Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Альбус Дамблдор настолько суров, что насмерть закормил своего феникса лимонными дольками.

Список фандомов

Гарри Поттер[18431]
Оригинальные произведения[1222]
Шерлок Холмс[713]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![182]
Белый крест[177]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[174]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[132]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[106]
Темный дворецкий[102]



Список вызовов и конкурсов

Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[3]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]
Британский флаг - 8[4]
Фандомная Битва - 2015[48]



Немного статистики

На сайте:
- 12605 авторов
- 26926 фиков
- 8561 анекдотов
- 17641 перлов
- 651 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Когда умирают феи

Автор/-ы, переводчик/-и: tigryonok_u
Бета:AXEL F, Tau Mirta
Рейтинг:NC-17
Размер:миди
Пейринг:Нарцисса Малфой/Астория Малфой, Драко Малфой/Астория Малфой, Люциус Малфой/Нарцисса Малфой
Жанр:AU, Drama
Отказ:Персонажи мне не принадлежат
Вызов:I believe - 2014
Цикл:В паре дюймов от... [4]
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:В каждом бокале с абсентом живет своя фея
Комментарии:
Каталог:Пост-Хогвартс, Упивающиеся Смертью
Предупреждения:фемслэш, смерть персонажа, сомнительное согласие
Статус:Закончен
Выложен:2014.05.12
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [1]
 фик был просмотрен 1351 раз(-a)



Жюли слегла, когда до свадьбы оставалось около двух недель. Колдомедики делали неутешительные прогнозы, зелья больше не помогали, потому Астория готовилась к худшему. Не то чтобы раньше она на что-то надеялась, драконья оспа – заболевание неизлечимое и непредсказуемое, но верить, что скоро мама ее покинет, не хотелось. Колдомедики прописали слишком много зелий, и в тот момент, когда казалось, что заболевание отступило, сдался организм. Зелья отравили тело, мама медленно угасала. Астория боялась, что это случится в день свадьбы или прямо перед ней – это означало бы, что торжество придется перенести, а нельзя… Им следовало спешить, сроки поджимали, заемщики приходили каждый день, пугали Пьера и Дафну. Они забрали всё, даже старого домовика Руппи, и теперь, словно падальщики, стерегли у дверей, ожидая, когда истечет срок выплат, чтобы поживиться самым ценным.

Любая отсрочка – и поместье распродадут по частям. И это при том, что в доме и так ничего не осталось: ветер блуждал по пустым комнатам, хлопал дверями и трепал сложенные стопками бумаги.

Старинную мебель вывезли в первую очередь. Отцовский секретер и книжный шкаф из японской вишни уже были проданы с аукциона, и теперь все документы, рукописи и заметки были разложены на полу в гостиной.

Древний род угасал вместе с Жюли, еще немного – и единственный наследник рода, младший брат Астории – Пьер оказался бы на улице. Потерять поместье – всё равно что потерять родовую магию. На этом Гринграссы перестали бы существовать. А ведь когда-то их считали одной из самых влиятельных семей Англии. Сколько воды с тех пор утекло.

Оставался единственный шанс всё изменить. Жюли, несмотря на полуобморочное состояние, понимала это и держалась из последних сил. Астории было больно смотреть на мать. Отца она потеряла два года назад: разорившись на неудачном вложении, он выпил яд. И вот теперь оставались считанные дни до того момента, когда она должна будет временно встать во главе угасающего рода.

– Подойди, – голос матери казался не громче шороха пожухлой травы. Осень заливала дождями Англию, одинокие желтые листья всё еще цеплялись за ветки, но ветер не упускал момента проверить их на прочность. – Я хочу рассказать тебе сказку, Тори… О маленькой девочке, которая взвалила на себя неподъемный груз.

– Мама, тебе не стоит говорить сейчас. Ты слишком слаба, – Астория поцеловала худую ладонь матери, поражаясь, насколько старушечьей она теперь казалась. – Aide-nous, seigneur...(1)

Она даже не была уверена, что есть кому молиться. Слова вырвались сами, напомнив о детстве во Франции с набожной бабушкой-сквибом.

– Прости меня, родная, прости за то, что тебе приходится…

– Мама, – Астория прильнула к ее руке, радуясь, что сегодня она казалась теплой и живой, – это ничего. Мне повезло – Драко красив, чистокровен и богат. У меня будет всё, о чем только можно мечтать.

– У тебя не будет любви. Как в сказке…

Комната качнулась и накренилась. О любви мечтают лишь подростки, Астории уже двадцать – время, когда приходится решать куда более взрослые проблемы. Но в глубине души что-то отозвалось болью. В маминых сказках всё всегда заканчивалось одинаково: фея побеждала злого волшебника, а принц увозил принцессу в далекую страну. Только в жизни не было места для сказки.

При первой встрече Драко показался ей воспитанным и очень красивым. Роль принца подходила ему идеально. Он совсем не был похож на сына Пожирателя смерти. Жаль, что жениться его обязывал лишь долг перед родом.

Словно прочитав ее мысли, мама вздохнула.

– Хоть бы Люциус поскорее отмучился…

Астория кивнула, пряча лицо в материнской ладони. Никогда еще и никому она не желала смерти так, как своему будущему свекру. Это было низко, ужасно по своей сути, ведь они даже не были знакомы лично – Астория видела мистера Малфоя только в газетах.

Сейчас, здесь, у постели умирающей матери, Астория понимала, насколько иногда бывает незначительной смерть одного человека, если так нужно для рода. Она не испытывала к мистеру Малфою ничего – ни презрения, ни отвращения, ни ненависти. Он был виноват лишь в том, что слишком долго жил. Три года и девяносто три дня в Азкабане – Драко, казалось, считал даже часы. Пожизненный срок – таким было решение Визенгамота, и обжалованию оно не подлежало.

