу. Ремус никогда не станет принимать ничьей помощи, даже если это будет нужно.

Сириус медленно помог Ремусу лечь в кровать. Он хотел помочь снять с Ремуса очень потертую белую футболку — честно говоря, ей давно было место на помойке, но Ремус все равно любил ее — но Ремус остановил его, напомнив, что он не инвалид. Сегодня Сириус готов был молить об обратном. Но вместо этого ему ничего не оставалось, кроме как отправиться за зельем, возвращаясь к Ремусу через минуту.

Ремус послушно выпил принесенное зелье и должен был уснуть спустя пару мгновений. Эти зелья всегда так на него действовали. Сириус поспешно разделся — и, хотя его привычка спать обнаженным сперва вызывала у Ремуса протест, позже он нашел в этом крайне положительные стороны.

— Сириус? — позвал Ремус его сквозь наступающую дрему.

— Да? — Матрас слегка прогнулся под весом Сириуса.

— В ту ночь. Ты сказал. Помнишь?

Когда Ремус уставал, он становился до ужасного лаконичен в своих фразах. Нет, Сириус не помнил. Он за последние несколько дней столько всего сказал, особенно без намека на продолжение, что просто не понимал, чего от него хочет Ремус.

— Нет, Лу, не помню.

— Ну про это. Джеймса и Лили.

Сириус вспомнил с изумлением. Этого было достаточно, чтобы свести Ремуса с ума тогда, так что Сириус даже забыл, что действительно говорил об этом. Сказать, что он нервничал, осознав, о чем говорит Ремус, — ничего не сказать.

— Ну да, а что?

Ремус повернулся на бок, открывая глаза и смотря на Сириуса:

— Ты серьезно?

Сириус подумал несколько секунд о том, как ему следует это произнести. Ремус был достаточно впечатлителен — даже слишком — иногда.

— Ну все зависит от того, насколько ты не против моей серьезности.

— Мы по кругу ходим, Сири.

Ремус закрыл глаза, и Сириус молча смотрел на него. Он явно размышлял, не засыпал. И после минуты этого странного молчания Сириус уже не знал, хочет ли он знать мнение Ремуса. Он даже успел начать сожалеть о том, что вообще заговорил о Джеймсе с Ремусом. Это была глупая идея — как коридор на втором курсе, как тот прикол с тыквенным соком на четвертом, как все, что произошло на пятом и тем более на шестом. Да уж, это точно то, что стоит занести в список идиотских вещей, которые сделал Сириус и которые почти стоили ему Ремуса.

— Я люблю тебя, — быстро произнес он, беря руку Ремуса в свою. — Я люблю тебя, и тебе не обязательно соглашаться. Я тоже не стану ничего без тебя делать. Это вообще была глупая идея…

— Должны быть правила.

Сердце Сириуса остановилось на мгновение, ведь такого ответа Ремуса он совершенно не ожидал. Сириус повторил его слова про себя, пытаясь удостовериться, что он все правильно понял и что Ремус согласен.

— Конечно. Любые. Какие захочешь.

— Я имею в виду вообще между нами четырьмя. Я не хочу делать ничего такого, что кому-то будет неприятно.

— Да, конечно, ты прав. — Сириус чуть поднялся и прижался губами к его лбу.

Когда Сириус почувствовал губы Ремуса на своей шее, а затем его болезненный укус, он осознал, что что-то идет не так: без причины Ремус никогда не отмечал его так. Сириуса волновало опасение насчет того, что он мог неспециально затронуть одну из самых больших слабостей Ремуса — понятие адекватности. И когда он уже был готов заверить Ремуса, что он абсолютно адекватен, Ремус уже заснул.

***

Сириус услышал, как открылась дверь в ванную, когда уже смывал шампунь с волос. Он пообещал Ремусу отличный секс после ужина, но не собирался расстраиваться, если бы Ремус не дотерпел. Он взглянул через плечо на то, как открывается створка кабины. Однако увиденное заставило его едва не упасть на скользком полу:

— Какого хрена, Сохатый?!

Джеймс возвел глаза к потолку.

— Давай уже шевели задницей. Луни сказал, ты все еще наводишь для нас красоту.

— А послать сюда Луни с сообщением вот никак нельзя было? Извращенец.

— Если бы я сюда послал Луни, вы бы еще на полчаса застряли. А я планирую перекусить хоть что-нибудь. А вообще-то, — произнес он, оглядев Сириуса, — нет ничего, чего бы я уже не видел.

— Или подглядел.

— Только в твоих мечтах. — Джеймс закрыл душ.

Сириус стряхнул воду с волос и вышел из душа сразу же, как только Джеймс покинул ванную. Он быстро вытерся, натянул джинсы и футболку через голову. Полотенцем он вытер зеркало — конечно, за разводы Ремус его потом убьет — и посмотрел на свое отражение.

— Прямо как мокрая псина, — пробормотал он сам себе. — Так не пойдет.

Он взял палочку и высушил волосы заклинанием, ведь чего Блэки не делают — так это не выходят на публику с мокрой головой, даже если эта публика роднее некуда. Дядя Альфард объяснял ему, что это из разряда брачных привилегий — только в браке женщина имеет право выходить ненакрашенной, мужчина перестает следить за собой, а Блэки имеют право появляться с мокрой головой. Кроме, конечно, случаев совместного душа. Впрочем, Сириус предполагал, что в своей семье он один имеет представление о том, что это такое — совместный душ.

Этим вечером ужин был отчасти неловким, и Сириус явно ощущал в комнате гиппогрифа. Факт их совместного секса уже был принят, но говорить об этом никто не решался так явно. Если бы Сириуса это волновало, он бы подумал о том, как выглядел бы этот разговор. «Так вот, о нашей групповухе…» Звучало нелепо, конечно, но ничего другого в голову не приходило. К счастью, Ремус сделал это за него.

— Я думаю, нам всем стоит озвучить свои правила, — начал он, слегка поколебавшись. — Мы с Бродягой подумали и решили, что это будет не лишним.

