Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

-Каких заклинаний тебе не хватает больше всего?
-Акцио и империо.

Список фандомов

Гарри Поттер[18458]
Оригинальные произведения[1235]
Шерлок Холмс[714]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[133]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Произведения А. и Б. Стругацких[106]
Темный дворецкий[102]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12640 авторов
- 26929 фиков
- 8586 анекдотов
- 17655 перлов
- 660 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

 К оглавлениюГлава 2 >>


  Искушение

   Глава 1
Джеймс не удивился, когда в первый день в Хогвартсе его брат Альбус, надев на голову Распределительную Шляпу, был отправлен в Гриффиндор. Он тогда был слишком шокирован тем, что буквально пару минут назад Скорпиус Малфой также был распределен в Гриффиндор. Джеймс знал все о семье Малфоев – ведь он рос в семействе Поттер-Уизли, по-другому и быть не могло. Враждебный настрой по отношению к Малфоям был у них в крови, и по правде, Джеймс полагал, что именно в этом вся причина. Кровь, статус крови, кровь предателей, пролитая кровь, плохая кровь и даже смешанная кровь, если взглянуть в начало их семейного древа. Да, в них текло много общей крови и мало любви. Наверно, поэтому всех и удивил тот факт, что Ал и Скорпиус быстро нашли общий язык в первый же день в школе.

На их пятом году обучения, когда они официально заявили, что встречаются, это уже никого не удивило. Это было очевидно для всех, кто проводил с ними хотя бы пять минут - они были без ума друг от друга, и уже давно. А вот различная реакция членов семьи на эту новость была менее ожидаемой. Дядя Джордж оказался единственным человеком, который был против. Не Дядя Билл со своими шрамами или мама, пережившая Тайную Комнату, или отец со своей тысячью причин «почему нужно ненавидеть Малфоев». Даже не Драко Малфой, от которого ожидался взрыв катастрофического масштаба, и не Люциус Малфой, который не один раз смотрел на Джеймса, скривив губы от отвращения.

Нет, этим человеком оказался Джордж – добродушный, веселый Джордж, - который называл Ала «конченым пидорасом», « предателем» и еще всеми возможными отвратительными словами, пока их отец не кинул в него обездвиживающим проклятьем и не выкинул из дому. Джордж потом извинился, конечно же, и даже несколько раз, однако все же оставался неприятный осадок. На самом деле, ничего уже нельзя было исправить. И возможно из-за этого Ал и Скорпиус стали очень сдержанны в своих отношениях. Не только в кругу семьи, но и где бы то ни было. Они всегда были вместе, всегда садились поближе друг к другу, шептались, смеялись, однако лишь в редких случаях можно было увидеть, как они держатся за руки, когда кто-то есть рядом с ними. В отличие от Лили, которая практически не слазила со своего парня и при каждом удобном случае совала ему в рот язык.

И возможно, возможно все это и стало причиной того, что, когда Джеймс наткнулся тихим вторничным днем на целующихся на лестничной площадке Ала и Скорпиуса, он, замерев, наблюдал за ними, не в силах развернуться и уйти.

Однако это не объясняло, почему даже пару недель спустя он так и не смог выкинуть из головы образ того поцелуя…

***


Скорпиус прижимал Ала к каменной стене, просунув одну ногу между его бедер. Они целовались медленно, но с невероятным жаром. Ал очертил языком рот своего парня, пока тот ловил воздух, тяжело дыша. Белые зубы Скорпиуса терзали губы Ала, покусывая их - сначала нижнюю, а затем и верхнюю. Они были полностью поглощены этим процессом, их мир сузился до той лестничной площадки, до той стены, до их тел, до их ртов, рук, бедер и членов, больше ничего не имело значения. Руки Ала скользнули под свитер Скорпиуса, впиваясь пальцами в теплую кожу, спрятанную под ним. Скорпиус сместился немного в сторону, надавив бедром на член Ала, и тот простонал в его губы глубоким низким голосом. Его бедра подались вперед, начиная тереться об ногу Скорпиуса, в то время как тот еще сильнее нажимал на его член. Ал запрокинул голову назад и издал тихий стон, тут же Малфой вцепился зубами в его подбородок и…


Джеймс проснулся, резко дернувшись. Мать твою, только не снова…

Он скинул с себя скомканное одеяло и с трудом присел на кровати. Он ничего не мог разглядеть в темноте за балдахином, однако он слышал тихое ровное посапывание ребят в их общей комнате. Его собственное дыханье было тяжелым и прерывистым, и, казалось, слишком громким. Джеймс вынудил себя успокоиться, делая глубокие вдохи через нос, и, посчитав до десяти, выдыхая через рот. Ему пришлось повторить это сорок раз, прежде чем он смог перестать трястись.


Очередной сон. Очередной, мать твою, сон об Але и Скорпиусе. Этот был уже шестым за три недели. Шесть ночей ему снился сон о том поцелуе, случайным свидетелем которого он стал — то, как словно единые двигались их губы, их тела. Шесть раз он просыпался с таким сильным стояком, что член ныл от боли. Он отказывался прикасаться к себе. Он отказывался потакать эрекции, которая возникала после снов о его брате и Скорпиусе Малфое.

Он потер глаза липкими от пота ладонями. Что, черт возьми, не так с ним? Какого черта ему снятся эротические сны с участием его брата? Почему, блядь, это происходит?

Джеймс распахнул шторы и выбрался из постели. Его бросало в дрожь, его кожу будто туго натянули по всему телу, возникало чувство, что она в любой момент может лопнуть. Он пробирался в темноте, пытаясь добраться до ванной комнаты, при этом никого не разбудив. Каждый сделанный им по каменному полу шаг отдавался в нем подобно раскату грома, шелест ткани его пижамных штанов казался ему ураганом.

Однако никто не просыпался. Никто не перевернулся, не зашевелился в постели и даже не вздохнул.

- Проклятье, я схожу с ума, - тихо пробормотал он себе под нос.

Он планировал всего лишь ополоснуть лицо, однако добравшись до ванны, Джеймс решил, что принять душ было бы все же намного лучше. Он не потрудился взять из шкафчика сменную одежду. Он просто направился в душ, быстро скинув с себя пижаму и войдя внутрь. Он включил воду на полную мощность, зашипев, пока она из холодной не превратилась в горячую. Все равно, ему было хорошо. Душ немного отрезвлял голову, стирая из его памяти образ брата, облизывающего губы Скорпиуса.

