Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

-Как появились кентавры?
-Просто однажды несколько неудачников попытались освоить анимагию.

Список фандомов

Гарри Поттер[18479]
Оригинальные произведения[1239]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[139]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[107]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12695 авторов
- 26934 фиков
- 8617 анекдотов
- 17678 перлов
- 674 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Как скажешь

Автор/-ы, переводчик/-и: Хелли Хеллстром
Бета:сама себе бета
Рейтинг:R
Размер:мини
Пейринг:ФУ/ДМ, ДМ/АМ
Жанр:Drama, Romance
Отказ:все права на героев принадлежат тем, кому они должны принадлежать.
Фандом:Гарри Поттер
Аннотация:об упущенных возможностях и путешествии в прошлое без всякого хроноворота.
Комментарии:в тексте есть упоминание смерти персонажа.

Настоятельная просьба - НЕ размещать текст на других интернет-ресурсах.

Фик написан на весенний Малфой-фест 2011 на дайри.ру

Каталог:Пост-Хогвартс, Книги 1-7
Предупреждения:слэш
Статус:Закончен
Выложен:2011.06.02 (последнее обновление: 2011.06.02 23:11:53)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [8]
 фик был просмотрен 1934 раз(-a)



Ночью шел дождь, а утро выдалось ясным и солнечным. Нежаркие ласковые лучи падали на ровные ряды могил защитников Хогвартса, и Драко, пробираясь по влажной еще траве с букетом белых роз в руках, в очередной раз безмолвно порадовался тому, что хогвартское кладбище лежит в стороне от озера и прочих людных мест. Меньше было шансов наткнуться на кого-нибудь в этот час. А уж могилу Дамблдора он и вовсе не хотел видеть раньше, чем это станет необходимым.

Кладбище было чистеньким, ухоженным. Темный гранит плит с золотой гравировкой, аккуратные дорожки меж могил. Драко усмехнулся краем рта. Еще бы кладбищу не быть ухоженным в день очередной годовщины победы над Волдемортом. Великая битва за Хогвартс. Ставший, видимо, вечным Филч со своим помощником и этот придурок Хагрид наверняка две недели назад начали все вылизывать.

Как тихо. Только насвистывает невдалеке какая-то птица. Через пару часов здесь будет уйма народа в парадных одеяниях, вспышки колдокамер, жужжание толпы, а посредине — горстка замшелых старых пней и молодых еще выскочек с огнем во взорах и напыщенными речами на языках. Основное действо развернется возле могилы Дамблдора, но и этому месту достанется: почти все, кто участвовал в битве за Хогвартс, похоронены здесь. Некоторые семьи забрали своих близких, чтобы они лежали на семейных кладбищах, но большинство, подобно Уизли, сочли «великой честью для своих родных покоиться в земле Хогвартса, ради которой они отдали жизни». Удобное сочетание безутешной скорби и вполне практической выгоды — эти похороны оплатило министерство. У рыжих голодранцев наверняка и фамильного кладбища-то нет.

Драко надолго запомнил ту давнюю церемонию прощания с героями — они с отцом и матерью стояли в стороне, сопровождаемые злобными взглядами и ядовитым шепотом, материнская рука сжимала его плечо, крепко закушенная нижняя губа отзывалась болью, а в ушах продолжали звенеть слова Люциуса: «Запомни, Драко, никто не должен усомниться в том, что мы имеем право присутствовать — поэтому мы будем присутствовать».

Каждый год Драко приходил сюда в годовщину битвы, стараясь не обращать внимания на витающее в воздухе неодобрение, поджатые губы старой кошки МакГонагалл, горящие, как угли, глаза матери Уизела, застывшее, словно мраморная маска, лицо Флер Уизли рядом с покрытым шрамами лицом ее мужа. Вначале приходил один; после женитьбы — с Асторией, теперь еще со Скорпиусом. Каждый год он выдерживал этот фарс, и еще долго будет выдерживать — ради сына.

Каждый год здесь говорится одно и то же. Обрывки этих речей накрепко засели у Драко в голове. Никто не забыт, ничто не забыто... наши доблестные мальчики и девочки... вечно будем помнить их подвиг... пример для будущих поколений, урок для всех нас... бла-бла-бла. Снейпу повезло: он похоронен у Визжащей хижины и на его могиле никто не витийствует подобным образом.

Поттер, как всегда, будет гвоздем программы. Припрется со всем своим выводком и рыжей Уизлеттой, будет мяться от волнения, и в его внешнем виде обязательно будет что-нибудь да не так: либо знаменитые вихры национального героя будут торчать больше обычного, либо нитка повиснет на рукаве парадной мантии, либо стекла дурацких очков окажутся заляпанными пальцами, — но все будут смотреть и вдохновенно лыбиться на образцовую семью спасителя магической Британии. Оно и к лучшему — тем меньше косых взглядов достанется самому Драко. Столько лет прошло, а многие до сих пор глядят на него так, будто он — кусок собачьего дерьма посреди нарядной клумбы. Спасибо отцу и собственной глупости. Драко сжал челюсти. Что ж, по крайней мере, Скорпиуса не травят в школе. С младшим отпрыском Поттера они приятели, тот пару раз приезжал на каникулах в Мэнор погостить. И Драко намеревался это приятельство поощрять, хотя тесное общение с Поттером-старшим по-прежнему не входило в его планы.