Сириус положил руку на его колено под столом и наградил его взглядом поддержки. Ремус нервно улыбнулся, затем положил руку поверх его руки.

— Хорошая идея, — согласился Джеймс. — И кто первый?

— О, это вообще не проблема, — произнесла Лили, улыбаясь. — «Лили первая, кто кончает, а потом еще пару раз после».

Джеймс уставился на нее с изумлением на несколько секунд, после чего рассмеялся. Секундой спустя Лили присоединилась к нему. Это было явно правило, придуманное на ходу, большей частью для смеха, но Сириус действительно бы удивился, если бы она говорила серьезно.

— Это что, правда? — уточнил он на всякий случай.

— А что в этом такого? — кивнула она. — Для таких извращенцев, как вы, это точно не проблема.

— Отличный вариант, — усмехнулся Джеймс, наградив ее быстрым поцелуем.

— А твое правило, Сохатый? Уже придумал какую-нибудь гадость?

— Да все просто, родной: задница Джеймса свята, невинна и таковой останется.

Очевидно, эти правила для Джеймса и Лили не стали большой проблемой. Он представил, как выглядел бы тот факт, что они с Ремусом обдумывали и обсуждали свои правила, если бы он сейчас озвучил это.

Сириус слегка сжал руку Ремуса, подавая ему знак говорить следующим, и Ремус быстро опустил взгляд, открывая рот:

— Никакого секса перед полнолунием, — тихо сказал он.

Сириус с первых же букв осознал, что Ремус изменил свое правило: он принял другое всего пару дней назад и менять не собирался. Его правило было вполне практичным и правильным, но Сириус точно знал, что Ремус хотел произнести совсем другое.

Ремус встретился с ним взглядом, испытывая облегчение. Сириус в который раз поразился его стремлению сделать так, как надо, вместо того, как он хочет, поэтому он быстро принял решение изменить свое правило:

— И я думаю, нам не стоит разбивать пары. Если ты страстно жаждешь меня, Сохатый, придется иметь дело с нами обоими.

— Сириус…

Ремус сильно сжал его руку. Сириус проигнорировал его протест. Да, раз Ремус может поменять свое правильно, Сириус считает правильным поменять свое, и да, он озвучил первое правило Ремуса, которое тот хотел произнести до этого. Для Ремуса было так чертовски важно сохранить пару, что Сириус не собирался уступать ему в этом желании просто потому, что Ремус решил защитить Джеймса и Лили от предполнолунной ревности. Собственное правило Сириуса все равно было не так важно.

— Ну так что, решено? — произнес Джеймс, и Сириус был уверен, что между ним и Ремусом еще точно не все решено.

Ремус открыл рот.

— Я…

— Все нормально, Луни, правила приняты.

Сириусу даже не нужно было смотреть на Ремуса, чтобы увидеть его гнев. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что он сделает все, даже исключит секс, лишь бы Ремус чувствовал себя спокойно. Ремус бы не понял его причин — он слишком любит Ремуса — и он ни за что бы не поверил, что Сириус изменил свое правило потому, что оно важно для них обоих.

***

Три дня спустя планы изменились. Орден нуждался в них, и Орден был явно важнее всего этого. Когда их задания были наконец озвучены, они переглянулись между собой. Это значило, что они не встретятся как минимум месяц, разделенные заданиями в месте и времени. Но они решили, что десятого октября они все равно соберутся в квартире Ремуса и Сириуса.

***

Сириус с удивлением осознал, что прибыл первым. Кому-то, конечно, стоило быть первым, но Сириус не горел желанием исполнять эту роль. Его истощенная психика, находящаяся на грани все последние двадцать девять дней, не смогла бы выдержать еще пару часов одиночества. Он без конца думал лишь о Ремусе и друзьях, в порядке ли они или… или все хуже, чем он может себе представить.

Он был на пределе — на волоске — от того, чтобы взорваться. Он не мог сидеть, он принялся мерить шагами квартиру в поисках того, что отвлекло бы его. К счастью, он обнаружил сигареты в тумбочке Ремуса. Он зажег одну щелчком пальцев, делая глубокий затяг. Никотин успокоил его, медленно отводя от опасной грани.

Наконец Сириус позволил себе упасть на кровать. Он разглядывал потолок по кругу, снова и снова. Он избегал картин на стенах, которые Ремус повесил здесь потому, что без них комната выглядела каким-то неуютным местом. Не тем неуютным местом, которое нужно обживать, а в каком-то ином, более плохом смысле. Местом, которое могло бы довести до слез.

К половине девятого Сириус уже размышлял о том, сколько раз успеет подняться и опуститься его грудная клетка, если кто-нибудь вгонит в его сердце меч.

Четыре сигареты спустя, почти в десять, он спустился в гостиную, обнаружив там Джеймса. Что-то было не так: Джеймс стоял, обхватив себя руками, опустив плечи. Это совершенно не было похоже на того уверенного в себе Джеймса, каким он всегда пытался выглядеть. Поначалу Сириус даже не понял, что не так. Это явно не было связано с чем-то смертельно серьезным, иначе Джеймс не мог оставаться таким спокойным, но это явно поменяло что-то в Джеймсе, и Сириус не мог обнаружить это.

— Джеймс?

При звуке своего имени Джеймс вздохнул и тяжело опустился на диван. Сириус разглядывал его, доставая еще одну сигарету и зажигая ее. Затянувшись, он сел рядом с Джеймсом, после чего предложил ему свою сигарету.

— Что-нибудь, что сигарета сможет исправить?

— Не повредит, — принял ее Джеймс.

— Хочешь поговорить?

Со странным смешком Джеймс склонился вперед, опираясь локтями о колени и опуская голову. Сириус поколебался несколько секунд, ожидая, ответит Джеймс или нет, после чего положил руку на его спину.

— Не может же быть все так плохо, а?

