Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

"Клинит на Поттериане" это когда, читая "Войну и мир", искренне удивляешься, что Долохов на дуэли с Пьером не бросает в него Авады.

Список фандомов

Гарри Поттер[18575]
Оригинальные произведения[1254]
Шерлок Холмс[723]
Сверхъестественное[460]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[221]
Робин Гуд[218]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[189]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![184]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[141]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[115]
Произведения А. и Б. Стругацких[109]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[1]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[24]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[42]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12835 авторов
- 26111 фиков
- 8746 анекдотов
- 17717 перлов
- 704 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 45 К оглавлениюГлава 47 >>


  Дар памяти

   Глава 46. Урок испанского
POV Северуса, 5 февраля 1994 года

Вопреки тому, что я сказал Дамблдору, Фелиппе ждал меня с утра. У меня были свои причины соврать. Дневная же отлучка из Хогвартса официально объяснялась закупками ингредиентов в аптеке «Слаг и Джиггерс», которые периодически пополняли наши запасы.

В аптеке меня действительно должны были увидеть, однако никто не стал бы проверять зашедшего туда меня на действие чар. И уж тем более, оборотного средства.

Уходя, я проверил двойные следящие чары на Поттере. Они были наложены таким образом, что если бы кто-то стал снимать их, даже сам Альбус, у меня оказалось бы как минимум десять минут форы. Кроме того, я сомневался, что их вообще мог распознать кто-то, кроме самого Темного Лорда, от которого я их и узнал. Кроме того, я наложил на Поттера заклинание, которое делало его всегда видимым для призраков. Кровавый Барон должен был дежурить при мальчишке неотлучно. При необходимости призраки могли беспрепятственно прятаться в стенах, и это играло нам на руку.

Если бы дело было только в моей личной жизни, разумеется, я бы из Хогвартса и шагу не сделал. Не знаю, действительно ли Альбус поверил моим словам о любовнике. Он слишком хорошо знал меня, чтобы предположить, что я могу внезапно стать лишь наполовину столь ответственным, как был, да еще в такое серьезное для всех время. Однако, даже обеспечить дополнительные меры безопасности Поттеру, не выходя из Хогвартса, я не мог. Не говоря уже о том, что дела, которыми я занимался теперь, требовали отлучек продолжительных и частых.

Уходил я из школы с тяжелым сердцем. Предожидание чего-то ужасного было столь сильным, что я буквально чувствовал, как мне сдавливает грудную клетку. Интересно, как ощущают себя ягоды омелы, когда их кладут под пресс? Эта дурная мысль пришла мне в голову, когда я окидывал взглядом лабораторию, в который раз спрашивая себя, действительно ли мне надо идти. Но никаких разумных причин не делать этого не было. На всякий случай я проверил котлы, в которых перед этим законсервировал обезболивающее, потом подошел к шкафу и взял еще по одному флакону сердечных, зелья, ослабляющего действие проклятий, и несколько противоядий. Затем прошелся по охранным заклинаниям, а по дороге из замка зашел в слизеринскую гостиную и наказал старостам быть особо внимательными. Под этим подразумевалось также и то, что никто сегодня не должен устраивать вечеринки и баловаться пивом или более градусными напитками. В общем, они меня поняли. К сожалению, больше поводов откладывать уход не было. И, в конце концов, на этот раз Ричард будет знать, где я. Утешаясь этой мыслью, я аппарировал в окрестности Милана.

При свете дня местность, в которой жил Фелиппе, произвела на меня впечатление скорее унылое. Подступы к его дому, снаружи больше напоминавшему заброшенный сарай, заросли бурьяном. Внизу пролегал изгиб автострады, и от машин, проезжавших по нему, доносилось дребезжание, сходное со звуком царапания по стеклу. Взбираясь по косогору, я нацеплял на мантию репьев, и около дома помедлил, чтобы произнести заклинание чистки.

В это самое время дверь отворилась, и на пороге показался Фелиппе. Прокручивая в пальцах сигарету, он посмотрел на меня чуть ли не равнодушно, вернее так, как будто в том, что я оказался вдруг в его жизни, не было абсолютно ничего нового, как будто я составлял неотъемлемую часть ее уже много лет.

- Что случилось?

