Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

«Что-то хочется хлеба и зрелищ», - подумал Волдеморт и послал Люциуса Малфоя в маггловскую булочную.

Список фандомов

Гарри Поттер[18508]
Оригинальные произведения[1242]
Шерлок Холмс[716]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[140]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[108]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12711 авторов
- 26898 фиков
- 8628 анекдотов
- 17693 перлов
- 680 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


По ком звенит колокольчик или А дальше что?

Автор/-ы, переводчик/-и: tiger_black
Бета:kasmunaut
Рейтинг:G
Размер:мини
Пейринг:СС, РЛ, СБ, ДП
Жанр:Missing scene
Отказ:Все права на персонажей и сюжет "Гарри Поттера" принадлежат Дж.К.Роулинг. Автор фика материальной прибыли не извлекает.
Вызов:Хроноворот
Цикл:Зеркало иллюзий [12]
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:"Городской мальчик Северус Снейп не сунулся бы в лес без острой необходимости – но сейчас необходимость была...”
Сентябрь 1976, 6 курс Мародеров.
Комментарии:
Каталог:Мародеры, Школьные истории, Второстепенные персонажи
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:2011.06.25 (последнее обновление: 2011.06.25 10:05:09)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [7]
 фик был просмотрен 2705 раз(-a)



Редкие старинные зелья хороши тем, что распознать их действие сразу не сможет ни мадам Помфри, ни, если повезет, специалист по Защите.
А плохи – тем, что набор компонентов для них не приобретается в готовом виде. Некоторые ингредиенты – вообще штучный товар. Но Снейп – слизеринец, а это значит – личность запасливая и предусмотрительная. Для зелий первой необходимости у него или все наготове или он точно знает, где это можно взять. В шкафах у Слагхорна, например, или в теплицах Спраут, или – в Запретном Лесу.

Городской мальчик Северус Снейп не сунулся бы в лес без острой необходимости – но сейчас необходимость была острей, чем зубная боль, и сверлила мозг, точно звук маггловской бормашины. Болело весь сентябрь. Тупо ныло, тянуло убедиться: не пора ли, несмотря на то, что он точно знал, когда будет – пора: на убывающей сентябрьской луне, в последней четверти, в сухую погоду, после заката солнца, до выпадения росы.
С лесами Снейп был знаком в теории, записанной на лекциях и вычитанной из книжек, но решил, что этого будет достаточно. На уроках он внимательно слушал профессоров и знал, например, что в Запретном Лесу – если ты каким-то образом, несмотря на запреты, там оказался – категорически не рекомендуется сходить с неизвестно кем протоптанных тропинок.
Не сходить с тропы – ага! А цветочки на тропинках не растут, они – все больше в стороне, в глубине леса, на потайных полянках. Одну такую Северус нашел по записям ненормального даже по меркам волшебников травознатца. Раритет, естественно, прописался в Запретной Секции, но к шестому курсу одержимость Снейпа уже мало что способно было остановить. Тем более что гремучий колокольчик был обязательным компонентом нового зелья из Снейпова боевого списка “для врагов”. Рецепт зелья подвернулся на Рождественских каникулах, а поиски компонентов заняли весь зимний триместр.
Травяная кладовая пряталась глубоко в Запретном Лесу, но ориентиры не подвели, и слизеринец набрел на нее еще весной. В сентябре он навещал заветную полянку через день и был уверен, что дорогу туда и обратно отыщет с закрытыми глазами.

С погодой ему повезло. Было сухо и тихо, а вверху – еще и светло: солнце поглаживало Запретный лес по лохматым макушкам, и в них пересвистывались птицы, а выше, над мачтами корабельных сосен, реяли лиловатые вымпелы облаков. Контраст между золотящейся пеной еще облиственных крон и сгустившимся внизу неуютным темно-зеленым сумраком, заставил бы повернуть назад и гриффиндорца, если бы... Если бы не колокольчики!
Тени, залегавшие по кустам и в высокой траве, распрямлялись, росли, ползли вверх по стволам, подступали к тропинке... Снейп не смотрел ни вверх, ни по сторонам – только под ноги.
До полянки – овальной, просторной, как слизеринская гостиная, все еще зеленой, опоясанной малинником, на котором давно уже не осталось ни ягодки, – он добрался без приключений. За малинником теснились рябины, а сзади на них наступал, путаясь в отцветшей таволге, трепетный и влажноватый осиновый лес. Вот эту тенистую закраину и облюбовал вожделенный гремучий колокольчик – точь-в-точь как сам Снейп, предпочитавший держаться особняком, несмотря на то, что знал себе цену. Хотя о том, каково это – оказаться в центре внимания, он все же задумывался.
Иногда.
До нынешнего июня.

