Беллатрикс. Часть 1.

Автор: Мария Борджия
Бета:нет
Рейтинг:R
Пейринг:БЛ и ...
Жанр:Drama
Отказ:Все права у мамки Ролинг, а мне, надеюсь, достанется ваша любовь.
Аннотация:slash
Беллатрикс… Что сделало ее такой? «Изверг я, или сам жертва?» (с) Вам решать.
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:до июля 2004 года (последнее обновление: 2004.04.24)
  просмотреть/оставить комментарии


Глава 1.


Мне семь лет. Я тихонько прокралась в зал и слушаю разговоры взрослых, пока Нарси и Регулус бегают друг за другом по коридору как угорелые. Они младше меня всего на год, но наши интересы настолько разняться, что я иной раз просто не знаю, о чем с ними разговаривать. Хорошо, что сегодня они оставили меня в покое. Внезапно кто-то подкрадывается ко мне сзади.
- Мама! Тетя Анж! Она опять подслушивает!
Сириус! Мой кузен, он старше меня на два года. Как же я его ненавижу! Везде сует свой нос!
Оливия Блек, мать Сириуса и Регулуса просит, чтобы я подошла к ней. Это дородная, властного вида женщина средних лет. Из подслушанных разговоров мне уже понятно, что она главная в этом доме, ее муж всегда молчит и во всем уступает ей.
- Что тебя так заинтересовало, девочка?
В ее голосе я не чувствую недовольства, только интерес.
- Вы говорили о чистоте крови. О том, что нельзя позволять грязнокровкам управлять магическим миром, - отчеканиваю я.
Тетя Оливия улыбается. Я вижу, что мой ответ понравился ей.
- Эта девочка стоит двух моих сыновей. Поверь мне, Анж, она еще себя покажет.
Я невольно краснею от этой похвалы. Тетя Оливия редко кого хвалит, даже со своими сыновьями она очень строга. Впрочем, Сириус даже под угрозой наказания дерзит ей. Это очень ее печалит.
- Можешь сесть и слушать, если тебе интересно.
Я тихонько присаживаюсь на стул и начинаю рассматривать сидящих за столом. Альфред Малфой, с его сыном Люциусом помолвлена моя сестра Нарси. Надменный светловолосый мужчина с ледяным взглядом. Теодор Лестрандж, с его старшим сыном Рудольфусом помолвлена я. Мистер Лестрандж никогда не скажет своего мнения, прежде, чем его выскажут все. И потом займет наиболее выгодную позицию. Хорошо, что сегодня он не привел с собой Рабастана, своего младшего сына. Они с Регулусом всегда доводят Нарси до слез и прерывают разговоры старших на самом интересном месте. Макнайер, Нотт, Эйвери, Кребб, Гойл … Про этих я мало что знаю. Впрочем, Кребб и Гойл всегда вторят Альфреду Малфою. В самом углу Петрониус Снейп. Молчаливый замкнутый человек неопрятного вида. Его откровенно недолюбливают. Род Снейпов древний, но обедневший. Как говорит тетя Оливия «из-за чрезмерной гордости и язвительных выпадов в сторону высоких лиц». Странно… От мистера Снейпа я услышала едва ли более двух слов, хотя он исправно посещает такие сборища, как сегодня. Впрочем, вряд ли кто-то бы решился язвить тете Оливии или мистеру Альфреду.
Я с замиранием сердца слушаю речи присутствующих о том, что скоро чистокровных магов, которые веками сохраняли древнее искусство и передавали его из поколения в поколение, вытеснят паршивые грязнокровки, которые уже стали хозяйничать в нашем мире. Более того, из чистокровных магов есть и такие, кто совсем не против этого, наоборот… При этих словах обычно упоминаются фамилии Поттер и Дамблдор. В моей душе поднимается протест: я вовсе не хочу, чтобы грязнокровки наравне со мной обучались искусству магии. Как такое могло прийти кому-то в голову? Ведь неспроста дети чистокровных магов бывают помолвлены с детства! Мама говорила мне, что это делается для того, чтобы у будущего потомства увеличивалась магическая сила. Значит, из-за тех, кто не соблюдает традиции, и гадких грязнокровок…мы скоро выродимся?! Мои щеки горят, я ненавижу этих отступников! Ненавижу грязнокровок! Даже больше, чем моего кузина Сириуса, а его я ненавижу очень сильно.
Тетя Оливия гладит меня по голове.
- Это НАША девочка!
Гости постепенно встают из-за стола: мужчины садятся за карты, женщины отправляются в салон тети Оливии посплетничать. Я все еще нахожусь под впечатлением от услышанного, когда передо мной вырастает Сириус.
- Ну что, наслушалась этих бредней?
Ох, и скажу же я ему сейчас!
- А ты предпочитаешь, чтобы твои дети были грязными маглами? Твоя невеста умерла в младенчестве и тебя еще не помолвили с новой.
- Думаю, я и сам найду себе невесту. А вот на тебя, если бы не твой знатный род, никто и не посмотрел бы, паршивая зануда!
Сейчас я уже не знаю, кого ненавижу больше: грязнокровок или Сириуса. Чаши весов немилосердно склоняются в сторону последнего.
- Я когда-нибудь убью тебя, Сириус.
- Возможно, Беллатрикс.
- Но прежде ты увидишь, как я добьюсь расположения самого величайшего мага столетия, - шепчу я.
Мы стоим так близко друг к другу, что я чувствую дыхание Сируса на своем лице. Он ненавидяще смотрит на меня, но потом вдруг резко заводит мне руки назад и впивается в мои губы.
- Дурак! Увидят же!
- Боишься за свою репутацию?
Я улыбаюсь той улыбкой, которую переняла у мистера Малфоя.
- Нет, просто беспокоюсь, как бы кто-нибудь не увидел, что мой кузен Сириус целуется с занудой из знатного рода, на которую никто не посмотрит.
Сириуса передернуло.
- Очень умно, сестричка, надо отдать тебе должное.
С этими словами он удаляется доводить Нарси и Регулуса. А я почувствовала себя победительницей.

Прошло два года.

- Ох, Анж, меня так беспокоит Сириус! – неодобрительно качает головой тетя Оливия. – Боюсь, что в Хогвардце он свяжется с грязнокровками. Сириус все делает мне назло!
- Не думай, так, Олив, он просто непослушный ребенок и только! Сириус может попасть только в Слизерин или в Равенкло. В Слизерине нет грязнокровок, да и в Равенкло их единицы.
- А если…
- Брось, Олив, в Хаффлпаф ни один Блек не попадал! К тому же Сириус такой смышленый. А уж о Гриффиндоре и говорить нечего: Блеки и Гриффиндор несовместимы.
- Я понимаю, Анж, и все равно боюсь. Какая ты счастливая, у тебя такие послушные дочери! И Белла, и Нарси… Скоро они вырастут, ты выдашь их замуж, и будешь жить спокойно. А я…я буду вечно мучиться! Стюарт мне не помощник, ты знаешь об этом.
- По-моему, Регулус прекрасный ребенок, он очень любит тебя и никогда не огорчит свою мамочку.
- Только на него одна надежда, Анж.
Бедная тетя Оливия! Я отказываюсь понимать Сириуса! Что ему не хватает? Почему он все делает, чтобы досадить матери? За что он так ненавидит свою семью? С этими мыслями я возвращаюсь на детский праздник, устроенный тетей Оливией в честь дня рождения Регулуса. Да-да! Я опять подслушивала. А что еще было делать? Смотреть, как Рабастан и Нарси дерутся из-за серединки торта? Или слушать разговор Люциуса и Рудольфуса о квидише? Увольте, мне это не интересно. Уже подходя к залу, я услышала жуткие крики. Неужели Сириус опять над кем-то издевается?
Так и есть! Посередине зала на полу лежит кто-то, одетый в черную робу. Подойдя ближе, я вижу, что это Северус Снейп, сын Петрониуса Снейпа, худой, некрасивый носатый мальчик, такой же неопрятный, как и его отец. Его сальные черные волосы прилеплены к полу заклинанием. Сириус испытывает свою палочку!
- Всего один кнат и вы можете плюнуть на это ничтожество, - кричит мой кузен.
По лицу Северуса текут злые слезы, он пытается встать, но не может. Никто не собирается платить Сириусу, но все хохочут.
- А вот и кузина Беллатрикс пожаловала! Хочешь плюнуть? Бесплатно?
Мне стало противно.
- Я не магла, чтобы плеваться, - с омерзением в голосе произношу я. – Может, придумаем что-нибудь поинтереснее?
- Что же?
- Круссио.
От моих слов многие побледнели.
- Давай же, Сириус, ты первый, у меня пока нет палочки.
Мой кузен трусит. Молодец, Белла, сумела таки его поставить на место. Вот хлюпик!
- Не можешь? Или боишься? Тогда одолжи мне свою палочку, я покажу, как это делается.
- Белла, не дури, это же непростительное проклятие! – пытается меня отрезвить Рудольфус. Я не подаю вида, но мне всегда как-то неловко с ним. Мой будущий муж…
- Дольф, я не бросаюсь словами. И заканчиваю все, что начинаю. Так как Сириус? Замучим Сопливуса до смерти?
Все цепенеют. А я улыбаюсь. К Снейпу подходит Люциус Малфой и освобождает его от заклятия.
- Вставай, - говорит он. – И пойди умойся.
Снейп, закрывая лицо руками, чтобы никто не видел его рыданий, выбегает из зала.
- Ты совсем спятила, Беллатрикс? За круссио грозит Азкабан! Если…ты даже умеешь, то не стоит это демонстрировать всем, - Люциус старается говорить спокойно, но голос его дрожит. – Рудольфус, ты должен лучше следить за своей невестой.
Сириус куда-то испарился. А я так желала увидеть еще хоть разок его лицо, на котором был ничем не прикрытый страх.
- Ты меня слышишь?
- Люциус, что ты хочешь от меня? Заверения, что я не буду применять круссио к Сопливусу?
- С тобой бесполезно разговаривать! – с этими словами Люциус отошел в сторону.
Рудольфус и я вышли в сад. Мне не слишком комфортно в его обществе, но все же это было лучше, чем выслушивать нотации Люциуса.
- Иногда я просто восхищаюсь тобой, Белла, - тихо говорит Рудольфус. – Ты такая смелая, не то, что остальные девчонки. А это правда?
- Что, правда?
- Ну…что ты знаешь непростительные проклятия?
- Правда, Дольф.
- Откуда?
- Тренировалась на мышах. А палочку взяла из комнаты покойного деда. Там много чего…интересного.
- Но зачем?
- Было интересно, получится ли у меня. Не сразу, но получилось.
Вот привязался! Не понимаю, почему мальчики столь любопытны? Или это потому, что я его будущая жена? Брр… лучше мне об этом не думать.
- А если бы Малфой не прервал все,…ты бы применила круссио?
Я усмехнулась.
- Никогда не бросаю слов на ветер, Дольф. Ты иди, Люциус уже заскучал с Нарси, она ничего не знает про квидиш. А я еще посижу.
Рудольф вздохнул и ушел в дом. Мне уже порядком надоела эта история, и я решила посидеть в тишине одна. Закрыв глаза я облокотилась на спинку скамейки, Но спустя несколько секунд, почувствовала чье-то присутствие. Вернее, не чье-то, а моего дорогого кузена.
- Сириус, уйди, я хочу побыть одна.
- Как, ты уже узнаешь меня с закрытыми глазами?
- Почувствовала одеколон, который ты стащил у отца.
- Зачем ты устроила этот спектакль?
- Тебе не понравилось? Ты же так ненавидишь Сопливуса! Впрочем, значит, считаешь его равным себе.
- Я считаю его грязью, поэтому хотел, чтобы его заплевали. Хотя у вас с ним есть кое-что общее, он тоже без ума от Темных искусств. Но отец ему не дал с собой палочку на вечеринку.
- Издеваться над беззащитным человеком приятно, не так ли, Сириус.
- Только если это Сопливус.
- Меня тошнит от тебя! Ты хуже него, ты ведешь себя как грязный магл, позоришь семью, заставляешь свою мать страдать! – закричала я. – Почему ты не привязал к полу Люциуса или Рудольфуса? Потому, что боишься их? Ты и дня бы не прожил, если бы это был Малфой. Малфои не умеют прощать, да и Лестранджи тоже.
- Остановись, Белла!
- Жалкий трус!
Сириус, тяжело дыша, уставился на меня.
- А ты красивая девочка, - прошептал он. – Твои глаза так горели, когда ты предлагала убить Сопливуса. Я почти влюбился в тебя.
- Мы брат и сестра. У нас одна фамилия, - возразила я.
Мерлин, мне было приятно. Причем гораздо приятней, чем общаться с Рудольфусом. Сириус, нужно отдать ему должное, был очень красивым мальчиком. Было в нем что-то такое…
- Мне наплевать. Если я когда-нибудь захочу, чтобы ты была моей, то ты будешь моей, - сказал он и ушел прочь.

