Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Заходит Драко (Д) в класс, разваливается на стуле профессора МакГонагал, кладет ноги на стол и закуривает сигару. Заходит в класс МакГонагал (М)
М: Мистер Малфой!!! Что вы себе позволяете???
Д: Идите в ж*пу, тетенька.
М: Вы как со мной разговариваете, Малфой?! Я сейчас к директору пойду.
Д: Вали к своему Дамблдору. У него тоже... ноги грязные.
Пришла МакГонагал к директору (Д)..
М: Альбус, Драко Малфой совсем обнаглел, в классе курит, меня в ж*пу послал, а про вас сказал, что у вас ноги грязные!
Д: Так... Сейчас разберемся. Где его личное дело? Смотрим. Отец -директор Опекунского Совета при Министерстве Магии, мать - секретарь... там же... Оба - Пожиратели Смерти, Люциус - правая рука Волдеморта... Hу, что же, все ясно. Пойдемте, Минерва.
М: Куда?.
Д: Как куда? Вы - в ж*пу, а я - ноги мыть..

Список фандомов

Гарри Поттер[18462]
Оригинальные произведения[1236]
Шерлок Холмс[714]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[133]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[106]
Темный дворецкий[102]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12655 авторов
- 26943 фиков
- 8595 анекдотов
- 17670 перлов
- 660 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 49 К оглавлениюГлава 51 >>


  Год, какого еще не бывало

   Глава 50. Рождество
        — Вы гуляли довольно долго, — сдержанно заметил Снейп, когда Гарри закрыл за собой деревянную дверь домика и стащил теплый плащ, перчатки и шарф. Зельевар что-то писал за столом, но при виде Гарри отложил перо и магически высушил чернила на свитке. Подняв бровь, он пристально смотрел на Гарри снизу вверх. Без сомнения, Снейп прекрасно понимал, что мальчики ходили отнюдь не просто подышать свежим воздухом. — Итак?
        «Ну конечно, — подумал Гарри. — Вы столько от меня это скрывали, а теперь думаете, что я вот так возьму и выложу всё как на духу? Нет уж».
        — Мы немного поговорили про Самайн, — хладнокровно ответил он.
        — Про Самайн, — медленно повторил Снейп и чуть повернулся, чтобы видеть Драко. Тот кивнул.
        — Ну, Самайн, помните? — с легкой издевкой уточнил Гарри, чувствуя, как нарастает раздражение. До сих пор он неплохо с ним справлялся, но скорее потому, что очень уж хотел поговорить с Драко с глазу на глаз. — Я уверен, что помните. Вы там были. Причем — какой сюрприз! — вы там были оба. Странно, что за все это время никому из вас не пришло в голову об этом упомянуть.
        — Я же говорил: я полагаю, что о некоторых вещах Драко следовало бы...
        — ... да, да, рассказать самому, — перебил Гарри. Проказливый голосок в голове начал нашептывать подсказки; конечно, Гарри прекрасно сознавал, что не следует повторять их вслух, но удержаться не мог. После стольких недель опасений, что Драко только и ждет шанса напасть на него и доставить Волдеморту, он просто жаждал стереть с лица Снейпа это самодовольное выражение!
        — Теперь он мне рассказал, — вздохнул Гарри, стараясь, чтобы это не прозвучало чересчур театрально, как нередко бывало с самим Драко. — Он рассказал мне все. Он объяснил, что одной встречи с Волдемортом ему хватило, чтобы осознать правду. Драко ни за что на свете не сможет стать Упивающимся Смертью, если потом придется каждый раз, как его вызовут, терпеть присутствие огромной гнусной змеищи...
        — Драко! — воскликнул Снейп, покраснев от гнева.
        Драко перепуганно посмотрел на Гарри.
        — Я этого не говорил!
        Гарри засмеялся, но почти сразу же умолк, чувствуя, что Снейп вот-вот взорвется от ярости.
        — Извините, — сказал он, хотя виноватым себя вовсе не чувствовал. — Я не мог удержаться.
        — Я удивлен, что ты считаешь такие вещи поводом для смеха, — упрекнул его Снейп, хмурясь.
        — А я не считаю, — огрызнулся Гарри, переминаясь с ноги на ногу. — Я просто не люблю секретов. И мне, мягко скажем, не понравилось, когда вы, решив, что правде пора выплыть наружу, вместо того чтобы просто сказать, как нормальный человек, взялись подкладывать тут мантии!
        — Ты же сказал, что одобряешь, — озадаченно заметил Драко.
        — Я одобряю само решение наконец предпринять хоть что-то, — Гарри повысил голос. — Но нет, я не думаю, что это была такая уж прекрасная затея. Я бы предпочел, чтобы он мне все рассказал несколько недель назад, причем нормальным способом!
        — Поступи я подобным образом, — объяснил Снейп, — ты бы лишился собственного выстраданного решения доверять Драко несмотря ни на что. А именно из подобных решений рождается сильнейшая преданность и верность.
        Гарри сел на пол перед камином и заметил, что Сэл греется на одном из камней очага. Подозвав ее шепотом на змееязе, он предложил заползти к нему на колено. Погладив змейку, он повернулся к Снейпу; тот по-прежнему сидел за столом.
        — Вы правда нарочно подложили туда мантию и маску?
        Снейп пожал плечами; глаза его были полуприкрыты.
        — Смотря что ты имеешь в виду под словом «подложить». Я оставил их здесь, когда вернулся с тобой в Хогвартс. Даже тогда мне приходила в голову мысль, что, возможно, тебе придется жить в моих комнатах. Я, безусловно, не хотел, чтобы ты случайно наткнулся там на эти вещи. Обозначив наши планы на Рождество, я сознавал, что кто-то из вас может их обнаружить.
        Гарри фыркнул.
        — Значит, Драко прав. Вы действительно рассчитывали, что он не утерпит и полезет смотреть, что в коробке. — Снейп промолчал, не возразив и не подтвердив ничего, и Гарри продолжил: — Вы знали, когда спасли меня в Самайн, что шпионить больше не сможете. Почему вы сразу не уничтожили эти мерзкие тряпки?
        — Они могли когда-нибудь при случае пригодиться Ордену.
        — Угу, — пробормотал Гарри. — Ну, теперь-то уж точно не пригодятся.
        — Действительно. Ты их весьма качественно испепелил.
        Гарри посидел еще немного, поглаживая свернувшуюся колечками Сэл и обдумывая всю ситуацию. В общем и целом он был не слишком доволен решениями Снейпа в том, что касалось присутствия Драко в Самайн. Однако и ссориться из-за этого тоже не хотел.
        — Лучше б вы мне раньше сказали правду, — объявил он серьезно, ища взглядом глаза отца. — И... надеюсь, вы больше не будете от меня ничего скрывать... но все равно... я вас прощаю.
        — Весьма великодушно, — выдохнул Снейп, раздув ноздри. Он наклонился вперед, опершись руками о колени, и пристально вгляделся в сидящего на полу Гарри. — Однако я не могу не задать вопрос: простил ли ты Драко?
        Гарри холодно посмотрел на него.
        — Да, простил. Но, если вы не против, я не хочу это обсуждать. Это касается только Драко и меня.
        — Так же, как присутствие Драко на сборище Упивающихся касалось только Драко и меня?
        — Вы же знаете, что меня это тоже касается!
        — Я поступил наилучшим образом, с моей точки зрения, — ровным, сдержанным тоном возразил Снейп.
        Гарри тоже отвечал сдержанно, но иначе: под внешним спокойствием скрывались резкие нотки боли и негодования. Нотки, которые он изо всех сил пытался сгладить.
        — У нас разное мнение о том, что такое «наилучшим образом», сэр. Но... я уже сказал, что я вас прощаю.
        Снейп мерил его взглядом еще мгновение, потом резко кивнул. Гарри, однако, заметил, что зельевар внимательно наблюдал за ними с Драко еще некоторое время, словно проверяя, все ли в порядке.
        Драко подошел и встал рядом; получилось неловко, потому что теперь Гарри сидел у его ног. Драко переминался, явно не зная, как поступить, пока Гарри не буркнул:
        — Ты вполне можешь сесть на пол. Накануне у тебя вполне получилось, помнишь? Ты от этого не помрешь.
        — Пойдем посидим у окна, — предложил Драко, указав рукой на потертый диванчик у дальней стены.
        — Там сквозит, Сэл будет холодно. — Сообразив, что до сих пор поглаживает змейку, Гарри сунул ее в карман; Сэл завозилась там, устраиваясь поудобнее. — Вот и все. Извини за шутку насчет Нагини.
        Драко поморщился.
        — Ну, честно говоря, я и правда был не в восторге от присутствия... как ты выразился, «огромной гнусной змеищи» на этой встрече.
        — Я в курсе, — признал Гарри. — Сядь наконец, а?
        Драко опять состроил гримасу.
        — Не хочу пачкать одежду.
        — Ты разве не волшебник? На что тогда чистящие чары и прочее? Давай же, садись.
        Тут Драко наконец уступил и уселся рядом по-турецки.
        Гарри наклонился к нему со слегка заговорщицким видом.
        — Отлично. Молодец. А теперь давай придумаем, что приготовить на рождественский ужин. Утром, пока я спал, ты случайно не успел сунуть нос в те ящики, которые запас Снейп? Нет? Значит, я его отвлеку, пока ты посмотришь, какие в нашем распоряжении ингредиенты. Хотя погоди. Ты ж наверняка понятия не имеешь, из чего и как готовить. Ладно, тогда ты его отвлекай, пока я потихоньку...
        Его прервал тихий звук шуршания дерева о дерево.
        — Если вы желаете исследовать сделанные мною запасы, — протянул Снейп, указав на ящики, которые теперь стояли без крышек, — нет никакой необходимости делать это потихоньку.
        — Но мы же все слизеринцы, — весело поддел Гарри. Он давно не чувствовал себя таким счастливым. — Ну, или вроде того. Нам нравится все делать потихоньку.
        Драко расхохотался.
        — Быть слизеринцем значит вовсе не это.
        Вскочив на ноги, он сделал то, что предложил Снейп: принялся шарить по ящикам. Гарри здорово подозревал, что Драко надеется найти там подарки. Но увы — если зельевар что-то такое и взял с собой, то спрятал где-то еще.
        Два ящика были заколдованы так, чтобы сохранять холод, а в третьем даже оказался лед. Гарри усмехнулся: с помощью магии можно сделать морозильник из чего угодно!
        — Хм-м... похоже, на рождественский ужин у нас будет жареный гусь, — объявил он. — И можно разморозить часть сладких пирожков... или вы предполагали съесть их в сочельник?
        Снейп равнодушно пожал плечами.
        — Почему бы вам с Драко не решить все самим? Если на то пошло, почему бы вам не заняться обедом?
        — Сделаем бутерброды, — решил Гарри.
        Драко издал очередной трагический вздох.
        — Проще-то уже некуда, — с упреком заметил Гарри и начал показывать на примере, как это делается. Он не удержался от смеха, когда Драко, вместо того чтобы «по-маггловски» резать хлеб ножом, приспособился использовать магию.
        Как бы то ни было, его помощь оказалась очень кстати, потому что у Гарри опять сильно разболелись руки. Он даже подумал, не повредила ли нервы выплеснувшаяся накануне магия. Предоставив Драко доделывать бутерброды, он пошел посоветоваться со Снейпом. Тот внимательно изучил его кисти, применив одно за другим несколько заклятий.
        — Я не чувствую никаких повреждений, — наконец объявил Снейп. — Однако, что бы ни вызывало боль, это как-то связано с твоей магией. В тебе таится какая-то сила, которая пытается вырваться на свободу. Этот конфликт и вызывает боль.
        — Значит, придется просто терпеть до тех пор, пока моя магия не вернется?
        — Этого я не говорил. — Снейп легонько стукнул каждый палец Гарри кончиком своей палочки, напев несколько фраз на латыни. Боль тут же исчезла. — Я могу обновить чары в любой момент, только попроси. И я научу Драко этому заклинанию, чтобы он также мог тебе помочь.
        Гарри несколько раз сжал и разжал пальцы, изумляясь, как легко и свободно они двигаются.
        — Знаете, я ждал, что вы мне дадите какое-нибудь зелье, — признал он.
        — Зелье могло бы управиться с источником боли, но при этом, скорее всего, подавило бы внутренний конфликт. Если твоя магия пытается возродиться целиком и полностью, вряд ли стоит ей мешать. А чары вреда не нанесут. Фактически я приказал твоей руке забыть, что она болит.
        — Жалко, что я раньше не знал этого заклинания. После некоторых квиддичных матчей оно бы здорово пригодилось, — улыбнулся Гарри.
        — Оно лучше работает, когда нанесен магический, а не физический ущерб.
        Гарри кивнул.
        — Понятно. Большое спасибо, сэр.
        Снейп вместо ответа только наклонил голову.

