Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

- Почему в Хогвартсе так и не срубили Запретный Лес?
- Монстрам где-то нужно прятаться от Хагрида.

Список фандомов

Гарри Поттер[18478]
Оригинальные произведения[1239]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[139]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[107]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12695 авторов
- 26939 фиков
- 8615 анекдотов
- 17677 перлов
- 674 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Третий лишний

Автор/-ы, переводчик/-и: Светлана Ст
Бета:**Nimfadora**
Рейтинг:R
Размер:миди
Пейринг:Рон Уизли, Гарри Поттер/Драко Малфой, Гермиона Грейнджер
Жанр:AU, Adult, Detective, Drama, POV
Отказ:Роулинг — роулингово, мы просто замышляем шалость.
Вызов:Winter Temporary Fandom Combat 2013
Цикл: [0]
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:Говорят, что в любви третий — всегда лишний. Но из всякого правила есть исключения. Иногда только человек со стороны способен понять, что происходит с влюбленными, и помочь им — или помешать?
Комментарии:AU, ООС, нецензурная лексика, упоминание БДСМ и группового секса, хэппи-энд.
Каталог:Пост-Хогвартс, AU, Книги 1-7, Альтернативные концовки, Полуориджиналы
Предупреждения:слэш, насилие/жестокость, сексуальные извращения, ненормативная лексика, OOC, сомнительное согласие, AU
Статус:Закончен
Выложен:2014.07.11 (последнее обновление: 2014.07.11 13:41:54)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [4]
 фик был просмотрен 5105 раз(-a)



Встречать Рона пришли все, кроме Гермионы и Перси. Жену Рон две недели назад нечеловеческими усилиями отправил в командировку: уже тогда стало ясно, что жизни тяжело раненого аврора ничего не грозит, а ум, знания и обаяние миссис Грейнджер-Уизли были незаменимы при подписании межправительственного двухстороннего договора о сотрудничестве с Североамериканской Конфедерацией магов. Ломать карьеру Гермионы Рон не хотел, а из-за отсутствия Перси вообще не страдал, хотя и не понимал, что Кингсли находит в этом самодовольном идиоте. Однако Перси был на хорошем счету в министерстве, и в командировку в Америку отправился отнюдь не по блату.

А остальные пришли, даже Чарли по такому случаю прибыл из Румынии. Все держали в руках цветы и воздушные шарики и улыбались так радостно, что Рон сразу понял — знали, причем давно. Сам он лишь по очень уж ласковым улыбкам целителей догадывался, что дела плохи, но все же не ожидал, что настолько. Уход в отставку по состоянию здоровья — самое страшное, что может произойти с аврором, и за послевоенные годы такое случилось только с Рональдом Уизли. Это же надо было так вляпаться — во время обычного ночного патрулирования Диагон-аллеи нарваться на темномагическое проклятие от оборотня-убийцы! Сказалось обычное фамильное «везение»… Хотя по улыбкам целителей можно было подумать, будто Рону действительно повезло, что он выжил.


От входа в больницу семья аппарировала прямо в «Нору». Там уже был накрыт праздничный стол; Молли приготовила и любимые кушанья сына, и свои фирменные блюда, так что обед получился прекрасным. Все ели, пили, улыбались, поздравляли Рона с выздоровлением и пророчили ему суперкарьеру в магазине «УУУ». Джордж на радостях немедленно предоставил брату двухнедельный отпуск, а потом обещал загрузить работой по самое «не могу».

Рон тоже пил, ел и улыбался, но не мог отделаться от ощущения, что все происходящее — дурацкий сон. Рон не представлял жизни без аврорской рутины — дежурств, тренировок, отдыха с коллегами в редкие выходные. Лишиться этого было так же дико, как остаться без руки или ноги, и Рон все еще не верил, что такое случилось именно с ним. Но, несмотря на растерянность, страх и недоумение, Рон точно знал, что справится. Он сможет научиться жить без аврората и даже будет по-своему счастлив. Привык же он обходиться без Гарри — и ничего. Ничего…


За месяц до свадьбы с Джинни Гарри разорвал помолвку и поселился в одной квартире с Хорьком. Рон узнал новость, вернувшись из командировки в Уэльс, немедленно бросился к лучшему другу, сказал ему много всякого, ничего не добился и ушел, громко хлопнув дверью. Затем Рон отправился к Робардсу и попросил о переводе из отряда специального назначения в одно из низовых подразделений, работающих «на земле». Глава аврората явно удивился, но просьбу выполнил в тот же день.

Гермиона, чуть не плача, умоляла жениха одуматься, объясняла, что нельзя связывать жизнь с нелюбимым человеком, говорила, что каждый имеет право на личное счастье. Рон слушал — и не слышал. Он ненавидел предательство, и от того, что предателем оказался лучший друг, хотелось удавиться.


На свадьбу брата с Гермионой Джинни не явилась, и это было вполне понятно, поскольку изначально Гарри и Рон планировали сыграть свои свадьбы в один день. Гарри тоже не пришел: Гермионе так и не удалось убедить Рона в своей правоте. Шафером жениха стал Невилл Лонгботтом, справившийся с этой миссией на удивление толково.

Свадьба прошла пышно и даже, можно сказать, весело. Медовый месяц пролетел быстро. Гермиона продолжила работу в Министерстве магии — освобождала домовиков, гоблинов, оборотней и Мерлин знает кого еще. Рон служил; новые коллеги поначалу косо смотрели на «знаменитого героя войны», но быстро поняли, что звездной болезнью он не страдает, и стали считать своим.

И Рон, и Гермиона нередко задерживались на работе допоздна, но не ссорились из-за этого, потому что доверяли друг другу. В постели у них все было замечательно, а домовуха Микки, которая после освобождения от рабства поступила на службу к молодоженам, прекрасно справлялась со всеми домашними хлопотами.

У Рона все было хорошо — и ему было так плохо, что он сам удивлялся. Он настолько привык делиться радостями и горестями с Гарри, что без лучшего друга чувствовал себя… неполноценным что ли, словно расщепился при аппарации. Не раз, не два и не три Рон думал: «Не забыть бы Гарри рассказать…» — во всех деталях представлял этот разговор и только потом вспоминал, что с другом детства теперь видится лишь в министерском лифте, да и то редко.

Рон уговаривал себя, что дальше станет легче, и так и случилось, хотя и не сразу. Он привык улыбаться, даже когда было совсем тяжко, а со временем отвык думать о Гарри как о друге. Можно ведь жить без руки или без ноги — и чувствовать себя вполне счастливым, правда?

Дни шли за днями, складываясь сначала в месяцы, а потом — в годы. Гарри все это время жил с Малфоем на съемной квартире в шикарном магловском районе Лондона. Сплетники, прочившие странной парочке скорый разрыв, сначала приутихли, а затем и вовсе умолкли, оживляясь лишь в тех редких случаях, когда Гарри и Хорек вместе появлялись в волшебной части Лондона.

Иногда Рон задумывался: не попытаться ли хоть раз поговорить с бывшим другом, тем более что Гермиона, сохранившая с Гарри прекрасные отношения, могла в этом помочь, но совершенно не понимал, что может сказать. Рон по-прежнему считал, что Гарри поступил гнусно, бросив Джинни, и извиняться за свое мнение не собирался. Простить бывшего друга тоже не получалось: очень уж сильно предательство Гарри ранило и Джинни, и Рона…


Но однажды — через пять с лишним лет после ссоры — Гарри сам подошел к Рону. Как раз в эти дни Микки была в отпуске, а Гермиона просиживала на работе до ночи, готовясь к подписанию договора с американцами, поэтому Рон после дежурства ужинал в министерском ресторане. Рон не любил ссориться за едой, так что сначала ответил на один вопрос Гарри, затем — на другой…

Через несколько минут Рону казалось, что они с Гарри никогда не ссорились. Точнее, Рон этого не думал — он просто утонул в разговоре, словно в океане, пропал там, словно в болотном тумане…

Из министерского ресторана они отправились в какой-то магловский паб и выпили там немного. Точнее, сначала выпили немного, а потом добавили. И еще добавили…

Дальнейшее Рон помнил смутно и обрывочно. Например, из его памяти совершенно исчезло их прибытие в квартиру, которую Гарри делил с Малфоем, и реакция Хорька на незваного гостя.

Впрочем, Гарри как-то все уладил, поскольку Рон точно помнил, что потом они выпивали уже все втроем и даже о чем-то мирно разговаривали, вот только тема беседы тоже забылась напрочь.

На следующий день Рон проснулся со страшной головной болью — и в одной постели с Гарри и Хорьком. Те немного поехидничали по этому поводу, но Рон точно помнил, что никакого секса у него с ними не было, поэтому не обиделся и поддержал шутку.