Не то не совсем еще стемнело, не то глаза приспособились к скудному освещению, только колокольчики Северус различал вполне отчетливо. Впрочем, он был уверен, что найдет их и на ощупь, и даже по запаху. Некоторые еще доцветали. Он окунулся в траву, опустился на колени, ласкающим движением успокоил всколыхнувшиеся стебли, пропуская их меж пальцев... точно рыжие волосы... И всхлипнул:
- Ну погодите же теперь... Теперь вы дождетесь!
Пальцы уже сжали трехгранный стебель, когда Снейп вдруг сообразил, что, окруженный в чаще леса вековыми деревьями, он не имеет решительно никакой возможности убедиться, что солнце действительно зашло.
Небо над поляной все еще голубело. Издевательски. По-гриффиндорски. Все против него, он так и знал!
Ничего, он долго терпел. Что ему каких-нибудь десять минут?
Пятнадцать… Небо меняло цвет невыносимо медленно...
Двадцать… Меж ветвей проклюнулась первая звездочка.
Снейп ожесточенно рванул первый стебель.
Второй он переломил уже аккуратнее. Он обрывал верхушки с тугими коробочками семян, набивая карманы мантии – глубокие, но, к сожалению, не бездонные – и весь ушел в это занятие. Птицы молчали, ветер улегся, в листве не раздавалось ни шелеста, тишиной заложило уши. И низкий смех с другой стороны поляны – или храп, или кашель – выбивались из сопротивлявшейся звукам тишины, как из-под плотной повязки.
Но они БЫЛИ, эти звуки.
Не померещились.
Снейп одеревенел. Человек или зверь?
Ни то и ни другое: сквозь тронутую желтизной, но все еще густую листву малинника он видел, как на поляну выходили кентавры. Настоящие хозяева Запретного леса. С мощными мускулистыми торсами – на зависть загонщикам слизеринской квиддичной команды. С длинными волосами – темными и светлыми, прямыми и вьющимися, перехваченными берестяными ободками или стянутыми в хвост. Красивее Блэка. Самоувереннее Поттера.
...Лучше бы это были гриффиндорцы!
Книжный мальчик Северус отличался завидной памятью и богатым воображением, вскормленным учебным материалом, дополнительной литературой, мифами, слухами и сплетнями. Воображение в два счета нарисовало ему несколько вариантов развития событий – в случае, если его обнаружат. Варианты изобразились в деталях, и весьма красочных, которыми изобиловали популярные в слизеринских спальнях истории для запугивания младшекурсников. Вообще-то, Снейп и на первом курсе не принимал страшилки за чистую монету, но… Как там у магглов насчет дыма и огня? Самыми безобидными в тех историях были оргии. В особо зловещих поминались жертвоприношения. Снейп никогда не считал себя подходящим объектом для оргий, но кто знает кентавров? А жертва им, наверное, любая сойдет…
Скорее всего, гриффиндорские любители всякой нечисти, вроде недоучки Хагрида, посмеялись бы над слухами, витавшими в слизеринской гостиной, и над страхами одного отдельно взятого слизеринца. Снейпу смеяться не хотелось. Хотелось превратиться в кого-нибудь очень маленького – в улитку или слизня – и заползти под лопух.
Волшебные твари на поляне смеялись, переговаривались, хрустели сухими сучьями, переступая копытами; вновь прибывающие шуршали ветками, проламываясь сквозь кусты.
Снейп, сообразив, что за этим шумом его не услышат, и задержав дыхание, неловко, боком, завалился под куст, скорчился, стараясь занимать как можно меньше места, радуясь, что не притоптал траву и она с грехом пополам скрывает его от случайного взгляда. Он не пытался рассмотреть, что происходило на поляне: для этого пришлось бы пошевелиться. И слышно было не слишком отчетливо – и слава Мерлину: это означало, что разговаривают далеко от него и приближаться не собираются.
Если бы он только знал, что эту же полянку облюбовали для своих сборищ кентавры!
И что? Не пришел бы?
Снейп мысленно проклинал свою везучесть. Он надеялся выбраться из леса сразу после заката. Теперь не выберешься. А ночью вроде бы звери на охоту выходят – Кеттлберн рассказывал. Вот ведь пропасть-то! И Lumos не зажжешь – это же все равно что закричать всему Лесу сразу: “Здрасьте, я ваш ужин!”
Он смирился с тем, что в эту ночь ему не спать в собственной постели – а, скорее всего, и совсем не спать: жестко и не жарко, и колючки под боком какие-то... Когда же они уберутся-то? Ветра не было, но в ветвях над головой кто-то шебуршился, потряхивая их и время от времени роняя листья. Снейп, чтобы не уснуть, следил за ними, а они падали все чаще и чаще, пока не слились в сплошной шелестящий полог...