Сириус попал в Гриффиндор. Тетя Оливия на месяц слегла в постель. Это известие просто убило ее. Я иногда прихожу ее навещать, тете Оливии нравиться мое общество.
- Почитай мне, девочка, - просит она.
Я сажусь рядом, достаю огромную старинную книгу и начинаю читать. Мне хочется, чтобы тетя хоть ненадолго отвлеклась от мрачных мыслей, но вскоре она издает глубокий вздох и отворачивается к стене. Ей не хочется, чтобы я видела ее слезы.
- Тетушка, успокойтесь! Сириус просто болван, а может, шляпа ошиблась. Всякое бывает.
- Он написал мне, что сам просил ее об этом. Блек просил чтобы его направили в Гриффиндор!
- Сириус поступил мерзко, но это просто озорство, не больше! – с жаром произношу я.
- Даже Снейп в Слизерине! Подумать только, сын колдовской рвани попал в Слизерин, а мой Сириус в Гриффиндор! – не унимается тетя. – Стыдно людям в глаза смотреть!
- Это Сириусу должно быть стыдно, а не вам!
Тетя Оливия обнимает меня. Первый раз в жизни.
- Если бы ты не была Блек, детка, то я бы не желала Сириусу лучшей жены.
Быть женой Сириуса? Ну уж нет, слава Мерлину, что у нас одна фамилия. Но вслух я говорю:
- Вы всегда можете положиться на меня. Я попробую поговорить с Сириусом. Для нас сейчас главное, чтобы он не сбил с истинного пути Регулуса.
Тетя Оливия долгим взглядом смотрит не меня.
- Иногда мне кажется, что ты гораздо старше, чем на самом деле. Лестранджам повезло, что ты станешь их невесткой.
Я как всегда смущаюсь, но в то же время мне приятны слова тети.
- Рабастан помолвлен с Андромедой, но она настолько болезненна, что я волнуюсь, как бы мой будущий свояк не остался без невесты.
Андромеда, моя кузина, на год младше Нарциссы. Она редко бывает на детских праздниках, потому что все время болеет, и родители уже замучились возить ее по разным целителям.
- Я так хотела, чтобы мои сыновья взяли в себе в жены дочерей Малфоя, но они умерли в младенчестве. Подумать только, у Альфреда было шестеро детей, но в живых остался один Люциус! Сириус и Регулус так и остались без невест. Это моя вина, и чувствую, что последствия не заставят себя ждать, - продолжает причитать тетя Оливия.
Ее слова заставляют меня задуматься. Почему в наших семьях большинство детей умирает в младенчестве? У моей мамы умерло трое мальчиков, моих с Нарси братьев. Тетя Оливия рожала десять раз, но выжили только Сириус и Регулус. У тети Афины родилась одна Андромеда, после целители сказали, что она больше не сможет иметь детей, поэтому она так трясется над своей дочкой. Лестранджи потеряли семь или восемь детей, уже не помню. Поговаривали, что Петрониусу сына родила не жена, а их служанка, правда чистокровная. Потому что жена Петрониуса не может иметь детей.
- Тетя, а почему дети так часто умирают? – решаюсь я задать вопрос тете.
- Деточка, ты затронула одну из самых больших проблем в магическом обществе. Наш круг соблюдает чистоту крови, а многие перестали это делать. В итоге, мы…зачастую совершаем близкородственные браки, просто потому, что нам не на ком женить сыновей и не за кого выдавать замуж дочерей. Везде одни отступники и грязнокровки!
Грязнокровки! Опять грязнокровки! Мое лицо сводит судорога.
- В нашем роду не будет ни одной грязнокровки. Я не допущу, чтобы наш род уподобился тем отступникам, из-за которых…умирают чистокровные дети. Если что…, то я не перед чем не остановлюсь.
Я вижу счастливые слезы в глазах тетушки.
- Вижу, что мне можно не беспокоиться за род Блеков. Ты удивительная девушка, Беллатрикс.

Моя сестра Нарси уже два часа крутиться перед зеркалом, поправляя прическу. Сегодня ее придет навестить Люциус. Платье она выбирала дня три, доведя меня до исступления своими вопросами о том, идет ли оно ей или нет. Нарси просто обожает балы и наряды, я же отношусь совершенно спокойно к этим вещам. Есть ли смысл в них, когда у нас уже есть женихи? Я всегда ношу скромные, но элегантные робы, мои длинные густые черные волосы предпочитаю заплетать в одну толстую косу, так они не мешают.
- Белла, может мне вставить в прическу цветок? – чуть капризным как всегда тоном спрашивает Нарси.
- Если тебе так нравится, то вставь, - пожимаю плечами я.
- Ах, ты ничего не понимаешь!
Мое терпение лопается.
- Боишься, что Люциус не женится на тебе, если ты, не дай Мерлин, вставишь не тот цветок? Успокойся, наши родители уже давно все решили за нас. Даже если Люциуса от тебя будет тошнить, то он выпьет противорвотного зелья и пойдет с тобой к алтарю.
- Почему ты такая злая? Завидуешь мне?
Я смеюсь.
- Тебе? Ты считаешь, что я тебе завидую? Тебе через два года в школу, а ты кроме люмоса ничего не знаешь!
Нарси морщится.
- Для женщины науки не главное. А вот уметь красиво одеться очень важно.
- Что ж, оставайся красивой дурочкой, если тебе это нравится. Только вот не думаю, что Люциусу будет интересно с тобой. Сегодня он придет с Северусом или один?
Я задеваю Нарси за живое. Северус Снейп после того инцидента с плевками и круссио ходит за Люциусом по пятам, как собачонка. Малфой не прогоняет его, по-видимому, это ему нравиться.
- Белла! – робко начинает Нарси.
- Что тебе еще? – мое внутреннее «я» просто ликует. Прямо в точку!
- Могу я попросить тебя? – Нарси каждое слово дается с трудом.
- О чем же ты хочешь попросить свою злую и завистливую сестру? – язвительно говорю я.
- Белла, ты можешь пообщаться с Северусом, пока я буду гулять с Люциусом по саду?
Я морщусь.
- Почему ты решила, что мне будет приятно слушать его шмыганье носом, пока ты будешь говорить глупости Люциусу?
- Белла, я так редко прошу тебя о чем-то! Пойми, Сев такой противный, он не дает мне и слова сказать, они с Люциусом опять будут обсуждать какую-нибудь книгу…
- Тебе не мешало бы хоть иногда читать, Нарси! – назидательно говорю я. – Ну, хорошо, на этот раз я отвлеку Сопливуса, но взамен я порошу у тебя кое-что.
- Попросишь?
- Да. Пожалуйста, не обсуждай со мной свои наряды хотя бы неделю! Поняла?
- Хорошо-хорошо! Только дай мне побыть с Люциусом наедине! – почти вежливо произносит Нарси.
Я вздыхаю с облегчением. Хоть какое-то время не буду обсуждать с сестрой ее наряды и мне, возможно, удастся дочитать книгу о разновидностях пыточных проклятий. Нарси ее даже показывать нельзя, она боится одного упоминания о пытках. А я, напротив, очень заинтересована ими, шестое чувство подсказывает мне, что они пригодятся в будущем.
Часто, я представляю то, о чем читаю. Вот, передо мной отступник, который посмел предать свой род и спутался с маглами. Я направляю на него палочку и посылаю проклятие. Моя жертва корчиться в страшных муках, по его лицу текут слюни, губы искусаны в кровь. Но это меня не останавливает, я посылаю еще одно проклятие, и еще, и еще… Пока моя жертва не испускает последний вздох… Это пока только мысли, в жизни я еще ни разу не применяла пыточных проклятий к человеку. Но я часто задумываюсь, а могла бы я проделывать все это в реальности? Мне всего десять лет, и у меня пока нет ответа на этот вопрос. Но я точно знаю, что тогда на празднике, я бы применила круссио к Сопливусу, если бы Сириус не струсил. Потому что я не бросаю слов на ветер. Тем более, в присутствии моего ненавистного кузена.

Так и есть! Люциус пришел вместе с Северусом, и Нарси смотрит на меня умоляющим взглядом. Я подхожу к ним, и моя сестра небрежно говорит:
- Люциус, пойдем, прогуляемся по саду, я хочу показать тебе мои розы. А Северус пока поговорит с Беллой, думаю, ему будет с ней интересно.
По лицу Снейпа видно, что перспектива общения со мной его отнюдь не радует. Но Люциус уже предлагает руку Нарси и они удаляются в сад. Я чувствую, что выполнила свой «сестринский» долг, но не считаю, что должна развлекать Сопливуса, хотя он сегодня чище обычного и почти не тянет носом, поэтому сажусь на диван и начинаю читать книгу. Сопливус садиться рядом, и начинает смотреть, что я читаю. Меня это бесит.
- Посмотрел? Теперь мне можно продолжить? Если захочешь, то я дам ее тебе, когда дочитаю, - говорю я и отворачиваюсь.
Хлюпанье носом. Мерлин, меня сейчас вырвет!
- Я ее уже читал, - говорит Сопливус. – И у меня много что получилось.
Я резко поворачиваюсь к нему.
- Ты интересуешься пыточными проклятиями? Хочешь замучить Сириуса? А, может, не только его?
- Меня интересуют все запрещенные проклятия, я увлекаюсь Темными искусствами и еще зельями.
Я уже с интересом смотрю на него.
- Откуда такой интерес? Не хочется, чтобы на тебя плевали?
- А у тебя, откуда, такой интерес? Ты же девочка?
Я презрительно смотрю на него.
- Не хочется, чтобы мне об этом часто напоминали в таком контексте. Слово «девочка» из твоих уст прозвучало как «убогая».
- Извини, мне…действительно не хочется, чтобы на меня плевали, к тому же я считаю себя довольно сильным магом, думаю, если буду упорно заниматься, то многого добьюсь. А ты?
- А я считаю, что каждый уважающий себя чистокровный маг должен знать Темные искусства. С помощью них легко избавляться от грязнокровок, - по реакции Сопливуса, я вижу, что он в этом вопросе полностью согласен со мной.
- Ты еще живешь дома, а я уже учусь. И вижу, что грязнокровки уже стали обгонять чистокровных магов по численности. Почти весь Гриффиндор – грязнокровки, Хаффлпаф тоже.
- В Гриффиндоре учиться Сириус, - резонно заметила я. - Значит, там еще есть чистая кровь.
- И еще Джеймс Поттер, его лучший друг, - добавил Сопливус.
- Поттер? Сын отступников лучший друг Сириуса? Только бы тетя Оливия не узнала! Она только стала поправляться, - моему негодованию не было предела.
- Джеймс такой же, как и Сириус, они мои враги, - с ненавистью произнес Сопливус.
- Тоже плюется, как последний магл?
- Нет, он ловко орудует палочкой. Ну, ничего, мы еще посмотрим, кто из нас дольше проживет на этом свете, - зловеще произнес Сопливус.
- Все так серьезно? – изумилась я. – А, впрочем, ты молодец, что налегаешь на Темные искусства. То, что отступник стал твоим врагом вполне в духе нашего общества, надеюсь, ты окажешься более удачливым, нежели он.
Черные глаза Сопливуса теплеют, по-видимому, мое одобрение много значит для него.
- Я…не злюсь на тебя за тот праздник, - произносит он.
- У меня нет причин ненавидеть тебя, Северус, - совершенно искренне говорю я.
К нам подходят Люциус и Нарси. Взгляд Сопливуса просто прикован к Люциусу, что вызывает у меня удивление.
- Надеюсь, вы тут не очень скучали, - со смехом говорит Люциус, и я точно знаю, что эта фраза предназначена Сопливусу. Мне не понятно, в чем тут подвох, но я предпочитаю не задумываться об этом.