Втроем они мирно позавтракали — Хорек вел себя на удивление вежливо, словно и не было никакой школьной вражды. Прощаясь, они договорились встретиться вновь, как только будет время.


Боясь спугнуть внезапное счастье, Рон не рассказал о примирении с Гарри даже Гермионе, отговорившись тем, что заночевал у коллеги. А через неделю после удивительной встречи Рон во время обычного патрулирования Диагон-аллеи получил темномагическое проклятие от оборотня-убийцы и попал в больницу, где провел два месяца. За все это время Гарри ни разу не навестил друга.

Сначала Рон очень ждал и вздрагивал при каждом шорохе, потом утешал себя тем, что Гарри занят на работе: у заместителя главного аврора дел всегда хватало. А через месяц Рон прочитал в «Пророке», что Гарри уже почти две недели находится в отпуске. Тогда Рон понял, что в одну реку два раза не войдешь: детскую дружбу не восстановишь, и горевать об этом нечего. Нечего…

Так что сейчас Рон был абсолютно уверен в том, что сумеет прожить без службы: раз уж он научился обходиться без Гарри, то и работу сменит без проблем. Поэтому Рон пил, ел и улыбался вместе со всеми.

Дома Рона ждала только домовуха, поэтому он решил переночевать в «Норе»: в веселой сутолоке родного дома легче было не думать о том, о чем думать не следовало. Спал Рон крепко и без сновидений.


Когда он проснулся, все уже ушли на работу, только мама, гремя кастрюлями, колдовала на кухне. Некоторое время Рон размышлял, не попросить ли ему завтрак в постель, но потом решил, что не стоит зря тревожить маму, и спустился на кухню.

Чашка кофе со сдобными булочками и пышные сэндвичи появились перед Роном, как только он сел за стол. Не особо задумываясь о том, что делает, Рон привычным жестом взял лежащую на подоконнике газету. Это, разумеется, оказался не «Ежедневный пророк», который выписывала Гермиона, а мамино любимое «Ведьмино счастье», приторное до тошноты.

Рон лениво просматривал заголовки, но в разделе «Тайны и расследования» вдруг увидел «Таинственное исчезновение Гарри Поттера и Драко Малфоя» — и стал читать внимательно.

Бульварная журналистка, как и все ее коллеги, преувеличивала и строила дикие догадки без малейших на то оснований, но факты оставались фактами. Полтора месяца назад Гарри Поттер неожиданно для всех своих коллег и начальства ушел в отпуск и с тех пор в волшебном мире не появлялся. Драко Малфоя все это время тоже никто не видел.

Рон, конечно, понимал, что, скорее всего, сладкая парочка просто укатила в теплые края, никого не поставив в известность о своих планах, но на всякий случай решил навестить Гарри: в жизни ведь всякое случается, особенно с аврорами и национальными героями.


Прощаясь с Роном на следующее утро после памятной пьянки, Гарри с Хорьком очень подробно объяснили ему, как добраться до их магловской квартиры, так что сейчас дорога заняла совсем немного времени. Нажав на кнопку дверного звонка, Рон на всякий случай покрепче сжал в кармане палочку.

Он ждал вопроса: «Кто там?» — или полной тишины, но буквально через пару минут раздался щелчок замка, и дверь открылась. На пороге стоял незнакомый качок в стрингах.

— Ты кто? — лениво спросил он.

— Меня вызывали, — сурово ответил Рон, стараясь ничем не выдать удивления.

— Ну, проходи, — качок посторонился, впуская гостя.

— Где хозяин?

— Не велел беспокоить.

— У меня другая информация.

— Ну, иди, если хочешь, — качок хмыкнул. — Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь.

Рон прошел знакомым коридором к спальне Гарри, распахнул дверь, на мгновение ослеп от яркого света, лившегося в огромное окно, — а потом застыл, не веря глазам.

К огромной кровати был привязан совершенно голый парень — длинные светлые волосы закрывали лицо, на спине алели кровоподтеки. Над ним стоял голый до пояса Гарри в помятых и грязных светлых брюках. Он держал в руках огромную плеть и орал:

— Получи, сволочь!

— Что происходит, Гарри?! — Рон очень надеялся, что его голос звучит грозно, а не испуганно.

Гарри вздрогнул, обернулся — его глаза были налиты кровью — и растерянно спросил:

— Р-Рон?! Ты откуда? Они же сказали, что в больнице тебя еще месяц продержат…

— Они меня два месяца продержали, а вчера выписали, вот я и решил тебя навестить. Доброе утро!

— Это что? Два месяца уже прошло? — голос Гарри дрогнул. — Да быть того не может! День, два… ну неделя…

— Гарри, прошло два месяца.

— А, ну да!

Гарри достал из тумбочки большой нож (Рон покрепче сжал лежащую в кармане волшебную палочку), разрезал ремни, которыми блондин был привязан к кровати, и жестко сказал:

— Пшел вон! И дружка своего забери!

Тот быстро встал и вышел из спальни, не попытавшись даже прикрыться. Рон не знал, как бы повел себя, если бы Гарри бил Хорька, но, к счастью, это оказался какой-то незнакомый парень.

— Ну как ты, Рон? — спросил Гарри, спотыкаясь на каждом слове. — Сильно тебя мытарили?

— Не особо. А ты как?

— Я в порядке! — Гарри попытался гордо выпрямиться, но пошатнулся и упал бы, если бы Рон его не подхватил.

— Это хорошо, но сейчас тебе нужно немного полежать, — Рон уложил покорного, словно кукла, Гарри, в грязную постель, а потом осторожно спросил: — А как Хо… то есть Драко?

— А он меня бросил! — радостно ответил Гарри. — Почти два месяца назад! Ушел без предупреждения, гнида!

— Почему?!

— А потому! — Гарри широко улыбнулся. — Ему всегда было меня мало, понимаешь? Его больше всего заводило, когда я смотрел, как его трахают другие, он от этого дикий кайф ловил. Ему все равно, где, как и с кем — чем больше мужиков, тем лучше. А я ему в постели совсем не нравился, он говорил, что у меня мещанский кругозор и меня очень приятно развращать... Мерлин, как же я ненавидел всех этих блядей, которые его при мне… Я бы их всех убил… Только ради него терпел… Но ему все равно оказалось меня мало… — Гарри издал странный звук, нечто среднее между смехом и рыданием, и решительно продолжил: — Ну ничего! Я этому уебку покажу, он еще пожа… — не закончив говорить, Гарри уснул.

Убедившись, что друг окончательно отрубился и проснется нескоро, Рон наконец заметил, что творится в спальне. Большая, дорого и стильно обставленная комната была полностью загажена: повсюду валялись пустые бутылки, пакеты и коробки из-под магловской еды и использованные презервативы.

Такой же хаос царил во всей остальной квартире, и это доконало даже Рона, ненавидевшего уборку. С грехом пополам вспомнив мамины любимые хозяйственные заклятья, он начал наводить порядок.

Единственным островом чистоты в этом свинюшнике оказалась комната Малфоя. Пыль, там, правда, можно было собирать лопатой, но все остальное выглядело вполне прилично. Рон почему-то думал, что Хорек может жить только среди антикварной мебели, гобеленов и фамильных гербов, однако его комната оказалась совсем иной — на удивление светлой и просторной. Была в ней еще какая-то странность, но Рон так и не понял, что его озадачило.

Пыль в комнате Малфоя он собирать не рискнул, всю остальную квартиру привел в более-менее приличный вид, затем прямо оттуда аппарировал на Диагон-аллею, купил там еду и Антипохмельное зелье, вернулся и стал ждать, когда друг проснется.

Гарри спал крепко, но беспокойно и что-то бормотал во сне, однако Рон не мог разобрать ни слова, как ни старался. Думать он себе запрещал: было слишком мало фактов, чтобы строить предположения. Но не думать все равно не получалось. Конечно, Рон и раньше слышал, что Гарри и Хорек живут как-то странно, но не верил слухам, поскольку нормальные люди не могут так себя вести. Однако сплетники оказались правы; более того, они даже несколько недооценивали масштаб того, что вытворяли Гарри и Хорек. Судя по всему, наивный и беззащитный в житейских делах герой магического мира полностью попал под влияние подлого и развратного Малфоя…

Гарри проснулся, когда солнце уже садилось, и явно удивился, увидев Рона. Тот напоил друга Антипохмельным зельем и накормил супом, кипящим на волшебном огне.

Лечение подействовало практически сразу. Взгляд Гарри, поначалу мутный, с каждой минутой становился все более осмысленным. Наконец, Гарри густо покраснел и хрипло спросил:

— Я что-нибудь тебе говорил, когда ты пришел? Ты помнишь?

— Еще бы! — Рон улыбнулся как можно беззаботнее. — Ты орал, словно гиппогриф во время гона, так что я не мог разобрать ни слова. Понял я только то, что вы с Малфоем расстались, вот и все.