Дремотную тишину расколол близкий и какой-то особенно нахальный и вызывающий собачий лай. Северус открыл глаза…
Не надо!
Так вообще не бывает!!!
Кошмары, даже персональные, душат, когда спишь…
А когда просыпаешься – это уже не морок, и не страшный сон, а проклятый оборотень в натуре – настоящий, тяжелый… Спасибо, что в человеческом обличье. И это человеческое обличье практически лежит на тебе сверху и шепчет как заведенное:
- Не кричи. Не кричи. Не-кри-чи…
- Пусти! – захрипел Снейп в прижатую ко рту ладонь и задергался, пытаясь сбросить навалившееся на него тело. Рукой проехался по малине, рукав задрался, руку обожгло, боль прояснила сознание.
- Не кричи, а то они вернутся!
До слизеринца дошло. Он выдохнул и обмяк, вспомнив, наконец, где находится: между кентаврами и гриффиндорцами, и ни от тех, ни от других неизвестно чего ожидать. Впрочем, от Люпина, пожалуй, известно. Он, конечно, не препятствует дружкам творить гадости, но хоть сам не творит… Едва Снейп прекратил сопротивление, ладонь переместилась ему на плечо, предупреждая порыв вскочить и бежать и другие ненужные движения. Лежавший теперь рядом Люпин прошептал:
- Их спугнули. Уползаем отсюда, быстро! Только не шуми…
- Кто спугнул? Ох!
- Си… Псина какая-то, ты что – не слышал, как она гавкала? Ползи давай!
- Я – волшебник! – яростно прошипел Снейп. – Меня летать учили, а не ползать! – он благоразумно умолчал о том, что летать так и не научился.
- Ты слизеринец или кто? Вам по статусу положено! Переживешь!
Полукровка Снейп, наверное, впервые в жизни не помянул нехорошим словом уроки спортивной подготовки в маггловской школе. Хоть чему-то научили полезному! Правда, на стадионе ты хотя бы видишь, куда ползешь...
Под прикрытием деревьев уже можно было бежать, если бы только знать – куда. Люпин не выказывал особой тревоги.
- Не суетись! И смотри, куда ступаешь: нам только сломанных ног не хватало!
- Темно же! Много тут увидишь…
- Не так уж и темно в самом деле: луна!
- Плохо, что не полная.
- Я бы не сказал, что это плохо… Не отставай!
Но после того как Снейп, не глядя под ноги, запнулся за валежину, а потом, глядя, чуть не потерял проводника, а потом шагнул прямо в какую-то влажно хлюпающую ямину и только чудом не потянул лодыжку, Ремус не выдержал и как умел только он – одновременно твердо и нерешительно – велел слизеринцу:
- Руку давай! – И ускорил шаг.
Бежать по неровной земле, продираясь сквозь траву и подлесок, да еще забирая при этом вверх, было куда тяжелей, чем по ровной дороге. Снейп не жаловался. Но дышал как Хогвартс-экспресс под парами.
- Двигаться больше надо! – посоветовал оборотень, переходя на обычный шаг и давая спутнику отдышаться. – ...Ну? Готов? Шевели ногами!
Снейп представить себе не мог, как Люпин ориентируется в темноте – если, конечно, движется не наугад. Наверное, того вело звериное чутье – зрение, слух и нюх, обостренные оборотничеством. Он-то сам различал лишь стволы – настолько, чтобы вовремя уклоняться от столкновения с ними. Но и на бегу нашел время удивиться собственной наивности: как можно было надеяться выбраться из леса по таким потемкам? Ночной лес перестал быть узнаваемым. Кроны над головой слились в сплошные черные пятна, заслонившие небо... Снейп увязал в этой тьме, ему казалось, что он не двигается с места. Если бы не колотье в боку, было бы полное впечатление, что бежит не он, а деревья. Наконец, одно из них – старое, с раздвоенным стволом и развесистой кроной – остановилось прямо перед Люпином, а остальные расступились, образуя, как померещилось Снейпу сначала, поляну. Но дерево росло на краю неширокой просеки. Оборотень уперся ладонью в ствол, будто только так мог задержать бег, согнулся, медленно восстанавливая дыхание.
- Ну вот... – сказал он, сползая по стволу на выступающие из земли узловатые жесткие корни. – Здесь… Подождем.
Обессилевший не только от бега, но и от пережитого страха, Северус рухнул в траву, дыша коротко и загнанно и отчаянно завидуя звериной выносливости Люпина. Расцарапанное запястье напомнило о себе; он лизнул его, унимая жжение, раз и другой, приподнялся на четвереньки и сплюнул. И выплюнул трепещущие на языке вопросы:
- Чего ждать? И почему именно здесь?
- Потому что это дуб. Магическая защита, забыл?
- А если магическая не подействует? Например, на волков?
- Тогда можно будет влезть на дерево.
Слизеринская предусмотрительность не удержалась за зубами:
- Может, лучше сразу на дерево?
- Лезь, я тебя не держу. Авантюрист!
КТО?! Можно подумать, что это он Люпина завел неизвестно куда, а не Люпин – его. И это в его, а не в Люпиновском ботинке вода противно хлюпает. И... С деревом спешить, пожалуй, не следует, но, если встать, то, по крайней мере, можно будет смотреть на оборотня свысока. Или вообще не смотреть. Кто его, в конце концов, здесь держит? Пульс успокоился, руки и ноги тоже почти не дрожали.
- Ага, я авантюрист. До свиданья! Я пошел.
- Давай, – покладисто согласился Ремус. – Куда?
Северус сделал несколько шагов вперед, прочь от Люпина, погружаясь в густую плотную черноту, и против воли оглянулся. Ему казалось – или возле дуба и впрямь было немного светлее? А прямо перед собой невозможно было разобрать, куда ступаешь. Он поглядел направо вдоль просеки – деревья замыкали перспективу сплошной черной стеной, еще более темной, чем мрак у него под носом. Налево – то же самое. Тогда он снова обернулся и требовательно спросил:
- А Хогвартс где?
- А по звездам?
Северус запрокинул голову. Темно-синий купол забрызгали капли серебряной краски, ни о чем ему не говорившие. Он чувствовал себя словно на дне огромного старого неухоженного котла с выщербленными краями. Подумав, Снейп двинулся направо – туда, где ободок лесной чаши казался сколотым сильней, чем в других местах. И услышал из-за спины встревоженное:
- Снейп! Вернись!
Снейп шагнул еще раз.
- Вернись! Не дури, мне нужно что-то тебе сказать…
Обратные несколько шагов оказались короче и быстрее.
- Ну?
Люпин редко бил на поражение, но если не оставалось выбора:
- Ты что – меня боишься?
Тьфу! Вот зарраза!
- И ты ноги промочил. Ты высушивающие заклинания знаешь?
Снейп, не отвечая, зацепил носком пятку, стянул ботинок, с досадой глянул на дерево и попрыгал на одной ноге к стволу. Прислонился, пробормотал заклятье, тыча палочкой в ботинок, затем проделал то же самое с носком, затем – на всякий случай – с листьями под деревом (“Ага”, - сказал Люпин и повторил его маневр там, где сидел сам), затем спрятал палочку и принялся натягивать все обратно.
- Ты бы сел что ли, – посоветовал Люпин. – А то из тебя акробат такой же, как бегун на длинные дистанции.
Ремус был, конечно, прав. Но соглашаться с ним, Северус, конечно, не собирался.
- Я же сказал, что, может, на дерево полезу, – буркнул он.
В кроне скрипуче захихикали.
Снейп обошел дерево кругом, задрав голову, с подозрением вглядываясь в теряющиеся в мутной темноте сучья и развилки, где можно было бы угнездиться с относительным комфортом. Будь он один – точно провел бы всю ночь на дереве. Как лукотрус. Но уж слишком спокойным и уверенным в себе выглядел гриффиндорец. До зависти. До неконтролируемой злости. И еще больше Снейп злился на самого себя – оттого, что не смог уйти от Люпина в жуткую ночь Запретного Леса. Там и днем-то бывало неуютно. А рядом с оборотнем он, как ни странно, чувствовал себя защищенным.
Нет, не так.
Рядом с Люпином не было страшно, потому что это было вообще нереально. Все ощущалось как ненастоящее: и лес, и оборотень, и даже сам Снейп… Ну разве можно принимать всерьез такое идиотское предложение:
- Снейп. Ты знаешь, что у зверей бывает “водяное перемирие”? В засуху, я читал.
- Я не зверь!
- А у нас пусть будет ночное. Я тебя не съем, честно!
Снейп гадал, как бы ему исхитриться сесть так, чтобы и поближе к дубу и подальше от Люпина.
- Долго еще ждать?
- Долго. Можешь поспать пока.
- Спать? Здесь? Я же не сошел с ума! – Если не считать, как его сморило раньше.
- Я покараулю.
- Еще того не легче!
- Ты мне не доверяешь?
- С чего бы это, а, Люпин?
- Ну тогда ты посторожи, а я вздремну. – Ремус и так уже не сидел, а полулежал, Сполз еще ниже, повозился, приминая траву, устраиваясь, шурша палой листвой…
- Тшшш!! – Снейп, присев рядом с Люпином, в панике схватил того за руку. – Слышишь? Сюда кто-то ломится! Слышишь?! – выпустил оборотня и принялся беспорядочно охлопывать вокруг себя траву и листья, нашаривая палку. Не нашел; вскочил, прижимаясь к стволу, едва удерживаясь от того, чтобы немедленно начать карабкаться наверх.
Люпин тоже поднялся – одним легким движением – недолго всматривался в кустарник по другую сторону просеки и вдруг шагнул навстречу отделившемуся от кустов рогатому силуэту: – О! Сохатый! Все в порядке?
Снейп решил, что вопрос относился к нему, но кивнул почему-то олень. Будто понял. Впрочем – почему бы и нет? Озадачивало другое:
- Почему он тебя не боится?
- А чего ему бояться? Он тут – у себя дома. В отличие от нас.
- А от тебя волком не пахнет? В смысле: он его разве не чует?
- Значит, не чует. Да подумаешь – волк! Против волка у него рога. И копыта.
- Я думал, они осенью рога теряют, – пробормотал Северус, отлепившись, наконец, от ствола и подходя ближе.
- Позже, – отозвался Люпин. – И в лоб копытом – все равно остается.
- А можно его погладить?
Олень скосил на слизеринца удивленные, совершенно коровьи глаза. И отступил на шаг.
Люпин хмыкнул:
- Почему бы и нет?
Зверь обратил укоризненный взор на Ремуса. Но Снейп уже провел ладонью по шее животного. Олень переступил с ноги на ногу и слегка наклонил рогатую голову. Превратно истолковав его движение, Северус спросил:
- А рога можно потрогать?
Олень возмущенно всхрапнул и попятился.
- Какой красавец! Но ты же не волшебная тварь, верно? Вот было бы здорово, если бы ты нас до школы довез!..
Олень даже присел на задние ноги... Отпрыгнул и ломанулся обратно в лес.
Ремус давился смехом.
- Ну, Снейп, ну – в самом деле... Ты что – эскимос? На оленях ему...
- На собаках тоже можно, – буркнул обиженный Северус.
Ремус фыркнул, уже не сдерживаясь. Интересно, отчего это ему так весело?
- Надо же... – вслух размышлял Снейп. – Я и не думал, что они понимают человеческую речь.
- У кентавров научились, наверное, – предположил Люпин.
- Разве кентавры оленей не едят? Они что – вегетарианцы?
- А Мерлин знает! – Люпин вернулся на лежку, подчеркнуто не замечая Снейпа, который в замешательстве топтался рядом и, в конце концов, тоже присел – как можно дальше от Люпина (на расстояние почти двух ладоней), но все же так, чтобы лицом не к чаще, а на просеку.
- Кеттлберн не говорил, что здесь водятся олени, – заявил он обвиняющим тоном.
- А Кеттлберн глубже опушки в лес и не захаживал. Насчет здешней живности – это не к Кеттлберну, а к Хагриду.
- Он же полувеликан!
- Зато лес лучше его никто не знает, можешь мне поверить. …Спокойной ночи!
- Нет! – Это же все равно что остаться тут одному.
- Как хочешь. Но это нерационально.
- Какие ты слова знаешь!..
- Снейп. Если ты не хочешь спать, давай тогда поиграем.
- Как?
- “Спроси меня о том, кого я знаю”.
- Например?
- Например, Мальсибер. Его наказали за Мэри или нет?
- Или нет. Дамблдор. Почему он взял в школу оборотня?
- Он сказал, что я должен учиться. Слагхорн. Почему он не приглашает Поттера на свои вечеринки? Джей ведь отличник.
- Твой Джей – бес-полезный, бес-перспективный, бес..
- Он не мой!
- А чей?
- Ты играешь или просто так?
- Играю. – Коварно. – Поттер. Чей он?
- Поттеровский.
Тьфу! Извернулся!