Любой школьник мог ответить, чем ужасен Азкабан и почему заключенные долго не живут. А уж такого избалованного аристократа как мистер Малфой должно было хватить на несколько месяцев, но нет... Он держался с маниакальным упорством, видимо, слишком любил жизнь.

Семье Люциуса Малфоя оставили всё – бизнес, поместье, домовиков, даже чертовых павлинов. У Малфоев были деньги, у Гринграссов – честное имя. Чтобы восстановить положение семьи, Драко нужен был брак с представительницей древнего семейства. И он выбрал ее.

Теперь смерть Люциуса Малфоя была выгодна всем.

Только после его смерти на Драко больше не будут смотреть как на сына слуги Темного Лорда, с ним больше не будут бояться вести дела, и можно будет строить жизнь заново. Астории казалось, что в глубине души Драко и сам ждет смерти отца – пожалуй, так чувствуют себя родственники жертв смертельных проклятий. В конце уже не остается сил, становится безразлично, как это произойдет. Лишь бы всё закончилось.

– Пообещай мне, Тори, что будешь счастлива. Найдешь способ получить свое. Гринграссы всегда… Они всегда получали…

– Обещаю.

…Свадьба была шумной: сотни колдографов, десятки газетчиков, диктор с Волшебного радио. Астория и Драко старались изо всех сил, изображая счастливую влюбленную пару. Только улыбки казались натянутыми, поцелуи искусственными. Когда все разошлись, Астория присела на скамейку в саду Малфой-мэнора. Здесь почти всегда было тепло, промозглый ветер не мог навредить кустам роз – белых, алых, желтых, голубых и розовых, их укрывала особая магия. Они распустили яркие бутоны, а ведь на траве уже лежал октябрьский иней.

– Миссис Малфой, – Астория впервые произнесла это вслух и задумалась. Теперь она «миссис». Но ничего, кроме гнетущей тоски, она не ощущала. Астория стала хозяйкой огромного поместья, но теперь чувствовала себя еще более одинокой.

Она осторожно коснулась бутона кончиками пальцев и прошептала заклинание. Лепестки задрожали, и бутон раскрылся, выбрасывая в воздух едва заметное облако пыльцы. Слишком рано розе было расцветать, но Астории всегда хотелось испытать хотя бы одно из садовых заклинаний. В поместье отца сада не было.

– Ты им нравишься.

Астория вздрогнула и обернулась. Перед ней стояла Нарцисса Малфой в зеленом платье и шляпке с черной вуалью. В таком виде она больше походила на вдову, явившуюся на похороны, нежели на мать жениха. Астория вскочила и наступила на подол платья. Движение вышло неловким, раздался треск ткани, щеки вспыхнули от стыда.

– Жены Малфоев не краснеют, – тут же отметила миссис Малфой и коснулась рукой только что раскрывшейся розы. Цветок завял, опустив яркий венчик, лепестки почернели и осыпались.

– Миссис Малфой, я…

Та лишь цокнула языком.

– Миссис Малфой здесь ты. Я теперь просто Нарцисса.

Астория попыталась подобрать нужные слова, но в голову лезло лишь навязчивое:

«Кажется, я порвала платье…»

Ситуация была очень неловкой. Астория оглядела сад, надеясь увидеть Драко. Оставаться со свекровью наедине не хотелось. Похоже, миссис Малфой она не нравилась. Миссис Малфой вообще в последнее время ничего не нравилось. Так говорил Драко, причины не верить его словам у Астории не было.

– Я просто…

Легкое движение палочкой – и оторвавшееся от подола кружево вернулось на место, словно ничего не произошло. Миссис Малфой хмыкнула и зашагала по тропинке к дому. По всему было видно: хозяйкой здесь была именно она. Астории же больше всего на свете сейчас хотелось прижаться к матери и заплакать.

Наутро умерла Жюли.

***


После похорон матери Астории было не до газет. Но, когда первые эмоции схлынули, когда все долги были розданы, и Дафна с маленьким Пьером смогли наконец выкупить часть своего имущества, она решила заглянуть в «Ежедневный пророк», чтобы понять – удалось ли им с Драко убедить окружающих в романтических чувствах друг к другу.

На колдографиях молодые мистер и миссис Малфой казались красивой парой. Платье Астории было привезено из Парижа, – белое кружево ручной работы, жемчуг и серебряные нити – оно прекрасно подчеркивало фигуру. Только вот Скитер красотой наряда было не пронять. Она осталась верна себе: не обошла стороной и «поместье, потерявшее свое былое великолепие», и «присутствие на свадьбе гостей лишь со стороны невесты». Астория постаралась не принимать заметку всерьез, прочла через строчку тирады о бессовестных тратах, о «политическом преступнике», который, должно быть, «не имеет понятия, что сын женился».

Четверть страницы занимала фотография хозяйки поместья: бледная Нарцисса Малфой, больше похожая на статую, чем на живого человека. Взгляд серых глаз обращен в толпу, где улыбающийся Драко целует Асторию, тонкие пальцы, затянутые в атласные перчатки, мнут шелковый платок. По бледной щеке скользит слеза…

«Миссис Малфой появилась на свадьбе сына во вдовьей вуали, словно пришла на поминки.

– Так могла вырядиться только сумасшедшая. Праздник, а она в трауре. Говорят, после ареста мужа она принимает странных гостей. Падшая женщина, – поделился с нашим репортером один из присутствующих…»

Читать дальше Астория не стала, отложила газету и какое-то время рассматривала темные стены поместья. Стоило закрыть глаза, и она снова видела этот образ – женщину, в один миг потерявшую всё.