Дойдя, наконец, до нужной ему могилы, Драко почувствовал, как привычная сосредоточенная тишина начинает окутывать его, словно кокон. Исчезли неуместные мысли, даже птичье пение стало нездешним, приглушенным, остался лишь рассеянный солнечный свет, плитки дорожки под ногами, мокрая трава и черный гранит с золотой гравировкой — ничем, кроме надписи, не отличающийся от других таких же плит.

Фред Уизли, 1 апреля 1978 г. — 2 мая 1998 г.
Смерти нет


Тишина.

Где-то на границе сознания все-таки мелькнула привычная мысль: эти рыжие придурки даже не сообразили написать на плите полное имя... а впрочем, каким оно было у Фреда и было ли? Фредерик? Альфред? А дальше? Что за бред лезет в голову... какое ему дело до полного имени Фреда Уизли?

Солнечные лучи то тут, то там высвечивали на темной поверхности надгробия радужные отблески, похожие на пленку, которую оставляет на лужах и сыром асфальте маггловский бензин. Поморщившись от сравнения и крепко сжимая колючий букет, Драко в очередной раз задал себе вопрос — зачем он приходит сюда?

Он и вправду не знал ответа, сколько ни ворошил воспоминания.

***

...В тот день Драко просто распирало от злости, и в конце концов он сбежал от Крэбба и Гойла, не желая слушать их дурацкое блеянье. Поттер, гад шрамоголовый, снова был в центре всеобщего внимания, разыгрывал из себя героя, и никакая холера его не брала. Обошел дракона, помирился с придурком Уизелом и плевать хотел на все подначки и значки!.. Больше всего злило то, что самому Драко было на это не плевать. Худшим унижением оставалось только мерзкое и стыдное превращение в хорька на глазах почтеннейшей публики, да еще изощренная словесная порка в письменном виде, которой его удостоил отец.

Драко зло шмыгнул носом и прибавил шагу, заворачивая за угол темного коридора. Ничего, он еще со всеми поквитается, он...

Дорогу преградили две тени, и он даже пискнуть не сумел от неожиданности.

— Ух ты! Гляди-ка, братец Фордж, что это у нас тут? — крепкие руки бесцеремонно ухватили Драко за плечи, развернули.

— Опа! — новая хватка, рывок в другую сторону. — Смотри-ка, братец Дред, хорек! Шастает после отбоя....

— ...не спится ему, бедняжке... — чужие руки удерживают, не позволяя рвануться.

— ...лавры Гарри покоя не дают! — и Драко прижат спиной к стене, а перед ним опять маячат два темных силуэта. С рыжими шевелюрами.

Чокнутые Уизли... Неожиданно вернулся голос:

— Пустите, вы, уроды!.. — Драко чуть не сорвался на визг и умолк, ожесточенно выдираясь из цепких пальцев.

Послышалось приглушенное хихиканье.

— Тихо, тихо, тихо, Малфой...

— ...разве можно орать после отбоя?..

— Не ровен час, придет кто-нибудь...

— ...пострашнее нас!

Эти идиоты снова заржали.

— Пустите, говорю! — прошипел Драко, снова пытаясь вырваться, но вместо этого попал в объятия одного из близнецов, дернулся и был немедленно перехвачен другим, оказавшись в кольце из двух пар рук. Спереди и сзади было тепло чужих тел, чужое дыхание, и Драко замер, слабея, как пойманная котом мышь, чувствуя закипающие в горле злые слезы. Тусклый свет превратил физиономию стоящего перед ним близнеца в гротескную маску.

— Хороший же хоречек, — ехидно хихикнула маска, — беленький, пушистенький... — ловкие пальцы взъерошили и растрепали тщательно уложенные волосы, легко щелкнули по носу.

— Но непоня-я-ятливый... — тихо и зловеще прошелестело сзади, согрев дыханием макушку. Драко вздрогнул.

— Что вам нужно?! — выкрикнул он звенящим шепотом.

— О, всего-то ничего... — теплое дыхание коснулось уха.

— Вернее, всё то же самое. Мы тебя уже предупреждали — оставь Гарри в покое и выкинь эти чертовы значки, иначе будет неожиданно и весело. Ты не поверил? — нехорошо усмехнулись спереди.

— Да нужен мне ваш Поттер...

— Ну конечно, — дохнуло сзади. По позвоночнику побежали колючие мурашки.

— Конечно, он тебе не нужен, мы же знаем... верно, братец Дред? — значит, сзади Фред?..

— Верно. Так что ты просто оставишь его в покое и прекратишь зачаровывать эти идиотские значки, а мы не станем тратить на тебя даром то, что могли бы продать. Ты же умный мальчик, уж мы-то в курсе, правда, братец Фордж? — а впереди Джордж?

