Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Люциус на собрании упивающихся:
- Мой лорд, видеть Вас одно удовольствие, - в сторону, - а не видеть другое.

Список фандомов

Гарри Поттер[18479]
Оригинальные произведения[1239]
Шерлок Холмс[715]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[139]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[107]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12695 авторов
- 26934 фиков
- 8618 анекдотов
- 17678 перлов
- 674 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 2 К оглавлениюГлава 4 >>


  Отсюда в вечность

   Глава 3. 3_1
– Я просмотрел ваши отчёты, коллеги, – Снегг окинул внимательным взглядом сидевших напротив профессоров МакГонагалл, Флитвика, Стебль и Слизнорта. – Должен сказать: не впечатляет.
МакГонагалл презрительно дёрнула уголком рта, Стебль тихонько вздохнула, нервно потирая маленькие пухлые ручки, а Слизнорт отвёл взгляд в сторону с нарочито беззаботным видом, словно сказанное к нему не относилось. И только Флитвик, восседавший на высокой, специально для него принесённой табуретке с тонкими ножками, остался невозмутим.
– Скоро выпускные экзамены, – продолжал Снегг бесстрастно. – Не мне вам объяснять, что это значит. Только у меня сложилось впечатление, что студенты не готовы?
– Боюсь, что так, – процедила МакГонагалл.
– Особенно по Маггловедению, – вмешался Амикус Кэрроу. – Ни черта не знают, дебилы.
Он сидел в стороне от деканов, на диване. Вальяжно развалившись и вытянув обе руки поверх невысокой спинки, Пожиратель Смерти и по совместительству заместитель директора Хогвартса являл собою зрелище, резко контрастировавшее с остальными профессорами.
Несмотря на то, что диван был довольно большой и рядом с Кэрроу вполне могла бы поместиться, к примеру, тощая мадам Пинс (библиотекарша подпирала противоположную стенку, здесь же, на стуле, сидела мадам Помфри), никто из остальных восьми человек не пожелал не только сидеть, но даже стоять вблизи ставленника Волан-де-Морта.
– Значит, ваша сестра так преподаёт, – отразила выпад Кэрроу МакГонагалл, сопровождая свои слова уничижительным взглядом.
– Кстати, как она себя чувствует? – осведомился Снегг. – Надеюсь, поправляется?
– Это тебе лучше у медички спросить.
Снегг повернул голову в сторону мадам Помфри.
– Здоровье мадам Кэрроу всё ещё оставляет желать лучшего, – сухо отрапортовала целительница. – Она подхватила редкую кишечную инфекцию – не имею ни малейшего представления где, и пока что мне удалось лишь немного облегчить её страдания.
В глазах директора Хогвартса промелькнуло странное выражение.
«Прекрасно. Значит, Дурной Глаз не врал, когда нахваливал ту травку».
– Лучше вылечи её, слышишь! – с угрозой произнёс Кэрроу. – И поскорее, а не то…
– Что вы себе позволяете! – возмутилась Стебль, сжав кулачки. – Вы в школе находитесь, а не в кабаке!
– Амикус, успокойтесь, – Снегг даже не взглянул на смутьяна. – Никто не сомневается в вашем профессионализме, Поппи, – продолжал он ровно, по-прежнему не сводя с целительницы внимательных глаз. – Мы лишь хотим узнать, как скоро увидим захворавшую коллегу.
МакГонагалл с презрительным видом поджала губы, как бы говоря: «Только об этом и мечтаю!»
– Я делаю всё, что в моих силах. Пока что состояние мадам Кэрроу стабильно тяжёлое.
– Мы все сочувствуем вам, Амикус, – вид у Снегга был самый участливый. – Многим студентам предстоит выдержать главный экзамен в их жизни, а ваша сестра, судя по неутешительным новостям, вряд ли сможет в нём поучаствовать. Какая досада!
– Да уж, – пробурчал Кэрроу, разглядывая носок ботинка – правую стопу он с вызывающим видом положил на левое колено.
– Я сделал общий свод и отправил отчёт в Министерство, – вернулся Снегг к прерванному разговору. – Вряд ли он порадует Министра: успеваемость в целом сильно упала по сравнению с предыдущим годом. Особенно у гриффиндорцев, как ни странно.
– Вы в самом деле находите это странным? – МакГонагалл устремила на человека в директорском кресле высокомерный взгляд.
– Нет, отчего же? Студенты Гриффиндора всегда уделяли больше времени дурацким выходкам, нежели учёбе – разве это новость? Дисциплина никогда не была сильной стороной вашего факультета, Минерва.
– Как и политическая благонадёжность, не так ли?
Снегг проигнорировал это язвительное замечание.
– Мне нечего добавить к уже сказанному, – проговорил он, обращаясь ко всем деканам сразу. – На ковёр к Министру всё равно пойду я, поэтому примем малоутешительный предварительный итог этого учебного года как свершившийся факт.
– Год ещё не закончен, Северус, – заметил Слизнорт.
– Вот именно. И на данный момент ваша приоритетная задача – как можно лучше подготовить студентов к выпускным экзаменам, особенно по Трансфигурации, Заклинаниям и Защите от Тёмных Сил… несмотря ни на что.
– Все и так стараются, – недовольно прогудел Хагрид.
Лесничий стоял в левом углу кабинета, за спинами деканов и Кэрроу, у шкафа с астрономическими инструментами. Он неуклюже переминался с ноги на ногу, мял в ладонях замызганный клетчатый платок, явно не зная, куда девать огромные руки, и периодически кидал тоскливые взгляды на стену за директорским креслом.
Даже не следя за ним, Снегг мог со стопроцентной уверенностью сказать, что великан смотрит на портрет Дамблдора, вернее, пустую раму (во время подобных собраний его предшественник всегда отсутствовал).
– Значит, всем нужно больше стараться, – сказал он жёстко. – Если необходимо, я дам дополнительные часы. Тренировки по квиддичу в ближайшие две недели отменяются: ничто не должно отвлекать студентов от подготовки к СОВ и ЖАБА. У меня всё. Слушаю ваши вопросы и предложения.
– Дисциплинарный Комитет отменил слушание по делу МакДональд, – немедленно заговорила МакГонагалл. – Натали уже выпустили из Азкабана?
– Да, – подтвердил Снегг. – Через несколько дней девушка вернётся в школу.
– А Эндрю Керк?
– Ходатайство отклонено. Его судьба пока под вопросом.
– И как вы…
– Я уже отправил повторное прошение. Вы не хуже меня знаете, что отец Керка подозревается в связях с Сопротивлением.
– Знаю, – процедила колдунья.
– И, несмотря на это, Софикус уже добился немалого снисхождения к вашему загонщику, Минерва: всего лишь домашнего ареста и подписки о невыезде вместо тюремного заключения.
– Больно много цацкаются со всякой швалью, – встрял Кэрроу. – Девку посадили, а этого нет!
– Держите своё мнение при себе! – рявкнула МакГонагалл, сделав непроизвольное движение правой рукой.
Снегг не сомневался, что она собиралась достать волшебную палочку и послать в Пожирателя Смерти какое-нибудь относительно безобидное заклятье, вроде Силенцио, но в последний момент сдержалась.
МакГонагалл вообще, по его наблюдениям, с трудом выносила присутствие Кэрроу.