* * *

        Дни летели куда быстрее, чем ожидал Гарри. Может быть, потому что из-за отсутствия домовиков хлопот было хоть отбавляй. Конечно, Драко и Снейп постоянно пользовались магией, когда нужно было что-то сделать по дому, но даже на волшебство требуется время.
        Драко ежедневно летал на метле, разворачиваясь, пикируя и выполняя прочие фигуры с легкостью, какой гордился бы любой ловец. Гарри не слишком ему завидовал — до тех пор, пока однажды не увидел, как Драко гоняется за снитчем. Тогда он неожиданно осознал, насколько соскучился по квиддичу.
        При первом же удобном случае Гарри пустил в ход слизеринскую хитрость и потихоньку испробовал свою магию на метле Драко. Он не собирался летать, просто хотел проверить, подчинится ли она команде «Вверх».
        Метла не подчинилась, что здорово испортило ему настроение.
        Правда, долго он не хандрил. Да и как тут хандрить, когда впереди Рождество? Учитывая, сколько лет Гарри встречал его в Хогвартсе, можно бы подумать, будто он уже знает все о том, как волшебники справляют этот праздник. Однако скоро оказалось, что до этого еще далеко.
        Во-первых, елка.
        — Я всегда думал, что как-то жалко срубать такое красивое дерево, — заметил Гарри, когда Снейп объявил, что на следующий день они займутся елкой. — Хотя, наверное, если после праздников ее пустить на дрова, то не так обидно.
        Драко уставился на него, словно на двухголовое чудище.
        — Срубать елку? Право слово, Гарри! Мы же волшебники!
        — В Хогвартсе всегда есть елки, — заметил Гарри. — Их обычно двенадцать, если я не ошибаюсь.
        — И ты думал, они настоящие? — с театральным удивлением поинтересовался Драко. Его глаза светились высокомерием и самодовольством. — Это колдовские елки, Гарри. Хотя, полагаю, это комплимент домовым эльфам, раз ты принял их за настоящие. — Он сделал вид, что задумался. — Интересно, сколько магглорожденных студентов считают, что так и есть?
        — Но елка в гриффиндорской гостиной уж точно была настоящая! — возразил Гарри. — Я уверен, потому что после Рождества хвоя начала желтеть и осыпаться.
        — Наверное, кто-то из магглорожденных заказал настоящую елку, — заключил Драко, слегка содрогнувшись. — Но это приносит несчастье, между прочим. Эти представления восходят к древним магическим культам лесных богов, и все такое прочее. То, что магглы в самом деле срубают деревья, только доказывает, насколько они варвары...
        — Уймись, — оборвал его Гарри, а потом повернулся к Снейпу: — Вам не кажется, что это ужасно глупо? Я шесть лет учился в лучшей волшебной школе Британии и до сих пор ничего не знаю о самых простых обычаях? Почему в Хогвартсе не учитывают, что не все ученики всё это знают, когда приезжают в школу?
        Драко открыл было рот, но потом закрыл его. И к лучшему, подумал Гарри. Он был не в настроении слушать что-нибудь в духе: «Потому что магглорожденным там вообще не место, Поттер».
        — Возможно, помимо маггловедения следует преподавать и маговедение, — предложил Снейп с легким кивком. — Я поговорю на эту тему с директором.
        Оказалось, что создать колдовское дерево весьма трудно. Обычно об этом заботились домовые эльфы, но достаточно могущественный и искусный волшебник (например, Снейп) тоже мог это сделать. Зельевар вместе с обоими мальчиками дошел до западной границы участка при коттедже, где росло несколько сосен. Попрепиравшись некоторое время, они сошлись на небольшом приземистом деревце с раскидистыми ветвями. Снейп указал на него палочкой, и на мгновение сосну окружило легкое голубоватое сияние. Затем зельевар произнес несколько фраз; насколько мог разобрать Гарри, не на латыни. Возможно, на гэльском — учитывая, что Драко говорил о культах лесных богов.
        Когда они вернулись в коттедж, у очага стояла точная копия выбранной ими сосны. Она занимала добрую четверть комнаты, и во всем доме сразу запахло лесом. Гарри протянул руку и потрогал ветку, не в силах поверить, что она не совсем настоящая. Но, опустив взгляд, он увидел, что иначе быть не может. Внизу не было ни покрывала, укутывающего ствол, ни подставки, чтобы удерживать дерево, — оно словно росло прямо из каменного пола.
        — А теперь свечи, — объявил Драко.
        Порывшись в одном из ящиков, Снейп извлек оттуда длинные зеленые с серебром свечи. И Гарри точно знал, что раньше их там не было, поскольку лично обследовал ящики. Значит, один был заколдован так, чтобы оттуда можно было доставать нужные вещи по желанию. По желанию Снейпа, разумеется. Возможно, именно там зельевар и спрятал рождественские подарки. Гарри слегка улыбнулся: не так давно эта мысль даже не пришла бы ему в голову. Похоже, это все слизеринское влияние Драко; прежде Гарри ни за что бы не додумался искать в доме спрятанные подарки. Возможно, правда, он просто не привык весело праздновать Рождество. Жгучий интерес Драко к тому, что им «наверняка подарят», оказался заразителен... даже несмотря на излишнюю, с точки зрения Гарри, меркантильность слизеринца.
        Снейп заклинанием зажег свечи одну за другой и левитировал их на ветки. Получилось очень славно; свечи сами по себе тоже явно были волшебные. Они излучали тепло и свет, но не сгорали и не капали воском. И, как заверил зельевар, не могли ничего поджечь. Их можно было спокойно оставить без присмотра на сколько угодно.
        Гарри они ужасно понравились, но он все-таки не удержался и спросил:
        — Слизеринские цвета, сэр?
        — По-моему, ты сам сказал, что мы тут все слизеринцы, — буркнул Драко.
        — Я сказал «вроде того», помнишь?
        — Это дом Северуса, так что, разумеется, свечи должны символизировать его, — объяснил Драко, позволив себе усмехнуться несколько раздраженно. — Он не просто слизеринец, он глава Дома Слизерин! Будь он ликвидатором проклятий, его цвета были бы фиолетовый и белый. Работай он в больнице Святого Мунго, мы бы увидели на дереве оранжевые с желтым свечи. А если бы...
        — Спасибо, мне не нужно пятьдесят примеров, чтобы понять суть, — перебил Гарри, как никогда сожалея, что у него не было шанса изучать маговедение. — Значит, все украшения должны быть в цветах Снейпа?
        — Мерлина ради, Гарри, его зовут Северус!
        Помня, что сказал Драко насчет «настоящего отца», Гарри сумел промолчать.
        Снейп же и вовсе предпочел обойти скользкую тему, а вместо того немного рассказать о магических обычаях.
        — Неудивительно, что у Гарри есть вопросы, — сказал он, бросив Драко недовольный взгляд. — Традиционные йольские украшения связаны с растениями, поэтому они не так ярки, как та безвкусица, которую я видел в витринах маггловского Лондона. Тем не менее, это и твой дом, Гарри.
        Безвкусица, подумал Гарри, это самое подходящее описание того, как и чем украшала дом на Рождество тетя Петуния.
        — Давайте придерживаться магических традиций, — ответил он несколько подавленно.
        И тем не менее Снейп все-таки заколдовал ягоды остролиста так, чтобы они были красные с желтым. Драко фыркнул, но Гарри подумал, что это довольно трогательный жест.

