Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

По мнению некоторых фикрайтеров, Волдеморт — это отбеченный Гриндельвальд

Список фандомов

Гарри Поттер[18567]
Оригинальные произведения[1253]
Шерлок Холмс[723]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[220]
Робин Гуд[218]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[186]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![184]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[141]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[115]
Произведения А. и Б. Стругацких[109]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[1]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12787 авторов
- 26907 фиков
- 8685 анекдотов
- 17712 перлов
- 704 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...


Выхожу тебя искать…

Автор/-ы, переводчик/-и: Evangelaina
Бета:Айс
Рейтинг:R
Размер:мини
Пейринг:Верджил, Данте
Жанр:Angst, POV
Отказ:Герои, к сожалению или к счастью, принадлежат Capcom.
Фандом:Devil May Cry
Аннотация:Данте на земле, Верджил в Аду…
Комментарии:Тип: Gen
Попеременный POV Верджила и Данте.
Каталог:нет
Предупреждения:насилие/жестокость, ненормативная лексика
Статус:Закончен
Выложен:2010.09.21 (последнее обновление: 2010.09.21 22:19:38)
 открыть весь фик для сохранения в отдельном окне
 просмотреть/оставить комментарии [1]
 фик был просмотрен 2736 раз(-a)


Странный город, странный день.
В пустоту из пустоты.
Под ногами чья-то тень
Убегает от темноты.
Каждый следующий шаг,
Новый запах, свежий след.
Тут был дорожный знак,
А теперь его здесь нет.
Мы сегодня не умрём,
Я уже когда-то был,
Здесь под этим фонарём,
Помнишь, как ты всё забыл?!
Я иду к тебе домой.... Я иду к себе домой....
Я свой....
По воде, как по стеклу,
Руки помнят наизусть.
Первый луч воткнёт иглу,
Светает слепая грусть.
Ты во сне, я на снегу,
Кто-то должен сойти с ума.
Подняться не могу,
И ты проснёшься опять собой...
Я иду к тебе домой.... Я иду к себе домой....
Я свой.... Я твой...
Твой... твой...
(Сергей Бабкин)

Брожу кругами по лабиринту без конца и начала. Тут невозможно жарко и не получается с этим свыкнуться, перестать обращать внимание и забыть. Ад – дом отца, наш дом, но мне не комфортно, хотя я никому об этом не говорил. Я не чувствовал себя как дома, даже когда здесь меня считали правой рукой Мэндоса.
Считали? Где и когда я чувствовал себя дома? В последний раз лет в четырнадцать, кажется.
В уши бьет тишина, спутывая обычно стройные мысли. Они выстраиваются в неправильной ненужной последовательности, но вопреки всему образуют красивую логическую цепочку. Как темный фон в больших пазлах — меняешь местами случайно оказавшиеся одинаковыми по форме детальки, и не понять как надо, как было задумано. Из-за этой путаницы я не могу нормально думать. Только знаю, что мне надоело одиночество. Чувствую себя без Ямато, как без руки... Умираю от скуки.
А я-то самонадеянно верил, что мне не может стать с собой скучно. Действительно непревзойденное наказание, демоны – большие мастера подобных штучек.
Иду куда-то. Не умею проигрывать, не имею права быть побежденным, даже если ошибался.

