Инфо: прочитай!
PDA-версия
Новости
Колонка редактора
Сказочники
Сказки про Г.Поттера
Сказки обо всем
Сказочные рисунки
Сказочное видео
Сказочные пaры
Сказочный поиск
Бета-сервис
Одну простую Сказку
Сказочные рецензии
В гостях у "Сказок.."
ТОП 10
Стонарики/драбблы
Конкурсы/вызовы
Канон: факты
Все о фиках
В помощь автору
Анекдоты [RSS]
Перловка
Ссылки и Партнеры
События фэндома
"Зеленый форум"
"Сказочное Кафе"
"Mythomania"
"Лаборатория..."
Хочешь добавить новый фик?

Улыбнись!

Северитус. Гарри шесть лет.
- Гарри, сколько существует частей мира?
- Пять, папа.
- Перечисли, пожалуйста.
- Раз, два, три, четыре, пять.
- Нда... В Слизерин пойдешь...

Список фандомов

Гарри Поттер[18508]
Оригинальные произведения[1242]
Шерлок Холмс[716]
Сверхъестественное[459]
Блич[260]
Звездный Путь[254]
Мерлин[226]
Доктор Кто?[219]
Робин Гуд[218]
Место преступления[186]
Учитель-мафиози Реборн![183]
Произведения Дж. Р. Р. Толкина[177]
Белый крест[177]
Место преступления: Майами[156]
Звездные войны[140]
Звездные врата: Атлантида[120]
Нелюбимый[119]
Темный дворецкий[110]
Произведения А. и Б. Стругацких[108]



Список вызовов и конкурсов

Фандомная Битва - 2019[0]
Фандомная Битва - 2018[4]
Британский флаг - 11[1]
Десять лет волшебства[0]
Winter Temporary Fandom Combat 2019[4]
Winter Temporary Fandom Combat 2018[0]
Фандомная Битва - 2017[8]
Winter Temporary Fandom Combat 2017[27]
Фандомная Битва - 2016[27]
Winter Temporary Fandom Combat 2016[45]
Фандомный Гамак - 2015[4]



Немного статистики

На сайте:
- 12711 авторов
- 26898 фиков
- 8628 анекдотов
- 17693 перлов
- 680 драбблов

с 1.01.2004




Сказки...

<< Глава 9 К оглавлениюГлава 11 >>


  За кулисами войны

   Глава 10. Законы, традиции, предрассудки
Воскресенье Драко встретил не то чтобы в хорошем настроении, но в более спокойном, чем было накануне утром.

Отчасти этому способствовал отец, напомнивший вчера Драко, что он Малфой («а не Блэк, мечущийся между безумными порывами и обдуманными глупостями»). Отец полтора часа объяснял Драко, какие ошибки он совершил во время шестого курса, и несколько раз повторил, как следует объяснять свои поступки. В завершение экскурса в прошлое было высказано убеждение, что на сей раз Драко избавит родителей от тревоги за его судьбу и согласится с предложенной версией спасения Августы Лонгботтом. Непрозрачно намекнув на долг перед родом, отец тут же заметил, что ему самому почти ничего не угрожает. При самом неблагоприятном раскладе они с мамой просто уедут за границу, а Драко будет навещать их.

Любящий сын не осмелился перечить, пообещав себе, что приложит все усилия для спасения отца.

Кроме того, оказалось, что можно не ломать голову, выдумывая объяснения своим действиям в ночь битвы: Драко узнал о зелье, которым Снейп попытался напоить всю школу. Вот только эта новость к беспокойству за родителей добавила стыд, досаду и чувство вины.

Стыдно было за очередное проявление недоверия Снейпу. Когда тот в пятницу вечером конфисковал у слизеринцев, отмечавших окончание довольно мерзкой учебной недели, несколько бутылок Огденского и пару ящиков парлинэля, возразить ему, конечно, не посмели. Все эмоции выразились в эпитетах, полетевших в закрывшуюся дверь, и наиболее мягким из них был "Самый-непопулярный-директор-даже-на-своем-факультете". Для Драко весь прошедший год был похож на заточение, поэтому он испытал из-за сорванной вечеринки то же возмущение, что и большинство. И уткнулся носом в стакан с соком, вместо того, чтобы посмотреть в глаза директору и позволить ему увидеть спрятанную Крэббом бутылку.

«Он мог бы быть жив, — эта мысль засела где-то внутри и грозила окончательно отравить существование. — Снейп пытался его спасти, а я позволил ему умереть». Вспоминались какие-то обрывки разговоров, проделки, ворчание Крэбба, когда им с Гойлом приходилось пить оборотное зелье…

Тяжелые шторы скрыли солнечный свет, тихое равнодушное тиканье часов казалось шагами времени. Драко не знал, как долго он пролежал, прислушиваясь к тишине дома, прежде чем провалился в какое-то светлое глупое сновидение.

Они с Крэббом шли по берегу озера, и тот рассказывал что-то смешное. Это почему-то казалось естественным, как дыхание, и Драко от души хохотал…

— Я так рад, что ты не сердишься! Я не могу простить себе, что уговорил вас следить за Поттером, а потом не смог спасти. Ты правда не злишься?

— Малфой, уймись. Я же пришел… Да и мне есть за что извиняться, — капал бальзамом на душевные раны удивительно мягкий, теплый голос, которого Крэбб стыдился при жизни («хоть колыбельные пой!»). — Успокойся, а то ты что-то на себя не похож.