- Дежурство… выдалось веселое, - отозвался он. Потом спустился со ступенек вправо, в самую гущу бурьяна, и я услышал, как его стошнило. Возвращаясь, он споткнулся, и упал на четвереньки, а, когда поднял голову, оказалось, что его рот и рукава рубашки испачканы желтым и черным.

Гребаная горгулья! Когда-нибудь я поблагодарю Эйвери за то, что у меня уже был опыт возни с больными, отравившимися черной пылью. В несколько движений я сгреб Фелиппе в охапку, и, втащив его в дом, аппарировал с ним на второй этаж в гостиную. Он сопротивлялся, но слабо – приступ был как раз в самом разгаре. Диван теперь стоял немного дальше, между столом и балконной дверью. Я сгреб с него книги и помог Фелиппе сесть. Его продолжало выворачивать, и наколдованный тазик мгновенно наполнился желто-черной пенящейся слизью.

- Как много этой дряни ты заглотал? – рявкнул я, когда приступ закончился и Фелиппе обессиленно откинулся на подушку, которую я призвал из спальни.

- В воздухе… вся комната… вся мебель… Стефано убило взрывом, - он закрыл глаза. – А она высыпалась. Его убило…

- И ты решил, что хочешь туда же?! – рявкнул я.

Фелиппе не ответил. По-видимому, он уснул. Я сорвал с него рубашку и бросил очищающие чары, чтобы убрать следы пыли с кожи. Потом заглянул в спальню, стащил с огромной кровати плед и укутал его. Нашел среди своих пузырьков оборотное, превратился в знойного блондина, который мог бы, пожалуй, потягаться с Люциусом, снял мантию, стянул с вешалки серый плащ и аппарировал в Лютный. Единственное известное мне противоядие к черной пыли включало в себя слезы дракона, и за полминуты я лишился месячного заработка. Однако следовало возблагодарить Мерлина за то, что они вообще оказались здесь.

Когда я вернулся, Фелиппе опять спал, и весь пол вокруг дивана был залит остатками пыли, желчью и кровью. Лицо моего несостоявшегося любовника искажала мучительная гримаса, черные колечки волос прилипли ко лбу. Он не был ошеломляюще красив, но, несомненно, хорош собой. Возможно, Ромулу был прав, рассказав мне про Эрнотерру. Мне действительно нравились испанцы. Хотя я и не мог понять этого стремления мгновенно разрушать границы, называть человека другом после того, как видел его раз в жизни.

Наскоро бросив несколько Эванеско, я оглянулся в поисках подходящих емкостей, но в это время Фелиппе закашлял.

– Воды, - прошептал он, нащупывая палочку, и вытаскивая ее откуда-то из-под сбившегося к коленям пледа.

Я вырвал ее у него из рук:

– Нельзя! Вымоем яд, тогда будет тебе вода. У тебя есть котел?

Он открыл глаза, с трудом сфокусировал взгляд на мне, потом слабо улыбнулся, узнавая. Я почувствовал, как в груди становится тепло.

- В подвале, - сказал он еле слышно. И улыбнулся еще шире: - Ты не волнуйся, я не умру.

Я хотел было ответить, что мне нет до этого дела, но, конечно, промолчал, очищая плед и закутывая Фелиппе вновь. Пыль, попавшая на плед, уже успела кое-где проесть дыры, и я в который раз подивился возможностям человеческого организма – и слизистые, и кожа, и даже глаза по опыту сдавались гораздо позже, чем ткань. Хотя, вероятно, пыль просто реагировала с краской, придававшей пледу этот крайне жизнерадостный серо-красный цвет.

Дверь в подвал я взломал простой Аллохоморой. Здесь не было ни холодно, ни грязно, и в нише между двумя массивными опорами стоял телевизор, за ним – бильярдный стол, а напротив телевизора, почти у самого входа – кресло с маленьким столиком по левую руку. Это явно было чье-то излюбленное место. Слева на стеллажах лежали коробки и различные маггловские хозяйственные инструменты, справа я нашел вполне приличный котел, сносную горелку, а также другие приспособления для варки зелий. В больших банках, занимавших целый шкаф, были ингредиенты, однако времени для того, чтобы шарить по полкам, не было.