Впрочем, его общества она тоже старалась избегать. И после возвращения из банды ситуация улучшилась ненамного.
– На сегодня это всё, что я могу вам сообщить по делу Керка, Минерва.
Профессор Трансфигурации кивнула и крестообразно сложила руки на коленях. Говорить больше она явно не собиралась.
– Помона? – обратился Снегг к её соседке.
– Мне нужны удобрения для саженцев мандрагоры, Северус, – застрекотала Стебль. – И для Робустуса Липкого тоже – его пожирает тля, надо спасать деревце. Ещё несколько инструментов…
– Вы подготовили смету?
– Да, конечно, – женщина порылась в маленькой круглой матерчатой сумочке, больше похожей на мешочек с завязками, и извлекла оттуда небольшой свиток. – Вот, здесь у меня всё записано.
– Сумма?
– Две тысячи тридцать два галеона пять сиклей со всеми налогами.
– Получите. Это всё?
– Да… пожалуй.
– У вас что, Филиас?
Крошка-профессор встрепенулся, как будто внезапно очнулся от глубокой задумчивости.
Но Снегг знал: каким бы рассеянным ни выглядел декана Когтеврана, он всегда внимательно слушал всё, что говорили остальные.
– Я бы попросил вас прекратить наказание для Виктории Фоссетт и Николаса Чемберса. Это одни из лучших учеников моего факультета, и они теряют слишком много драгоценного времени, работая под руководством Аргуса каждый день.
Филч, как верный страж стоявший слева, позади директорского кресла (он всегда вставал именно там), открыл было рот, но Снегг, прекрасно знавший, что сейчас сквиб начнёт горячо и злобно, а главное, нудно возражать, в сотый раз заведя давно всем осточертевшую песню про «справедливые» старые времена, резко вскинул левую руку и, повинуясь этому упреждающему жесту, завхоз прекратил возмущаться, толком и не начав.
– Согласен. Когтевранцы у нас наименее проблемные и наиболее умные, их имеет смысл беречь. Думаю, Амикус не будет против, если мы сократим назначенное им наказание с месяца до недели. Сегодня ещё пускай поработают, а с завтрашнего дня экзекуция отменяется.
– Благодарю вас, Северус.
Снегг кивнул и едва заметно усмехнулся, слушая, как разочарованный Филч тихонько бормочет себе под нос:
– В прежние времена он бы так не поступил… не тот он нынче…
На Кэрроу Снегг даже не взглянул, нисколько не удивившись, что тот с таким поразительным равнодушием слушает, как директор и один из деканов отменяют назначенное им наказание.
Пожиратель Смерти уже несколько минут сидел, тупо уставившись в одну точку, и в его позе, несмотря на нарочитую небрежность, чувствовалось какое-то странное напряжение.
Может, его состояние и казалось кому из остальных неестественным, но только не хозяину кабинета: он лучше, чем кто-либо, знал о привычке зама употреблять виски, начиная с самого утра, и мог с точностью до минуты предсказать, когда оно начнёт действовать.
Флитвик, казалось, снова ушёл в себя, и Снегг перевёл вопросительный взгляд на декана родного факультета.
– Нет, нет, – поспешно сказал Слизнорт, откинувшись назад и замахав руками, – у меня никаких проблем, Северус.
– Кто бы сомневался, – вставила МакГонагалл, неодобрительно качнув головой, – самый верноподданнический факультет.
Снегг слегка улыбнулся, глядя на съёжившегося Слизнорта, и не подумавшего как-то отразить выпад непримиримой коллеги.
Как похоже на него! Предпочитает ни во что не лезть, если только это не касается его личной славы Великого Наставника.
– Ирма? – перешёл он на прочих работников.
Сухопарая библиотекарша обратила в его сторону строгий взгляд.
– Вам принесли книги, которые вы просили? Я отобрала всё, что у нас есть по этой тематике.
– Да, благодарю. У вас будут ко мне какие-нибудь просьбы?
– Никаких. Разве что вы сумеете заставить учеников чаще посещать библиотеку.
– Не волнуйтесь, скоро вам житья от них не будет. И заметьте, без всякого моего вмешательства.
– Вашими бы молитвами, – проронила мадам Пинс.
– Северус, – не дожидаясь позволения, начала мадам Помфри, – в больничном крыле сейчас немного работы…
– Рад слышать.
– … и я вполне могу справляться сама.
– Вы уверены? – Снегг внимательно смотрел на целительницу. – Вам больше не требуется помощь?
– Добровольцы-медсёстры и санитары из числа студентов-старшекурсников, конечно, хорошее подспорье, когда много больных, но сейчас от них больше шума, чем пользы. Я бы предпочла обойтись без них.
– Поппи! – Стебль в изумлении уставилась на целительницу. – Что вы такое говорите? Вы же сами просили помощников!
– Они мне больше не нужны, – пояснила та, словно оправдываясь. – Пусть лучше к экзаменам готовятся, а то некоторые из них даже от уроков отлынивают, ссылаясь на меня.
– Возмутительно, – подхватил Слизнорт. – А позвольте спросить, уважаемая, не с моих ли уроков эти дезертиры?
– Нет, в основном сбегают с Маггловедения.
– Ещё бы! – подал голос Хагрид. – Это же не уроки, а кошмар!
– В общем, я прошу у вас официальный приказ, Северус, потому что добровольно они не уйдут. А я намерена отпустить их.
– Всех? – уточнил Снегг, в упор глядя на целительницу.
– Да, – твёрдо ответила та. – Кроме, может быть, Невилла. Только он относится к своим обязанностям с должной серьёзностью.
Снегг откинулся на спинку кресла и ненадолго задумался.
Он единственный понимал, что мадам Помфри говорила вовсе не о студентах-добровольцах.
Она имела в виду двух целителей, тайно работавших в Хогвартсе. С некоторых пор Поппи знала, что это он нашёл их.
«Лилию можно отпустить совсем, – думал Снегг, ничуть не удивлённый, что самоотверженные маги отказываются покидать школу, – она с марта не видела ни мужа, ни дочку. А вот Октопуса – только на время. Пусть немного отдохнёт и возвращается. Таких мозгоправов днём с огнём не сыщешь».
– Хорошо, Поппи, – сказал он, утвердившись в своём решении, – раз вы настаиваете… Я не одобряю вашего намерения, но лазарет – ваша территория, поэтому ваше мнение имеете первостепенное значение. Я сегодня же подпишу приказ, дающий вам необходимые полномочия.
– Будьте так любезны!
Снегг кивнул и устремил взгляд поверх профессорских голов.
– Хагрид! Как там ваши животные? Те, что в лесу?
– Фестралы-то? Приручаются помаленьку. Кентавры за ними присматривают.
– Чем кормите?
– Да чем их кормить-то? Мясом, конечно. В Хогсмиде покупаю.
– Проблемы есть?
– Вроде бы нет. У этого, как его… Ребуса Брикса перебоев с говядиной не бывает. Да! – оживился великан. – Слышьте, профессор, что скажу! Тут один тип предлагает овёс в два раза дешевле. Взять?
– Хороший? – недоверчиво спросил Снегг.
– Отличный! Сам видел.
– Ладно, возьмите для пробы.
«Сам будешь есть, если вздумал сэкономить на моём коне!»
Для основного преподавательского состава существование Хлодвига давно уже не было тайной, хотя Снегг по-прежнему старался соблюдать конспирацию.