Джеймс позволял воде течь свободным потоком по нему, по его плечам, шее, затылку. Он наклонил голову вперед. Ручейки стекающей воды устремились по его щекам, попадая в его приоткрытый рот, и, наполнив его, выливались обратно, продолжая свой путь дальше вниз, по его подбородку. Он отрегулировал температуру, повернув ручку крана с горячей водой до конца. Вода обжигала, везде, докуда она доставала, кожа приобретала ярко-красный оттенок, однако ему было не достаточно этого. Он зачерпывал воду обеими руками, грубо натирая свои плечи, грудь, живот, ноги. Он старательно игнорировал свой все еще напряженный член.

Он еще долгое время находился в душе, после того как его член все-таки упал,пытаясь очистить свое тело снова и снова. Он грубо шкрябал ногтями кожу, пока не почувствовал, как она начинает гореть.

***

- Эй, Джеймс! Джейми! Подожди!

Джеймс вздохнул и остановился, только покинув Большой Зал. Он слышал, как Ал спешил вслед за ним - ритм его шагов, знакомый, как детская колыбельная. Он напрягся в ответ. В тот момент он действительно не хотел общаться с Альбусом. Или лучше вообще никогда; по крайней мере, до тех пор, пока он не избавится от того черт знает чего, что вынуждает его так извращенно думать о брате - вопреки здравому смыслу. Это было просто слишком… дико — разговаривать с ним или даже смотреть на него, когда в голове крутились все эти дерьмовые мысли.

Он обернулся только тогда, когда услышал, как шаги Альбуса замерли прямо за его спиной.

- Чего тебе, Ал? - Спросил он, вздрогнув от получившегося небрежным тона.

Тот откинул упавшую на глаза челку.

- Мне нужна пара секунд, чтобы поговорить с тобой.

Ал тяжело дышал, очевидно, запыхавшись, пока пытался догнать Джеймса. Его рот был слегка приоткрыт, его губы выглядели мягкими и полными.

Джеймс отвел взгляд в сторону, нахмурившись.

- Неужели обязательно сейчас? Я опоздаю на нумерологию.

- Урок начнется только через пятнадцать минут. А мне нужна всего лишь пара секунд. Я всю неделю пытаюсь выловить тебя одного.

Джеймс прекрасно знал об этом, ведь именно он провел эту неделю, старательно избегая Альбуса, чтобы не оказаться рядом с ним без крайней на то необходимости.

- Ну, вот он я. Что случилось?

Ал шагнул ближе, серьезным взглядом посмотрев на Джеймса.

- Хочу убедиться, что с тобой все в порядке. Ты сам на себя не похож последнее время.

- Нет? – выдавил Джеймс, приподнял бровь, проявляя безразличие.


Альбус, по-видимому, не поверил.

- Нет! У тебя все хорошо?


К счастью, дыхание Ала выравнивалось, и Джеймс смог посмотреть на него, небрежно пожав плечами.

- А что может быть не так?

- Будь я проклят, если знаю. Вот поэтому я и спрашиваю.


Губы Ала скривились в усмешке, и Джеймс снова отвел взгляд в сторону.

- Да ничего такого. Я в порядке.

- Тогда почему ты такой…

- Я просто устал, - ответил Джеймс, перебив брата. – Я не высыпаюсь.

Ал промолчал, однако продолжил выжидающе смотреть на него. Джеймс искал оправдания, любые, которые бы удовлетворили его брата, и тот оставил бы его в покое.

- Думаю, это все из-за ТРИТОНов, - заявил он. - Осталась всего лишь пара месяцев. Я уже начинаю немного нервничать.


- Уверен, что ничего больше? - Ал закусил нижнюю губу. Джеймс знал этот жест. Ал унаследовал это от их отца. Он миллион раз замечал, как они оба это делали. Но никогда до этого его член не наливался кровью, набухая, как в этот раз.

- У меня просто такое чувство, как будто ты избегаешь меня или что-то в этом роде. Я случайно не…Ты злишься на меня?

Джемс отвернулся, не желая видеть, как Ал зубами кусает нежную розовую кожу своих губ.

- Я не злюсь на тебя.

Альбус шагнул в сторону, чтобы снова оказаться в поле зрения брата.

- Ты уверен?

Джеймс закатил глаза.

- Ал, я не злюсь на тебя, но я определенно начну, если из-за твоих глупых вопросов опоздаю на нумерологию.


Ал какое-то время молча смотрел на него, после чего улыбнулся. Его нервно покусанная нижняя губа была немного краснее, чем верхняя - незначительная деталь, которую Джеймс не мог не заметить, несмотря на то, что он не раз говорил себе, что нормальные братья не замечают такие вещи.

- Ладно, - ответил Альбус. - Но знаешь, тебе все же следует сходить к Помфри и попросить успокаивающее зелье, а то выглядишь ты дерьмово.

- Ха-ха, спасибо тебе.

Ал хлопнул его по плечу, теплой и по-мужски сильной рукой, и Джеймс тут же почувствовал, как его полувозбужденый член набух еще сильнее.

- Обращайся в любое время. - Ал махнул ему рукой и направился обратно в Большой Зал.

Как только тот скрылся из виду, Джеймс позволил себе расслабиться, тяжело дыша. Возможно, идея сходить к Помфри была не такой уж и плохой. Он определенно был болен.


***

Джеймс откинулся на спинку кровати, начиная неторопливо гладить свой член. Свободной рукой он переворачивал страницы порно-журнала, ожидая, когда что-то привлечет его внимание.

Он обожал утра по вторникам. Во вторник утром все парни-семикурсники из Гриффиндора были на уроке зельеварения уровня ТРИТОН. Джеймс, давно уже отказавшийся от мысли стать Аврором, как его отец, не посещал этот урок. А это означало, что во вторник утром комната была в полном его распоряжении. Один раз в неделю он мог нормально подрочить, не беспокоясь о заглушающих чарах, или о том, что его кто-то может потревожить.Джеймс мысленно жил только этими вторничными утрами.

Журнал был новым, хотя это не имело большого значения. Пока там были размещены фотографии симпатичных ведьмочек с хорошими сиськами и округлыми попками, он был счастлив. Он перевернул страницу, наблюдая, как сексапильная белокурая ведьмочка начала медленно раздеваться перед ним. Как только она добралась до трусиков, картинка пропала, начинаясь заново; она снова была полностью одета. Джеймс пролистал дальше. Она была довольно неплохая, однако он хотел большего - больше действия.


Он быстро листал журнал, просматривая фотографии, пока одна картинка не вынудила его замереть.