Волк внутри Люпина относился к опасностям, затаившимся в ночном лесу, как-то уж чересчур снисходительно. А Снейп дергался на каждый свист в кронах, каждый треск или шорох... Он же и заметил новую темную тень, скользнувшую через просеку.
- Ой, волк!
- Где?!!
Где-где... Прямо над гриффиндорцем, вот где! Волк – не волк, а кто-то вроде небольшого медведя в прыжке достал не успевшего оглянуться оборотня, прижал к земле, рвал… ой, нет – лизал тому лицо, смешно поскуливая. А Люпин не только не пытался оттолкнуть зверя, вывернуться из-под него – он обеими руками вцепился в густую шерсть на мощном загривке и повторял что-то очень похожее на “Тьфу на тебя, Снейп!” и “Вот идиоты, оба!”, и “Ну наконец-то!”
Северус и сам не заметил, как отполз в сторону – должно быть, его отнесло. Вот этим... медведееобразным стихийным бедствием.
- Все, – Люпин увернулся от шершавого языка. – Все! – Заглянул зверю в глаза, улыбнулся, отпихнул от себя: – Сидеть, мальчик! – И, обернувшись к Снейпу, объяснил и без того уже очевидное:
- Волк – это я. А это – песик, – И напомнил:
- Ты, кажется, мечтал о ездовых собаках?
Пес и не подумал садиться. Но повернул голову. Его внимательный взгляд совершенно определенно переспрашивал: “О ЧЕМ?”
Какие там ездовые! То есть, может, они в природе и есть, но на этого точно где сядешь – там и слезешь.
Люпин с невинным видом предложил:
- Его тоже можно погладить.
Пес сморщился, обнажив зубы. Возможно, то была своеобразная собачья улыбка – о выражении черной морды в черной ночи можно было только гадать – но клыки в темноте белели ясно и недвусмысленно.
- Это он, что ли, кентавров спугнул? – недоверчиво спросил Снейп, некстати припомнив за плечами полулюдей длинные луки и смутно догадываясь, что слово “отвлек” было бы точнее. Кажется, этой псине он обязан всерьез.
- Ага, он самый. Он нас выведет.
- Выведет? – засомневался Северус. – А, по-моему, у него на морде написано, что не столько выведет, сколько заведет!
- Ты на морду-то не смотри, он только с виду страшный, а на самом деле – хороший, - легкомысленно заявил Люпин.
Интересно, зачем он тогда придерживал “хорошего” за холку?
Северус с опаской уточнил:
- Ты его знаешь, что ли? Он местный?
- Местный, местный.
Пес стоял точно зачарованный, уставясь на слизеринца испытующим взглядом.
- Чего это он смотрит?
- Решает, нравишься ты ему или нет? Если понравишься – завиляет хвостом.
- А если не понравлюсь? Покусает?
Как это похоже на Снейпа! Обязательно проговорить вслух худший вариант! А потом удивляться, что накликал…
- А ты-то сам разве кусаешь всех, кто тебе не нравится?
Ремус сперва ляпнул, а потом сообразил, что слизеринцы именно так и делают…
Псина опять оскалилась.
- Свои, – поспешно предупредил Люпин.
Внезапно пес ухмыльнулся – иначе это было не назвать – и сунулся к Снейпу: знакомиться. Снейп отшатнулся.
- Уйди, блохастый!
- Он чистый, – обиделся за собаку Люпин. – И умный: понял, что ты свой. Но все-таки пусть он тебя обнюхает.
Снейп предпочел бы, чтобы его обнюхивал кто-нибудь не с такими острыми зубами, не с таким мокрым носом и не с таким длинным языком, который в два приема стер с его лица маску холодной отстраненности, вырвав у обоих одинаково удивленное:
- Ты чего?!
Выражение Снейповой физиономии без маски больше всего походило на замешательство.
Люпин торопливо обхватил пса за шею и потянул на себя, приговаривая: “Лежать, лохматый половичок!”
Пес удовлетворенно рухнул между старым и новым приятелями. Задрал голову и лизнул Люпина в нос.
В глубине души Снейпу не слишком-то понравилась Люпиновская попытка пресечь изъявления собачьей доброжелательности... Нет, намерение было похвальным. Вот только жест получился… чересчур собственническим. А судя по словам Люпина, гриффиндорец имел на животное не больше прав, чем любой другой студент или профессор. В слизеринце взыграл бес противоречия.
- Лапу дай!
Пес, завалившись на бок, протянул левую лапищу – точно одолжение сделал. Он определенно наслаждался: хвост колотил по земле, взбивая опавшие листья.
- Продолжаем? – почему-то в словах Люпина Снейпу померещилось намерение отвлечь его от собаки. – Сейчас моя очередь! Кровавый Барон. Почему ваш Барон – Кровавый?
- Потому же, почему ваш Ник – Безголовый!
- Ник – почти, – уточнил Люпин.
- А! Для вас – без разницы. Поттер. Что ему нужно от Эванс?
Черное ухо шевельнулось.
- ОН СЛУШАЕТ! – возмутился Снейп.
- Ты еще скажи, что он ПОНИМАЕТ, – парировал Люпин, поглаживая псину по ушам – так, чтобы они прилегли к голове и не дергались. – И ты уже спрашивал о Джее!
- Тогда – Эванс. Что Поттеру нужно от нее?
- Ну, она ему нравится, наверное. Люциус Малфой: правда, что староста из него был, как из...
- Кто растрепал? – вскинулся, не давая договорить, Снейп.
- Ты, – усмехнулся Ремус. – Только что.
- Люпин. – Мстительно объявил Северус. – Что он делает ночью в лесу?
- Это все еще игра?
- Ага. Ты вообще зачем здесь?
- Побегать.
- ???
- Ну, это… Кросс то есть. В смысле – для моциона. Для оздоровления.
- В Запретном Лесу? Для оздоровления? Люпин, ты что – в самом деле больной?
- В общем – да.
Ремус почесывал пса за ушами, тот млел. Снейп провел ладонью вдоль мохнатого бока. На ладони остались шерстинки, Снейп механически вытер руку о мантию.
- Линючий! – констатировал он. И погладил снова – по хребту, и по шее – от души завидуя густому и теплому подшерстку: с таким и зимой на снегу не замерзнешь. Пес, приподняв голову, с подозрением следил за маневрами слизеринца, а затем откинулся назад, не то жмурясь от удовольствия, не то изображая обморок. Снейп продолжил допрос:
- Так ты, когда бегал, на меня наткнулся?
- Вроде того. Мы тебя унюхали.
- МЫ?
- Ну… то есть я.
- А чего мимо не пробежал?
- Снейп, ты ведь вроде учителей внимательно слушаешь. Кеттлберн же говорил, что кентавры магов не любят. Ты хотел убедиться в этом на собственной шкуре?