***
Вокруг мутная непроглядная дымка. Я не вижу ни рук, ни ног, бесполезно блуждая в комковатом тумане. Поднимаю руку поближе к лицу, подношу ладонь к самому кончику носа — серость и ничего больше. Пустая безжизненная пелена везде, такая плотная, что кажется, с каждым вздохом я глотаю крупные клочки тумана, а воздуха мне почти совсем не достается. Как же трудно дышать. Я как будто начинаю терять сознание. Дерьмо... Хочется прислониться к чему-нибудь и закрыть глаза. Рядом нет ничего, хотя бы отдаленно напоминающего опору. Просто пытаюсь поплотнее сомкнуть веки, чтоб под них не просочился вездесущий туман и с удивлением обнаруживаю, что они уже закрыты. Ну что за дерьмо?!
Я удивительно долго не могу проснуться…
Блондинка. На меня смотрит блондинка в клевом крошечном красном бикини, у нее белые зубы, неестественно голубые глаза и большая грудь. Отворачиваюсь и пялюсь в потолок, пытаясь восстановить сбитое дыхание. Пора сменить этот гребанный прошлогодний постер.
Я весь в испарине, волосы противно-влажные и липнут к голове. Нет никаких сил подняться, да и желания тоже. Лень… Все лень.
Мне всегда снились невозможно яркие цветные сны. Иногда это были кошмары, полные демонов, огня, собственной беспомощности и умирающей у меня на руках матери. Но даже кошмары были лучше, чем эта бесконечная душная серость! А, может, я просто успел привыкнуть к своим демонам?..
Трель телефонного звонка снизу нисколько меня не трогает. Жаль, что рядом нет телефона, я убил бы его об стену, чтоб ни один мудак не смог сегодня до меня дозвониться.
Лежать на сбитых мокрых простынях невероятно противно. Только брезгливость заставляет меня встать и отправиться в душ, предварительно запихнув пластинку в старый музыкальный автомат и прибавив громкость до максимума.
Застываю на пороге ванной – из зеркала на меня смотрит необычайно серьезный и усталый Верджил. Требуется около семи секунд на осознание того, что слипшиеся волосы делают меня уродом. Запускаю в шевелюру пальцы.
День определенно не задался. Опять звонит телефон. Да какого черта?!
Душ, пицца и санди у Энзо и никакой работы…
***
Отец...
Отец беззвучно плывет по соседнему витку лабиринта, как всегда величественный, мужественный, прекрасный.
- Отец.
Он не смотрит, не слышит… Или не хочет узнавать меня? Просто движется в одному ему ведомом направлении, ныряет в проход и оказывается всего на несколько метров впереди.
- Отец!
Даже не счел нужным обернуться… Как всегда, отдаляется от меня.
Стискиваю кулаки и зубы, сдерживая злость и... Да, да, обиду, Дьявол тебя возьми, папа! Нет, я прекрасно помню, что ты и есть дьявол. Я тоже..?
Не зову его больше, но не могу упустить такую возможность и, забыв о гордости, бегу за ним все быстрее и быстрее. Догоняю, дотрагиваюсь. Отец рассыпается серым пеплом, а на его месте оказывается банальный хорошо знакомый низший демон.
Она замахивается, и я перехватываю лезвие косы рукой, кровь бьет из порезанных пальцев, Смерть клоунски улыбается. Раны быстро затягиваются, она продолжает наступать. Ловлю ее стремительные удары в сантиметрах от цели, с трудом успевая отвечать. Новые кровавые полосы на ладонях появляются раньше, чем успевают исчезнуть старые.
Я реально оцениваю свои способности к рукопашному бою – они далеки от идеальных. Не хочу рисковать и принимаю демоническую форму. Кажется, не чувствую боль — хорошо. Маленькая Смерть умирает почти мгновенно.
Становлюсь человеком, ничто меня не отвлекает, и теперь я замечаю боль в полной мере. Она меня раздражает, как обычно. Кровь течет из рассеченных рук, пачкая манжеты рубашки. Порезы затягиваются подозрительно медленно. Понимаю, что не стоит больше так безрассудно тратить энергию на перевоплощение.
Хочется есть… Давно. Я глупо верил, что забыл об этом желании.
Понятие «время» истончилось и стерлось совсем. Все чаще хочется остановиться, все сильнее хочется спать. Только я давно не могу уснуть, или больше не замечаю, когда проваливаюсь в сон. Не знаю…
Вижу впереди толпу демонов, а чуть поодаль поблескивает золотом в лучах жаркого адского солнца светловолосая голова… моей матери.
- Мама, – выдыхаю завороженно, как в детстве.
Она идет ко мне, все ближе к демонам, не замечая их! Так много уродливых непропорциональных мохнатых туш: неуклюже переминаются с ноги на ногу, рычат, причмокивают в предвкушении лакомства, наступают на нее.
- Мама, не надо!
Я бегу туда, к ним, на ходу засыпая демонов волшебными сферами. Взрывные волны исторгают куски мертвых тел и поливают землю разноцветной кровью. Новые твари стекаются к матери со всех сторон. Врезаюсь в самую толпу, бью не глядя, чтоб попасть хоть куда-нибудь. Уворачиваюсь, снова бью. Удачнее всего получается в глаза – они воют и вертят незрячими башками, скалят зубастые пасти. Хватаюсь одной рукой за нижнюю челюсть, другой за верхнюю, разрываю. Ломаю лапы, хребты, шеи. Но их так много… И те, которых мне не удается отвлечь, неумолимо подбираются к спешащей ко мне матери.
Меня слишком мало! Я принимаю демоническую форму. Горю изнутри, убиваю, крушу, рушу – боюсь не успеть.
Мама вскрикивает, я бросаюсь вперед. Пытаюсь взлететь, позабыв, что тут это невозможно.
Мама тихо всхлипывает, но я слышу. Отшвыриваю еще двоих демонов и вижу, как она медленно оседает в лапах одного из чудовищ, как страшно и быстро жизнь покидает ее тело. Я стою и смотрю, не замечая, что меня рвут когти и зубы, как хрустит в чьих-то лапах мое крыло. Я смотрю, как умирает моя мать, и ничего уже не могу сделать.
Опять не успел…
Я – сын легендарного Темного Рыцаря Спарды – не успел, не сумел, не справился…
Мальчишка, как тогда. Предательский комок подступает к горлу и что-то попадает мне в глаз.
Я три года верил, что от этих воспоминаний мне больше не будет больно.
Ева истекает кровью, которая мгновенно впитывается в горячий песок, даже следа не остается. Она исчезает постепенно: сначала лицо, потом голова, руки, ноги и туловище. Моя больная галлюцинация.
Я едва сдерживаю крик.
Инстинкт самосохранения берет свое. Мне трудно двигаться, кровь застилает глаза, но все равно демонический сброд с задворок Ада – ничто по сравнению со мной! Медленно, расчетливо, теперь уже правильно – без эмоций – убиваю их всех. Остаюсь один.
Ложусь на песок, устало прикрыв глаза. А когда нахожу в себе силы открыть их – уже человек. Сплевываю кровь, поднимаюсь и снова опускаюсь на землю. Долго сижу, обхватив колени руками – жду. Идти куда-то с поломанными ребрами и странно сместившейся к плечу лопаткой – неразумно.
Я устал… от одиночества и миражей, чертовски. Мне не страшно. Просто, все чаще хочется позвать… Кого? Зачем?! Все равно никто не придет. За мной никто никогда теперь не придет и лишь я сам виноват в этом. Раньше он, наверное, мог бы, несмотря на то, что я всегда был не подарок. Хотя он ничуть не лучше, правда! Мы не понимали и не хотели понимать друг друга, соперничали, ссорились, неделями не разговаривали, доводя маму до исступления. Став старше – предавали друг друга по мелочи, дрались до последнего, даже убивая порой. Все в шутку, не до конца. Хотелось победить, сорвать настоящий джекпот, доказать что лучше, достойнее, что не похожи. Зато против других были всегда вместе и верили, что бессмертны, со всем справимся играючи.
Черт!
Отец ушел, мама умерла, а ты стал такой весь из себя рыцарь – нет предела самолюбованию. Радуйся, ты лучше. Сказать тебе об этом? Обойдешься! Достаточно того, что я знаю. Я первый предал по-настоящему. Ты не простишь, а я не попрошу прощения. Конец. Мне остались бредовые и реальные сны, которые я не смогу отличить от яви.
Глупо бросаюсь каждый раз догонять, спасать, бороться, зная, чем все это закончится, но… Не могу помнить об этом, когда вижу их! Не могу позволить себе не попытаться!
Я хотел бы не стать, чтоб все это остановить. Я с ума схожу! А может быть, я еще не рехнулся лишь благодаря этому.
Просто иду, уже не веря, что где-нибудь есть выход. Но я не имею права отступать.
Где-то очень знакомо, чисто и радостно звенит металл. На линии горизонта с мечом наперевес стоит мой брат.
Вспомнишь лихо — появится тихо... Это не может быть правдой, я тебе такой не нужен. Ты лучше. Уродство!
Почему же так хочется тебя позвать? Голос предает, слова рвутся на волю, я тихо проглатываю их, чуть не зажимая рот руками для верности. Но не могу отвести глаз от тебя.
Данте.
Его, конечно, окружают демоны и он убивает их, так, будто танцует. Дьявольски красиво, стремительно, нереально. Взмахом головы убирает с глаз постоянно мешающую неровно обрезанную челку.
Данте.
Верю – не верю… Верю… Не верю...
Боюсь не поверить. Вдруг ты окажешься настоящим?! И ты, в отличие от отца и от матери, встречаешь мой взгляд. В груди больно.
– Данте! – Все же я говорю это вслух.
Островок между нами кишит демонами, они все прибывают: возникают из ниоткуда, заполняя пространство. Ты дерешься, и преступление — этого не видеть. Если ты пришел, я даже…
Я соскучился, Данте. Нечеловечески соскучился. Мне сейчас стыдно за Нело-Анжело, за Темен-ни-Гру. Если ты окажешься настоящим, значит, ты еще лучше, чем я думал! Сволочь ты. Стыдно будет, как ни в чем ни бывало, посмотреть тебе в глаза после нашей последней встречи, но ты не узнаешь и не заметишь. Зато я скажу тебе, что соскучился.
Я чувствую такой прилив сил! Может быть, это Ребеллион в твоей руке меня успокаивает? Я пробираюсь тебе навстречу, телепортируясь куда могу, пытаюсь осторожно уходить от ударов и обрушивать на демонов магические сферы. Ты все ближе – это утешает. Вот только демонов не становится меньше! Время привычно ускользает от меня. Ты по-прежнему молниеносен и непобедим, только я вижу, как ты начинаешь уставать. И будто по чьей-то злой воле натиск адской кодлы становится сильнее, яростнее. Коса бьет тебя в грудь, другая достает сзади – и раны расцветают алым. Я сдавленно рычу. Потому что никто не имеет права!.. Больше не задумываясь, не жалея себя, иду напролом. Мне бы Ямато, но нет – так нет. Глубокие борозды, рассекающие твою грудь и спину, затягиваются на глазах. Слава Спарде, от них не остается и следа, лишь кровавый росчерк — спереди и неровный разрез на плаще — сзади.
Ты почему-то не превращаешься. Демоны повсюду, наступают стеной, умирают по двое или по трое, не всегда успевая понять отчего, но ранят снова и снова. Ты падаешь, и они как свора голодных жалких щенков набрасываются на тебя, все, кто были поблизости, разом.
Слишком много! Теряю тебя из виду. Быстрее…
Я весь в крови и принять демонический облик в этот раз труднее, чем когда-либо. Отрываю головы, разрываю лапами безжизненные тела. Быстрее…
Где ты, Данте?
Еще быстрее!
Расшвыриваю последних чудовищ и падаю рядом с тобой на колени. Дотрагиваюсь до лба, сдвигая ненавистную челку – еле живой и очень горячий. Ты открываешь свои сумасшедшие кобальтового цвета глаза. Ты умираешь. Я глупо глажу тебя по волосам и ничего не могу сказать.
Надо сказать... прости, хотя этого будет мало! Опускаю голову и плачу.
Ты вздрагиваешь у меня в руках, и серо-голубые глаза разгораются рыже-красным. Тебя больше нет, есть демон с бессмысленной жуткой мордой, совсем непохожий на твою демоническую форму. Я таких еще не встречал.
Слезы позорно катятся еще сильнее, потому что поверил, дурак. Зря!
Этот демон значительно сильнее всех, которые встречались в проклятом лабиринте. Или я так ослабел? Теперь нужно ждать очень долго, чтоб раны затянулись до конца. Когда я восстанавливаюсь, всегда хочется спать и есть, а больше всего – не быть одному.