— Нам ли не знать. Ты нас понял?

— Да идите вы... — со злостью выдохнул Драко, понимая, что сейчас ему ни за что не добраться до палочки: Фред крепко держал его руки. — Я скажу отцу, и он...

Смех Фреда отозвался вибрацией во всем теле, к лопаткам на мгновение тепло прижалась чужая грудь. Драко в панике умолк, чувствуя, как спину свело ознобом.

— Без папочки ни шагу? А что нам сейчас мешает превратить тебя в хорька, а, Малфой? А потом беги к папуле, может, он тебя узнает. Вдруг ему сердце подскажет!

— Ах вы... — Драко дернулся, пытаясь выхватить палочку, засопел, борясь с близнецами, но добился только того, что его бесцеремонно облапали в четыре руки, отняли палочку, завертели, защекотали, захихикали...

— Что тут за шум, милая?

Все трое вздрогнули. Филч! Фред опомнился первым, мертвой хваткой вцепившись в Малфоя и зажав ему рот:

— Черт... Да не кусайся!.. Джордж, я держу его, отвлеки Филча. Надо закончить разговор.

— Заметано! — прокравшись вперед, Джордж с грохотом рванул по коридору, вызывая огонь на себя, а Фред ловко и быстро втянул Драко в какую-то комнатушку и захлопнул дверь.

Судя по швабрам, ведрам и еще какой-то хозяйственной дряни, это был чулан Филча. Пахло пылью и «Волшебным веществом мадам Эрики». Драко хотел уже рвануться и заорать во все горло, чтобы Филч услышал, но гибкое, сильное тело Фреда прижало его к стене, а возле самого уха раздалось насмешливое:

— Хочешь остаться под Silencio, пока оно не спадет? — и в ребра недвусмысленно уперлась палочка.

Драко засопел и попытался отстраниться, но деваться было некуда — сзади была стена, впереди — тепло и тяжесть чужого тела; дыхание Фреда касалось губ, палочка неприятно давила под ребром. Драко мелко, отчаянно задрожал, стараясь отвернуться и не дышать. Уху было щекотно. Тело предательски обмякло и вообще вело себя странно.

За дверью послышались шаги — возвращался Филч, не догнавший никого и почуявший неладное.

— Помолчи, будь добр, — тихо, твердо и насмешливо произнес Фред у самых губ Драко, а затем горячая ладонь с твердыми бугорками мозолей снова плотно закрыла малфоевский рот. Сейчас это было сделано почти нежно.

Драко был словно в горячке. Не успел он испугаться неожиданного желания прихватить чужой палец губами, как меж ног по-хозяйски втиснулось бедро — чтобы ни одному хорьку не пришло в голову податься вбок и смыться. Драко беззвучно пискнул, ошарашенный нахлынувшей волной возбуждения и дрожи; вытянулся в струнку — присмиревший, покорный. Стало жарко, стыдно и хорошо, как бывает перед сном, за плотно задернутым пологом, когда касаешься себя везде, где хочется. Только так не бывало никогда — чтобы каждое прикосновение заставляло вздрагивать, отдаваясь огнем в паху, сумасшедшим грохотом сердца в груди и шумом крови в ушах... чтобы рядом было другое теплое тело, льнущее властно, бесцеремонно, как будто имеет на это полное право. И уж тем более Драко не думал, что такое у него может быть с другим парнем. Детские игры «в целителей» с раскрасневшейся Панси — тоже с привкусом запретного, тайного, стыдного и сладкого — не шли ни в какое сравнение.

— Тихо, — яростно шепнул ни о чем не подозревающий Фред в самое ухо, и у Драко окончательно и бесповоротно встало. Он чуть не захныкал от унижения и ужаса, и в этот момент Филч взялся за дверную ручку.

— Так-так... и что у нас тут?

Бедро Фреда напряглось, посылая по всему телу Драко волну чистого звенящего удовольствия, и Драко зажмурился. От страха быть обнаруженным еще нестерпимее захотелось... хоть чего-нибудь. Было невыносимо просто стоять и не иметь возможности ни заорать, ни убежать, ни кончить.

При свете Lumos’а Филч оглядывал каморку, и Драко мысленно возблагодарил Бога за то, что они оказались в самом темном углу.

— Нарушитель бы заперся, верно, моя дорогая? Но мы все равно проверим...

Драко зажмурился еще крепче. Только миссис Норрис здесь не хватало! К счастью, драная кошка Филча в чулан входить не стала — видимо, ей не нравился запах «Волшебного вещества». А Филч, судя по всему, решил, что раз миссис Норрис не пытается войти, то и входить незачем.

— Пожалуй, стоит посмотреть за доспехами... пойдем, пойдем, милая, нарушителю никуда от нас не деться...

Дверь захлопнулась, послышались шаги удаляющегося Филча. Секунду спустя пальцы Фреда дрогнули, он едва заметно шевельнулся, и Драко затрясло с удвоенной силой — оттого, что ставшие чувствительными соски легко потерлись о ткань рубашки.