Люпин гладил пса, а Снейп попробовал сложить два и два… Две Люпиновские оговорки. “Спугнули”, значит? И “унюхали”? Сначала “унюхали” – потом лай – теперь песик этот… Как можно “наткнуться” ночью в лесу? Кулаки сжались сами собой.
- Люпин!
- Ну что еще?
- “Мы” – это кто?! Где остальные?
- Ты о чем?
- Ты здесь не один, и фиг вы наткнулись на меня случайно! Вы следили за мной!
- Следить? За тобой? Как такая мысль могла прийти в твою немытую голову? Очень ты нам нужен!
Убийственный аргумент – и единственный, в который Снейп мог поверить. Мерлин, да он помер бы со смеху прямо тут, на месте, если бы Рем сказал ему правду: что Бродяга заметил, как слизеринец ушел в лес… и не заметил, чтобы тот возвратился. А вот в том, что поначалу Блэк планировал очередную каверзу, Снейп ни на секунду не усомнился бы – и был бы прав.
- Или надо было оставить тебя кентаврам? – вырвалось у Ремуса, прежде чем он понял, что снова ляпнул не самое умное.
- Ну и оставили бы! – Снейп хихикнул, но Люпину показалось, что то был не совсем смех.
- Позвать обратно?
- Зови. Хоть всех. И можешь передать то, что я скажу, Поттеру и его прихвостню Блэку.
Пес резко подобрался в полусидячее положение; Ремус успел облокотиться на его заднюю часть. Пес не внял. Ремус заехал локтем ему по загривку – помогло.
- Делайте со мной что хотите – все равно я вас однажды достану! Я покончу с вами. Жаль только, что оборотное зелье, превращающее в животных, долго готовится – но ничего, впереди еще два курса. Интересно, если превратить Поттера в таракана и прихлопнуть тапком – это будет убийством? А лучше – не сразу, а сначала оглушить. А когда он решит, что ты промахнулся – тогда окончательно. А Блэка – в мышь; и скормить обитателям школьной совятни…
Пес глухо заворчал.
- Заткнись! – прошипел Люпин прямо в торчащее ухо.
Пес выразительно чихнул и уронил морду на лапы.
- А еще есть зелья, которые превращают в уродов, в сквибов, отнимают магическую силу… И зелье, вызывающее отвращение к тому, кто его выпьет. – “Боевой репертуар” был достаточно разнообразен, Снейпу полегчало от одного только перечисления.
Если бы Снейп кричал или ругался, говорил с удовольствием или в запальчивости, в ярости, в предвкушении мести, Люпин решил бы, что тот все-таки не всерьез. Но голос слизеринца был бесстрастен и совершенно лишен интонаций, а слова медленны и взвешенны – и Люпин с ужасом понял, что впервые в жизни слышит язык, на котором говорит ненависть.
Чистая, неприкрытая, выращенная ими – собственноручно.
- А меня – в кого?
- В кролика!
- Ладно. Кто предупрежден, тот… в общем, сам знаешь.
- Ну почему, Люпин, почему именно ТЫ должен был меня вытаскивать? Хуже тебя на твоем месте был бы только Блэк. Или Поттер.
- Или оба. Снейп… Ну чего вы с Поттером не поделили?
“Лили”…
- У Поттера спроси, – огрызнулся Снейп.
- И спрошу. Ты только не ной, Снейп. Наше положение пока лучше, чем ты думаешь.
- И чем лучше?
- Дождя нет. И не холодно. Я, знаешь ли, не вполне представляю нас с тобой обнявшимися и согревающими друг друга…
- Обнявшимися? Да тебе ко мне даже прикоснуться противно!
- А по-моему, я к тебе уже прикасался. И это ты возражал, а не я.
Тьфу, придурок! На него даже злиться неинтересно! И… Он что – с ума сошел?!
Сумасшедший Люпин отцепился, наконец, от собаки (пес, покинув позицию “между двух огней”, развернулся задом к обоим) и решительно обнял слизеринца за плечи – и не позволил тому вывернуться из-под руки.
Снейп и не выворачивался.
- Люпин… Или я “очень вам нужен” или лапу убери.
- Снейп, давай мы “нужен или не нужен” в Ховартсе будем выяснять? Потерпи еще пару часиков.
- Я вас пять лет терплю… Чего мы ждем, Люпин? Ты говорил, что пес нас выведет.
- Снейп, ты хотя бы Кеттлберна слушал? Ты в Запретном Лесу всех тварей знаешь?
- Всех даже ваш Хагрид не знает.
- А ты в курсе, когда эти, которых и Хагрид не знает, охотятся?
- Ннночью, – Снейп с чего-то вдруг начал заикаться.
- Десять баллов Слизерину. Ночью охотятся, а засыпают перед рассветом. Теперь ты понимаешь, чего мы ждем?
- А откуда ты знаешь, когда наступит это “перед рассветом”? У тебя что, часы есть?
Люпин кивнул на собаку.
- У него есть. Биологические. Учись доверять союзникам, Снейп. Хотя бы и временным. Играем дальше?
- Нну...
- Снейп… Почему он... То есть почему ты использовал дезиллюминационное?
- Что? – Снейп решил, что ослышался. От всей своей слизеринской души он надеялся, что ослышался, потому что правила требовали отвечать честно.
- Почему тогда в Выручай-комнате ты использовал чары невидимости? – не выказывая ни малейшей заинтересованности, повторил Люпин. Но воздух между двумя дрожал от напряжения.
- Зачем тебе это знать?
- Просто так. Мы же играем.
- Ну и я просто так!
А ему-то еще не нравилось, что кругом темно и ничего не видно. Да это же просто счастье, оказывается! Что ж – получай тогда:
- Блэк. У него был шрам на ладони...
- Не “был”, а “есть”.
Пес подтянул под себя правую переднюю лапу.
- Все еще?
- Ты постарался, чтобы он не забыл.