Прихватив все нужное, я аппарировал наверх. Фелиппе как раз тошнило, я взялся за край бархатной скатерти, и завернул все, что лежало на одной половине стола, на другую половину. Поставил все приборы, набросил на себя отталкивающие чары и кинулся помогать: на этот раз он обляпался весь – пыль явно стремилась захватить новые пространства. Не помню, когда в последний раз я произносил столько Эванеско – в том случае с Эйвери нам повезло больше, поскольку кто-то (кто, так и осталось невыясненным) пытался отравить его, подсунув черную пыль в пиалу с летучим порохом. Перед тем, как я приступил к варке зелья, способного изгнать эту мерзость из организма, мне пришлось раздеть Фелиппе догола, завернуть в простыню, и потратить минут пятнадцать на то, чтобы наложить отталкивающие чары достаточной силы, но при этом такие, которые не могли помешать процессу рвоты.

Когда я добавил в котел первый ингредиент, пот тек с меня градом. Стараясь выгнать пыль из легких, Фелиппе кашлял почти непрерывно. Я периодически подходил к нему, бросая заживляющие на горло, но прекрасно понимал, что пыль уже попала в кровь и противоядие, выгоняющее ее оттуда, придется готовить отдельно.

Слава Мерлину, эта гадость была редким ингредиентом, кажется, ее доставали в каких-то копях Африки, да и использовали в единичных случаях, поскольку ею легко было отравиться самому. Альбус, помнится, показывал мне какую-то арабскую шкатулку, в которой, по его утверждению, лежал единственный образец черной пыли, существовавший в природе на тот момент.

После того случая с Эйвери я прочитал про нее все, что только можно, и знал, что ритуалы, для которых она была нужна, проводились для омоложения. В тех же ритуалах, помнится, в большом количестве убивали младенцев. Хорошо, что в свое время я спрятал книгу, потому что Лорд был помешан на омоложении настолько же, насколько и на бессмертии.

Между четвертым и пятым ингредиентами Фелиппе стало полегче, и он вновь заговорил:

– Я правда не умру, Северус.

- С чего ты взял?

- Пророчество. Мне предсказано, что я умру, сражаясь. И еще не скоро.

- Прямо так и предсказано? – вложив максимум яда в голос, спросил я.

Он откинулся на подушку:

– Там было… дополнение. Не очень важное…

- Конечно, ты не умрешь, потому что я тебя вылечу.

Паршивец кивнул этому как само собой разумеющемуся и закрыл глаза. Я утешил себя тем, что он, должно быть, просто устал от приступов. Однако вдруг услышал:

- Если бы я согласился перекурить перед операцией, он бы не умер. Я все время прокручиваю это в голове. В прошлом году мы работали с британцами, и тот парень, британец, высокий, голубоглазый, тоже… Только мое нежелание перекурить, и это стоит целой жизни?

- Если ты немедленно не заткнешься, твое желание потрепаться будет стоить тебе твоей жизни сейчас!

Он замолчал, но, похоже, ненадолго.

- Ты, конечно, не любишь магглов… - видимо, надеяться на то, что он оставит меня в покое, было слишком. С другой стороны, я стоял к нему спиной, и мог определять, жив ли он, только по звуку.

Я фыркнул:

- Безумно люблю! Особенно в эту минуту.

- Ты знаешь про пять стадий горя?

- Нет.

- Первая стадия – это когда ты не можешь поверить в происходящее, вторая – гнев на кого-нибудь постороннего, третья – торг, когда ты думаешь, что если бы ты сделал что-то по-другому, все было иначе.

- Четвертая и пятая? – спросил я, помешивая желтоватое варево.

- Четвертая – депрессия и отчаяние. Пятая – смирение. Теоретически, жить нормально можно, если ты добрался до пятой, но все застревают на третьей. Люди, остановившиеся на третьей, годами перебирают различные варианты. Но в конечном итоге, то, что произошло – это то, что произошло, и этому нет ровно никакой альтернативы. Знаешь, мне все время хочется переделать смерть отца. Он погиб на моих глазах, когда мне было тринадцать. В него выстрелил обычный маггл, и отец закрыл меня собой. Если бы он не сделал этого, пуля бы пролетела мимо нас обоих, а так она попала ему в голову. Мне до сих пор снится, как я его отталкиваю.