В какой-то момент ей вдруг захотелось объяснить Нарциссе, что она не отнимет Драко, что хочет всё наладить, помочь… Только Астория никак не могла подобрать нужные слова. Было что-то в Нарциссе-из-сада совсем не так. Она явственно отличалась от плачущей женщины с колдографии.

Она потратила почти час на решение головоломки. И в тот самый момент, когда уже отчаялась что-либо понять, ответ нашелся сам.

От Нарциссы в саду пахло алкоголем.

***


После смерти матери Астория сутками сидела у окна в спальне, наблюдая, как по небу ползут тучи. Говорить не хотелось ни с кем, даже с Драко. Да он почти не бывал дома, всё пытался вернуть былые связи, удержать семейный бизнес на плаву. Днем ей было одиноко. Ночами же становилось нестерпимо страшно: казалось, одиночество станет верным спутником на всю жизнь.

Астория повернулась к стене, вздохнула и обвела кончиком пальца узор на обоях. Веки жгло от слез. За неделю жизни в поместье она научилась заглушать подушкой собственные стоны, за месяц – плакать беззвучно. Она стерла слезинку кончиком пальца и оставила на обоях влажный след.

Сегодня Дафна написала, что очень хочет племянника. Астории пришлось отшутиться, что они уже работают над этим. Но слова были слишком далеки от правды.

Рядом, повернувшись к ней спиной, тихо сопел Драко. В последнее время он слишком уставал, об исполнении супружеского долга не могло быть и речи. Но Драко, похоже, было стыдно в этом признаться. Астория не сразу поняла, почему он так много времени проводит в ванной. Как-то вечером он оставил дверь незапертой, и Астория видела, как он сидит, привалившись к стене, и борется со сном, ожидая, когда она наконец уснет. Он боялся, что однажды усталость возьмет свое.

С того вечера Астория ложилась спать раньше и, когда ее муж наконец добирался до кровати, делала вид, что спит.

Она проглотила горькие слезы. Всё наладится, только когда?

Она старалась как могла. Устраивала пикники в саду, приглашала Драко на прогулки по магическому Лондону, но отношения все равно не складывались. Им просто не о чем было говорить. На ее вопросы о жизни и прошлом Драко отвечал мало и неохотно. Он не говорил о своих родителях, она – о своих. Когда-то они вместе учились в Хогвартсе, но Драко был старше, потому общих воспоминаний просто не было. Она никак не могла подобрать подходящую тему для разговора.

Можно было не спешить, дать время себе и Драко, но на нее давили – газетчики, знакомые, а вот теперь и Дафна. Все ждали появления наследника.

Астория всхлипнула и замерла. Вздрогнула, когда теплая ладонь скользнула по спине, –кожа тут же покрылась мурашками. Драко молча поднялся. Заскрипели половицы. Астория старалась дышать спокойно, но щеки горели от стыда.

– Агуаменти. – Послышался плеск воды. Кровать едва заметно промялась под весом Драко. – Я принес воды.

Скрывать было бессмысленно. Он понял. Астории стало неловко. Она села, боясь обернуться, почти на ощупь взяла из его рук стакан и сделала пару глотков. У воды был едва заметный привкус чабреца – незаменимый компонент Успокаивающего зелья.

– В слезах, – выдохнул Драко, – нет ничего дурного. Все иногда плачут.

– Даже жены Малфоев? – прошептала Астория и повернулась к нему.

Внимательный взгляд серых глаз заставил ее сердце замереть.

– Конечно.

– Спи, Драко.

Драко неопределенно мотнул головой. Не только она ощущала неловкость, ему тоже было неуютно в этом доме.

– Я скоро, – он поднялся и вышел из комнаты, оставляя Асторию наедине с собственными мыслями. Он не остался, не обнял. Просто дал ей время, чтобы пожалеть себя. Как только за ним закрылась дверь, Астория повалилась на кровать, отпуская наконец слезы.

***


С Нарциссой она почти не виделась. Та словно обходила ее стороной, иногда Астории казалось, что Нарцисса намеренно аппарирует в другие части дома, как только услышит ее голос или звук шагов.

Астория с трудом представляла, чем живет свекровь. Иногда Нарцисса уходила в сад с раннего утра и гуляла там до позднего вечера, возвращалась продрогшей и с букетом роз. Из дальнего окна гостевой спальни Астория наблюдала, как она ходит кругами по аллеям вокруг поместья, словно никак не может надышаться свежим воздухом.

Но чаще Нарцисса запиралась в комнате наверху и не спускалась в столовую неделями. Домовики носили ей еду, в поместье появлялись странные гости, а Драко становился задумчивым и злым – огрызался, стоило спросить о матери. Он сам общался с ней мало. Поднимался вечерами в ее спальню, проводил там всего пару минут и возвращался. Иногда они ругались так, что в доме дрожали стены, но причин Астория не знала, заглушающие чары действовали безотказно, ощущались лишь всплески магии. В такие дни Драко бывал взвинченным, брал метлу и улетал на пару часов.

Так прошло несколько месяцев, на смену дождливому октябрю пришел ветреный ноябрь, а после декабрь, не по-зимнему слякотный даже для Уилтшира.

До Рождества оставалась пара недель. Астория сидела в кресле, просматривала каталог мадам Малкин, размышляя над подарками. Послышался хлопок аппарации, и каталог выскользнул из ее рук, когда она увидела Драко. На нем лица не было.

– Он умер.

Астория поняла: сегодня Люциуса Малфоя не стало. Она поймала себя на мысли, что следовало обрадоваться, ведь она ждала этого очень долго, но в душе была только пустота. Хватило одного взгляда, чтобы осознать, что Драко ощущает то же самое.

…Она не сразу поняла, что происходит: Драко с силой толкнул ее на диван и принялся срывать одежду, путаясь в пуговицах, в крючках на белье. Она смотрела на него и не узнавала – он казался загнанным в клетку зверьком. А кто-то чужой опускал клетку в воду.