* * *

        Драко заявил, что гуся нужно сберечь до Рождества. Гарри про себя подумал, что Драко просто отлынивает от готовки, но возражать не стал. В сочельник на ужин они ели суп с каштанами и горячий, точно из печки, цельнозерновой хлеб. Хлеб Снейп извлек из своего заколдованного ящика, но остальную еду они готовили сами. Впрочем, и с ней возиться особенно не пришлось: домовики припасли для них много всякой готовой или почти готовой всячины. Например, суп всего-то и надо было разморозить, разогреть, а потом дать ему немного покипеть. С магией это не составляло никакого труда, но Драко все не переставал жаловаться.
        Наконец Гарри не вытерпел и пригрозил, что не отдаст ему рождественский подарок, если Драко не начнет вести себя прилично.
        — Не может быть! — Драко аж поперхнулся от возмущения. — Это просто свинство, вот что это такое.
        — А вот очень даже может. Не дам, и все, если не перестанешь ныть, — огрызнулся Гарри. — Сколько можно! Ты же не жалуешься на зельях, когда приходится и резать, и помешивать, и варить всякое!
        — Любопытное сравнение, — заметил Снейп, который сидел за столом и писал какие-то письма. Гарри было интересно, кому они, но спросить напрямую казалось как-то бесцеремонно. — Ты столько раз брал на себя заботу о наших трапезах, что я знаю: готовишь ты весьма хорошо. Так почему ты не проявляешь особенных умений на уроках зельеварения?
        Гарри улыбнулся уголком рта, бросив чуть-чуть перца в кипящий суп.
        — Когда готовишь еду, обычно ничего не взрывается, знаете ли, даже если чего-нибудь случайно переложить. Там как-то больше пространства для маневра.
        — Может, Лонгботтому тогда лучше учиться на повара, — съязвил Драко.
        — Может, я твой подарок пошлю совой обратно, — пригрозил Гарри. — Невилл старается изо всех сил. И слышать не хочу, как ты его оскорбляешь. И вообще, когда мы оба снова станем ходить на уроки, почему бы тебе ему не помочь, разнообразия ради? Вряд ли найдется лучше способ убедить гриффиндорцев, что в тебе есть что-то приличное.
        Драко негодующе фыркнул и не стал ничего отвечать.
        — Кстати о совах, — продолжил Гарри. — Я как раз хотел спросить: коттедж, наверное, заколдован так, чтобы они не могли сюда добраться?
        Снейп кивнул.
        — У нас нет серьезных причин беспокоиться, но на всякий случай... — он выразительно пожал плечами.
        Гарри тоже кивнул.
        — Угу. Постоянная бдительность, и все такое. Я просто подумал, было бы здорово все-таки получить подарки от моих друзей. Но их же доставят в Хогвартс, да? Не вернут отправителям?
        — Да, мне удалось настроить перенаправляющие чары разумным образом, — протянул в ответ Снейп.
        Гарри не мог не заметить в его тоне оскорбленные нотки.
        — Вы великий и могущественный волшебник, — признал он и тут же подавился смешком, сообразив, что сказал. — Извините, — выдавил он, когда Снейп и Драко оба уставились на него. — Это из одного маггловского фильма... «Волшебник страны Оз». Я засмеялся, потому что этот «великий и могущественный волшебник» Оз так не похож на вас, профессор, что дальше некуда.
        Драко явно ничего не понял.
        — Оз — это где? — поинтересовался он у Снейпа. Зельевар тоже выглядел озадаченным.
        — Это же выдумка, — подчеркнул Гарри.
        — А, это как «Метла и ветла»? — спросил Драко. — В детстве это была моя любимая книжка.
        — Ну да, наверное, — промямлил Гарри.
        — И чем же этот «великий и могущественный волшебник» отличается от меня? — вопросил Снейп.
        Гарри покраснел.
        — Э-э... ну, он вообще-то на самом деле был совсем не волшебник и колдовать не умел, просто изобретал всякие штуки. Кажется. Честно говоря, я не очень хорошо помню.
        — У магглов крайне странные представления о волшебниках.
        — И в Хогвартсе однозначно нужны уроки маговедения, — согласился Драко.

* * *

        Позже в тот вечер Снейп выставил на стол снежно-белую свечу. В отличие от обычных свечей, горевших повсюду (оказывается, в некоторых чистокровных семействах было принято не пользоваться колдовским светом в рождественский сочельник и обходиться свечами), эта была похожа на те, что Гарри видел в церкви, — низенькая и широкая. Правда, в церквях он бывал нечасто, но дядя Вернон настаивал на том, чтобы всей семьей ходить на всенощную в сочельник. Воспоминания Гарри в основном водились к тому, как на него орали всю дорогу туда, требуя пригладить волосы, чтобы скрыть шрам, а потом всю обратную дорогу тоже: мол, наверняка его все-таки кто-нибудь заметил.
        А на следующее утро его «отвратительное поведение» накануне в церкви непременно становилось поводом для того, чтобы Гарри остался без подарков.
        Он всегда знал, что Рождество должно быть веселым и радостным, но никогда не испытывал этого сам — по крайней мере, до того как приехал в Хогвартс.
        Сейчас свеча на столе всколыхнула дурные воспоминания, но Гарри и не подозревал, насколько явственно они отражаются у него на лице. И только тогда осознал, что нервно теребит челку, прикрывая шрам, когда Снейп вдруг накрыл его руку своей, заставил отвести от лица и положить на стол, а потом крепко сжал его пальцы. Гарри поднял изумленный взгляд. Он, конечно, говорил когда-то про чулан и про то, как плохо его кормили, и, конечно, Снейп был достаточно умен, чтобы догадаться, что настоящих подарков от родни Гарри тоже не получал. Но уж точно зельевар никак не мог знать, что именно вызвала в памяти сейчас эта маленькая невысокая свеча.
        Однако, по-видимому, Снейпу и не нужно было знать это наверняка. Что гораздо важнее, он хорошо знал Гарри. И почувствовал, когда его подопечного одолели тяжкие воспоминания.
        К большому удивлению Гарри, незажженная свеча расстроила и Драко тоже. Тот смотрел на нее, опершись локтями о стол, потом его плечи медленно приподнялись и опустились в мрачном вздохе, на сей раз отнюдь не показном.
        — Я и здесь тоже младший, да? — спросил он Снейпа. Зельевар кивнул.
        — Ладно, — выдохнул Драко и, оттолкнувшись от стола, встал. — Хотел бы я знать, кто теперь будет...
        Он не договорил.
        Растерявшись, Гарри смотрел, как Драко подносит палочку к фитилю, зажигает свечу, а потом относит ее на подоконник. Драко заклинанием раздвинул шторы так, чтобы пламя было видно снаружи. Потом плюхнулся на потертый диван, прислонившись к одному подлокотнику, и положил ноги на другой, скрестив их в щиколотках. А потом смотрел, смотрел, смотрел не отрываясь на дрожащий огонек свечи.
        Это пристальное внимание было само по себе странно, но еще удивительнее была вся его поза. Обычно Драко сидел, являя собой образчик идеально воспитанного мальчика — просто картинка к урокам этикета. Его ведь трудно было даже уговорить сесть на пол рядом с Гарри!
        По комнате плыл запах тающего воска. Возможно, подумал Гарри, свеча была даже обычной — из тех, что постепенно сгорают целиком.
        Вдруг сообразив, что Снейп по-прежнему крепко сжимает его пальцы, Гарри высвободил руку.
        — Что такое с Драко? — шепотом спросил он.
        Его слова прервали непонятное бдение Драко, и тот подвинулся, освобождая место рядом с собой, а потом поманил Гарри, предлагая сесть.
        — Понимаешь, я дома тоже младший, — негромко сказал он, подождав, пока гриффиндорец устроится рядом. — Так что свечу... ну, понимаешь. — Последовала короткая пауза. — А может, и не понимаешь. Я не знаю, есть ли у магглов такая традиция. — Он снова посмотрел на свечу. — Когда ждут Рождественского Деда, самый младший в семье зажигает свечу в окне, вот и все, — его голос слегка дрогнул. — Когда я был маленький, отец держал вместе со мной палочку, и мы хором говорили: «Incendio!», чтобы зажечь свечу... Прости. Я знаю, что ты ненавидишь моего отца. Я его тоже ненавижу. По большей части.
        — Тяжело, когда те, кто должен бы любить тебя больше всех... просто не любят, — тихо отозвался Гарри, впервые по-настоящему чувствуя, как Драко больно. Конечно, следовало куда раньше сообразить, что в такой семейный праздник все это выплывет наружу. Драко наверняка хотел сейчас, чтобы все было иначе, хотел оказаться дома... и сознавал, что назад пути нет и домой он никогда не вернется.
        — Да, наверное, ты-то понимаешь, — пробормотал Драко. — Интересно, у всех всё настолько наперекосяк или только у нас?
        — Думаю, у большинства есть проблемы, — откликнулся Гарри, покосившись на Снейпа. Тот, казалось, вовсе и не слушал, погрузившись в книгу, но Гарри бы ни за что не поручился. — Вот, к примеру, Невилл. Учитывая, где у него родители... — в других обстоятельствах он не стал бы обсуждать такие вещи, но Драко благодаря сплетням Упивающихся уже знал и так. — Или Рон...
        — Да ну, брось! Какие у Крысли могут быть проблемы, кроме феерического отсутствия мозгов?!
        Пожалуй, подумал Гарри, Рон это даже заслужил. Его высказывания в адрес Снейпа иначе как безмозглыми и не назовешь.
        — У него пять старших братьев и еще младшая сестра, — парировал он. — Дома он теряется в целой куче народу. И учитывая, что его лучший друг — я... он и в школе, получается, все время на вторых ролях.
        — Лучший друг? — вознегодовал Драко. — Я смотрю, ты просто образчик всепрощения. Не обижайся, Поттер, но я заранее вижу, что ты поведешь себя как идиот и все-таки захочешь и дальше с ним водиться. Так вот, помяни мое слово, он наверняка даже подарок тебе не пришлет. Больно нужен ему в друзьях Гарри Поттер, который наполовину слизеринец!
        — Подарки до нас так и так не доберутся, — огрызнулся Гарри.
        — Это если он может себе позволить что-нибудь купить, — скривился Драко.
        — Это просто полное свинство, осуждать людей за то, что они не в силах изменить.
        — Возможно, это лучше, чем прощать им то, что они в силах изменить. По-моему, учитывая, что он сказал про Северуса, с ним и разговаривать-то больше никогда не стоит!
        — Ну знаешь, я на него, конечно, очень сержусь, но никогда — это перебор, тебе не кажется?
        — Нет, не кажется, если ты собираешься уважать Северуса как отца, — сурово отозвался Драко. — Ладно, хватит об этом. Не хочу портить Рождество из-за какого-то Уизли. Свечу мы зажгли... Северус, — позвал он. — Может быть, Гарри захочет соблюсти какую-нибудь свою рождественскую традицию. — Он повернулся к Гарри с вопросительным выражением лица. — Ну, что скажешь?
        — Ты хочешь, чтобы мы соблюдали маггловские традиции? — уточнил огорошенный Гарри.
        — Нет, я просто хочу, чтобы Рождество для тебя было Рождеством, — пожал плечами Драко. — Расскажи, как его встречали твои маггловские родственники?
        — Ну-у... — Гарри пришлось как следует задуматься. С тех пор как он встречал Рождество с Дурслями, прошло довольно много лет, и даже тогда он не очень-то участвовал в праздновании. Или его ни во что не включали. — Люди часто ходят по соседям и поют хоралы. Это такие специальные рождественские песни, — пояснил он. — Я никогда не ходил... точнее, Дурсли сами не очень-то ходили петь хоралы, но я часто слышал, как их поют на улице.
        — Тогда ладно, — кивнул Драко. — Спой нам что-нибудь из этих хоралов.
        Гарри покраснел.
        — Я не умею петь. И слова не помню, и вообще...
        — Да брось. Ты можешь победить норвежского гребнеспина практически с закрытыми глазами, но не можешь спеть нам одну-единственную песню?
        — Это была венгерская хвосторога!
        Драко усмехнулся.
        — Ну, извини, я тогда еще не был твоим фанатом. Отныне и впредь я буду пристально следить за твоими грандиозными подвигами. Может, даже книгу напишу. «Моя жизнь с Мальчиком-Который-Выжил»...
        — Звучит несколько непристойно, — вмешался Снейп, пододвинув кресло, чтобы сесть с ними у окна. — Возможно, лучше... «В подземельях с Гарри Поттером»?
        — Прекратите, — засмеялся Гарри. — Я не хочу, чтобы обо мне писали книгу. Хватит и того, что приходится читать о себе в «Пророке».
        — Ну да, конечно, столько внимания — это просто ужасно, — съязвил Драко. Потом, кажется, успокоился. — Ладно, я обойдусь без бестселлера за миллион галеонов, если ты все-таки споешь что-нибудь их этих своих рождественских песен.
        — Профессор! — взмолился Гарри. Увы, безо всякого толка.
        — Я бы тоже хотел услышать, — отозвался Снейп. — Будь так добр?..
        — Ладно, — пробурчал Гарри. — Но я правда слов не помню, так что не говорите, что вас не предупреждали.
        Он ненадолго задумался, потом выбрал одну вещь и запел неуверенно, слегка фальшивя.
        — С небес польется в эту ночь
        Мелодия дней былых —
        Коснутся ангелы нежных струн
        На арфах золотых:
        «И... что-то там, и что-то там...
        Господь земле послал»,
        И... что-то там, и что-то там...
        Под ангельский хорал.