***
- Данте…
Глухо, почти неслышно, отчаянно, безнадежно, устало – никак. Хочется завыть, взять Ребелион и покрошить мебель в щепки, пойти и замочить на окраине пару демонов голыми руками!
Да я скоро стану поэтом, если так будет продолжаться!
Теперь на меня смотрит брюнетка, но раздражает не меньше блондинки. От серых бесполезных снов, в которых ничего не происходит, только просыпаешься каждый раз как после хорошей выматывающей драки, раскалывается голова и совершенно невозможно работать. Мне и так-то этого не очень хочется, а теперь совсем звездец.
Голос вообще меня задолбал! Мой собственный голос, вашу мать… Сначала в нем было хоть какое-то подобие уверенности в себе, позитив, проблеск надежды… Но слушать такое безжизненное дерьмо, как сегодня, я больше не намерен. Надоело!
Только душ, пицца и санди как всегда вне конкуренции, да.
Из-за стекла на меня уже привычно и все более безнадежно таращится Верджил. Блин! Как меня все это «достало»!
Смотрю на него и как последний кретин, разговариваю со своим собственным отражением:
- Вердж, ты, как всегда, вне конкуренции. Сколько можно? Сейчас поддамся своему больному воображению, пойду туда, не знаю куда с идиотским чувством вины и ответственности наперевес, и... что? Это, как обычно, окажется лишним, и прием ты мне устроишь дерьмовый, не сомневаюсь. Все привычно и ожидаемо.
Ну и ладно… Ну и черт с тобой, дорогой братишка! Хоть развеюсь, повеселюсь... Главное – в любом случае прекращу все это безобразие.
Я нещадно взлохмачиваю волосы, любуясь на свое родное любимое невыспавшееся отражение. Только мысль о том, что может быть, мне не кажется, и Верджилу там правда как-то… совсем плохо, если уж он решился даже позвать меня, не оставляет, вертится в воспаленном сознании, тревожно бьется где-то на уровне солнечного сплетения. А я все не иду и не иду.
Подумав, решаю, что по такому случаю можно обойтись без санди и пиццы. Если повезет, увижу, как мой брат впервые с тех пор, как нам исполнилось тринадцать, просит меня о помощи. Ну, и заберу его, конечно, оттуда!
Тем более, что найти какого-нибудь настоящего безумного оккультиста, способного открыть ворота в ад, имея в наличии всего один медальон, не такая уж и простая задача. Стоит поторопиться.
***
Самое смешное, что я верю каждый раз, когда вижу Их, не могу перестать верить. Почти бездумно рвусь вперед, в самую гущу схватки. Я убиваю, но это неважно. Замечаю, что больше нет сил превратиться – мне все равно. Бьют, кусают, нанизывают на короткие клинки и косы, плюются ядом, разрывают когтями – не страшно, совсем не страшно… Страшно совсем не это. Каждый раз, когда они исчезают…
Я все сильнее хочу перестать быть. Раны заживают у меня, может, чуть быстрее, чем у простого человека – какая ирония. Мне себя очень жалко, но я больше не плачу, когда Они умирают. Только потом, когда лежу на песке, сжавшись в комок и изо всех сил вглядываясь во враждебное кровавое небо, надеясь, что не увижу призраков никогда, отчаянно боясь, что и Они бросят и больше не появятся, отобрав у меня право надеяться.