Сириус знал, что может, но больше сказать ему было нечего. Это было намеком Джеймсу на то, что так или иначе Сириус все равно заставит его сказать, будет ли это спокойный разговор или Сириус просто вынужден будет выбесить его, чтобы Джеймс просто проорал вслух то, что у него на душе. За последние восемь лет Сириус настолько хорошо натренировал это умение, что считал себя мастером в этом деле.

— Пару дней назад человек умер на моих руках.

— Ох, черт, Джеймс, — мгновенно нахмурился Сириус.

— Просто незнакомый мне человек. Какой-то маггл, которому не повезло попасть под заклинание Лестранжей, — тихо произнес он. — Я не знал, что это причиняет такую боль.

Сириус прикусил нижнюю губу, не зная, стоит ли говорить ему, что бывает и больнее. Он не стал давить на Джеймса деталями, где и когда, Сириус хотел лишь знать, мучают ли уже его кошмары о Лили или нет.

Несколько недель до этого он видел, как умирает молодая девочка. Все, о чем он подумал — это Ремус, умирающий на его руках. Ремус в агонии. Ремус, доживающие последние мгновения перед тем, как уйти в никуда. Он представлял, что кровь на его одежде принадлежит Ремусу. Крик «Я не хочу умирать», который мог бы принадлежать Ремусу. Это стало личным, персональным адом Сириуса, и он просыпался от кошмаров каждую ночь, вспоминая это.

— Как ты справился с этим, Сири?

— Просто… пытаюсь забыть об этом.

— И это помогло?

Сириус просыпался и моментально начинал будить Ремуса. Ему нужно было почувствовать его тепло, проверить его тело на наличие ран, взять с Ремуса обещание, что он никогда не станет рисковать, и иногда обнять его, бормоча, что не сможет без него жить. Но никакие слова, никакая боль в сердце не делали его более живым, чем прикосновения Ремуса. Это не было его желанием каждую ночь снова и снова заниматься любовью с ним, убеждая, что он не собирается оставлять Сириуса, и это заставляло Сириуса думать, будто бы он сошел с ума.

Может быть, всему виной были слегка влажные глаза Джеймса, когда он посмотрел на Сириуса, может быть, была виновата вся ситуация в целом, но Сириус придвинулся ближе к нему. Джеймс странно посмотрел на него, но не в целях сопротивляться, и это все, что Сириусу было нужно знать, — он положил руку под подбородок Джеймса, притягивая его к себе для поцелуя.

Это не было поцелуем в стиле Луни — никто и никогда не смог бы дать Сириусу все одним лишь прикосновением губ, кроме него. Но внутри него все равно что-то оборвалось, словно на маггловских каруселях. Да, вся его дружба с Джеймсом напоминала именно эти маггловские карусели, с поворотами, переворотами, адреналином и неожиданными, непредсказуемыми падениями вроде этого. В целом все это не настолько чуждо ему. Они уже целовались раньше, хотя это определенно было до Ремуса и Лили.

Джеймс целовался превосходно — его губы двигались осторожно, но уверенно. Между ними все еще оставались какие-то сомнения, прежде чем поцелуй рождался снова и снова. Сириус скользнул языком по его губам так, словно это было самым правильным во всем чертовом мире. Сириус скользнул языком внутрь, касаясь его языка, и ему оставалось лишь надеяться, что это поможет ему забыться. Впрочем, он знал, что поможет. Он знал Джеймса.

Вероятно, именно этот процесс отвлечения не дал ему вовремя услышать хлопок аппарации. Он был слишком занят, проводя рукой по непослушным волосам Джеймса и медленно опуская его на спину на диван. Джеймс в ответ положил руку на основание его шеи, притягивая к себе и опуская вторую руку на пояс его штанов.

— Можно было хотя бы барьер поставить, я не знаю.

— Вот блять. — Сириус моментально открыл глаза.

Сириус отстранился от Джеймса так, словно горел заживо, и посмотрел на Ремуса. Ремус выглядел слегка сбитым с толку, но не совсем разъяренным. Однако это все равно причиняло Сириусу боль.

— Черт, Луни, прости, я просто…

Ремус открыл рот, чтобы заговорить, но прежде, чем он произнес хоть слово, раздался еще один хлопок. Судьба определенно решила сегодня выставить его полным уродом, подумал Сириус. Лили, возникнув рядом с Ремусом, сжала губы, оценив обстановку между Сириусом и Ремусом. Настала очередь Джеймса бормотать извинения. Однако прежде, чем он продолжил свою речь в стиле «я облажался», случилось кое-что более непредсказуемое.

Ремус положил руку на талию Лили, притягивая ее и целуя в далеком от невинности стиле, возможно, просто чтобы отомстить Сириусу и Джеймсу. Сердце Сириуса сжалось от негодования, стоило ему увидеть, что его Луни целует девушку Джеймса. Правильно оценив положение, Лили моментально приняла правила игры, отвечая Ремусу и оставляя на его губах красный след от помады.

Стоило Ремусу склониться к ней, как она моментально обвила его шею одной рукой, устроив другую сперва на спине, затем на талии и абсолютно бессовестно — на ягодице. Сириус разрывался между тем, что подсказать Лили делать дальше, посоветовать ли ей запустить руку под пояс его штанов или лучше попросить облизнуть подушечки его пальцев. Как бы то ни было, это была точка невозврата, и эта мысль дала Сириусу понять, что все, что они планировали, случится именно сегодня.

Сириус мог бы смотреть на их объятия вечно, придумывая себе каждый последующий шаг, но в основном думал о том, что это не должно выглядеть так чертовски возбуждающе.

— Сириус.

Каким-то неведомым образом ему удалось оторвать взгляд от Ремуса и Лили как раз в тот момент, когда Джеймс решил устроиться на его бедрах. Его темные глаза были широко открыты, и у Сириуса хватило опустить взгляд вниз, чтобы тут же обнаружить подтверждение того, что не только ему понравилось наблюдать за этим. Он явно видел контуры возбужденного члена Джеймса, не скрывающиеся тканью джинс, после чего тут же поднял взгляд обратно. Очевидно, Джеймс решил не упускать случая забыться.

