Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Гулял как-то Волдеморт по лесу и упал в яму. А в это время шел мимо Гарри Поттер. Ну,идет себе, насвистывает. Тут Лорд его окликает:
- Поттер! Помоги из ямы вылезти!
- Да ни за что!
- Помоги, Поттер, вылезти. А я прикажу Упивающимся тебя не трогать и исполнять все твои желания!
- Ну ладно, тогда помогу.
Вытащил Гарри его из ямы. На следующий день Лорд собрал УПСов и объявляет:
- Приказываю Поттера больше не трогать и исполнять все его желания.
Ну, идет Гарри, встречает Люциуса:
- О, Люциус, а сделай-ка мне минет.
Люцу делать нечего, пошел с Поттером в кусты...
Идет Гарри дальше, довольный, встречает Беллатрису:
- О, Беллатриса, сделай-ка мне минет!
Что делать, Лорд приказал, пошла с Поттером в кусты...
Идет Гарри дальше, счастливый, улыбается. Встречает Снейпа:
- О, Снейп! Ну что, минет?
- Минет так минет.
Пошли в кусты...Гарри выходит (отплевываясь):
- Тьфу, Снейп, на собрания надо ходить!

Список фандомов

Гарри Поттер[18434]
Оригинальные произведения[1223]
Шерлок Холмс[713]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![182]
Белый крест[177]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[175]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[132]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[106]
Темный дворецкий[102]



Список вызовов и конкурсов

Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[3]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]
Британский флаг - 8[4]
Фандомная Битва - 2015[48]



Немного статистики

На сайте:
- 12610 авторов
- 26928 фиков
- 8563 анекдотов
- 17632 перлов
- 654 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

В полный голос

Автор/-ы, переводчик/-и: Shiratori Ryuu
Бета:мараморочка
Рейтинг:PG-13
Размер:мини
Пейринг:Сэридзава/Токио, Гэндзи/Идзаки
Жанр:Angst, Fluff
Отказ:Ни на что не претендую.
Фандом:Вороны: начало
Аннотация:О любви, перекликаясь с поэзией Элюара.
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:слэш, ненормативная лексика
Статус:Закончен
Выложен:2011.11.24
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [0]
 фик был просмотрен 1086 раз(-a)



В полный голос
Проворно любовь поднялась
И ослепительно вспыхнула
И рассудок в мансарде своей
Признаться во всем не посмел.

В полный голос
Тучи воронов кровью сокрыли
Память о прежних рожденьях
Опрокинутых в волны света
В замученное поцелуями завтра.

Есть на свете одно существо и немыслима
несправедливость
Любовь избирает любовь не меняя лица.




Токио
А если нет тебя со мной
Мне снится что я сплю и что мне это снится.


Он любит закаты. Закаты на крыше и в полной тишине. С некоторых пор он любит тишину, потому что в ней реже просыпается дикий зверь, разрывающий его голову на осколки. В тишине хорошо думать. Особенно в тишине закатов.
Спроси его кто-нибудь «Выбрал бы ты именно такую жизнь, если бы тебе дали возможность выбирать?» и Токио не задумываясь ответил бы «Да». Потому что его все устраивало.
- Эй, Токио, ты как?
Он тут же улыбается, потому что улыбка - это универсальный способ спрятать все терзания, а чтобы разглядеть их в глазах, нужно стоять как минимум в полуметре. Сэридзава стоит далеко.
- Отлично! – он взмахивает рукой.
- Не убедительно, - бурчит себе под нос Тамао и одним уверенным движением попадает дротиком в цель.

Иногда он умудряется убеждать себя, что ему не страшно. Ну, подумаешь, умереть. Сколько человек умирает ежедневно. Но врать себе - неблагодарное занятие, и Токио определенно очень плохо справляется с этим. И ему страшно, мать вашу, страшно до колик умереть внезапно, на глазах у друзей. На глазах у Тамао. Это иррациональный страх – он боится не самой смерти, а того, что Сэридзава и остальные увидят своими глазами его последние секунды, увидят, как его сдавливает и вышвыривает из тела. Ему кажется, что таким образом он предаст их.
А в глазах Тамао тем временем все явственней читается угроза: «Только вздумай умереть, придурок, и я достану тебя с того света, что бы отправить обратно». И когда сознание оставляет его, остаются только эти глаза, злые и испуганные одновременно.