– Это… – Хагрид неуклюже потирал огромные руки, – мне бы ещё отравы для слизней прикупить. А то все тыквы поели, не будет доброго урожая в этом году…
– За отравой – к Горацию, – отрезал Снегг. – Он может сделать что угодно из ничего.
– Да, друг мой, обращайтесь, – встрепенулся Слизнорт, явно польщённый. – Я зайду к вам сегодня, обсудим.
– Полагаю, все вопросы выяснены, – директор окинул деканов быстрым внимательным взглядом. – В таком случае, я вас больше не задерживаю. Педсовет окончен. Аргус! Чёрный список!
И он, не глядя, протянул к завхозу левую руку.
«Чёрный список» по его распоряжению Филч составлял каждый день. Там были имена студентов, кои, по мнению сквиба, совершали разные дурные поступки, высказывали крамольные мысли и вообще вели себя подозрительно. Дотошный завхоз не ленился подробно расписывать, кто, где и в чём был замечен.
– Получите, сэр! – Филч вложил в требовательную ладонь туго свёрнутый свиток.
Он очень гордился своей обязанностью и выполнял её с завидным усердием.
И Снегг знал: более верных сведений о настроениях, царивших в школе, ему никто не предоставит.
Он наконец взглянул на Филча и коротко кивнул в сторону Кэрроу, который к тому времени уже полностью отключился: свесив голову на грудь, горе-зам откровенно дремал и только что не храпел.
Филч был в таких случаях незаменим: он всегда умудрялся вывести Кэрроу вон, даже если тот был в невменяемом состоянии.
Проглядывая Чёрный список, содержавший в основном имена гриффиндорцев (как и всегда), Снегг краем глаза следил, как Филч бесцеремонно расталкивает Пожирателя Смерти. Вскоре к завхозу присоединился лесничий: выйдя из своего угла, великан прошествовал к дивану с одурманенным магом, попутно опрокинув тонконогую табуретку, с которой только что соскочил Флитвик, и задев полой плаща МакГонагалл, благоразумно посторонившуюся при его приближении. Схватив Кэрроу за шиворот, Хагрид рывком поставил его на ноги, и Филч, ловко подхватив жертву Усыпляющего зелья, поспешно вывел, точнее, выволок так и не очнувшегося негодяя вон.
Через считанные минуты кабинет обезлюдел. Ушли все, кроме МакГонагалл.
– Коллопортус! – произнесла волшебница.
Снегг отложил список Филча и, взяв заранее приготовленный свиток, поднялся и подошёл к ней.
– Итак, – начала МакГонагалл, убедившись, что двери в кабинет надёжно запечатаны, – теперь, когда шутовское представление под названием педсовет завершено, надеюсь, вы объясните, зачем просили меня остаться?
– Разумеется, мадам. Балаган окончен, и мы можем поговорить серьёзно. Впрочем, вы и так знаете, что я не склонен шутить. Ознакомьтесь, – и Снегг протянул женщине свиток.
– Что это? – нахмурившись, колдунья начала разворачивать туго скрученный пергамент.
– Приказ о вашем назначении исполняющей обязанности директора на то время, что я буду отсутствовать.
– Как – опять?!
– Это не обсуждается, – отрезал Снегг. – После обеда жду вас здесь – к тому времени я подготовлю все дела.
– Но…
– Кроме того, завтра придёт Софикус – выдадите ему деньги из сейфа от моего имени. Что вы так смотрите? Думаете, он хлопочет о вашем драгоценном Керке за «спасибо»?
– Нет, но, если не ошибаюсь, до сих пор вы сами вели с ним все расчёты.
– И заметьте, вёл аккуратно – Тарб не из тех, кто готов потерпеть лишний час, когда речь идёт о деньгах. Он придёт завтра – и завтра вы должны с ним расплатиться.
– Может, хотя бы намекнёте, – МакГонагалл быстро пробежала глазами строчки приказа, – что за срочность? Куда вас опять несёт?
– Боюсь, это не ваше дело, Минерва.
– Но этим приказом вы даёте мне неограниченные полномочия! – воскликнула волшебница с прорвавшимся волнением. – Северус! – она подняла на мага встревоженный взгляд. – Что случилось?
– Разве что-то должно случиться? – осведомился тот с самым невозмутимым видом. – Мне просто нужно уехать на пару дней. По делу.
– По какому?
– По личному. Ещё есть вопросы?
– Есть, – отрезала МакГонагалл, сворачивая свиток. – Ваша последняя отлучка, если вы запамятовали, продлилась гораздо дольше пары дней!
– И что? – холодно спросил Снегг. – Не вижу связи.
– Связь прямая. Если вы опять исчезнете…
– Мадам, я не собираюсь оставлять свой пост.
– Вы не поняли. Я имела в виду: если с вами что-то случится...
– О, мой бог! – сказал чародей ироническим тоном, театральным жестом приложив руку к груди. – Что я слышу? Неужели вы обо мне беспокоитесь?
– Вас это удивляет? – парировала МакГонагалл. – В таком случае напомню: когда-то вы были моим учеником.
– Не из любимых.
– Но вы были очень способным, даже талантливым. И честолюбивым.
На мгновение лицо Снегга омрачилось, и это не ускользнуло от внимательного взгляда его собеседницы.
– Того наивного юноши больше нет, Минерва.
– Вы никогда не были наивным, Северус, – тут же возразила колдунья. – Я помню…
– К чему эти разговоры? – нетерпеливо перебил маг. – Я допускаю, что вы сохранили ко мне остатки вполне естественной слабости, которую каждый учитель питает к умным ученикам. Но с тех пор много воды утекло. Я давно уже другой человек.
МакГонагалл покачала головой.
– Нет. Вы не изменились.
– Вы полагаете? Можно узнать, что так обелило меня в ваших глазах?
– Когда я замещала вас зимой, – пояснила чародейка, – мне поневоле пришлось вникнуть в ваши дела, и я была поражена, как много вы сделали для школы. Увидев эти списки, я поняла, что заблуждалась на ваш счёт. Вы не можете быть одним из этих убийц.
На лице Снегга не дрогнул ни один мускул.
– Не судите опрометчиво, мадам, – сказал он ровно. – Вы забываете, что говорите именно с убийцей, – и добавил, игнорируя вопросительный взгляд: – так, по крайней мере, считает большинство.
– А на самом деле?
– Вы же не думаете, что я буду обсуждать это с вами?
– Я уже не знаю, что думать, – призналась МакГонагалл.
Повернув голову, она растерянно посмотрела на пустой портрет Дамблдора.
– Полагаю, – озвучил её мысль Снегг, – Альбус ничего не объяснил вам, когда вы директорствовали вместо меня?
– Почти ничего. Сказал только, что вы защищаете школу, и я должна помогать вам… по возможности.
– Что ж, – маг подошёл к столу, – рад слышать. – Он уселся в кресло. – А сейчас, если не возражаете…
– Возражаю! – МакГонагалл тут же приблизилась к нему, попутно с помощью магии пододвинув стул, на котором недавно сидела.
«Н-да, это будет тяжелее, чем я думал», – устремив на женщину ничего не выражавший взгляд, Снегг прикидывал, как от неё отделаться.
При этом он прекрасно понимал: Минерва МакГонагалл уж если вцепится, то мёртвой хваткой, как бультерьер.
– Меня беспокоит, – пояснила колдунья, присаживаясь на стул, – не столько ваш отъезд, сколько Хогвартс. Без вас будет тяжело.
– Благодарю за откровенность, – желчно усмехнулся Снегг. – А то я чуть было не подумал…
– Что с вами творится? – перебила МакГонагалл, без всякого стеснения вглядываясь в его лицо. – Вы ужасно выглядите.
