Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

На обратной стороне “Декларации о статусе гоблинов” тайная организация гоблинов-подрывников оставила карту Волшебного банка, прочитать которую можно только в очках Гарри Поттера…
Смотрите на видео - “Сокровище Гринготса”!

Список фандомов

Гарри Поттер[18449]
Оригинальные произведения[1226]
Шерлок Холмс[713]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![182]
Белый крест[177]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[175]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[132]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[106]
Темный дворецкий[102]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[3]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12622 авторов
- 26917 фиков
- 8571 анекдотов
- 17641 перлов
- 656 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Все о моем отце

Автор/-ы, переводчик/-и: Alex Shuiskiy
Бета:нет
Рейтинг:PG-13
Размер:мини
Пейринг:CC/Эйлин Принц; СС/ЛЭ
Жанр:AU, Angst, Drama, Fluff, POV, Romance
Отказ:отказываюсь
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:Что мы знаем о Тобиасе Снейпе из канона? Почти ничего. Так, может, его и вовсе не было? Очередная попытка откомфортить Снейпа, дав ему все, что он хочет, и оставив в живых.
Комментарии:
Каталог:AU, Книги 1-7, Хроноворот, Альтернативные концовки
Предупреждения:инцест, флафф, AU
Статус:Закончен
Выложен:2013.02.25
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [4]
 фик был просмотрен 1137 раз(-a)



В покоях директора Хогвартса горит камин. Я переехал сюда сразу после назначения, еще осенью, но никак не могу привыкнуть называть их своими. Даже мысленно. Все здесь напоминает мне о Дамблдоре. Сижу и смотрю на огонь. Это успокаивает. Своеобразная медитация.

- Все будет хорошо, мой мальчик.

Я не оборачиваюсь. Портрет никогда не сможет заменить мне самого Дамблдора. Старику бы я поверил.

Сегодня ночь битвы за Хогвартс. Темный Лорд собирает войска где-то в Запретном лесу. Я не тороплюсь являться ему на глаза. Прямого вызова пока не поступало, но скоро мне придется игнорировать и его. Я должен найти Поттера, чтобы передать ему информацию. Если я не ошибся, Поттер должен скоро появиться в замке. Я об этом узнаю. Хогвартс на моей стороне, и он даст мне знать.

- Профессор, можно мне войти?

Я разрешаю. Она входит. На подносе кофейник, чашки, бисквиты.

- Решила заменить эльфа?

Эйлин улыбается. Ей удивительно идет улыбка, делая некрасивое, вытянутое, как у лошади, лицо, сияющим. У нас с ней странная дружба. Кто бы сказал мне раньше, я б не поверил, что так бывает. Девочка влюблена в меня настолько сильно, что это видно даже слепому. Профессора полагают, что я с ней сплю, но выкрикнуть обвинения мне в лицо решилась лишь Минерва МакГоннагал. Я посоветовал ей обратиться с протестом в официальные инстанции, как положено, через Министерство Магии. Судя по отсутствию реакции со стороны Министерства и тому, что на Минерву еще не поступило приказа об отстранении от должности, даже до гриффиндорки дошла вся бессмысленность предложенного.

Я чертовски устал. День за днем я прохожу мимо людей, глаза которых вспыхивают ненавистью, а руки невольно сжимаются в кулаки при виде меня. Если б они могли, они бы разорвали меня на клочки заживо и наслаждались, купаясь в моей крови. Я уже автоматически накладываю на себя щиты, проходя мимо горгулий. Во вступительной речи в начале года я сообщил, что новые декреты Министерства Магии приравнивают преподавателей Хогвартса к служащим Министерства, имеющим те же права и привилегии, что и последние.

- Нападение на сотрудника Министерства карается смертью. К тому же, это абсолютно бесполезно, потому что мы постоянно носим щиты.

Насчет «постоянно» я приврал. Никаких сил не хватит на то, чтобы держать щиты 24 часа в сутки. Мне было нужно, чтобы дети поверили в бесполезность и опасность попыток напасть на меня или Кэрроу. Но самой доверчивой оказалась Минерва.

- Трус, - прошептала она уголком губ, проходя мимо меня. Дети же, напротив, еще долго пытались проклясть меня разными способами, и мне приходилось прилагать массу усилий, чтобы не замечать их попыток.