Больницы мало кого радуют и настраивают на позитивный лад. Закрыть глаза. Открыть глаза. Белый потолок, который хочется разрисовать просто из чувства противоречия, просто чтобы избавиться от душащих объятий страха и отчаяния. Потому что как-то неожиданно не остается ничего кроме страха, отчаяния и еще взгляда Тамао, который как будто нарисован на обратной стороне век. Закрыть глаза. Открыть глаза. Одно дело - драка, в которой ты имеешь какое-то влияние на развитие событий и сам пробиваешь свое судьбу. Другое - лежать на белоснежной койке и ждать, когда кто-то сделает все для спасения твоей жизни. И ты можешь лишь закрыть глаза, доверяя себя. Белые стены режут глаза и давят на грудь холодным равнодушием. Закрыть глаза. Закрыть глаза. Ничего кроме страха и взгляда Тамао.

- Все будет хорошо, - уверенностью в его голосе можно накормить голодающих Африки, настолько она осязаема.
Токио улыбается и соглашается. Плевать, что он не слишком в это верит, уверенности Сэридзавы хватит на целый континент.
- Это твоя битва, и ты обязан в ней победить, - спокойно замечает Тамао и сжимает ладонь Токио.
Сжимает ладонь, хотя у него есть только страх и этот взгляд, в котором доверие и обещание победить, не смотря ни на что. Взгляд, отпечатавшийся на обратной стороне век.

- Сейчас вы заснете, - обещает медсестра так, как обещают нереальный кайф продавцы наркотиков.
К его лицу прижимают маску, холод нежно и ласково стягивает руки и ноги, а в голове не прекращает биться одна единственная мысль – я должен победить.
А засыпая, на какой-то периферии сознания, он все еще видит взгляд Тамао и тот говорит ему, что сейчас он, Токио, заснет и это будет самый большой кайф, потому что, проснувшись, он сможет лететь рядом; и еще говорит, что верит в него, а горячие и сильные пальцы сжимают руку и спасают тем самым от объятий холода.


Хироми
Хрупкий дождь черепицу держит
В равновесии. Балерина
Никогда не научится
Литься и прыгать,
Как дождь.


- Как ты можешь следовать за Такией?! – Хироми сам прекрасно осознает, что своей наглостью скоро подпишет себе смертный приговор.
Это чувствуется и в интонациях и в вызывающей позе, а во взгляде плещется одинокая мысль «Ужас, что же я творю? Вы все это видели?».
Осознает, но с какой-то отчаянной обреченностью продолжает наступать. Идзаки приподнимает брови и оценивающе смотрит на Киришиму, словно отыскивая на его лице первые признаки помутнения рассудка.
«Какой самоуверенный самоубийца», мысль проскальзывает и тут же растворяется в холодной ярости, которая волной поднимается по горлу, чтобы захватить подсознание и направлять, направлять, направлять… «Не сейчас». Шун выдыхает и презрительно морщится. Нечего тратить время на этих детишек, у которых инстинкт самосохранения чудесным образом отсутствует. Хотя в их случае это не чудо, а огромная проблема.
Он делает всего лишь пару шагов по направлению к выходу, когда холодная, ледяная даже ладонь опускается ему на плечо, вынуждая остановиться. Пальцы сжимают плечо, словно в каком-то жутком неконтролируемом порыве, а после резко отдергиваются, будто у обладателя таких холодных рук внезапно включается мозг.
Идзаки резко разворачивается и мрачно отмечает, что да, Хироми переключился, и теперь управление над его организмом досталось мозгу, и мозг в шоке пытается быстро отключиться и свалить к бабушке в деревню. Шун с каким-то мстительным удовлетворением отмечает, как мелко дрожат кончики пальцев Киришимы, как часто и судорожно тот дышит, рискуя заработать гипоксию мозга. Отмечает и приближается, прекрасно осознавая как это, скорее всего, выглядит со стороны. Он абсолютно спокоен, но это спокойствие, кажется, вгоняет в ужас сильнее любой чистой ярости.
Хироми не двигается, а на его лице медленно, но верно – совсем поехала крыша? – формируется чистой воды вызов. Ему уже не страшно и абсолютно сиренево, что будет дальше, он намерен гнуть свою линию до конца, и чей это будет конец - не играет никакой роли.
Идзаки останавливается, когда от его лица до лица Киришимы остается не больше десяти сантиметров.
- Так как ты можешь следовать за Такией? – звучит ровно и с долей презрения, которая относится скорее к Гэндзи, чем к самому Шуну.
- А ты что-то имеешь против? – лениво уточняет Идзаки, раздумывая одновременно над тем, почему он, собственно, все еще ведет светские беседы с этим придурком.
Хироми выдыхает, и во всем нем сгущается такое спокойствие, что Шун мысленно аплодирует внезапно обретенным самообладанию и выдержке темноволосого юноши.
- Разве обязательно за кем-то следовать? Если можно всего достигнуть самому. Если можно подняться на вершину. Никому не подчиняться, не быть чьей-то тенью, - он не распаляется по своему обыкновению.
То ли так действует ситуация, то ли лицо рыжеволосого в каких-то десяти сантиметрах – оценивающая такая физиономия, методично просчитывающая что-то, и Хироми только надеется, что просчитывается не его медленная и мучительная смерть.
- Идиот, - почти ласково замечает Шун. – Научись смотреть на вещи глубже, а не собирать с поверхности.
Он легонько толкает Киришиму в грудь и медленно разворачивается к выходу. В полумраке вспыхивает огонек зажигалки и тут же к потолку начинает плыть тонкий сизый дымок. Хироми вдруг хочется навсегда запомнить эту картину, где островки света и полумрака, плетущийся дым, Идзаки, расслабленный и, сука, опасный как весь Судзуран, и тишина.
- За Такией идут, потому что он сможет при желании снести весь Судзуран. Или вынести его на плечах. Потому что с ним никто не сравнится. Ты с ним не сравнишься, - Шун бросает равнодушный взгляд за спину, туда, где все еще стоит, не шелохнувшись, Киришима.
Больше говорить не о чем, да и незачем. Теперь только бить, если сунется, бить так, чтобы запомнил раз и навсегда. Но Хироми молчит, опустошенно глядя в след сэмпаю.
На улице начинает шелестеть дождь, и почему-то Киришиме кажется, что Гэндзи похож на этот бесконечный поток воды, опускающийся на Судзуран, смывающий все на своем пути, стирающий привычное, пробирающий до костей. Дождь, от которого не скрыться.