Гарри вздохнул с таким облегчением, что Рону стало неловко, помолчал немного, переводя дух, а потом грустно сказал:

— Неправильно ты понял! Или я не так объяснил… Мы с Малфоем не расставались — он меня бросил, вот и все.

— Почему бросил? Вы поссорились?

— Не-а! — Гарри вдруг улыбнулся, и Рону стало не по себе от этой улыбки. — Мы не ссорились — наоборот, очень мило позавтракали вместе, и я ушел на работу. Когда вернулся — Малфоя уже не было. Только записку, гад, оставил — надоел я ему, вот и все… Все вещи свои унес, только книги, сука, оставил…

— Гарри, так не бывает. Не может человек просто так взять и уйти без всяких причин!

— Это мы с тобой не можем, а Хорек может! — Гарри хмыкнул. — Мы с тобой нормальные, а он — шлюха подзаборная. Ему на меня плевать…

— Гарри, тут все равно что-то не так. Неважно, почему Малфой с тобой жил — из-за любви, из-за денег или ради престижа…

— Он меня никогда не… И деньги у него свои — он у меня ни кната никогда не брал, а за квартиру мы платили поровну... Престиж? Нет, Малфой считает позором жизнь с полукровкой, да еще с парнем… Тут другое. Ты просто не понимаешь: Хорьку нравилось видеть, что я в полной его власти, ради него отказался от всех друзей. Малфои любят только власть — больше им ничего не нужно. А когда Хорьку надоела его новая игрушка, он меня бросил, — Гарри спрятал лицо в подушку.

— Но если он жил с тобой целых пять лет — значит, Малфоя это устраивало, — Гарри надо было быстро выводить из депрессии, и Рон отчаянно искал малейшую зацепку, способную вернуть другу интерес к жизни. — Когда мы помири… то есть когда я вас навестил, у вас все было в порядке! Он от тебя через неделю после этого ушел, да?

— Через две, — ответил Гарри, не отрывая лица от подушки.

— Значит, за это время с Малфоем что-то случилось — причем настолько серьезное, что он решил полностью изменить свою жизнь. Ты с его родителями связывался?

— Нет, конечно, — Гарри так удивился, что даже снова повернулся к Рону. — Драко уже взрослый, он живет, не спрашивая совета у родителей. И деньги у него свои — от деда унаследовал…

— Кстати, насчет денег. У Малфоя не было в последнее время финансовых проблем? Может, на работе что-то шло не так? Он случайно не играл на скачках гиппогрифов или в казино?

— Не было у него денежных проблем, — Гарри хмыкнул. — Малфои всегда выплывут!

— А чем он занимается? Где работает?

— Да не знаю я! — Гарри поморщился. — Он мне не говорил. Сказал только, что в моих подачках не нуждается и не любит тех, кто лезет в чужую жизнь.

— То есть, — Рону стало не по себе, — Малфой вполне мог заниматься чем-то противозаконным?

— Да ты что! — Гарри рассмеялся. — Хорек никогда не полезет ни в какой криминал! У него хватает ума зарабатывать честно.

— Гарри, то, что ты рассказываешь об исчезновении Малфоя, очень похоже на побег или на похищение. Сам посуди: ты точно не знаешь, чем он занимается, так что не исключен и криминал. И если вдруг Малфой захапал лишнее, то вполне мог уйти в бега, чтобы спрятаться от врагов.

— Брось! — Гарри улыбнулся. — Если бы у Хорька возникли проблемы — он бы ко мне прибежал. Я же аврор!

— А ты уверен, что помог бы Малфою скрыть любое преступление, которое он совершил? Но даже если да — в таком случае Хорек утратил бы власть над тобой, а именно ради нее он с тобой и жил.

— Да не дури ты, Рон! — Гарри снова улыбнулся. — Ничего с Хорьком не случилось!

— Если он сбежал — это еще полбеды, — с каждой минутой ситуация казалась Рону все более подозрительной. — Но Малфоя ведь и похитить могли.

— А зачем похитители оставили дурацкую записку? — Гарри по-прежнему говорил спокойно, но улыбаться перестал. — Наоборот, они должны были потребовать выкуп, угрожать…

— А где записка? Может, она заколдована? Ты ее на Шифровальные Чары проверял? Для маглов — письмо о том, что Малфой уходит, для тебя — настоящее послание от похитителей…

— Мерлин великий!

Гарри вскочил с кровати так стремительно, словно в него попало заклинание Акцио. Он забегал по комнате, что-то бормоча себе под нос, заглядывал в шкафы, в тумбочки, потом залез под кровать и ползал там долго. Выбравшись обратно, Гарри растерянно произнес:

— Н-н-нет… Я не очень хорошо помню, что с запиской сделал… Кажется, порвал и выбросил… Но подожди! Если Драко и вправду похитили — они должны были прислать другие письма с угрозами! На первое я же не ответил!

— Обычно похитители присылают зашифрованные письма, которые рассыпаются сразу после прочтения, — или через несколько часов, если остаются нераспечатанными. В последние полтора месяца у тебя была возможность читать письма от незнакомцев?

— Мерлин! — Гарри схватился за голову. — Полтора месяца! Драко нужно объявлять в розыск немедленно! Я сейчас же… в министерство… весь аврорат… Кингсли поможет… он обещал, если у меня что-то случится… Если у Драко хоть волос с головы упал — я их всех… своими руками… А его к батарее прикую и никуда больше не выпущу! Пусть дома сидит, если не умеет сам о себе позаботиться. Денег у меня на двоих хватит, еблю я ему обеспечу, но из дома больше никог...

Гарри осекся, подошел к окну и прижался рукой к стеклу.

Честно говоря, Рон не очень верил в похищение Малфоя, но эта идея повлияла на Гарри правильным образом. Теперь нужно было повернуть энергию друга в нужное русло.

— Гарри, сейчас объявлять об исчезновении Малфоя бесполезно и даже опасно. За полтора месяца похитители уже привыкли к тому, что Драко никто не ищет, а известие о его розыске может их насторожить. Сейчас преступники расслабились, и их можно будет взять голыми руками, не поднимая шума. Тебе нужно только вернуться в министерство и осторожненько, тихо-тихо начать поиски…

— Да-да-да! Я сейчас же… — Гарри заметался по спальне, но вдруг взглянул на часы и замер. — Уже поздно… Но я завтра же! Кингсли разрешил мне уйти в бессрочный отпуск и вернуться, когда я захочу. Вот я и вернусь! Я им всем, всем покажу!

— Вот и молодец! А сейчас иди спать. Утро вечера мудренее, а силы тебе понадобятся.

Гарри послушно, словно ребенок, зашагал к кровати. Он лег, некоторое время поворочался, бормоча: «Я всем им… всем…», — а потом уснул.

Рон, поразмыслив немного, тоже отправился домой. Там было скучно и холодно — как всегда без Гермионы. Перед тем как съесть ужин, приготовленный заботливой домовухой, Рон написал письмо своему теперь уже бывшему начальнику. Конечно, у авроров, работающих «на земле», меньше полномочий, чем у бойцов элитного отряда, которым командует Гарри, но зато к работе низовых подразделений меньше и присматриваются. А в помощи друзей Рон был уверен.

Джордж ждал брата в магазине только через две недели, и теперь Рон знал, как проведет это время. Он собирался понять, куда и почему исчез Хорек.


На следующее утро Рона разбудила сова с письмом от бывшего начальника. Джордж Карсон сделал все, что Рон просил. Мервин Ликок, нотариус Драко Малфоя, уже получил жутко официальную просьбу известить авроров, где находится его клиент и не нуждается ли в помощи. Хозяевам Малфой-мэнора Карсон отправил письмо с настоятельным предложением как можно скорее проконсультировать своего подчиненного по очень важному вопросу. Жутко засекреченный отдел магловской полиции, который отвечал за сотрудничество с авроратом, уже собирал сведения обо всех неопознанных трупах, найденных в последние полтора месяца. Как и все стражи порядка, Карсон не любил лишнюю работу, но еще больше он не любил, чтобы преступления оставались безнаказанными.

Рон еще не успел закончить завтрак, как пришло новое письмо от Карсона: Люциус Малфой был готов принять посетителя через час.


Единственный раз в жизни Рон побывал в Малфой-мэноре во времена Второй войны, когда вместе с Гарри и Гермионой попал в плен. Спаслись от верной смерти они тогда чудом. Поэтому Рон не испытал ни малейшей радости, увидев, что роскошный дом, окруженный прекрасным садом, полностью восстановлен после разрушений, которые получил, будучи в военные годы штаб-квартирой Волдеморта.

Люциус принял посетителя в своем кабинете, обставленном дорого, но строго. По сравнению с этой стильной шикарной комнатой хозяин выглядел не так замечательно: он заметно постарел, на лбу появились морщины, а светлые волосы потускнели.

