Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Гермиона:
- Мне кажется, что ты меня не любишь...
Снейп:
- Не говори глупости. Я всех не люблю.

Список фандомов

Гарри Поттер[18476]
Оригинальные произведения[1237]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[137]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[107]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12677 авторов
- 26938 фиков
- 8608 анекдотов
- 17671 перлов
- 668 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Неизлечимо

Автор/-ы, переводчик/-и: Jyalika
Бета:ворд
Рейтинг:NC-17
Размер:мини
Пейринг:Сефирот/Клауд
Жанр:Drama, Romance
Отказ:нимаё(((
Фандом:Последняя фантазия VII
Аннотация:И на него, молодого и жестокого, бесподобного в своей ярости бога войны – хотелось молиться.
Комментарии:Автор - маньяк, ибо так и хочет укокошить всех героев к чертовой матери, но они выкручиваются, как могут.
Каталог:нет
Предупреждения:слэш
Статус:Закончен
Выложен:2012.04.16
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [0]
 фик был просмотрен 1231 раз(-a)


Ты можешь с ней расцвести и засохнуть
Она сожрет тебя как цветок тля,
Но все равно лучше уж так сдохнуть,
Чем никого никогда не любя…
Dolphin - Любовь

- Опять уезжаешь? Ты не пробыл дома и недели.

Я остановился у лестницы, напрягая плечи, сжимая перила. Не оборачиваясь. И так знаю, что за спиной. Кто.

Тифа.

Сверлит мне затылок упрямым взглядом. Протирает стаканы, один за другим, снова и снова. Стекло под ее руками скрипит и плачет, но Тифа неумолима. Часы показывают пять утра.

- Дэнзель расстроится, - продолжает она. – Он и так тебя практически не видит.

Дэнзель уже давно не ребенок, ему четырнадцать, и он смотрит на меня глазами, полными немого обожания. Как на чудо, сошедшее с небес на землю. Как на героя. На бога. Как я раньше смотрел на него.

И это – это невыносимо.

Сжимаю зубы, мечтая оказаться сейчас как можно дальше отсюда: на улице, в горах, в степи, а лучше всего – на Фенрире, в полях за Калмом, чтобы ревел мотор и жестокий ветер в лицо выдувал бы все лишние мысли из головы.

- …Ты отдаляешься от нас, Клауд. Мы все волнуемся.

- У меня все в порядке, - выдавливаю я сквозь неожиданно сжавшееся горло.

А кто все-то? Кто все? Юффи по уши закопалась в делах своей страны после смерти отца, и уже который год никак не может выкопаться. Винсент, кажется, отстроил себе хижину где-то в горах и теперь отстреливает зайцев из своего пистолета, наслаждаясь одиночеством и муками совести вдали от цивилизации. Сид с Шезой растят второго ребенка, по-моему, девочку, а в оставшееся время с нездоровым энтузиазмом разрабатывают по заданию Руфуса новую модель корабля с каким-то там гипер-приводом на энергии солнца. Нанаки сидит в Большом Каньоне, жует траву и шаманит над Лайфстримом, общаясь с Планетой так, как уже больше никто не может со времени гибели Аэрис. А Баррет бегает по городу и пугает своей механической рукой всех ухажеров Марлин, а по вечерам помогает в баре. И смотрит на Тифу тоскливо и безнадежно.

А остальные мертвы (мертвы ли?) уже давно.

- Клауд, да ты даже если кровью будешь истекать, все равно продолжишь твердить, что все в порядке. – В ее голосе прорезается желчь.

Я думаю о том, что к желчи у меня уже давным-давно выработался иммунитет. И Тифа своими словами никогда не сможет ранить меня так, как когда-то мог он – одним своим тоном («я никогда не буду воспоминанием»), взглядом (как яд, как кислота, как мако, что шепчет мне в уши на разные голоса), небрежным движением руки (Масамуне пела, прорываясь сквозь ребра, легкие, сердце).

А Тифа даже после стольких лет все еще хочет, все еще ждет, не понимая, что того мальчишки с угрюмым взглядом и незримым весом целого мира на плечах, готового на все ради друзей, ради нее, никогда не существовало. Хочет меня, ждет меня, душит меня, заставляя в груди подниматься чувству давно, казалось бы, забытой вины.

- Иногда мне кажется, что этого ты и добиваешься.

Иногда я за это ее ненавижу.

- Каждый раз я боюсь, что ты уйдешь и на этот раз уже не вернешься.

«К нему ты всегда возвращался», - зависает между нами невысказанный упрек.

- Забудешь о нас.

«Обо мне».