Меня недолюбливают даже среди своих, на Слизерине. Вопреки досужему мнению, не все слизеринцы являются приверженцами политики Темного Лорда. Но знаете что страшней ненависти в детском взоре? Фанатизм! Я не могу привыкнуть. Что-то во мне тихо подвывает от ужаса каждый раз, когда я вижу, что мной восхищаются, как героем, потому что я убил Дамблдора. Человека, которого я хорошо знал. Хитреца и манипулятора, гениально умевшего замалчивать правду. Несгибаемого лидера. Бойца за идеалы с жестоким сердцем и добрым лицом. Единственного, который знал обо мне все, и, тем не менее, верил мне. Верил в меня. Человека, настолько умного, что он мог себе позволить никогда и никому не лгать. Моего настоящего друга. Человека, которого я любил.

Эйлин стала моим отдохновением. Уютным прибежищем в штормовом море. Естественно, я знал ее давно. Обратил на нее внимание еще в день ее зачисления в Хогвартс. Не мог не обратить. Это было в год поступления в Хогвартс Гарри Поттера. Я смотрел, как Гарри Поттер шел к гриффиндорскому столу, когда услышал озвученное голосом Минервы:

- Принц, Эйлин.

Худенькая, голенастая, страшненькая… Она напоминала мне мать не только дурацким совпадением имен. Ребенка распределили ко мне. По окончании праздничного банкета я пошел выяснять степень нашего родства. Мое общение с Принцами исчерпывалось давним детским воспоминанием.

Мы с матерью, сколько я себя помню, всегда жили на грани нищеты. Отца у меня не было. Все, что я о нем знаю - это имя и то, что он был магглом. Мать любила его до безумия, оставила ради него мир волшебников, переехав в нищую халупу на Спиннерз Энд. Но он умер, бросив ее с ребенком в гадюшнике и без единого пенни в кармане. В детстве я его ненавидел. Однажды я так и сказал матери, на что получил ответ:

- Он был самым храбрым человеком, из всех, кого я когда-либо знала. Как ты можешь ненавидеть того, кого ты даже не знаешь?

Я мог бы многое ей сказать, но, наверное, суть моих претензий можно было свести к одному. Я ненавидел его за то, что его любила она. Настолько сильно, что места для любви к кому-то еще просто не было. Включая меня. Я страшно ревновал ее, но поделать ничего не мог. Она заботилась обо мне, как могла, но сердце ее было уже занято. Все мое детство я старался заработать любовь матери, а потом мне стало все равно. У меня появилась Лили.

После моего отца у матери больше не было мужчин. Лишь раз в нашем убогом жилище появился человек с неприятным лицом. Они с матерью долго разговаривали на повышенных тонах, потом она привела меня. Помню еще, как этот человек тыкал в меня пальцем и вопил:

- Это он? Не верю. Ни единому слову не верю!

Потом они долго орали друг на друга. Наконец, мужчина ушел, сказав матери напоследок:

- Если вы еще раз потревожите меня, или кого-то еще из Принцев своими бредовыми идеями, я вас в порошок сотру. Вам все понятно?

Больше я никогда о Принцах не слышал. Когда я стал постарше, мать просто отказалась о них говорить.

- Забудь о самом их существовании, Северус. Ты – Снейп. Носи имя своего отца с гордостью.

Я не испытывал особого желания возобновлять общение с отказавшимися от матери родственниками, но все же хотел выяснить степень нашего родства. Не выяснил. Эйлин Принц ничего не знала о существовании еще одной Эйлин Принц. Мне пришлось с этим смириться.

Когда девочка умудрилась влюбиться в меня, я не знаю. Знаю лишь, что это произошло где-то на последних курсах. Я не мог понять, что она во мне нашла. Я никак не выделял ее из ряда других учениц на Слизерине. Сначала меня раздражал полный щенячьего восторга взгляд. Потом я научился не обращать на нее внимания. Даже использовал девочку для выполнения неприятных поручений, от которых могли отказаться другие слизеринцы. Дамблдор все видел, но лишь посмеивался надо мной:

- Становишься манипулятором, Северус?

- С кем поведешься…, - огрызался я.