— Знать бы самому, какой я. Мне кажется, я всю жизнь был похож на кого угодно, только не на себя.

— Ошибаешься. Ты слишком много думаешь о том, каким должен быть, вот и не видишь, какой ты есть.

Они присели на согретый солнцем камень.

— И почему мы при жизни никогда не разговаривали так? — спросил Драко.

— Чтобы было о чем поговорить после смерти, — усмехнулся Крэбб.

Казалось, что все произошедшее накануне — это сон, а зеленеющий берег, светлое, высокое небо и слегка припекающее солнце — реальность. "Хлюп", — раздалось рядом. Драко повернул голову, но ничего не увидел. Но кто-то теребил его, тянул за мантию. Драко открыл глаза.

— Молодой хозяин велел его разбудить, — рядом с кроватью стоял домовой эльф Фонки.

На скамейке в тазу плескалась вода — дань пережившей свою суть традиции. Полтора века назад, когда какому-то пра-пра-прадеду удалось восстановить пошатнувшееся финансовое состояние рода, Малфой-Мэнор наконец-то был перестроен и прикоснулся благ цивилизации в виде более-менее современного водопровода. С тех пор усовершенствования вносились систематически, но не отменять же из-за того, что в семье появились деньги, вековые традиции? А они предписывали каждое утро ополаскиваться по пояс в специально предназначенной для этого лохани, потому что Малфой не может позволить себе выйти из спальни неумытым (даже в соседнюю ванную комнату). Порой Драко искренне радовался, что не все заскоки предков вошли в устав рода: по крайней мере, не нужно было морить себя голодом в честь успешного выполнения долга.

Драко склонился над тазом и заранее поежился: теплая вода при утреннем омовении противоречила традициям Малфоев, как и горящий ночью камин. К счастью, использование согревающей магии никаких правил не нарушало, и Фонки, фактически вырастивший Драко и потому особенно привязанный к нему, успел обогреть комнату до его пробуждения.

Но не весь дом. Выйдя за дверь, Драко начал отчетливо стучать зубами и почти побежал к кабинету отца. Утренний холод заморозил все мысли в голове, кроме одной — добраться до спасительного тепла. Уже на первом этаже, когда по адаптировавшемуся к окружающей температуре телу разлился жар, подумалось, что и от традиций может быть какой-то прок. Окончательно в этой мысли Драко утвердился, увидев, как ежатся их гости: сам он к началу переговоров чувствовал себя очень бодрым.

Следующие два часа он не спускал глаз с отца, восхищаясь тем, с каким терпением и выдержкой тот разыгрывает козыри. Отец оказался прав: можно было считать, что их неприятности остались позади. Провожая гостей, Драко думал о том, что завтра он получит гарантии своей невиновности, купит новую палочку. Потом, как только передадут материалы по делу отца, они начнут готовиться к процессу. Крэбб… Его уже не вернешь. Но забыть о нем Драко себе не позволит и больше никого не потеряет: есть у кого учиться, как нужно защищать своих друзей.

До завтрака он занимался подготовкой лаборатории к вселению в нее Снейпа. Тот сначала углубился в расчеты, время от времени задавая вопросы о наличии ингредиентов, а потом занялся установкой котлов. Стоило Драко заикнуться о более существенном своем участии, как Снейп отправил его к учебникам со словами: «А разве экзамены уже отменили? Готовься — зелья и защиту я у тебя сам спрошу».

Драко уткнулся в первую попавшуюся под руку книгу и сделал вид, что увлечен чтением, хотя его мысли уносились к утренней беседе.

Вспомнилось, как на рождественских каникулах пятого курса отец сравнил Снейпа с фестралами: «Непонятные, некрасивые, окружены допотопными легендами, о них почти ничего не известно, их не все видят». Вечер был приятным, Драко поддержал шутку: «Это точно о моем декане? Большинство в школе мечтают его не видеть, а некоторые — и не слышать о нем. Но им не везет». Отец улыбнулся: «В Хогвартсе его окружают или ученики, или бывшие учителя, в любимчиках у которых он не ходил. Ему там практически не с кем общаться, так что школа — это не то место, где можно увидеть и услышать Северуса. Смотреть на него нужно здесь, когда он с нами».

Тогда Драко проигнорировал совет: что интересного могло быть скрыто в жизни школьного учителя? А рядом был тот, о ком в то время вообще почти никто ничего не знал.

Потом отец оказался в Азкабане, со слов Беллы из-за того, что Снейп слишком рано сообщил Ордену Феникса, куда направился Поттер.

Темный Лорд дал «более достойному Малфою» первое задание, и Драко был оскорблен неверием матери в его силы. Опять прозвучало имя Снейпа — Драко был в бешенстве.

К окончанию шестого курса он уже мог видеть фестралов, но декан понятнее не стал. Все окончательно спуталось после подтверждения отцом слов Беллы: «Я знал, что ему придется оповестить Дамблдора. И мы успели подготовиться, ведь только среди нас был бывший сотрудник Отдела Тайн. Кто же мог предположить, что они полетят, а не воспользуются камином. — Отец резко оборвал тему. — Драко, сейчас не время для таких разговоров. Чем меньше ты знаешь, тем безопаснее. Просто помни, что Северус — наш друг. Я буду рад, если ты пообещаешь, что в случае любой неприятности обратишься к нему за помощью. Ты сделаешь это ради спокойствия моего и мамы».