Сэридзава
В сети жизни твоей попалась природа.
Дерево - твоя тень - обнажает плоть свою: небо.
У дерева голос песка, жесты ветра.
И все, что ты говоришь, у тебя за спиною дышит.


Тамао меланхолично наблюдает за приближающимся Гэндзи. Не смотря на то, что в каждом движении новоиспеченного лидера угроза всему живому, не смотря на то, что у Такии, по всей видимости, опять плохое настроение или пмс или, что там еще бывает у подобных нервных личностей? Просто потому, что за стихийными бедствиями нужно либо наблюдать, либо бежать от них со всех ног. Бегать Тамао не любил.

- Судзуран будет моим!
По голосу Гэндзи ясно, что он и правда в это верит. Даже не столько верит, сколько не представляет себе иного развития событий, и все что, происходит сейчас, просто заставляет его искренне недоумевать и по-детски злиться. Судзуран уже принадлежит ему, в его сознании и в его душе. А Сэридзава какого-то хрена выкаблучивается и встает в позу.
- Ты слышишь?!
- Мм.
Тамао занят, он полностью сосредоточен на белом листе бумаги, из которого должен получиться журавлик. Ну, в идеале журавлик, пока это больше смахивает на неведомый космический звездолет, у которого кто-то сломал морду. И хотя его «Мм» звучит все же как «Да», Гэндзи этого мало. Его день, его неделя - все какие-то взвинчено-неправильные, и Такия никак не может понять, где он просчитался. Он чувствует, что все идет не так, он почти видит, как уплывает правильный путь из-под ног, а ниточки управления Судзураном из рук – и ничего не может сделать. Беспомощность - страшное чувство. Оно заставляет его беситься.
- Сэридзава, какого черта? Я победил тебя.
- Риндаман, - односложно напоминает Тамао, продолжая мучить звездолет.
Такия молчит, но вздувшаяся на лбу венка говорит сама за себя.
- Я справлюсь с ним.
- Мм.
Гэндзи устало опускается рядом с Сэридзавой на скамейку и достает сигареты. Вслед за беспомощностью приходит опустошение, накатывает, как прибрежная волна, которая разрушает одним легким движением потрясающей красоты песочные замки. И остается только желание напиться. Так, чтобы до зеленых чертей.
- Какой же ты урод, - устало констатирует он, не глядя на побежденного не так давно противника.
У Тамао неожиданно получается вполне сносный журавлик, и на лице бывшего лидера Судзурана появляется удовлетворенная улыбка.
- Такия, тебе не следует все принимать так близко к сердцу, - добродушно советует он, не поворачивая головы. - У тебя нервы ни к черту.
Гэндзи неожиданно для себя ломает в руках только что прикуренную сигарету. Венка на лбу как бы намекает – молчи, Сэридзава, молчи, если тебе дорога твоя печень. Но Сэридзава, видимо, сказал все, что хотел, и уже успел выкинуть Такию из своей реальности, сосредоточив все внимание на новом листе бумаги.