Мне иногда снилось, как я успеваю спасти Лили. Или вовремя, прямо по ходу разговора с Лордом, понимаю все про пророчество и уверенно вру ему, так, что он никогда не догадался бы, кого ему следует искать…

- Если бы я согласился перекурить перед операцией, как Стефано намекал, возможно, он был бы жив. На самом деле, правда в том, что он мог умереть еще парой минут позже. Или через десять минут. И мой отец мог умереть на следующий день. Или через месяц во время следующей операции. Полицейский – вообще-то опасная профессия, - хмыкнул он, закатив глаза.

Пожалуй, то, что он говорил, имело смысл. Но если так, то со смертью Лили я тоже безнадежно застрял на стадии торга.

- А с этими маггловскими катастрофами… - никак не мог угомониться Фелиппе. - У них, у магглов, есть статистика. Если десять человек должны были лететь на самолете, который разбился, и в последние часы сдали билеты или просто опоздали на рейс, то половина из них умрет какой-нибудь другой смертью в ближайшие несколько недель. Я знал одного нумеролога, он вообще вычислял дату смерти по дате рождения. Свою собственную он тоже вычислил. В тот день после обеда прилег под деревом подремать и умер. Он любил повторять, что каждый из нас всегда делает лучшее, что может.

- Предлагаешь полагаться на это?

Он пожал плечами:

- Я верю в судьбу и в пророчества, но также в то, что у каждого из нас есть выбор – принимать свою судьбу с гордо поднятой головой или стараться убежать от нее.

- Ты знаешь свою судьбу?

- Только то, как я закончу свою жизнь.

- И откуда это тебе известно?

- Ты что-нибудь знаешь о Книгах Судеб?

- Нет.

- У каждого древнего рода есть такая. После смерти отца меня приняли в род друзей моего крестного. Книга нашего рода находится в пещере в горах. К ней можно отправиться в трудный момент. Я сделал это, когда принимал решение, служить ли мне в полиции или заняться чем-то более мирным…

- И?

- Книга сказала мне, что я умру, сражаясь бок о бок с любимым человеком. Как ты понимаешь, я решил, что лучше я буду знать, как сражаться, чем умру не подготовленным.

- И ты веришь в это?

- Да, - просто сказал он. - Все ее известные пророчества до сих пор сбывались.

Фелиппе вдруг потянул носом:

- От тебя пахнет пустырником… Ты… что? У тебя больное сердце?!!

- Я зельевар, - фыркнул я.

- Зельевар? Аааа.

Было странно, что Ричард или Джейн не удосужились сказать ему об этом. Для чего же он тогда распинался, рассказывая про ту девицу с Феликс Фелицис?

- Вообще-то Джейн написала только, что ты ее друг, и просила помочь, и все.

И все! И он вот так запросто меня принял?! Не одного, конечно, а в компании с Ричардом, и все же!! Беспечность некоторых людей поражала меня, беспечность Фелиппе, пожалуй, даже вдвое – он был полицейским, однако элементарные правила безопасности его как будто не касались! Но, Мерлин мой, мало ли какие у кого друзья?!!

Разумеется, я не стал высказывать ему мои размышления. Но, вероятно, догадливость входила таки в его набор полицейских качеств, потому что он пояснил:

- Меня защищает родовая магия старинной семьи. Если бы ты хотел мне зла, ты бы вообще сюда не зашел.

- Это, должно быть, очень мощная магия?

- Многие старинные семейства – наследники эльфов. Эльфийская магия малоизученна, но главное, что она работает.

Он говорил так складно, что я чуть не пропустил тот момент, когда он в самом деле стал захлебываться пеной, которую черная пыль образовывала в легких. В эту минуту я дал себе слово, что когда-нибудь пройду полный целительский курс, потому что были некоторые вещи, с которыми я справлялся с большим трудом. В конце концов мне удалось очистить его дыхательные пути.

После противоядия его протрясло, потом рвало всем подряд, потом, на некоторое время, наступило облегчение. Несколько минут он лежал тихо, вцепившись в мою руку, и тяжело дышал. Потом взгляд его стал осмысленным, и Фелиппе перевел его на плед, в который был завернут, а также на торчащий из-под него уголок простыни. Вдруг его щеки пошли очаровательными красными пятнами. Я фыркнул. Последний раз меня так стеснялся студент-первокурсник, которого я мазал зельем в больничном крыле.