Да уж, такое забудешь! Снейп проворчал:
- Лучше бы во что-нибудь травологическое поиграли.
- Надеешься меня поймать? Ха!
- А то нет? Ну что ты знаешь, например, об остролисте?
Люпин перечислил, как на уроке:
- Для защиты, на удачу, в магии сновидений, если носить с собой – будет везти.
- Это все знают.
- А это? – Ремус прикрыл глаза и процитировал: – “Соберите девять листьев падуба, предпочтительно с гладколистого растения, в полной тишине, после полуночи в пятницу. Заверните их в белую материю, скрепив концы девятью узлами, положите под подушку, и ваши мечты сбудутся” (1).
Северус не отвечал так долго, будто повторял в уме услышанное, затверживая наизусть. Потом обронил вслух:
- Девять листьев... – и снова замолчал. И вдруг спросил, резко и требовательно:
- Ты сам пробовал?
- Нет.
- Почему?
Снейп не удивился бы, если бы Люпин его послал (сам-то он послал бы точно). Но тот ответил ровно, не изменившись в тоне (а лица Снейп не видел):
- Есть мечты, которые должны оставаться мечтами.
Снейп кивнул. Не Люпину – собственным мыслям, не заботясь о том, заметят ли его кивок и как истолкуют. Гриффиндорцы могут носиться со своими мечтами, как им заблагорассудиться, а мечты слизеринцев обязаны воплощаться в жизнь! Любым способом.
- Люпин... Сегодня случайно не пятница?
Люпин, уже клевавший носом, вскинул голову так, что приложился затылком к стволу.
- Оууу!.. – Пес, свернувшийся у его ноги, вздрогнул, вздернул ухо и приоткрыл один глаз.
- Снейп... Тебе МАЛО?
Снейп не счел нужным отвечать. Или гриффиндорцам не хватило пяти лет, чтобы понять: да, ему – всегда мало. Вот и сейчас он предсказуемо огреб ответный удар:
- А о чем мечтаешь ты, Снейп?
Как – о чем? Он ведь уже все сказал. Совсем недавно. Исчерпывающе. Хотя – нет; то были не мечты, а планы.
- Выбраться отсюда и оказаться подальше от тебя!
Так, значит?
- Снейп...
- Чего тебе еще?
- Держи.
Люпин через голову пса протягивал ему что-то на раскрытой ладони, Снейп, поколебавшись, взял; оказалось – желудь. Смеется он, что ли?
- Это – тоже на удачу, – серьезно сказал Люпин. – Чтобы выбраться. И чтобы найти остролист.
“Тысячу магических растений…” Снейп помнил. Буркнул “спасибо” и сунул желудь в карман, к колокольчикам, надеясь, что теперь Люпин отстанет.
Не отстал.
- Сев... верус...
- Ну?
- Ты никогда не думал, что у нас – то есть у магов – есть возможность подправить прошлое? Например, с помощью хроноворота?
- А кто мне его даст? – Снейп уклонился от прямого ответа, не заметив, что с головой выдает себя косвенным.
- А если бы дали?
- А что бы я мог изменить? Хогвартс? Отца? Или совсем не родиться?
- Ну... Не так... радикально. В любой момент кто-то из нас мог бы повести себя по-другому...
- Вот и подумайте, как бы вы могли себя повести, – отрезал Снейп. – Для этого хроноворот не нужен.
Люпин замолчал тоже; отлистывая в памяти дни и месяцы, он мысленно загибал пальцы там, где вполне можно было бы обойтись без хроноворота.
Что было бы, если…
Бессмысленное занятие!