А теперь выяснилось, что Снейп был другом Регулуса Блэка. Именно с ним сравнивал Люциус Малфой сына, когда был очень недоволен. Естественно, Драко давно уже узнал о кузене все, что смог. Они и правда чем-то были похожи: ловцы, оба приняли метку в 16 лет. Со слов матери Драко знал, что Регулус со Снейпом были в одной компании в школе.

«Но дружба — это другое. Или отец несколько преувеличил? Нет, МакГонагалл могла бы это опровергнуть, ведь она уже тогда преподавала, — Драко потер лоб. — Не понимаю: как? Блэки всегда были педантами в вопросах статуса: отец говорил, что если бы не бегство их старшего сына и завещание в его пользу другого отщепенца семьи, то возможность брака с мамой была бы очень проблематична. Хотя у Блэков этот самый Сириус как раз в год поступления Снейпа распределился на Гриффиндор, а за пару месяцев до этого мамина сестра сбежала с магглом. Регулус пошел в школу на следующий год, может?.. Да нет, вряд ли. Наоборот, это был бы повод отшивать всех «неподходящих». Все же аналогия с нашей семьей не уместна: полукровок и магглолюбов у нас нет. То есть не было до того, как мы не породнились с Блэками, так что та партия и для Малфоев не была пределом мечтаний, всего лишь двусторонний компромисс. А вот Снейп…».

Тут же вспомнилось, как каменело лицо деда при упоминании имени полукровки в их доме. Абракас Малфой так и не смог привыкнуть к тому, что Драко казалось естественным и простым: при делении мира на чистокровных и остальных Снейп в расчет не берется. Могло ли быть иначе, если он спас маму и наследника Малфоев? «Могло. Если бы ее вылечил какой-то лекарь, то ему бы заплатили, и вопрос был бы исчерпан». Драко вспомнил, каким непререкаемым был авторитет Снейпа на факультете — Слагхорну такое и не снилось.

— Драко, какое из свойств чемерицы тебе кажется непонятным? — прервал рассуждения их объект, возвышаясь над креслом. — Ты уже четверть часа не отрываешься от этой страницы. И ты уверен, что подготовку к экзаменам уровня ТРИТОН следует начинать с учебника за первый курс? Если все настолько плохо, то нет смысла сдавать их.

От необходимости отвечать избавил приход отца. Он протянул Снейпу газету:

— Что за история с защитой на твоем доме? Принцы в бешенстве: вы использовали их родовое заклятье против них.

Изучив какую-то заметку, Снейп расхохотался:

— Совсем из головы вылетело! Я вчера, похоже, был в невменяемом состоянии. Но откуда они могли узнать?..

— Я сообщил. То есть Эзоп по моему поручению. Только давай ты мне задашь все вопросы, когда сможешь выделить достаточно времени для ответов? Хотя бы полдня. А пока напиши, что нужно сделать, чтобы попасть внутрь: я сказал, что ты оставил инструкции.

Спустя минуту Снейп с какой-то странной улыбкой передал лист. Настала очередь рассмеяться отцу:

— Это, конечно же, придумала твоя мать? — утвердительно спросил он и, не делая паузы для ответа, продолжил: — Знаешь, если ты не перестанешь сравнивать всех с ней, то не женишься никогда.

Следивший за разговором Драко превратился в слух.

— Я никого ни с кем не сравниваю… — начал Снейп.

— …потому что это бесполезно: с ними же скучно, — продолжил отец.

— И не собираюсь жениться.

— И напрасно: тебе нужен наследник, которому ты смог бы передать свой талант и знания.

— Зачем? — улыбка Снейпа стала ироничной. — У меня есть твой сын.

— Значит ты мне должен своего, — легко парировал старший Малфой и вышел из лаборатории.

— Ваша мама придумывала заклятья? — осторожно спросил Драко, решив, что этот вопрос нельзя назвать очень уж личным.

— Нет, — ответил Снейп, возвращаясь к котлам. — Заклинание, о котором шла речь, очень древнее, оно создает Стража дома. В отсутствие хозяев он пропускает только лиц, получивших доступ. Наш пропускал всех Снейпов, вас и еще пару людей.

— У вас есть родственники-магглы?

— Конечно есть, Драко, — Снейп выглядел удивленным. — Отец — маггл, причем вырос в многодетной семье. Хотя мы почти не знались с ними: магглы чувствуют магию и боятся ее, как и всего непонятного. Кроме того, в детстве я не ладил со своими кузенами, и это еще не забылось. Но, тем не менее, все свое немагическое имущество я завещал им.

— А что рассмешило отца? — вспомнил Драко.

— Стихотворение, написанное мамой. Оно объясняет, как обойти Стража.

Кому сюда заказан вход,
Пусть входит задом наперед.
Отвесив двери три поклона,
Увидит морок — Стража дома.
У морока один изъян:
Он любит пламенный канкан.
Танцуй — и Страж тебя пропустит.
Но можно выбрать способ лучше.
Клянись, что Снейпов признаешь
Ты равными, — и будешь вхож.
Пока владеет домом маг —
Да будет так и только так.
Но будет отдан магглам дом —
Тотчас растает морок в нем.