Его пальцы сжимали мою руку как клещами, и я осторожно разогнул их и задержал в ладони. Его лицо стало неожиданно жалким и совсем юным. Ричард говорил, что Фелиппе – около тридцати, но я ощущал себя куда старше.

- Я нашел для тебя способ разъединить контракт, - сказал он тихо, будто извиняясь за беспокойство. Его губы скривились в ухмылке. – Трудновыполнимый, единственный и не факт, что сработает.

Я провел рукой по его слипшимся от пота вихрам:

- Давай ты расскажешь мне об этом завтра?

Он едва заметно покачал головой:

– Неизвестно, что будет завтра.

- Ты же говоришь, что тебе предсказано… Соврал?

- Нет. Просто… вдруг… А этого даже Джейн не знает. Я нашел это в инквизиторских книжках.

- Хорошо. Я тебя слушаю.

Он помолчал, собираясь с силами. Каждое слово давалось ему с трудом. Надо будет все же пошарить в подвале, вдруг найдется, из чего сварить бальзам для горла…

- Если контракт за девственность не был заключен, плату можно потребовать в любой момент. В таком случае любые другие контракты за девственность перестают работать. Если среди тех любовников твоего друга был хоть один девственник, и ты настоишь на том, чтобы он потребовал плату…

- Но?

То, что он говорил, было слишком просто, чтобы не ждать подвоха. И мои ожидания не замедлили оправдаться.

- Но нужно знать стихию того человека.

- Того кого?

- Любовника твоего друга, который управляет двумя контрактами. Его стихию следует исключить из ритуала… на всякий случай.

Фелиппе явно устал говорить, и я уложил его обратно на диван. Потом пошел и открыл окно. Теперь сюда долетал ровный отдаленный гул трассы, однако ветер был к лучшему. Малейшие следы пыли уже исчезли, но комната пропиталась запахом рвоты. Оставалось только надеяться, что Фелиппе так везет не на каждом дежурстве.

Его слова, конечно, не были совсем уж бредом. Однако вычислить стихию другого человека – чрезвычайно сложно, даже если ты наблюдаешь его вблизи, а уж когда вообще не знаешь, кто это такой! Редко даже сам волшебник открывает для себя свою собственную. Из всех известных мне магов это удалось не больше, чем десятку людей. Кроме того, в стихийных ритуалах должно было участвовать по волшебнику от каждой из стихий. Таким образом, нам выпадал шанс только в том счастливом случае, если стихия любовника Альбуса окажется вдруг землей. Ибо даже если бы Рожер Мальсибер согласился участвовать в подобном ритуале, я не был настолько самонадеян, чтобы полагать, что смогу вытащить его из Азкабана.

- Извини, - прохрипел Фелиппе, утомленно прикрывая глаза. За эти пару часов его кожа высохла, и стала будто прозрачной. Казалось, она вот-вот начнет отшелушиваться, как кора. Впервые в жизни я поймал себя на том, что мне хочется поверить в пророчество.

– Там, на столе книги. По ритуальной сексуальной магии, я подобрал тебе кое-что. Но есть большая неприятность.

- Какая?

- Они написаны во времена Возрождения, и потому - на испанском. Ты знаешь испанский?

- Нет.

- Так и думал. Я взял на себя смелость и купил тебе самый лучший самоучитель с самым большим словарем. Но не сомневаюсь, что возникнет много проблем. Вероятно, хм, нам придется часто встречаться, - его улыбка напоминала скорее оскал каторжника, смеющегося над сальной шуткой. Но попытку заигрывать со мной в подобном состоянии я оценил.

Следующий наш диалог состоялся примерно через час. Я сидел в кресле, придвинутом к дивану, тянул эльфийское вино и, вникнув в то, что испанская грамматика строилась по тому же принципу, что и небезызвестная мне французская, переводил первую страницу книги.

Фелиппе пригрелся под чарами и задремал. Периодически я протирал его лицо мокрым платком, пытаясь напитать хотя бы кожу, которая поглощала влагу со страшной силой.