Он пытался заглушить боль, сжигающую его изнутри, заглушить так, как умеет, а Астория молчала. Она не сопротивлялась, не пыталась его остановить. Просто лежала, пока он справлялся с ее одеждой.

Драко непривычно грубо сжал ее грудь, прокусил губу до крови, оставил синяк на шее – и лишь это смогло ее встряхнуть. Она беспорядочно зашарила по дивану в поисках палочки, потом ударила его по спине, пытаясь остановить.

– Драко, не…

Договорить он не позволил. Рывком развернул спиной, спешно подсунул под бедра подушку и резко вошел в нее, даже не пытаясь смягчить боль. Астория вскрикнула, дернулась, пытаясь сбросить его, но тщетно.

Он толкнулся снова, потом еще, судорожно ускоряя движения. Боль заполнила ее целиком.

– Больно… Драко!

Анализировать ситуацию не получалось, страх сковал тело. Где-то в голове билась жуткая мысль: «Убьет».

Потная ладонь накрыла ее губы, сжимая с такой силой, что из глаз брызнули слезы, а во рту появился привкус крови. Беспорядочные и быстрые движения. Казалось, что это никогда не кончится. Астория плакала, давясь и захлебываясь слюной. Драко тоже плакал. Она отчетливо слышала, как он всхлипывает.

Астория попыталась приподняться, чтобы хоть как-то уменьшить боль, Драко дернулся.

– Смотри! Ты видишь ее? Видишь? – локтем он оперся о кровать прямо перед ее лицом.

Глаза застилала пелена слез. Она сдавленно всхлипнула, не понимая, что должна увидеть.

– Змея и череп. Смотри!

Астория не видела ничего, кроме сиреневых вен на покрасневшей коже.

– Лорд умер, метка почти исчезла. Теперь ты понимаешь… Где. Я. Должен был быть? – он выкрикивал слова в такт с толчками. – С ним! Я предал. Отца! Он меня прикрыл. А я струсил!

По ее щекам, по шее потекло что-то влажное. Пот, слезы, кровь – Астория уже ничего не понимала. Драко – Пожиратель смерти? Напугать ее сильнее теперь не могло ничего. Она смирилась с болью и будущим, она была готова ко всему.

По судорожному дыханию и стонам Драко она поняла, что всё скоро кончится, но окружающий мир был словно в тумане. Боли теперь было меньше, внутри рождалось неправильное порочное удовольствие, которое Астория пыталась загнать назад, глубже. Она и так уже была готова сгореть от стыда.

– Тебя трахает Пожиратель смерти! Ты хоть это понимаешь своей… глупой… головкой?

Драко всхлипывал, Астория молчала. Голова кружилась, руки дрожали, желудок выкручивало от отвращения, не к нему, а к самой себе. Тело не слушалось. Она подалась ему навстречу, поднимаясь на колени и шире раздвигая ноги. Несколько резких движений, и его ладонь скользнула на подбородок. Астория всхлипнула, шепча непослушными губами: «Драко». Он дернулся еще раз и кончил. По телу пробежала дрожь, Астории не хватило совсем немного, чтобы провалиться в собственный сладкий ад. Вопреки стыду и обиде, она прижалась к Драко, вскинула голову…

И увидела ее.

Нарцисса Малфой стояла у двери в гостиную.

Сама не понимая, что делает, Астория сжала уже вялый член Драко, двинулась навстречу, пытаясь затолкнуть его в себя. Драко дернулся, впился ногтями в ее бедра и невнятно замычал. Мысли, ужасные, мерзкие, проскользнули по краю сознания: «Ничего не выходит, но хочется, так хочется». Превозмогая стыд, когда даже коленки трясутся от отвращения, она резко скользнула двумя пальцами внутрь. Пара хлюпающих движений, чересчур громких для маленькой комнаты, – и Астория вскрикнула, выгибаясь.

Когда копошение мушек перед глазами прекратилось, Астория замерла. Ощущение собственной никчемности закрутило ее в душный кокон. Ее бросило в жар, потом в холод. Щеки горели, уши тоже, между ног саднило, и, кажется, она ощущала вкус и запах собственной крови, но открыть глаза не решалась. Рядом всхлипывал Драко, прижимаясь ближе и целуя ее спину виновато и нежно, тикали напольные часы, в клетке у окна возилась сова.

– Прости, – прошептал Драко. – Прости меня. Что я наделал?!

Астория набрала в легкие побольше воздуха и открыла глаза. В комнате царил полумрак, огонь из камина посылал желтые блики на стены. Проем двери казался темным порталом. Нарцисса ушла. Если она действительно стояла там.

Теперь Астории оставалось верить, что все случившееся – бред воспаленного рассудка. В любом случае, думать об этом сейчас не хотелось. Впервые за эти месяцы ее сердце стучало размеренно и спокойно. Она разделила боль со своим мужем. Теперь у них было что-то общее.

С трудом поднявшись, она кое-как натянула порванное платье и поплелась наверх, желая поскорее добраться до ванной.

Драко за ней не пошел. И за это она была ему благодарна.

***


Весь следующий день Астория пролежала в постели. Не из-за того, что болело всё тело. Просто не хотелось вновь окунаться в предпохоронный хаос. Одна смерть за другой: мама наверняка увела Люциуса Малфоя за собой, чтобы больше не мешал.

На Драко было больно смотреть, он раскаивался, порывался вызвать колдомедика. Его глаза весь день были красными, а руки дрожали. Она предпочитала не говорить о том, что произошло в гостиной, не задавать лишних вопросов. Ее муж – бывший Пожиратель смерти? Это просто не могло быть правдой. Война закончилась, а ее эхо все еще бродило по этому дому.