— То есть они должны либо признать магглов, либо плясать перед иллюзией? — сдерживая смех, спросил Драко.

— Именно так, — согласился Снейп. — Мама разругалась с родными, когда они назвали ее выбор придурью, и пообещала им веселенького примирения с действительностью. Слов на ветер она никогда не бросала.

— А зачем они туда так рвутся?

— Полагаю, за книгами. Мама унаследовала от сестры деда очень ценные экземпляры. Это что-то вроде майората — они не должны уходить из семьи. Скорее всего, твой отец намекнул моим чистокровным родственникам, что библиотека будет передана Хогвартсу, а забрать оттуда книги проблематично: ты же знаешь, как относится к своим владениям мадам Пинс.

— Более реально у Аида Эвридику второй раз увести, — пробормотал Драко, вспомнив, какой разгон получил от библиотекарши, задержав манускипт на два дня.

Размышляя о странном чувстве юмора миссис Снейп, Драко попытался представить себя на месте Принцев. Понять их было легко. Что делать, если какая-то отступница не хочет ни жить по правилам, установленным семьей, ни просто исчезнуть?

— Профессор Снейп, — по привычке обратился Драко, — а как вы сами относитесь к традициям?

— Драко, я — заинтересованное лицо, — ответил Снейп, перебирая в ящике флаконы, — поскольку сам являюсь результатом, по мнению одних, нарушения традиций, других — отрицания предрассудка.

«А ведь точно: не было бы этого мезальянса — не было бы Снейпа, — подумал Драко. — Кстати, и Темный Лорд — полукровка… И про дочь Андромеды Снейп хорошо отзывался: лучшая по зельям на своем потоке, метаморф к тому же… Может даже, он говорил это не только затем, чтобы взбесить Беллатрикс. Но все же такие исключения только подтверждают правило».

— Хорошо, а как тогда Вы отличаете традиции от предрассудков?

— Только теоретически. Разница лишь в результате: и те, и другие сохраняют опыт поколений, но первые способствуют дальнейшему развитию, а вторые — мешают двигаться вперед. А поскольку я ученый, для меня все традиции — предрассудки по определению. Как только научное открытие признается, оно устанавливает константы и стереотипы, а значит, ограничивает научную мысль. Например, в любой книге ты прочтешь, что Авада Кедавра относится к классу непреодолимых заклятий, хотя уже почти семнадцать лет у нас есть доказательство против… — Снейп прервался, отмеряя в один из котлов порошок чешуи василиска.

— То есть как?..

Снейп повернул голову:

— А имя Гарри Поттер тебе ни о чем не говорит?

— Но там же была какая-то жертва…

— Какая разница, Драко? Мы не знаем всего лишь механизм действия защиты. Как только выясним, найдем и другие способы.

Все оставшееся до завтрака время Драко думал о матери Снейпа и матери Поттера: чистокровная волшебница, бросившая вызов традициям семьи, и магглорожденная ведьма, оспорившая ценой своей жизни магический стереотип.

А спустившись к столу, особенно остро ощутил отсутствие своей матери.

— С ней все будет хорошо, — успокоил отец. — Известие о том, что тебе не предъявляют обвинения, для нее будет самым лучшим лекарством. Скоро она проснется, и ты сообщишь ей об этом.

Мама, действительно, обрадовалась новости, хотя и выглядела такой бледной и слабой, что у Драко болезненно сжалось сердце. Она выпила принесенное им зелье, расспросила о планах на ближайший день и высказала просьбу, которая заставила с тревогой вглядеться в ее глаза.

— Пусть это будет нашим маленьким секретом. Всего на несколько дней. Я не хочу сейчас беспокоить отца, хотя и уверена, что он не будет против, — улыбнулась мама.

Об отказе не могло идти и речи. С другой стороны, предположить, что скажет отец (после нескольких минут сдержанного молчания), тоже не получалось, а это не сулило ничего хорошего. «Хотя он же сам мне всегда внушал, что чего хочет женщина — того хочет Бог. В конце концов, я рискую только совершить еще одну ошибку. Но мама обрадуется, а это более существенно. И никто не умрет».

***

Сейчас, сидя на подоконнике в кабинете отца, он разглядывал Уизли и Поттера, которые с кислыми минами вытаскивали бутылки из какой-то кошмарной дамской сумочки. В последний раз Драко видел Поттера в нормальном виде почти год назад. Он вытянулся, осунулся и сильно похудел. По сравнению с собой мартовским Уизли выглядел лучше, из чего Драко сделал вывод, что последний месяц троица прожила в более комфортабельных условиях, чем палатка в лесу. Он перевел взгляд на нахмуренную Грейнджер в кресле около стола.

«Почему отец настоял, чтобы именно они принесли яд? Удивительно, насколько люди могут не вписываться в интерьер. Хотя для нас их приход — плюс: герои в гостях у Малфоев. Интересно, Скитер уже успела пригнать сюда своего фотографа и снять их входящими в дом, или ждет выхода?» — Драко вспомнил, в какой ярости была репортерша, выпущенная из банки вскоре после завтрака. Успокоила ее только пока еще необнародованная информация о грядущем процессе и обещание дальнейшего сотрудничества.

— Чему улыбаешься, хорек? — не удержался Уизли, стоило хозяину кабинета выйти на минуту.