Кода мне пришло письмо из Хогварца, я не почувствовала ничего особенного. Возможно потому, что всегда точно знала – меня возьмут. Это, наверное, как отношения с Рудольфусом – все заранее предопределено, и не к чему стремиться. Иногда мне кажется, что вечная вражда с Сириусом приносит в мою жизнь хоть какую-то остроту, благодаря которой я стараюсь двигаться вперед и не стоять на месте. Мое увлечение Темными искусствами началось вследствие этой вражды, я хотела обогнать своего кузена в познаниях магии. Зачастую я думаю, что Нарцисса права, женщине нашего круга никогда не пригодятся науки, но я не могу быть такой как моя сестра. Просто потому что я рождена другой. Не такой, как все. Мне не хочется проводить все свое время в сплетнях с подругами, я вообще предпочитаю общение с мужчинами, они интереснее. Любовные романы меня тоже не прельщают, я нахожу их глупыми и вульгарными. Особенно те из них, в которых девушка из знатного рода влюбляется в простолюдина. Что у них может быть общего? Я не понимаю таких книг. Любить можно только достойного, да и что понимается под этим словом? Никогда не слышала, чтобы мама или тетя Оливия говорили, что они любят своих мужей. Даже Нарси, помешенная на романтической чепухе, говорит, что любит она только себя, в чем я с ней полностью согласна.
Я настояла, чтобы мне разрешили взять палочку деда. Все остальное было куплено родителями без моего участия. Отец сказал мне, что он надеется на мою успешную учебу и примерное поведение. «Никогда не забывай, что ты – Блек, и держись подальше от Сириуса!» - вот и все слова, которые я услышала от него на прощанье. Мать была чуть менее сдержанной, и сказала, что если у меня появятся проблемы личного характера, то я всегда могу написать ей и спросить совета.
На платформе 9 и ¾ я встретила Рудольфуса и Люциуса с Северусом. Рудольфус, казалось, был очень рад видеть меня, и предложил ехать с ними в одном купе. Мне хотелось побыть одной и подумать, но я поняла, что в этом поезде одиночество мне не обеспечено, поэтому я согласилась. К тому же Люциус и Северус были довольно интересные собеседники.
Разговор был в самом разгаре, когда дверь в купе отворилась, и на пороге показался Сириус с каким-то очкариком. За ними стоял парень с медовыми волосами и еще какой-то жуткий уродец. Все они были настолько разные, что у меня невольно возник вопрос: что их может связывать?
- Прячешься от нас, Сопливус? – протянул очкарик. – Малфой закрывает тебя от нас своим телом?
Люциус вынул палочку, направил на очкарика и процедил:
- Еще оно подобное высказывание, Поттер, и ты получишь от меня, как от слизеринского префекта, неделю взысканий у Филча.
- Ладно, Джеймс, мы его еще достанем, - зло произнес Сириус. – Эту грязную сопливую свинью мы еще подвесим…
- Ты выражаешься как последний магл, Сириус, неужели у тебя не осталось ни капли достоинства? – резко сказала я. – Те, кто много говорят, обычно ничего не делают. Впрочем, я уже в этом убедилась на твоем примере.
Очкарик повернулся в мою сторону и спросил у Сириуса:
- Кто эта девочка?
- О! – рассеялся Сириус. – Эта же Белла Блек, моя дорогая кузина – маглоненавистница.
- Беллатрикс Блек, - поправила я недовольным тоном. – И если ты, Сириус, еще не разучился правилам этикета среди маглофилов, то представь меня своим друзьям как полагается.
- Моя кузина Беллатрикс Блек, - с шутливым поклоном произнес Сириус. – А это Джеймс Поттер, мой лучший друг.
- Мне было интересно познакомиться с вами, Джеймс, я много слышала о вашей семье, - многозначительно произнесла я.
- И что же вы слышали? – спросил Джеймс.
- Вы – чистокровный маг?
- Допустим.
- Не допустим, а чистокровный. Как и ваши родители. Однако вы стоите на стороне тех, кто хочет уничтожить наш мир. Задумайтесь, Джеймс, с кем вы, пока не поздно.
Поттер, по-видимому, ждал чего угодно, но только не этого.
- Не думал, Сириус, что у тебя может быть такая сестра. Вы, Беллатрикс, любого парня за пояс заткнете. Но ваш взгляд на мир устарел.
- Для меня он всегда современен, Джеймс, - я чувствовала, что произвела впечатление на этого отступника, который был, однако, очень красив. – А на ваших друзей наложено заклятие немоты?
Джеймс смутился.
- Это Ремус Люпин и Питер Петтигрю.
В Ремусе было нечто, что насторожило меня. Какой-то специфический взгляд…никогда ни у кого такого не видела. Петтигрю был просто уродливым мальчиком и только.
- Белла, тебя можно на минутку, - вдруг сказал Сириус.
- Зачем? – вмешался Рудольфус. – Хочешь, как всегда наговорить гадостей моей невесте?
Джеймс и Ремус удивленно уставились на меня. Первый раз в жизни я поблагодарила Дольфа за излишнюю заботу, по-видимому, то, что у меня есть жених, произвело на мальчиков неизгладимое впечатление.
- Все в порядке, Рудольфус, - сказал я. – Я поговорю с тобой, Сириус, но только без присутствующих.
Друзья Сириуса поспешили удалиться. Я и мой кузен вышли из купе и стали к окну.
- Что ты хочешь, Сириус?
- Белла, почему ты избегаешь меня? - прошептал он.
Мерлин, это было мне приятно!
- Избегаю? – я удивленно пожала плечами. – Наверное, мы растем, и у нас все меньше общих интересов. К тому же мне не нравятся твои недавно появившиеся маглские замашки.
- Белла, ты специально не появлялась в доме моей матери, когда я был там!
- Это пустой разговор, Сириус. Что ты хочешь от меня?
- Я… ты прекрасно знаешь мое отношение к тебе, Белла.
- Мы брат и сестра. У меня есть Рудольфус, а ты…найдешь какую-нибудь самую последнюю грязнокровку, чтобы окончательно убить тетю Оливию! Ты ведь думаешь только о себе!
- Мне нужна только ты, Белла. И когда-нибудь…я добьюсь тебя.
- Что? – моему возмущению не было предела. – Да ты хоть понимаешь, что говоришь?
- Слишком хорошо понимаю, Белла, - Сириус безоружно улыбнулся. – Тебе понравился Джеймс?
- Как ты смеешь спрашивать меня об этом?
- Знаю, что понравился. Я увидел то, что Рудольфус не будет видеть…даже, когда станет твоим мужем.
- Ты Рудольфусу и в подметки не годишься. Он никогда не расстраивает свою мать!
- Святой Рудольфус! – усмехнулся Сириус. – Впрочем, тебе нужен как раз такой муж.
Я вошла в купе, резко хлопнув дверью.
- Он тебе говорил что-нибудь плохое? – поинтересовался Дольф.
- Да нет, как всегда спорили о семейных делах. Я стыдила его за обращение с матерью, - спокойно ответила я.
Шляпа отослала меня в Слизерин. Я села между Рудольфусом и Люциусом за зеленый стол и стала слушать речь директора Дамблдора. Он мне не понравилось, мне показалось, что у него не все дома. Впрочем, все чистокровные маги, нюхающиеся с маглами, немного не в себе.




Глава 2.