- Снейп! Если ты не веришь моему чутью, то как насчет собачьего? Мы вполне можем чуток подремать, пока нас охраняет настоящий сторожевой пес.
Правду сказать, насчет “настоящего сторожевого” Ремус малость преувеличил. Но верил Бродяге куда больше, чем любому настоящему.
- Как ты считаешь, а, Снейп?
А никак. Снейп уже спал щекой в теплой собачьей шерсти, обняв импровизированное изголовье. Минуту Ремус любовался на них. Рассказать кому – не поверят: Нюниус Снейп и Блэк-Бродяга друг с другом – практически без зазора – и не лаются.
И даже спят вместе.
И Ремус готов был спорить, что слизеринец видит во сне девять листьев падуба под подушкой.
Как жаль, что Снейп никогда об этом не узнает. Как и о том, на ком он собирался ехать в Хогвартс… Ремус зевнул и привалился к Бродяге с другой стороны.
Засыпая, он чувствовал смутное беспокойство, связанное почему-то с Блэком и с травологией. Травология – падуб – дуб... Что-то такое было связано с дубом... О! Омела! Растет на дубах; на их дубе – точно, это Люпин мог бы сказать, и не глядя на дерево, чтобы убедиться. И Сириус, скотина, не нашел ничего лучшего, чем лизаться под омелой с ними обоими!

...Пес поднял голову. Ничего не изменилось, только подтаявшую с одного края луну сдуло на другую сторону просеки. Решив, что время еще есть, пес снова погрузился в настороженную дрему.
Их разбудили птицы.
Солнечные лучи – далеко уже не первые – сочились сквозь прохудившиеся и порыжевшие лиственные занавески.
Пес выполз из-под обоих врагов, трущих глаза и разминающих затекшие конечности, потянулся, встряхнулся и гавкнул. По кустам что-то шуршало и похрустывало, но, судя по собаке, не заслуживало внимания.
Наговорившись за ночь, всю обратную дорогу двое молчали, каждый о своем. Третий носился по шуршащим кустам, надолго застревая в них и выскакивая вновь, и от избытка чувств негромко взлаивал.
Солнце поднялось довольно высоко и разогнало ночные мороки, только Снейп маячил перед глазами угрюмой тенью, которая никак не разгонялась. Свет лился на траву, на шкуру пса, на черные мантии, на волосы теплым солнечным душем, смывая ночные переживания и пробуждая в Люпине желание… пошалить. Несмотря на угрозы Снейпа, которым не суждено осуществиться, увы! – слишком уж многие их слышали. И приняли к сведению. Шааалость… Рем закусил губу и зажмурился. Теперь он лучше понимал Бродягу и Сохатого. Снейп просто напрашивался! А обескуражить противника можно, не только расстроив его намерения. Иногда бывает достаточно их поддержать… Люпин попытался представить себе физиономию Снейпа в последнем случае – воображение отказало. А Бродяга его просто покусает – инициатива наказуема, точно!
Словно отвечая его мыслям, пес восторженно рявкнул. Ремус встряхнулся: отсюда уже виднелся Хогвартс. Северус оглянулся.
- Дальше я пойду один, – предупредил он.
Момент был подходящий.
- Снейп!
- Чего?
- Когда сваришь свою отраву, не трудись подливать потихоньку. Просто предложи – я выпью.
Северус замер. Отравы еще не было, но послевкусие проехалось по горлу когтистой лапой.
- Слово? – переспросил он зачем-то.
- Слово.
- И мое!
От ствола отделилась черная фигура. Блэк. Три шага вперед – он встал рядом с Люпином. И Снейп ни на миг не усомнился в том, кого увидит и что услышит дальше.
- И мое – тоже. – Еще один силуэт, чуть подальше, и против солнца не разглядеть, но по голосу и прическе – Поттер.
Опять – один против трех! Привычный расклад. И Хогвартс – даром что виден невооруженным глазом; вмешаться все равно будет некому. Только вот трое – непривычно серьезны, и слова их... какие-то неожиданные.
Северус не спросил, откуда они взялись – незачем; он и раньше подозревал, что Люпин не болтался бы в лесу один, а уведенный потом в сторону разговор превратил подозрения в уверенность. Не спросил зачем. Даже, пожалуй, не испугался – просто почувствовал усталость и что ему все равно. Осознать услышанное можно было и позже. Он развернулся, молча и равнодушно, – гриффиндорцы не били в спину – и побрел в сторону поднимавшихся над деревьями башен.
- Снейп! Подожди!
То, что от некоторых можно не опасаться удара в спину, еще не означало, что не последует удара в лицо…
Блэк спросил в упор:
- Хочешь попасть в замок без проблем и снятых баллов?
- Покажи, кто бы не хотел.
- Это наш секрет.
- Подавитесь своим секретом!
- Снейп, да не заводись ты! – Ремус поймал слизеринца за рукав. – Это действительно секрет, но... У тебя есть чем глаза завязать?
И что прикажете отвечать на это завуалированное “Можно?”
- А заклинание временной слепоты? – очень кстати встрял Поттер, не понимая или делая вид, что не понял, о чем спрашивает Люпин.
- Я его не люблю, – просто ответил Ремус. – Ну так есть чем?
Снейп глянул на Блэка и принялся развязывать галстук.