— Чем могу служить, мистер Уизли? — спросил Малфой спокойно и отстраненно. — Честно скажу, ваш визит меня очень удивил: в «Пророке» писали, что вы ушли в отставку.

— Без комментариев! — Рон широко улыбнулся. — Служебные тайны не подлежат разглашению.

— Что ж… — Люциус пожал плечами, — спрашивайте, мистер Уизли. Я к вашим услугам.

— Мистер Малфой, известно ли вам, где последние полтора месяца находится ваш сын Драко? — Рон решил брать быка за рога, а не тратить время на экивоки.

Морщины на лбу Люциуса стали заметнее, но ответил он спокойно:

— Понятия не имею, мистер Уизли. И, скажу вам откровенно, меня это абсолютно не беспокоит.

— Последние полтора месяца вам ничего не известно о местонахождении вашего единственного сына, и вы абсолютно не волнуетесь за него? — Рон не поверил ушам.

— Вот именно, мистер Уизли, — Люциус приподнял уголки бледных губ. — Мой сын взрослый, самодостаточный человек, у него давно уже своя жизнь, и мы, родители, в нее не вмешиваемся.

— И за последние полтора месяца Драко ни разу вам не написал и не навестил вас?

— Нет, — Люциус снова улыбнулся. — На мой взгляд, бессмысленные письма и ненужные встречи убивают искреннюю привязанность между близкими людьми и подменяют ее иллюзией. О том, что мой сын жив, здоров и находится в полной безопасности, я знаю от нашего фамильного древа: имя Драко непременно потемнело бы или налилось кровью, если бы с моим сыном что-то случилось. Но этого не произошло — значит, с Драко все в порядке. У вас есть ко мне еще вопросы, мистер Уизли?

— Скажите, мистер Малфой, испытывал ли ваш сын в последние месяцы какие-либо затруднения — личные или финансовые?

— И об этом мне тоже ничего не известно, мистер Уизли. Мой сын — взрослый человек. Свои проблемы он решает самостоятельно и в последние месяцы не обращался ко мне за помощью.

Рон отчаянно пытался придумать, о чем еще можно спросить Малфоя, но ничего толкового в голову не приходило. Оставалось поблагодарить собеседника за помощь и попрощаться.

У ворот поместья Рон аппарировал. Перед тем, как на миг провалиться в Тьму-Без-Всего, он почувствовал на правом боку какую-то тяжесть.


Приземлившись в глухой подворотне неподалеку от входа в министерство магии, Рон услышал тоненький голосок:

— Мистер Рон Уизли, сэр! Мы знаем, что вы лучший друг Гарри Поттера, поэтому к вам и обращаемся…

Рон с удивлением увидел, что в его правый бок вцепилась крохотная домовуха, одетая в платьице с вышивкой в виде павлина.

— Что ты... вы хотите рассказать? Вы знаете, где сейчас Драко Малфой?

— Нет, мистер Рон Уизли, сэр! Мы не знаем, но мистер Люциус Малфой, сэр, сказал правду: молодой хозяин сейчас здоров и в безопасности. Но мистер Люциус Малфой, сэр, о другом умолчал. Когда молодой хозяин сказал мистеру Люциусу Малфою, что будет жить с мистером Гарри Поттером как муж с женой, то мистер Люциус страшно возмутился. Он считает такие отношения противоис… провоес… — а, противоестественными! — и думает, что их нужно скрывать от всех. Сначала мистер Люциус пытался запретить мистеру Драко жить с мистером Поттером, но тот заупрямился. Когда мистер Люциус понял, что не переубедит сына, то отрекся от него…

— То есть как?! Люциус выжег имя Драко с фамильного древа?

— Нет, что вы, сэр! — в голосе домовухи прозвучало искреннее возмущение. — Малфои — не Блэки! Они понимают, что уничтожение одной ветви плохо влияет на все дерево. Блэки выжигали предателей, выжигали — и не заметили, как сами исчезли, а ведь сколько их было! Малфоев гораздо меньше, и умирать они не хотят. Но с тех пор, как мистер Драко Малфой стал открыто жить с мистером Гарри Поттером, мистер Люциус разорвал с сыном всякие отношения. За последние пять лет они ни разу не встретились и ни разу друг другу не написали. Если мистер Драко Малфой придет в мэнор — мы его не пустим, потому что нам так велели… — домовуха всхлипнула, но справилась с собой и почти спокойно продолжила: — Поэтому, мистер Рон Уизли, когда вы увидите мистера Драко Малфоя, то, пожалуйста, передайте ему, что миссис Нарцисса Малфой и все домовики мэнора очень его любят и желают ему счастья! Мы не виноваты… нам запрещают…

Она снова всхлипнула.

— Но… как же так… Теперь род Малфоев останется без наследника?

— Мистер Люциус считает, что извращенец не может быть наследником древнего чистокровного рода, — домовуха зарыдала в голос. — С тех пор, как мистер Драко Малфой начал жить с мистером Гарри Поттером, миссис Нарцисса Малфой дважды бывала в положении… и оба раза все закончилось очень плохо. Когда мистер Люциус Малфой узнавал, что миссис Нарцисса в положении, то носил ее на руках и дарил дорогие подарки, а когда… все заканчивалось плохо — он плакал вместе с ней и говорил, что у них еще все получится. А миссис Нарцисса плачет не только потому, что потеряла детей, но и потому, что тоскует по мистеру Драко. Мистер Люциус это видит, но считает, что миссис Нарцисса утешится, когда у нее родятся новые дети. А мы думаем, что миссис Нарцисса никогда не утешится и всегда будет тосковать по сыну. Против воли мужа она не пойдет, но пусть мистер Драко Малфой хотя бы знает, что мама от него не отреклась! И все мы тоже…

— Так… — новости, которые рассказала домовуха, категорически не желали укладываться в голове, и Рон отчаянно искал нужный вопрос. — Вы… точно не знаете, где сейчас находится Драко Малфой?

— Не знаем, мистер Рон Уизли, сэр, — всхлипнула домовуха. — Но мистер Люциус Малфой, сэр, сказал правду. Фамильное древо не лжет: мистер Драко Малфой, сэр, сейчас здоров и находится в полной безопасности. Но нам почему-то кажется, что ему очень плохо...

Она зарыдала в голос. Рон растерялся: он никогда не умел успокаивать плачущих.

— Ну… вы… это… не надо… — забормотал он.

Домовуха, кажется, собиралась рыдать еще долго, но вдруг вздрогнула, явно что-то вспомнив, вскрикнула:

— До свидания, мистер Рон Уизли! Мне пора! В мэноре скоро обед! — и аппарировала.


Рон, удивленный донельзя, направился к министерству. В холле к нему подлетела сова от Карсона: Мервин Ликок, юрист Драко Малфоя, в ответ на запрос стражей порядка прислал ответ информативный, но абсолютно бессмысленный.

Как оказалось, от деда Хорек унаследовал мастерскую по пошиву обуви. Предприятие процветало и приносило вполне приличные по нынешним временам деньги (налоговые декларации Драко прилагались к письму юриста). При этом младший Малфой не просто жил на доход от своей мастерской, но и очень толково занимался ее делами, лишний раз доказывая, что в полной мере унаследовал фамильный талант к бизнесу. В настоящий момент на счете Хорька в «Гринготтсе» хранилась сумма, которой хватило бы до старости не только Драко, но и его детям, а фабрика по-прежнему приносила доход.

Мервин Ликок также написал, что ему известно местонахождение клиента, но данную информацию он намерен хранить в тайне по просьбе самого мистера Малфоя и расскажет об этом только по предписанию Визенгамота. В конце письма Ликок со всей ответственностью заверял стражей порядка, что его клиент находится в отпуске и в полной безопасности.

При всей своей выработавшейся за годы работы подозрительности Рон не мог не доверять сведениям из двух абсолютно разных источников. Похоже, у Хорька действительно не было никаких проблем и никто его не похищал. Судя по всему, Гарри оказался абсолютно прав: Малфой его бросил только потому, что шлюхам скучно с обычными людьми.

Но на всякий пожарный и исключительно для очистки совести Рон все же зашел к бывшим коллегам. Те приняли его с распростертыми объятиями, напоили чаем, накормили сэндвичами и сообщили о только что полученном ответе из магловской полиции. В последние полтора месяца маглы не находили ни одного трупа, хотя бы отдаленно похожего на Драко Малфоя, покойников со следами магических воздействий они тоже не обнаружили. Сомневаться в этих сведениях не приходилось: конечно, Статут о секретности никто не отменил, но после окончания Второй магической войны Кингсли, используя свои связи в магловском правительстве, наладил негласное, однако вполне эффективное сотрудничество аврората с полицией. Известие от маглов лишний раз подтвердило мнение, которое уже сложилось у Рона относительно причин исчезновения Малфоя.