        Когда в комнате повисла тишина, Драко взглянул на Снейпа, а затем снова на Гарри.
        — И какой в этом смысл?
        — Понятия не имею, — признал Гарри, чувствуя, как лицо заливается краской. — Я же сказал, что не помню все слова!
        — Но те, которые ты помнишь, тоже не имеют смысла! — огрызнулся Драко. — Правда, наверное, не стоит ожидать его от магглов. В общем, это не страшно. Может, что-нибудь еще, Гарри? Наверняка найдется хоть одна песня, которую ты помнишь хоть немного лучше.
        — Нет уж, дудки, — отозвался Гарри. — Хватит с меня унижений на один вечер.
        Улыбка Драко засияла несколько злорадным восторгом.
        — Унижение — это если я напишу «Гарри Поттер и его личная жизнь»...
        На сей раз Гарри фыркнул уже сердито.
        — Знаешь, я тоже наверняка могу написать про тебя кучу всякого, от чего тебе будет неловко.
        — Да кто захочет обо мне читать? — возразил Драко.
        — Зато они будут читать все, что напишу я, правда? — парировал Гарри. — Что угодно, написанное Гарри Поттером, сразу порасхватают с полок. Так что лучше не искушай меня, Малфой.
        — А он и правда вроде как слизеринец, — пожаловался Драко Снейпу.
        — Распределительная Шляпа знает, что делает.
        Снейп вытащил палочку и призвал три невысоких кубка, похожих по форме на парадные коньячные бокалы дяди Вернона, только эти были бронзовые и гравированные. Кубки уже были наполовину наполнены глинтвейном, пахнущим гвоздикой и корицей. Гарри обхватил свой ладонями, наслаждаясь теплом.
        Когда они допили вино, Гарри и Драко повесили на каминную полку по носку. По самому настоящему носку. Гарри казалось, что выглядит это немножко глупо; он привык к большим мягким ярко-красным рождественским «чулкам», куда при желании можно положить довольно большой подарок. Конечно, у самого Гарри такого никогда не было, но поскольку у Дадли их было целых три, то каминная полка Дурслей смотрелась довольно празднично.
        И, пожалуй, в самом деле безвкусно.
        Теперь же их каминная полка выглядела очень по-домашнему и уютно — как и весь коттедж.
        — Что ж, вам обоим пора в постель, — объявил Снейп, выставляя сладкие пирожки и крохотную рюмку с шерри.
        Драко засмеялся.
        — Мы же не дети, Северус. Мы в курсе, что ты сам съешь подношение Рождественскому Деду.
        Снейп нахмурился — кажется, в искреннем недоумении.
        — Вы не верите в Рождественского Деда?
        — Я точно не верю, — слегка огрызнулся Драко. — Уж не знаю, правда, что там думает человек, которого воспитывали магглы.
        Наверное, можно было бы и обидеться, но Гарри все это казалось скорее забавным.
        — Учитывая, как меня воспитывали, я и в Рождество-то едва верю, — сообщил он.
        — Но он действительно существует, — заметил Снейп. Гарри попытался найти нотку юмора в его глазах... и не нашел.
        — А почему тогда мои родители признавали, что сами дарят мне подарки? — заспорил Драко.
        — Угу, а Дадли уж точно никогда в жизни ничего не заслужил, — прибавил Гарри. — Так что если Рождественский Дед существует, он довольно-таки паршиво различает, кто хорошо себя вел, а кто плохо.
        О том, что Драко тоже ежегодно вел себя весьма плохо, он решил не упоминать.
        — А, понимаю. Видишь ли, к магглам он не приходит, — объявил Снейп, качая головой, — чем и объясняется роскошная добыча твоего кузена. Что же касается твоей семьи, Драко, без сомнения, большинство подарков действительно были от твоих родителей.
        — Что ты хочешь этим сказать? — вопросил Драко, тоже нахмурившись.
        Снейп пожал плечами.
        — Николас на редкость ненадежный волшебник.
        — Что?! — ахнул Гарри. Уж чего-чего, а этого он никак не ожидал услышать. Но какой-то смысл во всем этом был, пусть и странный. Если Рождественский Дед существует, он наверняка пользуется магией... И ведь эльфы-то точно существуют... — Вы нас разыгрываете, — выговорил он наконец, справившись с потрясением.
        Зельевар снова пожал плечами.
        — Как хотите. Скажу только, что он не просто так не приходит к магглам. Он давным-давно понял, что не справится с таким количеством работы. И, конечно, родители-волшебники знают, что полагаться на него не стоит. Как я понимаю, он нередко вообще большую часть ночи пьет святочный глинтвейн, а когда, спохватившись, все-таки выезжает из дому, вынужден вернуться в Финляндию на заре.
        — По-моему, это полная чушь, — не поверил Драко.
        — Возможно, — отозвался Снейп. — Однако одну вещь я знаю точно. В те годы, когда он все-таки выезжает из дому, он не останавливается у тех домов, где кто-то не спит. А теперь, если позволите, я бы хотел, чтобы вы удалились, потому что сам хочу лечь. — И он взмахом руки погнал их прочь.
        Оказавшись в их спальне за закрытой дверью, при свете единственной свечи, которую Драко позаимствовал с наряженной сосенки, Гарри прошептал:
        — Он так серьезно выглядел. Как ты думаешь, это всё правда?
        Драко зарылся под одеяла и тихо отозвался со своей стороны комнаты:
        — А мне почем знать?
        — Тебя же воспитывали волшебники! Если Рождественский Дед тоже волшебник, ты должен знать!
        — Ну, все говорят, что так и есть, но когда дорастаешь до какого-то возраста, понимаешь, что это просто сказка.
        — А если нет? — задумчиво произнес Гарри. — Может, это правда...
        — Нет, не может, — буркнул Драко. Но потом прибавил: — Знаешь что? Давай-ка спать... просто на всякий случай.