Я вздрагиваю, чувствуя неуверенное прикосновение. Ее ладонь слишком маленькая, касание слишком мягкое, пальцы слишком женские, а фигура слишком хрупкая, волосы слишком темные, глаза слишком человеческие и зовут ее не Сефи

- Сгоришь.

Да что ты знаешь о пламени!?

Дергаю плечом, сбрасывая с себя ее руку, и в несколько шагов вылетаю на улицу, рывком захлопывая за собой дверь. Усаживаюсь на мотоцикл, одной рукой нетерпеливо дергая зажигание, а другой проверяя несколькими привычными движениями крепления на Первой Цуруги.

Я тоже раньше не знал ничего о пламени, но он меня научил. Нибельхейм горел ярко, яростно, жадно. Как Преисподняя. «Демон!» - кричали в панике вутайские воины, погибая десятками, сотнями, тысячами от его меча. «Мое рукотворное совершенство», - смеялся Ходжо, вкалывая ему в вену очередную дозу мако. «Любимый сын», - призывно шептала Дженова, обнимая его холодными руками. И меня пожирал огонь, выжигая в душе клеймо, и хотелось упасть на колени от ужаса, от восхищения, добровольной жертвой подставляя горло под жадный клинок.

На него, молодого, жестокого, в своем безумии бесподобного бога войны - хотелось молиться.

…Надеваю очки и газую, срываясь с места.

Потом, мгновения, минуты, годы спустя, плавая в бункере с концентрированным ядом цвета зеленой травы, чувствуя, как мое «я» постепенно, осколок за осколком, растворяется в мако, я упрямо держался за это воспоминание. Стонал от боли под пытками Ходжо, который с упорством фанатика продолжал называть это ‘экспериментами на благо человечества’ и ‘медициной’, снова и снова раскрывая мне грудную клетку скальпелем без анестезии. Обменивался плоскими шутками с Заком в те редкие моменты, когда мы оба были в сознании, чтобы хоть как-то напомнить себе о том, что другое человеческое существо на расстоянии вытянутой руки – это не всегда плохо-боль-мако-кровь-шепот-Ходжо-смех-безумие-мако-боль. Царапал нечеловечески острыми ногтями его имя на внутренней стороне пуленепробиваемого стекла, когда мысли становились медленными и незнакомыми, а идея сбежать от реальности в созданный тысячами чужих голосов мир голубого неба и ласковых снов приобретала непреодолимое искушение.

Постепенно теряли значение имена моих школьных врагов, и я их забывал. Потом стали гаснуть воспоминания о матери и об ее суровом нраве и редкой заботе. Следом растаяли детство, армия, цели, мечты, надежды. Но две вещи я помнил всегда.

Свое имя и как под его ногами горел Нибельхейм.

-

Тогда меня вытащил Зак. Вытащил вместе с собой, как мешок с картошкой, на своем горбу вытянул, за шкирку выволок.

И, как настоящий герой из моих подростковых сопливых мечтаний, закрыл меня своим телом от пуль, а потом умер, вручив напоследок в мои дрожащие руки свой меч в безвозмездное пользование.

«Ты справишься, Клауд».

Я, растерянный и оглушенный, высосал из него все, что было можно и что нельзя. Его жесты, его привычки, его уверенность в собственных силах и мастерство владения мечом, его любовь (помнишь меня, Аэрис?) и даже его глубокое уважение к Сефироту-до-Нибельгейма. Как костюм химзащиты в условиях повышенной радиации я надел на себя его личность, практически сросся с ней, пытаясь заново научиться существовать в новых условиях. В новой среде.

С новыми клетками в теле.

В те дни я ходил по тонкому, хрупкому льду, под которым – зеленая вода. Бездонный омут цвета Лайфстрим. Оголодавшее безумие. С каждым новым шагом по льду бежали новые трещины, тонкие, толстые, тысячи трещин в моей личности и воспоминаниях. Потому что Клауд умер уже давно, в тот момент, когда по счастливой (счастливой?) случайности столкнул своего героя-чудовище-монстра-бога-убийцу в реактор, и Зак тоже умер, подставившись под пули (ради кого? Ради кого!?) бездарно и глупо.

«Помнишь, Клауд?»

Я-мы-ты, цветы на поляне под сводом разрушенной церкви, дождем размытая кровь на мече и мучительный стыд там, где еще недавно (вчера, месяц, год, тысячу лет назад) была гордость, СОЛДЖЕР Первого класса, герой, мясник, и длинные белые волосы где-то за поворотом, и пламя, пламя, пламя.

-

- Ты сильно изменился, Клауд, - сказала тогда мне Тифа, единственная из нашей банды экологических террористов, которая помнила меня до, потому что с остальными я встретился уже после.