Смешно сказать, но до школы я ни разу не сталкивалась с грязнокровками, хотя и ненавидела их всей душой. Однако прошло совсем немного времени, и я научилась сразу выделять их из толпы учеников Хогвардца. Они были какие-то…более раскованные что-ли… Менее манерные, искренне веселые или грустные, имеющие огромное желание овладеть магией в совершенстве. Эта тяга, к сожалению, у них была гораздо сильнее, чем у иных детей из древних колдовских семей. Смотря на них, я часто думала, что мне не раз придется краснеть за Нарси. Поэтому старалась учить уроки с двойным усердием, хотя и так была подготовлена гораздо лучше, чем многие ученики.
Моими любимыми уроками стали Заклинания и Трансфигурация, последняя потому, что она трудно мне давалась поначалу. К Зельям и Травологии я относилась спокойно, История магии нагоняла на меня сон, впрочем, в этом была целиком вина профессора Бинса. Защита от темных искусств…этот предмет вызывал у меня усмешку, потому что его вел профессор Дамблдор. Его неприязнь к черной магии изумляла меня, ведь несмотря ни на что это было высшая степень магического искусства. Значит, я так и не продвинусь дальше грязнокровок, которые изучают магию меньше года?
Нужно было, во что бы то ни стало получить допуск в Запретную секцию библиотеки. Но кто даст его мне, первогодке? Я уже почти отчаялась продолжать свои самостоятельные занятия, когда вдруг мне на ум пришло: Сириус! Он и его дружки наверняка знают много того, что не положено знать ученикам. Неспроста их называли Мародерами. Но…просить его? После долгих колебаний, я все же решилась на это.
Когда все стали расходиться после ужина, я тихо окликнула его:
- Сириус!
Он повернулся и с удивлением посмотрел на меня.
- Ты звала меня, Белла?
- Мы можем поговорить там, где нас никто не видит? – шепотом произнесла я.
- Раз ты этого хочешь,… приходи к статуе одноглазой ведьмы сегодня после отбоя.
- А раньше нельзя? – мне было неприятно, потому что это выглядело как свидание.
- Нет. Если у тебя действительно…важное дело, то ты придешь. А оно, по-видимому, действительно важное, иначе ты бы никогда не заговорила со мной первая.
Ну что тут поделать! Сириус, он и есть Сириус!
- Хорошо, - сказала я. – Только…ты не притащишь с собой Джеймса, надеюсь?
- Не беспокойся, сестренка, есть вещи, которые его никогда не будут касаться.
Мерлин, он и правда думает, что я пригласила его на свидание!
- Я приду, - небрежно бросила я и удалилась.
Поздно вечером, после того, как мои соседки по комнате заснули, я накинула на ночную рубашку мантию и осторожно выскользнула за дверь. Хорошо, что место свидания было недалеко. Когда я пришла, Сириус уже был на месте.
- Ты все-таки пришла!
- Я никогда не бросаю слов на ветер, братик, - делая ударение на последнем слове, произнесла я. – Мне нужна твоя помощь. Ты не знаешь, как можно пробраться в Запретную секцию?
Сириус усмехнулся.
- А я-то подумал… Что ж, сестренка, у меня есть то, что тебе нужно.
- А если точнее?
- Я покажу тебе потайной вход, ведущий прямо в запретную секцию, минуя общий отдел.
- Годиться, - я пристально посмотрела на Сириуса. – И когда ты мне покажешь его?
- Следующей ночью. Но я не так бескорыстен, как тебе могло показаться.
Ну что ж я ожидала услышать нечто подобное.
- И каковы твои условия?
В ночной тишине я услышала, что дыхание Сириуса стало прерывистым.
- Два поцелуя. Один сейчас, второй завтра, когда ты все узнаешь.
Я могла просто возмутиться, если бы чувствовала, что мой кузен хочет надо мной поиздеваться, но в данном случае он говорил совершенно серьезно. Даже волнуясь, что на него было непохоже.
- Сириус, когда ты это прекратишь,… когда поймешь, что я твоя сестра?
- Ты прекрасно знаешь, что я отношусь к тебе не как к сестре, Белла!
Мерлин, только этого мне не хватало! Чтобы хоть немного отрезвить его, я решила съязвить:
- Да я лучше Снейпа поцелую, чем тебя!
Сириус как-то странно усмехнулся.
- Увы, дорогая, Снейп никогда не захочет с тобой целоваться. У него другие…интересы.
Мне в данный момент был совершенно безразличен Снейп, а уж тем более его интересы. Я не знала, как мне поступить. С одной стороны, мне нужно было узнать потайной ход в Запретную секцию, с другой стороны… Сириус. Мерлин, если бы он просто смеялся! Я сделала над собой усилие, и поцеловала его в щеку.
- Так ты будешь целовать Снейпа, дорогая, - с этими словами Сириус притянул меня к себе и впился в мои губы. Это было не так как в детстве, и я почувствовала, что мне начинает нравиться целоваться с ним. Было сложно изображать равнодушие, и, кажется, у меня не получилось его изобразить. Вернее получилось неубедительно.
- А ты, оказывается, не такая ледышка, как может показаться на первый взгляд, - переведя дыхание, сказал Сириус.
- Завтра я хочу узнать потайной ход, - стальным голосом произнесла я. Сириус все еще держал меня в своих руках и, по-видимому, не хотел отпускать.
- Разумеется, после выполнение второй части нашего контракта, вернее, после второго поцелуя, я покажу тебе его. Мерлин, у тебя такие красивые волосы! Почему ты всегда заплетаешь их в косу? Первый раз вижу тебя с распущенными волосами.
- Потому, что мне так удобнее, - я резко вырвалась из объятий Сириуса. – И не думай, что я их распустила для тебя, просто приготовилась ко сну.
- Рудольфус…
- …ни одного слова о моем женихе! Мне пора. Спокойной ночи, Сириус!
- Спокойной ночи, Белла!
Мы разошлись каждый в свою спальню, не оглянувшись. По крайней мере, я не оглядывалась.
Весь следующий день, я только и думала о предстоящем ночном походе и…о поцелуе. За ужином я краем глаза поглядывала на гриффиндорский стол. Сириус весело болтал с Джеймсом, но его взгляд был обращен в сторону слизеринского стола. Он смотрел на меня. Один раз наши взгляды встретились, это было как разряд молнии. Мое сердце громко стучало, хотя разум говорил, что я не должна воспринимать всерьез такие глупости, как поцелуи Сириуса.
- Ты, почему сегодня такая тихая? – спросил Люциус. – Обычно ты всегда поддерживаешь разговор.
- Что? – я словно вышла из какого-то транса. – Что ты сказал, Люциус?
- Ты слишком много занимаешься, Белла. По-моему тебе следует отдохнуть, - заботливо произнес Рудольфус.
- Наверное, я так и сделаю, - машинально произнесла я. – Лягу пораньше спать.
- Эй, Сопливус, ты опять не моешь голову? Не боишься, что Люциус испачкается, прикоснувшись к тебе? – крикнул Джеймс.
- Двадцать баллов с Гриффиндора, Поттер, - ледяным тоном произнес Розье, слизеринский староста. – Держи свое мнение при себе.
Джеймса Поттера вовсе не расстроило, что его факультет потерял баллы. Он презрительно усмехнулся и стал играть сничем. Я мысленно поблагодарила Поттера за невольно оказанную услугу, теперь все внимание было обращено на него и Снейпа, который сидел мертвенно бледный с дрожащими губами.
После отбоя я вновь пришла к статуе одноглазой ведьмы.
- Веди! – резко сказала я Сириусу, уже ждавшему меня, как и вчера.
- Сначала поцелуй.
- Ну, уж, нет - рассердилась я. – Сначала я хочу удостовериться, что ты не обманул меня.
- А если ты обманешь меня?
- Никто никогда не мог обвинить Беллатрикс Блек во лжи! В отличие от тебя, Сириус, ты всегда врал матери.
- Ну ладно, моя правильная сестренка, - прошептал Сириус. – Пошли!
Я никогда не думала, что Сириус так хорошо знает замок. Даже если учесть, что он учился уже третий год, это было…подозрительно. Но я решила не задавать лишних вопросов.
- Вот мы и пришли. Дотронься палочкой до этих трех камней!
Я сделала так, как сказал Сириус. Неожиданно стена задвигалась, и камни расступились. Передо мной был вход в запретную секцию, минуя общий отдел.
- Он всегда открывается? – спросила я Сириуса.
- Только по нечетным дням месяца, поэтому я вчера не повел тебя сюда. А ты умная, сестренка!
- Спасибо, я знаю это!
- Ход закрывается, как только ты войдешь туда. На обратной стороне те же три камня, чтобы выйти обратно.
Между нами повисла тягостная тишина.
- Теперь поцелуй меня, сестренка.
Мерлин, ну зачем он меня сейчас так назвал!
- Вчера ты сказал, что мои поцелуи могут быть интересны только Снейпу, так что целуй меня сам, если хочешь.
- Э, нет, Белла, я хочу, чтобы ты поцеловала меня сама. Причем так, как я тебя вчера. Или ты…не держишь слово?
Мерлин Всемогущий! Я приблизилась к Сириусу и испытывающе посмотрела в его глаза. Они были такие красивые и…зовущие к себе. «Белла!» - прошептал Сириус. Я положила ему руки на плечи и притронулась к его губам своими, сначала несмело, но потом какой-то вихрь вскружил мне голову, и я, сама того не желая, стала горячо целовать своего брата. Сквозь какую-то пелену я почувствовала, что его руки обняли меня за талию, и у меня не было сил скинуть их.
Когда я очнулась, Сириус улыбнулся мне и прошептал:
- Я всегда знал, что ты неравнодушна ко мне, Белла!
Мерлин, что я натворила! Моему гневу не было границ.
- Я ненавижу, тебя, Сириус, ненавижу!
- Ты любишь меня, Белла, просто не хочешь себе в этом признаться.
- Тебе нужно лечиться! Я твоя сестра, и даже если у меня не было жениха, мы не могли бы…
- Разве сердцу прикажешь, Белла?
- У человека есть еще и разум! Ты безумен, Сириус, и хочешь втравить в свое безумие и меня.
- Сегодня был лучший день в моей жизни, благодаря тебе, Белла! А сейчас я провожу тебя…одной потайной дорогой к подземельям Слизерина.
- Я в этом не нуждаюсь!
- Мы там будем минуты через три. Ты же не хочешь, чтобы тебя хватились?
Ну что тут будешь делать! Я, разумеется, не хотела, чтобы в Слизерине узнали о моих похождениях. Когда мы подошли к спальне, Сириус резко обнял меня и посмотрел мне в глаза.
- Немедленно отпусти!
- Спокойной ночи, Белла! – сказал Сириус, и, отпустив меня, ушел восвояси.
Я не помню, как разделась и легла спать. Но еще много ночей подряд мне снился Сириус, хотя теперь он стал избегать меня, чему я была искренне рада. Впрочем, иногда я ощущала на себе его взгляд, но может быть, мне это только казалось?