Его руки мгновенно расстегнули ширинку на джинсах Сириуса, пока его зубы слегка сжали мочку уха Сириуса. Сириус не удержался от стона, когда руки Джеймса коснулись его члена.

— Черт возьми, — произнес Ремус, и это помогло Сириусу снова обратить свое внимание на него.

Сириус мгновенно узнал в его глазах растущее желание, и собственное мгновенно зажглось огнем во всем теле, в каждом чертовом атоме. Это не должно было стать сюрпризом для них обоих. В конце концов, Джеймс был первой, хоть и безответной любовью Ремуса, так что его реакция на них была вполне естественна. Черт, да он и Джеймс вполне могли быть когда-то его фантазией на ночь!

Ремус запоздало осознал, что делает, и отвернулся, поддаваясь собственному смущению. Сириус остановил его:

— Нет, Луни.

Ремус снова посмотрел на него:

— Сириус, я…

— Что, Луни? Разве ты не… Ах, черт. — Сириус рефлекторно подался бедрами навстречу сильной руке Джеймса. — Господи, Джеймс.

— О, это он может, — усмехнулась Лили. — Вы бы себя видели.

— А есть чем поделиться, Рыжик?

— О вас с Джеймсом ходило много интересных слухов в нашей спальне, — пожала плечами Лили. — И я точно не опровергаю тот факт, что вы были отличной девичьей фантазией.

Джеймс на секунду оторвался от шеи Сириуса и остановил движения своей руки.

— Лили?

— О, да, я была среди них, кстати говоря, — добавила она.

Несмотря на все свои попытки, усмешку сдержать у Джеймса не получилось.

— Сюда иди, плохая девочка.

Лили тут же отпустила Ремуса, с радостью обнимая Джеймса и отвечая на его поцелуй. Сириус улучил момент посмотреть на Ремуса: казалось, он вполне доволен происходящим, но все же что-то было не так. Он посмотрел в окно, и Сириус тут же все понял.

— Скажи слово, и все это тут же прекратится, — пообещал Сириус.

— Я хочу этого. Но я…

— Луна? — спросил Джеймс, отрываясь от своих игр с Лили.

Ремус кивнул, слегка покраснел.

— Я вроде как…

— Проявляет манеры альфа-самца, — быстро произнес Сириус.

— Это нормально для тебя? — Джеймс казался больше взволнованным, нежели испуганным.

Ремус отмахнулся.

— Все нормально. Дайте мне пару минут, и я привыкну. Продолжайте, в общем.

Сириус смотрел на него еще несколько мгновений, пытаясь понять, действительно ли Ремус говорит то, что думает, или нет. Это были размышления ни о чем. Ремус действительно вел себя так, словно все было более ли менее в порядке, и до конца цикла еще было время, раз он мог себя контролировать. Сириус произнес одними губами «Я люблю тебя» для надежности, прежде чем обнаружить взгляд зеленых глаз Лили на себе. Она прислонилась к его груди головой, откинувшись на него. Лили слегка улыбнулась — она явно была так же заинтересована в происходящем, как и все они. Она находилась между ним и Джеймсом, и это уже было достаточно весомым фактом, хоть Сириус не представлял, что происходит.

Им всем пришлось устроиться поудобнее — Сириусу пришлось опереться спиной о подлокотник, а Лили тут же снова облокотилась на него, тогда как Джеймс устроился меж ее бедер. Лили продолжала смотреть на Сириуса, заставляя его спрашивать себя, что она в нем нашла. У него было лишь два варианта: либо она всегда была заинтересована в нем, либо слишком хорошо подстроилась под происходящее.

Ее глаза закрылись, и она слегка застонала, стоило Джеймсу провести по внутренней поверхности ее бедер. Он положил руку между ними, наблюдая за тем, как Лили подается вперед. Он гладил ее, заставляя ее дышать быстрее.

— Джеймс, пожалуйста.

— Снимаем?

— Снимаем, — кивнула она.

Менее чем за секунду Джеймс заставил ее штаны исчезнуть, оставляя ее в тонких кружевных розовых стрингах. Сириус решил, что они выглядят даже слишком привлекательно на ее бледной коже. Прошло слишком времени с тех пор, как Сириус видел нечто подобное, но он быстро вспомнил, как отлично девушки могут выглядеть в подобном белье. Не то чтобы у Ремуса были проблемы с бельем, но это определенно были две разные темы.

Переживая одновременно промедление с Лили — или всеми девушками в целом — Сириус провел по ее лифчику к розовым нитям, останавливаясь в тот момент, когда ткань под его пальцами стала влажной. Он слегка задержал дыхание, не удивляясь своему растущему возбуждению. Он мельком взглянул на Джеймса, уточняя, не переходит ли он какие-то запретные линии, после чего получил его разрешение. Это было все, что волновало Сириуса, и он надавил пальцами сквозь ткань, слегка проникая внутрь Лили.

— Сириус, — прошептала она.

Сириус склонился к ее уху, вдыхая запах ее шампуня. Одурманенный непривычно быстро растущим желанием, он слегка зарычал, добиваясь от нее нежного и краткого стона в ответ. Она звучала просто восхитительно, и Сириусу было интересно, почему она никогда его не привлекала.

Пальцы Джеймса накрыли его, заставляя посмотреть на себя. Он поддел пояс ее трусиков, дожидаясь, пока Сириус уберет свою руку, после чего стянул их с нее.

Быстро разобравшись с ними, Джеймс лег на живот, дразня Лили легкими поцелуями вдоль ее бедер. Она протянула руку и провела ею по его волосам, аккуратно сжимая несколько прядей в кулаке, подталкивая его в нужную сторону.

Убедившись, что Джеймс достаточно внимания уделяет всем потребностям Лили, Сириус произнес собственное заклинание, избавляющее Лили от кофты. Ее грудь, особенно с его ракурса, выглядела просто потрясающе — идеально круглая и достаточно большая. Сириус не предполагал, что одежда Лили так отлично скрывает все ее достоинства.