Сообщив главное, друзья рассказали Рону и другие новости. Сенсацией дня стало внезапное возвращение на работу Гарри Поттера. Смертельно бледный и злой, словно сто фурий, он сначала устроил всем подопечным выволочку за возникший в его отсутствие хаос в делах, а сейчас на личном примере показывал, как должен работать настоящий аврор.

Рону стало немного легче, хотя он не мог вообразить, как отреагирует Гарри на новости о Малфое. Но скрывать их было нельзя.

У бывших коллег закончился обеденный перерыв, и Рон начал прощаться: он на собственном опыте знал, что нет ничего хуже незваных гостей в разгар работы. И еще надо было очень хорошо подумать о том, как рассказать Гарри обо всех новостях сегодняшнего дня.


— Да быть того не может! — Гарри, необычно бледный, но абсолютно трезвый, от души расхохотался. — Малфои друг за друга стеной стоят — совсем как… Уизли. Их водой не разольешь! Никогда не поверю ни в то, что Люциус отказался от сына, ни в то, что Драко порвал с семьей из-за меня. Это бред! Твоя домовуха что-то напутала.

— Я абсолютно уверен, что она сказала правду. Я ведь не только с ней говорил, но и с Люциусом. А его явно не беспокоило внезапное исчезновение сына.

— Это потому, что Люциус знает, где Драко, вот и не переживает! А домовуха все сочинила. Ну не мог Хорек, — голос Гарри дрогнул, — не мог он ради меня со всеми своими порвать! Это никому не под силу. Это… это чудовищно. И он непременно бы мне сказал!

— О своей работе он тебе тоже не говорил.

Гарри закусил губу, надолго задумался, а потом решительно тряхнул головой:

— Нет, Рон! Драко не такой. Он ко мне совсем иначе относится. Это у нас с тобой любовь, чувства, а Хорек такие вещи в кнат не ставит. Ему нужна только ебля — и больше ничего. И еще власть. Но ради этого рвать отношения с семьей?! Не смеши меня.

Рон промолчал, но Гарри, видимо, что-то прочитал на его лице, поскольку быстро зашептал:

— Ты не понимаешь, ты слишком хороший, а Малфой другой… Ты знаешь, как мы начали встречаться? Не знаешь, я тебе не рассказывал…

Это случилось, когда Джинни была на сборах в Нигерии, ты ловил мятежных оборотней в Уэльсе, а Гермиона дневала и ночевала в министерстве — готовилась освобождать домовиков. Вот мне и стало… тошно одному. Тогда я решил в Валентинов день пойти в «Савойю» на бал-маскарад — Мерлин, сколько же раз я себя потом за это проклинал…

Я ничего особенного не хотел — просто решил немного проветриться. Ходил по комнатам, пил коктейли, иногда танцевал — отдыхал… А потом ко мне подошла красивая блондинка в полумаске и пригласила на танец. Я согласился — почему бы и нет?

Мы почти не говорили, пока танцевали — сказали друг другу всего несколько слов, вот и все. Она шептала, и мне приходилось наклоняться совсем близко, чтобы расслышать ее в бальном шуме — это раздражало, но и притягивало тоже.

Мы протанцевали несколько танцев, а потом она сказала, что ей душно, и мы вышли в коридор. Знаешь, какие в «Савойе» длинные коридоры? Не понимаю, что за дурак-архитектор построил такую нелепую гостиницу? Мы шли — и у каждого окна целовались парочки, как нарочно, безумие какое-то…

Но я еще был нормальный и понимал, куда она меня ведет и зачем. Я подумал, что ничего страшного не случится, если я один раз… только раз… Помнишь, сразу после победы Гермиона и Джинни дали нам один год свободы, чтобы мы проверили чувства? Ты проверял, я знаю, а мне как-то не хотелось. Желающих было хоть отбавляй, но для них я — национальный герой, а как можно жить с героем? Это все равно что с портретом… А Джинни знает меня настоящего, и мне с ней всегда было хорошо… И я подумал, что один мой неправильный поступок ничего между нами не изменит.

Малфой, сука, очень точно все рассчитал. Когда мы дошли до самого глухого поворота, где уже никого не было, он опустился передо мной на колени — и я совершенно очумел, потому что не думал, что случайная знакомая может пойти на такое. Языком Малфой владел хорошо — не всякая шлюха так умеет… Я… растерялся, скажу честно. И подумал, что не случится ничего плохого, если я попрошу его встретиться со мной еще раз — точнее, ее, потому что я тогда не знал, что это Малфой. Да, в «Савойе» он не позволил мне залезть к нему под юбку, а я, дурак, так ничего и не понял… Но на новое свидание он согласился и отдал мне ключ от съемной квартиры в магловской части Лондона.

Мерлин, как же я ждал этого свидания! Представлял, что буду ей говорить и что делать… А когда открыл дверь квартиры, вошел и увидел Малфоя, то сначала не понял, откуда он взялся. Я очень испугался, что Хорек обидел ту девушку. Я сказал ему, чтобы он уходил. А Малфой мерзенько так хмыкнул и сказал, что я педик, раз потерял голову от первого же секса с мужиком.

Я не выдержал и ударил его, Хорек ответил… Закончилось все тем, что я надрал ему задницу. Это было безумие какое-то… Мне казалось, что я вижу сон. Иногда в голову приходят странные мысли, но они никому не могут сделать зла, так что можно думать о чем хочешь, но мне и в голову не приходило, что кому-то может нравиться, когда я делаю с ним то, о чем мечтаю…

В тот день мы так и остались ночевать в той квартире, потом встречались почти каждый день. Мерлин, что мы тогда вытворяли! Я почти не спал, но сил хватало на все… Я все время думал о Малфое, даже на работе, — вспоминал его голос, его запах…

— Гарри, — Рону казалось, что он идет по хрупкому льду, — а ты никогда не проверялся на воздействие Амортенции?

Гарри от души расхохотался:

— Да каждый день! Как только на работу приходил — так и проверялся! И на воздействие Империусом проверялся, и вообще на все зелья и заклятия, парализующие волю. На меня тогда все коллеги косились и обзывали параноиком. Но все было чисто — никаких влияний, никаких воздействий…

Даже тогда я думал, что это ненадолго: вот вернется Джинни, и все станет как прежде. Малфой тоже говорил, что не будет больше со мной встречаться после ее возвращения: его не привлекал статус тайной любовницы.

А потом прилетела сова от Джинни — она написала, что через несколько дней приедет в Англию. И я понял, что не смогу жить как прежде, не смогу смотреть Джинни в глаза, говорить с ней — и думать о Малфое.

Я до последнего надеялся, что это просто морок, и он рассеется, когда я увижу мою девочку. Но едва взглянув на Джинни, я понял, что прошлое не вернешь. Я сказал ей, что между нами все кончено, попросил прощения за то, что не сохранил любовь, — и сразу же ушел. Я знаю, она обиделась, — любой бы на её месте обиделся! Но я не мог врать…

Странно, но Малфой в тот вечер был в квартире, где мы встречались. Он словно ждал меня — хотя, наверное, именно ждал, поскольку лучше всех знал, что подцепил меня на крючок.

На следующий же день мы сняли квартиру, в которой сейчас сидим, и стали жить вдвоем. Точнее, вдвоем мы жили совсем недолго — меньше полугода. Хорьку стало со мной скучно, и я ничего не мог с этим поделать. Но терять его я не собирался, вот и согласился… Мерлин, как же я их всех ненавидел! Но мне хотелось, чтобы Хорек изменял мне у меня на глазах, а не тайком, если уж иначе нельзя. И я терпел…

Гарри встал, прошел к окну и уткнулся лицом в стекло.

— Гарри, пожалуйста, постарайся вспомнить, — Рон сам не понимал, что его тревожит, — о чем вы говорили утром того дня, когда Малфой исчез, и накануне вечером? Вы ссорились? Хоть немного?

— Да нет, — Гарри дернул плечом, — все было как обычно. За завтраком мы обсуждали, где будем ужинать — пойдем в ресторан или закажем еду домой…

— Даже так?! Гарри, а ты точно уверен, что Малфой сам собрал свои вещи? Некоторые преступники создают очень умелые имитации того, что их жертва не похищена, а покинула родной дом по доброй воле.

— По-моему, все было в порядке, — Гарри снова дернул плечом и повернулся к Рону. — Но давай еще раз посмотрим…

Они зашли в комнату Малфоя. При свете электричества она выглядела немного иначе, чем днем, но все здесь было как прежде: кровать, шкаф с книгами, волшебный календарь, на котором застыла дата исчезновения хозяина…

— Погоди-ка! — Рону вдруг стало не по себе. — Ты говоришь, в день своего исчезновения Малфой за завтраком вел себя как обычно, а потом почему-то взял и ушел от тебя? Это ведь двенадцатого было, да?