Теперь у меня был доступ в Запретную секцию, и в то время, когда библиотека была закрыта, и точно известно, что меня не хватятся, я проводила за чтением книг по Черной магии. Сначала это был для меня темный лес, но постепенно, шаг за шагом я осваивала его. Составляя список литературы, необходимой для освоения на этот год, я понимала, что исключаю из своей жизни большинство развлечений. Но моя цель – превзойти грязнокровок в искусстве магии, была для меня важнее забав.
Квидишем я не очень интересовалась, хотя всегда болела за свой факультет. Вот и сегодня, мне пришлось прийти на матч, Слизерин играл с Гриффиндором. Это была борьба не на жизнь, а на смерть. Ловцом Гриффиндора был Джеймс Поттер, лучший друг Сириуса. Он превосходно играл, и знал это. Джеймс был чем-то похож на Сириуса, но гораздо холоднее и расчетливее. Его шалости были подчас безжалостными, но он никогда не переходил границу, зная, что это не сойдет ему с рук. Я считала, что Слизерин много потерял, оттого, что Поттер попал в Гриффиндор, маглофильство было единственной чертой, отличающей Джеймса от настоящего слизеринца. Может, в этом виноваты его родители, воспитавшие сына в неправильном духе? Ловцом Слизерина был Люциус Малфой, жених моей сестры Нарси, к сожалению, уступающий Поттеру в искусстве ловца. Люциус много тренировался, но у Поттера был врожденный талант.
Я села на одно из свободных мест и углубилась в чтение своих конспектов. Матч еще не начался, когда я услышала над собой голос Северуса:
- Можно мне сесть рядом?
- Места мною не куплены, - мне было странно отвечать на такой вопрос, а тем более, заданный Снейпом. – Если хочешь, садись.
- Спасибо, - сквозь зубы произнес Северус. – Даже здесь продолжаешь зубрить? Странная ты девочка, Белла.
- Хочешь, я потренируюсь на тебе в том, что изучаю? Уверяю, это будет похуже чем издевательства Сириуса и Поттера вместе взятых. Хочешь? Нет? Тогда лучше помолчи! – огрызнулась я.
- Ты продолжаешь изучать Черную Магию? – шепотом произнес Северус.
- А ты думал, что брошу? – усмехнулась я. – Увы, ЗОТС, меня не устраивает, это для грязнокровок. Впрочем, сомневаюсь, что знания, полученные на уроках Дамблдора, их спасут…при встрече со мной.
Снейп ничего не ответил. Игроки стали вылетать на поле. Прозвучал свисток, и матч начался. Я закрыла тетрадь и стала следить за ходом игры. Снитча пока было не видно, и Поттер выписывал в воздухе немыслимые фигуры, чтобы привлечь к себе внимание девчонок, а, может, для того, чтобы отвлечь противника. Люциус никогда не делал лишних движений, его почти белые длинные волосы развивались на ветру, голова была поднята вверх, по-видимому, он пытался сначала разглядеть снитч, а потом лететь за ним. Случайно мой взгляд упал на сидящего рядом Северуса. Мерлин, я никогда не видела его таким! Черные глаза, в который обычно была откровенная неприязнь или в лучшем случае пустота, светились каким-то неземным светом. Лицо было спокойным и умиротворенным, он даже чуть улыбался. На какое-то мгновение, мне показалось, что Снейп стал даже более привлекательным внешне, чем обычно. По крайней мере, его волосы были чистыми, роба, хоть как всегда черной, но аккуратной и отглаженной. В моей душе было какое-то замешательство, я не понимала, что могло вызывать в нем такую перемну. Следя за Северусом в течение получаса, мне показалось, что он смотрит только в сторону Люциуса. Я знала, что с Малфоем они дружат с того самого праздника, когда я чуть было, не наложила на Снейпа круссио. Нарси мне жаловалась, что Северус мешает ей бывать с Люциусом наедине, что с ним ее жениху интереснее разговаривать, чем с ней. Все это было понятно, учитывая, что с Северусом мало кто хотел дружить, он наверняка очень дорожил дружбой с Люциусом. Но…такое обожание, да еще от кого, от Северуса Снейпа, самого язвительного и саркастичного подростка Слизерина? Мыть ради Люциуса голову, даже если последний - редкостный чистюля? Я терялась в догадках, увиденное не укладывалось в моей голове.
Страсти накалялись. Поттер увидел снитч, и Люциус последовал за ним. Нет, Поттер обманул, и резко рванув в совершенно противоположную сторону, он…он сбил Люциуса с метлы! Трибуны взревели! А Джеймс спокойно поймав снитч, приземлился победителем. Гриффиндор ликовал.
Северус молниеносно сорвался с места, отдавив мне обе ноги.
- Осторожнее, Снейп, - зашипела на него я, и сама не знаю зачем, последовала за ним.
- Люциус! Люциус! Люциус! – шептал Северус, в его глазах было какое-то безумие, как будто рухнул мир.
Я уже была не в состоянии анализировать ситуацию, но мне было ясно понятно одно – жених моей сестры попал в беду, а его ненормальный друг сейчас опять даст повод гриффиндорцем издеваться над собой и позорить Слизерин. Поэтому я решила, что должна держать ситуацию под контролем.
- Белла! – передо мной вырос Рудольфус.
- Ты вовремя! – искренне сказала я.
- Люциуса уже отнесли в лазарет. Идемте туда. Северус, что с тобой?
- Сейчас не время для светской беседы. Нам нужно срочно узнать, насколько серьезны травмы у Люциуса.
Я терпеть не могла запах больницы: лечебные зелья и снадобья вызывали у меня тошноту. Хорошо, что я была здоровой девочкой и редко попадала сюда.
- Что с ним, мадам Помфри? – дрожащим голосом спросил Северус. – Мне…можно увидеть его?
- Успокойтесь, травмы у него тяжелые, но неопасные для жизни. Хотя ему придется недели две провести здесь.
- Пожалуйста, дайте мне увидеть его! – взмолился Снейп.
Мадам Помфри была озадачена, а я была жутко зла на Северуса. Неужели его не научили сдерживать свои чувства при посторонних?
- Снейп, на два слова, - ледяным тоном сказала я. – Рудольфус, иди, я сейчас приду.
- Хорошо, я жду тебя.
Мы с Северусом остались одни в холле.
- Мерлин, что ты себе позволяешь? Тебя совершенно справедливо называют Сопливусом, сопли распускать ты горазд! – набросилась я на него. – Если тебе хочется увидеть Люциуса, нужно об этом спокойно попросить, а не устраивать истерику! Мадам Помфри сказала, что травмы его неопасные. Стыдись, ты же слизеринец!
- Тебе не понять, Белла! – угрюмо произнес Снейп. – Никогда не понять, что значит Люциус для меня.
- Я понимаю, он твой лучший друг, и ты боишься за него. Я боюсь не меньше тебя, Люциус жених моей сестры, но держу себя в руках, - возразила я.
Со Снейпом происходило что-то непонятное.
- Я хочу…увидеть его.
- Только со мной. И не хнычь! – ледяным тоном произнесла я.
Мадам Помфри пропустила нас, и мы подошли к кровати, на которой лежал Люциус. Он был в забытьи, его лицо и без того бледное, было просто восковым.
- Я дала ему снотворное, - сказала мадам Помфри. – Он будет спать до утра.
С этими словами она удалилась.
Северус взял руку Люциуса, прижал ее к своей щеке, а потом…поцеловал ее. Видимо он хотел сделать что-то еще, но вдруг понял, что я смотрю на него.
- Белла! Пообещай, что никому не расскажешь, - прошептал Снейп.
- Хорошо, но я не понимаю тебя, - как можно более равнодушно произнесла я.
- И не поймешь, - опустив голову, произнес Снейп.
Стоп! Сзади на нас кто-то смотрел! Оглядевшись, я увидела на дальней кровати…Ремуса Люпина, он часто бывал в лазарете, потому что постоянно болел. Его непонятный взгляд просто-таки сверлил Северуса. Повинуясь какому-то внутреннему порыву, я подошла к нему и прошептала.
- Ну, что наложить на тебя заклятие забвения?
- Ты…первогодка, не сможешь, - прошептал Ремус.
- Проверим?
- Н…нет, - Ремус не на шутку перепугался, когда я достала волшебную палочку.
- Ты не скажешь своим дружкам, а особенно Джеймсу об увиденном здесь?
- Не расскажу! – Ремус вздохнул. – Я не согласен с ними насчет Снейпа…ну, что его нужно травить.
- Превосходно, - прошипела я. – Значит, ты ничего не видел, так?
Ремус кивнул.
- Пошли, Северус, нас уже заждались, - делая ударение на последнее слово, произнесла я. – Люциусу нужно отдыхать.
Снейп беспрекословно повиновался. Я шла рядом с ним и думала, неужели у мальчиков бывает такая крепкая дружба? Девчонки вообще у меня не вызывали доверия, и я не хотела с ними дружить. Значит, у мальчиков все по-другому?

Однажды, когда я, тайком пробравшись в Запретную секцию, сидела и конспектировала очередную книгу, кто-то положил руку на мое плечо. Сознание, что здесь никого не должно быть пришло только спустя несколько секунд, до того я была увлечена изучаемым. Резко подняв голову, я увидела профессора Дамблдора.
- Тебе не нужно увлекаться этим, Белла, - ласково сказал он. – Я считаю, что изучение Черной магии может повредить почти каждому,…а особенно такой умной девочке, как ты.
В моей голове была только одна мысль: какое наказание мне придумает этот старый маглофил. Разумеется, напишет родителям…, впрочем, мама меня поддержит, когда узнает, что я изучала Черную магию. Тетя Оливия будет просто в восторге. Но…со Слизерина же снимут кучу баллов! Из-за меня! До сих пор я всегда приносила баллы своему факультету и гордилась этим. А теперь…Гриффиндор, факультет грязнокровок и маглофилов, будет первым по баллам в конце года! Сколько директор намерен с меня снять? Баллов двести? Ужас!
Что делать? Что же делать? Извиниться? Сказать, что это простое любопытство? «Стыдись, Белла! Ты сочла себя достойной изучения Черной магии, этого тончайшего из магических искусств, а теперь собираешься извиняться перед маглофилом? Уж лучше бы ты тогда вертелась перед зеркалом и придумывала себе наряды, как Нарси», - жестко сказал мне внутренний голос.
- Я изучаю магическое искусство самостоятельно, потому что программа Хогвардца слишком проста для меня, - делая ударение на слове «проста», произнесла я.
- Для меня не секрет, что тебе интересна именно Черная магия. Почему? – не менее ласково спросил меня Дамблдор.
- Потому что она дает силу…и власть. Разве удивительно, что девушка из семейства Блек хочет овладевать высшим магическим искусством, а не оставаться на уровне тех, … кто узнал о магии менее года назад?
- Девушки из древних семей редко проявляют такой интерес к учебе, - заметил директор.
- Они глупы, - резко сказала я. – Но это не значит, что мне стоит смириться с тем, что маглорожденные на их фоне считают себя лучше, чем те, кому искусство магии принадлежит по праву.
- Пока в Хогвардце есть только две девочки, которые, как мне кажется, обладают действительно очень большой способностью к магии. Это ты и Лили Эванс.
- Как вы можете сравнивать меня с этой грязнокровкой! У нее в семье вообще не было ни одного мага! – эти слова вырвались у меня сами собой.
- Твоя ненависть к маглорожденным столь велика? – мне показалось, что Дамблдор испугался.
- А также к полукровкам и отступникам, - ледяным тоном добавила я. - Как и у каждого чистокровного мага, имеющего хоть каплю разума. Вы знаете, что все мои братья умерли, …потому что мои мать с отцом дальние, но кузены? А сколько было братьев и сестер у Люциуса? Невеста Регулуса умерла в младенчестве! Все это происходит потому, что…
- Я уверен, что у Лили Эванс будут здоровые дети, потому что, как ты уже правильно сказала, среди тех, кто не придерживается слепо чистоты крови, меньше вероятность того, что брак будет кровосмесительным.
- Если…они у нее будут, - чуть слышно прошептала я. – Она же не будет знать тонкое искусство наравне,… ну скажем со мной, а вдруг на пути ей встретиться маг, которому вовсе не нравиться, что она пришла в его мир?
- Мне тяжело слышать такие слова от тебя, Белла, - с грустью произнес Дамблдор. – И страшно. Я могу тебе посоветовать только,…не практиковать то, что ты все равно будешь изучать…
- Каким будет мое наказание? – дерзко произнесла я, почувствовав, что выиграла этот раунд.
- Я, разумеется, закрою тот вход, который ты узнала. Этого будет достаточно. Но, - директор набрал побольше воздуха в легкие, – боюсь, ты сама накажешь себя, Белла.
- Не волнуйтесь за меня, профессор Дамблдор, - саркастически произнесла я. – Я никогда не совершу поступок, который будет недостоин той, что носит фамилию Блек.
Дамблдор вздохнул.
- Это больше всего пугает меня, Белла.

Вернувшись к себе в комнату, я целую ночь лежала без сна, ломая голову над вопросом, почему директор не наказал меня. И вдруг меня осенило: он же не спросил, кто помог мне найти тайный вход в Запретную секцию! Хотя этот вопрос по идее должен был быть первым! Ведь ясно, что первогодка не могла так хорошо знать Хогвардц. Сириус! Гриффиндорцы! Старый болван догадался и не стал впутывать в дело свой любимый факультет! Я про себя усмехнулась, до чего же люди боятся огласки! И еще больше почувствовала свое превосходство над этим отвратительным маглофилом Дамблдором. «Нужно будет раздобыть необходимые книги. Нельзя бросать заниматься», - подумала я. – «Напишу тете Оливии, она наверняка поможет.»

Мои дни в Хогвардце в первые два года обучения протекали довольно однообразно. Я была всецело поглощена учебой, и стала первой ученицей в Слизерине. Сторонясь девчонок, мне, однако, было довольно приятно проводить время с Рудольфусом и его друзьями. Рудольфус постепенно становился неотъемлемой частью моей жизни, хотя никаких чувств, кроме дружеских, я к нему не испытывала. Мы редко целовались, и то, если только он очень настаивал.
Сириус предпочитал держаться от меня в стороне, хотя по его глазам было видно, что отдались я от кампании моего жениха, он снова начнет ко мне подбираться. Сириус, и особенно Джеймс, по-прежнему всячески доставали Снейпа, но последний поднаторел в темных искусствах и постепенно становился довольно опасным, так что они теперь нападали на него неожиданно, стараясь прежде выбить из рук палочку.
Среди остальных факультетов я делила пальму первенства с Лили Эванс, ненавистной мне грязнокровкой, по которой сох Джеймс Поттер. Может, поэтому я стала за собой замечать, что невольно слежу за ним взглядом. В Джеймсе красота сочеталась с откровенной жестокостью, это не могло не привлечь меня. Сириус сильно уступал Джеймсу. Я не могла понять, что Поттер нашел в этой Эванс, если бы на ее месте была чистокровная девушка, то я бы еще смирилась, но грязнокровка… Я терялась в догадках и злилась.