На последнем курсе, в обстановке всеобщей ненависти, мне было приятно сознание того, что хотя бы один человек в целом замке видит во мне не только карающую длань Темного Лорда. Наше сближение было постепенным, незаметным даже для меня самого. Сначала я привык, говоря с залом, находить среди моря ненавидящих взоров один, который горел диаметрально противоположными чувствами. Потом она впервые осталась у меня вечером. Был трудный день. У меня страшно болела голова, но принять обезболивающее я уже не мог. Оно вступило бы в реакцию с гораздо более нужным мне сейчас успокоительным, и я бы мог уснуть навечно. В дверь постучали. Кому-то из коллег понадобилась моя подпись на документе, и они прислали его через девочку. Обычная среди них практика избегания общения со мной в последнее время: подловить кого-нибудь из моих слизеринцев и передать через них. Поморщившись, я подписал пергамент.

- Голова болит? – спросила меня Эйлин. – Позвольте мне, сэр. Я умею.

Она обошла стол, зашла мне за спину и, встав за креслом, дотронулась пальцами до моих висков. Почему я позволил ей? Не знаю. Наверное, мне было просто все равно. Меня не волновало, что у меня жутко грязные, сальные волосы. Я принимал душ и мыл голову не чаще раза в неделю. Будучи подростком, я депилировал все корни волос на лице, потому что мне лень было бриться каждый день. Если б я этого не сделал, полагаю, носил бы сейчас бороду, длинней Дамблдоровой. В детстве меня никто не учил основам личной гигиены. Если б Лили однажды не отшатнулась от меня, прямо сказав, что от меня воняет и мне нужно помыться, я бы, наверное, так до самой школы и не научился хотя бы минимально ухаживать за собой. Матери было все равно. Она уже тогда начала прикладываться к бутылке.

Тонкие прохладные пальчики приносили успокоение. Рваная пульсация в висках сменилась терпимой нудной болью. Я не заметил, как уснул. Она меня разбудила.

- Сэр, давайте перейдем в постель. - Эйлин сообразила, что сказала. Раскраснелась. – В смысле… Я имею в виду… Вам же неудобно будет тут. Я только усыплю вас снова и уйду.

Я долго смотрел на нее, вгоняя девочку во все более глубокое смущение. Не специально. Просто отдыхал. От боли. И думал, что отдал бы все на свете, чтобы на меня так посмотрела Лили. Хоть раз.

- Помой руки перед уходом, - сказал я и показал, как из спальни попасть в ванную комнату.

Вот так все и началось. Она делала мне массаж головы и уходила, когда я засыпал. А я стал чаще мыть голову. Ради нее. Иногда, если мне было особенно одиноко, я вызывал ее просто так. И мы молча сидели за чаем и книгами в одном помещении. Мне кажется, она знала или догадывалась о моей преданности Дамблдору. Сложно не догадаться, когда отвратительно дружелюбный портрет даже не пытается конспирироваться.

- Тебе сейчас нужен кто-то вроде нее. Она никогда тебя не предаст, – серьезно объяснил очевидное Дамблдор.

Однажды, могу поклясться, балансируя на грани сна под мягкое, щадящее поглаживание висков, я услышал, как Эйлин прошептала:

- Бедный ты мой, бедный… Как же ты справляешься?

Я предпочел сделать вид, что уже сплю и ничего не слышу, как, впрочем, не заметил и последовавшего невесомого поцелуя.

Я не звал Эйлин сегодня. Она пришла сама. Почувствовала что-то в атмосфере замка. Я не стал ее прогонять. Мы пили чай с бисквитами. Чары Хогвартса вели себя спокойно. По моим предположениям еще несколько часов у меня было. Что будет потом, я мог лишь гадать. Но практически при любом варианте развития событий, мы с Поттером эту ночь не переживем. Если Поттер убьет Темного Лорда, я убью Поттера, уничтожая последний хоркрукс. Потом убьют меня. Если получится наоборот, умру при попытке убить Темного Лорда. Если я каким-то чудом справлюсь с задачей, меня тоже убьют. Эйлин еще не знает, что пьет чай с мертвецом. Или знает? Судя по тому, какой соленой могла стать жидкость в ее чашке, по меньшей мере, догадывается.