* * *

        На следующее утро Гарри проснулся от того, что его трясли за плечо.
        — Гарри, вставай! — услышал он голос Драко. — Ну вставай же! Рождество пришло!
        — Еще десять минуточек, — пробормотал Гарри, отпихивая настырную руку Драко и переворачиваясь на другой бок.
        — Нет! — воскликнул Драко, плюхнувшись на край постели, так что она закачалась. — Кто же спит рождественским утром! Вставай! Нас ждут подарки!
        Полусонный Гарри недовольно застонал: вся кровать тряслась и дрожала. Дрыгнув ногой, он лягнул Драко, и тот слетел с матраса, шлепнувшись задом прямо на пол.
        Увы, это была ошибка. В следующее мгновение кровать исчезла вместе с матрасом, и Гарри рухнул на пол, путаясь в одеялах и простыне.
        — Драко! — возмутился он, садясь. — Держи себя в руках! Откуда столько... энтузиазма? Куда торопиться? И потом, ты даже не оделся!
        Драко только что не прыгал от нетерпения.
        — Да кто одевается, не развернув сначала подарки! Ну вставай же, пошли!
        — Что, прямо в пижамах?
        — Да!
        Не в силах больше ждать, Драко схватил его за руку, поднял рывком из кучи белья и буквально потащил за собой к двери.
        Гарри продолжал упираться.
        — Снейп, может, еще даже не встал. И вообще, сколько времени?
        Выпустив его руку, Драко схватил свои часы с подоконника, где оставил их накануне вечером, и сунул Гарри под нос.
        — Видишь? Видишь?!
        И в самом деле, крохотная стрелочка указывала на миниатюрные буквы; наклонившись поближе, Гарри смог разобрать слова:
        «Время смотреть подарки».
        