Когда я перешла на третий курс, нас с Нарси отправили погостить в поместье Малфоев (дядя Альфред был кузеном тети Оливии). Жена дяди Альфреда уехала лечиться на воды, и вероятно, ему было очень скучно. Счастье моей сестры было недолгим, так как вскоре туда прибыл еще и Северус, у которого в отличие от нее, был интеллект, и Люциус предпочитал, как и раньше проводить большую часть времени с ним. Так что для Нарси пришлось срочно вызвать Регулуса, чтобы она не скучала. Регулус был ее ровесник, к тому же такой же инфантильный, как и сама Нарси. Ох, как мне были понятны страхи тети Оливии за сына!
Я, как обычно, читала где-нибудь в беседке, и весьма неплохо проводила время. Шла уже вторая неделя, как мы гостили в поместье Малфоев.
- Ты так не похожа на свою сестру, - сказал мне как-то дядя Альфред, когда я сидела в тени, пока все остальные загорали возле бассейна.
Я подняла на его глаза и улыбнулась.
- Моя сестра ваша будущая невестка.
- Люциусу будет с ней тяжело,… ох, как я его понимаю. Хотя нет, кое в чем не понимаю.
- Вы говорите загадками, дядя Альфред, - рассмеялась я.
- Можно попросить называть меня просто Альфред? – вдруг сказал он. – Я не так уж стар, а…тебе можно дать и все пятнадцать.
Я покраснела.
- Конечно…Альфред.
Мерлин, он и правда был еще не стар. Очень красив, даже красивее Люциуса. Высокий, стройный с длинными белыми волосами и серыми ледяными глазами.
- Тебе так нравится читать? – спросил он.
- Мне нравиться изучать магию,… Альфред. Высшее искусство.
- Ты имеешь в виду Черную магию? – напрямую спросил он.
- Да, - чуть слышно произнесла я.
Альфред улыбнулся.
- Я могу показать тебе кое-что,…если тебе интересно, конечно.
- О да! – я почувствовала, что мои щеки порозовели.

Альфред был превосходным учителем, он так много знал и умел, что я была просто в восторге от наших уроков. А однажды… Мы уже закончили заниматься, когда Альфред вдруг провел своей безупречной рукой с длинными красивыми пальцами по моим волосам.
- Ты так красива, Белла. Даже сама не знаешь как.
- Спасибо… - я почувствовала, что у меня сел голос.
- Но ты боишься…боишься этого, как и любая нормальная девушка. Я могу научить тебя…не бояться.
У меня язык прилип к небу. Что это значит?
- Я могу научить тебя не только искусству магии, но и искусству любви. Поверь, это не менее интересно…и, к тому же, приятно. Позволишь?
- Я…я…
- Разумеется, лишить тебя девственности может какой-нибудь смазливый старшекурсник. Но вряд ли это будет для тебя удовольствие, просто почувствуешь себя уже взрослой и только. Ты достойна лучшего, Белла, - с этими словами Альфред притянул меня к себе и стал целовать в губы.
Мерлин, это было действительно гораздо приятнее, чем с Рудольфусом или с Сириусом. Рудольфус всегда смущался, ну а Сириус…Сиирус хотел урвать запретное. Альфред же старался доставить мне удовольствие, при этом сам получал его. Так неторопливо, так…сладко. Он совсем не давил на меня.
- Я зайду так далеко, как ты захочешь. Не хочу, чтобы ты дрожала, подчинялась. Хочу, чтобы просила еще! – прошептал мне Альфред.
Мне хотелось кричать, а не просить! Это была уже не я, это была какая-то совсем иная Белла, просыпающаяся ото сна. Я обняла Альфреда и вернула ему поцелуй.
- Я хочу еще, - заплетающимся от вожделения языком произнесла я.
Альфред взял меня на руки и понес в спальню.
- Я сразу понял, что под этой почти детской серьезностью скрывается страстная женщина, - нежно произнес он, кладя меня на кровать.

Это было лучшее лето в моей жизни. Я не влюбилась в Альфреда, а он не влюбился в меня, но нам было так хорошо и интересно вдвоем. Мы не прекратили уроков магии, но каждую ночь Альфред обучал меня искусству любви. Я вскоре поняла, что даже имею какую-то власть над своим учителем, что буквально пьянило меня.
- Я провел восхитительное лето благодаря тебе, Белла, - сказал Альфред и протянул мне маленькую коробочку.
- Что это? - тихо спросил я.
- Так…небольшой подарок, - дрожащим голосом произнес Альфред. – В память о…наших… в память о нас.
О «нас»? Я ничего не могла понять. В коробочке был чудесный медальон.
- Спасибо, Альфред. Мне было очень хорошо с тобой…так хорошо, как никогда… Я буду носить его, - с этими словами я поцеловала Альфреда.
- Ты забудешь меня… Если бы не моя жена… я бы не задумываясь… - Альфред умолк.
О чем он говорит? Как это понимать?
- Я все понимаю, Белла, Рудольфус…обручение. Не сочти меня предвзятым, но мне кажется, тебе было бы лучше с кем-нибудь кто постарше… на много старше тебя. С человеком моего возраста.

- Да что с тобой случилось, Белла! – Нарси пристально посмотрела на меня. – Ты изменилась на глазах.
- Я просто расту. Неужели ты настолько тупа, что тебе даже это нужно объяснять? – огрызнулась я.
- Ох, уж этот Северус! – Нарси перевела разговор на другую тему. – Все время вертелся между мной и Люциусом. Говорил, говорил…
- Прочти пару книг, может, тогда тоже сможешь поговорить, - ох, и злила она меня своими жалобами.
На моей шее навсегда поселился медальон Альфреда. Когда Рудольфус спросил меня, откуда он, я соврала, что это дедушкин подарок бабушке на обручение.



Глава 3.

В этом году у Люциуса, Северуса, Сириуса, Рудольфуса и многих других должен был состояться экзамен на СОВУ. Разговоры о нем вытеснили даже разговоры о квидише, и постепенно я стала к ним прислушиваться, хотя у меня еще было два года в запасе. Говорилось о том, что экзамен значительно усложнят по сравнению с предыдущими годами, и тем, кто получит низкие баллы, возможно, придется покинуть Хогвардц, так как их не возьмут на ТРИТОН. У меня, в отличие от многих других, не было страха перед экзаменами, я считала ниже своего достоинства приходить на них, зная материал ниже «Сверх Ожиданий». А вот Сириус меня беспокоил, в последнее время он почти забросил учебу, занимаясь какими-то подозрительными делами со своими дружками. Тетя Оливия уже была прикована к постели, врачи говорили, что ей ни в коем случае нельзя нервничать, но моего кузена это почему-то ничуть не трогало. Все лето он провел в доме своего друга Джеймса Поттера и прислал только три совы. Меня обуревало желание высказать ему все, что я думаю о его выходках и о нем самом, но после наших поцелуев у статуи одноглазой ведьмы мне казалось, что Сириус может расценить мои слова как… излишнюю заинтересованность им. Мы были уже не дети, и вряд ли это могло закончиться хорошо.
Нарси, моя глупая эгоистичная сестра надоедала Люциусу, требуя, чтобы он ее развлекал. Она не понимала, что предстоит в этом году ее жениху. Я видела, что Люциус относится к Нарси более чем равнодушно, мы с Рудольфусом по сравнению с ними, были просто страстными влюбленными, хотя даже после потери девственности, у меня не появилось никаких…чувств к моему жениху. Он был и оставался для меня просто другом. Я по-прежнему отмечала, что Люциусу очень нравиться общаться с Северусом, более того, их дружба с каждым годом становилась все крепче. Они сидели вместе за обеденным столом, готовили уроки, ходили в Хогсмид. Малфой, даже став старостой, настоял, чтобы Северус жил с ним в одной комнате (чем очень удивил многих). Нарси совершенно не вписывалась в их кампанию.
Вражда Северуса с Сириусом и его дружками продолжалась, но когда Снейп был вместе с Малфоем, гриффиндорцы вели себя тише воды, ниже травы. Они предпочитали подлавливать Сопливуса где-нибудь одного и без свидетелей, а уж потом издеваться над ним по полной программе.
Близился день рождения Сириуса. Обычно я приходила на него с Рудольфусом, сухо поздравляла своего кузена и уходила. Гриффиндорская кампания не привлекала меня. Но в этот раз…
- Послушай, Белла, мне нужно сделать огромное домашнее задание по трансфигурации. МакГонаголл поставит ноль без разговоров, если я не выполню его, она в последнее время просто как с цепи сорвалась, - смущаясь, произнес Рудольфус. – Боюсь, я не смогу пойти с тобой на день рождения Сириуса.
- Какие пустяки, конечно, тебе нужно заниматься, - поддержала я своего жениха. – Ничего страшного не случиться, если Сириус получит мой подарок чуть позже.
- О, нет, это…невежливо! Может, тебе сходить туда одной?
Я пожала плечами.
- Наверное, ты прав. Поздравлю его, посижу часок для приличия и все!
На обеде Сириус, после долгого перерыва, наконец, заговорил со мной:
- Слышал, ты придешь одна, без Рудольфуса. Он не боится за свою невесту? Не будет потом ревновать тебя? В Гриффиндоре есть очень…привлекательные юноши.
Я почти искренне рассеялась.
- Ты начитался маглских дешевых романов, дорогой брат. Уж поверь, Рудольфусу можно быть абсолютно спокойным, помолвки в чистокровных магических семьях никогда не разрываются.
- А чистокровные маги когда-нибудь заключают браки по любви? – спросила Лили Эванс, случайно проходившая рядом, чем разозлила меня гораздо больше Сириуса. Но я решила не подать виду.
- Для чего это нужно знать маглорожденной? – делая ударение на последнее слово, произнесла я. – У вас есть интерес мм… к одному из чистокровных юношей?
Эванс покраснела в унисон с Сириусом. Я чувствовала, что поставила на место эту грязнокровку, да и кузена заодно.
- Могу вас уверить, что почти все чистокровные юноши уже имеют невест, которых им нашли родители, еще, когда те были младенцами, - мой тон был абсолютно спокойным. – И я бы вам не советовала … строить ненужные иллюзии. Мой мир редко пускает в свой круг чужаков, а те, кто попал туда… случайно, поверьте, им не позавидуешь.
- Вы живете прошлым. А мир меняется с каждым днем, - горячо произнесла Эванс.
- Мир маглов может быть, но не мир чистокровных магов, - резко произнесла я. – Сириус, я обязательно приду на твой день рождения. Мы же, несмотря ни на что, одна семья. Семья Блек!
С этими словами я села и сделал вид, что читаю, хотя изо всех сил пыталась подслушать разговор Сириуса и Эванс. Увы, кроме «не расстраивайся, он пригласит тебя», и «моя сестра с детства такая ревностная сторонница чистоты крови», мне ничего услышать не удалось. Ну, услышав про себя, я не удивилась, а вот кто должен был пригласить Эванс,…это уже было интересным! Я, может, и не обратила бы внимания на подобное, но ее вульгарные расспросы… Мое любопытство внезапно разыгралось. Наверняка это… ну, конечно, Джеймс Поттер, чистокровный юноша, родители которого были отступниками. Жаль, слишком быстро разгадала. Скучно. Но, с другой стороны, чего еще ждать от примитивной грязнокровки?
- Простите, Белла, можно мне сопровождать вас на день рождения Сириуса?
Передо мной стоял юноша с ореховыми глазами и всклокоченными, непослушными волосами. Чего-то недоставало… Мерлин, он же снял очки!
- Я с удовольствием пойду вместе с вами, Джеймс, - по-светски улыбнувшись, произнесла я.
- Где нам лучше встретиться?
- Думаю, вы должны знать, где находятся слизеринские подземелья.
У Сириуса и Эванс были такие лица, как будто они повстречали дементора. Эванс резко повернулась и убежала, Сириус же непонимающе смотрел на меня и Джеймса и… убей меня Мерлин, в его глазах была дикая, ничем не прикрытая ревность. Он ревновал меня к своему лучшему другу! Переведя взгляд на Джеймса, я невольно сравнила их. Бесспорно, Поттер был гораздо более притягательным, чем Сириус. Я ликовала. Утереть нос грязнокровке и пойти на день рождения моего кузена с одним из самых привлекательных чистокровных парней Хогвардца, к тому же квидишной звездой! Воистину день начинался неплохо.