Картинка на две страницы, тройничок: девушка и двое парней. Ведьма была миниатюрной брюнеткой с задорно маленькими сиськами и пухлыми губами. Однако не она привлекла его внимание. Нет. Это были они. Парни, один темноволосый, а второй блондин, оба молодые, высокие и стройные, оба с довольно внушительными достоинствами. Он наблюдал, как один из них играет с ее сосками, облизывая и покусывая каждый по очереди, пока второй вгонял член между ее губами, держа ее за волосы.


Почти против его воли мысли Джеймса подкинули ему образ Скорпиуса и Ала на месте этих двух ребят и его самого – блядь, его самого– между ними: язык Скорпиуса, играющий с его сосками, в то время как член его брата проникает глубоко ему в горло. Рука Джеймса дернулась, он почувствовал, как в ладони увеличивается и неожиданно затвердевает его член, начиная пульсировать от возбуждения.

Черт.



Черт.


Он отбросил журнал в сторону и с силой прижал ладони к глазам. Что, блядь, не так с ним?


Он надавил сильнее на глаза, словно так он смог бы выкинуть этот образ из головы, развратный, немыслимый образ Скорпиуса и Ала. Ал. Его брат, Ал. Это было неправильно. Чем больше он пытался не думать об Альбусе, тем больше мыслей начинало переполнять его голову, пока он не начинал не думать ни о чем, кроме Ала. И член Джеймса, его чертов извращенный, предательский член, абсолютно не помогал ему, пульсируя и истекая смазкой каждый раз, как Джеймс представлял себе, как член Ала давит на его губы, требуя, чтобы его впустили внутрь…

Он чувствовал, как слезы грозятся пролиться под его прижимающимися к глазам ладонями.



Что, черт возьми, не так с ним?


***


В то время как Елена Грин снимала с себя свитер и расстегивала лифчик, Джеймс не мог не задать себе вопроса, какого он не додумался до этого несколько недель назад?


Он уже и забыл, когда последний раз нормально трахался. Постоянной подружки у него не было с шестого курса, а после этого он всего лишь пару раз перепихнулся. Вот это и послужило причиной, по которой его посещали все эти дурацкие мысли и сны. А не потому, что он сейчас переживал что-то вроде кризиса сексуального самосознания. Да и не потому, что ему нравился Скорпиус. И определенно, точно не потому, что ему нравился Ал. Ему не хватало в жизни секса, а его подсознание просто взяло и вцепилось в образ Ала и Скорпиуса, так как именно тогда он оказался ближе всего к сексуальной сцене. Во всяком случае, его мозг давал ему знать, насколько отчаянной была его ситуация. Он говорил ему что-то вроде: - «Эй, не заценил это? Тогда подкинь мне что-то новое, о чем я мог бы думать!»


И пошло оно все к черту, это он и собирался сделать. А Елена - ну, она была именно той, с которой он мог это сделать. Великолепная, с аппетитными формами, горячая, та еще штучка. Она была известна как девчонка «без обязательств», которая всегда была готова на все. Если она не сможет осчастливить его мозг, тогда этого не сделает никто, и он отправится прямиком в психиатрическую палату к Святому Мунго.


Добравшись до трусиков, Елена наградила его медленной и многообещающей улыбкой, после чего направилась к кровати, на которой сидел Джеймс - голый, оперевшись спиной на изголовье кровати. Она подползла к нему и уселась на его колени, откинув назад, на плечи длинные белые локоны, и, блядь, несмотря на тонкий хлопок ее трусиков, он почувствовал, как горячо было между ее ног. Он даже ощутил запах, ее запах, мускус возбуждения и мягкий цветочный аромат ее парфюма, и от этого его рот наполнился слюной. Его член напрягся, прижавшись к ее заднице, и она удовлетворенно ухмыльнулась ему.


Он знал, что должен сказать что-то остроумное или сексуальное, ну или хоть что-то, однако ничего не приходило ему в голову, так что вместо слов он, вытянув руку, сжал ее грудь, большим пальцем лениво обводя розовый сосок. Она вздохнула и выгнулась от прикосновения, откинув голову назад, так, что ее длинные волосы коснулись его голых бедер. Блядь, она была такой привлекательной, и прошло столько времени с тех пор, как он последний раз занимался сексом…

Джеймс погрузил пальцы обеих рук в ее волосы, притянув ее вниз для поцелуя. Она засмеялась напротив его рта, обдав дыханьем его губы и язык. Он перевернул ее на спину, прижав к кровати, положа конец смеху и дав начало тяжелому дыханию желания, шепоту поощрения, тихим и громким стонам.


Джеймс не торопился, его руки, губы и язык ласкали тело Елены с заботой, разжигая в ней желание, пока она не начала задыхаться и извиваться, становясь настолько мокрой, что ее сок стекал по его пальцам. И даже тогда Джеймс сдержался, растягивая процесс, желая запомнить каждую секунду происходящего, чтобы его подсознанию было с чем поиграть ночью в его снах. Он не хотел рисковать. Нет, пока она не начала дрожать и умолять, лежа под ним. Тогда Джеймс наконец-то дал себе утонуть в мягком, влажном тепле, позволив себе проникнуть в нее с протяжным вздохом наслаждения.

Трахая ее, он смотрел на ее лицо, смотрел, как она кусала губу, как поворачивала голову в сторону, как открывала и закрывала рот, тяжело дыша. Он изучал ее длинные волосы, разбросанные по подушке, то, как ее руки хватали его за бицепсы, как колыхалась ее грудь с силой его толчков. Он внимательно, тщательно смотрел на нее. Словно испивал ее, испивал ее до конца, пока его голова не стала заполненной только ею, и там не осталось места ни для чего, ни для кого - только она.


***


Джеймс проснулся, тяжело дыша, с эрекцией и до такой степени разочарованный, что готов был орать во все горло. Это было несправедливо.

Он был хорошим человеком. Нормальным человеком. Хорошим и нормальным человеком, который всегда делал свое домашнее задание, ходил на уроки и был добр к младшим детям. Он не ввязывался в драки на матчах по квиддичу и даже таскал еду из Большого Зала для чертовой кошки Розы, пока та грелась, свернувшись в клубок, у камина в общей комнате. В отличие от других учеников, которых он знал, он никогда не пытался проникнуть в раздевалку девочек после тренировок и не капал слабительное зелье в чашку чая профессора Трелони, не заставлял своего напарника делать всю работу во время практических занятий на тровологии. Конечно, он мог сыграть с кем-то шутку, но это всегда были безобидные подколки. Когда дело доходило до серьезных ситуаций, он всегда был хорошим человеком. Он не вел себя как ублюдок или последний засранец, который торчит от мысли о своем брате, обжимающемся со своим парнем.