Я лишь пожимал плечами, не зная, что на это можно ответить.

- Ты запутался, Клауд, - печально, понимающе, до боли знакомо улыбалась Аэрис.

Я согласно кивал головой, даже не пытаясь спорить.

«Ты бежишь, и бежишь, и бежишь, Клауд. Не упади», - читалось в темных глубоких глазах Винсента.

И я бежал. По всей планете гнался вслед за призраком своего прошлого, за своим личным ожившим кошмаром. До последнего не верил, что он – снова жив, сходил с ума от ужаса, надежды и болезненного предвкушения. А потом споткнулся.

Упал.

И это меня едва не убило.

-

- Ты поднял на меня меч, - сказал он удивленно в наше первое после Нибельхейма столкновение.

Я помню, как тогда дрожали мои руки.

- Глупое дитя, - качал он головой в ответ на мой упрямый взгляд, искривляя свои тонкие губы в жестокой усмешке. – Бросай свои игры. Разве ты не слышишь, как Мать зовет тебя к себе?

- Монстр, - шептал я хрипло, отступая назад. Потому что уже тогда мы оба знали – позови меня он, и я приду.

А монстр хищно шипел и гортанно смеялся, раздвигая губы в оскале, который уже нельзя было принять за улыбку, и встряхивал гривой, которую я когда-то (и до сих пор) мечтал просеять сквозь пальцы. Следил за мной своими нечеловеческими глазами с кошачьим зрачком. Впервые смотрел на меня. Смотрел на меня.

- Когда-то давно ты, мальчишка, меня называл Генерал. Восхищался мной. Может быть, даже любил.

- Все сгорело, - солгал я одними губами. – Мы с тобой тоже сгорим. Вместе, - и брезгливое превосходство на его бледном, тонко очерченном лице сменилось заинтересованностью.

- Хорошо, - сказал он довольно, а я понял, что, кажется, на сегодня смертный приговор откладывается.

А в глазах его плясала кислота. Ядовитый буран – ни спрятаться, ни скрыться. Оставляла на мне ожоги. Клеймо.

А потом мы танцевали, раня друг друга мечами, словами, истекая кровью и мако. Он говорил о том, как будет наслаждаться, убивая моих друзей на моих же глазах. Я говорил о том, что убью его раньше и даже верил в это. Он смеялся, укоряя меня со снисхождением сильного к слабому в неверности Матери и в недостойном младшего сына Дженовы поведении. Я шипел сквозь зубы, что у меня уже есть мать и другой мне не надо, пытаясь не думать о его губах, изгибе спины и инцесте. Он выдыхал мне на ухо «моя игрушка» с извращенной, неправильной лаской и «сгорим вместе» с глубокой ноткой странной тоски. А я пытался сдержать ответную дрожь от его горячего дыхания на своей шее, чувствуя, как радостно поют в моем теле чужеродные клетки.

Он со мной играл, как кот играет с мышью. Лениво и хищно.

А, наигравшись, придавил меня лапой – до боли, до хруста костей.

Прошептал «мой Клауд», вцепляясь клыками в загривок, сжимая в стальном захвате бедра. Впечатал меня в стену, накрыл собой, утопил в себе. И я пропал. Уронил меч, упал на колени, раздвигая ноги, откидывая голову послушно, позволяя его зубам рвать мою шею, а рукам – мое тело. Стонал бессильно, отчаянно, в полный голос, жадно вдыхая полными легкими его запах, захлебывался, тонул. Он смеялся глубоким, гортанным смехом самодовольного хищника, прогибая мою поясницу, раздвигая мои ягодицы. Разрабатывал меня пальцами, не снимая перчаток, и я шипел «еще» и двигал бедрами навстречу, не обращая внимания на боль. Вошел в меня, используя вместо смазки только слюну, и трахал быстро, яростно, вбиваясь внутрь со всем размахом своего нечеловечески сильного, нечеловечески совершенного тела. И я кричал, срывая горло, потом стонал, потом – хрипел его имя, раз за разом, не останавливаясь, как молитву.

Се-фи-рот.

А потом он исчез, растворился с довольной, сытой усмешкой в тумане, бесследно, и я лежал на земле, пустыми глазами глядя в предрассветное небо, впиваясь пальцами в землю и волосы, прокручивая снова и снова это его «хорошо-о-о» глубоким, тягучим голосом. Сладким – как яд. И мако в моих венах горело.

Только тогда я полностью осознал, что он меня не убьет. Просто растопчет. Раздавит - без жалости или сомнения. Перемелет в труху и развеет по ветру.

А я – я ему это позволю.

-

…под колесами Фенрира хрустит песок и до самого горизонта простирается море, затянутое тонким льдом у побережья.