— Ладно, — засмеявшись, сдался он. — Дай только носки надеть. Тут полы просто ледяные: в отличие от комнат Северуса в Хогвартсе, их никто не заколдовывает.
        Драко нетерпеливо ерзал, пока Гарри натягивал свои самые теплые носки; потом наконец распахнул дверь и кинулся к камину. Он уже протянул руку, чтобы сорвать свой носок оттуда, когда с дивана донесся укоризненный голос:
        — Терпение, терпение, мистер Малфой.
        Там сидел Снейп; судя по виду, он не спал уже несколько часов. Как и в предыдущие дни каникул, он обошелся без своей обычной просторной мантии; на нем были темно-серые брюки и черный свитер. Не очень-то праздничный наряд, подумал Гарри, но Снейп, наверное, не был бы Снейпом, если бы выбрал что-нибудь более яркое.
        Гарри немного сонно махнул ему рукой и задумался, что полагается делать теперь. Семейное празднование Рождества было ему в новинку, мягко говоря.
        Услышав слова зельевара, Драко отступил от каминной полки. Гарри про себя удивился, что там такого интересного: подарки были сложены напротив, под елкой. Он узнал свои, которые отдал Снейпу на сохранение, едва стало ясно, что Драко ни за что не дотерпит до рождественского утра. Наверное, остальные свертки — от Снейпа и Драко... хотя для этого их было многовато.
        И почему, интересно, Драко до сих пор не сводит глаз со своего носка? Тот висел на каминной полке и выглядел... ну, как носок.
        — Счастливого Рождества, — сказал Снейп, кивнув им обоим.
        — Счастливого Рождества, — отозвались они оба хором. Едва с формальностями было покончено, Драко принялся жаловаться.
        — У меня сейчас лопнет терпение. Что, ты хочешь, чтобы Гарри заглянул в свой носок раньше?
        — Кхе-кхе, — откашлялся Гарри. — Там ничего нет. Я отсюда вижу.
        — Право слово, Северус, нужно все-таки сделать из него настоящего волшебника, — пожаловался Драко. — Гарри, иди и посмотри!
        — Посмотрите вместе, — мягко поправил Снейп. — Я не хотел, чтобы ты обогнал Гарри, вот и все.
        Гарри снял свой носок с полки. Он казался странно тяжелым, но в остальном выглядел совершенно обычно. Однако изнутри Гарри вытащил сахарную тросточку фута два длиной, гриффиндорской расцветки. У Драко оказалась такая же, только зеленая с черным. Кроме тросточки, из носка появилась куча конфет и, в довершение всего, волчок.
        С радостным возгласом Драко немедленно запустил свой. Во все стороны полетели искры... которые взмывали к потолку и там взрывались, точно крошечный салют. Гарри попробовал запустить и свой волчок тоже, и оказалось, что, начав вращаться, он не останавливается. Гарри смотрел на разлетающиеся искры и фейерверки, пока у него слегка не закружилась голова.
        — Так что сначала, — поинтересовался Снейп, с легкой улыбкой глядя на Гарри, — завтрак или подарки?
        — Подарки! — воскликнул Драко и остановил ладонями сначала волчок Гарри, а потом свой, прекратив цветные вспышки.
        — Почему-то я знал, что ты именно так и ответишь, — сухо заметил Снейп. — Что скажешь, Гарри?
        Гарри не хотелось выглядеть жадным. Слишком это напоминало бы о том, как отвратительно раньше всегда вел себя Дадли.
        — Может быть, сначала завтрак, — предложил он компромисс, слегка нахмурившись. Интересно, как там Дадли у тети Мардж и какое у них выходит утро?..
        — Гарри, — негромко отозвался Снейп, — нет ничего дурного в том, чтобы хотеть сначала развернуть подарки. Больше того, поскольку мне известно, что у тебя никогда в жизни не было настоящего Рождества, я подумал, что стоит сделать это достаточно запоминающимся.
        — Я просто подумал, что вы, может быть, хотите есть, сэр, — пробормотал Гарри, чувствуя себя очень неловко.
        — Значит, сначала подарки, — объявил Снейп в ответ. — Идите оба сядьте под деревом. Я уже заколдовал пол, чтобы он был теплым.
        Гарри обратил внимание, что сегодня у Драко не нашлось никаких возражений против того, чтобы сидеть на полу.
        Когда мальчики устроились под елкой, Снейп взмахнул палочкой и левитировал один из подарков к Гарри.
        — От профессора Дамблдора? — предположил Гарри, взглянув на зачарованную карточку, на которой две чашки плясали вместе какой-то дикий танец. — Он что... заходил, да?
        — Он переправил это мне, — объяснил Снейп. — Помимо всего прочего. — Помолчав, он поинтересовался: — Ты разворачивать собираешься?
        Гарри сорвал обертку и обнаружил пару носков — очень мягких и в буквальном смысле слова мохнатых. Конечно, фиолетовый мех смотрелся немного странно, но Гарри они все равно понравились. Он натянул их прямо поверх уже надетых носков и пошевелил пальцами. Тепло и уютно!..
        — Когда-то он сказал мне, что у человека не бывает слишком много носков, — со смехом вспомнил он.
        Снейп снова махнул палочкой, и другой сверток, вращаясь в воздухе, полетел к Драко.
        Тот посмотрел на подарок с сомнением.
        — Это тоже от директора. И, наверное, тоже для Гарри.
        Наклонившись, Гарри ткнул пальцем в четкую надпись на ярлычке:
        — «Д-Р-А-К-О», видишь? Мое имя пишется по-другому!
        — Дай угадаю. Там тоже носки, — протянул Драко, потыкав пальцем в бумагу. — И если у тебя фиолетовые, эти, наверное... розовые.
        Он почти угадал: носки оказались теплого персикового оттенка. Надевать он их не стал, но, кажется, все равно остался доволен.
        Снейпу директор подарил не носки. А жалко, подумал Гарри. Вместо этого зельевар получил длинную тонкую бутылку с чем-то, что называлось Galliano.
        — Это лакричный ликер, — объяснил Драко. — Маггловский, но Северус его всегда обожал. А теперь, пожалуй, моя очередь.
        С этими словами он приподнялся на колени и принялся рыться в куче подарков, пока не нашел что хотел. Один он сунул Гарри, другой бросил Снейпу прямо в руки.
        Гарри обнаружил, что держит плоскую прямоугольную коробку. У Снейпа оказался сверток в форме куба. И то, и другое было завернуто в блестящую серебристую бумагу и завязано зеленой ленточкой.
        — Это от тебя? — спросил Гарри у Драко, не совсем уверенный, что означало «моя очередь».
        — Нет, от Крэбба и Гойла, — пошутил тот, улыбаясь до ушей. Гарри никогда не видел его таким радостным. Никаких сомнений, Драко просто обожал Рождество. — Ну давай же, открывай.
        — Сначала вы, сэр, — предложил Гарри, кивнув зельевару.
        Тот наградил его странноватым взглядом, но потом принялся разворачивать подарок. Его испещренные пятнами ногти аккуратно вскрыли упаковку, сперва подцепив и сдернув ленточку. Внутри оказалась белая коробочка. Из нее он достал маленькую круглую склянку из прозрачного стекла, полную чего-то густого. Снейп чуть наклонил склянку, и в слабых лучах зимнего солнца вязкая субстанция внутри начала переливаться, сияя золотым и синим.
        Этикетки на склянке не было, но Снейп, видимо, и так знал, что это такое.
        — Спасибо, Драко, — сказал он неожиданно серьезным тоном. — Я... тебе очень признателен.
        — Что это такое? — полюбопытствовал Гарри.
        — Э-э... — Драко посмотрел на Снейпа, а потом ответил с подчеркнутой небрежностью: — Ну, просто крем для рук.
        — Это явно не просто крем, — парировал Гарри. — Я же вижу, когда ты от меня что-то скрываешь!
        Драко покраснел.
        — Если хочешь знать, это одно изобретение самого Северуса, но я поэкспериментировал несколько недель с этой штукой и, кажется, сумел улучшить ее действие. По крайней мере, немножко.
        — Ладно, ладно, — Гарри поспешно сдал назад, пока дело не дошло до ссоры. Ему бы никогда не пришло в голову, что Снейп станет пользоваться кремом для рук, — такая изнеженность скорее подошла бы Драко — но не было никаких сомнений, что Снейпу подарок по-настоящему понравился.
        — А теперь разворачивай свой, — напомнил Драко, как будто уже забыв про эту перепалку. — Я хочу увидеть, сработает оно или нет.
        Разрывая обертку, Гарри поинтересовался:
        — Ты сам не уверен, работает ли то, что ты мне даришь?
        — Эта вещь взаимодействует с твоей магией, — уточнил Драко. — Точнее, должна. Она трижды зачарована, так что даже легкого присутствия магии хватит...
        Он замолчал, когда Гарри вытянул из коробки рубашку. Чудесного темно-бордового цвета с золотыми пуговицами и вышитым львом на груди; Гарри редко видел такие хорошие вещи. Ткань была совершенно непрозрачной и в то же время такой тонкой, что струилась, точно вода.
        — Очень красиво, — поблагодарил он. — Мне очень нравится. Только что в ней такого волшебного?
        — Думаю, чтобы это увидеть, надо ее надеть, — отозвался Драко. — Давай...
        Гарри не был уверен, что это прилично, но у Драко был такой нетерпеливый и взволнованный вид, что, вопреки опасениям, он живо сбросил пижамную куртку, надел новую рубашку и принялся застегивать.
        — Тебе идет, — улыбнулся Драко. — Но, думаю, будет смотреться еще лучше, если ты коснешься верхней пуговицы три раза подряд. Попробуй.
        Гарри так и сделал и подскочил от неожиданности, когда рубашка вдруг сделалась темно-зеленой, пуговицы — серебряными, а лев превратился в змею.
        — Я так и знал! — возликовал Драко. — Получилось!
        Рубашка теперь была ничуть не менее красивая, но Гарри почувствовал себя немного странно. Волшебники же не носили постоянно заколдованную одежду! Или, по крайней мере, он об этом не знал.
        — Я всё придумал, когда ты сказал, что попросишь этого своего домовика сшить галстуки, чтобы носить одновременно цвета обоих Домов, — разъяснил Драко с торжествующей улыбкой. — Это, конечно, выглядело бы ужасно глупо. Но теперь ты можешь спокойно появляться и в одной гостиной, и в другой, чувствуя себя как дома.
        Гарри кивнул, но все же прибавил:
        — Не уверен, что даже так меня хорошо примут в слизеринской гостиной.
        Потом ему в голову пришла еще одна мысль:
        — Эй, ты же говорил, что подаришь мне на Рождество то, что принес мне в больничное крыло, когда я еще лежал слепой. Ты же не мог тогда знать, что я буду в двух Домах сразу!
        На лице Драко отразилось легкое возмущение. Или даже шок, пойди разбери.
        — Неужели ты думаешь, Гарри, что я приготовил тебе всего один подарок?
        Гарри скрипнул зубами.
        — А я тебе приготовил всего один. Уж извини, если так у волшебников не полагается, но я-то откуда знал?!
        — Да нет, я имел в виду... было бы невежливо дарить что-то одно сразу по двум поводам. Ту вещь я тебе сначала приготовил как пожелание, чтобы ты побыстрее выздоравливал. И давно решил подарить ее на Рождество, но только потому, что боялся, что раньше ты ее не примешь. Это не настоящий рождественский подарок. И вообще... знаешь, я ее тебе чуть позже отдам, если ты не возражаешь.
        — Ладно, — согласился Гарри, хотя подумал, что Драко слишком много значения придает приличиям, вместо того чтобы просто быть другом. — Но рубашка очень славная, — прибавил он и опять трижды коснулся верхней пуговицы. Рубашка снова сделалась гриффиндорской.
        Драко в ответ показал ему язык.
        — Полагаю, теперь моя очередь, — негромко заявил Снейп, снова левитируя подарки им обоим.
        Возможно, сообразив, что все утро ведет себя как девятилетний, Драко махнул Гарри рукой: мол, ты первый.
        — Ящичек, — озадаченно констатировал Гарри, развернув свой. Это действительно был пустой ящичек из странного, чуть окрашенного грубоватого стекла, примерно таких же размеров, как самые толстые их учебники. Самое странное, он никак не открывался: не было ни крышки, ни петель, только по отверстию с каждой стороны диаметром примерно с галеон. — Очень красивый, сэр, — сказал Гарри, боясь обидеть Снейпа. — Правда. У меня никогда такого не было... — сдавшись и бросив попытки казаться вежливым, он повернулся к Драко: — Это какой-то магический обычай, о котором я должен знать, но не знаю?
        Драко расхохотался.
        — Я собирался тайком спросить тебя позже, что это за маггловская штука, о которой я никогда не слышал!
        Они оба повернулись к Снейпу.
        — Это ящичек для Сэл, — объяснил тот. — Он заколдован, чтобы поддерживать температуру, как в камине, когда твоя змея будет туда заползать.
        Пораженный Гарри разинул рот.
        — Ой, спасибо вам большое! — с куда большим энтузиазмом воскликнул он. — Это просто замечательно! И очень полезно. Я с ума сходил от беспокойства, что кто-нибудь воспользуется каминной связью, когда Сэл там греется... она попросту не хочет меня слушать...
        — Да, с домашними питомцами бывает трудно сладить, — насмешливо согласился Снейп. — Они иногда думают, что знают всё лучше всех, даже когда твой куда более солидный опыт подсказывает, что это не так...
        Почему-то Гарри не сомневался, что Снейп говорит отнюдь не о домашних питомцах.
        — Я понял, — засмеялся он. — Честное слово.
        Не в силах сдержаться, он подошел к дивану и крепко обнял Снейпа. Тот на мгновение застыл, очень удивленный, но потом обнял Гарри в ответ и притянул к себе.
        — Кхм-кхм, — встрял Драко секунду спустя. — Я тут, между прочим, тоже хочу развернуть подарок от Северуса.
        — Валяй, — отозвался Гарри, отодвигаясь от Снейпа. Казалось, будто они только что преодолели какое-то препятствие, и он, очень этим довольный, сел рядом с отцом на диван.
        Рядом с отцом. Гарри лелеял эту фразу в голове, глядя, как Драко вытаскивает из коробки рамку. Просто рамку, без картины или фотографии.
        Но, в отличие от него, Драко не был озадачен.
        — Гениально! — он радостно улыбнулся Северусу. — Дай-ка подумать... она покажет то, что я больше всего захочу увидеть?
        — Приложи к стене и узнаешь.
        Драко так и сделал, и в рамке появился луг, окружавший домик.
        — Теперь мне будет куда легче пережить много месяцев в подземельях, — заметил Драко. — Она показывает то, что находится за стеной на улице, на уровне земли.
        — Иногда, — негромко уточнил Снейп. — Однако если ты сосредоточишься, думаю, обнаружишь, что она может показывать любую часть территории вокруг.
        Улыбка Драко сделалась лукавой.
        — В самом деле. Теперь я узнаю, кто с кем целуется в розовом саду...
        — Зная тебя, Драко, — протянул Снейп, — я принял некоторые меры предосторожности. Рамка не покажет тебе людей, хотя гигантским кальмаром можешь любоваться, сколько душе угодно.
        — О, спасибо, Северус, — парировал Драко слегка язвительно. Однако его улыбка осталась такой же восторженной... и такой же лукавой. Гарри подозревал, что Драко попытается обойти защиту при первом же удобном случае. Но Снейп наверняка и это предусмотрел, так что Гарри не очень волновался.
        — Гарри, это тебе, — между тем заметил Снейп. Теперь, когда они сидели рядом, зельевар просто призвал подарок к себе и отдал ему в руки.
        — Это от Гермионы, — сказал Гарри, прочитав карточку. Она не была заколдована, в отличие от остальных, и оберточная бумага была тускловата — явно с маггловской фабрики.
        — Дай угадаю. От Грейнджер... значит, книга, — криво усмехнулся Драко.
        Гарри, услышав его интонации, слегка напрягся.
        — Может, я лучше потом посмотрю, — тихо пробормотал он Снейпу. — Она же вряд ли что-нибудь прислала Драко, и...
        — Ну, знаешь, я не настолько инфантилен, — вмешался Драко. — Разворачивай. Я хочу видеть, что, по мнению Грейнджер, тебе нужно. Потому что, готов спорить, именно это она и выбрала. С нее станется не обращать внимания на то, чего, как она прекрасно знает, ты хочешь, а взамен выбрать то, что по ее мнению, тебе нужно.
        Гарри подозревал, что Драко окажется прав. Это действительно было очень похоже на Гермиону. Странно даже, что Драко знал ее настолько хорошо. Правда, она ведь при нем блеяла, как она лучше Гарри знает, выйдет ли из Снейпа хороший отец.
        В свертке и в самом деле оказалась книга. Неудивительно, зная Гермиону. Но это была не просто книга.
        — Ой, нет, — расстроенно пробормотал Гарри, повесив голову. — Ох, Гермиона...
        — Можно? — спросил Снейп и, дождавшись, пока Гарри слабо кивнет в ответ, взял томик у него с колен и прочитал вслух название: — «Подростковая травма: путь к выздоровлению».
        — Мерлин милостивый! Это та самая книга, та маггловская книга, которую ты купил, чтобы помочь Гарри справиться после Самайна! — взорвался Драко. — Какая неслыханная грубость! «Поздравляю с Рождеством, Гарри. Между прочим, я думаю, что ты спятил и тебе нужна серьезная помощь», — передразнил он привычные поучающие интонации Гермионы. — Сначала Уизли пытается тебя проклясть за то, что у тебя наконец появился отец, а теперь она использует Рождество как предлог, чтобы еще раз намекнуть, что ты хорошо относишься к Северусу только потому, что у тебя не все дома! Честное слово, Гарри, у тебя самые кошмарные друзья, о которых я только слышал, а учитывая, что я проучился больше пяти лет в Слизерине, это о многом говорит!
        — Рон не собирался меня проклинать, — отозвался Гарри. Он вдруг почувствовал себя очень усталым. — Не собирался, и все. А Гермиона просто пытается помочь. Она наверняка не понимает, насколько невежливо посылать такой подарок.
        — Надеюсь, когда у нее будет день рождения, ты ей купишь десятитомное издание «Мозги — это еще не всё: как заводить друзей и не терять их»!
        — Уж извини, — не выдержал Гарри, — но ты и сам в этой области не эксперт.
        — Кажется, мы несколько отошли от духа сегодняшнего праздника, — заметил Снейп, прежде чем Драко успел огрызнуться. — Гарри... тебе прислали подарки и другие твои друзья. Альбус переправил их мне. Однако, возможно, ты посмотришь их немного позже?
        Хорошая мысль, подумал Гарри, учитывая, как взбеленился Драко при виде подарка от Гермионы. И все-таки... не удержавшись, он спросил:
        — А скажите... от Рона... что-нибудь есть?
        — Нет, — признал Снейп, глядя на Гарри из-под полуопущенных век.
        — Ясно, — отозвался Гарри, стараясь не обращать внимания на то, как екнуло сердце. Он ничего и не ждал, нет. Или?... Нет, пожалуй, и правда не ждал.
        Хорошо хоть у Драко хватило такта не ляпнуть: «Я же говорил».
        — Значит, остаются только мои подарки, наверное, — сказал Гарри и встал, чтобы извлечь их из-под елки. Он заметил много волшебных карточек на свертках: Невилл, Джинни, Колин и Деннис, Парвати... Нет, правда, это было ужасно здорово, учитывая, что по большей части его поздравили люди, которые раньше посылали ему разве что открытки. Интересно, что ими двигало — гриффиндорское чувство солидарности? Желание помочь ему пережить ссору с Роном?
        Там обнаружился и подарок от Дадли, в яркой маггловской бумаге с картинкой, на которой веселое семейство сидело у рождественского камелька. Гарри уставился на нее, задумавшись: то ли Дадли вспоминал праздники своего детства, то ли намекал, что теперь у Гарри наконец есть настоящая семья.
        Но, скорее всего, подарок просто упаковала миссис Фигг.
        — Ага, вот они, — сказал он, наконец заметив бумагу, в которую заворачивал подарки сам. Оформляя свой заказ совиной почтой, он не забыл указать «оберточную бумагу и ленточку» и очень удивился, получив блестящую бордовую бумагу, по которой бешено метался золотой снитч. Что еще удивительней, когда он разрезал бумагу, чтобы завернуть подарки, снитч раздвоился, и на каждой половине осталось по одному. Но самое чудесное — когда Гарри обвязал подарки ленточкой, снитч принялся носиться и по ней тоже, меняя при этом цвет на алый!
        К счету из лавки прилагалось письмо:

        «Дорогой мистер Поттер!
        Благодарим Вас за то, что выбрали наш магазин. Мы очень рады предоставить Вам уникальную праздничную оберточную бумагу, заколдованную специально для Вас. Если мы можем быть Вам полезны в будущем, пожалуйста, свяжитесь с нами».


        Как, интересно, в лондонском магазинчике прознали, что он ловец? Может, в «Пророке» упоминалось? Хм-м, не исключено, ведь во время Первого задания Гарри пользовался своей «Молнией». Но, судя по всему, они не были в курсе последних событий и не знали, что теперь он в квиддич не играет. А может, они просто пытались быть любезными.
        Гарри протянул Драко коробочку размером примерно с кулак, а вторую, немного побольше, — Снейпу.
        — Сначала ты, — вежливо предложил зельевар.
        — Уж не знаю, что ты мне мог подарить, — пробормотал Драко, покосившись на Гарри.
        — Я не лучше Гермионы, — признал Гарри. — Я решил подарить тебе то, что тебе, по-моему, нужно. Собственно, у меня и выбора-то особенно не было, потому что я понятия не имел, чего ты мог бы захотеть. У тебя же и так все есть.
        — Я же тебе говорил! — рассмеялся Драко. — Изумруды. Бриллианты. Гоночные метлы.
        — Но у тебя все это и так есть, — засмеялся Гарри в ответ. И это было правдой. Или, по крайней мере, Гарри так думал. В самоцветах он мало что понимал, но почти не сомневался, что пуговицы на некоторых рубашках Драко были сделаны из драгоценных камней. А еще было кольцо, которое тот иногда носил на среднем пальце...
        — Очень милая бумага, — заметил Драко, вертя подарок в руках. Обертку всех предыдущих подарков он нетерпеливо разрывал, но с этим обращался несколько более сдержанно. Он даже потянул за один конец ленточки, медленно распуская бант... а потом вдруг резким движением сдернул ее с криком: «Поймал!»
        Гарри заметил, что теперь вдоль по ленточке от края до края метался алый снитч.
        — Отлично, — одобрительно сказал он. — Сто пятьдесят баллов Слизерину.
        — Если бы, — тихо вздохнул Драко, но потом принялся сдирать бумагу и совсем приободрился, увидев внутри маленькую бархатную коробочку из ювелирной лавки. Открыв крышку, он вытащил голубовато-зеленый амулет на длинной серебряной цепочке. Подняв ее повыше, Драко некоторое время разглядывал диск из бирюзы, потом кивнул Гарри и повесил кулон на шею, опустив его за ворот пижамы, чтобы амулет касался кожи.
        — Хороший выбор, — сказал он. — Очень хороший, Гарри. Особенно если учесть, что ты должен был заказать его до того, как мы все уладили.
        — А, так ты уже знаешь, что бирюза предположительно обеспечивает носителю какую-то защиту...
        — Не «предположительно», Гарри, а просто обеспечивает. А ты знаешь, что она еще символизирует дружбу?
        Гарри прикусил губу.
        — Нет, этого я не знал. Но... это хорошо. — Потом ему в голову пришла еще одна мысль. — Если ты точно знаешь, что бирюза защищает хозяина, почему не купил себе что-нибудь такое?
        Драко засмеялся.
        — А. Видишь ли, в некоторых кругах это считается варварской формой магии. Лучшая бирюза — тибетская, то есть из Азии, понимаешь, а азиатские волшебники совсем не похожи на европейских. Мой отец этого не одобрял.
        — А ты одобряешь?
        Драко, кажется, задумался.
        — Ну, учитывая, что британские чистокровные маги вовсю практикуют Темные Искусства, называть кусок камня варварским... мне всегда казалось, что это чересчур.
        Гарри кивнул.
        — Эта штука вроде бы должна становиться синее, если тебе грозит опасность. Может, лучше носить ее так, чтобы было видно?
        — Я почувствую, если она изменится, — заверил Драко. — Я и сейчас чувствую, как она легко, спокойно пульсирует. Очень здорово. Спасибо, Гарри.
        — Пожалуйста.
        Гарри повернулся на диване лицом к Снейпу.
        — Я отчего-то сомневаюсь, что мне удастся поймать снитч, — пробормотал тот, снова аккуратно разрезая и бумагу, и ленточку ногтем. В коробке оказалось несколько дюжин палочек самой лучшей черной лакрицы из «Сладкого королевства».
        — А, ты запомнил. Очень внимательно с твоей стороны, Гарри, — произнес Снейп, коротко улыбнувшись.
        Гарри не знал, как сказать то, что собирался. Теперь, когда пришло время, он надеялся, что не сделал очередную безнадежную глупость. Но Снейп в самом деле говорил, что он этого хочет, и вместе с тем, возможно, это было ровно то, что Гарри было нужно. Как ни странно.
        С трудом сглотнув, он откашлялся — у него неожиданно запершило в горле.
        — Профессор... лакрицу я просто добавил, так как знаю, что вы ее любите. Но сам подарок... — Гарри отвел взгляд и договорил шепотом: — Он внизу, под бумагой, сэр.
        Подняв бровь, Снейп отодвинул лакрицу в сторону, запустил пальцы под крепированную зеленую бумагу и извлек оттуда крохотный ключ.
        Драко вытаращил глаза.
        — О Мерлин всемилостивый, ты что, даришь ему весь свой сейф?!
        — Нет, — отрезал Гарри, отчаянно желая, чтобы Драко этого не говорил. Снейп ведь не подумает того же самого? Сердце болезненно заколотилось, и вовсе не потому, что Гарри испугался потерять деньги. Деньги тут были ни при чем. Он просто не хотел, чтобы Снейп счел его абсолютно безмозглым кретином, решившимся на подобную глупость. — Там еще записка, — сказал он. Хорошо, что он догадался ее прибавить! Сейчас он не смог бы объяснить все словами. Особенно при Малфое, с его кучами золота.
        Снейп достал из коробки лист пергамента. Он читал молча, и его губы вытянулись в тонкую прямую линию. Гарри только что не съежился, желая, чтобы зельевар хотя бы улыбнулся. Разве в записке не объяснялось все что нужно? Он переписывал ее до идиотизма много раз, пока не счел, что получилось правильно. Она не была красноречивой, и там наверняка не хватало логических переходов, но, кажется, он все сказал верно.
        И теперь очень надеялся, что Снейп тоже так подумает.