Кроме последнего, очевидно, что да, так оно и было.


Видимо, он действительно был отвратительным, озабоченным, психически больным уродом, которого влекло к родному брату. К родному младшему брату, которого он должен был оберегать, учить и защищать.


Видимо, он был настолько испорченным ублюдком, что даже самой горячей девчонки в школе было не достаточно ему для того, чтобы выкинуть брата из головы хотя бы на одну, мать твою, ночь.

Мерлин. Как же, блядь, все запутанно.


Как можно тише Джеймс вытащил мантию-невидимку из своего чемодана. Не утруждая себя переодеванием, он так и накинул ее на себя поверх пижамы и вышел. Он понятия не имел, куда идет, ему просто нужно было пройтись и недолго проветриться, освежить голову.


Он спустился вниз по лестнице и наполовину уже прошел общую комнату, когда понял, что он не единственный, кто не спит в Гриффиндорской Башне.


- Ты слышал?


Тихий шепот донесся до него со стороны камина. Джеймс развернулся посмотреть, кто это был, и увидел Ала и Скорпиуса. Скорпиус сидел в одном из больших и мягких кресел; Ал же сверху, на его коленях, расставив ноги.

Джеймс подавил рычанье. Ал и Скорпиус. Ну конечно. Ну конечно.


Скорпиус вглядывался в мрак общей комнаты. Ал, усмехаясь, смотрел на него.

- Неа, - весело ответил Альбус, - Ничего не слышал.

- Могу поклясться, что что-то слышал… - Взгляд Скорпиуса осматривал комнату, скользнув по Джеймсу, словно его там не было.

Усмешка Ала стала шире.

- Ты всегда такой нервный, когда мы занимаемся здесь сексом, - он рассмеялся, начиная нежно водить носом по подбородку Скорпиуса.

- И интересно мне, почему, - сухо ответил Скорпиус, однако откинул голову назад, поощряя Ала.


Джеймс не принял разумное решение пройти мимо, не обращая на них внимания - нет, все повторилось, он неожиданно обнаружил себя стоящим всего лишь в паре шагов от них, неглубоко дыша, пытаясь не издать ни одного звука, оставаясь абсолютно неподвижным. Словно его принуждали, едва ли не заклинанием; он не мог двинуться с места, как будто находился под чарами Империуса.

Он, как загипнотизированный, наблюдал за тем, как Ал, покусывая кожу, прокладывал дорожку к мочке уха Скорпиуса, прежде чем отодвинуться назад.

- Сейчас четыре утра, - на этот раз голос Альбуса звучал низко, с хрипотцой. – Верь мне, никто не спустится. И даже если и так, то что? Как будто мы первые, кто трахается в общей комнате.

- Мило, Ал, - Скорпиус уничтожающе посмотрел на Альбуса. - Как раз то, о чем мне бы хотелось сейчас думать – о всех тех, кто кончал в этом кресле.

Ал рассмеялся.

- Не сомневаюсь, что ты именно об этом и хотел подумать, извращенец.

- Заткнись.

Губы Ала, эти сводящие с ума губы лениво изогнулись в коварной улыбке.

- Заставь меня, - он, придвинувшись вперед, надавил бедрами на пах Скорпиуса.

Притянув Альбуса за шею, Скорпиус начал страстно целовать его. Джеймс смотрел, как их рты приоткрываются друг перед другом, как их языки скользят вперед, как их зубы покусывают и терзают мягкие розовые губы. Нежно прижав ладони к щекам Скорпиуса, Ал начал раскачиваться на его бедрах. Скорпиус громко простонал и отодвинулся назад, достаточно, чтобы снять с Ала футболку и скинуть ее на пол. Затем его рот снова прижался к телу Ала, целуя его ключицы, покусывая плечи, пока он не спустился вниз, к его соскам.


Джеймс пристально смотрел на брата, не в состоянии отвести взгляд. Он видел Ала без рубашки сотый раз или даже тысячный, но никогда таким, как в тот момент. Никогда с танцующим отблеском света языков пламени, которые мерцали на его коже, вынуждая ее светиться. Он никогда не видел, как живот Ала напрягается и трепещет от каждого прикосновения языка Скорпиуса к его соскам. Он никогда не видел, как перекатываются мускулы на спине брата, когда тот извивается и выгибается, подставляя себя губам парня.


Затем они снова отодвинулись друг от друга, привстав и начиная торопливо стягивать с себя одежду. И вот они стоят перед ним, высокие, стройные, с великолепной мускулатурой и твердыми, напряженными членами. Они снова приблизились, крепко прижавшись друг к другу, обнявшись - светлая кожа, контрастирующая со смуглой.


Сердце Джеймса стучало так сильно, что он думал, что они должны бы по идее услышать его. И возможно, все так и было бы, если бы их кровь так же сильно не стучала в их висках. Джеймс понял, что его тело дрожит от желания, видя, как брат сжимает задницу Скорпиуса, притягивая поближе к себе. Каждый мускул в теле Джеймса был туго натянут, пульсируя вместе с притоком адреналина, однако он не мог сделать ни шагу. Джеймс был уверен, что даже если бы сам Волдеморт восстал из мертвых и ворвался в комнату, он все так же оставался бы неподвижным. Все так же не смог бы отвести взгляда от вида брата и Скорпиуса, целующихся и трущихся друг о друга.


Это было для Джеймса уже слишком… он практически сходил с ума от желания… но потом,потом Ал опустился на колени и сжал в руке член Скорпиуса, коварно усмехнувшись. Джеймс, затаив дыханье, пристально смотрел, как Ал, прижав член Скорпиуса к его животу, высунул язык и облизал ствол снизу вверх. Того передернуло, все его тело задрожало, он, приподняв руку, погладил Ала по щеке. Продолжая усмехаться, Ал скользнул языком по головке, кончиком подразнивая щель на ней.

Скорпиус зарычал, его рука переместилась со щеки Ала к его волосам, бледные пальцы вцепились в черные волосы.


- Ты, блядь, дразнишься, - пожаловался Скорпиус.

- Я знаю, - ответил Ал с веселыми нотками в голосе.


Скорпиус издал разочарованный всхлип. Ал усмехнулся в последний раз и, обхватив его член губами, целиком заглотнул его – до самого основания.


Не в силах сдержаться, Джеймс услышал звук, сорвавшийся с его губ, когда он увидел это, но он был заглушен громким вздохом Скорпиуса.


- Черт, Альбус, - пробормотал Скорпиус, запрокинув голову назад. - Черт.

Ал вытащил член изо рта.