— Он ушел не почему-то, а потому что я ему надоел, — буркнул Гарри.

— Но ведь Малфою явно что-то конкретное надоело! То, что переполнило чашу его терпения!

— И что ему могло надоесть, когда я ушел на работу?

— Я знаю! — Рону стало совсем не по себе, но он решительно продолжил: — Одиннадцатого вечером целители впервые разрешили мне взять в руки перо, и я написал тебе письмо. Всю корреспонденцию больница отправляет рано утром, и сова вполне могла прилететь к вам, когда вы завтракали…

— Точно! Так оно и было! Я твое письмо как раз за завтраком прочитал! — Гарри вдруг покраснел: — Я собирался навестить тебя на следующий день, но закрутился и… Но Малфой-то здесь при чем?

— Я и сам не очень понимаю, но это единственная причина, которую я вижу… Слушай, может, ему не понравилось то, что ты решил навестить меня в больнице?

— Что за чушь! — Гарри рассмеялся. — Какое Хорьку дело, кого я навещаю, если он рад с каждой блядью ебаться?

— Я тоже не совсем понимаю, если честно. А может, — идея казалась Рону идиотской донельзя, но ничего иного в голову не приходило, — Малфой тебя ревнует ко мне?

— Нет у него никакого права ревновать! — заорал Гарри, покраснев как свекла. — Нет! Он с блядьми трахается и меня на это смотреть заставляет, а вы — моя семья! И я вас люблю! Нет у Хорька права меня ревновать!

В таком состоянии Рон видел Гарри впервые, но сразу понял, что спорить сейчас бесполезно. Он отошел к шкафу и начал лениво разглядывать корешки книг: Хайям, Шекспир, Мольер…

— Погоди-ка, Гарри! Это что же получается? Малфой читал магловские книги?!

— Да, читал, — Гарри так удивился, что перестал кричать. — Хорек говорил, что те, кого маглы называют гениями, на самом деле маги, которые просто не знали о своих способностях… Особенно он Шекспира любил — читал его монологи, когда я его… когда мы трахались. Красиво, ничего не скажешь! И что?!

— Да ничего, — ответил Рон, с трудом скрывая волнение. — Ничего…


Это была глупость. Несусветная глупость, и рассказать о ней Гарри Рон не рискнул. Но чем дольше он обо всем этом размышлял, тем сильнее ему казалось, что Хорек ушел, потому что обиделся на Гарри. Почему Рон так думал, он и сам не мог бы объяснить, но за годы службы он привык доверять своей интуиции. И еще Рону казалось, будто Драко хочет, чтобы Гарри его нашел

Если Рон все понял правильно, это означало, что Малфой сейчас не развлекается в Таиланде с симпатичными аборигенами и не проворачивает тайные операции с контрабандистами, а тихо и мирно живет там, где Гарри может его найти. Логичнее всего было предположить, что из Лондона Хорек никуда не уезжал. Однако в волшебных кварталах его не видели — значит, судя по всему, Драко поселился среди маглов. Но что он знал о них — точнее, что ему нравилось в их мире?

Ответов на этот вопрос было всего два. Бордели Рон отверг сразу: если Хорек хочет, чтобы Гарри его нашел, то не станет еще сильнее его сердить. Значит, оставалась только одна версия. Отрабатывать ее было долго и муторно, но две недели до начала работы в магазине «УУУ» требовалось чем-то занять. Поэтому Рон, удивляясь сам себе, обменял в «Гринготтсе» галеоны на фунты и начал поиски.

Сначала он купил карту Лондона. Затем с помощью бывших коллег нашел на ней престижный квартал, находившийся на максимальном удалении от дома, в котором жили Гарри и Драко. Авроры также помогли Рону узнать адреса всех книжных магазинов, расположенных в этом престижном квартале, и выяснить самый короткий маршрут между ними (аппарировать среди маглов было опасно). Фотографии Малфоя — как волшебные, так и магловские — сохранились в его личном деле, которое Визенгамот рассматривал сразу после победы. Теперь все зависело только от упорства и везения бывшего аврора Рональда Уизли.

Двигаясь от магазина к магазину и показывая продавцам и покупателям неподвижную фотографию Малфоя, Рон не переставал удивляться собственному идиотизму. Гарри наверняка был прав: Хорек просто устал от слишком правильного любовника и отправился на поиски новых приключений. Все, что Рон знал о Драко (а Гарри незачем было лгать), доказывало, что младший Малфой — самая настоящая блядь, и подходить к нему с обычными человеческими мерками нелепо. Но эти логичные доводы почему-то не действовали, и Рон продолжал поиски.

Когда он осмотрел все книжные магазины в выбранном квартале, то снова отправился за помощью к бывшим коллегам. Они помогли Рону найти на карте другой престижный район, расположенный несколько ближе к дому, в котором жили Гарри и Драко, и выдали бывшему коллеге список адресов расположенных там книжных магазинов. Рон снова отправился в путь. Он понимал, что делает глупость, но остановиться не мог.



Этот книжный магазин оказался очень большим. Огромные окна впускали в зал много света. День был будний, время рабочее, и немногочисленные покупатели терялись среди высоких стеллажей, словно в Запретном Лесу. Рон достал из кармана фотографию Малфоя и направился к миловидной кассирше, широко улыбаясь. Вдруг сзади послышался смутно знакомый голос:

— Что вы ищете, сэр? Могу ли я вам помочь?

Рон резко обернулся — и замер, увидев Драко. Рон узнал его в первую же секунду, хотя магловская одежда изменила Малфоя почти до неузнаваемости.

Впрочем, дело было не только в одежде — Рон понял это минуту спустя. Всякий раз, когда Рон видел Хорька (даже когда они втроем с Гарри пили два месяца назад), тот всем своим видом излучал надменность и величавое презрение к мелким людишкам, холодное и застывшее как маска. А сейчас никакой надменности в младшем Малфое не было — только вежливость и готовность помочь. Обычный белобрысый парнишка — подай-принеси, вот и все…

Хорек растерянно стоял в дверях подсобки. Судя по всему, ослепленный солнцем, льющимся в огромные окна, он не успел рассмотреть покупателя, с которым заговорил, и, узнав его, застыл, словно статуя. Рон от неожиданности тоже замер, как будто под Ступефаем.

Видимо, пауза затянулась надолго, поскольку кассирша тревожно спросила:

— Что случилось, Джо? У тебя проблемы?

— Нет, Мэг, — хрипло ответил Малфой. — Все в порядке. Просто одноклассника встретил, а мы давно не виделись.

— Да, очень неожиданная встреча, — подхватил Рон, пытаясь улыбнуться. — Как же мы давно не виделись, Джо! Может, зайдем в паб, вспомним школу?

— Сейчас я не могу — работаю. Освобожусь в шесть.

— Хорошо, Джо! — Рон широко улыбнулся. — Я подожду тебя в пабе «Старый ворон» — он прямо напротив вашего магазина, так что тебе не придется далеко идти.


Строго говоря, в многочасовом пребывании в пабе не было никакого смысла: Хорек вполне мог уйти через служебный вход магазина и аппарировать в неизвестном направлении. Но Рон почему-то не сомневался, что Малфой придет, так что устроился основательно. Сначала Рон заказал эль, затем — кофе, потом пообедал малосъедобной едой, которую здесь подавали, а после этого вновь стал пить кофе, цедя каждую чашку едва ли не целый час. Официанты и бармен смотрели на странного посетителя без особого удовольствия, но терпели.

Хорек появился в дверях паба в пять минут седьмого, сразу же заметил Рона и направился к его столику, но садиться не стал, а спокойно спросил:

— Я арестован?

Рон, ожидавший чего угодно, но не этого, чуть не поперхнулся кофе и как можно спокойнее ответил:

— Нет, конечно. За подлость у нас не сажают. Сядь, пожалуйста, у меня к тебе есть несколько вопросов.

— Я сначала поужинаю, ты не возражаешь?

— Нет, что ты!

Малфой сел, заказал сосиски с картофельным пюре и пиво. Заказ принесли быстро, и Хорек принялся за еду с явным аппетитом.

— Странный выбор работы и места для ужина, — Рон понимал, что начинает разговор неправильно, но не мог скрыть удивление. — На тебя все это совсем не похоже!

— Чтобы не умереть с голоду, я должен зарабатывать на жизнь, — пожал плечами Хорек, — а в магловском мире я никто. Хорошо еще, что сюда приняли!

Рон вспомнил налоговые декларации Малфоя и его солидный счет в «Гринготтсе», но решил не развивать эту тему: сейчас было важнее другое.