***
Расправившись с небольшой стаей каких-то непримечательных монстров, стою где-то на задворках Ада и пытаюсь оценить размер окружающей меня задницы. Он потрясает, каждый раз как первый. Ад – слишком мрачное и унылое место, порой доводящее до оскомины гротескно готически-мрачным стилем действительности и кишащее разными совершенно несимпатичными тварями. Еще тут не делают пиццу — серьезный минус. Нахожусь здесь каких-нибудь жалких пятнадцать минут, и уже мечтаю поскорее убраться отсюда. Проблемы в этом, естественно, никакой нет. Моя проблема — ты, Вердж, и это порядком «достало». Но раз уж я пришел, то должен хотя бы убедиться, что с тобой действительно все ок. Что вряд ли, потому что ты с удивительным упорством сам постоянно создаешь вокруг себя как минимум локальный армаггеддон, целеустремленно доводишь его до катастрофического масштаба, довольно оглядываешь и понимаешь, что вышло совсем не то, чего ты хотел... Облом, братик! А признаваться в этом ты не умеешь и не желаешь даже себе самому.
Я потягиваюсь, расправляя мышцы спины, ощущая лопатками надежную тяжесть Ребеллиона, приятную прохладу Эбони и Айвори, и отправляюсь в путь. На самом деле мне никогда не требовалось тебя искать, достаточно было просто позволить себе тебя почувствовать. Это чертовски злило в детстве, мы с тобой даже в прятки нормально играть не могли! Но здесь и сейчас я не чувствую совершенно ничего. Подозрительно и странно, зато довольно интересно.
- Раз, два, три, четыре, пять, выхожу тебя искать... Кто не спрятался, я не виноват!
Оказывается, неблагодарное занятие — вести поиски в Аду. И спросить совершенно не у кого, вот эти зеленые и говорить-то не умеют, а искать кого-нибудь более разумного в моем случае не вариант. Когда я не знаю, что делать, то поступаю так, как больше хочется — очень удобно! Вот и сейчас просто прикрываю глаза, позволяю себе расслабиться и двигаюсь туда, куда больше нравится, приближение любых демонов я все равно обнаружу за версту.
За небольшим холмом небо меняет цвет. Мракобесие красного и синего — символично. У подножия холма расстилается сложный вычурный рисунок песчаного лабиринта. Все портят только неэстетичные табуны демонов вокруг. Очень слабо, еле уловимо я ощущаю твое присутствие и сразу успокаиваюсь.
Напрасно...
С каждым шагом, с каждым вздохом, с каждым выстрелом и каждым взмахом меча я чувствую тебя сильнее, ярче, реальнее. Я не замечаю, как перехожу на бег. Меня накрывает с головой и невероятно пугает тлеющий где-то в глубине лабиринта запутанный комок твоих эмоций. Запредельная глухая, утопающая в отчаянии взвинченность, перманентная истерика, бессмысленность, бессилие, усталость, безнадежность, беспомощность. Сейчас тебе как никогда плевать, что и насколько ты контролируешь. Такого ты себя не знаешь, такого себя ты боишься, ты со всем этим просто не умеешь быть...
Я с детства разбазаривал эмоции: вываливал их на окружающих, делился ими, провоцировал на них, ждал их, жил ими. Отчасти в этом была моя сила. Даже над тобой. Потому, что ты так не умел и даже не пытался попробовать, наоборот... Ты хотел — ты научился себя контролировать, плевать на большую часть собственных чувств. Но я-то в любой момент мог вывести тебя из себя, маленькой провокацией подтолкнуть к безрассудной совершенно несдержанной реакции. Как тебя это бесило! Ты прятался за самодовольной безразличной рожей лет с одиннадцати. По крайней мере, пытался прятаться. В лепешку готов был расшибиться, чтоб показаться взрослым, рассудительным и мега-интеллектуальным. Особенно в глазах так нежно любимого тобой папочки! Теперь что-то случилось... Все, что ты в себе игнорировал, что планомерно заглушал, выпуская лишь тень и отблеск эмоции, вырвалось наружу и раздавило тебя. В тебе больше нет места для синего цвета, стремящегося ввысь к совершенству или тому странному нечто, что ты им называл. Остался только грязно-серый — тот, что снился мне во сне.
Пиздец! Гребаная херня!
Плохо, неправильно, не так! Делаю глубокий вдох и выдох, пытаюсь сосредоточиться на главном. Я очень долго не шел, Вердж. Я не прав. Зато сейчас я тороплюсь изо всех сил! То, что нас не убивает — делает нас сильнее.
***
Снова ты.... Твой красный плащ видно издалека, он развевается за спиной наподобие крыльев, когда ты отрываешься от земли, чтоб нанести удар точнее, сильнее, жестче, эффектнее. Ты позер, Данте, и даже иллюзии тебя, твои жалкие копии, всегда актерствуют. Но это красиво, чертовски красиво и правильно ты движешься, взмахиваешь Ребеллионом.
Я смотрю на тебя, откровенно любуюсь, пытаюсь запомнить. Скоро мне снова будет очень больно, хоть я и не надеюсь, что ты настоящий. Все настолько обычно и постоянно, привычно уже, а ты немного другой. Пепельные волосы беспрестанно падают на лицо, мне не видно, но, кажется, ты усмехаешься. Конечно, пока ты крошишь их играючи.
Ты подкидываешь меч, взмываешь в воздух, зависаешь на секунду, снова ловишь Ребеллион и убиваешь. Я не позову тебя сегодня. Но я снова иду тебе навстречу... Дурак...
Ты все ближе. Такой знакомый, такой... родной? Твои пистолеты звучат как странный марш, а Ребеллион вписывается в их завораживающий четкий ритм скрипкой. Алый вихрь, сокрушающий все на своем пути, неуемный, теплый. Брат...
Тебя нет. Ты не пришел бы за мной, я знаю. Не после того, как я убил тебя дважды. Я убил тебя? Для себя, наверное, да. Такое не прощают.
И снова, как маленькому, хочется плакать, неприлично, некрасиво рыдать как девчонка, как человек, совсем не так, как должно сыну Спарды. Кому тут до этого дело? Но я зачем-то сдерживаюсь, кусая губы.
Ты поднимаешь голову и смотришь на меня. Как трудно не опускать глаза! Ты на секунду застываешь, словно в удивлении, ближайшему демону почти удается тебя достать, но вовремя спохватываешься и разрубаешь нахала пополам. И снова смотришь на меня.
- Данте... - Я не хочу, я не верю, оно само вырвалось.
Ты лучший из моих иллюзий. Спасибо! Я буду драться за тебя.