Когда к вечеру она наконец нашла силы, чтобы подняться, то осознала: никакого предпохоронного хаоса нет. Драко сидел в кабинете отца и перебирал бумаги. Он обходил это место стороной всё время, пока Астория жила в мэноре, словно боялся быть наказанным за любопытство. Лишь теперь Драко почувствовал себя в поместье полноправным хозяином.

– Ты закончил с организацией похорон отца? – тихонько спросила она, прислонившись к дверному косяку.

– Его похоронят в фамильном склепе.

– Тебя не интересуют детали?

Драко оторвался от просматривания бумаг и поднял голову, глядя на нее смущенно.

– Мама не знает.

Астория заморгала, пытаясь понять, верно ли она расслышала.

– Не знает? Но ты ведь хотел, чтобы она поскорее забыла. Ты говорил, что когда он умрет…

– Я боюсь, – губы Драко дрогнули. – Что, если всё будет еще хуже, чем сейчас?

– Драко, – она вошла в кабинет и опустилась в кресло, стараясь не морщиться от боли. – Может, я смогла бы помочь, но я совсем ничего о ней не знаю. Почему ты избегаешь этого разговора? Есть хорошие лекари. У моего отца был близкий друг, он учился по книгам Парацельса…

– Ты не понимаешь.

Привычная отговорка Асторию не удивила.

– В этом нет ничего дурного. Душевные болезни тоже лечатся, тебе не нужно стыдиться ее… проблемы.

– Проблемы? – Драко взглянул так, будто Астория сказала невероятную пакость.

– Я не…

– Что – «не»? Просто не лезь в это. И позволь мне немного побыть одному.

В сущности, ее выставили за дверь. Ощущение было ни с чем не сравнимое: Драко до сих пор не доверял ей семейных тайн, будто она не жена ему вовсе. Астория вышла, стараясь не хлопнуть при этом дверями.

В мрачном коридоре поместья было тихо. Она прошла мимо портретного зала, свернула рядом с библиотекой и направилась к своей спальне. Из комнаты в дальнем конце холла лился свет. Астория замерла. Обычно запертая дубовая дверь сегодня была приоткрыта, словно кто-то ждал, что она зайдет.

Комната Нарциссы.

Астория поправила халат, пытаясь понять, допустимо ли бродить по дому в таком виде, и для нее ли открыта дверь, а может, Нарциссе просто захотелось пройтись по саду?

Сердце билось где-то в горле.

От воспоминаний о вчерашнем вечере щеки Астории вспыхнули, а тело обдало жаром. Теперь и она постарается избегать встреч со свекровью.

И в тот самый момент, когда Астория собралась развернуться и бежать прочь от этой двери как можно быстрее, ее слух уловил тихий стон. Неприятное предчувствие закопошилось в груди мерзким червем. Вдруг Нарциссе стало плохо, она упала и сейчас без сознания?

Стало не по себе. Собравшись с силами, Астория постучала в дверь. Ответа не последовало. Из комнаты доносилось лишь размеренное тиканье часов.

– Миссис… – она осеклась, вспомнив, что Нарцисса просила не называть ее так, – Нарцисса? Я могу войти?

Тишина.

Астория нерешительно шагнула в комнату и замерла у двери. Внутри в старомодных подсвечниках горели свечи, много свечей. Они оплавились, залили воском стол и трюмо. Огромная кровать под балдахином была расправлена, на полу покоилось шелковое одеяло. У кровати на передвижном столике стояла раскупоренная бутылка с зеленой жидкостью.

Астория подошла ближе. Ее взгляд упал на странную конструкцию: на хрустальном бокале с короткой ножкой – из таких обычно пьют коньяк – лежала ложка со множеством отверстий. Лунки на стенках бокала будто специально были выплавлены, чтобы ложечка не соскользнула. Закопченная деревянная коробка с кусочками сахара, пара шоколадных конфет – не похоже на стандартный чайный набор. Астория взяла в руки ложку и пригляделась: отверстия на ней формировали причудливый образ маленькой феи – существа с резными крылышками и в коротком платье. Такие бывали лишь в сказках.

Астория не сразу заметила небольшой пустой флакон из темно-алого стекла, лежащий на подносе без пробки. Почерк на этикетке был смутно знакомым и, по-видимому, принадлежал одному зельевару из Лютного переулка. Пару месяцев назад она заказывала у него зелье для умирающей матери.

«Лауданум».

Одно слово и больше ничего, ни единого знака, никаких предупреждений или пометок. Такого зелья Астория припомнить не могла. Лекарство или яд?

Сердце забилось быстрее. Она сжала флакон в руках и оглядела комнату. В ванной горел свет. Астория тихонько постучала и заглянула внутрь.

Нарцисса была там.

Она лежала в ванной, безжизненно склонив голову набок. Светлые локоны, собранные в высокую прическу, завились от влаги. Хрупкая, словно балерина, сейчас она казалась не старше самой Астории. Ее возраст выдавали лишь руки… Пугающе худая рука покоилась на бортике ванной. Из-под бледной кожи проступали иссиня-черные вены. Вот почему Нарциссу Малфой давно уже никто не видел без перчаток.

Астория вошла неспешно, потому что никак не могла понять – стоит ли еще торопиться или она опоздала?

Молочно-белая кожа, едва различимые родинки на плечах, ареолы сосков, пышная грудь у самой границы воды – розовой, словно разбавленная акварель. Темно-алые тяжи крови…

Сердце подскочило к горлу и рухнуло вниз. Асторию затошнило, и в этот самый момент тонкие пальцы миссис Малфой чуть дрогнули и сжались.

Что-то внутри будто щелкнуло, включая, наконец, верную реакцию.