Когда тарелка Хорька почти опустела, Рон жестко спросил:

— Долго ты еще собираешься издеваться над Гарри?! С тех пор, как ты ушел, он совсем голову потерял.

— Я тут абсолютно ни при чем, — губы Малфоя чуть приподнялись, и он стал очень похож на Люциуса. — Потти потерял голову от любви к тебе. Ответь на его чувства — и все наладится! Я никогда не был ему нужен — он всю жизнь ждет только тебя.

В этот раз Рон все же поперхнулся кофе, а когда прокашлялся, то сумел лишь прохрипеть:

— Хорек, ты рехнулся или шутишь?! Да Гарри с ума по тебе сходит, ты для него — единственный свет в окошке! Не понимаю, чем ты заслужил такую любовь, но факт есть факт.

— Это ты не понимаешь, Уизел, — Малфой скривился. — Гарри всегда смотрел только на тебя, он больше никого не замечал! Вы видели только друг друга… Все гадали, кто из вас первым положит глаз на Грейнджер, а мне всегда казалось, что она ни одному из вас не нужна. Проблема у вас была только одна, но серьезная: вы оба выросли в мещанских семьях и даже не догадывались, что парни могут трахаться друг с другом. Вот Потти и начал встречаться с твоей сестрой, поскольку не мог заполучить тебя, а ты завел шашни с Грейнджер, потому что только такая заучка, как она, способна спокойно относиться к вашей с Поттером нежной дружбе…

— Да что ты несешь?! Мы с Гарри просто друзья! Он мне как брат!

— Ты сильно скучаешь по родным братьям, если не видишься с ними многие недели? Дракла с два! Ты по ним вообще не скучаешь. А Гарри был сам не свой с того дня, когда ты обозвал его предателем и извращенцем. Сначала он ждал, что ты придешь мириться, но тебе попала вожжа под мантию. Со временем Гарри понял, что ты его никогда не простишь, и смирился. Но видел бы ты, каким счастьем горели его глаза, когда в газетах хвалили кого-то из вашего ублюдочного семейства! Он сиял, словно получил орден Мерлина первой степени или миллион галеонов в наследство… На меня Потти никогда так не смотрел. Он меня просто терпел, потому что я многое умею в постели и давал ему то, что отказался давать ты… Знаешь, с самых первых дней нашего с ним романа у меня было ощущение, что нас в постели трое: Гарри, я и ты. Групповуха — дело хорошее, но партнеров я предпочитаю выбирать сам. А ты в данном отношении меня абсолютно не возбуждаешь…

— Драко, — Рону на мгновение показалось, что он видит дикий сон, — ты все неправильно понял. Мы с Гарри никогда не думали друг о друге в таком смысле!

— А зря, — Малфой хмыкнул. — Если бы подумали раньше — и сами были бы счастливее, и других бы не мучили. Едва Потти услышал, что ты попал в больницу, то немедленно бросился туда, но его не пустили, потому что он не родственник, а о вашей ссоре все помнят… А когда я узнал, что с тобой так хреново, то сначала очень обрадовался. Думал, твоя смерть решит все мои проблемы, но скоро понял, что все будет с точностью до наоборот. Если бы ты сдох, то Потти собственноручно изваял бы тебе памятник из чистого золота, установил бы его в нашей квартире и каждый вечер укладывал бы в нашу постель… Я не хочу так жить, Уизел. Совсем не хочу. Я терпел пять лет, и мне надоело.

— Драко, — Рон отчаянно искал подходящие доводы, но в голову лезла всякая чушь, — ты ошибаешься! На самом деле Гарри любит только тебя! Если бы ты с ним поговорил, то непременно бы это понял. Давай его сейчас навестим, и он тебе сам все ска…

— Да пошел ты на хуй, Уизел! — заорал Малфой так громко, что на них оглянулись многие посетители. — На хуй Поттера, если выражаться точно. Базовые навыки в постели у него есть, так что тебе с ним будет хорошо, я гарантирую. А меня, пожалуйста, оставь в покое...

— Это вы оставьте меня в покое! — мир вокруг Рона начал затягиваться красной пеленой. — Я не понимаю, за каким хером я решаю ваши личные проблемы! Я неделю пролежал полностью парализованным, меня признали негодным к службе и отправили в отставку! Но я почему-то не воплю и не рыдаю, а пытаюсь примирить двух тупых кретинов! И ни один из вас не спросил, как я себя чувствую, каково это — стать инвалидом в неполный тридцатник! Да пошли вы оба…

Мир из красного вдруг стал черным и завалился набок.


Когда Рон снова открыл глаза, вокруг по-прежнему было темно, но мрак уже не казался таким непроглядным. Рон понял, что раздет до трусов и лежит на большой кровати в какой-то комнате, вроде бы незнакомой. Рядом лежал еще один человек — его дыхание казалось оглушительно громким в царящей вокруг тишине.

В следующий миг Рон вспомнил, что с ним случилось до обморока, и все стало почти понятно. Эта комната ничем не напоминала палату в Святом Мунго, значит…

— Ты почему меня привез к себе, а не в больницу, Хорек? — собственный голос казался тихим и хриплым.

Ответ последовал незамедлительно:

— Потому что не хочу быть обвиненным в нападении на национального героя. А с тобой ничего страшного не случилось — просто обморок от последствий интенсивного курса исцеляющих заклятий и зелий, вот и все. Специальное лечение тут не нужно; Укрепляющее зелье я в тебя влил, как только домой приволок, а кроме него помогает только полный покой и продолжительный отдых. Не волнуйся, я знаю, что нужно делать в подобных случаях: я такие обмороки много раз видел и в мэноре, и в Хогвартсе.

— Когда? — удивился Рон, но тут же догадался.

— Видел… — как и следовало ожидать, Малфой не захотел говорить о Второй войне.

— Драко… — Рон чувствовал себя смертельно усталым, но он не привык бросать дела на полпути, — пожалуйста, поверь мне! Ты ошибаешься насчет Гарри. Он очень тебя любит! Он чуть с ума не сошел, когда ты исчез…

— Это ты ошибаешься, Уизел, — сказал Малфой тихо и безнадежно. — Во мне Потти интересна только дыра в моей заднице. Если бы он… любил меня, то непременно нашел бы — ты ведь нашел! А он даже не искал…Он только о тебе думает…

— Гарри не искал тебя, потому что не верил, что сможет вернуть. А еще он очень уважает твое право на свободу…

— Если все так, как ты говоришь, — значит, он меня не любит! — в голосе Малфоя неожиданно зазвенел металл. — Когда любишь — хочешь получить человека всего, без остатка, хочешь, чтобы он был только твоим и ничьим больше, ни на кого не смотрел, ни о ком другом не думал… Уизел, мать твою, как же я ненавижу тебя и твою уебищную семью! Вы всегда мне мешали, всегда…

— Чем мешали?! — Рон окончательно перестал что-либо понимать.

Малфой не ответил; Рон тоже не знал, что тут можно сказать.

Они долго молчали, а потом Рон предпринял еще одну попытку:

— По-моему, ты ошибаешься, Драко. Конечно, если двое живут только друг ради друга и никто им больше не нужен — это хорошо. Но когда есть друзья — все гораздо лучше и проще! Друзья помогут советом и делом, справятся с любыми проблемами… Друзья — это сила!

— Это ты себя, что ли, имеешь в виду, Уизел? — хмыкнул Малфой. — Если бы тебя не было — у нас с Гарри не было бы никаких проблем…

— Ну объясни ты мне, пожалуйста, чем тебе мешают друзья Гарри?! Разве плохо, что в трудную минуту ему поможешь не только ты, но и многие другие?

— Я и один прекрасно бы справился! — Малфой снова фыркнул, а потом тоскливо спросил: — Неужели ты не понимаешь, Уизел? У вас у всех всегда сбывалось все, о чем вы мечтали, — а у меня никогда и ничего… А сейчас я уже и не надеюсь… Мне только одно нужно, но теперь я точно знаю, что это недостижимо…

— Если ты имеешь в виду счастье с Гарри — оно вполне достижимо, потому что он любит тебя до безумия. Друзей он тоже любит, но совсем иначе, чем тебя. Неужели ты не понимаешь, что любовь Гарри к тебе не становится меньше от того, что он считает меня братом?! Любовь не шоколадка — наоборот, чем больше ее отдаешь, тем больше ее становится! Ко мне Гарри относится как к брату, а с тобой хочет прожить жизнь, так зачем ты заставляешь его выбирать между нами?!

— Уизел, ты в уме?! Это ты заставил его выбирать между нами, а не я! Из-за тебя он мучился все эти годы! А сейчас я устал делить его с тобой, рыжий. Забирай Гарри себе — я желаю вам счастья…

— Гарри мне не нужен — точнее, он нужен мне совсем в ином смысле, чем тебе. Ну почему ты не хочешь видеть очевидное, Хорек?!