***
Меня не пугают демоны! К Мэндосу всех демонов вместе взятых, но я пугаюсь, когда еще довольно далеко впереди вижу себя! Дерьмо, я просто не задумывался над тем, насколько мы можем быть похожи! Ты давно не заботишься о прическе, и светлые пряди беспорядочно обрамляют голову, неровно отросшая челка почти закрывает один глаз. Знаешь, тебе идет.
Я убиваю очередного уродца и снова всматриваюсь в тебя: высокий и тонкий, зато с мужественными широкими плечами, даже незнакомая легкая сутулость почти не портит, необычайно изящный, ты бледнее, чем обычно, черты лица заострились и стали еще аристократичнее, глаза от этого кажутся глубже и больше. Если бы не выражение лица, не усталость, не тоска, не стоящие в глазах слезы, которые я, конечно, не вижу, но чувствую всем сердцем, я не дал бы тебе больше шестнадцати. Чертовски давно мы не виделись...
Ты движешься мне навстречу, как во сне, словно не по своей воле, будто не замечая толпу чудовищ вокруг. Сумасшедший!
- Вердж, стой! Не надо, я сам! Я сейчас! Стой там, идиот!
Ты вздрагиваешь, меняешься, оживаешь и... ломишься напролом.
Блядь...
Мой расчетливый, вечно осторожный братец, что же ты делаешь? Что с тобой, черт возьми?! В одном ты верен себе — все мне наперекор! Не могу рассердиться, лишь ненависть к демонам клокочет и рвется наружу, я отбиваюсь от них и наступаю не глядя. Я не хочу потерять тебя из виду.
***
Ты... Там.
Я снова ловлю руками занесенные надо мной, летящие в грудь и голову клинки. Только не останавливаться, может быть, я успею, может быть, в этот раз что-то у них пойдет не так. Из пальцев хлещет кровь. Жарко, мокро, больно, но больше не страшно. Становится трудно дышать и во рту тут же появляется солено-сладковатый привкус. Сплевываю и улыбаюсь.
Я не стану дотрагиваться до тебя, чтоб ты не исчез, я просто хочу сражаться рядом с тобой, сколько хватит сил. Позволю себе размечтаться и решить, что ты пришел, простил, понял.