Проходя по широкому темному коридору, который вел в подземелья Слизерина, я услышала чьи-то всхлипывания и, как мне показалось, голос Сириуса. Спрятавшись за горгульей, я вся обратилась в слух.
- Лили, он сделал это нарочно. Просто, чтобы позлить тебя.
- Как он мог пригласить эту слизеринку, твою кузину! Неужели то, что я высказала ему все, что думаю, об его издевательствах над первогодками послужило поводом унизить меня перед всеми?
Ах, как мило, униженная грязнокровка! Да она должна благодарить Мерлина за то, что Джеймс Поттер, чистокровный юноша, вообще посмотрел в ее сторону. И говорить мужчине правду о нем глупо. Впрочем, наверняка мать Эванс, презренная магла, не учила дочь женским хитростям, иначе эта грязнокровка сейчас бы не плакалась Сириусу в жилетку, а старалась завоевать его расположение.
- Белла сказала правду, помолвки в чистокровных семьях не расторгаются. Так, что тебе не о чем волноваться. Джеймс прекрасно знал, что ты и моя кузина соперничаете в учебе, вот и решил насолить тебе, пригласив ее.
Мы соперничаем? Да как у него язык повернулся! Я могу соперничать только с равными, и никогда с грязнокровками!
- Сириус, скажи, Белла… какая она?
А вот это уже интересно! Ну же, Сириус, скажи всю правду этой мерзкой грязнокровке! Или боишься?
- Белла вся состоит из предрассудков и честолюбия. Она очень похожа на мою мать, такая же холодная и безжалостная. Лили, Белла тебе не соперница, она всегда будет любить только себя. Как и все женщины в моей семье. Джеймсу нужна ты!
Жалкий, ничтожный трус! Почему же ты не сказал, что сходишь с ума по своей «холодной и безжалостной» сестре? И как ты смел так отзываться о своей матери! Я чувствовала, как гнев переполняет меня. Наложить бы круссио на них обоих! Впрочем, на грязнокровку лучше сразу Аваду!
- Не знаю, Сириус. Твоя кузина очень красивая. И, возможно, Джеймс пригласил ее, не только потому, что мы соревнуемся в учебе. Если верить твоим словам, они во многом схожи.
Спасибо, грязнокровка, за высокую оценку моих достоинств. Ты тоже не глупа… среди тебе подобных, разумеется.
- Это еще ничего не значит, Лили. Белла связана словом, и никогда не бросит Лестранджа. А то, что Джеймса не волнует чистота крови, сразу отвернет Беллу от него.
- Ну…
- Поверь, Джеймса никогда не заинтересует ледышка. А Белла холодна как айсберг. Не спорю, она красивая, и умеет подать себя, но это светскость и больше ничего.
- Почему я должна думать об этом? Пусть Джеймс встречается, с кем хочет, и ведет себя так, как ему позволяет совесть, а с меня довольно!
- Лили, я думаю, вы оба погорячились. Ничего, на моем дне рождения вы помиритесь.
- Он пригласил Беллу, вот пусть и общается с ней. Ненавижу его, ненавижу!
Я услышала стук каблуков. Эванс убежала. Я, не торопясь, вышла на встречу Сириусу.
- Мило. Очень мило, дорогой брат, услышать, что говорят о тебе за спиной. Но, боюсь, ты зря обнадеживал Эванс, насчет Джеймса. Помолвка это еще не пояс верности, Поттер чистокровный, …так что все приличия, если что, будут соблюдены. И еще,… почему же ты не рассказал этой грязнокровке о нас?
- Белла… не в твоих интересах…, чтобы все узнали…
- И не в твоих, Сириус! Да, и зачем было обманывать Эванс, говоря о моей холодности?
Откинув длинные черные волосы с лица Сириуса, я стала его целовать. То ли мой опыт, благодаря Альфреду, теперь превышал опыт моего кузена, то ли Сириус не ожидал этого, но глаза его расширились, и он даже не сразу стал отвечать мне.
- Ты признаешь, что ошибался во мне, Сири?
- П…признаю, - мой кузен просто лишился дара речи. – Что это значит, Белла? Какую игру ты затеяла?
Я дала Сириусу звонкую пощечину. Он вскрикнул и схватился рукой за мгновенно покрасневшее место.
- Наложить бы на тебя круссио, мерзавец! За твою мать, за меня…за всю нашу семью, которую ты посмел обсуждать с грязнокровками!
- Я слышал, что если женщина дает тебе пощечину, значит, хочет с тобой переспать, - усмехнулся Сириус. - Может, встретимся как-нибудь, Белла?
- Однажды наша встреча закончиться смертью одного из нас, - прошипела я.
- Согласен умереть в твоих объятиях, - с этими словами Сириус пошел прочь, а я проклинала себя за то, что мне хотелось, очень хотелось его остановить.

Моя злость постепенно ушла, осталось только желание во что бы то ни стало отомстить Сириусу. Я неторопливо собиралась на вечеринку, думая при этом, как произвести впечатление на Джеймса. Мне показалось, что серебристая праздничная роба вполне подойдет для такого случая: она была в меру строгая и в меру нарядная. Соблазн прийти с распущенными волосами был велик, но мама мне всегда говорила, что это неприлично. Поэтому я сделала себе прическу, такую же, как делала она для подобных случаев. Почти никаких украшений я не признавала. Только серьги, которые мне подарил отец, кольцо Рудольфуса и медальон Альфреда. Мне хотелось отличаться от грязнокровок, которые, несомненно, там будут. Посмотрев на себя в зеркало, я осталась довольна результатом. Меня действительно можно было принять за старшекурсницу.
- Вы просто обворожительны, Белла, - сказал Джеймс, ждавший меня возле входа в подземелья.
- Спасибо, - я изобразила смущение, хотя для меня этот комплимент не был чем-то необычным, я прекрасно знала, что привлекательна.
- Можно мы перейдем на «ты»? – улыбнувшись, спросил Поттер. – Мне как-то неловко, еще ни к одной девушке мне не приходилось обращаться на «вы». В Гриффиндоре более простое общение.
- Нам нужно лучше узнать друг друга Джеймс, - осторожно возразила я. – В Слизерине я ко многим мальчикам обращаюсь на «ты», потому что знаю их с детства. Ваши родители никогда не общались в кругу моих родителей, иначе бы я запомнила их.
- Хорошо, - Поттер вздохнул. – Но если мы с вами станем друзьями, вы позволите?
- Разумеется, Джеймс. Кстати, почему вы пригласили именно меня?
- Я узнал, что вы идете одна, ну…и я один. Так почему бы нам не пойти вместе? – последние слова были сказаны с изрядной долей нахальства, но я сделала вид, что не поняла этого.
- Джеймс, мне бы хотелось поговорить с вами о Сириусе. Я знаю, вы его лучший друг, и имеете влияние на него. Мой кузен очень сильно огорчает свою мать. Последнее лето он вообще не был дома, а она болела… Для меня не секрет, что он гостил в вашей семье. Я не могу обвинять вас, но поймите, Сириус поступает очень плохо по отношению к своей семье.
- Я понял, - Джеймс немного смутился. – Сириус говорит, что в семье его не понимают, что же касается миссис Блек…
- Она любит Сириуса, и всегда ждет его! Тетя Оливия замечательный человек, что бы вам про нее не наговорил мой кузен. Вся семья держится на ней! Если бы вы знали, как она заботится о своих сыновьях, и более того, винит себя в их несчастьях, даже если они произошли вовсе не по ее вине! У вас же тоже есть мать, разве ей было бы приятно, если бы вы не приехали ее повидать на летних каникулах?
- Белла, не знаю, что и сказать. Сириус рассказывает мне совершенно иное… Я согласен, что мой друг поступает дурно со своей матерью, ему нужно было хоть немного побыть с ней летом, но…
- Тетя Оливия мне как вторая мать! Я не завела бы этот разговор, если не была уверена в том, что здесь целиком вина Сириуса.
Джеймс был озадачен. Он внимательно смотрел на меня, сквозь стекла очков и, по-видимому, чувствовал себя косвенным виновником ситуации, сложившейся в семье его друга.
- Не беспокойтесь, я серьезно поговорю с Сириусом. Если то, что он не захотел провести каникулы у матери, было продиктовано лишь его взбалмошностью, больше такого не повториться.
- Спасибо, Джеймс! – я улыбнулась как можно более располагающе. – Поверьте, многое из того, что делает Сириус, основано на сиюминутных чувствах или обидах, он редко пользуется разумом при принятии того или иного решения.
- Забавно, я иду на вечеринку с самой красивой девушкой Слизерина, а мы говорим исключительно про ее брата, - взгляд Джеймса стал хищным. – Не смогу себе простить, если буду продолжать в том же духе.
- Вы же хотели стать мне другом, не так ли? Увы, наверное, мы, слизеринцы, старомодны, дружеские разговоры у нас, как правило, ведутся о семейных делах.
- В Гриффиндоре иные понятия о дружбе, особенно, когда речь касается девчонок, ой, простите, девушек. Странно, я так тщательно подбираю слова в вашем присутствии. Со мной это впервые.
- Я жалею, что вы не попали в Слизерин, Джеймс. Не спорю, у нас есть недостатки, но несмотря ни на что Слизерин очень много дает своим студентам, и не только знания. К тому же вы чистокровный…
- Я не считаю, что это главное.
- Тем не менее, вы не можете отрицать, что, скажем я, отличаюсь от девушек Гриффиндора.
- Белла, ваше стремление владеть магией в совершенстве меня восхищает, но вы – исключение. Большинство слизеринок, увы, не вызывают во мне ни капли уважения, они пренебрежительно относятся к искусству магии.
- Согласна с вами, но, как я уже говорила, Слизерин – это не только знания, но и круг общения, атмосфера.
Джеймс умолк. Мы, наконец, подошли к гриффиндорскому общежитию.
- Разрешите предложить вам руку, Белла!
Я взяла Джеймса под руку. Он ввел меня в гостиную Гриффиндора, где уже был накрыт стол. Все на минуту смолкли. На лицах у гриффиндорок было недоумение, некоторые гриффиндорцы смотрели с завистью. Я нашла глазами Эванс, которая стояла неподалеку от Люпина с каменным лицом. Сириус фальшиво улыбнулся.
- Мой лучший друг и моя дорогая кузина! – крикнул он. – Опасный союз Гриффиндора и Слизерина.
- Поздравляю тебя, Сириус от всей семьи, - сухо произнесла я, подойдя к брату. – Надеюсь, ты изменишь свое отношение к ней.
- Только к тебе я никогда не изменю отношение, - еле слышно произнес Сириус.
- Белла, разрешите предложить вам одно из лучших мест за столом, - Джеймс неодобрительно посмотрел на Сириуса. – Гриффиндор – гостеприимный факультет.
Гриффиндорки откровенно сверлили меня взглядом, это жутко раздражало. Джеймс ухаживал за мной, предлагая попробовать то или иное блюдо. Он был удивлен, что я почти ничего не ем.
- Леди не едят много, простите, это не из неуважения к присутствующим. Просто я так привыкла, - прошептала я ему. - Еще я пью только сливочное пиво.
- Воистину, с вами будто попадаешь в прошлый век! – изумленно произнес Джеймс.
Застолье закончилось, начались танцы. Грязнокровки включили какую-то жуткую музыку, и стали выписывать немыслимые коленца.
- Что это? – удивилась я.
- Рок-н-ролл. Маглская современная музыка, – объяснил Джеймс. – Вы…не танцуете?
- Под такую музыку – нет.
- Значит, у нас в запасе только медленные танцы.
- И, еще вальс…
- О, Мерлин, вы умеете его танцевать?
- Я танцую все бальные танцы, Джеймс, меня учили с детства, - смущенно произнесла я. – Извините, но мне современная музыка кажется жутко вульгарной.
- Вы просто к ней не привыкли. Впрочем, может, нам выйти на воздух?
Заиграл медленный танец.
- Воздух отменяется. Белла, - с радостью произнес Джеймс. – Я приглашаю вас на танец.
Поттер отлично умел танцевать. Я уже не жалела, что пришла на эту вечеринку, и задержалась на ней дольше обычного.
- Я попал в сказку, и только благодаря вам, Белла, - прошептал Джеймс. – Если бы вы знали, как однообразны такие вечеринки. А вы привнесли в этот еще один гриффиндорский день рождения нечто необычное. Посмотрите, все только и смотрят на вас!
- По правде говоря, это немного раздражает. Они, что, никогда не видели…
- …никогда! Почти весь Гриффиндор – маглорожденные, они не придерживаются всех тех… традиций, что были раньше.
Краем глаза я наблюдала за Эванс, сидевшую на стуле с недовольным видом. Рядом с ней сидел Люпин, тот странный мальчик, что часто бывал в лазарете.
- Почему ваш друг не танцует? – спросила я.
- Не с кем, - усмехнулся Джеймс. – Он среди нас один такой…
- Я вас не понимаю.
- Простите, неудачно пошутил. Не любит он танцевать.
- Вы превосходный ловец. Даже я, равнодушная к квидишу, это заметила.
- Даже не представляете, как мне приятно услышать от вас этот комплимент.
Песня закончилась. Опять начались дикие звуки.
- Может, все-таки пойдемте, выйдем подышать воздухом.
- С удовольствием. Тут так душно.
Мы вышли на небольшой балкон. Ночь уже спустилась на землю, в небе зажглись звезды, и моя роба переливалась в их свете.
- Вы очень красивы, Белла, - с этими словами Джеймс взял меня за руку. – Знаете, я много раз наблюдал за вами. Но обычно вы выглядите чересчур серьезной. А сейчас…
- Раз уж наш разговор зашел так далеко, то я могу сказать вам, что отлично знаю о ваших отношениях с Эванс. Вы пригласили меня, потому что поссорились с ней. Не скрою, что я вижу в этом чисто слизеринскую логику, которая вызывает во мне уважение. Но, несмотря на всю мою светскость, которая может быть расценена среди маглорожденных как романтичность, я никогда не теряю рассудка.
- Все так и было, я поссорился с Эванс, однако…можете мне не верить, но я действительно наблюдал за вами. Еще с момента, когда нас познакомил Сириус.
- Не могу вас понять Джеймс, то вас привлекают простолюдинки, как Эванс, то аристократки, как я. Это странно, однако.
- Я не провожу такую грань…, у меня другие критерии. Белла…, как мне доказать вам, что вы мне действительно нравитесь? Эванс здесь ни при чем. Она хорошая девушка, но ее нравоучения кого угодно достанут.
- Эванс невоспитанна. В чистокровных семьях девушек учат как вести себя с мужчинами. Уж поверьте, Рудольфус, мой будущий муж, никогда не услышит от меня то, что будете слышать вы, если свяжетесь с такой, как Эванс.
- Вы помолвлены? – Джеймс, казалось, был озадачен.
- С детства.
Мы несколько минут молчали и глядели друг на друга. Вдруг Поттер снял очки и убрал их в карман.
- Ты мне нравишься, Белла!
- Я не разрешала переходить на «ты». Обращайтесь так с Эванс, она не против!
- Прости…те, но я ничего не могу с собой поделать!
Джеймс прижал меня к холодной каменной стене. Я нежно взъерошила волосы на его голове.
- Даже в прошлом веке люди целовали друг друга, - мои слова несказанно удивили Джеймса.
Наши губы встретились, и, внезапно, я почувствовала, что хочу его. Хочу Джеймса Поттера!
- Вы…такая разная… Не думал, что такая девушка как вы….
- Умеет хорошо целоваться? Вы еще многого не знаете обо мне Джеймс. Но мне кажется, нам пора, а то нас хватятся. Опасный союз Гриффиндора и Слизерина, так, кажется, сказал Сириус.
- Мы…еще встретимся?
- Может быть.
- Когда? – по-видимому, Поттер испытывал те же чувства, что и я, но не умел их скрывать.
- Джеймс, вы не должны относиться к произошедшему серьезно. У меня есть жених, а вы, возможно, помиритесь с Эванс.
- Белла!
- Ни слова, Джеймс. Чувства не должны брать верх над разумом.
Когда мы снова вошли в зал, я отметила, что Поттер даже не взглянул на Эванс, которая просто пожирала его взглядом. Сириус же посмотрел на меня с искренней злобой, но я лишь улыбнулась в ответ.