Мои веки тяжелеют, опускаются, и дышать, почему-то, становится трудно, и сердце бьется в груди натужно, устало.

Закрыв глаза, я отпускаю тормоза, вспоминая потустороннее пение Масамуне, жестокий изгиб чувственных губ, его ядовитый взгляд, в котором одержимости Дженовой было не больше, чем его собственного безумия, но и не меньше.

Вспоминаю, как я горел. Как он горел.

Как мы горели.

«Ты снова пришел со своим мечом? Упрямый мальчишка. Но Масамуне ты нравишься – слышишь, как радостно она поет?»

«Давай, мальчик, возьми меня в рот. Глубже. Я знаю, ты хочешь».

«Тебя это возбуждает, Клауд? Трахаться с монстром в выжженном им же поселке, посреди трупов и по колено в крови, ммм? Неверный ответ, маленький лицемер. Ну-у-у? Не слышу. Громче. Кричи громче, мальчик!»

«Я отомщу им, Клауд, всем отомщу за то, что предали Мать. Этот мир будет блевать своей собственной кровью. И ты все это увидишь своими глазами, потому что Я. Тебя. Не. Отпущу».

«Мой Клауд».

…И лед подо мной проломился.


Месяц, год, а, быть может, и тысячу лет спустя.

- А в последней жизни я работал на ферме в пригороде Калма. Разводил чокобо, можешь себе представить? Мне понравилось, в принципе – тихо, спокойно, но никак не оставляло ощущение, будто чего-то не хватает. Воздуха, что ли?

Зарываюсь руками в белые волосы, жадно сгребая в охапку шелковистые пряди, просеиваю их медленно, с наслаждением, между пальцев.

- И умер как-то по-дурацки. Опять. Напоролся в руинах Мидгара на меч СОЛДЖЕРа времен Войны за Планету. И кто только додумался так назвать…? Это ведь теперь настоящая реликвия, можно было бешеные деньги за него получить в столице. А я напоролся.

Потираю задумчиво шрам на груди, тот самый, еще от Масамуне – и кто сказал, что метеорит не падает в одно место дважды? Фантомная боль отпускает.

- Ты знал, как они меня называют в учебниках по истории? Герой. Спаситель. Впрочем, конечно, знал, я тебе это уже рассказывал. Смешно, правда?

Вздыхаю, укладываясь рядом.

- Зак нас больше не помнит. Он окончательно переродился и, кажется, счастлив. Планета мне шепчет, что я бы тоже так смог. Но…

Закрываю глаза, соскальзывая в сон, где мако, и жизнь, и страх, удовольствие и боль, и твои пальцы на моей шее, а твое дыхание – в моих легких.

- Я подожду. Подожду, пока ты не проснешься.
...на главную...


август 2020  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

июль 2020  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.08.03 00:00:34
Когда Бездна Всматривается В Тебя [0] (Звездные войны)


2020.08.02 23:45:23
Лживые жесты [0] (Гарри Поттер)


2020.07.28 13:20:20
Наши встречи [3] (Неуловимые мстители)


2020.07.26 16:29:13
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.07.24 19:02:49
Китайские встречи [1] (Гарри Поттер)


2020.07.24 18:03:54
Когда исчезнут фейри [1] (Гарри Поттер)


2020.07.24 13:06:02
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.07.22 08:45:54
Змееглоты [5] ()


2020.07.19 13:15:56
Работа для ведьмы из хорошей семьи [7] (Гарри Поттер)


2020.07.12 14:55:50
Прячься [3] (Гарри Поттер)


2020.07.10 23:17:10
Рау [7] (Оригинальные произведения)


2020.07.10 13:26:17
Фикачики [100] (Гарри Поттер)


2020.07.07 09:21:27
Поезд в Средиземье [6] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.06.30 00:05:06
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


2020.06.29 23:17:07
Без права на ничью [3] (Гарри Поттер)


2020.06.26 22:37:36
Своя цена [22] (Гарри Поттер)


2020.06.24 17:45:31
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2020.06.19 16:35:30
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.06.13 11:35:57
Дамбигуд & Волдигуд [7] (Гарри Поттер)


2020.06.12 10:32:06
Глюки. Возвращение [239] (Оригинальные произведения)


2020.06.11 01:14:57
Драбблы по Отблескам Этерны [4] (Отблески Этерны)


2020.06.06 14:46:13
Злоключения Драко Малфоя, хорька [36] (Гарри Поттер)


2020.06.01 14:14:36
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.05.29 18:07:36
Безопасный поворот [1] (Гарри Поттер)


2020.05.24 16:23:01
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.