- В прошлый раз ты говорил мне о человеке, который внушал другим определенные идеи с помощью особых ментальных связей. Как оборвать ментальную связь, влияющую на партнеров партнеров? – спросил я, когда он пошевелился, отыскивая мою руку.

- Как я понял, она рушится, когда обрывается сексуальная связь.

- То есть заняться сексом с кем-нибудь другим – решит проблему?

- Я не проверял, но из того, что я помню, да. Он прокололся еще и на том, что связи распадались. Северус?

- Да?

- Тот ритуал… Это будет зависеть от того, захочет ли твой друг платить по контракту.

- А… какие есть варианты, чтобы он захотел?

- Что-то должно быть отдано взамен, если плата потребована. Иначе его настигнет проклятие.

- Сильное?

- Почитай книги.

Я кивнул.

Внезапно шум за окном стал чуть более громким, и в комнату влетела огромная серая сова с каким-то свертком. Фелиппе приоткрыл глаза и притворно застонал. Следуя его взгляду, я отыскал на камине вазу с печеньем, и оказался счастливым обладателем книжки, французская обложка которой гласила «Девушка в очках и с ружьем в автомобиле». В нее было вложено письмо. Привстав с моей помощью, Фелиппе прочитал несколько строк и, вернув его мне, посоветовал потренироваться.

Следующий час я был занят переводом. По мере приближения вечера приступы Фелиппе стали более частыми. Самый долгий из них либо должен был стать кризисом, либо определить другой возможный исход.

Когда мне было лет восемь, старик маггл, который навещал в больнице внука, лежавшего со мной в одной палате, рассказал мне, что мы проживаем не одну жизнь, а несколько. И если мы много грешили в прошлой, то в этой нас будут преследовать многочисленные несчастья или у нас будет много обязанностей. Наверное, я очень много грешил. Иначе как объяснить тот факт, что не любя людей и имея достаточно малое желание с ними общаться, я все время оказывался в обстоятельствах, в которых мне приходилось заботиться о ком-либо.

Письмо оказалось довольно занятным. Я не смог найти аналог только к слову drevlyanka, хотя мне и казалось, что я где-то уже слышал его. Закончив с переводом, я перечитал строки про ментальную магию. Потом пересказал их вслух. Фелиппе, который только что перенес приступ, слабо пошевелился.

- Плохо, - сказал он.

- Плохо, потому что этот человек – ота? – спросил я.

- Плохо, что ты так наловчился переводить, - ответил он. – Тогда тебе не придется бывать здесь часто.

Мерлин мой, он, что, пытался еще и кокетничать? Я проигнорировал намек, и он посерьезнел.

- Ты думаешь, что он – ота?

Я перечитал письмо еще раз:

– Похоже на то.

Фелиппе кивнул и попытался подняться:

– Иначе бы она прислала письмо позже, или отдала мне книгу завтра. Я должен был навестить ее завтра.

- Ты веришь в совпадения?

- Я верю в то, что иногда кто-то на небесах начинает играть на нашей стороне.

На этом его накрыл приступ, сильнейший за все время моего пребывания здесь. Частичек черной пыли в рвоте на этот раз почти не было, и я гадал, было ли это хорошим признаком или нет. Впрочем, следующие приступы должны были показать.

Спать он уже не мог от боли. Обезболивающее из-за приема противоядия ему не полагалось, и Фелиппе попросил меня посадить его, отслеживая глазами мои манипуляции с книгой.

Устроив его, я взялся переводить вторую страницу, и минут через десять вдруг обнаружил, что довольно большого количества листов в книге не хватает. Мне не нужно было даже лезть в словарь, чтобы вычислить, что было в них.

- Значит, единственный способ – это провести ритуал с магией стихий, - холодно сказал я.

Фелиппе не ответил.

- И книга наверняка сохранилась в единственном экземпляре, не так ли? Этот тип пергамента применялся, когда делалось не больше трех копий.

- Прости, - он попытался не встретиться со мной взглядом, и в конце концов решил эту маленькую проблему, прикрыв глаза.

Кажется, я зря обвинял испанцев в доверчивости… Впрочем, умным его поступок трудно было назвать. Не говоря уже о том, что он действительно оставлял нам шанс настолько мизерный.