Джеймс чуть поднялся, беря одну из прядей ее рыжих волос и прислоняясь носом к ней, тогда как Сириус провел руками по ее плечам, снимая бретельки. Лили нетерпеливо дернулась, стараясь привлечь внимание Джеймса. В целом наблюдать за ними и так было достаточно приятно, Сириус находил и ее, и Джеймса крайне привлекательными. Он никогда бы не подумал, что этот процесс покажется ему возбуждающим, тем более не ожидал, что станет его свидетелем, но не жалел об этом.

Сириус не стал тратить время, расстегивая ее лифчик в то время, как Джеймс владел всем ее вниманием. Ее соски твердели от его прикосновений, и она продолжала издавать тихие, потрясающие звуки, что Сириус отвлекся на секунду, слушая их.

Грудь Лили идеально подходила по размеру его рукам, ее кожа была достаточно мягкой и гладкой, отчасти влажной. Он снова осознал, насколько давно не был с девушкой, даже слишком, даже не думая об этом до этой ночи, забывая об их чудесных волосах, напряженной груди и приятной влаге.

Сириус зажал ее твердый сосок между пальцами, заставляя Лили шумно вздохнуть и целиком отдаться ощущениям, что дарили ей их прикосновения.

— Нравится?

Лили кивнула, но не произнесла ни слова. Она периодически задерживала дыхание, сильнее сжимая волосы Джеймса в руке, и Сириус не удивился бы, если бы она была близка к тому, чтобы кончить. Уровень владения Джеймса собственным языком тоже не был секретом среди девушек, и он определенно доминировал в их фантазиях с подобными умениями. Сириусу оставалось лишь надеяться, что на его фоне он не потеряется.

Сириус устроил обе руки на ее груди, чередуя массаж с поглаживанием ее сосков. Он сжимал их и слегка перекатывал по пальцам, слушая, как Лили зовет их обоих по именам. Она была так близко. Сириус прижался губами к ее шее, именно там, где так бешено под кожей бился ее пульс, и слегка прикусил ее кожу. Ремусу это нравилось, но Лили мгновенно вскинула руку и заставила его ослабить укус, что вполне ясно подсказало Сириусу, что она воспринимает подобное иначе.

Ее губы были мягкими, не столь дерзкими, как у Джеймса, и обладали клубничным вкусом помады. Она хорошо целовалась, но все равно была далека от Ремуса для Сириуса. Ее губы даже были чересчур податливы на его вкус, хоть он не мог перестать целовать ее. Лили нежно прихватила его нижнюю губу своими, проведя по ней языком, и Сириус пустил ее. Он принял ее правила, отвечая прикосновением языка к языку. Она отпустила Джеймса, поднимая руку и прижимая Сириуса к себе, делая поцелуй максимально глубоким. Ее стоны тонули в их поцелуе, и Сириус уловил момент ее оргазма, чтобы отстраниться и посмотреть на ее лицо, измененное под властью удовольствия.

— Ты просто великолепна, Рыжик, — прошептал он на ухо Лили, когда она уже слабо переживала последние отблески нахлынувшего удовольствия.

Джеймс поднялся, слегка порозовев, и Лили провела рукой по его скуле, касаясь большим пальцем его губ. Это был какой-то их особенный, интимный момент, разделенный только их взглядами друг на друга. Сириус ощутил себя третьим лишним, хотя явно не прошел мимо всего этого процесса. Как только он захотел отвести взгляд, Джеймс поцеловал его.

Он заставил Сириуса ощутить этот мускусный, присущий только Лили вкус. Для Сириуса это было просто интересно, не более того. Он привык только к вкусу Ремуса — опьяняюще-соленому. Но Сириус не отстранился, продолжая отвечать Джеймсу только для того, чтобы убедиться, что он не испытывает никакого влечения к этому.

— Сириус.

Джеймс отстранился, стоило ему услышать Ремуса. Для тренированного уха Сириуса его голос звучал вполне определенно: он хотел Сириуса и хотел сейчас. Сириус совершенно не собирался скрывать, что этот зов возбуждает его в тысячи раз сильнее.

— Уже иду, Луни.

Сириус мягко сжал плечо Лили, и она тут же отстранилась от него, прижимаясь к Джеймсу. Сириус встал с дивана, не сдержав болезненной минутной мины. Движения его слишком возбужденному, слишком чувствительному члену абсолютно не понравились. Ему не так много нужно, осознал Сириус.

Он расстегнул рубашку, оставив ее где-то на середине пути. Ремус протянул ему руку, и Сириус принял ее, переплетая их пальцы. Он прижался к Ремусу, не оставляя даже сантиметра между ними.

— Звал? — пробормотал он в его губы, не желая игнорировать его довольный вид. Ремус заражал его своим удовольствием, радостью от присутствия любовника. Сириус готов был бросить все, зная, что это важно для них, для их отношений, для Ремуса. Ремусу же нужно было знать, что ничьи больше руки, кроме его, не удовлетворят Сириуса.

Его глаза были широко раскрыты. Их золотой отблеск приковал к себе внимание Сириуса, и это нечеловеческое золото было одной из его зависимостей. И хотя их было слишком много, и все они завоевывали внимание Сириуса, он все равно не мог отвести взгляд от их яркого цвета.

Ремус провел указательным пальцем по его груди вплоть до пояса штанов, отодвигая его. Сириус вздрогнул, стоило Ремусу опустить руку на его член. Низ его живота сжало растущим сумасшедшим желанием. Ремус обхватил рукой его член, сильно сжимая и проводя от основания до головки, и Сириусу этого хватило, чтобы оказаться на самой грани.

— В спальню, — словно прочитав его мысли, приказал Ремус.

Они оба направились в спальню так быстро, как только могли. Лили и Джеймс зашли лишь на пару секунд позже. Ремус толкнул Сириуса к стене, заставляя его обвить свою шею руками. Он чуть приспустил штаны Сириуса, обнажая его возбужденный член.