— Не принимай на свой счет: твой визит меня счастливым не делает.

— Тебе не угодишь, — развел руками Уизли, — в прошлый раз ты тоже сияющим не выглядел, несмотря на милое общество тетки и Волдеморта.

— Скис при вашем появлении, — парировал Драко, — не ахти какая компания, и любимый ковер мамы грязью заляпали. Да, не успел спросить: как вы позволили этой кодле взять себя? Белла с ними одним махом расправилась.

— А наша мама расправилась одним махом с твоей психованной теткой.

— Оглушающим заклятьем, попавшим в точку, в которую даже прицелиться толком невозможно? Уизли, ты хоть знаешь, что не осиротел только чудом? Но все же, на всякий случай, не отходи далеко от своей матери, раз сам за себя постоять не можешь. Кстати, как тебе тетушкина палочка?

— Она у меня, — Грейнджер положила на стол волшебную палочку.

— Час от часу не легче, — Драко отвернулся к окну, подумав, что Белла, судя по всему, тоже хлебнула зелья удачи в последний день жизни: в неведении ей повезло.

— Палочка не сменила хозяина, если тебя это утешит, — продемонстрировала редкую проницательность и тактичность маггла.

— Не сомневаюсь.

— Зато твоя не преминула выбрать более достойного, — тут же отомстил за подругу Уизли.

— В отличие от некоторых, я не нуждаюсь в повторении однажды сказанного: Поттер орал об этом на весь Большой Зал.

— Может, потому что ее выбирал не ты, а твой отец? — к удивлению Драко, сам Поттер не демонстрировал ожидаемого чувства превосходства и, казалось, пытался быть миролюбивым.

«Надо же… Помнит, о чем я говорил ему при первой встрече».

— Не знаю. Может быть. Спрошу у Олливандера.

— Думаешь, он захочет с тобой разговаривать после всего? — зато поттеровский друг не унимался.

— Уизли, чего «всего»? Не мы его похищали и насильно здесь удерживали. И вообще кто бы возмущался: уже забыли, как сами Скитер в банке держали? Или есть какие-то иллюзии насчет законности ваших действий?

— Драко, к чему эти упреки? — отец неслышно вернулся. — Мы же пришли к соглашению, что не выдвигаем взаимных обвинений. Не говоря уже о том, что с мистером Поттером нас связывает двойной магический долг — у нас теперь расчеты иного порядка.

— Если хотите, можем считать, что мы квиты, — буркнул Поттер.

— Не получится, Гарри, — неожиданно возразила Грейнджер. — Эта магия индивидуальна, такие долги не передаются и не прощаются, их можно только вернуть и только лично. Так что эта связь будет существовать до возврата долга или до смерти.

— Отрадно, что вы, мисс Грейнджер, наконец-то признали, что в нашем мире есть свои законы, и не пытаетесь спорить с ними, — отец позвал эльфов и дал им знак унести бутылки. — Ваша подруга права, мистер Поттер. Меня также не радует это положение вещей, но боюсь, нам всем придется смириться с ним. Впрочем, сейчас у нас вряд ли есть время для обсуждения этой темы, поэтому вернемся к более насущному. Присаживайтесь, — он указал рукой на кресла.

Драко слез с подоконника и сел рядом с отцом.

— Мистер Малфой, — отчеканила Грейнджер, пока ее друзья рассаживались рядом, — я не оспариваю законов магического мира — только его предрассудки. И позвольте заметить, что за этот мир я была готова отдать свою жизнь.

— Мисс Грейнджер, ваши мотивы никто не берет под сомнение. Вызывает удивление только то, что вы, да и остальные магглорожденные, проявляете усердие в изучении магии, но игнорируете законы самой магии, возникшие не на пустом месте. Вы не вспоминаете о маггловских нормах, когда речь идет об аппарации, но считаете необходимым навязывать их нашему обществу. При этом вам не приходит в голову, что наш мир существует тысячелетия и не обязан соответствовать вашим представлениям о нем. В общем, вы пытаетесь колдовать палочкой хозяина дома — это, как минимум, невежливо, — говоря это, отец достал из стола пергамент.

— Это только слова. Законы общества развиваются. Еще сто лет назад и в маггловском мире люди не знали ничего о социальных гарантиях.

— Законы природы тоже не незыблемы. Однако отступления от них магглы, кажется, называют мутацией, и ей никто не радуется. А приводит к этому безалаберность в законах общества.

— Но домовые эльфы заслуживают лучшей жизни!

— Это можно сказать не только о них. Но проблема в том, что у эльфов свое представление о лучшей жизни, и оно отличается от вашего.

— Они поймут… Потом, когда привыкнут.

— Быть несчастными? — продолжил отец. — А вы знаете, мисс Грейнджер, что существует принцип маггловского права «beneficia non obtruduntur» — благодеяния не навязывают?

— Кто бы подумал, что вы будете читать нам лекцию по маггловедению, — кинулся защищать подругу Уизли.

— Если бы я их читал, вы бы узнали много интересного, — отец пожал плечами.

— Например, о том, как подвешивать магглов вверх ногами?

— Ну зачем же. Об издевательствах над магглами могут рассказать ваш друг, братья, Хагрид. А я рассказал бы о том, как из поросячьего хвостика вырастает Статут против оборотней, — отец посмотрел на Поттера.