— Молодец Джордж, ушел... — пробормотал Фред, отнимая пальцы от губ Драко. Драко беззвучно всхлипнул. — Да ладно, не трясись. Не лезь к Гарри, и ничего тебе не будет... эй, ты что?..

Драко изо всех сил пытался отстраниться, отвернуться, но дубина Уизли не удосужился даже изменить позу, вместо этого еле слышно произнеся:

Lumos.

Драко часто заморгал, чувствуя, как намокают ресницы. Сейчас этот козел поймет, что у него, у Драко, стоит, и начнет издеваться. Хотя сам первый полез! От злости и загнанности его тряхнуло, и он в упор уставился на Фреда.

А тот слегка отодвинулся, окинул взглядом; почувствовал, наконец, к чему прижимается его бедро... Драко не выдержал — брызнули злые слезы, откуда-то из самой глубины вырвалось страстное, отчаянное:

— Ненавижу тебя!

Фред молчал, только смотрел внимательно и непонятно, не отстраняясь. Драко по-волчьи глядел исподлобья и сжимал зубы, жалея, что не сдержался. Отец бы ни за что не попал в такую ситуацию. Не позволил бы загнать себя в угол, и вообще... У настоящих Малфоев не встает на парней. Настоящие Малфои владеют собой и своими эмоциями.

Если бы отец узнал о его унижении... Он приподнял бы брови, сразу заставив Драко почувствовать себя полным ничтожеством, слабым и безответственным, и добил бы его одной-единственной фразой: «Я разочарован, Драко».

— Ну, что уставился?! — зло выплюнул Драко, чтобы упредить, ударить до того, как ударят его.

Взгляд Фреда изменился, но не было в нем ни ненависти, ни презрения, ни даже прежней насмешки. Что-то странное, незнакомое появилось в его глазах, и Драко удержался от гадости, которую хотел выкрикнуть. И вздрогнул, почувствовав, как Фред легонько провел по его щеке костяшками пальцев. Помедлил, затем невесомо тронул нижнюю губу... Драко задохнулся от изумления, а Фред — нетерпеливый, порывистый, злоязычный Фред Уизли — еле заметно улыбнулся и произнес:

— Тихо, ребенок. Тихо...

Это прозвучало так спокойно и ласково, что у Драко удивленно приоткрылся рот. И немедленно зазвенело в ушах от желания разрыдаться.

Глаз Фреда толком не разглядеть, ни выражения, ни цвета... но Фред не собирается издеваться, он словно бы... понимает. Как будто всё, что происходит — нормально. Сейчас Драко и вправду заревет — от облегчения, от нестерпимого чувства покоя и небывалой, неслыханной до сих пор свободы. Словно сейчас можно всё. Словно не может быть ничего неправильного...

В неярком свете Lumos’а веснушки Фреда кажутся дрожащими тенями. У его дыхания — запах шоколада из «Сладкого королевства». Его пальцы бесстыдно и ласково обрисовывают контур уха, касаются шеи...

— Хочешь?.. — хрипло, очень тихо, едва слышно — и Драко с сумасшедшим восторгом понимает, что если он скажет «нет», Фред ничего ему не сделает, просто отстранится и выйдет из чулана. На самом деле не тронет его. Не скажет гадость напоследок, не наколдует какой-нибудь сглаз... Драко понятия не имеет, откуда он знает, но это так же просто, как солнце над головой, как лакричные тянучки, как замершие у его шеи теплые подушечки пальцев... Так же просто, как дышать. И Драко выдыхает:

— Да!..

И слышит в ответ щекотное и удивительное:

— Как скажешь...

И сходит с ума от торопливого запирающего заклятия, от вернувшейся кромешной тьмы, от легких быстрых неожиданных касаний, от теплых ладоней под рубашкой, от горячих губ на своих губах. Смешной вкус. Вот что значит целоваться взаправду... Вкус шоколада, вкус самого Фреда... и хочется стонать от того, как невыносимо жарко и хорошо, хорошо, хорошо-о!.. Губы Фреда спускаются ниже, пальцы сжимают сосок, скользят, и Драко выгибается навстречу принимающему его рту, и потрясенно ахает, и солнце, плясавшее на внутренней стороне век, заполняет его всего, без остатка, а затем взрывается, словно огромный, неправдоподобный фейерверк.

Колени подламываются, Драко сползает вниз, но его подхватывают, обнимают, гладят по спине, и действительность постепенно возвращается, расставляя всё по местам.

Фред. Слабый запах пота — и это приятно. Запах мыла, какого-то шампуня, ткань поношенной мантии под щекой, и можно лизнуть кончиком языка шею у самого уха. И, окончательно обнаглев, шепнуть: «А ты?» — и сжаться в ожидании ответа, потому что страшно и непривычно, и, откровенно говоря, не хочется никакого продолжения, даже если это нечестно по отношению к Фреду. Честность — вот еще... она для гриффиндорцев. Но Фред только фыркает ему в волосы: «Как-нибудь потом», и Драко обмякает от облегчения и странной, непривычной нежности. Это страшно, но ему пока не хочется пугаться. Пока еще можно всё. Это как будто понарошку. Как будто такая игра. Затылок удобно ложится в ладонь Фреда, и целоваться по-настоящему так классно... И очень странно чувствовать во рту у Фреда свой вкус.