- Зачем он приходил? - спрашивает Токио, прекрасно зная ответ.
- Пытался выплеснуть эмоции, - покусывая губу, сообщает Сэридзава, методично мучая второй лист.
Токио опускает голову, разглядывая несколько сломанных сигарет, оставленных Гэндзи умирать рядом со скамейкой. Он прекрасно чувствует разницу между бывшим и нынешним лидером, но не может объяснить ее на словах. Просто есть Такия, и есть Тамао, и оба они способны на многое, просто их миры как будто не способны пересечься. Там, где появляется Гэндзи – появляется хаос. Мир во время ливня, когда не видно границ и пределов, сплошное движение, сплошной поток. И этим он увлекает за собой. Сложно сопротивляться потоку. Токио знает все это слишком хорошо, потому что он знал Гэндзи раньше, и сам когда-то барахтался в том самом потоке как влюбленный ребенок. Потом его вышвырнуло.
Сэридзава издает победный клич и демонстрирует еще одного, уже менее потрепанного, журавлика. Токио смотрит, улыбается и тут же переводит взгляд обратно, в пыль у ног.
Тамао другой. Рядом с ним царит странное умиротворение. Он остов, на нем держался Судзуран. На нем держится сам Токио. На нем, кажется, может удержаться весь мир, тогда как с Гэндзи все вместе, дружно и с песней пойдет в разнос.
На плечо Токио ложится рука, и Тамао задумчиво вопрошает, глядя в небо:
- Думаешь, он может победить?
- Если не сможет он, то не сможет никто, - уверенно и просто.
Потому что этот чертов Гэндзи снесет все на своем пути, но придет к цели. Либо разрушит саму цель в виду ее недосягаемости.


Идзаки
Руки, руки его - это ветви без листьев, корд, тяжкого неба и заморских
цветов, руки ясные словно узорный мороз.


Не то чтобы Идзаки горит желанием бродить по набережной полночи в поисках лидера GPS. Но у него как-то не остается выбора после звонка Такии. Тот несет что-то про гребаных журавликов, про мудака Сэридзаву, про то, что он ничего не понимает, а на заднем плане слышится плеск воды. Идзаки тоже не особо много понимает; единственное, что совершенно ясно – Гэндзи напился, похоже, до каких-то журавликов, и его нужно забирать, пока нервный в последнее время лидер не натворил эпичных дел.
Именно поэтому он, морщась на холодном ветру, оглядывает очередную подворотню, продолжая методично обшаривать набережную. Огонек прикуренной сигареты кажется единственно живым в это время суток в этом месте, и за это призрачное ощущение хочется уцепиться обеими руками. Просто потому, что ночью действительно холодно, а от воды тянет чем-то неприятным, резким и Такия, черт бы его побрал, как сквозь землю провалился.
Идзаки не признается даже себе, насколько много места вдруг стал занимать Гэндзи. Места в жизни Судзурана, места в жизни Идзаки. Удивительный талант заполнять собой все. Он этого не понимает - Гэндзи вообще весьма несообразителен для своего положения - но продолжает уверенно завоевывать сердца. Судзуран будет его, он уже почти его, это просто последние попытки сохранить независимость, обычный гонор. Судзуран уже принадлежит Гэндзи, просто он тоже не любит признавать поражений.
Ветер сметает табачный дым, и внезапно Шун замечает Такию. Тот стоит у самого края, что-то высматривая в воде. Высокая фигура в слабом свете кажется еще тощее, чем есть на самом деле.
Идзаки только открывает рот, что бы окликнуть лидера, когда тот совершает неверное опрометчивое движение и ласточкой ныряет вниз. Шун выдыхает на автомате «Да твою же мать!» и срывается с места. Он в несколько шагов покрывает все это расстояние, не глядя отбрасывает в сторону телефон и ныряет следом, чтобы через полминуты вынырнуть уже с Такией.
Гэндзи тощий, но кажется слишком тяжелым, особенно в воде, особенно в пьяном виде. Он висит на Идзаки водорослью, не пытаясь никак помочь и облегчить долю. Только за счет всплеска адреналина Шун умудряется его выловить и вытащить на берег. Вытащить и свалиться рядом, чувствуя невероятное опустошение. И все еще не отпускать, ледяными пальцами стискивая вздрагивающее тело, цепкой хваткой сжимая, будто опасаясь – отпустишь, и он исчезнет.