- На что ты рассчитывал?! Существует заклинание, которое восстанавливает содержание книги.

- Я обработал ее. Ты не сможешь его произнести, - прохрипел он.

Злость захлестнула меня.

- Решил подстраховаться, значит?!! – выдохнул я с отвращением. – Вообразил, что я сейчас же брошусь убивать младенцев или что еще там нужно для этих ритуалов?

Его упрямое выражение лица привело меня в бешенство. Я вцепился ему в плечи, приподнял его и как следует тряхнул. Он осел обратно, словно куль с мукой, который стоял в углу нашей кухни в Тупике Прядильщиков.

- Большинство приятелей Джейн так бы и сделали, - тихо сказал он. – А ты – Пожиратель смерти.

Это меня несколько охладило. В конце концов, он ничем не был мне обязан. Вот значит, что произошло между моими визитами. Он был так занят в среду – собирал информацию обо мне. Впрочем, с его связями наверняка и собирать-то не пришлось…

- Бывший, - уточнил я холодно.

- Северус, в моей семье, как и на моей работе, даже бывших Пожирателей не слишком жалуют.

Я отвернулся и прошел по комнате. Провел руками по грубому камню камина.

- Прости, - повторил он и облизал потрескавшиеся губы. – Я пойму, если ты уйдешь сейчас.

- Придурок! Я надеюсь, что до тебя когда-нибудь дойдет, что в своем стремлении, несомненно, очень благородном, помешать бывшему Пожирателю, ты лишил меня ценной информации, которая могла бы помочь тысячам людей, - сказал я, возвращаясь в кресло. В конце концов, у меня было здесь дело. А к неблагодарности я, кажется, привык еще в младенчестве. Кроме того, этого болвана следовало долечить.

Новый приступ не замедлил себя ждать. На этот раз мальчишка искусал себе в кровь все губы.

- Прости, - услышал я вновь, возвращаясь к столу за очередной порцией противоядия. – Северус, это было не из-за тебя.

- Мне нет дела до того, что вы думаете обо мне, синьор Арьяла, - сказал я, не поворачиваясь.

- Это не из-за тебя, - упрямо повторил он. – Скорее из-за себя… Просто если секс, то какой-нибудь мерзавец… Это еще с приюта…

Я вздрогнул. Ему не было необходимости досказывать остальное, но он продолжил.

- Мне было тринадцать, когда отец умер. Крестный был в тюрьме. И они забрали меня к магглам на целый год. Пока баронесса не отыскала меня…

Я обернулся. Фелиппе, казалось, меня не видел.

- Иногда они приходили втроем… Двое держали, а третий… Иногда четверо, и сразу двое… А я не мог. Ни капли магии… Как будто ее и не было.

Я сел рядом и сжал его руку. Увы, мне было слишком хорошо известно, что происходит с магией, когда человека парализует от страха. В тех двух случаях с Поттером я именно потому ничего не мог противопоставить зарвавшимся уродам, потому что не смог проконтролировать страх и потерял всю свою силу.

- Вначале я думал, что смогу, но было все хуже и хуже… И я думал, в конце концов, я сам виноват, что отца убили… Если бы он не защищал меня… Я сам виноват…

Он бормотал все глуше и глуше. Потом опять стал рассказывать мне об отце.

Потом резко оборвал сам себя и попытался обхватить меня, но его руки от слабости соскользнули вниз, и он почти упал на пол. Тотчас же начался новый приступ. Слава Мерлину, последний, потому что противоядия оставалось ровно на одну порцию.

На этот раз его тело непрерывно сотрясало около часа, и я несколько раз накрывал его собой, как совсем недавно - Альбуса. Потом спустился в подвал и, пошарив в ингредиентах, сварил зелье, очищающее кровь, и бальзам для горла.

Когда я закончил сцеживать черную кровь, наконец, напоил его и дал ему обезболивающее, ходики на стене пробили семь вечера. Через два часа должно было начаться дежурство Минервы, и это означало, что мне пора возвращаться в Хогвартс.