        «Дорогой профессор Снейп! — было написано там. — Вы можете убрать ключ от моего сейфа подальше и не доставать до тех пор, пока я не вырасту и не начну жить отдельно? Не так давно вы мне сказали, что хотели бы этого, и, обдумав весь наш разговор, я осознал, что это хорошая мысль. Помните, я вам говорил когда-то, что не умею быть ничьим сыном, и, хотя это, возможно, до сих пор так, я теперь знаю одну вещь, которой не знал тогда. Вы умеете быть отцом. И у вас очень хорошо получается.
        Я хочу быть вашим сыном, по правде хочу. Но, кажется, до сих пор я только говорил об этом на словах. На деле ничего не менялось. И вот тут примешиваются деньги. Я просто привык заботиться о себе сам. Но таким образом получается, что я упускаю какую-то очень серьезную часть жизни, и, оставаясь условно-независимым взрослым, как вы когда-то выразились, я никогда не узнаю, что упускаю. Вы думали, я даже не понимаю, что обеспечивать меня входит в ваши обязанности; нет, я это понимаю. Однако это мне казалось тогда недостижимым, если так можно выразиться. Но теперь, я думаю, все иначе.
        Так что... вы можете убрать ключ от моего сейфа подальше и не доставать до тех пор, пока я не вырасту и не начну жить отдельно?
        С глубочайшим уважением,
        Гарри Джеймс Поттер»

        Гарри точно знал, что Снейп читает быстро. И судя по времени, которое тот потратил на записку, зельевар прочитал ее не один раз. Наконец он поднял взгляд; его темные глаза были совершенно непроницаемы. Словно бесконечные черные туннели.
        Правда, теперь Гарри не делал из этого вывод, что у Снейпа нет никаких чувств. Теперь он думал, что тот их тщательно скрывает.
        — Гарри, — хрипловато сказал зельевар в конце концов, глядя ему в глаза. — Это... ты молодец, но это необязательно. Меня беспокоит, что ты постоянно пытаешься мне угодить. Неужели ты не понимаешь... — Глаза-туннели вспыхнули эмоциями. Только на мгновение, но в них мелькнуло что-то очень глубокое, и Гарри успел это заметить. Все остальное не имело значения. — Я и так тобой доволен, со всеми твоими недостатками и прочим.
        — Спасибо, — прошептал Гарри, не отводя взгляда, как ни трудно это было. Сейчас ему хотелось убежать и спрятаться. Это было бы легче, чем справляться со своими желаниями и чувствами, чересчур сильными и бурными. Но он чувствовал, что бегство не поможет ни исцелиться, ни добиться того, о чем он всегда тосковал и чего, как он думал, у него никогда не будет. — Но я не пытался вам угодить, честное слово. То есть... ну, я надеялся, что вы будете довольны. Вы же говорили, что этого хотите. Но это потому, что вы думали обо мне. Я же знаю, что вам нужен этот ключ не для себя, а ради меня.
        Снейп покачал головой.
        — Он мне вообще не нужен. Если ты помнишь, я сказал, чтобы ты его убрал куда-нибудь подальше.
        — Ну да, — пробормотал Гарри, наконец отводя взгляд. — Я знаю. Но в этом-то все и дело. Вы хотели, чтобы я его убрал и не пользовался им, пока не вырасту, но я не уверен, что способен это сделать. Разве вы не понимаете? Я с одиннадцати лет сам управлялся со своими деньгами! Я не думаю, что мог бы позволить вам это делать, если не будет необходимости, а ее и не будет, пока ключ от сейфа у меня. А мне очень, очень хотелось бы узнать, что это такое, когда о таких вещах ради тебя заботится кто-то другой.
        Он сдержал вздох. Интересно, он выглядит таким же дураком, каким себя ощущает?
        Драко, кажется, точно не считал его сейчас очень умным.
        — Гарри, это же просто сейф, — вмешался он, игнорируя предупреждение во взгляде Снейпа. — У меня мой тоже был чуть ли не сколько я себя помню.
        — Послушай, — устало объяснил Гарри, — я знаю, что у тебя тоже есть проблемы, но у нас с тобой они разные. Тебя не воспитывали люди, которые постоянно твердят, как им жалко тратить на тебя деньги. У меня попросту не было детства, понимаешь? А я хочу, чтобы оно у меня было, и, понимаешь ты это или нет, деньги тут помеха.
        Снейп протянул ему черную ароматную палочку.
        — Возьми-ка лакрицы, — предложил он, странным образом напомнив Гарри Ремуса с его страстью к шоколаду и привычкой решать им все проблемы. Нет, конечно, Ремус на самом деле в это не верил, но иногда казалось, что да.
        — Я очень ценю твой подарок, Гарри, — сказал Снейп, но поскольку ключ так и лежал там, где он его оставил — на зеленой бумаге, было неясно, что именно зельевар имеет в виду.
        — Лакрицу?
        — Доверие.
        Гарри откусил кусочек лакрицы и кивнул. Вот и все, значит. Никаких прочувствованных речей... хотя он и не ждал от Снейп ничего такого.
        — Я вам и раньше доверял. Я уверен, что вы это знаете, — заметил он.
        — Да. Однако теперь... — Снейп потеребил записку, сложил и, сунув руку под свитер, спрятал в нагрудный карман рубашки. Затем убрал туда же и ключ. — Теперь ты подтверждаешь это на деле.
        — Угу, — пробормотал Гарри. Теперь, когда все было сделано, он уже снова занервничал. И чуть не пожалел о своем поступке. Больше пяти лет этот ключ был его гарантией безопасности. Как бы дурно ни обращались с ним Дурсли, Гарри всегда знал, что есть другие варианты. Есть выбор. Есть возможность сбежать, если станет совсем невыносимо.
        А теперь всего этого не было.
        Теперь у него был только Снейп.
        Но ведь больше ничего и не нужно, правда? У него был отец — причем уже некоторое время. Гарри знал, что это правда, знал, что всё оформлено юридически, знал, что это по-настоящему... но отчего-то не чувствовал этого так, как должен бы.
        Снейп, пожалуй, был прав. Гарри попросту не знал, как быть чьим-то ребенком. Но он научится. Научится на опыте, как когда-то сказал его отец.
        И такая глупость, как деньги, этому точно не помешает.
        Весь напрягшись, хотя нисколечки не боялся быть отвергнутым, Гарри пододвинулся поближе к отцу и обнял его. Странно: это оказалось труднее, чем в прошлый раз. Хотя, конечно, тогда это получилось спонтанно. Но теперь всё было куда важнее — как скрепить договор.
        — Счастливого Рождества, сэр, — сказал он, отстранившись.
        — Оно, безусловно, уже счастливое, — отозвался Снейп. Его темные глаза снова были непроницаемы, но Гарри и так знал, что отец совершенно искренен.

        _____________________
        1. В этой главе упоминаются два типа свечей, которые не имеют специальных русских названий. Taper candles, или просто tapers (букв. «конические, сужающиеся»), — это обычные длинные свечи, сужающиеся на конце. Их используют при сервировке стола, при украшении дома и т.д. Votive candle, или просто votive (букв. «по обету»), — это свеча, которую обычно ставят в церкви. Однако, в отличие от православных церковных свечей, узких и тонких, она обычно невысокая (5 см или ниже) и широкая (3 см), ровной цилиндрической формы.

        2. С небес польется в эту ночь... — очень известный рождественский хорал It Came Upon the Midnight Clear (иногда It Came Upon a Midnight Clear). Стихи написал Эдмунд Сирс (Edmund Sears), пастор унитарианской церкви в Массачусетсе в 1849 году. Мелодий известно две. «Хорал» (Carol), написанный Ричардом Сторсом Уиллисом (Richard Storrs Willis) в 1850 году, популярен в Соединенных Штатах. В Соединенном же Королевстве эту песню обычно поют на народную мелодию «Рождество» (Noel), обработанную в 1874 году Артуром Салливаном (Arthur Sullivan).
        Американский вариант в исполнении Джулии Эндрюс можно послушать здесь:
        http://www.youtube.com/watch?v=LwBajJ3ZFVo
        Английский вариант, который, скорее всего, и пытался петь Гарри, в исполнении хора Винчестерского собора можно услышать здесь:
        http://www.youtube.com/watch?v=rSn0_Zj6gjQ
        Ниже приводится полный текст первой строфы в оригинале и в вольном переводе Мерри:

        It came upon a midnight clear,
        That glorious song of old,
        From angels bending near the earth,
        To touch their harps of gold:
        "Peace on the earth, goodwill to men,
        From heaven's all-gracious King."
        The world in solemn stillness lay,
        To hear the angels sing.

        С небес польется в эту ночь
        Мелодия дней былых —
        Коснутся ангелы нежных струн
        На арфах золотых:
        «Покой, и мир, и добрый свет
        Господь земле послал»,
        И мир замрет в ночной тиши
        Под ангельский хорал.

просмотреть/оставить комментарии [646]
<< Глава 49 К оглавлениюГлава 51 >>
май 2020  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

апрель 2020  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.05.24 23:53:00
Без права на ничью [2] (Гарри Поттер)


2020.05.24 16:23:01
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.05.23 00:46:57
Наши встречи [1] (Неуловимые мстители)


2020.05.22 14:02:35
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


2020.05.21 22:12:52
Поезд в Средиземье [4] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.05.15 16:23:54
Странное понятие о доброте [1] (Произведения Джейн Остин)


2020.05.14 17:54:28
Veritalogia [0] (Оригинальные произведения)


2020.05.11 12:42:11
Отвергнутый рай [24] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.05.10 15:26:21
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.05.10 00:46:15
Созидатели [1] (Гарри Поттер)


2020.05.07 21:17:11
Хогвардс. Русские возвращаются [353] (Гарри Поттер)


2020.05.04 23:47:13
Prized [6] ()


2020.05.04 14:38:54
Дамбигуд & Волдигуд [5] (Гарри Поттер)


2020.05.03 09:44:16
Life is... Strange [0] (Шерлок Холмс)


2020.04.28 16:00:26
Безопасный поворот [0] (Гарри Поттер)


2020.04.25 10:15:02
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.04.24 20:22:52
Список [12] ()


2020.04.21 09:34:59
Часть 1. Триумф и вознесение [0] (Оригинальные произведения)


2020.04.20 23:16:06
Двое: я и моя тень [4] (Гарри Поттер)


2020.04.15 20:09:07
Змееглоты [3] ()


2020.04.13 01:07:03
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.04.05 20:16:58
Амулет синигами [118] (Потомки тьмы)


2020.04.01 13:53:27
Ненаписанное будущее [18] (Гарри Поттер)


2020.04.01 09:25:56
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.03.29 22:38:10
Месть Изабеллы [6] (Робин Гуд)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.