- Кретин, мудак ебаный, ты что делаешь?!
Ты орешь на меня, ты злишься, а я не могу перестать улыбаться и не знаю, что сказать. Раньше мои миражи не были столь разговорчивы. Я счастлив, что ты другой...
***
Глядя на твою кривую шальную улыбку, украшенную струйкой крови, прочертившей линию из уголка губ к подбородку, и на легкое еле заметное голубое свечение вокруг тебя я понимаю, что все пиздец как плохо. Мы доигрались, додоказывали друг другу по одиночке всякую херню! Твое тело отчаянно борется за жизнь, пытается принять демоническую форму само, помимо твоей воли — и не может. У тебя почти не осталось сил. У меня почти не осталось времени. Почему же ты все еще так далеко?!
- Вердж, лови. Надеюсь, ты не забыл, как этим пользоваться!
***
У меня все плывет перед глазами. Ты выпрыгиваешь, переворачиваешься через голову, взмахиваешь Ребеллионом и какое-то время паришь, как в замедленной съемке. А, может, это мне кажется. Белая и черная точки, увеличиваясь на глазах, с феноменальной скоростью летят в мою сторону, точно в руки — остается лишь поймать. Бархатистый металл Эбони и Айвори как влитой ложится в скользкие от крови ладони. Я до боли сжимаю пальцы на рукоятях твоих пистолетов. Я еще не стрелял с двух. Я хочу...
Да, я снова хоть чего-то хочу – это прекрасно, это почти разрывает грудь восторгом и сильнее кружит голову.
- Спасибо. – Только громко говорить не получается.
Я прикрываю глаза, чтоб не отвлекала размытая реальность, и стреляю на звук, на запах.
- Джекпот.
Стреляю и слушаю, как поет Ребеллион в твоих руках.