- Мы к этому еще вернемся, верь мне. А сейчас сядь.


Он толкнул Скорпиуса в бедро, и тот упал в кресло, в котором они недавно сидели. Его бледные бедра раскрылись, полностью открываясь Альбусу, и тот быстро опустился между ними. На этот раз Ал не дразнил, он сразу же взял ствол Скорпиуса в рот, одной рукой придерживая член у основания, а вторую опустив вниз, чтобы ласкать его яички.

Темная голова Ала, склонившись над пахом Скорпиуса, двигалась то вверх, то вниз, погружая глубоко в горло его член, а затем медленно вытаскивая его, снова и снова. Скорпиус стонал, обмякнув в кресле, полностью отдавшись губам и рукам Ала.


Джеймс чувствовал, как его собственный член, напряженный, упирается в хлопчатую ткань пижамы, ощущал мокрое пятно в том месте, где головка давила на ткань. Он прижал руку к собственной эрекции, пытаясь притупить боль, продолжая наблюдать.

Его взгляд был прикован ко рту Ала - его губы, влажные и блестящие из-за отблесков огня. Джеймс был полностью зачарован тем, как губы Ала изменяли свой вид - полные и мягкие, когда тот языком облизывал сверху донизу член Скорпиуса, и тонкие и натянутые, когда он брал ствол своего парня в рот, боже, так глубоко, что, вероятнее всего, головка члена доставала до задней части его горла.


Прошло совсем немного времени, прежде чем тело Скорпиуса напряглось и он начал подкидывать бедра вверх, устремляясь в рот Ала и назад. Вгоняя член в податливый рот Ала снова и снова и снова. И Ал, блядь, он не только брал его, но и любил, его взгляд и звуки, которые он издавал - их по-другому и нельзя было охарактеризовать.

- Близко, я уже близко, - Скорпиус тяжело дышал.

Ал отодвинулся. Пламя, отражающееся в его глазах, вынуждало их гореть.

- На меня, - его голос, охрипший, раздался в комнате.


Скорпиус едва успел кивнуть, а затем начал выстреливать густые полоски белой спермы на лицо Альбусу.


Где-то в уголке сознания Джеймс понимал, что по идее должен возмущаться, видя, как с лица его брата капает сперма, однако нет, ничего подобного не было. Он смотрел, не в силах отвести взгляд, как сперма Скорпиуса затекает в красный, переполненный слюной рот Ала, и все, что он чувствовал, это – желание. Глубокое, искреннее, причиняющее боль - желание.


А затем, когда Скорпиус слез к кресла на пол и начал слизывать сперму с губ Ала, Джеймс наконец-то вышел из оцепенения, или что бы это ни было, удерживающего его там. Он попятился назад, наткнувшись на диван, и касание его ног к диванной подушке отдалось раскатом грома в его ушах, но ни Ал, ни Скорпиус, казалось, не заметили этого. Они были полностью поглощены друг другом.

Двигаясь как можно тише, Джеймс развернулся и быстро вышел.


Он едва смог выбраться оттуда, слыша где-то отдаленно, как Толстая Леди возмущалась, что ее побеспокоили. Он вытащил наконец-то свой член. Грубо пару раз проведя по нему рукой, он кончил так бурно, как никогда прежде, его рот приоткрылся в молчаливом крике. Колени подогнулись, и он сполз вниз по стене, обессиленно опустившись на пол.

Слезы начали течь из его глаз еще до того, как успела засохнуть его сперма.

***

Он не был уверен, сколько просидел там, рухнув на пол недалеко от портрета Толстой Леди. Казалось, что довольно долго. До него уже начинали доноситься слабые звуки, отдаленно он слышал шарканье чьих-то ног - замок начал просыпаться. Он вынудил себя встряхнуться, вытирая слезы с лица и быстро применив к себе очищающее заклинание. А затем, не побеспокоившись вернуться и нормально одеться, он направился вниз, в больничное крыло, и уговорил Помфри дать ему несколько колб успокаивающего зелья и зелья снов без сновидений, жалуясь на то, что нервничает из-за приближающихся ТРИТОНов. Она даже не расспрашивала его сильно. Он полагал, что обычно в это время года всегда так происходит – он, возможно, был не единственным учеником, который приходил к ней с такой просьбой о помощи.


Джеймс снова накинул на себя мантию-невидимку, прежде чем пройти через портрет. Он никого не хотел видеть, и он действительно, действительно не хотел видеть Ала и Скорпиуса. В общей комнате всего лишь пара человек метались в суматохе, но все они были с младших курсов. Старшекурсники или все еще спали, или уже ушли.


Джеймс быстро направился в комнату, сняв с себя мантию, прежде чем войти внутрь. Мантия всегда вызывала вопросы – где он был, какую шутку он собирался выкинуть, когда она сработает – а он действительно в этот момент не хотел отвечать ни на какие вопросы. Когда он открыл дверь, он увидел Тома Вуда и Патрика Финнигана; Том одевался, а Патрик все еще дрых. Он решил, что все остальные уже спустились вниз, на завтрак.

Том поднял взгляд, как только вошел Джеймс.

- Мерлин. Выглядишь ты дерьмово.

Джеймс даже не взглянул на него, завалившись на свою кровать и уткнувшись в подушку лицом.

- Спасибо, - его голос звучал глухо.

- Серьезно, что случилось?


Джеймс, перевернувшись на спину, увидел, как Том внимательно смотрит на него. Что бы тот подумал, если бы узнал, о чем думает Джеймс? Он сомневался, что семь лет дружбы имели бы большое значение перед лицом извращенных фантазий о родном брате.

- Ничего, мне просто херово. Я ходил к Помфри за зельями.

Паника отразилась на лице Тома, и он сделал довольно большой шаг назад.

- Надеюсь, это не заразно? А то, если это так, тогда тебе лучше лечь в лазарет. Я не собираюсь болеть.

- Твоя забота так трогательна. Задница.- Джеймс закрыл глаза и откинулся на подушки.

- И нет. Это не заразно.

Том заметно расслабился и снова приблизился к нему.

- Ты что, сачкуешь?


Джеймс бы сказал, что это не сачкование, а больше самокопание из-за предательских глубин его развращенности, однако все равно оно сводилось к тому же: проваляться весь день в постели, прячась от всего мира.

- Допустим.

- Принести тебе что-нибудь с завтрака?


От одной мысли о еде желудок неприятно скрутило.

- Нет. Если захочу есть, проберусь потом на кухню.