– Нарцисса! – Астория схватила ее за плечи и тряхнула. Вода в ванной качнулась, осыпая халат брызгами. – Нарцисса! Пикси, нужен лекарь, сро…

Договорить она не успела. Тонкая ладонь взметнулась вверх, словно вспугнутая птица, и накрыла ее губы. Привкус каких-то трав на языке нельзя было сравнить с горьким вкусом пота Драко. Это единственное, что она успела ощутить.

– Молчи, – выдохнула Нарцисса и открыла глаза. Астория отшатнулась и, поскользнувшись на мраморном полу, едва удержалась на ногах. Глаза Нарциссы казались черными из-за слишком больших зрачков.

– Mon Dieu, (2) – прошептала Астория, стирая с лица капли воды.

– Ты что, веришь в него?

Астория молчала. Судорожное дыхание разрывало грудную клетку изнутри.

– Вы… живы?

Нарцисса криво ухмыльнулась и прислонилась к спинке ванной, потянувшись словно кошка. Обнаженная грудь качнулась.

– А ты надеялась?..

– Я испугалась, – призналась Астория, не двигаясь с места. Было что-то еще, но признаться в этом даже самой себе казалось слишком постыдным.

– Как ты здесь оказалась?

– Дверь была открыта, я постучала, но никто… Я подумала, что вам нехорошо, – попыталась оправдаться она.

– И?

– И… у вас кровь, – она скосила взгляд на воду и сглотнула. – Я хотела вызвать лекаря…

Нарцисса взглянула на воду и рассмеялась неестественно звонко.

– Да… А ты думала, что я для этого слишком стара? Пожалуй, я даже могла бы родить, да вот не от кого.

Асторию бросило в жар, она явственно ощутила, как от стыда горят щеки. Она вылетела за дверь, пытаясь отдышаться, ее душили слезы. От отвращения ко всей этой ситуации, от собственной реакции, от слов Нарциссы и оттого, что сердце никак не могло успокоиться, а между ног было предательски мокро.

– Ненавижу. Скорее бы и ты сдохла, – бормотала Астория, шагая к своей комнате. Ей до сих пор чудился этот звенящий искусственный смех.

***


В день похорон Люциуса лил дождь. Осталось два дня до Рождества, а на улице был самый настоящий сентябрь. Драко уехал на похороны один, Астория не рвалась на кладбище, а он и не попросил. Она всё еще ощущала себя лишней.

Магический тест на беременность снова показывал отрицательный результат, хоть колдомедики и твердили в один голос, что у нее все прекрасно, шансы забеременеть высокие, и никакие зелья для этого не нужны. Теперь ее жизнь превращалась в бесконечную череду имитаций. Приходилось делать вид, что Малфой-старший еще жив, что семья готовится отметить Рождество и даже купить подарки – всё это днем, а вечером – изображать спящую, если Драко возвращается слишком поздно, или имитировать оргазм в его объятиях. За пару дней Драко превратился в унылую копию самого себя, слишком далекую от образа самого красивого мальчика Хогвартса.

А ей было чудовищно скучно.

…Провалявшись полдня в постели, Астория все же решила нарядить елку. Драко обещал рассказать матери правду, но после праздников. Не хотел, чтобы Рождество ассоциировалось у нее со смертью Люциуса.

Домовики установили ель посреди большой гостиной, и Астория принялась развешивать игрушки. Серебристые и голубые шары парили в воздухе, повинуясь движениям палочки, а сама Астория витала в воспоминаниях. Когда-то они наряжали ёлку с отцом, сестрой и братом. Это были лучшие времена…

– Красивая.

Астория вздрогнула и обернулась, заметив в дверном проеме Нарциссу.

– Я подумала, что это будет уместно.

– Где Драко?

– Он… – она попыталась подобрать подходящее слово, – отправился по делам. Я не знаю куда.

– Скажи правду.

– Это и есть правда. – Очередной шар повис на ветке и теперь слегка покачивался. Нарцисса, очевидно, что-то чувствовала.

– Когда праздник? – она стояла неподвижно, завернувшись в длинный серый палантин, и казалась невозможно хрупкой, как фарфоровая кукла. И сейчас руки этот образ не портили. Затянутые в серый атлас пальцы сжимали маленький флакон с алой этикеткой.

Тот самый Лауданум.

Астория сглотнула:

– Через два дня, миссис Ма…

– Нарцисса, – фыркнула она. – Ты не служанка, чтобы называть меня так. Удивительно, что ты не можешь запомнить простейших вещей.

– А вы не знаете, сколько дней осталось до Рождества. Это Лауданум на вас так влияет? – выпалила Астория. Неосторожное движение рукой, и голубой шар разлетелся на осколки.

Нарцисса взглянула на флакон в своей руке, будто он оказался там только что.

– Осуждаешь меня?

– За что? За пагубное пристрастие к зелью? Или к алкоголю? – внутри Астории полыхал пожар. Она лишь теперь осознала, насколько устала от молчания, от соответствия правилам, от постоянной потребности быть кому-то нужной. Пора было поставить в этой истории точку, и если уж Драко не готов говорить, то она всё может узнать сама.

– Зелье? Считаешь, что это зелье?

– Такие варят в Лютном переулке. Я покупала что-то подобное для матери, когда та была очень больна.

– Уверена, что твоя мать не была наркоманкой, – выплюнула Нарцисса.

От этого слова у Астории закружилась голова.

– Я просто хочу помочь.

– Помочь?– Нарцисса шагнула вперед и вцепилась в палочку Астории так, словно та угрожала ей. Отвела кончик в сторону и посмотрела в глаза. Теперь зрачки Нарциссы казались совершенно нормальными. От нее пахло травами и чем-то еще, сладким и неуловимо знакомым. Точно так же пахло от Драко. – Хочешь узнать, что такое Лауданум?

Астория молчала. Узнавать она не хотела, но что-то в глубине этих глаз настораживало. Будто за простым вопросом крылась мольба о помощи, и она сдалась.