Её собеседник скептически улыбнулся в ответ.
– Это что, новость? А раньше вы были настолько слепы?
– Возможно, – волшебница не обратила внимания на колкость. – И всё же я увидела, что с прошлых выходных вы как будто не в себе. Вы были слегка заторможенным в понедельник, не отрицайте. Словно вас что-то сильно ослабило.
– Какая наблюдательность, – процедил Снегг, силясь скрыть беспокойство.
– Думаете, я одна заметила ваше состояние? Филиас тоже обратил внимание, что с вами что-то не так.
Сжав зубы, Снегг старался не показать, как его задевают эти слова.
Но внутри у него всё клокотало от бешенства, бессилия и злости на самого себя.
Отлично! Просто великолепно! Небось уже и слухи поползли. Что ж, поделом. Самонадеянный глупец! Вообразил, что сможет скрыть следы наркотического отравления… от кого?! От этого старого коршуна, который – проклятье! до чего же скверное ощущение! – видит его насквозь?
– Потом вы ещё день пребывали в неестественном возбуждении, – продолжала МакГонагалл, не замечая (или искусно делая вид, что не замечает) ставшего вдруг напряжённым взгляда визави. – Я специально заговорила с вами в Большом Зале, помните? – Снегг отрицательно мотнул головой. – Неудивительно. Мне тогда показалось, вы как-то неадекватно отреагировали на мои слова. У вас был такой странный, такой необычный взгляд. Такой…
– Какой? – резко спросил колдун.
– Слегка безумный.
– Хм. А сейчас?
– Сейчас вы выглядите, как всегда. Но, может, всё-таки объясните, что произошло в прошлые выходные?
Снегг помолчал, тщетно стараясь придумать что-нибудь правдоподобное.
Зная МакГонагалл, он был заранее уверен, что она не даст ему ни одного шанса.
Так и произошло.
– Вы что-то принимали? – предположила волшебница. – Какой-то стимулятор, верно? Запрещённый, я полагаю?
– Не ваше дело! – не придумав ничего лучше, Снегг огрызнулся, сопровождая нарочито грубый возглас неприязненным взглядом. – Я теперь для вас не ученик, а директор, так что советую прекратить этот неуместный допрос.
Но МакГонагалл не смутилась.
– Северус, – она смотрела участливо, а её голос звучал на удивление тепло, – могу я чем-то помочь?
Маг покачал головой, но женщина напротив по-прежнему не сводила с него сочувственного взгляда, и это всё меньше нравилось ему.
Какого дьявола она к нему прицепилась? Что за причуда ни с того ни с сего строить из себя святую? Материнский инстинкт, что ли, прорезался? Или…. Мерлин великий, неужели настолько заметно?!
Молчание затягивалось и, поколебавшись, Снегг решился.
Чёрт с ней. Пусть подавится. В конце концов, можно обойтись общими фразами.
– Я сорвался, – признал он. – О чём весьма сожалею, поверьте.
– Почему?
– Была причина.
МакГонагалл переплела тонкие пальцы и поднесла их к лицу.
– Я догадываюсь, какая.
Снегг метнул на неё быстрый взгляд.
– Любопытно было бы послушать, – проронил он, стараясь ничем не выдать охватившего его волнения. – Скажете?
Волшебница заговорила – и его худшие опасения подтвердились.
– Когда вы вернулись в январе, было впечатление, что вас подменили, Северус. У вас был такой вид, будто вы лишились чего-то очень дорогого. Я не знаю, что произошло за эти полтора месяца… да никто толком не знает, где вы пропадали всё это время, но что бы это ни было, для вас оно было ударом.
Неестественно выпрямившись в кресле, Снегг, не мигая, смотрел на свою бывшую преподавательницу.
Сейчас он испытывал сильное желание покинуть кабинет и с трудом сдерживался, чтобы не сделать этого.
– Вы скрытный человек, – продолжала МакГонагалл, вознамерившись, очевидно, добить его своей проницательностью, – и довольно сдержанный, но ваша печаль несомненна. Я решила бы, что ошибаюсь, если бы… – она умолкла, и Снегг проклял всё на свете, пока она какие-то мгновения испытующе смотрела на него: – …уже не видела всего этого однажды, – закончила колдунья.
Её собеседник, не подозревая, что разлившаяся по лицу мертвенная бледность выдаёт его с головой, медленным, каким-то механическим движением поднёс руку ко лбу и провёл по нему ладонью снизу вверх и далее по голове, словно хотел откинуть волосы назад, хотя там нечего было откидывать.
– Мадам, – произнёс он тусклым голосом, – вам не кажется, что вы слишком далеко заходите в своём стремлении утешить меня?
Проводя рукой по волосам, Снегг намеревался вытереть о них ставшую неприятно влажной ладонь, но вышло только хуже: голова была немыта уже несколько дней, и от прикосновения к жирным волосам стало ещё противнее.
– Не кажется, – возразила волшебница, не замечая брезгливой гримасы, исказившей лицо визави. – Думаю, вы носите в душе какой-то тяжкий груз и не желаете его сбросить, – помолчав, она прибавила: – Напрасно.
Очень тонкое наблюдение, – процедил колдун, награждая женщину тяжёлым взглядом.
Наплевав на её присутствие, он достал из кармана платок и тщательно вытер вспотевшие ладони.
Неприятное ощущение, что старая дама видит его насквозь, сменилось угрюмой злостью.
Много их развелось… добрых самаритянок. Всё хотят выйти в праведницы, лезут со своим сочувствием, когда не просят. К чёрту их!
– Почему вы решили, что я буду откровенничать с вами? – спросил он неприязненно. – Вы мне не мать.
– Но мы в одной лодке, верно?
– Кто сказал вам такую глупость? Точно не я.
– Ваши поступки говорят за вас, – парировала МакГонагалл. – Хогвартс…
– Плевал я на Хогвартс! – вспылил маг. – И на Хогвартс, и на эту проклятую войну, и на вас с вашими душеспасительными речами!
– Держите себя в руках, – осадила его чародейка. – Я, по-моему, с вами нормально разговариваю.
– А я вас об этом не просил, – огрызнулся Снегг. – Ваше дело – заботиться о школе, пока меня не будет… может, меня вообще здесь больше не будет!
Он с шумом отодвинул кресло и вышел из-за стола.
Как же хотелось прямо сейчас, не дожидаясь ночи, уехать отсюда!
– Я вам не верю, – произнесла МакГонагалл, зорко следившая за каждым его движением. – Вы вернётесь, Северус.
– Куда ж я денусь, – усмехнулся тот. – Долг превыше всего. А сейчас сделайте одолжение – уйдите. Мне нужно подготовиться к поездке.
Колдунья вздохнула и тоже встала.
– Напрасно вы так, – упрекнула она. – Я всего лишь пытаюсь помочь. Поймите, для меня ученики – это пожизненно. Они как дети мне. Как и вам, хоть вы ни за что не признаете этого. Как любому настоящему педагогу.
– Вы думаете? – спросил Снегг с сомнением.
– Убеждена.
«А ведь она не отстанет!»
МакГонагалл действительно не спешила уходить – она стояла рядом со стулом и смотрела… участливо, пожалуй. И в то же время напряжённо. Словно хотела убедиться в чём-то важном, поверить – и боялась. Принимала сердцем и отвергала разумом.
– А знаете, вы правы, – неожиданно сказал Снегг. – В конце концов, это не связано с политикой, это личное. Так почему бы не рассказать вам, в самом деле? Вдруг полегчает?