Удовольствие от сильных, быстрых движений его рук вдоль члена отдавалось где-то в позвоночнике, Сириус не мог сдержать ни единого стона. Приятные ощущения на грани с болью держали его в секундах от того, чтобы кончить. Его тело уже не в состоянии было отвечать на этот контакт.

— Скажи мне, чего ты хочешь, — произнес тихо Ремус.

Сириус слишком сильно хотел попросить Ремуса довести его до оргазма просто так, но вовремя вспомнил, что они не одни. Он взглянул на Джеймса и Лили, вполне пристально наблюдающих за ними и крайне далеких от равнодушия.

Полуобнаженная Лили в руках Джеймса приковала его взгляд, заставляя его вспомнить о новых, еще не испытанных им ощущениях. Она была чрезвычайно красива, и ему хотелось обладать ею. Это было просто предательством по отношению к Ремусу, ведь он и Ремус в отношениях были подобны новобрачным: сумасшедшие в своей любви, иррационально зависимые и полностью завершающие друг друга. Неправильно было хотеть кого-то еще.

Это была причина его резкого поцелуя, его почти грубого проникновения в его рот. Вкус Ремуса был знаком ему, привычный и чрезвычайно возбуждающий. Сириус не хотел Лили, если это стоило бы ему Ремуса. Он отлично понимал, что все это дело одной ночи. Эта ночь была для развлечения, для запретных удовольствий, для того, что больше никогда не повторится. Но Ремус думал иначе, и Сириусу нужно было принять это.

— Я люблю тебя, — прошептал он Ремусу. — Но, может быть, возьмем их в наш маленький эксперимент? — Он кивнул в сторону Лили и Джеймса.

Ремус посмотрел на него так, словно только что вспомнил что-то очень важное. Он обернулся к Лили и Джеймсу, произнося:

— Извините за это.

Сириус одним движением пальцев расстегнул пояс своих джинс, позволив им упасть к ногам. Он остался стоять обнаженным. Он поймал взгляд Лили, видя легкий румянец на ее щеках, после чего самодовольно усмехнулся.

— Поцелуй Джеймса, — произнес он, обернувшись к Ремусу.

— Что? — переспросил его Ремус, как если бы это было самым глупым предложением в мире.

Сириус не удержался от еще одного поцелуя. Пользуясь этим, он поддел футболку Ремуса и поднял ее от живота к груди, чтобы затем стянуть ее с него. С улыбкой Сириус подтолкнул его к Джеймсу.

Он понимал причину колебания Ремуса. На протяжении некоторого времени в прошлом Джеймс был желанен Ремусу и недоступен, а теперь все это выглядело для него, вероятно, сном или фантазией. Сириус так же не удивился бы, узнав, что Ремусу требуется разрешение от него. Запретный плод всегда сладок, и Ремус не хотел себя испытывать. Но он должен был. Ничего из этого не станет реальностью. Он и Ремус влюблены друг в друга — и Сириус достаточно ему доверяет.

— Джеймс, поцелуй его сам, — приказал Сириус. — А то он так и потонет в своих сомнениях.

— А ты не против? — спросил Джеймс Ремуса.

— Может, и нет, — пожал плечами Ремус.

Сириусу трудно было понять, о чем именно думает Джеймс, что для него было просто удивительно. Здесь определенно было какое-то изучение, что Сириус буквально прочитал по движению его губ и бровей, после чего Джеймс преодолел разделяющее их расстояние и положил руку на его талию, притягивая к себе для поцелуя.

Сириус едва ли мог перестать смотреть. Ихпоцелуй был еще одним, другим, не таким, каким Джеймс целовал его, Сириуса, и не таким, какой он дарил Лили. У Джеймса и Ремуса было что-то свое, уникальное. Может быть, ему не следовало так удивляться, ведь это именно Джеймс первым начал опекать Ремуса, пожалуй, даже слишком. И все же это было странно, возбуждающе, но в то же время опасно. Сириус был уверен, что часть Джеймса вполне симпатизировала Ремусу все это время.

Как только все эти первые мысли миновали, Сириус заметил неловкость в их поцелуе, пожалуй, даже слегка смехотворную. Сириусу оставалось лишь надеяться, что он не выглядел так же неловко в первое свое время с Ремусом.

Как только он услышал тихий стон от Ремуса, он успокоился, осознав, что Джеймс не отпустит его так просто. Может быть, ему стоило ревновать — и может быть, если бы он действительно осознал этот факт, он бы уже сходил с ума от ревности. Но у него не было времени на это. Нет ничего странного для него в том, что его друг целует его парня. Не сейчас.

Ревность точно не была причиной его внимания к Лили, когда он взял ее за руку и потянул к постели. У него не было другой причины для того, чтобы положить ее на кровать. Он пытался не слышать чрезвычайно громкие стоны от Джеймса и Ремуса, оказываясь над Лили, и у него не получилось бы, если бы он ревновал. Но он определенно был занят совершенно другим.

Вместо этого он подумал о нежно-белых плечах Лили, о ее груди и тонкой талии. Ее кожа была мягкой, потрясающе гладкой под его руками. Она вся была невероятно нежной. Джеймс определенно сделал отличный выбор.

— Все в порядке? — прошептала она.

Сириус кивнул, подтверждая. Он склонил голову, и его волосы упали на лицо, скрывая его. Он прижался губами к ее груди, прихватывая ими каждый сосок, предварительно проведя по нему языком. Лили слегка зашипела, сгибая ноги и разводя их по обе стороны от его бедер. Еще прикосновение, еще легкий укус. Вздох, стон. Выдох, стон. Это было похоже на ее мелодию — на их песню на эту ночь. Но определенно не танец. Сириус вообще не представлял, смог бы он когда-нибудь танцевать с женщиной в руках так же, как с Ремусом.

Ее руки скользили по его спине, когда он уделял внимание то одной груди, то другой, она слегка царапала его. Это было вполне возбуждающе, но не то чтобы приятно. Он забыл о роли длинных ногтей в яростном сексе, и это болезненное воспоминание лишь подтвердило пару преимуществ Ремуса.