- Пошли, - хрипло и глухо командует Гэндзи и поднимается с земли.
Похоже, что купание пошлое ему на пользу, и он даже несколько протрезвел. По крайней мере, взгляд стал более осмысленным. Правда Идзаки на это срать, в нем зреет желание задушить лидера и сказать, что все так и было. Но он молчит, потому что признаться, что он перепугался за жизнь Такии – это выше его сил. Потому что он действительно перепугался так, что сердце до сих пор колотится одуревшей птицей.
Куда они идут, Шуну не известно. Он просто следует за лидером по устоявшейся привычке. Когда в итоге они оказываются у дома Гэндзи, Идзаки даже не удивлен.
Сохраняя мрачное и отрешенное выражение на лице, Такия доводит Шуна до своей комнаты. Долго роется в вещах, после бросает рыжему полотенце и сухую одежду.
Молча, удаляется из небольшого помещения.
- Зашло наше солнышко от нас, и мы в беде остаемся, - бурчит себе под нос Идзаки слова, когда-то прочитанные в изрисованном учебнике истории.
Штаны Гэндзи для него слишком длинные, и в них Шун внезапно чувствует себя ребенком. Футболка смешная, с какой-то порнографичной картинкой. Идзаки все еще разглядывает ее, когда Такия возвращается уже не такой убийственно-мрачный, с бутылкой виски и двумя бокалами.
- Продолжение банкета? - язвительно интересуется Шун, исподлобья наблюдая за приближением виновника всех сегодняшних приключений.
Тот коротко кивает и даже не садится, а почти падает рядом.
- Ты что в воде искал? – вспоминает вдруг рыжий.
Такия молчит. Потом как-то раздраженно хмыкает и мотает головой, словно отгоняет неприятные видения.
- Не важно.
Виски выплескивается в бокалы неохотно, а Идзаки мрачно решает, что напиться - не такая уж плохая мысль. Напиться, а потом придушить этого сутулого, самоуверенного, безнадежного придурка.
Но вместо того он вдруг наклоняется и целует Гэндзи. Шун чувствует, что выглядит он сейчас точь-в-точь как Киришима, когда тот творит очередную хуйню – взгляд и решительный и испуганный одновременно, и столько отчаянной ярости довести ту самую хуйню до конца, что хоть стой хоть падай.
И все же он целует, злясь на себя где-то на периферии сознания, за то, что внезапно потерял контроль над собственным сердцем, и оно бьется в горле. Внезапно потерял контроль над руками, и те впиваются в плечи Такии, не позволяя ему отодвинуться, держат так же цепко, как на набережной, когда страх придавал силы. Пальцы пробегают по спине, замирают на шее, запутываются в волосах, так чтобы даже возможности не осталось свалить.
А ведь Гэндзи и не думает отодвигаться. Он резко опрокидывает Идзаки на футон, и все мысли теряются в чистых эмоциях.
Бокал с виски падает на пол и разлетается на множество осколков.

Гэндзи
С тобой
Я улицу взял в руку как стакан
Наполненный волшебным светом
Наполненный веселыми словами
И беспричинным смехом
Прекраснейшим из всех плодов земли

По улице идут игрушечные люди
Летают птицы в синей пустоте


Просыпаться ему не хочется. Он в принципе не любит ранние пробуждения, особенно если спать лег под самое утро. Особенно если и вечер и ночь выдались бурные. Но на лицо со всего размаха неожиданно приземляется рука Идзаки, и Гэндзи ясно осознает, что со сном на сегодня покончено. Сам Шун продолжает нагло дрыхнуть, раскинув в разные стороны руки как лопасти вертолета. Он спит на редкость беспокойно, часто переворачивается, одаривая время от времени Гэндзи тычками то руки, то ноги, и Такия начинает подозревать, что это его коварная месть – избить лидера GPS, притворяясь спящим. Что рука, что нога у Идзаки тяжелые, каждый раз Гэндзи морщится, но почему-то с упорством мазохиста продолжает лежать рядом, надеясь в глубине души, что именно этот раз был последним.
Он смутно помнит минувший вечер, яркими остаются только странное ощущение темноты, сдавившей грудь, и шальной, дикий взгляд Идзаки, в котором столько всего, что можно задохнуться. А он и задыхается. Или во всем виновата мутная вода?
Чертов алкоголь, чертов Сэридзава. И Риндаман тоже. И Хосен. Чтоб они все провалились. Хотя нет, это будет слишком просто. Сначала он всех их построит, заставит признать себя, а потом пусть проваливаются ко всем чертям…
Гэндзи неожиданно обнаруживает, что смотрит прямо в глаза Идзаки, которые уже какое-то время открыты и с нескрываемым интересом наблюдают за Такией. Смотрит так по-кошачьи, чуть прищурившись, и во всем чувствуется такая борзая лень, что Гэндзи кажется, что еще чуть-чуть, и Шун пошлет его варить кофе. И печь булочки.
Но Идзаки лишь едва слышно фыркает и откидывается на спину.
- Ты в курсе, что во сне пытаешься убить того, кто находится рядом? – подает, наконец, голос Такия.
- И это вместо «доброго утра», - комментирует лениво Шун и потягивается. – Нет, мне такого не рассказывали.
- А ты много кого спрашивал? - с неожиданными даже для себя ревнивыми нотками интересуется Гэндзи и тут же мысленно отвешивает себе оплеуху.
Какая к черту ревность, что за херня?
Шун откровенно ржет и встает с футона. Вопрос без ответа назойливым комаром звенит в голове лидера GPS все оставшееся утро.