– Вы можете положиться на моё молчание, – заверила волшебница, сопровождая свои слова ободряющей и, как показалось её собеседнику, многозначительной улыбкой.
«Да помню я, – подумал он с новой вспышкой раздражения. – Чёрт бы тебя побрал!»
МакГонагалл смотрела на него с неподдельным интересом и, кляня на чём свет стоит женское любопытство, Снегг начал:
– Вы имеете право знать, куда я исчез на полтора месяца, хотя бы потому, что бремя директорства во время моего отсутствия целиком легло на ваши плечи. Насколько мне известно, некие люди обращались к вам с просьбой поддержать версию о моей болезни? – он остановился и вопросительно посмотрел на коллегу. Та кивнула, и маг продолжил: – Так вот, мадам. Про моё исчезновение болтают всякое, но советую вам не верить досужим домыслам. Всё куда прозаичнее.
Он замолчал, собираясь с мыслями.
– Я вам верю, Северус.
Снегг скептически улыбнулся и заговорил снова:
– После россказней Поттера меня кисло приняли в качестве директора. А моя жизнь и так была не сказать чтобы очень радостной. В один прекрасный день я понял, что мне всё осточертело. Хогвартс, ненавидящие лица вокруг, в том числе и ваше, рожи Кэрроу – короче, я решил взять самоотвод. На время. И отправил сам себя в отпуск.
– Вы, верно, шутите, – пробормотала чародейка в замешательстве.
– Отнюдь. Просто я не рассчитывал, что отпуск продлится так долго. Да, надеюсь, вы в курсе, что половину своей юности я провёл в борделе некой Флорибунды в Шеффилде?
– Что? – ошеломлённо спросила МакГонагалл.
– Уверен, вы об этом слышали, – невозмутимо продолжал Снегг, в душе забавляясь её растерянностью. – Пощажу ваши уши и не стану распространяться о том, что думаю о женщинах вообще и женщинах такого сорта в частности. Скажу лишь, что воспоминания о тех днях были достаточно приятными, чтобы мне вновь захотелось испытать нечто похожее. Поэтому…
– Довольно. Что за вздор вы несёте? Думаете, я поверю, что вы были в том заведении?
– Разве я сказал, что отправился в Шеффилд? – возразил Снегг. – Бросьте, Минерва, там бы меня нашли в два счёта. Да у меня и денег бы не хватило на такие развлечения. Нет, всё это время я находился в другом месте, хотя там тоже были женщины. И не одна.
– Где же вы были? – казалось, старая леди успокоилась, посчитав только что сказанное неудачной шуткой.
– Позвольте, я утаю это. Да это и неважно. Суть в том, что мне хотелось расслабиться – и бог услышал мои молитвы. Поверите ли вы, если я скажу, что отдыхал эти полтора месяца? С двумя прелестными женщинами – молодыми, красивыми и полными огня. Одна была совсем юной, она годилась мне в дочери. У неё были белокурые волосы, фиалковые глаза и кожа, как у младенца. А вторая… о, вторая была настоящей тигрицей! Страстная, непокорная и опасная, как хищный зверь. Дикая и прекрасная. Любовь к ней измотала меня, но, клянусь, я не пожалел бы остатка своей жалкой жизни за ещё одну ночь в её обществе. Всё бы отдал, лишь бы снова… увидеть её.
Умолкнув, Снегг с любопытством наблюдал за реакцией МакГонагалл. На лице преподавательницы Трансфигурации читалось откровенное недоумение: она явно не знала, как следует воспринимать эти излияния, пожалуй, несколько наигранные, как он самокритично оценивал свой не в меру красноречивый рассказ.
Тем лучше!
– Кстати, – произнёс он как бы между прочим, – обе вышли из заведения Флорибунды и вполне отвечали моим запросам. Не знаю, что вы себе вообразили, какую героическую деятельность мне приписали, но правда в том, что всё то время я попросту расслаблялся с этими двумя красотками и думать не думал ни об этой паршивой школе, ни о прочем геморрое. В гробу я видел и Хогвартс, и Лорда, и Дамблдора, и весь волшебный мир заодно, – и, заметив, что МакГонагалл собирается что-то сказать, тут же прибавил, сопровождая слова упреждающим жестом: – но самое интересное, что этих двух женщин мне было мало. Я имел на примете ещё одну. Признаюсь, я не сразу это понял. Никогда бы не подумал, что меня могут привлекать особы нестандартной наружности, отличающиеся буйным нравом и садистскими наклонностями, но, как оказалось, могут. Знаете, некоторое препараты… расширяют сознание и высвобождают наших внутренних демонов. Мне понадобилась совсем небольшая доза, чтобы моё подсознание вылезло наружу. Буду откровенен: с той леди у меня ничего не вышло, а жаль: я бы не отказался заполучить в свою коллекцию и её тоже – для полноты ощущений. Конечно, подобного рода влечение можно рассматривать как девиацию, но отрицать его было бы глупо. И разве чертополох хуже фиалки или лилии? Ведь это всё одно цветы, не считаете?
– Считаю, с меня хватит этой ахинеи, – проговорила МакГонагалл ледяным тоном. От её недавней участливости не осталось и следа. – Вы просто шут гороховый, и ваш жалкий спектакль не выдерживает никакой критики.
– Ну, чем богаты. Не обессудьте.
– После обеда жду вас у себя в кабинете, – заявила волшебница безапелляционным тоном. – Со всеми делами, что вы намерены мне передать.
Снеггу и в голову не пришло возмутиться или возразить. Он молча наблюдал, как МакГонагалл стремительно подходит к двери, на ходу снимая Запечатывающее заклятье.
На пороге колдунья обернулась.
– Не льстите себе, – припечатала она, – на Казанову вы не тянете.
И вышла вон, с силой захлопнув дверь.
– Казанова, между прочим, тоже красотой не блистал, – отозвался маг, прекрасно понимая, что его не услышат. – Так что сравнение некорректно.
Он чувствовал огромное облегчение, несмотря на то, что МакГонагалл вышла, нет – вылетела из кабинета взбешённой. Кажется, она не поверила ни одному слову.
«Купилась, – решил Снегг, – отлично. А ведь я сказал вам чистую правду, мадам. Разве что исполнение было так себе».
Он повернулся, чтобы пройти обратно к столу, и столкнулся с ошеломлёнными взглядами волшебников на портретах.
– Кхм, – подал голос Финеас Найджелус, – любопытные истории рассказываете, Северус.
«Чёрт, я и забыл о них!»
– Господа, – произнёс Снегг самым ироничным тоном, на какой был способен, – вы только что стали свидетелями театра одного актёра, сына другого лицедея. Благодарю за внимание, – он слегка поклонился. – Аплодисментов не нужно.
Со всех сторон послышались приглушённые смешки.
– Даже если вы играли, – недоверчиво произнёс Найджелус, – то в отдельные моменты весьма убедительно. Лично я поверил.
– Финеас, я вас умоляю! Это был единственный способ избавиться от докучливой дамы, пытавшейся узнать некоторые мои тайны. Чистая импровизация. Сами посудите: где я и где женщины… Акцио, список!
Поймав список Филча, Снегг, провожаемый недоумёнными взглядами, удалился в свою комнату, втайне довольный, что Дамблдор за всё это время так и не вернулся в свою картину.