После этого Том ушел. Никаких признаков жизни Финниган не подавал. К лучшему. Чем меньше людей, тем лучше было для Джеймса в тот момент. Всего лишь час назад он наблюдал за тем, как его брат отсасывал Скорпиусу, видел, как Скорпиус кончал на лицо Алу а после слизывал сперму. А затем, чтобы сделать все еще отвратительнее, Джеймс дрочил, думая об этом. Как-то спускаться к завтраку и болтать с друзьями, так, словно ничего не случилось, было выше его сил. Как он мог вести себя нормально, когда все было не нормально? Как он мог продолжать жить своей жизнью, когда он был просто больным, больным уродом?


В груди тяжело сдавило, Джеймсу было трудно дышать. Комната расплывалась перед глазами, он с трудом хватал ртом воздух, делая глубокие вдохи, но все равно чувствовал, что задыхается. Дрожащей рукой он вытащил из кармана бутылочки, которые дала ему Помфри. Он откупорил успокаивающее зелье и зелье снов без сновидений, моментально осушив их. Он не знал, что делать с этой, блядь, проблемой, но одно он знал точно: сейчас он будет спать. Он собирался спрятаться в своей комнате и спать, и он определенно не собирался думать об Але.


***


Джеймс с отвращением отбросил журнал. Он упал на каменный пол, открывшись на странице с темноволосой ведьмой с невероятно большой грудью, она подмигивала ему с глянцевой страницы журнала.

Черт. Черт бы побрал Ала. Даже утра по вторникам были испорчены. Каждый раз, желая прикоснуться к своему члену, Джеймс видел перед глазами образ Ала. Ал, прижатый к каменной стене, Скорпиус, покусывающий его губы. Ал голый в общей комнате, отблески огня, играющие на его коже. Ал на коленях перед Скорпиусом, сперма, стекающая вниз по его губам. Будь все проклято, он не мог убежать от этих образов. Они постоянно были с ним. В его голове. Он пытался игнорировать, пытался затолкать их глубоко, в самые темные уголки своего сознания, но стоило ему хоть на секунду отвлечься, как - бац! - все возвращалось, дразня его, дразня его мыслями о том, чего у него никогда не будет. Но на самом деле он и не хотел этого. По крайней мере, он не хотел хотеть этого, или даже рассчитывать на что-то, верно?


Стук в дверь отвлек его от раздражающих мыслей.

- Джеймс, могу я войти?


Это был Ал.


Блядь, бога ради, за что это ему?


Джеймс потер лоб, чувствуя, как начинает болеть голова. Прошло две недели после того, как он видел Ала и Скорпиуса в Общей комнате. Две недели Джеймс ходил как зомби, выпивая зелья как воду, чтобы прожить очередной день, не сойдя с ума. Он справлялся, но с трудом. Он не был уверен, что сможет пообщаться с братом, не сорвавшись.

Громкий вздох послышался с той стороны двери.

- Я знаю, что ты там, - продолжил Ал. - Я вхожу, так что если ты дрочишь или что-то в этом роде, ну, ты понимаешь, тебе лучше прикрыться.


Неожиданно он представил себе, как Ал входит в комнату в момент, когда он ласкает свой член. Неожиданно кровь ударила в голову, великолепно завершив его фантазию в подробностях. Джеймс застонал. Это было именно то, чего ему не хватало.

Открыв двери, вошел Ал, и Джеймс нахмурился, взглянув на него.

- Придурок, я, блядь, не дрочу.

- Ну конечно, - ответил Ал, усмехнувшись, отчего у Джемса внутри все перевернулось. Взгляд Ала упал на валяющийся на полу журнал. Ведьма помахала ему, кокетливо склонив голову. – Конечно же, ты не дрочишь. Как я мог такое подумать?

- Заткнись.


Джеймс смотрел, как брат изучает картинку, поворачивая голову то туда, то сюда.

- Сомневаюсь, что они настоящие. Это, наверно, какие-то увеличивающие чары или что-то в этом роде. Честно говоря, мне нравятся не только парни. Но эта хуйня, что привлекает тебя…

Если бы он только знал. Боже, если бы он знал. Если бы знал, если бы знал, если бы знал…


Джеймс вынудил себя сделать вдох. Он сможет это сделать.

- Покороче, что ты тут делаешь? Ты же вроде как должен быть на тровологии или где-то там еще?

Ал пожал плечами.

- Возможно, но я хотел поговорить с тобой.

- Ты мог поговорить со мной и за обедом.

- Вообще-то нет, не мог,- Ал смерил его холодным взглядом, и, блядь, неужели его глаза всегда были такими зелеными?

- Не знаю, заметил ты или нет, но я уже несколько дней пытаюсь поговорить с тобой. Но каким-то образом каждый раз, когда я думаю, что смогу выловить тебя одного, ты великолепным образом исчезаешь.

Да, - думал Джеймс. - Потому что я не могу находиться рядом с тобой, не думая о том, чтобы засунуть глубоко тебе в горло мой член, и… О! Я забыл упомянуть, что наблюдал, как ты и твой парень занимались сексом, а потом дрочил, думая об этом, и теперь каждый раз, когда я прикасаюсь к своему члену, это все, о чем я могу думать!


- Я был занят.


Ал пристально посмотрел на него.

- Джеймс, ты сворачиваешь в другую сторону, когда видишь, как я иду тебе навстречу.

- Нет, это неправда.

- Да, и это правда, и я хочу знать, почему. Что происходит?

Ал был взволнован, его щеки порозовели - так всегда происходило с ним, когда тот спорил с кем-то. Еще одна деталь, которую замечал Джеймс за своим братом тысячи раз, но сейчас он неожиданно нашел это невероятно возбуждающим. Он почувствовал, как невыносимо нарастает напряжение в паху.

- Ничего, - Джеймс был доволен тем, что голос звучал ровно. – Я же говорил тебе, что занят сейчас. ТРИТОНы.

- Правильно, ТРИТОНы, - Ал указал на журнал на полу. – Поэтому ты тут и торчишь, усердно учась, да?

- Отвали.

Джеймс хотел ответить беспечно, однако получилось резко и грубо. Ал вздрогнул и замолчал. Он нервно покусывал нижнюю губу, от чего она стала красной и блестящей от слюны. У Джеймса появилось невероятное желание впиться в нее зубами. Он отвернулся.

- Послушай, - после долгого молчания произнес Ал, его голос был мягким.

- Что бы я ни сделал, что так разозлил тебя, я прошу у тебя прощения.


Чувство вины захлестнуло Джеймса. Ал не сделал ничего такого, он вообще ничего не делал. Во всей этой ситуации, во всей этой, блядь, заварушке был виноват он сам. Это была проблема Джеймса. Это была глубокая, темная, мерзкая тайна Джеймса, которая усложняла все.