***

Драко хорошо помнил, что на миг мелькнула безумная мысль — не выходить бы никогда из этого чулана! Но они вышли, и неловко остановились, не зная, как теперь расходиться, и Фред отдал ему палочку и спросил:

— Не жалеешь?

— Нет! — выпалил Драко прежде, чем сумел себя сдержать — и как-то успокоился, поняв, что сказал правду и ему на это плевать.

— Хорошо. Ты еще...

— Угу, — быстро перебил Драко.

— Тогда сам меня найдешь, — кажется, Фред улыбнулся. — Дойдешь один?

— Еще бы!..

Фред фыркнул:

— Ну пока.

— Пока, — независимо ответил Драко. Можно подумать, он без Уизли не найдет подземелья!

***

До утра Драко был как во сне и всерьез верил, что сказал Фреду правду — он хочет еще встретиться. Повсюду жили прикосновения Фреда, на губах оставался, то и дело проявляясь, его вкус, кожа словно впитала его запах. Это было здорово — как будто Драко теперь был не один, и еще... еще стало так легко кончать раз за разом, вспоминая всё, что случилось. Спал он всего пару часов.

Действительность настигла его окончательно только утром. Одеваясь, Драко позволил себе помечтать о тайных встречах, о том, что еще может быть... В Большой зал он пришел в прекрасном настроении, изумляя плетущихся сзади Крэбба и Гойла. Фреда пока нигде не было видно, и Драко поднял голову, наблюдая за совами, доставляющими утреннюю почту. Перед ним сова сбросила на стол привычный пакет со сладостями от матери и свежий «Ежедневный пророк». Драко уже лениво потянулся к газете, как вдруг сердце пропустило удар — поверх «Пророка» лежал конверт, надписанный изящным и скользящим отцовским почерком. Драко замер, как кролик перед удавом. К горлу подкатила тошнотворная слабость. Может ли быть, что кто-то... осведомил отца? То, что случилось вчера, было нормальным только за дверью того чулана, в темноте, без свидетелей. При свете дня всё выглядело совсем иначе и решительно не вписывалось ни в какие рамки. Драко похолодел: что, если отец узнал?! Он представил себе лицо отца, первую страницу «Пророка» с красочным скандальным заголовком, и к горлу поднялась новая волна тошноты. Драко судорожно вцепился в «Пророк», взгляд заскользил по буквам, не улавливая смысла, но фамилии «Малфой» нигде не было видно. Страница пестрела Поттером и пространными описаниями первого испытания Турнира трех волшебников. Стало чуть легче, и Драко заставил себя взяться за конверт. Сердце билось где-то в горле, набатом отдаваясь в ушах. Он начал читать и едва не сполз на пол от внезапного облегчения — отец всего лишь интересовался подробностями первого испытания.

Мокрый как мышь, Драко аккуратно отложил письмо, заставляя себя приняться за завтрак. Сердце продолжало гулко сотрясать грудную клетку, руки подрагивали. Только сейчас он осознал возможные последствия своего поступка.

Отец будет не просто разочарован, нет. Он будет в ярости.

В свои четырнадцать лет Драко уже достаточно хорошо понимал, что для отца является допустимым, а что — нет. Сомнительного характера связь с мальчишкой из семьи предателей крови — к тому же нищим чокнутым Уизли — в число поступков, допустимых для наследника Малфоев, не входила. На сей раз у Драко кровь застыла в жилах, когда он представил, что может быть дальше. Отец его в порошок сотрет и будет прав.

Выход был только один — прекратить это немедленно. Только бы Уизли кому-нибудь не разболтал...

Прекращать не хотелось. Фред Уизли как будто мучительно раздвоился — и если «оборванец Уизли», с его глупыми опасными выдумками, сомнительными шуточками, поношенными мантиями и дурацкими свитерами, был частью привычного мироустройства, понятной и не слишком интересной, то Фред, с его веснушками, чуткими бесстыдными пальцами и горячими губами, в обычный порядок вещей совершенно не вписывался и тянул к себе, словно невербальное Accio. Хотелось снова быть... вот таким, каким он был тогда с Фредом.