— Это ты не видишь очевидное, Уизел, — Малфой помолчал немного, а потом спросил: — А… как он сейчас? Действительно переживает?

— Гарри с ума сходит с тех пор, как ты ушел. А когда он заподозрил, что с тобой случилось что-то плохое, то готов был разнести весь мир, чтобы спасти тебя!

— Это не ради меня: герои просто любят совершать подвиги…

Рон вдруг с отчаянной ясностью понял, что ни в чем не убедит Драко — тот, наоборот, будет все отрицать только для того, чтобы как можно дольше говорить о Гарри. На мгновение Рону захотелось разбить голову о стену, но затем он внезапно — словно с неба снизошло озарение — сообразил, как решить эту проблему без особых усилий, и испуганно спросил:

— Слушай, который час?

Малфой зажег Люмос, навел его на будильник, стоящий на прикроватной тумбочке, и ответил:

— Десять вечера.

— Ой, мне домой надо! Я не люблю ночевать вне дома! Где моя одежда? — Рон встал с кровати и направился к платяному шкафу, освещенному Люмосом.

— Боишься жену рассердить? Ну-ну! — хмыкнул Малфой, а потом растерянно произнес: — А может, останешься? В твоем состоянии лучше никуда не ходить…

— Нет-нет-нет, дома и стены помогают! — Рон быстро оделся и решительно направился к двери. На пороге он оглянулся на Драко и небрежно бросил: — Я бы хотел еще раз встретиться с тобой, чтобы поговорить о Гарри. Пойми, он очень тебя любит…

На миг лицо Малфоя озарилось невероятным счастьем, но в следующую секунду он сморщил недовольную гримасу и рассеянно кивнул:

— Давай, если хочешь. Но ты все равно не сможешь меня переубедить, имей это в виду! Где и когда мы встретимся? Днем я занят на работе и свободен только после шести.

— Хорошо, давай в семь в… — Рон назвал адрес квартиры в магловском квартале Лондона, где его бывшие коллеги встречались с осведомителями. Ключи от нее Рон забыл вернуть начальству, и сейчас это было очень кстати, так как он прекрасно помнил расписание конспиративных встреч и точно знал, что завтра в квартиру никто не придет.

— Согласен! — Малфой кивнул слишком энергично, разрушая всю свою игру, но Рон сделал вид, что ничего не заметил, и быстро вышел.

Вернувшись домой, он сразу же написал Гарри — сообщил, что появились новости о Малфое, которые хорошо бы обсудить, и пригласил друга сделать это завтра в семь часов вечера в условленном месте. Ответ прибыл с такой скоростью, как будто сова национального героя Британии умела аппарировать.


Весь следующий день Рон размышлял, правильно ли поступает, но в конце концов решил, что все сделал верно. Только Гарри и Драко знают, нужны ли они друг другу, а чтобы выяснить отношения, этим двоим необходимо побыть наедине: в любви третий всегда лишний. Вот Рон и предоставил им эту возможность.

Когда стрелки часов показали семь часов вечера, Рон начал думать о том, что сейчас происходит в квартире, в которую только что вошли Гарри и Драко. Сначала они наверняка сильно удивились, потом возмутились и начали ругаться, и, наверное, даже драться… Заметит ли каждый из них то, что скрывает другой?

От размышлений Рона отвлек знакомый голос:

— Рон, как ты себя чувствуешь? Я так волновалась...

На пороге стояла Гермиона — незнакомая и непривычная, какой она всегда возвращалась из командировок.

— Откуда ты взялась?! Ты же еще неделю собиралась провести в Америке!

— Всю основную работу мы уже закончили — остались только пышные формальности. Мое присутствие на торжественных церемониях необязательно, вот я и отпросилась у Кингсли… Я очень волновалась за тебя, Рон. Как ты?

— Нормально, — он улыбнулся. — Что со мной сделается? Я здоров как бык, мама и Микки кормят меня на убой, Джордж ждет не дождется в магазине, ты вернулась… Все замечательно! А еще я, кажется, с Гарри помирился…

Гермиона запрыгала по комнате, словно девчонка:

— Ой, как хорошо! Я так за вас рада — и за тебя, и за Гарри! Я ведь видела, как ты мучился все эти годы, но не знала, чем помочь. Сначала я пыталась вас помирить, но у меня ничего не получалось, и со временем я поняла, что решить свои проблемы вы сможете только сами. Какие же вы молодцы!

— А у тебя как дела? Как договор?

— Все прекрасно — все, как мы хотели! — пропела Гермиона. — Кингсли — превосходный политик, и команда у нас замечательная! Все получилось!

— Я очень рад за тебя, — но радости почему-то не было. Сообразив, в чем дело, Рон вдохнул поглубже и задал вопрос, который мучил его много лет:

— Гермиона, скажи мне, пожалуйста, одну вещь... Только не лги, ладно? Я все равно рано или поздно пойму, что это неправда, и мне будет очень тяжко…

— Я скажу правду, — ответила она, сразу став серьезной.

— Гермиона, — Рон отчаянно искал мягкие формулировки, но не нашел их и выпалил то, что думал: — Скажи, ты не жалеешь, что вышла за меня замуж? Детская дружба — это одно, а взрослая жизнь — совсем другое… Сейчас ты — восходящая звезда британской политики, а я — инвалид, и вершина моей карьеры — должность продавца в магазине моего брата. Неужели тебе не скучно со мной? Ведь ты можешь найти жениха получше: у талантливых политиков много поклонников…

— Ох, Ронни, Ронни… — Гермиона улыбнулась светло и ласково, став очень похожей на взъерошенную первокурсницу, никогда не расстававшуюся с книгами. — Тебе ведь до сих пор приходят письма от поклонниц. Скажи, ты смог бы жить хоть с одной из них? Не переспать, а именно жить — день за днем, год за годом…

— Мерлин упаси! — Рон по-настоящему испугался. — Фанатки меня совсем не знают! Для них я безупречный герой Второй войны — мистер Совершенство. А я совсем не такой — я обычный человек, и я хочу быть с теми, кто знает меня, а не мои портреты с карточек к шоколадным лягушкам...

— Вот ты и ответил на свой вопрос, — Гермиона улыбнулась еще светлее. — Я тоже не могу жить с теми, кто считает меня звездой политики. Я не звезда, а обычная женщина со странностями и недостатками. Ты знаешь меня такой, какая я есть, — и все равно любишь. Твоя любовь дарит мне надежду на лучшее и веру в свои силы… — она помолчала немного, а потом сказала очень серьезно: — Но главное не это. Самое главное — я очень люблю тебя, Рон. Ты — часть меня, я не могу и не хочу без тебя жить. Вот… Наверное, я говорю тебе об этом гораздо реже, чем нужно, но я такая, какая есть. Не обижайся на меня, ладно?

А потом Гермиона оказалась совсем близко, и время перестало существовать. Но даже в миг полного единения с самым близким в мире человеком Рон краем сознания помнил о двоих, которые сейчас выясняли отношения в чужой магловской квартире, и отчаянно желал, чтобы у них тоже все было хорошо.


FIN
...на главную...


сентябрь 2020  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

август 2020  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.09.18 10:18:48
Свет новых звёзд [0] (Оригинальные произведения)


2020.09.17 18:46:21
This Boy\'s Life [0] (Гарри Поттер)


2020.09.13 18:54:24
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.09.11 09:39:43
Змееглоты [8] ()


2020.09.09 23:49:00
Дочь зельевара [195] (Гарри Поттер)


2020.09.08 18:14:13
Лживые жесты [0] (Гарри Поттер)


2020.09.04 18:58:33
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2020.09.03 12:50:48
Просто быть рядом [42] (Гарри Поттер)


2020.09.01 01:10:33
Обреченные быть [8] (Гарри Поттер)


2020.08.30 15:04:19
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.08.30 12:01:46
Смерти нет [1] (Гарри Поттер)


2020.08.30 02:57:15
Быть Северусом Снейпом [256] (Гарри Поттер)


2020.08.28 19:06:52
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2020.08.28 16:26:48
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.08.26 18:40:03
Не все так просто [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.15 17:52:42
Прячься [5] (Гарри Поттер)


2020.08.13 15:10:37
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.08 21:56:14
Поезд в Средиземье [6] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.07.26 16:29:13
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.07.24 19:02:49
Китайские встречи [3] (Гарри Поттер)


2020.07.24 18:03:54
Когда исчезнут фейри [2] (Гарри Поттер)


2020.07.24 13:06:02
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.07.19 13:15:56
Работа для ведьмы из хорошей семьи [7] (Гарри Поттер)


2020.07.10 23:17:10
Рау [7] (Оригинальные произведения)


2020.07.10 13:26:17
Фикачики [100] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.