Гэндзи во всем и всегда привык идти до конца. Подниматься до тех пор, пока хватает сил подняться. Подниматься через силу. Подниматься даже если кажется, что уже сдох.
Гэндзи привык ни от кого не зависеть. Потому что когда рассчитываешь только на себя, не остается шанса на возможное разочарование. Потому что сам себя не предашь. Потому что он не хочет перекладывать на кого-то свои проблемы, свои страхи, свои обязанности.
Идзаки рядом. Смотрит наглыми-наглыми глазами, вечно уверенный до невыносимости. Такия подозревает, что это определение – «невыносимый», у них взаимное и обоюдное. И пытается учиться не искать взглядом высветленную голову в толпе GPS.
Но даже в который раз разбиваясь о скалу, которую в Судзуране знают под именем Риндаман, он все равно краем глаза видит этот наглый-наглый взгляд и находит в себе силы вставать до последнего.

Идзаки склоняется над ним, протягивая бутылку с водой. Гэндзи разлепляет разбитые губы и морщится, когда вода стекает по горлу. У него опять ничего не вышло, и это бесит страшно.
- Расслабься, - Шун спокоен как отобедавший удав. – Не вышло сейчас, получится потом.
И вроде бы Такия не дурак, чтобы верить в подобные душеспасительные речи, но вот почему-то верит.

Под громкие вопли братьев Миками можно не думать в принципе. Вернее как… Под их громкие вопли думать скорее невозможно. Они виснут по обе стороны от Макисэ и наперебой рассказывают какие-то бесконечные истории, тут же сами ржут, тыкают свою жертву в бока, когда в непосредственной близости появляется какая-нибудь девушка. Идзаки сидит в своем углу, изредка отпуская едкие комментарии в их адрес и время от времени посмеиваясь над всем этим цирком.
- Эй, эй, как там Кёко-рин?
Неразборчивое бульканье, громкий гогот, шипение Идзаки о том, что если ему еще раз наступят на ноги, то он оторвет кому-то голову. Настроение Гэндзи, балансирующее на какой-то хрупкой грани между «все отлично» и «полный пиздец», медленно ползет вверх…


Без тебя
А у птиц лишь одна дорога
Свинцовая неподвижность
Среди обнаженных ветвей
Ибо там за концом этой ночи