Грейнджер и Уизли недоуменно переглянулись.

— Как?.. — Поттер выглядел растерянным.

— Как мы это узнали? За несовершеннолетними устанавливается наблюдение, как вам известно. А то, что Хагрид поколдовывает в нарушение запрета, тоже ни для кого не секрет. Поэтому когда была зафиксирована попытка трансфигурации, возникло подозрение, что это не стихийная магия. Хвост удаляли в Мунго, хотя, естественно, ваши родственники до сих пор думают, что это была маггловская клиника. Но объяснялись они не с лекарем, а легиллиментом из Министерства. Разумеется, Дамблдору удалось замять происшествие, но у мисс Амбридж убавилось оппонентов. Такова была цена вашего распределения на Гриффиндор.

— Но Хагрид просто не сдержался, он не планировал причинить вред… Дядя разругался, и Хагрид вспылил!

Поттер выглядел таким потрясенным, что Драко невольно вздохнул, от души посочувствовав ему: объяснения отца редко кого успокаивали.

— Мистер Поттер, когда вы немного подумаете над тем, почему Дамблдор послал за вами именно это… непосредственное дитя природы, а не профессора МакГонагалл, например, или не Северуса, который был знаком с вашей тетей еще в пору их детства, то вы многое будете оценивать иначе. И в первую очередь, своего дядю, который смог возразить волшебнику, да еще столь устрашающего вида. Поверьте моему личному опыту, такое поведение — большая редкость. Некоторые раздумья на эту тему прояснят для вас также истинное отношение к магглам тех, кто кричит о любви к ним на каждом углу. Я не пытаюсь восстановить вас против кого-либо, но, полагаю, более объективная оценка поступков знакомых избавит вас от совершенно незаслуженных упреков в лицемерии. Примите это как благодарность за спасение Драко. И за спасение всех нас.

Драко с удивлением посмотрел на отца, остальные также выглядели пораженными. Только, кажется, причины у всех были разными. Драко, например, интересовало, откуда отец знает о тетке Поттера. «Или Снейп этого и не скрывал? И что еще я не заметил?»

— Дядя Гарри — злой и жестокий человек, а его сын всегда обижал Гарри. И они не любили его, — вступился Рон за друга.

— А почему вы решили, мистер Уизли, что магглы с чемпионата, о которых вы вспомнили, были добрыми? И следует ли понимать, что вы оставляете за волшебниками, например Хагридом или вашими братьями, право объяснять магглам, как они обязаны думать и поступать, и в чем заключается их долг перед нашим обществом? Но, понимаете, ирония в том, что Упивающиеся смертью тоже так считали.

— Подобное — не есть то же самое, — возразила Грейнджер.

— А разница так существенна? Оставим в покое хвостик и разросшийся язык, но разве ежедневное принуждение — это не насилие? Родственники мистера Поттера последние 17 лет живут не своей, а его, и даже нашей, жизнью. И никто им, насколько я знаю, не собирается давать за это Орден Мерлина: ведь все уверены, что для них это было честью и счастьем. Их истинные желания никого не волнуют. А вы домовых эльфов защищаете, мисс Грейнджер, — отец с иронией посмотрел на нее.

Привыкшего к подобным беседам Драко аналогии не сбили с толку. Можно было возразить, что вопрос не в противопоставлении магглов и магов: по большому счету, и самого Поттера никто никогда ни о чем не спрашивал. Что касается злоупотреблений, то malum necessarium*, без этого не обойтись. А у Дамблдора цели всегда оправдывали средства. «Впрочем, — решил Драко, — у гриффиндорцев именно с этим и проблема: сентенция о чистых руках и благих намерениях никак в жизнь не вписывается».

О чем думал Поттер, можно было только догадываться. Но, кажется, о чем-то неприятном: он молчал, глядя на какую-то интересную точку на поверхности стола. Драко вздохнул: «Чем не эльф? Даже цвет глаз, как у Дайли. Как бы Грейнджер назвала общество в его защиту?» Почему-то Драко вспомнились недавние события в Выручай-комнате: страх и отчаяние, когда он понял, что спасения ждать неоткуда, и ощущение безумной надежды и радости при виде приближающихся теней за стеной огня. Нахлынуло чувство досады: «А ведь могли бы подружиться, если бы за ним отправили не этого недочеловека, а кого-то нормального».

Захотелось поддержать Поттера, но мешать отцу было нельзя: до сих пор его мало беспокоило воспитание не-Малфоев, а значит, этот разговор возник не на пустом месте. Остальные участники беседы явно растерялись, не зная, что сказать. Драко решил последовать примеру непотопляемого Фаджа и кашлянул, указав отцу взглядом на часы.

— Впрочем, это бессмысленный разговор, — тот понял намек, и, судя по всему, уже успел сказать все, что собирался, — на эти вопросы даже Дамблдор предпочитал не отвечать. Да и нам не стоит отвлекаться. Вернемся к Гринготтсу.

Грейнджер, как по команде, вытащила из бисерного безобразия несколько листов пергамента и перо.