Поздно вечером Снегг собрался в дорогу.
К тому времени все необходимые дела были переданы в надёжные руки декана Гриффиндора. МакГонагалл, когда они снова увиделись уже в её кабинете, была суха и сосредоточена и лишь на прощанье сказала: «Непременно возвращайтесь» – чуть более сердечным тоном, чем следовало.
Давно перевалило за десять, когда директор Хогвартса, одетый куда свободнее, чем его привыкли видеть студенты и коллеги, вошёл в скрытую магией конюшню возле хижины Хагрида.
Белый конь, дремавший в стойле, вскинул голову и приветствовал хозяина громким ржанием.
Снегг погладил его и угостил сухариками.
– Хлодвиг, – обратился он к лошади, снимая со стены уздечку, – сегодня придётся поднапрячься, дружище!
Оседлав и взнуздав верного скакуна, колдун встал напротив него.
– Слушай внимательно, – заговорил он, зажав морду животного в ладонях. – Так далеко мы ещё не летали, и, чтобы не заблудиться, ты должен полностью подчиняться мне. Я думаю – ты летишь, ясно? Я тщательно изучил маршрут, и тебе нужно лишь точно следовать моим мысленным указаниям. Учти, лететь придётся быстро, а то не успеем к рассвету. Справишься?
Конь всхрапнул, и Снегг готов был поклясться, что слышит в этом звуке искреннее возмущение.
Он не сомневался, что Хлодвиг всё понимает.
– Ладно, не фыркай. Говорю сразу: привала не будет!
Выведя лошадь из невидимой для чужих глаз конюшни, Снегг застегнул молнию кожаной куртки, подаренной Марсом МакНейлом, и, воспользовавшись лежавшей неподалёку корягой (Хагрид специально не выбрасывал её) как опорой, взобрался в седло.
– На Восток! – скомандовал он, и волшебный конь, заржав, оттолкнулся от земли.
Они летели, даже, можно сказать, неслись всю ночь напролёт, лишь изредка переходя на шаг – так маг давал себе и лошади возможность отдохнуть и отдышаться. Периодически они спускались довольно низко – и тогда города под копытами Хлодвига были хорошо видны (это нужно было Снеггу для ориентировки – любоваться архитектурными творениями магглов было некогда), и вновь взмывали вверх.
Вот они миновали Средиземное море, вот внизу замелькали пески Аравийского полуострова и, наконец, на берегу Тигра показался величественный город, где современные высотные здания перемежались старинными минаретами, европейский лоск соседствовал с арабской повседневностью, а зелёные свечки финиковых пальм, где поодиночке, а где и небольшими скоплениями приятно оживляли урбанистический пейзаж.
Конь и всадник спустились на окраину города.
– Мы в Багдаде, Хлодвиг, – сообщил чародей, соскакивая на землю. – В Старом Багдаде, – уточнил он, озираясь, – Городе Мира, столице могущественных Абассидов, где, говорят, ночами бродил сам легендарный Харун-ар-Рашид… впрочем, это было очень давно, и того великого города больше нет. Да-а-а… здесь всё сильно изменилось с тех пор, как я сам был тут в последний раз!
Сняв куртку, Снегг перекинул её через седло и взял лошадь под уздцы.
Занимался рассвет, и пыльная улочка арабского города была ещё совсем пустынной. Пока что было не жарко, но всё равно ощутимо теплее, чем в родной Англии.
Сосредоточившись, колдун вместе с конём трансгрессировал к небольшой чайной, находившейся, по его предположению, в двух кварталах от того места, где они приземлились.
Он сразу узнал это неказистое здание, несмотря на то, что последний раз видел его более двадцати лет назад.
На выцветшей от времени вывеске заведения красовалось окаймлённое арабской вязью изображение высокого медного чайника с длинным узким носиком. Несмотря на ранний час, у дверей чайной уже топтались посетители. Неудивительно: рядом располагался базар, и первые торговцы уже раскладывали товар на прилавках.
Снегг сразу понял, что его появление не осталось незамеченным: люди (здесь были одни мужчины) оживлённо загалдели, указывая пальцами в его сторону, размахивая руками и толкая друг друга локтями. Естественная реакция, если учесть, что он возник словно бы из пустоты. Причём куда больше взглядов, похоже, привлекла его лошадь: ведь Хлодвиг был ослепительно-белым, от него даже исходило слабое сияние.
Снегг, впрочем, был готов к такому приёму. Быстро достав палочку, он применил к окружившим его арабам Мнемоническое Заклятье, и они тут же успокоились. Забыв о недавнем чудесном явлении, люди опять стали вести себя как ни в чём не бывало, степенно толкуя о своих делах. Лишь несколько человек по-прежнему стояли рядом с Хлодвигом, отпуская с видом знатоков различные комментарии и восхищённо цокая языками.
– Лингвус Тоталус! – тихо произнёс маг и прицепил палочку к поясу.
Нужно было решить, что делать с лошадью.
– Эй, парень! – оглядевшись по сторонам, Снегг поманил бойкого на вид мальчишку лет десяти, босого, в закатанных до колен грязно-белых штанах, джинсовой безрукавке на голое тело и засаленной тюбетейке на курчавых волосах. – Поди сюда! Хочешь заработать? Присмотри за моим конём.
– Три динария, господин, – ответил мальчишка на чистейшем английском.
Снегг давно не применял Чары Понимания и удовлетворённо отметил, что они работают превосходно: он говорил на родном языке, а аборигены слышали арабскую речь, и наоборот: ему казалось, что с ним разговаривают по-английски, хотя едва ли нахальный оборванец мог в совершенстве владеть языком Шекспира и Байрона.
– Хватит с тебя и одного, – достав из кармана монету, чародей кинул её в сложенную «лодочкой» грязную ладонь. – Держи.
Мальчишка подхватил брошенные ему поводья и довольно заулыбался.
– Я скоро пришлю за ним, – предупредил Снегг и вошёл в чайную.
Здесь было душно, темно и тесно: хотя времени было всего ничего, внутрь заведения уже набилось множество посетителей. Те, что толпились у входа, явно ждали, когда освободятся места.
Оглядевшись, Снегг сразу понял, к кому следует обратиться.
На высоком табурете у противоположной стены сидел, скрестив по-турецки коротенькие ножки, маленький смуглый человечек в тёмных шароварах, белой рубахе, вытертом атласном жилете цвета спелого баклажана и красной феске с кисточкой. Лицо у него было хитрое, с мелкими и как будто заострёнными чертами. Проницательные глазки шныряли туда-сюда, внимательно следя за посетителями. В одной руке человечек держал нечто вроде короткого узловатого жезла, увенчанного костяным набалдашником, но Снегг быстро сообразил, что на самом деле это замаскированная волшебная палочка.
Вскинув правую руку ладонью вперёд и слегка помахав ею в знак приветствия и добрых намерений, он уверенно подошёл к карлику.
– Передайте Великому Магистру, – тихо произнёс маг, наклонившись к коротышке, – что Северус Снегг прибыл в Город Мира и смиренно просит принять его.
Человечек окинул его быстрым оценивающим взглядом, кивнул и, проворно соскочив со своего насеста, куда-то исчез.
Снегг вытер тыльной стороной ладони вспотевший лоб и с отвращением ощутил, как по спине побежало сразу несколько ручейков: всё-таки в чайной было чересчур много народа и почти никакой вентиляции.
Стоя рядом с опустевшей табуреткой, он с тоской вспоминал Слёзы ледяного таггера – сейчас они были бы кстати. Эта духота была невыносима – он будто снова оказался в душнике Тираны. Хлодвигу, привыкшему к промозглому английскому климату, должно быть, тоже приходилось несладко...
Наконец (прошло всего несколько минут, но измученному жарой и спёртым воздухом Снеггу они показались вечностью) карлик-проводник вернулся, неожиданно возникнув в левом проёме, ведущем в подсобное помещение, отделённое от основного плотной занавеской.