Обнаружится ночь конца
Жестокая ночь ночей


… что бы через несколько минут сорваться вниз.
Любая эмоция при нужном раскладе и соответствующих обстоятельствах может моментально стать яростью. При тех же раскладах эта ярость может косить всех без разбора и исключения. Впрочем, вполне вероятно, что это исключительно косяк Гэндзи и его проблемы. И ему бы научиться быть спокойнее, да только возможности все как-то не выпадало.
Когда в помещении появляются Сэридзава и компания, атмосфера тут же электризуется, причем одного Гэндзи хватило бы, чтобы обеспечить электричеством небольшую префектуру. Сэридзава для него как удар для гремучей ртути – раз и взрыв. Особенно в последнее время, когда все идет настолько не так, что Гэндзи хочется просто и без изысков все расхерачить с воплем «Так не доставайся же ты никому». А потом сидеть на обломках Судзурана и, копируя флегматичное выражение лица Тамао, курить.
Сэридзава вроде умный, а все равно идет и рвет на клочки такиевские нервы. То ли ему скучно, то ли жизнь приелась, а самоубийство совершать грешно. В каждом поступке Сэридзавы Гэндзи в последнее время видит лишь желание довести его до ручки, до белого каления. Ему начинает казаться, что Тамао тем самым хочет показать противнику, что он не годится в короли Судзурана.
Гэндзи выпрямляется и чуть подается вперед, пристально наблюдая за вошедшими. В его глазах такое искреннее, честное обещание смерти, что нет причин ему не верить.
- Пошли отсюда, тут эти, - в полголоса лениво выдает Токадзи, у которого видимо плохо со зрением, и обещания он на свою беду разглядеть не может.
И сразу же резко отшатывается, потому что ему в голову летит еще полная бутылка пива, а за бутылкой сам Гэндзи. Но добраться до Юдзи он не успевает – Идзаки быстро соображает, чем все может закончиться, и его абсолютно не прельщает такая перспектива. Цепко ухватив за руки Такию, Идзаки прилагает все усилия, чтобы он не вырвался. Какого хрена тот опять взбесился - не ясно, да и уже не интересно. Все что интересно на данный момент – не дать начать очередную драку.
Гэндзи тощий, но злой как черт, и эта злость поможет ему стену снести. На счастье Шуна, а так же Юдзи и остальных, Макисэ и прочая команда помогают оттащить бушующего лидера в сторону. После чего Сэридзава коротко кивает Шуну, получает в ответ злой взгляд и бесшумно удаляется, оставляя команду GPS в растравленном состоянии.
Гэндзи продолжает беситься. Сэридзава для него как красная тряпка для быка – появляется на горизонте, и в голове активизируется с громким щелчком программа уничтожения.
- Ты какого хера творишь? – Идзаки спрашивает очень тихо, и Такия видит, что глаза у него угрожающе сузились, но программа уже запущена, и остановить процесс не так-то просто. – Нас и так по углам по одному отлавливает и мочит Хосэн, так давай мы еще между собой все пересремся. Так от Судзурана ничего не останется, ты этого добиваешься?! Попробуй для разнообразия контролировать себя… - последнее слово теряется в коротком и поистине неожиданном ударе в скулу.
Гэндзи бесится из-за того, что Идзаки его останавливает, что Идзаки читает ему нотации, что Идзаки, будь он неладен, прав. В его ярости прав только он, а тех, кто попадает под волну, сносит беспощадно.
Чута открывает рот, чтобы сказать что-то, и даже успевает произнести первый звук, но тут же давится им, натолкнувшись на взгляд лидера.
Шун трет скулу, раздраженно и устало глядя на Гэндзи. Потом отворачивается.
- Да иди ты к черту.
Дверь за его спиной захлопывается внезапно громко.

Вечер после этого можно считать торжественно завершенным. Все разбредаются, не глядя друг другу в глаза, одни только братья Миками остаются в привычном бодром настроении – так, словно оно одно на двоих. Оба хлопают Гэндзи по плечам перед тем, как выйти.
Становится непривычно тихо, как будто кто-то выключает звук, и мир автоматически погружается в слепящую тишину.
У него как-то слишком болит рука, хотя удар был не такой уж сильный. По крайней мере, Идзаки же удержался на ногах.
И если бы у него болела только рука, он был бы даже счастлив от такого поворота. Но болит где-то внутри, режет и царапает. Чувство вины и отвращения к самому себе маленьким зверьком растут в нем и скребут изнутри, заставляя сутулиться еще больше и морщиться, все время морщиться, прижимая ладонь к животу так, словно у него язва.
Уже сейчас, успокоившись и придя в себя, он очень хорошо понимает, что лидер из него вышел отстойный. Человек, который ведет за собой людей, не должен срываться с места и бросаться на тех, кто ему верит. На тех, кто за него переживает. Он вдруг очень ясно вспоминает взгляд Идзаки тогда, на набережной – испуганный, дикий. И тот долгий взгляд, которым Шун одарил его перед уходом. Маленький зверек внутри разрастается до масштабов вселенной, и Гэндзи складывает пополам от ощущения катастрофы.

Виски удивительным образом не берет. Вообще. Нарушается только координация, в голове как было светло и чисто – так и осталось.
Правда, нужные кнопки на мобильном находятся с трудом.
«Какого хрена ты ушел?»
Отправить/Стереть?
Стереть.
«Ты жив там вообще?»
Отправить/Стереть?
Телефон методично как метроном отстукивает ритм на грязном столе.
Стереть.
Гэндзи прикрывает глаза, откидываясь на спинку дивана. Поднимает телефон на уровень лица, открывает один глаз, что бы набрать текст и нажать отправить. После чего телефон улетает на другой диван, откуда обиженно жужжит, сообщая о доставке.
«Прости».
«Сообщение доставлено».