— Драко, передай нашей гостье, — отец подвинул чернильницу. — Итак, я разговаривал с гоблинами, и у нас сложилось следующее видение событий. Когда вас в марте поймали и привели в наш дом, мы воспользовались этим и сообщили, что в наше хранилище по приказу Того-Кого-Нельзя-Называть помещен хоркрукс, который мы не можем достать и уничтожить. Оно тоже охраняется драконом, который и был использован вами для бегства. Таким образом, поскольку вы действовали по нашему поручению, обвинение в грабеже предъявлено не будет, а за дракона и некоторые разрушения мы рассчитаемся с гоблинами сами. К слову, мистер Поттер, предлагаю вам указывать меня и в качестве источника информации о местонахождении остальных хоркруксов. Если, конечно, вы не планируете объяснять магической общественности природу своих озарений.

— То есть вы собираетесь из этой истории еще и выгоду извлечь: скажете, что шпионили за Волдемортом? — в голосе Уизли слышалось презрение и упрек.

— Во-первых, шпионил, а во-вторых, я не подозревал, что Артур Уизли рекомендует меня своим детям как альтруиста.

— Такого о вас никто не говорит.

— Тогда чему вы так удивились? Или считаете, что я должен стараться опровергнуть ваше мнение обо мне?

— Мистер Малфой, а почему вы не называете Волдеморта Темным Лордом, как раньше? — сменил тему Поттер.

— Тренируюсь перед процессом, — совершенно искренне, как показалось Драко, ответил отец. — Хорошие манеры — это привычка, а привычки требуют времени и иногда усилия воли.

— Но ведь все равно известно, что вы были Упивающимся смертью.

— На забывчивость я и не рассчитываю, — улыбнулся отец. — Если уж члены Ордена Феникса помнили об этом факте биографии Северуса даже после того, как он спас вас и шпионил для них. Но для большинства членов Визенгамота Темный Лорд — Тот-Кого-Нельзя-Называть. Если я буду говорить о нем также, то это не вызовет раздражения.

— Но никто же не знал, что Снейп любил маму Гарри, — заступился рыжий за общество птичников.

— При чем тут любовь, мистер Уизли? — отец изобразил удивление. — Это алогичное чувство не характеризует ни хорошо, ни плохо — ни любящего, ни любимого.

— Но это стимул, — Грейнджер гордо вскинула подбородок.

— Спасать чью-то жизнь, но не рисковать своей ради воспоминаний о прошлом, — вмешался Драко, решив, что с магглы на сегодня хватит чести общения с его отцом. — Из-за любви к кому умирали позапрошлой ночью? Вы сами зачем полезли в банк? Тоже что-то личное? Любимого дракона освободить решили? А что ж не покормили?

— Мы боролись с Волдемортом, — за личное Уизли тоже готов был драться.

— Как и Снейп. Это так трудно принять? Выпадает из удобного представления о слизеринцах? Неужели кого-то пропустили?

— Не тебя ли, Малфой?..

— Хватит, мы не должны ссориться, — оборвала рыжего Грейнджер.

Драко едва не задохнулся от абсурдности этого предположения.

— Не льстите себе, — процедил он сквозь зубы.

— Извините, что прерываю, и не сочтите за грубость, — судя по виду отца, общение с гриффиндорцами его удовлетворило, — но вынужден напомнить о времени. Уже четверть первого — вас троих ждут. Подумайте над моими словами, но не очень долго: в ближайшее время мне нужно дать знать гоблинам, принят ли наш вариант. Если он вас чем-то не устраивает — я готов выслушать и обсудить ваши предложения.

Отец поднялся, протянув Поттеру пергамент:

— Это на случай, если вы согласитесь с озвученной мною версией событий; здесь описаны детали. А сейчас прошу простить меня: дела. Драко проводит вас.

Уже на выходе из поместья Драко окликнул Поттера. Тот удивленно обернулся.

— Поттер, кажется, я еще не поблагодарил тебя за спасение. Начну прямо сейчас. Не считай, что отец плохо к тебе относится. У него такая манера объяснять. Он хотел показать тебе, как некоторые вещи выглядят со стороны. Так он напоминает, что мы живем на виду, а значит, поступать нужно соответственно. Тебе тоже, привыкай.

— Угу. Семь лет уже привыкаю.

— Нет, Поттер, — засмеялся Драко, — раньше писали о тебе, ты был темой. Теперь ты станешь мерилом. Это другое. От твоей оценки происходящего зависит, что о нем будет думать общество. Твои слова могут кого-то спасти, кого-то потопить.

Поттер отвел глаза.

— Малфой, я не собирался обвинять тебя. О лавке Борджина я рассказал профессору МакГонагалл еще полтора года назад, а воспоминания об убийстве директора Дамблдора отдал для подтверждения того, что это был его план. Я не подумал о возможных последствиях.

«Кто бы сомневался, что не подумал!»

— Вообще-то, я не намекал на личности, мы и не ставим тебе в строчку эти показания. У нас были вопросы к Министерству — мы их решили. Что касается тебя… Знаешь, я действительно восхищаюсь: противостоять Темному Лорду… Дело даже не в силе, а в храбрости… или глупости. Не сердись, иногда мне кажется, что у тебя первое от второго.

Поттер моргнул и пожал плечами:

— Никогда не понимал этого трепета: мало ли магов, которые сильнее меня. Все просто привыкли его бояться. Может, Дамблдор и отправил меня к магглам, чтобы я ничего не знал о Волдеморте.

— Может. Ладно, иди, а то Уизли взглядом меня уже почти изничтожил. Еще встретимся.