Поманив чародея, он ободряюще улыбнулся.
Снегг тотчас подошёл.
– Великий Магистр ждёт вас, Северус Снегг, – проговорил карлик скороговоркой, – идите за мной.
– У меня там лошадь, я хотел бы...
– О ней позаботятся, не волнуйтесь, – заверил крошка-волшебник и скрылся за занавесью.
Удовлетворившись этим туманным обещанием, Снегг проследовал за ним в подсобное помещение, оказавшееся небольшой грязноватой кухней. Пройдя через неё, он вышел на задний двор. Проводник уже стоял у деревянного столба, предназначенного, судя по всему, для привязи животных. Жестом он велел спутнику встать рядом с ним.
Снегг повиновался.
Взглянув на него снизу вверх, карлик прикоснулся к столбу и исчез.
Снегг последовал его примеру и тут же оказался в совершенно другом месте.
Это тоже был внутренний двор, но куда более просторный и роскошный. Он был вымощен бледно-голубым мрамором и сверкал чистотой. Повсюду журчали фонтаны, и Снегг сразу почувствовал облегчение от исходившей от них прохлады. Склонившись над ближайшим источником живительной влаги, оказавшимся большой каменной чашей на высокой ножке, он зачерпнул немного воды и ополоснул лицо. После чего выпрямился и огляделся вокруг.
Со всех сторон двор окружали высокие, футов в восемь-девять, стены, из-за чего в нём царил приятный полумрак, сразу улучшивший настроение мага.
Его спутник указал на ворота дома, вернее, дворца в дальнем углу двора.
– Идите, – сказал он, – вас ждут.
Снегг жестом поблагодарил карлика, и тот, слегка поклонившись, исчез, прикоснувшись к фонтану в виде тонкой девичьей фигурки, закутанной в покрывало (вода вытекала из кувшина, который каменная девушка держала в руках).
Не мешкая, Снегг направился к дворцовому входу, чувствуя волнение, которого не испытывал уже очень давно.
Но едва он подступил к воротам, как они сами распахнулись вовнутрь, и на пороге показался рослый человекоподобный демон, от которого шёл жар, как от раскалённой печи.
Человеческого, правду сказать, в этом страже было немного, разве что тело: мускулистые сильные руки, мощный торс и крепкие ноги. Атлетическое сложение было едва ли не единственным достоинством чудовища, поскольку всё остальное в его внешности было призвано устрашать и вызывать отвращение.
Свирепое лицо демона с грубыми, мало напоминавшими человеческие, чертами не внушало ни малейшей симпатии: глаза цвета расплавленного золота без признаков зрачков злобно сверкали, из пасти, полной острых, сродни волчьим, клыков, вырывалось зловонное дыхание, лоб венчали сросшиеся в основании рога, вместе образовывавшие идеально ровную дугу в форме полумесяца, а на макушке виднелась ещё одна пара маленьких острых рожек. Длинные заострённые уши наподобие гоблинских торчали в стороны, пальцы на руках заканчивались звериными когтями, а запястья охватывали широкие кожаные браслеты, усеянные шипами.
В довершение облика существо это, возвышавшееся над Снеггом почти на целый фут, было, если можно так выразиться, голым: всё его тело покрывала короткая тёмно-коричневая шерсть. И лишь бёдра стража ворот были обтянуты грубо выделанной бычьей шкурой.
– Стоять! – проревел демон, и от его смрадного дыхания Снеггу чуть не сделалось дурно – настолько тошнотворным был запах.
Разумеется, он повиновался.
Страж протянул к посетителю зажатую в когтистой лапе дубину, увитую тонкими золотыми проволочками, и провёл ею вдоль тела мага, сначала с левой, затем с правой стороны.
Случайно или намеренно, но, опуская её, он задел руку Снегга, и от этого прикосновения тело последнего сотряс электрический разряд – не слишком сильный, но чувствительный.
– Осторожней, шайтан проклятый! – рявкнул колдун, не удержавшись от болезненной гримасы. – Ещё раз так сделаешь, иблисово отродье, и, клянусь Аллахом, я найду медный кувшин, загоню тебя туда, запечатаю печатью великого Сулеймана и закину в море! И ты будешь томиться в заточении целую вечность!
«И где я успел этого нахвататься?» – подумал Снегг, встретив яростный взгляд, полный неприкрытого желания убивать.
Однако угроза, а главное, повелительный тон, которым она была произнесена, подействовали на демона должным образом – отступив назад, он ещё раз окинул чародея придирчивым взглядом, принюхался и, наконец, с поклоном посторонился, пропуская гостя.
– Веди меня к Великому Магистру! – приказал маг, переступая порог.
Страж ворот прорычал что-то нечленораздельное и, развернувшись, зашагал по дворцовым покоям. Новый проводник передвигался быстро, и Снегг едва поспевал за ним. Тем не менее, пока демон вёл его по дворцу, он успел немного осмотреться по сторонам.
Комнаты и помещения, через которые они проходили, были убраны с истинно восточным великолепием.
Узорчатые ковры, низкие диваны со множеством отороченных бахромой подушек, занавеси из тяжёлых роскошных тканей, клинки на стенах рядом с украшенными драгоценными камнями ножнами, кальяны, расписные пузатые кувшины, огромные блюда, полные ароматных экзотических фруктов, изящные вазы с прекрасными цветами, райские птицы в золотых клетках, египетская мау, дремавшая на бархатном пуфе, персидские и индийские миниатюры, изображавшие сцены из жизни восточных властителей, – всё это проносилось перед восхищённым взором Снегга слишком быстро, чтобы запечатлеться в памяти в мельчайших подробностях.
Но даже такой беглый осмотр производил колоссальное впечатление.
Очарованный утончённой роскошью, пронизывавшей каждую мелочь сказочного дворца, поражённый изысканным убранством комнат, достойных султанов и шейхов, одурманенный самим воздухом, пропитанным дивными ароматами восточных благовоний, Снегг жадно вбирал окружавшую его красоту, с удивлением сознавая, что испытывает давно забытое чувство детского восторга.
Никакого сравнения с Ронденном с его похоронным величием и заиндевевшим шиком.
Однако, по мере углубления внутрь чудесного дворца, Снегг всё больше приходил в волнение.
Предстоявшая встреча с хозяином всего этого великолепия наполняла его душу благоговейным трепетом. Сколько лет прошло с тех пор, как он последний раз ступил на арабскую землю!
Наконец демон распахнул двери в одну из зал. Посторонившись, он жестом пригласил Снегга войти.
– Сюда! – проревело чудовище.
Маг остановился, чувствуя, как бешено колотится сердце.
Сняв Чары Понимания, он вручил палочку своему безобразному спутнику.
– Подержи, – проговорил он, не узнавая собственного голоса, и на внезапно ослабевших ногах шагнул в раскрытые двери.
В большой просторной комнате с окнами, застеклёнными цветными витражами, в инвалидной коляске сидел смуглый старик в длинной, до пола, белой рубахе, подпоясанной затканным золотом кушаком, поверх которой был надет халат без застёжек из плотной ткани густо-кофейного цвета с отделкой по линии плеч в виде золотой тесьмы. Белую голову старика (не седую, а именно белую!) венчала тюбетейка, расшитая золотыми нитками, а конец его густой бороды скрывался за сложенными на коленях руками. Тонкие запястья Великого Магистра терялись в широких рукавах халата, а на ногах красовались узорчатые туфли с загнутыми кверху острыми носами.
Голубые глаза старика были удивительно яркими и как будто чуть более выпуклыми, чем нужно, – они первыми привлекали внимание на его сморщенном, как печёное яблочко, лице.
Это был Абу-Хикмет ибн Рашид Мухтади Алим Альтотас, знаменитый арабский алхимик, мистик, астролог и целитель.














