Фелиппе лежал на спине с закрытыми глазами и руками, сложенными на груди поверх простыни, и вид у него был такой отрешенный, что он казался скорее покойником, который только что отмучился, нежели выздоравливающим. Я вынул палочку, наложил согревающие чары и снял отталкивающие. Потом убрал волосы с его потного лба, нащупывая температуру. Все было в порядке, хотя я и чувствовал себя выжатым. Впрочем, на этот случай у меня в кармане мантии имелось бодрящее.

Когда я допивал его, Фелиппе поймал мою руку:

- В следующий раз я сварю тебе кофе. Я варю лучший кофе на свете.

- Да ну?!

- И еще у меня есть для тебя кое-что… подарок.

Возможно, бодрящее он учуял по запаху, так как глаз так и не открыл. На бледное лицо потихоньку возвращался румянец. Я высвободил свою руку и провел пальцем по искусанным губам Фелиппе. Затем достал палочку и только собирался произнести заживляющее, как он вновь заговорил.

- Поцелуй меня!

- Что?!

- Ты ведь остался, - пробормотал он. – Поцелуй меня, пожалуйста.

Слова замерли у меня в горле. Он, что, вправду думал, что я остался только потому, что хочу его?

- Пожалуйста…

Я сжал его руку, наклонился и коснулся губами сначала его израненных губ, а потом лба.

- Тебе нужно поспать, - сказал я тихо.

- Я не хотел рассказывать тебе про отца…

- Почему? - Слава Мерлину, он, кажется, забыл, что рассказал мне также и про приют.

- Когда много знаешь друг о друге, трудно сохранить отношения в стадии «трах без обязательств».

- Пожалуй, - согласился я, возвращаясь в кресло. Ему было совершенно не нужно знать, что если я и буду трахаться с обязательствами, то вовсе не из-за него. А просто потому, что иначе я, кажется, не умею.

Через час ему стало значительно хуже, чем за все время после моего прихода.

Через два я понял, что мне его не спасти.

просмотреть/оставить комментарии [145]
<< Глава 45 К оглавлениюГлава 47 >>
апрель 2024  

март 2024  

...календарь 2004-2024...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2024.04.24 11:59:23
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2024.04.16 15:23:04
Наследники Гекаты [18] (Гарри Поттер)


2024.04.11 22:11:50
Ноль Овна: Дела семейные [0] (Оригинальные произведения)


2024.04.02 13:08:00
Вторая жизнь (продолжение перевода) [123] (Гарри Поттер)


2024.03.26 14:18:44
Как карта ляжет [4] (Гарри Поттер)


2024.03.22 06:54:44
Слишком много Поттеров [49] (Гарри Поттер)


2024.03.15 12:21:42
О кофе и о любви [0] (Неуловимые мстители)


2024.03.14 10:19:13
Однострочники? О боже..... [1] (Доктор Кто?, Торчвуд)


2024.03.08 19:47:33
Смерть придёт, у неё будут твои глаза [1] (Гарри Поттер)


2024.02.23 14:04:11
Поезд в Средиземье [8] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2024.02.20 13:52:41
Танец Чёрной Луны [9] (Гарри Поттер)


2024.02.16 23:12:33
Не все так просто [0] (Оригинальные произведения)


2024.02.12 14:41:23
Иногда они возвращаются [3] ()


2024.02.03 22:36:45
Однажды в галактике Пегас..... [1] (Звездные Врата: SG-1, Звездные врата: Атлантида)


2024.01.27 23:21:16
И двадцать пятый — джокер [0] (Голодные игры)


2024.01.27 13:19:54
Змеиные кожи [1] (Гарри Поттер)


2024.01.20 12:41:41
Республика метеоров [0] (Благие знамения)


2024.01.17 18:44:12
Отвергнутый рай [45] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2024.01.16 00:22:48
Маги, магглы и сквибы [10] (Гарри Поттер)


2023.12.24 16:26:20
Nos Célébrations [0] (Благие знамения)


2023.12.03 16:14:39
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2023.12.02 20:57:00
Гарри Снейп и Алекс Поттер: решающая битва. [0] (Гарри Поттер)


2023.11.17 17:55:35
Семейный паноптикум Малфоев [13] (Гарри Поттер)


2023.11.16 20:51:47
Шахматный порядок [6] (Гарри Поттер)


2023.11.16 11:38:59
Прощай, Северус. Здравствуй, Северус. [1] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2024, by KAGERO ©.