- Сэр, у меня есть хроноворот. Я хочу отдать его Вам. Вдруг он Вам поможет…

В моих руках горячий чай, но руки мои холодны как лед. Я смотрю в родные глаза, полные слез и надежды, на дрожащие губы… В голове у меня полная каша. Я пытаюсь разложить по полочкам все, что мне известно, все, что я знаю – и все равно не могу уложить на место одного. Как я мог?!

- Что с Вами, сэр? Вам плохо? – Эйлин дотрагивается до моей руки. Я отшатываюсь, роняя чашку на пол. Мы оба смотрим на осколки.

- Это к счастью, - произносит знакомый голос.

Молниеносно я разворачиваюсь к портрету.

- Ты знал?! – начинающаяся истерика в собственном голосе пугает меня самого. Дамблдор действительно знает обо мне все. Ведь он в свое время заглянул в каждый уголок моей памяти, выискивая мотивы и объяснения поступков, пытаясь понять, стоит ли такая сволочь, как я, его доверия.

Тем временем, мой мозг ставит на место отдельные кусочки мозаики. Почти независимо от меня. Хроновороты не изучены до конца. Даже если произойдет полная эвакуация замка, Эйлин останется, чтобы быть ближе ко мне. Во время битвы магическое поле Хогвартса наверняка будет нестабильно. Если станет слишком опасно, девочка воспользуется хроноворотом. И я знаю, куда ее занесет после этого. Кем был несчастный, неудачно подвернувшийся под руку маггл Тобиас Снейп, как она заморочила ему голову, чтобы выжить, и куда его потом дела, чтобы остаться одной, я никогда не узнаю. Что я знаю точно, мы, Снейпы, любим лишь раз. На всю жизнь. Это наше проклятие! Что опять возвращает меня к тому же вопросу, с которого все началось. Как я мог?!

- Как же ты мне напоминаешь его! – сказала она мне однажды, когда я тащил ее безвольную пьяную тушу наверх по лестнице. Но могу поклясться: моя мать не знала. После моего отъезда в Хогвартс, мы виделись только на каникулах. Она много пила и почти не выходила из своей комнаты. Ей было все равно, что бы я ни делал. Правда, однажды она взбеленилась. Это было в тот день, когда она случайно увидела метку у меня на предплечье.

- Сволочь! Ты понимаешь, что ты наделал? – орала она, брызжа слюной мне в лицо. – Твой отец в гробу бы перевернулся, если б узнал!

Я не смог тогда отделаться от нее. Она ходила за мной по дому и вопила еще что-то про «позор своего отца», «недоумка» и прочее, пока я не хлопнул дверью прямо у нее перед носом. Остаток лета пришлось доживать в Хогвартсе.

Я знаю точно, когда моя мать поняла. В день, когда покончила самоубийством. Теперь можно не сомневаться. Это было самоубийство в чистом виде. Я был страшно разбит после смерти Лили, и мне на все вокруг было наплевать. Я заехал на Спиннерс-Энд, чтобы забрать свои вещи и сообщить, что Дамблдор взял меня преподавать зельеварение в Хогвартсе. Мы с матерью давно не общались. Это было бесполезно. Все равно почти каждая наша встреча заканчивалась крупной ссорой. Я даже боялся, что могу как-нибудь не сдержаться и ударить ее. Каждый жил своей жизнью, и оба, по своему, катились вниз. Она тогда страшно побледнела. Словно увидела привидение. Потом дошла до меня и уставилась так, будто видит меня в первый раз.

- Что?! – спросил я, раздражаясь.

Она протянула грязную руку и погладила меня по щеке. Я брезгливо отшатнулся.

- Я навсегда потеряла тебя, да? – спросила меня мать. Она плакала. В лице была такая мука, что даже в том состоянии, в котором я тогда был, в сердце у меня что-то дрогнуло. В нашей жизни было много разного дерьма, но за все годы, что я знал ее, я никогда не видел мать плачущей. Я ее обнял. Мне было страшно неловко. От нее воняло кислятиной. Руки, которыми она вцепилась в меня, дрожали. Я невольно вспомнил тогда, как же мне хотелось в детстве, когда я был совсем маленьким, чтобы она обняла меня, поцеловала, подержала на коленях, сделала хоть что-то, что, как я видел, другие матери свободно проделывают со своими детьми. Как я хотел, чтобы она меня любила! Но все, что я получал от нее, – это просьбу оставить ее в покое, пойти поиграть с кем-нибудь, а то и шлепок, если слишком сильно надоедал. Если мать была не на работе, то часами сидела на кровати, уставившись в пустоту и не обращая на меня никакого внимания. Тогда она еще не пила, но это все равно ничего не меняло. Она меня не любила. А теперь я стал ей нужен. Я высвободился из ее объятий, быстро собрал немногие оставшиеся у меня сокровища, связанные с Лили, и ушел. Больше я ее не видел.