Лик прекрасный крылья распахни
Быть разумной прикажи планете
Мы сильны решимостью своей.


- Отдай, это моя бутылка, - кто-то орет, и слышится звук борьбы.
Затем раздается грохот, и становится понятно, что нужно идти за другой бутылкой пива.
Братья Миками привычно ржут и показывают Чуте какой-то интригующий борцовский прием. Макисэ каждому, кто оказывается на пути, рассказывает, насколько прекрасна Кёко-Рин, и какое светлое будущее их ждет. Остальные пьют вдохновлено и торжествующе, поминая время от времени язвительным и насмешливым словом Хосэн, который проиграл на своей же территории.
- Позорно просрали, - раздается ржач и звон бутылок.
Они первый раз собираются все вместе после победы над Хосэном, и атмосфера самая что ни на есть праздничная.
Гэндзи внезапно чувствует себя в головокружительном полете. Все напряжение последних недель, все сомнения, уходят прочь, оставляя только это чувство полета. В конце концов, они победили, и он победил. И это его победа, когда за ним пошли, не смотря ни на что, важнее всего прочего. Судзуран стал его, только он почему-то не сумел заметить это вовремя.
- Не спи, замерзнешь, - знакомый голос прерывает размышления.
Гэндзи фокусирует взгляд на Идзаки и молча таращится, внезапно позабыв нормальные слова. Хочется сказать «Ух, бля, ты опять со мной разговариваешь», но ему хватает ума понять, что это совсем не то.
- Пошли отсюда, - морщится Идзаки и кивает на празднующую толпу. – У меня барабанные перепонки скоро лопнут.
Гэндзи кивает и поднимается на ноги. Мнется на месте. Шун оборачивается и вопросительно приподнимает бровь.
- Идзаки.
- А?
- Ты… это…
- Забей, - фыркает Идзаки и подталкивает Такию к выходу. – Пошли, пошли, я придумаю, как тебе загладить свою вину, до дома только дойдем.
Выходя на улицу, Гэндзи чувствует, как на лице расплывается дурацкая неконтролируемая улыбка. Идзаки за его спиной качает головой и тоже улыбается.




прим. стихи - П. Элюара
...на главную...


декабрь 2019  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

ноябрь 2019  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

...календарь 2004-2019...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Законченные фики
2019.12.06
Учась говорить [2] (Гарри Поттер)



Продолжения
2019.12.08 02:07:35
Быть Северусом Снейпом [251] (Гарри Поттер)


2019.12.06 22:26:02
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2019.12.04 12:55:38
Без права на ничью [2] (Гарри Поттер)


2019.11.28 21:36:33
Дамбигуд & Волдигуд [3] (Гарри Поттер)


2019.11.28 17:37:03
Капля на лезвии ножа [3] (Гарри Поттер)


2019.11.21 21:49:25
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


2019.11.21 19:12:28
Своя цена [20] (Гарри Поттер)


2019.11.17 21:35:03
Работа для ведьмы из хорошей семьи [0] (Гарри Поттер)


2019.11.16 23:22:58
Змееносцы [11] (Гарри Поттер)


2019.11.10 08:05:26
Список [8] ()


2019.10.31 15:09:33
Солнце над пропастью [107] (Гарри Поттер)


2019.10.30 18:08:31
Страсти по Арке [9] (Гарри Поттер)


2019.10.28 13:36:46
Драбблы (Динокас и не только) [1] (Сверхъестественное)


2019.10.24 00:56:13
Правила ухода за подростками-магами [19] (Гарри Поттер)


2019.10.21 15:49:12
Бессмертные [2] ()


2019.10.15 18:42:58
Сыграй Цисси для меня [1] ()


2019.10.11 09:05:17
Ходячая тайна [0] (Гарри Поттер)


2019.10.10 22:06:02
Prized [4] ()


2019.10.09 01:44:56
Драбблы по Отблескам Этерны [4] (Отблески Этерны)


2019.10.06 19:23:44
Я только учу(сь)... Часть 1 [57] (Гарри Поттер)


2019.09.15 23:26:51
По ту сторону магии. Сила любви [2] (Гарри Поттер)


2019.09.13 12:34:52
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2019.09.08 17:05:17
The curse of Dracula-2: the incident in London... [28] (Ван Хельсинг)


2019.09.06 08:44:11
Добрый и щедрый человек [3] (Гарри Поттер)


2019.09.01 18:27:16
Тот самый Малфой с Гриффиндора [0] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2019, by KAGERO ©.