Подходя к двери дома, Драко улыбался: он мог бы поклясться, что слышал щелчки фотоаппарата.

***

Отец стоял у окна кабинета.

— Они ушли, — оповестил Драко с порога. — Ты хотел запутать Поттера?

— Нет, попридержать его подругу. С ее положением и энергией она сейчас может такого натворить… Кстати, о хороших манерах. Привыкай к фамилии Грейнджер добавлять «мисс» и не думать о ней как о грязнокровке: не приведи Бог, проговоришься.

— Нам что, придется с ней общаться?

— Даже не сомневаюсь в этом, — со вздохом ответил отец. — Запихнуть мисс Грейнджер в канцелярию уже не получится. Но надеюсь, ей будет, что вспомнить в ближайшие полгода, когда речь зайдет о каком-либо проекте. А потом возникнет новая оппозиция, да и я вернусь.

— Оппозиция? Кто посмеет сейчас высказаться против?

Отец повернулся и удивленно посмотрел на Драко:

— Не ожидал такой наивности от своего сына. Если бы меня в такое время выдвинули на пост Министра магии, то я бы уже полтора дня глаз не смыкал, перебирая в памяти всех своих врагов и выбирая наиболее умного и опасного. Эйфория от победы пройдет, а болезни и нужда останутся. Шеклболту не избежать принятия очень непопулярных решений: как минимум, повышения налогов — этот шаг сопровождает каждую войну. Галлеоны, которые сейчас выплеснутся в общество, положат начало инфляции. И угадай, кого будут винить люди?

— То есть, Шеклболта подставили?

Отец некоторое время молчал и ответил, уже сев в кресло:

— Возможно, ему повезло, и это был не слишком дальновидный доброжелатель. А нет, так не обязательно, что это враг: воспользоваться ситуацией мог любой, кто метит на пост министра в будущем, ведь нужен-то всего лишь человек на пару лет для черной работы. Но это ничего не меняет: если противников нет сейчас, то они появятся потом. У нас изменилось правительство — люди остались прежними. А значит, уже сейчас необходимо решать, какого министра мы хотим видеть и будем поддерживать.

— И?..

— Возможно, ныне действующего: Фаджу он нравится, а у Корнелиуса великолепный нюх, — отец отшвырнул утреннюю газету с таким видом, будто не хотел о нее испачкаться. Пролетев через весь стол, она свалилась на пол. — Что бы ни писали обо мне в прессе, я в друзья никому не набиваюсь, даже министрам. Это им нужны такие друзья, как Малфои.
_____________________________

* malum necessarium (лат.) — неизбежное зло.

просмотреть/оставить комментарии [33]
<< Глава 9 К оглавлениюГлава 11 >>
январь 2021  

декабрь 2020  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031

...календарь 2004-2021...
...события фэндома...
...дни рождения...

Запретная секция
Ник:
Пароль:



...регистрация...
...напомнить пароль...

Продолжения
2021.01.18 21:27:23
Дочь зельевара [198] (Гарри Поттер)


2021.01.18 17:55:03
Наперегонки [5] (Гарри Поттер)


2021.01.18 13:15:09
Ноль Овна: Сны Веры Павловны [1] (Оригинальные произведения)


2021.01.18 09:54:54
Наследники Морлы [1] (Оригинальные произведения)


2021.01.16 18:04:53
В качестве подарка [71] (Гарри Поттер)


2021.01.15 22:42:53
Цепи Гименея [1] (Оригинальные произведения, Фэнтези)


2021.01.15 22:23:00
Наши встречи [5] (Неуловимые мстители)


2021.01.15 19:53:24
Вы весь дрожите, Поттер [0] (Гарри Поттер)


2021.01.10 22:54:31
Амулет синигами [118] (Потомки тьмы)


2021.01.10 15:22:24
Книга о настоящем [0] (Оригинальные произведения)


2021.01.09 23:38:51
Без права на ничью [3] (Гарри Поттер)


2021.01.08 13:40:40
Глюки. Возвращение [240] (Оригинальные произведения)


2021.01.04 17:20:33
Гувернантка [1] (Гарри Поттер)


2021.01.04 10:53:08
Своя цена [22] (Гарри Поттер)


2021.01.02 18:24:44
Я только учу(сь)... Часть 1 [62] (Гарри Поттер)


2021.01.01 21:03:38
Ноль Овна: По ту сторону [0] (Оригинальные произведения)


2021.01.01 00:54:52
Её сын [1] (Гарри Поттер, Однажды)


2020.12.26 12:25:17
Возвращение [0] (Сумерки)


2020.12.20 18:26:32
Леди и Бродяга [5] (Гарри Поттер)


2020.12.15 20:01:45
Его последнее желание [6] (Гарри Поттер)


2020.12.13 15:27:03
Истоки волшебства и где они обитают [4] ()


2020.12.10 20:14:35
Змееглоты [10] ()


2020.12.01 12:48:46
Дамблдор [8] (Гарри Поттер)


2020.12.01 12:36:53
Прячься [5] (Гарри Поттер)


2020.11.29 12:40:12
Мой арт... [4] (Ван Хельсинг, Гарри Поттер, Лабиринт, Мастер и Маргарита, Суини Тодд, Демон-парикмахер с Флит-стрит)


HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J.K.Rowling.
SNAPETALES © v 9.0 2004-2021, by KAGERO ©.