– Хочешь?

Напольные часы тикали в такт рваному ритму ее сердца. Где-то вдалеке шептались эльфы. Три часа дня. Сейчас гроб с мистером Малфоем помещают в семейный склеп, а Нарцисса здесь, спрашивает, желает ли Астория попробовать что-то… без сомнения опасное. Она должна рыдать там, а не стоять здесь, сжимая в руке пустой флакон из-под Лауданума.

– Да.

– Тогда идем со мной. Его уже привезли.

Нарцисса шагнула к выходу, открыла дверь и замерла. У порога стоял мужчина в черной мантии. В его руках была маленькая деревянная коробка.

– Благодарю вас, – мешочек с галлеонами перекочевал в карман мантии. Незнакомец поклонился и исчез.

– Пикси! Живо неси абсент. У нас сегодня праздник.

Старый домовик пристыжено пискнул и исчез.

Астория нервно сглотнула и послушно зашагала за свекровью наверх, в ее комнату.

– Оно убивает вас…

– Я знаю, – Нарцисса присела на край кровати, подвигая столик поближе и разглядывая зеленую жидкость в бутылке. – Говорят, на дне бутылки с абсентом прячется фея.

– Наверное, так говорят магглы.

– Ошибаешься, – Нарцисса лукаво улыбнулась и изящным движением пальцев заставила кусочек сахара опуститься в ложку.

– Что такое Лауданум?

– Опиум. Настойка из опиума.

Астория нахмурилась, смысл этого слова был ей знаком. Когда-то отец рассказывал ей о старой Англии. Об «Опийной норе», где сгинули многие талантливые маги. «Место, врачующее души и разрушающее тела». Отец вообще рассказывал множество историй, сказок он не знал. Лишь теперь Астория поняла, что они не были вымышленными. И то, что она делает, определенно не сможет помочь Нарциссе, ей уже вряд ли что-либо поможет.

– Не нужно принимать это. Что вы делаете? – прошептала она почти в панике. – Вы же еще молоды, всё можно изменить.

Нарцисса прислонилась к спинке кровати и посмотрела на Асторию с неподдельным интересом. Так матери смотрят на детей, выучивших длинное стихотворение.

– Драко говорит то же самое. Но он не поймет, а ты сможешь понять. Только ты знаешь, что значит быть женой Малфоя.

– Я счастлива.

– Значит, когда он имел тебя на диване, ты тоже была счастлива? – взгляд серых глаз прожигал насквозь, и Астория отвернулась, готовая умереть от стыда прямо здесь.

– Миссис Малфой…

– Нарцисса! – она открыла флакон с Лауданумом, наклонила его – несколько капель упали на сахар. – Меня не интересует, чем вы занимаетесь и как. Но тебе здесь скучно. В четырех стенах можно сойти с ума. Когда-то я искала для себя подходящее дело. Развела розы, целый сад роз, потом приказала домовикам выкопать пруд. Но и этого было мало… Тогда я стала посещать тайные собрания вместе с мужем. Ты догадываешься, о чем я.

Астория сглотнула.

– Скука может заставить нас совершить слишком много ошибок. Например, завести любовника. Или любовницу. Но это ненадолго, – она открыла бутылку с абсентом. Напиток полился в стакан, сахар окрасился в насыщенно-зеленый цвет. – Я многое могу натворить со скуки, Тори… Просто иногда так хочется тепла, – она подалась вперед, взмахом палочки поджигая кусок сахара.

– Вот, значит, как вы теперь справляетесь со скукой?! – Астория не двинулась с места. Она смотрела на пламя, заставляющее сахар плавиться, чернеть и стекать на дно бокала.

– Ты не слушала меня, – Нарцисса выдохнула. Ее дыхание опалило щеку Астории, и она замерла. – Выпей, и, может, тогда всё поймешь.

Взмах палочки, и пламя погасло. Нарцисса протянула Астории бокал.

– Выпей до дна.

– Но я…

– От одного раза ничего не будет, – Нарцисса обняла ее за талию и прижала к себе, словно мать, пытающаяся напоить лекарством больного ребенка.

Астории стало нехорошо. От бокала веяло теплом, от Нарциссы пахло травами.

– Нарцисса, – почти пискнула Астория, когда тонкая рука в атласной перчатке переместилась на шею и осторожно сжала, заставляя запрокинуть голову.

– Выпей, и мы узнаем, как выглядит твоя фея.

Астория сделала глоток обжигающего напитка, закашлялась. Затем глотнула еще и еще. Внутри будто разгоралось пламя, щеки запылали, дышать стало тяжело. Нарцисса улыбалась и поглаживала ее по волосам, баюкая.

Глаза в глаза…

Астория зажмурилась и вновь встретила ее взгляд. Нарцисса всё смотрела, смотрела, словно надеясь поймать тот самый момент, когда к Астории придет ее фея.

И фея пришла.

***


…Изгибающееся в бессильной мольбе тело, жаждущее ласки и совершенно чужое, будто принадлежащее не ей.

Скомканные простыни, белый матрас в пятнах от абсента.

Бедра к бедрам, трепетное скольжение и толчки, боль от укусов куда-то в шею и дурманящий запах полыни.

Бледная Нарцисса сбросила свои нелепые перчатки и трется, словно кошка, о ее ногу. Её влажный след – самое похабное, что только видела Астория в своей жизни.

Сдавленные стоны, просьбы, поцелуи со вкусом абсента. Рука в руке и шепот:

– Ты – моя падающая звезда… Но вместо того, чтобы загадать желание, я падаю вместе с тобой.

– Я слышала тебя, я знаю, чего ты хочешь. И исполню желание. Падай, падай, не бойся… Это так приятно.