Через неделю со мной связалась маггловская полиция. Смерть наступила в результате алкогольного отравления. Труп уже некоторое время пролежал в запертой комнате и начал разлагаться. Полицию вызвали соседи.

- Она выпила столько виски, что если бы ее подожгли, она бы загорелась, - сказал констебль.

На похоронах я чувствовал что-то сродни облегчению.

- Ты знал?! – снова спросил я Дамблдора.

- Догадывался, - ответил он.

- Я этого не сделаю! – сказал я. – Ни за что!

Я чувствовал, что еще немного, и я потеряю контроль над собой. Только этого мне не хватало! Мир и так находился на грани гибели, а теперь еще и это. Я пытался высчитать варианты развития событий в мире, где бы я никогда не рождался, и не мог ничего сообразить. Паника захлестывала меня волнами.

- Ш-ш-ш…, - Эйлин подошла ко мне сзади и обняла. Я был так растерян, что позволил ей это. – Никогда не видела тебя напуганным. Я думала, ты вообще ничего не боишься. Твой страх как-то связан со мной и хроноворотом.

Она не спрашивала, - утверждала, и впервые говорила со мной на «ты» в лицо. Словно почувствовала, что теперь – можно. Эйлин вообще была чуткой во всем, что касалось меня, угадывала мое настроение и состояние так, словно владела легилименцией.

- Расскажи, - попросила она шепотом.

- Не могу, - так же тихо отозвался я.

- Должен, - сказал портрет Дамблдора. - Я посчитал вероятности за тебя. Будет лучше, если ты не будешь убирать с доски одну из ведущих фигур. Вероятность энтропии слишком велика. Измени только один фактор. Расскажи ей. Объясни. Даже если ты в это уже не веришь, любовь способна на все. Она меняет мир. Только умея отдавать любовь, можно получить ее обратно. Расскажи ей, как важно для тебя было в детстве, чтобы мать любила тебя. Как сильно хотел ты этого! Расскажи ей все.

Времени на принятие решений оставалось все меньше, - и я доверился суждению Дамблдора. Портрета Дамблдора, если быть точнее. Я все рассказал Эйлин. Я пытался быть бесстрастным, говорить ровно, но было трудно. Эйлин все время плакала. Ее не столько поразил мой рассказ – самое необычное, она приняла, как должное. В ее памяти и сознании не существовало и не могло, наверное, существовать никакого неудобства, связанного с инцестом. В ее памяти я еще не был ее сыном.

- Бедный мой, бедный. Как я могла быть такой сукой? – шептала она, и все время гладила меня, то по голове, то по рукам. Меня никогда и никто не жалел. Я с трудом удерживался, чтобы не разреветься. «Это несправедливо!», - хотелось сказать мне. – «Ты должна была сделать это раньше. Давно. Тогда, когда это было мне так нужно.» Но она делала это сейчас, - и, наверное, мне все-таки было нужно даже теперь. Потому что я смутно помню дальнейшее. Я имею в виду, как я зачинал сам себя. Помню, что Дамблдор и прочие портреты срочно разбежались по замку под предлогом выяснения местонахождения Поттера. Помню, что весь я горел от странной смеси жалости и любви к девочке, которой еще только предстоит стать моей мамой. Быть наедине с любимым несколько часов, чтобы потом всю жизнь хранить верность его памяти. Ужасно. Но, положа руку на сердце, скажу, если б у меня был такой шанс с Лили, я бы им воспользовался. Лучше иметь и рыдать от потери. Чем всю жизнь рыдать от потери того, чего у тебя даже не было.