С мыслями о Ремусе Сириус пытался уловить его стон, не особо отвлекаясь от Лили. Он действительно услышал искомые звуки, но они исходили лишь от Джеймса. Ремус, должно быть… Сириус просто выкинул эти мысли из головы.

Он продолжал целовать ее кожу, переходя от груди к животу. Сириус оставлял засосы, помечая ее, Лили задыхалась и произносила его имя. Это звучало не особо возбуждающе, как могло бы, но это все равно действовало на него должным образом.

Эти ее просьбы с его прозвищем настигли его уже в самом низу ее живота. Было слишком странно слышать свое прозвище в ее употреблении — никогда до этого она не называла его так — но он достаточно быстро понял, что это ее максимум перед тем, как он не пересек установленные границы.

Он быстро поднялся, прижимаясь губами к ее лбу. Лили раскраснелась и смотрела на него с явным желанием. Ее кожа была мокрой. Лили была прекрасна даже такой, словно картинка, и Сириус не особо винил Джеймса за то, что он так берег ее. Она этого заслуживала.

Сириусу потребовались буквально секунды, чтобы направить себя. Она застонала при первом же проникновении, и Сириус не был уверен в том, стон это удовольствия или боли. Но Лили не остановила его, поэтому он продолжил. Она была достаточно узкой, горячей и влажной, чтобы принести ему удовольствие, и теперь Сириус вполне искренне застонал.

Она нахмурилась, сжимая губы. Сириус не знал, причиняет ли ей боль, но он был слишком близко к финалу, так что просто не мог остановиться. Оргазм настиг его неожиданно. Он даже не успел выйти из нее, отдаваясь короткой волне удовольствия и лишь после этого с легкостью выходя из нее. Все было так же приятно, как он помнил.

— Все в порядке, Рыжик? — спросил он ее на ухо.

— Вполне, — ответила она, и Сириусу показалось, что она действительно довольна им.

Сириус снова оперся на руки, медленно входя в нее и позволяя ей воспользоваться им, как ей нужно. Слишком быстро ее слабые, неясные звуки превратились в настоящие, громкие стоны, заражающие и его. Лили подавалась ему навстречу до конца, приподнимая и слегка выгибаясь, делая и так близкий контакт до невозможного полным. Ее умения потрясали. Даже после полученного удовлетворения Сириус все еще был в состоянии наслаждаться этим.

Лили слегка шлепнула его по бедру, заставляя его двигаться быстрее и сильнее. Сириус с радостью послушался, отвечая стоном на ее стон. Это было слишком быстро, слишком грязно для названия «занятие любовью». Впрочем, это и не было занятием любовью. Это был просто секс, абсолютно бессмысленный, помогающий забыть о войне и обо всех тех ужасах, что они видели за последний месяц. Он не любил эту женщину, пусть она была прекрасна, и естественна, и абсолютно возбуждающая. Он любил лишь одного человека, человека, который ложился рядом с ним в данный момент.

Кровать прогнулась под весом Ремуса, а затем и Джеймса. Ремус оказался на коленях, спиной прижимаясь к груди Джеймса. Джеймс уже сжимал в руке их склянку со смазкой. Сириус был не в силах больше возбуждаться, но Джеймс, быстро размазывающий смазку по члену, определенно вызывал в нем отклик. Он взглянул на Ремуса, удостоверившись, что тот не против. Вместе они смотрелись просто великолепно, и Сириусу отчаянно хотелось стать частью этого. Но сейчас территории были поделены, и Ремус не принадлежал ему. И хотя он недавно был в Лили максимально глубоко, он все равно не мог так просто смотреть на Ремуса и Джеймса, хоть и понимал, что это несправедливо.

Сириус постарался снова посмотреть на Лили, чье дыхание потеряло ритм. Она почти достигла своего второго оргазма. И все же он не мог не смотреть на Ремуса, не мог игнорировать его выражение лица, не мог перестать смотреть на то, как он быстро облизывает губы, чуть прикрывая глаза. Это то, что видел Сириус, каждый раз все глубже и глубже проникая в него.

Он постарался приказать себе не обращать внимания.

Сириус потерял ритм собственного секса, к неудовольствию Лили, и вынужден был довести ее до оргазма движением пальцев. Она схватилась за его плечи, произнося его имя и царапая его. Сириус сел, приподнимая ее на себя, и помог ей продлить ощущения, двигаясь еще пару раз.

Он замер, осознавая, что каким-то образом смог так быстро отойти и снова возбудиться. Второй раз его желание было не таким сильным, не таким ярким, и он поспешно вышел из Лили. Кончать в нее было совершенно другим делом, нежели в Ремуса. Лили не возражала против его ухода, все еще поглощенная собственными ощущениями.

Он мгновенно оказался рядом с Ремусом, и с первого же прикосновения его рук Сириус мгновенно осознал всю правильность их отношений. Это было знакомо. Это было правильно. Это было нужно. Он дома.

Сириус прижался губами к его губам, прикусывал их, скользил языком, едва регистрируя стоны Джеймса. Он чувствовал его движения через Ремуса. Сириус даже не успел как следует запомнить этот момент, прежде чем Джеймс кончил с громким стоном, тут же выходя из Ремуса. Он лег рядом с Лили, обнимая ее.

Наконец Сириус смог предъявить права на Ремуса. Он с силой поцеловал его, отлично видя, что до оргазма Ремусу не хватает всего нескольких фрикций. Сириус с радостью подарил ему нужные движения, сжимая руку вокруг его члена даже сильнее, чем нужно. Ему самому не нужно было даже прикосновений: его собственное имя, произнесенное Ремусом в этот момент, помогло ему самому достичь второго, не такого яркого, но такого быстрого финала. Ремус и Сириус заняли оставшуюся половину кровати, обложившись подушками. Лили и Джеймс досталась вторая половина, и Джеймс устроил голову на ее животе. После пары легких прикосновений и поцелуев каждого из них сморил сон.