А потом были непонятные слова:
- Все не влезем.
- Всем и не надо.
- Все равно в обрез...
- Ничего, Принглу будет не до вас, вот увидишь!
А потом и без слов все было понятно. Потом его подхватили под руки, стиснули с двух сторон – прикосновение чужих тел обжигало даже через одежду – и повели. Это напоминало танец. Снейп никогда не танцевал, и удивился бы – если бы у него оставалось время удивляться – как быстро, оказывается, приноравливаешься чувствовать ведущих партнеров, двигаться в такт, обходиться без слов, отзываться на невнятный шепот и задержку дыхания, слушаться самых легких пожатий ладони (интересно, чья то была ладонь?)
И на визгливый окрик завхоза: “Это еще что? Куда? Брысь!! Кому сказано?!” – чуть было не ответил: “Мы!” (рот надо было затыкать, а не глаза завязывать!)
А когда разбегались у лестницы: Снейп – вниз, к своим, а Люпин с Поттером – наверх, тоже к своим, Блэка почему-то не было...


А полтора месяца спустя по дороге на травологию Снейп салютует Мародерам плоской стеклянной не то фляжкой, не то бутылкой, и после урока, отстав от всех, и от Питера тоже, трое и слизеринец прячутся за стеллажами с китайской капустой, и Снейп деловито трансфигурирует три небольших горшочка для рассады в три граненых стакана.
- А помыть? – ворчит Блэк. – Агуаменти!
Ремус пожимает плечами, Поттер без лишних слов ополаскивает оба – свой и Люпиновский. Снейп ждет, демонстрируя полное понимание: мол, сколько ни оттягивайте, а пить все равно придется!
... Прозрачную, бесцветную и, как выясняет, пригубив, Ремус, безвкусную жидкость.
- Твое здоровье, Снейп! – усмехается он, вытирая губы.
Блэк поправляет:
- Наше!
Поттер, выхлебав свою порцию, интересуется:
- А дальше что?
Снейп медлит с ответом, тянет время, поигрывая бутылкой, в которой на донышке плещется остаток зелья – ровно четвертая порция, потом допивает “отраву” прямо из горлышка.
- Какая разница? Может быть – ничего? Увидимся у Помфри – сравним ощущения!

11.12. 2008.
...на главную...


январь 2021  

декабрь 2020  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

...календарь 2004-2021...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2021.01.20 15:28:11
Наперегонки [5] (Гарри Поттер)


2021.01.19 16:38:13
Вы весь дрожите, Поттер [1] (Гарри Поттер)


2021.01.18 21:27:23
Дочь зельевара [198] (Гарри Поттер)


2021.01.18 13:15:09
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2021.01.18 09:54:54
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


2021.01.16 18:04:53
В качестве подарка [71] (Гарри Поттер)


2021.01.15 22:42:53
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2021.01.15 22:23:00
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2021.01.10 22:54:31
Амулет синигами [118] (Потомки тьмы)


2021.01.10 15:22:24
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2021.01.09 23:38:51
Без права на ничью [3] (Гарри Поттер)


2021.01.08 13:40:40
Глюки. Возвращение [240] (Оригинальные произведения)


2021.01.04 17:20:33
Гувернантка [1] (Гарри Поттер)


2021.01.04 10:53:08
Своя цена [22] (Гарри Поттер)


2021.01.02 18:24:44
Я только учу(сь)... Часть 1 [62] (Гарри Поттер)


2021.01.01 21:03:38
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2021.01.01 00:54:52
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2020.12.26 12:25:17
Возвращение [0] (Сумерки)


2020.12.20 18:26:32
Леди и Бродяга [5] (Гарри Поттер)


2020.12.15 20:01:45
Его последнее желание [6] (Гарри Поттер)


2020.12.13 15:27:03
Истоки волшебства и где они обитают [4] ()


2020.12.10 20:14:35
Змееглоты [10] ()


2020.12.01 12:48:46
Дамблдор [8] (Гарри Поттер)


2020.12.01 12:36:53
Прячься [5] (Гарри Поттер)


2020.11.29 12:40:12
Мой арт... [4] (Ван Хельсинг, Гарри Поттер, Лабиринт, Мастер и Маргарита, Суини Тодд, Демон-парикмахер с Флит-стрит)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2021, by KAGERO ©.