Секунду Драко еще позволил себе вспоминать и надеяться... неужели нельзя попробовать?.. но страх и уверенность в отцовской правоте уже парализовали его, растекаясь медленным ядом. Отец ждал от Драко достойного поведения, и Драко был обязан оправдать ожидания. Отец никогда не говорил ему «как скажешь». Он говорил: «Драко, ты должен», а дальше шел перечень того, чего он ждал. Он был умным, сильным и влиятельным. И еще отец всегда был прав. Драко нечего было противопоставить этой правоте. Когда в детстве отец учит тебя летать на метле, рассказывая, что нужно делать и как сидеть, а потом в твои одиннадцать лет мадам Хуч заявляет, что у тебя неправильная посадка... конечно, идиоткой и дурой оказывается мадам Хуч. Четырнадцать лет мало чем отличаются от одиннадцати в этом смысле, разве что таких противоречий накапливается куда больше. Уже потом, много позже начинаешь понимать или хотя бы догадываться, что мадам Хуч имела все основания быть правой. А отец мог ошибаться. Так же, как тогда, когда заигрался в политику, пустил в свой дом опасного сумасшедшего и позволил ему управлять собой и своей семьей. Но о таких вещах думаешь не сразу. И уж конечно, не в тот момент, когда одно-единственное отцовское письмо способно повергнуть тебя в панику.

Зато не можешь не думать потом — а что было бы, если...

Но тогда Драко раздумывать не стал. Перед ним лежало уготованное ему блестящее будущее, и один идиотский случай в чулане не имел права всё перечеркнуть. Поэтому после завтрака Драко нашел Фреда Уизли и в самых светских выражениях объявил ему в дальнем коридоре, что значки с надписью «Поттер — вонючка!» он зачаровывать долее не намерен и в дальнейших встречах не заинтересован, а потому они в расчете и претензий друг к другу иметь не должны.

Фред смотрел и слушал внимательно, покусывал губы, и снова невозможно было понять, какого же цвета у него глаза. Тем более что Драко старательно и независимо отводил взгляд.

Драко и сам не знал, чего можно ждать в ответ. Расспросов, уговоров, издевательств? Но услышал он краткое и очень серьезное:

— Как скажешь, ребенок.

А потом Фред ушел — вот так, просто взял и ушел. А Драко остался стоять — со странным чувством потери. Словно какая-то возможность была упущена.

***

Если размышлять всерьез, с высоты жизненного опыта — становится смешно. Упущенная возможность гомосексуальной связи с отпрыском не самого уважаемого семейства?

Но ощущение упущенной возможности то и дело оживало при виде Фреда. Царапало во время Святочного бала, когда Драко чинно шел в своей бархатной мантии, в сопровождении Панси, вцепившейся в его локоть, а Фред лихо отплясывал какие-то немыслимые па с этой Джонсон. Одолевало всякий раз, когда кто-то пытался понравиться Драко — и позже, когда поцелуи и прикосновения оказывались непохожими на поцелуи и прикосновения Фреда. Не то чтобы Драко страдал по этому поводу... просто было любопытно: не откажись он тогда снова встретиться... чем бы всё обернулось?

Со временем память о тех ощущениях выцвела, сгладилась, на них даже подрочить толком не получалось. Драко без труда находил новые «источники вдохновения», но было в полустершихся воспоминаниях что-то, напоминавшее крошечную ранку, которая никак не желает затягиваться. Это раздражало, но Драко понятия не имел, что тут можно сделать и почему так происходит.

С новой силой чувство упущенной возможности разгорелось на пятом курсе, когда загнанные в угол близнецы Уизли не растерялись и лихо отчалили на метлах, оставив позади взбешенную растрепанную Амбридж... и Фред махнул рукой на прощание, глядя прямо на Драко. Драко не поручился бы, что это не был салют средним пальцем, но дело было не в том. Фред выглядел таким уверенным, когда посылал к чертям Амбридж, школу и весь привычный образ жизни. «Стоит попробовать себя в реальном мире, как полагаешь?» — «Определенно». О подобном Драко тогда не мог и подумать. И еще Драко поразила простая мысль: «Я больше не увижу его в Большом зале или на перемене. Теперь его здесь нет и не будет». Что-то в жизни Драко закончилось, а он даже не успел понять, хорошо это или плохо. Но ведь это не означает, что ему будет не хватать в школе какого-то там Фреда Уизли, верно? В конце концов, он может зайти в их отвратительный магазин.

Всегда есть возможность встретиться и снова попытаться понять, что же такого необыкновенного произошло в чулане Филча. Фред был словно под рукой в любой момент, и Драко решил, что незачем беспокоиться.

Потом он получил задание Лорда, и стало вовсе не до того.

А потом Фред умер.

Смысл этой короткой фразы дошел до Драко на первой церемонии прощания с героями битвы за Хогвартс. Фред Уизли мертв, его больше нет, и все возможные «если бы» закрыты бесповоротно. Драко был слишком потрясен всем остальным, чтобы расстраиваться еще из-за этого. Их семья опозорена, Лорд убит, и неизвестно, что будет дальше. Весь привычный мир, который Драко когда-то так боялся изменить, рухнул в одночасье.

Тело Фреда лежало рядом с телами других погибших. Лицо выглядело восковым, неподвижным, слишком спокойным... в нем не было ничего от живого Фреда. Просто оболочка. Веки плотно сомкнуты. Мельком глянув на застывшего Джорджа Уизли, Драко отстраненно удивился, как можно было путать его и Фреда. Совершенно другой человек.

Происходящее казалось слегка нереальным — ровно до того момента, когда отца прямо с кладбища увели авроры.