***
Очень тихо, но я услышал и снова потерялся. Я ждал этих слов с детства и уже отчаялся услышать! Почему же теперь они так меня пугают?
- Пользуйся...
Ты даже сейчас, раненый, весь в крови и в разодранной в клочья рубашке, великолепен в бою. И зря ты отказывался от пистолетов, ты с ними ничуть не менее утончен и вызывающ, чем с Ямато.
Мне до тебя осталось всего несколько метров – последний рывок. Тело выламывает и я становлюсь демоном. Как я это ненавижу, но — все что угодно, только бы быстрее...
***
Что-то врезается в спину. Больно... Я оступаюсь и чьи-то когти разрезают мне грудь. Стреляю в упор, давлю на курок, что есть силы много-много раз. Убиваю. Опускаюсь на песок и открываю глаза. Чтобы видеть тебя, Данте. Чтоб запомнить этот миг. Момент, когда ты побеждаешь, а мое желание вот-вот исполнится. Я сейчас перестану быть и это так хорошо — я не увижу, как ты исчезаешь. Один пистолет выскальзывает из окровавленной ладони, но другой я крепко сжимаю в руке, и он так реален. И ты так до невозможности реален, что мне на секунду становится страшно кончиться именно сейчас.
***
- Только не смей сейчас умирать! Пожалуйста, Вердж...
Не уверен, что ты слышишь мой голос, но это пока все, что я могу. Мне кажется, что говорить — не молчать — сейчас очень важно.
- Я иду, осталось совсем чуть-чуть! Ты будешь последним засранцем, если так меня подставишь сейчас!
Ты смотришь на меня не моргая, и только судорожно вздымающаяся грудь и побелевшие от напряжения пальцы на рукоятке Эбони убеждают меня в том, что ты еще жив. Я не понимаю, как в таком состоянии ты умудряешься стрелять и даже попадать в цель.
- Браво, Вердж. – Я серьезен как никогда.
Расшвыриваю последних демонов, торопливо добиваю их. Ты растерянно и пораженно оглядываешь раскуроченные трупы. Наконец-то все! Подбегаю к тебе, падаю рядом на колени...
- Не трогай меня! – Слышу и начинаю смеяться.
- О! Знаешь, ты неподражаем как всегда, такой гостеприимный прием! Я и не надеялся, право. Хотя вечеринка оказалась на удивление запоминающейся...
Не понимаю тебя. Не могу перестать смеяться — у меня истерика — как не вовремя. Убейте меня об стену!
***
Вот это больно и очень страшно. Ты только не трогай меня, пожалуйста. Не трогай. Я не хочу, я не смогу! Мне так тебя не хватало. Я тут с ума схожу... Останься так, не уходи. Не бросай меня. Я устал... Останься, я научусь просить прощения, поздно, но... Пожалуйста! Кто сказал, что призрак плохой товарищ и собеседник? Из нас двоих дружить тут не умею, кажется, я. А ты совсем как настоящий. Научи...
Я открываю рот, но не могу произнести ни звука. Не потому что не хочу, не потому что гордость не дает, не потому что стыдно. Потому что нет голоса! Как глупо...
Я плачу.