Любил ли я Эйлин? Да. Во всю меру того, что еще осталось в моем сердце, напрочь выжженном Лили. Мне было жаль девочки с лучистыми глазами, в которых теперь навсегда поселится печаль. У меня долгие годы не было женщин. Вообще. Не хотелось. Я думал, что стал импотентом. Оказалось, не так. Просто я из той редко встречающейся категории мужчин, чья наполняемость члена кровью находится в прямой зависимости от наполненности сердца. Мое было переполнено. Всем подряд, включая воспоминания, которых я не хотел.

- Не думай о ней сейчас. Пожалуйста, - попросила меня Эйлин. – Я тебе обещаю. Того, что ты помнишь, уже не существует. Я никогда не стану такой. Ради тебя. Я всегда буду любить тебя. Будь сейчас моим. Только моим и ничьим больше. Я хочу запомнить.

И я был. Только ее. Ей понравилось.

Потом было раздирающее душу прощание. Мы оба знали, что я иду умирать. Поттер был уже в замке. Я торопился. Портрет Дамблдора остался ее утешать. Остальное вы знаете.

Все события последней ночи моей жизни были столь эмоционально опустошительны, что я вспомнил о Лили только в последний миг перед смертью, вглядываясь в лицо Поттера. Ее глаза смотрели на меня с непониманием, гневом и ужасом. Я уже соскальзывал в небытие, - в мозгу у меня крутилось услышанное когда-то «если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что ты со мною…», как вдруг я почувствовал, что Поттер трясет меня за плечи с такой силой, что у меня давно должна была разорваться трахея. А потом случилось еще более странное. Я словно оказался в двух реальностях одновременно. Я помнил все, что случилось со мной в моей жизни, и в то же время, на эти воспоминания наслаивались другие, которые тоже произошли со мной.

- Папа, очнись же! – зеленые глаза Поттера обеспокоенно смотрели на меня с незнакомо-знакомого лица. Мой крючковатый нос, тонкие губы, прямые очень темные волосы. – Слава Богу! – выдохнул мой ребенок и исчез из поля видимости.

- Мама, бабушка, идите сюда. Этот идиот, называющий себя моим отцом, опять пытался сварить что-то экспериментальное и навернулся вместе с котлом. Он жив и, похоже, вполне здоров, но кто-то авторитетный должен поставить ему мозги на место и объяснить, что то, что позволено Юпитеру, не годится быку.

Голос, наполненный язвительными интонациями, тоже был не Поттеровский. Мой.

- Сколько пальцев? – мой сын потряс у меня перед носом рукой, добился от меня ответа, зачем-то заглянул мне в зрачки, а потом просто обнял меня. Так, словно это самая естественная вещь в мире. И тихо прошептал мне в ухо. – Я так за тебя испугался. Еще раз залезешь в МОИ ингредиенты или тронешь МОЙ котел, я сам тебя убью!

А потом пришла Лили. Моя жена. Сначала она тоже кинулась меня ощупывать и обнимать, затем принялась отчитывать. Я послушно кивал всему, что она говорила насчет невозможности усидеть на двух стульях, о том, что лучший в мире специалист в области защиты от темных искусств практически не может быть одновременно и лучшим зельеваром.

- Сейчас не времена Да Винчи. Информации столько, что человеку жизни не хватает, чтобы стать специалистом в чем-то одном, а ты хочешь все сразу! – говорила она. Я знал, что я пытался сварить, знал теперь, какую элементарную ошибку допустил, и был полностью с ней согласен. Но в то же время, я ощущал, как понемногу испаряются мои воспоминания о прожитой жизни. Ощущение было сродни тому, что охватывает тебя при пробуждении. Сон теряет свою яркость. Ты еще цепляешься за него, помнишь отдельные элементы, но они все менее и менее четкие.

И все ярче проявлялось то, как все было в этой реальности. Я помнил добрые руки матери, ее улыбку, нежность, адресованные мне. Помнил, как мы встретились с Лили, и я сразу потащил их с Петунией к себе домой показывать волшебные игрушки. Как весело нам было, когда мама учила нас с Лили стряпать прыгающее печенье.