***

Отец все-таки сумел выкрутиться, да и мать смогла удивить Драко, когда со спокойным отчаянием заявила, что Поттер ей должен, и она намерена этим воспользоваться. «Я поступила так ради всех нас». Мама оказалась мудрее и дальновиднее отца, поставив на Поттера, — и в конечном итоге не проиграла.

Но их семье предстояли еще годы и годы попыток обелить себя и вернуть хотя бы подобие былого статуса и веса в магическом обществе. С одной стороны, кровь не вода и старые связи не ржавеют, а магическая Британия всегда была тесно оплетена родственными узами. С другой стороны, следовало как можно быстрее заключать новые союзы, позволявшие упрочить положение.

Основной вывод был предсказуем: «Сын, тебе следует найти подходящую невесту». Слова отца звучали вполне разумно, однако Драко было уже не одиннадцать и не четырнадцать, и с языка едва не сорвалось: «Я не намерен за тебя исправлять твои ошибки». Но Драко смолчал, слишком сильна была привычка к повиновению. И не хотелось обижать отца, который только-только начал приходить в себя.

Во всяком случае, имело смысл хотя бы познакомиться с предполагаемой невестой.

После Фреда (черт бы побрал эту точку отсчета!) у Драко были девчонки, но не было ни одного парня. Осторожность и брезгливость удержали его вначале от попыток попробовать переспать с кем-то своего пола, а затем — от визита в бордель. Хотя, как втайне подозревал Драко, к посещению борделя для экспериментов с мальчиками отец отнесся бы с пониманием. Но Драко решил, что с его ориентацией все в порядке, и незачем подвергать себя риску быть замеченным в экспериментах подобного рода. Теперь он даже не знал, радоваться этому или огорчаться.

***

Астория Гринграсс была подходящей кандидатурой по всем статьям — слизеринка, из чистокровной семьи, сохранявшей нейтралитет и никогда открыто не примыкавшей к последователям Лорда, она являлась живой иллюстрацией к поговорке «и волки сыты, и овцы целы». Для Малфоев это была возможность показать свою лояльность без унизительного мезальянса, для Гринграссов — возможность пристроить дочь достаточно неплохо, с учетом того, что многие наследники чистокровных семей находились под следствием или в Азкабане.

Так что родители не стали тянуть со знакомством детишек.

***

Выбравшись с Асторией в сад, Драко украдкой косился на потенциальную супругу и водил ее по дорожкам, демонстрируя фамильные владения, несколько поблекшие за последнее время под двойным натиском Лорда и аврората. Астория помалкивала, отвечала односложно. Совсем еще девчонка. Нервничает, теребит рукав мантии и отводит глаза.

Но когда мисс Гринграсс наконец заговорила, голос ее не дрожал:

— Ты же понимаешь, что они хотят нас поженить?

— Да... конечно, — осторожно заметил Драко, не ожидавший настолько прямого вопроса.

— И что ты думаешь по этому поводу? — Астория внимательно смотрела на Драко. Глаза у нее были голубые; светлые волосы отливали едва заметной рыжиной.

Драко ухмыльнулся, забавляясь ситуацией:

— А что я должен думать?

Астория хмыкнула, затем произнесла:

— А ты мне нравишься.

— Предполагается, что я должен чувствовать то же самое?

На губах Астории появилась неподдельная улыбка:

— Вообще-то да. Раз уж нас собираются отправлять под венец.

Драко пожал плечами:

— Во всяком случае, мы можем познакомиться.

Астория как будто успокоилась немного, пошла дальше по дорожке. Драко шел рядом, пытаясь приноровиться к ее походке. Неожиданно Астория остановилась и подняла на Драко огромные прозрачные глаза:

— Как думаешь, у нас получится?

Драко ощутил тщательно спрятанную нотку неуверенности, почувствовал, как едва заметно сжались пальцы на его рукаве, и вдруг увидел, что нос и щеки Астории усыпаны очень светлыми, едва заметными веснушками. Что-то дрогнуло в Драко, подступило к самому горлу, и он осторожно, как по хрупкому льду идя, произнес:

— Думаю, получится.

***

У них получилось. И в первые дни, когда они осторожно приглядывались друг к другу, перекидывались фразами, привыкая... и в первую брачную ночь, когда Астория наконец перестала глядеть огромными испуганными глазами и немного расслабилась. Драко был очень нежен и бережен, и у них все получилось.

Они ладили, действительно неплохо ладили. Однажды Драко почувствовал внимательный взгляд жены, обернулся, и она улыбнулась ему как-то по-новому. Примерно через месяц Астория сказала:

— Драко, я жду ребенка.

Каким-то чудом им действительно удалось сделать свой брак настоящим союзом, и Драко ценил то, что имел, и был этим... ну да, наверное, счастлив.

Во всяком случае, он никогда не отказывался пойти на компромисс и в ответ на «Драко, я думаю, что портьеры в гостиной следует поменять на голубые» произнести слегка рассеянно: «Как скажешь». В конце концов, у его жены прекрасный вкус... а он и сам не знает, какие портьеры хотел бы видеть в гостиной.