просмотреть/оставить комментарии [2]
<< Глава 2 К оглавлениюГлава 4 >>
сентябрь 2020  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

август 2020  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

...календарь 2004-2020...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2020.09.30 00:02:14
This Boy\'s Life [0] (Гарри Поттер)


2020.09.29 19:52:43
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2020.09.29 11:39:40
Змееглоты [8] ()


2020.09.22 10:06:44
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2020.09.09 23:49:00
Дочь зельевара [195] (Гарри Поттер)


2020.09.03 12:50:48
Просто быть рядом [42] (Гарри Поттер)


2020.09.01 01:10:33
Обреченные быть [8] (Гарри Поттер)


2020.08.30 15:04:19
Своя сторона [0] (Благие знамения)


2020.08.30 12:01:46
Смерти нет [1] (Гарри Поттер)


2020.08.30 02:57:15
Быть Северусом Снейпом [256] (Гарри Поттер)


2020.08.28 19:06:52
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2020.08.28 16:26:48
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2020.08.26 18:40:03
Не все так просто [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.15 17:52:42
Прячься [5] (Гарри Поттер)


2020.08.13 15:10:37
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2020.08.08 21:56:14
Поезд в Средиземье [6] (Произведения Дж. Р. Р. Толкина)


2020.07.26 16:29:13
В качестве подарка [69] (Гарри Поттер)


2020.07.24 19:02:49
Китайские встречи [4] (Гарри Поттер)


2020.07.24 18:03:54
Когда исчезнут фейри [2] (Гарри Поттер)


2020.07.24 13:06:02
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2020.07.19 13:15:56
Работа для ведьмы из хорошей семьи [7] (Гарри Поттер)


2020.07.10 23:17:10
Рау [7] (Оригинальные произведения)


2020.07.10 13:26:17
Фикачики [100] (Гарри Поттер)


2020.06.30 00:05:06
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


2020.06.29 23:17:07
Без права на ничью [3] (Гарри Поттер)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2020, by KAGERO ©.