- Ты ничего такого не делал.

Ал вскинул руки вверх, чувствуя беспомощное раздражение.

- Тогда почему ты избегаешь меня?

- Я не избегаю.

- Нет, избегаешь!

- Я…- Джеймс качнул головой. Он действительно избегал брата. Было глупо отрицать это.

- Дело не в тебе. И ты ни в чем не виноват, как бы там ни было. Я избегаю всех, - он провел рукой по волосам, тяжело вздохнув. По крайней мере, чувство вины притупило его эрекцию - на какое-то время.

- Мне сейчас нужно побыть одному. Мне нужно разобраться в себе.

- Причина в Елене Грин?

- Елена? – повторил Джеймс, все-таки взглянув на брата.

Ал пожал плечами, опустив взгляд.

- Я слышал о вас, ну ты понял, что вы трахались.

- От кого? – Не то чтобы Джеймса заботило, что кто-то знает об этом, нет. Его почему-то раздражала сама мысль, что кто-то обсуждал его сексуальную жизнь с Алом.


- От Скорпиуса. Но не переживай, - резко добавил Ал. – Не то чтобы все об этом знали. Скорпиус, черт, он меня убьет, если узнает, что я такое сказал - но он вроде сборщика всех сплетен. Он как бы знает все, что происходит в этой школе. И Грин, из того, что я слышал о ней, она веселая девчонка, но у нее не совсем хорошая репутация, понимаешь, о чем я?

- Да, да, я знаю. Дело не в Елене. Да я просто поразвлекся с ней.

- Тогда что?

- Я не могу объяснить. Послушай, я правда в порядке. И я не злюсь на тебя. Просто… как бы так сказать… я пытаюсь понять кое-что, понимаешь?


Ал кивнул, однако снова принялся кусать губу, продолжая смотреть на свои ботинки. Он поднял голову, заглянув в глаза Джеймсу.

- Ты бы сказал мне правду? Если бы причина была во мне?

Джеймс закатил глаза.

- Ал, ты что, не знаком с нашей семьей? Было хоть раз такое, чтобы ты не понял, что кто-то из нас зол? – он криво улыбнулся брату.

Ал ухмыльнулся в ответ.

- И то верно. Просто…

- Что? – спросил Джеймс, пытаясь не смотреть на губы брата.

- Просто не держи все в себе, я тут. Ну, ты знаешь, если понадоблюсь, я всегда рядом.


Серьезное выражение лица Ала, заставило Джеймса гореть от стыда, и именно тогда он решил сделать что-то с этой ситуацией. Ал заслуживал лучшего. Он заслуживал настоящего брата, не больного ублюдка, которого тянуло к нему и который вынуждал его чувствовать себя виноватым, когда на самом деле тот ничего такого не сделал. Он заслуживал лучшего, и Джеймс собирался сделать все возможное, чтобы так оно и было. Несмотря ни на что.


***

Джеймс был не в себе. Не было другого объяснения этому. Вся школа была на квиддичном матче Рейвенкло/Слизерин — матч, который решал судьбу Гриффиндора в борьбе за Кубок – а он был в общей комнате Рейвенкло с Дорианом чертовым Мэннингом, который улыбался, смотря на него, как тот, блядь, чертов Чеширский кот.

- Итак, Джеймс Поттер, - растягивая слова, произнес Мэннинг, подойдя ближе к нему и скользнув пальцем по его груди. Джеймс вздрогнул, хотя было это от возбуждения или от отвращения, он не был уверен. Возможно, немного и того и другого. Какой бы ни была причина, это, кажется, не смутило Мэннинга, тот только сильнее прижался к нему.

- Знаешь, я мечтал об этом тысячу раз, но я никогда не думал, что когда-нибудь это будет больше, чем просто приятная фантазия во время дрочки.

Джеймс постарался не скривиться от мысли, что Мэннинг дрочил, думая о нем.


Джеймс был именно тем, кто спровоцировал их встречу, тем, кто в конце концов затащил Мэннинга в неприметный уголок в библиотеке и спросил его - не хотел бы тот пропустить игру. И правда, было бы хорошо, если бы он нашел Мэннинга отвратительным. Если от всего этого ему будет тошно, тогда, возможно, все это и положит конец его тяге к брату. А если ему понравится, тогда Джеймс - просто гей, а то, что он зациклился на Але – так он, наверно, пытался подавить гомосексуальные желания, и к Алу это не имело никакого отношения. Это происходило только потому, что Джеймс никогда не видел других парней вместе, кроме Ала и Скорпиуса.

Конечно, но, по такой логике, он должен был быть таким же одержимым Скорпиусом, как и Алом…

Джеймс затолкал эту мысль подальше и снова вернулся к делу. Он наградил Мэннинга долгим, изучающим взглядом. Мэннинг был достаточно привлекательным: взъерошенные каштановые волосы, большие голубые глаза и длинное стройное тело, он двигался так, словно был рожден именно для секса. Если бы Джеймс должен был узнать что-то новое о себе, он был уверен, что Мэннинг выполнит это на отлично.

Мэннинг прижался к Джеймсу и начал вести его назад, к кровати.

- Ты так же хорош, как твой брат? Ходят слухи, что у него великолепный рабочий ротик, что он может заставить любого рыдать, как ребенка.

Джеймс замер, сердце резко подскочило в груди.

- Заткнись. Ни слова о брате.

Ухмылка Мэннинга стала шире.

- Нет настроения? – протянул он, и Джеймс захотел умереть. Он хотел набить морду Мэннингу, а затем умереть. Или нет, он хотел набить морду Мэннингу, трахнуть Ала и толькопотом умереть.

О боже. О боже, о боже, о боже, о боже, о боже…

Мэннинг напевал что-то себе под нос, и звук вывел Джеймса из спирали охватившей его паники.

- Нет, все в порядке, - сказал он, и парень начал лениво выводить кончиком пальца круги на его животе.

- Вот и отлично. Боже, мысль о вас двоих вместе - как он отсасывает тебе, его пальцы глубоко в твоей заднице, а ты в это время вколачиваешься в его податливый рот…



В миг Джеймс увидел это, смог практически почувствовать это, кровь моментально хлынула в мозг, кружа ему голову от желания. Он толкнул Мэннинга. Грубо.

- Закрой свой поганый рот. Черт, ты, блядь, реально ненормальный.


Мэннинг пошатнулся, попятившись назад, упал на соседнюю кровать. Он поднял руки.

- Тихо, тихо. Я просто пошутил.