***
И у тебя истерика.
Мы самые крутые ребята в округе, зуб даю!
Сижу рядом с тобой как тормоз и не знаю, что делать. Ты меня очень пугаешь. Я столько раз в жизни не пугался! Когда у меня бывали истерики, ты обычно делал так...
Я замахиваюсь и легко бью тебя по щеке открытой ладонью.
Ты перехватываешь мою руку, в глазах разгорается привычная синева и легкое бешенство.
Ну, Слава Небесам, не все так хуево, как я думал.
Да, я помню, что это хоть и эффективно, но совсем неприятно, и говорю то, что всегда хотел услышать от тебя:
- Прости, Вердж, я не хотел тебе больно сделать, просто не знал, как по-другому.
***
Простить тебя? За пощечину? Издеваешься? Я даже разозлиться на тебя толком сейчас неспособен.
- Данте, ты, правда, пришел? Но... Почему?

- Не почему, а зачем. За тобой, конечно! Ты только на самом деле не вздумай мне умирать, Верджил, это будет совсем уж нечестно и обидно, хотя и очень похоже на тебя.
Я позволяю себе почувствовать, что ты не врешь, поверить. Ты всегда говоришь правду, да? Мне опять хочется отвести глаза.
- Данте, пойдем отсюда? Куда-нибудь, неважно куда, вместе.

***
Я тебя таким помню лет в пять. Тогда я не боялся стоять с тобой плечом к плечу. Никогда я не боялся стоять с тобой плечом к плечу, если честно, даже на Темен-ни-Гру! Но в детстве я легко мог смеяться вместе с тобой, хранить с тобой секреты, доверять тебе, обнимать тебя. Обнимаю сейчас, и ты судорожно вцепляешься мне в плечи, словно страхуясь оттого, что я растаю прямо у тебя в руках.
- Конечно, уйдем. Отсюда – прямо сейчас, а из Ада домой – чуть попозже. Ты на ногах едва держишься, сдохнешь ведь раньше, чем Врата перешагнешь. Так что подождем где-нибудь, когда у тебя раны затянутся хотя бы наполовину. Все будет хорошо, Вердж. Я... боялся, что опоздал.
Мне спокойно, и больше не будут сниться дурацкие серые сны. Я нашел тебя – брата, которого давно потерял по глупости, своей и твоей. Я обнимаю тебя.
***
Тепло, больше не один. Ощущение такое, как будто я... дома. Хочется сказать идиотское «я тебя люблю», как в четыре года, или правильное «прости меня», как нужно было в четырнадцать, пятнадцать, семнадцать... Но я говорю:
Я ждал тебя, правда.
И крепче стискиваю твои плечи, пряча смущенное лицо у тебя на груди. Чувствую, как ты улыбаешься уголком рта, и впервые не воспринимаю это как насмешку.
Для начала ведь этого хватит?

...на главную...


июнь 2022  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930

май 2022  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

...календарь 2004-2022...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2022.06.25 22:34:06
Как карта ляжет [4] (Гарри Поттер)


2022.06.24 19:20:20
От меня к тебе [10] (Гарри Поттер)


2022.06.24 15:14:30
Отвергнутый рай [30] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2022.06.24 13:49:37
Иногда они возвращаются [3] (Гарри Поттер)


2022.06.23 10:13:50
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2022.06.23 08:48:41
Темная вода [0] (Гарри Поттер)


2022.05.29 11:10:59
После дождичка в четверг [3] ()


2022.05.28 22:43:46
Танец Чёрной Луны [7] (Гарри Поттер)


2022.05.28 13:12:54
Рау [7] (Оригинальные произведения)


2022.05.23 22:34:39
Рифмоплетение [5] (Оригинальные произведения)


2022.05.19 00:12:27
Капля на лезвии ножа [3] (Гарри Поттер)


2022.05.16 13:43:22
Пора возвращаться домой [2] (Гарри Поттер)


2022.05.14 07:36:45
Слишком много Поттеров [46] (Гарри Поттер)


2022.05.13 23:06:19
Вы весь дрожите, Поттер [6] (Гарри Поттер)


2022.05.07 01:12:32
Смерть придёт, у неё будут твои глаза [1] (Гарри Поттер)


2022.04.19 02:45:11
И по хлебным крошкам мы придем домой [1] (Шерлок Холмс)


2022.04.10 08:14:25
Смерти нет [4] (Гарри Поттер)


2022.04.09 15:17:37
Life is... Strange [0] (Шерлок Холмс)


2022.04.05 01:36:25
Обреченные быть [9] (Гарри Поттер)


2022.03.20 23:22:39
Raven [26] (Гарри Поттер)


2022.02.25 04:16:29
Добрый и щедрый человек [3] (Гарри Поттер)


2022.02.20 22:38:58
Леди и Бродяга [6] (Гарри Поттер)


2022.02.12 19:01:45
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2022.02.11 19:58:25
Глюки. Возвращение [241] (Оригинальные произведения)


2022.02.03 22:54:07
Квартет судьбы [16] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2022, by KAGERO ©.