– Нарцисса… Mon Dieu, ma fée…(3) Я запуталась. Уже не понимаю, что можно, что нельзя… Не бросай меня.

Горечь полыни на губах смешана со сладостью сахара.

– Не слушай никого, Тори. Женам Малфоев можно всё. Нельзя только лгать. Скажи то, что мне неизвестно, и фея останется с тобой до утра.

Скажискажискажискажи…

Шорохи и вздохи. Кожа полыхает, как горящий в ложке сахар.

– Он умер… вчера, – тихий стон вырывается из горла Астории словно сам по себе, когда она проваливается в горячий эфир, падает на подушку и судорожно дышит. Только проснуться уже не может. Или не может уснуть…


***

Нарцисса склонилась над растрепанной Асторией и заботливо укрыла ее одеялом.

Несколько капель из алого флакона в изумрудный абсент.

Десять капель, чтобы просто уснуть.

Пятнадцать капель, чтобы спать долго.

Сто – чтобы уснуть навсегда.

***

Драко не задавал вопросов. Он просто взял ее, плачущую, на руки и унес в спальню. Долго утешал, прижимая к себе. Астории все казалось неправильным. Она никак не могла успокоиться, пытаясь понять – винить себя, винить ее или попытаться забыть. Как жить? Ради чего? И как поступить правильно?

Драко так ни о чем и не спросил. Сочельник Астория провела в постели, а Драко на кладбище.

Утром снова шел дождь. Астория проснулась очень рано и, приподнявшись, долго наблюдала, как ветер носит по небу серые тучи. Драко сидел в кресле со стаканом молока и смотрел в окно. В эту минуту пришло осознание, что теперь они остались только вдвоем.

Астория поднялась и, накинув халат, подошла. Пригладила его взлохмаченные волосы – он больше не был сказочным принцем. Теперь Драко стал королем, а она была его королевой.

– Снова дождь. Льет всё утро.

– Драко, знаешь…

– Я пытался, – он поднял голову и взглянул на нее, – я отнимал у нее опиум, запрещал домовикам таскать ей алкоголь, но она все равно их заставляла. А я злился. Был уверен, что всё это назло, что она сдалась, опустила руки. Привыкла к уважению и роскоши, и в один день всё потеряла. Но вчера я нашел в спальне это, – он вздохнул и протянул ей сложенный вдвое листок с витиеватой надписью «Для миссис Малфой».

Астория удивленно взглянула на Драко.

– Я так ошибался. Она сдалась, потому что потеряла больше, чем власть и статус. Больше, чем могла выдержать.

Астория развернула пергамент и вгляделась в темные чернила.

«На дне стакана с абсентом нет феи. Но там есть Люциус».

Драко мягко притянул ее к себе и усадил на колени. Асторию била крупная дрожь.

– Нарцисса просто хотела узнать правду. Она что-то подозревала, и, кажется, я…

Драко коснулся ее губ кончиком пальца и покачал головой. Слова были не нужны. В комнате было тепло и тихо. Острые капли дождя стучали по подоконнику, просясь, чтобы их впустили в дом.

Мама любила рассказывать Астории сказки, но никогда не упоминала лишь об одном: когда в финале умирает фея, небо плачет.

___________
Примечания автора:

1 Aide-nous, seigneur (пер. франц) – помоги нам, боже!
2 Mon Dieu (пер. франц) – мой боже, о боже
3 Мa fée (пер. франц) – моя фея
...на главную...


ноябрь 2019  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

октябрь 2019  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

...календарь 2004-2019...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2019.11.17 21:35:03
Работа для ведьмы из хорошей семьи [0] (Гарри Поттер)


2019.11.16 23:22:58
Змееносцы [11] (Гарри Поттер)


2019.11.12 13:35:08
Дамбигуд & Волдигуд [0] (Гарри Поттер)


2019.11.10 08:05:26
Список [8] ()


2019.10.31 15:09:33
Солнце над пропастью [107] (Гарри Поттер)


2019.10.30 18:08:31
Страсти по Арке [9] (Гарри Поттер)


2019.10.28 13:36:46
Драбблы (Динокас и не только) [1] (Сверхъестественное)


2019.10.24 00:56:13
Правила ухода за подростками-магами [19] (Гарри Поттер)


2019.10.21 15:49:12
Бессмертные [2] ()


2019.10.15 18:42:58
Сыграй Цисси для меня [1] ()


2019.10.11 09:05:17
Ходячая тайна [0] (Гарри Поттер)


2019.10.10 22:06:02
Prized [4] ()


2019.10.09 01:44:56
Драбблы по Отблескам Этерны [4] (Отблески Этерны)


2019.10.06 19:23:44
Я только учу(сь)... Часть 1 [57] (Гарри Поттер)


2019.09.15 23:26:51
По ту сторону магии. Сила любви [2] (Гарри Поттер)


2019.09.13 12:34:52
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2019.09.08 17:05:17
The curse of Dracula-2: the incident in London... [26] (Ван Хельсинг)


2019.09.06 08:44:11
Добрый и щедрый человек [3] (Гарри Поттер)


2019.09.01 18:27:16
Тот самый Малфой с Гриффиндора [0] (Гарри Поттер)


2019.08.25 22:07:15
Двое: я и моя тень [4] (Гарри Поттер)


2019.08.24 15:05:41
Отвергнутый рай [19] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2019.08.13 20:35:28
Время года – это я [4] (Оригинальные произведения)


2019.08.09 18:22:20
Мой арт... [4] (Ван Хельсинг, Гарри Поттер, Лабиринт, Мастер и Маргарита, Суини Тодд, Демон-парикмахер с Флит-стрит)


2019.08.05 22:56:06
Pity sugar [5] (Гарри Поттер)


2019.07.29 11:36:55
Расплата [7] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2019, by KAGERO ©.