Когда мы сели в поезд, едущий в Хогвартс, и попали в одно купе с Поттером и Блэком, мы не поссорились с ними, несмотря на то, что всю дорогу обзывали друг друга по всякому, изощряясь в остроумии. И все вместе попали на Гриффиндор. Я окончил Гриффиндор! Просто в голове не укладывалось. Поттер, Блэк и Люпин – мои лучшие друзья. Действительно лучшие. Я чувствовал незнакомое, но уже такое узнаваемое чувство по отношению ко всем троим. Я любил их. Я любил Поттера. Настолько сильно, что осознав его чувства к Лили, был готов смириться и отпустить ее к нему, если бы она захотела. К счастью, она не захотела. В этой реальности Лили любила меня. Поттер сейчас счастливо женат. Наши дети дружат. Но я знаю, какая-то часть его сердца всегда будет принадлежать Лили. Он знает, что я знаю. И мы никогда об этом не говорим. Джеймс Поттер был моим шафером на свадьбе, а Сириус Блэк – крестный отец Гарри. Ремус стал крестным отцом нашей дочери Минервы.

Я никогда не убивал Дамблдора. Он жив и благополучно интригует на посту директора Хогвартса уже многие годы. Мы с ним иногда пересекаемся по делам ордена Феникса и играем в кегли. Темный Лорд мертв. Его убил ребенок Лонгботтомов в прошлом году с моей непосредственной помощью. Я никогда не был шпионом и не носил Темную Метку. Просто кому, как не лучшему в стране специалисту по Защите от Темных Сил, тренировать Невилла? Мы бились с Темным Лордом плечом к плечу. За это я получил орден Мерлина, а Невилл – вечную славу и экзамен по Защите от Темных Сил автоматом. Вот такая вот несправедливость.

А потом в итак уже переполненную лабораторию моего сына вошла мама. Самая замечательная женщина на свете, отдавшая мне всю свою любовь, научившая меня любить и щедро делиться с другими этой любовью. Женщина, которой я обязан всем. Она всегда читала меня, как открытую книгу. Мама долго вглядывалась в меня, словно мы расстались целую вечность назад.

- С возвращением, Северус!, - сказала она, наконец, погладив меня по голове.

И тогда я уткнулся лицом в ее колени и заплакал.
...на главную...


январь 2020  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

декабрь 2019  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.01.23 14:02:47
Прячься [3] (Гарри Поттер)


2020.01.23 11:03:47
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.01.21 10:35:23
Список [10] ()


2020.01.19 13:28:22
В \"Дырявом котле\". В семь [4] (Гарри Поттер)


2020.01.18 23:21:20
Своя цена [20] (Гарри Поттер)


2020.01.15 12:47:25
Туфелька Гермионы [0] (Гарри Поттер)


2020.01.15 12:43:37
Ненаписанное будущее [17] (Гарри Поттер)


2020.01.11 22:15:58
Песни полночного ворона (сборник стихов) [3] (Оригинальные произведения)


2020.01.11 21:58:23
Змееглоты [3] ()


2020.01.11 20:10:37
Добрый и щедрый человек [3] (Гарри Поттер)


2020.01.11 01:11:34
Двуликий [42] (Гарри Поттер)


2020.01.09 20:31:20
Поезд в Средиземье [4] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.01.08 22:42:55
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.01.07 21:23:20
Дамблдор [5] (Гарри Поттер)


2020.01.07 03:14:32
Волдеморт и все-все-все, или Бредовые драбблы [38] (Гарри Поттер)


2020.01.06 22:03:17
Драбблы [2] (Гарри Поттер)


2020.01.06 22:03:04
Драбблы по Вавилону 5 [3] (Вавилон 5)


2020.01.06 19:16:55
Драбблы, Star Trek [2] (Звездный Путь)


2020.01.06 16:59:07
Драбблы по Аббатству Даунтон [2] (Аббатство Даунтон)


2020.01.02 19:07:18
Глюки. Возвращение [238] (Оригинальные произведения)


2019.12.30 19:22:59
Расплата [7] (Гарри Поттер)


2019.12.29 11:44:09
Слишком много Поттеров [42] (Гарри Поттер)


2019.12.21 00:59:19
Мордорские истории [2] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2019.12.08 02:07:35
Быть Северусом Снейпом [252] (Гарри Поттер)


2019.12.04 12:55:38
Без права на ничью [2] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.