- Это не шутка, - зарычал Джеймс. - Это, блядь, даже не смешно.

- Да, я все понял. - Мэннинг оттолкнулся от кровати и снова подошел к Джеймсу.

- Ладно. Больше ни слова об Альбусе. Хорошо. - Он замер, посмотрев на Джеймса из-под длинных ресниц.

- Лили?

Джеймс сжал руки в кулаки и направился к двери. Это была глупая идея. О чем он вообще думал, решив встретиться с Мэннингом наедине?


Мэннинг погнался за ним, перехватив его за талию, смеясь. Он крепче прижался к спине Джеймса, начиная целовать его в шею, тиха шепча:

- Ладно, я все понял. Клянусь. Я больше ни о ком говорить не буду. Нам больше и не нужно никаких слов. Ты просто приляжешь и позволишь мне доставить тебе удовольствие.


Это дало понять, насколько отчаянной была его ситуация, раз он согласился на это. Несмотря на тупые шутки Мэннинга и его унизительный ответ, Джеймс позволил Мэннингу толкнуть его обратно на кровать, позволил Мэннингу снять с него джинсы и трусы, позволил облизать его бедра и уткнуться носом в его мошонку. Позволил Мэннингу взять своим самодовольным ртом его член и сосать.


В конце концов, это был всего лишь эксперимент.

Джеймс отзывался на его прикосновения– конечно, он это делал; Мэннинг работал ртом как сам демон. Но, блядь, необдуманные слова, которые тот произнес о Джеймсе и Але вместе, застряли в голове у Джеймса, и это было все, о чем он мог думать. В то время как язык Мэннинга облизывал его член, его щеки впадали, когда тот отсасывал ему, все, о чем думал Джеймс, это – Ал. Он видел лицо Ала. Это озорной взгляд Ала смотрел вверх на него, это черные волосы Ала хватали его пальцы, это губы Ала ласкали его ствол, это слюна Ала делала его член блестящим и красным. Когда он закинул голову назад и кончил с глухим рычаньем, он представлял себе, как его сперма изливается на лицо брата, стекая вниз на розовые, влажные губы, в то время как его зеленые глаза смотрят на него, желая большего.

***


Если и присутствовала какая-то особенная черта в семье Поттеров–Уизли — ну, кроме безрассудства и пренебрежения ко всяким правилам - так это упрямство, а Джеймс был в этом мастер. И если не получилось то, на что он рассчитывал, встречаясь с Мэннингом, то и ладно. Все было в порядке. Просто Мэннинг, видно, был не тем человеком, который нужен был ему. На самом деле, во всем был виноват Джеймс. Он выбрал Мэннинга, так как искал легкий вариант. Джеймс знал, что Мэннинг гей, и знал, что тот трахает все, что двигается. Он должен был быть более разборчив. Он должен был быть более методичным. Он же всего лишь проверял гипотезу. Поэтому в следующий раз он выбирал более обдуманно. Он выбрал Чарли Даунинга. Даунинг был блондином, невысоким, довольно тихим парнем – абсолютная противоположность Алу.

Когда это не сработало, он выбрал Майкла Лю, с блестящими черными волосами и такими же блестящими черными глазами.

Затем он попробовал с Алексом Дугласом, и Эндрю Макдоналдом, а затем, чтобы разнообразить, он переспал с Сарай Скотт.

Но это не помогло. Не имело значения, кого он трахал, это всегда был Ал, он постоянно присутствовал в его голове. Это всегда были розовые губы Ала, которые он целовал. Это был твердый член Ала, который он ласкал рукой, пока тот не кончал. Эта была задница Ала, которую он трахал.

Когда он попробовал с Дэниэлом Паркинсоном, хотя у того и были черные волосы и небольшая ухмылка, Джеймс почти приблизился к тому, что искал. Был момент, когда Дэниэл стоял перед ним на коленях, Джеймс с силой сжимал волосы парня в кулак, трахая его рот, и это практически сработало. Не потому, что Джеймс забыл, а Дэниел почти смог. Почти смог расслабить сжимающееся от боли сердце и напряженный член. Почти смог удовлетворить какую-то часть внутри Джеймса. Джеймс был уже настолько близок, что практически видел свет в конце туннеля. Видел выход из того мучительного кошмара, в котором находилась его жизнь последние пару месяцев. Но это только почти…


И это почти вынудило его задуматься.

просмотреть/оставить комментарии [5]
 К оглавлениюГлава 2 >>
апрель 2020  
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930

март 2020  
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Законченные фики
2020.03.26
«Л» значит Лили. Часть I [4] (Гарри Поттер)



Продолжения
2020.04.01 13:53:27
Ненаписанное будущее [17] (Гарри Поттер)


2020.04.01 09:25:56
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.03.29 22:38:10
Месть Изабеллы [6] (Робин Гуд)


2020.03.29 20:46:43
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.03.27 18:40:14
Отвергнутый рай [22] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.03.26 22:12:49
Лучшие друзья [28] (Гарри Поттер)


2020.03.24 15:45:53
Проклятие рода Капетингов [1] (Проклятые короли, Шерлок Холмс)


2020.03.23 23:24:41
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.03.23 13:35:11
Однострочники? О боже..... [1] (Доктор Кто?, Торчвуд)


2020.03.22 21:46:46
Змееглоты [3] ()


2020.03.22 15:32:15
Наши встречи [0] (Неуловимые мстители)


2020.03.21 12:04:01
Двое: я и моя тень [4] (Гарри Поттер)


2020.03.21 11:28:23
Работа для ведьмы из хорошей семьи [3] (Гарри Поттер)


2020.03.15 17:48:23
Рау [5] (Оригинальные произведения)


2020.03.14 21:22:11
Прячься [3] (Гарри Поттер)


2020.03.11 22:21:41
Дамбигуд & Волдигуд [4] (Гарри Поттер)


2020.03.02 17:09:59
Вольный город Норледомм [0] ()


2020.03.02 08:11:16
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.03.01 14:59:45
Быть женщиной [9] ()


2020.02.24 19:43:54
Моя странная школа [4] (Оригинальные произведения)


2020.02.20 14:29:50
Амулет синигами [116] (Потомки тьмы)


2020.02.17 01:27:36
Слишком много Поттеров [44] (Гарри Поттер)


2020.02.15 21:07:00
Мой арт... [4] (Ван Хельсинг, Гарри Поттер, Лабиринт, Мастер и Маргарита, Суини Тодд, Демон-парикмахер с Флит-стрит)


2020.02.14 11:55:04
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.02.10 22:10:57
Prized [5] ()


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.