***

Драко очнулся от своих мыслей. Птица продолжала насвистывать, солнце успело высушить траву. Пора уходить, если он не хочет, чтобы его здесь застали. Опустившись на одно колено, Драко положил букет к подножию плиты, коснулся пальцами темного гранита...

За все эти годы он так и не смог дать себе внятный ответ на вопрос, зачем приходит сюда, почему приносит цветы. Драко не знал, что чувствует курильщик во время первой затяжки; сам он не курил, и мог только догадываться... но весь процесс казался ему со стороны странно интимным. Закуривший человек всякий раз выглядел погруженным в себя, абсолютно отъединенным от всего мира... и в конечном счете — свободным, даже если это длилось всего несколько секунд или минут.

Это непостижимым образом напоминало о быстрых касаниях в темноте, о радости сказать «да!», когда хочешь сказать «да!», о головокружительном ощущении собственного всемогущества и спокойном, ослепительном «как скажешь». Но Драко не углублялся в подобные мысли. Смешно и абсурдно думать, что курильщик по-настоящему становится собой только на несколько минут... так же, как смешно и абсурдно думать, что он был самим собой всего раз в жизни в темном чулане Филча. Не мог же он прожить не свою жизнь? Бред.

Драко поморщился и уже собирался подняться, как вдруг над самым ухом раздалось:

— Малфой?!

Ах черт! На дорожке стояли Поттер и Уизлетта и во все свои шесть глаз изумленно пялились на Драко. Еще бы, такая поза — коленопреклоненный Малфой. Хорошо еще, их выводок в экскурсии не участвовал. Драко неторопливо встал, скрестил руки на груди:

— Поттер, — кивнул очкарику и его рыжей женушке и сполна насладился изумлением на их физиономиях. Интересно, они видели, как он положил букет?..

— Это... ты принес? А мы-то думали, откуда на могиле Фреда каждый год одни и те же цветы... — Поттер смотрел как-то неуверенно, торопливо снял очки, потер их краем рукава, надел... Господи, что за плебейство, неужели так трудно достать платок?

— Не понимаю, о чем ты, Поттер, — холодно произнес Драко, выпрямляясь и бросая уничтожающий взгляд. — Я всего-навсего хотел прочесть эпитафию. А этот... букет здесь уже лежал.

Поттер хотел что-то вякнуть, возможно, заспорить, но рыжая Джиневра легко сжала его локоть, и Поттер умолк. А она задумчиво и изучающе посмотрела на Драко, как будто видела его насквозь и не поверила ни единому слову. Неожиданно Драко подумал, что замужество пошло ей на пользу — спокойная, красивая, неуловимо элегантная... все-таки некоторых жизнь хоть чему-то учит. Словно прочитав его мысли, Джиневра прекратила свое скрупулезное разглядывание и коротко, почти дружески улыбнулась. Драко напоролся на улыбку, как на шип в букете, и решил, что с него хватит.

— Сожалею, но вынужден откланяться. Увидимся на церемонии.

Он еще раз сухо кивнул, повернулся и пошел прочь. За досадой и брезгливым раздражением в нем пела невозмутимая, нерастревоженная тишина. Да еще стоял перед глазами детский, беззащитный взгляд Гарри Поттера, снявшего очки. Глаза у Поттера были по-прежнему ярко-зелеными, цвета молодой травы.


Конец
...на главную...


сентябрь 2020  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

август 2020  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.09.22 10:06:44
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.09.17 18:46:21
This Boy\'s Life [0] (Гарри Поттер)


2020.09.11 09:39:43
Змееглоты [8] ()


2020.09.09 23:49:00
Дочь зельевара [195] (Гарри Поттер)


2020.09.04 18:58:33
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2020.09.03 12:50:48
Просто быть рядом [42] (Гарри Поттер)


2020.09.01 01:10:33
Обреченные быть [8] (Гарри Поттер)


2020.08.30 15:04:19
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.08.30 12:01:46
Смерти нет [1] (Гарри Поттер)


2020.08.30 02:57:15
Быть Северусом Снейпом [256] (Гарри Поттер)


2020.08.28 19:06:52
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2020.08.28 16:26:48
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.08.26 18:40:03
Не все так просто [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.15 17:52:42
Прячься [5] (Гарри Поттер)


2020.08.13 15:10:37
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.08 21:56:14
Поезд в Средиземье [6] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.07.26 16:29:13
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.07.24 19:02:49
Китайские встречи [4] (Гарри Поттер)


2020.07.24 18:03:54
Когда исчезнут фейри [2] (Гарри Поттер)


2020.07.24 13:06:02
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.07.19 13:15:56
Работа для ведьмы из хорошей семьи [7] (Гарри Поттер)


2020.07.10 23:17:10
Рау [7] (Оригинальные произведения)


2020.07.10 13:26:17
Фикачики [100] (Гарри Поттер)


2020.06.30 00:05:06
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


2020.06.29 23:17:07
Без права на ничью [3] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.