***

Сириус ожидал встретить следующее утро в неловкости и смущении, однако все прошло совершенно нормально, как если бы они не были на войне, не вытворяли запретные вещи прошлой ночью. Джеймс шутил, Лили смеялась, Ремус тихо комментировал для Сириуса, а Джеймс требовал поддержки от Сириуса.

Они отправились на завтрак в ближайшее кафе, и Лили чуть ближе шла к Джеймсу, улыбаясь только ему, по пути позволяя ему притягивать ее к себе. Джеймс обращал на нее гораздо больше внимания, чем когда-либо, и Сириус нашел это непривычным даже для Джеймса Поттера. Он поправлял ее шарф, целовал ее в макушку и отказывался отпускать ее все утро. Секс с другими людьми ничуть не повредил их отношениям.

Сам же Сириус испытывал странное чувство каждый раз, когда Ремус случайно задевал его коленом или касался рукой, когда они вместе одновременно тянулись за джемом, и это чувство заставило его вспомнить первый урок Легилименции. Это чувство требовало от них немедленного возвращения домой.

— Как ты умудряешься так одеться, Люпин, ради бога… — Сириус замер в дверях, наполовину ворча, наполовину забавляясь.

Его руки, натренированные годами квиддича, с легкостью помогли Ремусу расстегнуть пуговицу и освободить застрявший шарф, после чего Ремус снял его одной рукой. Сириуса поражало, насколько часто его парень может попадать в одну и ту же глупую ситуацию, и Сириус наконец засмеялся.

— Может быть, просто только ты можешь меня освободить.

Сириус усмехнулся, помогая ему снять пальто. Изображая джентльмена, он аккуратно снял его с плеч Ремуса и повесил рядом со своим. Ремус быстро свернул шарф и запихнул его в карман.

— Так вот, по поводу прошлой ночи, — начал Сириус, надеясь получить ответ от Ремуса.

— Немного неожиданно, я согласен. Не так все планировалось.

Сириус отошел к дивану, сложив руки на груди.

— Так как тебе Джеймс?

— Наверное, ничего, — пожал плечами Ремус.

— Наверное, ничего? — Сириус посмотрел на потолок. — Ничего в плане сойдет или ничего прям как с Сириусом Блэком?

— И рядом с тобой не стоял, — ответил Ремус безо всякого намека на шутку.

— В самом деле?

Ремус подошел к нему, так, чтобы их руки разделяли лишь несколько сантиметров. Он обвил руками шею Сириуса, прижимаясь лбом к его лбу, после чего закрыл глаза.

— Можно я доверю тебе один маленький секрет?

— Какой такой секрет?

— В память о фантазиях юности, это было намного хуже, чем я когда-то мечтал. Даже несмотря на то, что он был не так плох.

— Ну, я рад, что ты не собираешься оставлять меня ради Джеймса Поттера.

— А как ты? — спросил Ремус.

— Что насчет тебя?

— Ты и Лили, — медленно произнес он, в его голосе звучали отголоски боли. — Мне нужно беспокоиться о том, что она исправила тебе ориентацию?

Сириус возродил в памяти воспоминания прошлой ночи. Лили была прекрасна и все такое прочее, но она была не Ремусом. Все время, что он спал с ней, он продолжал сравнивать ее с Ремусом, находя, что она не дотягивает, но не по своей вине. Если он чему и научился прошлой ночью, так это никого и никогда не сравнивать с Ремусом.

— Все так же горю голубым пламенем, — произнес он.

— Так, значит, все в порядке?

Это был тот вопрос, на который Сириус хотел дать ответ еще утром. Можно ли быть в порядке после такого? Но он чувствовал, что все нормально. По правде говоря, он лишь доказал себе, что ничего не потерял в жизни, разделив ее с Ремусом.

— Думаю, в порядке. Даже более чем, — ответил он, наградив знакомые губы Ремуса быстрым поцелуем.

...на главную...


март 2020  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

февраль 2020  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526272829

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Законченные фики
2020.03.26
«Л» значит Лили. Часть I [4] (Гарри Поттер)



Продолжения
2020.03.27 18:40:14
Отвергнутый рай [22] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.03.26 22:15:23
Ненаписанное будущее [17] (Гарри Поттер)


2020.03.26 22:12:49
Лучшие друзья [28] (Гарри Поттер)


2020.03.24 15:45:53
Проклятие рода Капетингов [0] (Проклятые короли, Шерлок Холмс)


2020.03.23 23:24:41
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.03.23 13:35:11
Однострочники? О боже..... [1] (Доктор Кто?, Торчвуд)


2020.03.22 21:46:46
Змееглоты [3] ()


2020.03.22 15:32:15
Наши встречи [0] (Неуловимые мстители)


2020.03.21 12:04:01
Двое: я и моя тень [4] (Гарри Поттер)


2020.03.21 11:28:23
Работа для ведьмы из хорошей семьи [3] (Гарри Поттер)


2020.03.19 05:09:45
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.03.15 17:48:23
Рау [5] (Оригинальные произведения)


2020.03.14 21:22:11
Прячься [3] (Гарри Поттер)


2020.03.11 22:21:41
Дамбигуд & Волдигуд [4] (Гарри Поттер)


2020.03.02 17:09:59
Вольный город Норледомм [0] ()


2020.03.02 08:11:16
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.03.01 14:59:45
Быть женщиной [9] ()


2020.02.24 19:43:54
Моя странная школа [4] (Оригинальные произведения)


2020.02.20 14:29:50
Амулет синигами [116] (Потомки тьмы)


2020.02.17 01:27:36
Слишком много Поттеров [44] (Гарри Поттер)


2020.02.15 21:07:00
Мой арт... [4] (Ван Хельсинг, Гарри Поттер, Лабиринт, Мастер и Маргарита, Суини Тодд, Демон-парикмахер с Флит-стрит)


2020.02.14 11:55:04
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.02.10 22:10:57
Prized [5] ()


2020.02.07 12:11:32
Новая-новая сказка [6] (Доктор Кто?)


2020.02.07 00:13:36
Дьявольское искушение [59] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.