Глава 4.

Когда я вернулась в слизеринские подземелья, то была удивлена, что Рудольфус ждал меня в гостиной.
- Так долго? – его простой вопрос заставил меня внутренне содрогнуться. Но я сумела взять себя в руки.
- Гриффиндорцы были очень гостеприимны, к тому же мой милый кузен не выкинул на этот раз ни одну из его мерзких штучек, - как можно более равнодушным тоном произнесла я. – Вечеринка, очень утомила меня, Дольф, я хочу спать.
- Тебя…пригласил Джеймс Поттер, - осторожно начал Рудольфус. – Белла, мне не понятно, почему…ты согласилась.
Если бы моя мама не была образцом притворства и хитрости, то не представляю, как бы я выбралась из этой ситуации.
- Ох, Дольф, - скривилась я. – Ты же знаешь, что Поттер – лучший друг Сириуса, и поэтому имеет большое влияние на моего кузена. Мне стоило больших трудов спокойно выслушивать его речи о равных возможностях чистокровных магов и грязнокровок, но зато я выяснила, почему Поттеры разрешили Сириусу провести у них все лето.
- И почему же? – Рудольфус был искренне заинтересован моими словами. Мне удалось увести его мысли в сторону от скользкой темы.
- Мой кузен облил грязью всю нашу семью! Подумать только, он посмел обсуждать тетю Оливию с этими…отступниками! Если она узнает… Дольф, в ее состоянии нельзя волноваться!
- Успокойся, Белла, откуда миссис Блек может узнать об этом? Она никогда не скажет с Поттерами и двух слов. Сириус же…, - Рудольфус был мрачнее тучи. – Даже не знаю, как назвать его поступок.
- Я говорила с Поттером, он сам был удивлен, когда узнал, что Сириус говорил ему неправду. Да, мне пришлось защищать свою семью перед этим отступником! Один Мерлин знает, как это мне было тяжело! Даже Поттер признал то, что мой кузен поступил гадко!
- Белла, неужели ты… ради своей семьи…
- Ради своей семьи, Дольф, я пойду на все! – резко сказала я. – Для меня самое главное, это благополучие моих близких.
- Я…Белла, иногда мне немного страшно за тебя… за нас обоих, - Рудольфус заметно покраснел.
- Но почему, Дольф?
- Ты… можешь покорить сердце любого парня, Белла. И хорошо знаешь это. Мы помолвлены, но…
- С каких это пор ты сомневаешься во мне, Дольф? Разве я даю тебе повод думать, что не сдержу слово?
- О нет, Белла, ты не так поняла… Просто…
- Посмотри на меня, Дольф, - с этими словами я взяла его за обе руки. – Мы всегда будем вместе, что бы с нами не случилось. По крайней мере, за себя, я уверена.
- Но ты не любишь меня, зачем отрицать очевидное!
Мерлин! Почему он говорит мне это? Неужели… мой будущий муж по-настоящему влюблен в меня?
- Рудольфус, - мой голос звучал как никогда уверенно, хотя сердце билось так, будто собиралось выскочить из груди. – Рудольфус, я не знаю, какой смысл люди вкладывают в слово «любовь». Но могу с уверенностью сказать, что не представляю своей жизни без тебя. Ты для меня больше чем жених, ты мой самый близкий друг. Поверь, никто для меня не значит столько, сколько значишь ты.
- Белла! – я сама не поняла, как очутилась в его объятиях. – Белла, я проклинал себя, что позволил тебе пойти на вечеринку с Поттером.
- Ты ревнуешь, Дольф?
- Джеймс Поттер очень красив, - Рудольфус вздохнул. – К тому же звезда квидиша.
- Этого слишком мало, чтобы заинтересовать меня, - чуть надменно произнесла я. – Знаешь, Дольф, этот Поттер показался мне довольно разумным молодым человеком. Попади он в наше окружение, его маглофильские идеи ушли бы сами собой. Может, познакомить Поттера с какой-нибудь слизеринкой? Ты не знаешь, есть те, кто еще не помолвлены?
Я видела, что у Рудольфуса исчезли последние остатки ревности к Джеймсу. Невольно подумалось, неужели мужчины настолько слепы?
- О нет, Белла, ты же знаешь, что…чистокровные девушки просто нарасхват. Мой брат Рабастан…, в общем, родители боятся, что Андромеда умрет, и он останется без невесты.
- Все из-за этих проклятых грязнокровок! – моя злость была вполне искренней. – И таких, как родители Поттера!
- Увы, - Рудольфус придерживался тех же взглядов, что и я. – В семье не без урода!
- Да уж, как я могу судить других, когда в моей семье есть такой урод.
- Ты о Сириусе?
- Конечно! Из-за него тетя Оливия заболела! Пусть только попробует ее еще раз расстроить, я наложу на него круссио.

Через два дня, когда я уже стала забывать и о вечеринке, и о Поттере, передо мной возник маленький домовой эльф.
- Вам просили передать, - пропищал он и исчез.
Возле меня лежала записка с гриффиндорским гербом. Мерлин, неужели это мой кузен решил лишний раз позлить меня? Но, развернув лист, я увидела незнакомый подчерк.
«Белла! Я только и думаю о вас. Пожалуйста, не окажите мне в свидании. Джеймс Поттер.»
А вот это уже было опасно! Уничтожив записку, я села за стол и всерьез задумалась об ответе. Что же мне написать? Попросить меня более не беспокоить? Но это может только раззадорить его, он решит, что я, как какая-нибудь грязнокровка, набиваю себе цену. Еще раз объяснить, что значит помолвка в семьях чистокровных магов? Но он наверняка слышал об этом. Наврать, что люблю Рудольфуса, просто обиделась на него в тот день, и поэтому решила отомстить, приняв приглашение гриффиндорца? Слишком уж это похоже на историю с Эванс. Нет, не буду я ничего придумывать. Напишу то, что есть на самом деле.
«Джеймс! Мне было хорошо с вами в тот вечер. Но поймите, я помолвлена, и не могу с вами встречаться открыто. Как вы себе представляете наши отношения? Вы хотите стать моим любовником? Это влечет за собой определенные сложности, и я еще не решила, нужно ли мне это.
Да, мне, признаться, будет не очень приятно невольное соперничество с Эванс, поскольку я не считаю ее равной себе. Б.Б.»
Наложив на записку заклятие немедленного сожжения после прочтения, я кликнула домового эльфа и отдала ему записку. У меня в этот день было много занятий, так что думать о Джеймсе Поттере было просто некогда, но вечером, после отбоя передо мной появилась очередная записка.
«Белла! Не скрою, ваше письмо меня смутило. Я хотел бы с вами поговорить. Наедине. Просто поговорить. Буду ждать вас завтра в одиннадцать, возле статуи Эдварда Тихого.
P.S. Заклятие мгновенного сожжения после прочтения просто потрясающее. Никогда бы не додумался до этого.»
Я вздохнула. О чем мне с ним говорить? Да, он очень красивый парень, но я не влюблена в него. Не скрою, после уроков Альфреда, мне хотелось плотских утех, но это вовсе не значило, что я должна была упасть в объятия первого встречного смазливого гриффиндорца, к тому же маглофила.
Может, не пойти? Просто не пойти, и более не отвечать на письма. Поттер через какое-то время поймет, что все его попытки тщетны, и найдет себе какую-нибудь восторженную гриффиндорку. А… все-таки он очень хорош собой! И, несмотря на все его маглские замашки, сумел привлечь к себе мое внимание. Пожалуй, я все-таки пойду на свидание с ним. Интересно, что он будет говорить. А…что делать? От этой мысли по моему телу разлилась сладостное тепло. Но, трезво оценив ситуацию, я одернула себя, это будет всего лишь разговор. Причем в коридоре. Мерлин, мой жених был прав, приревновав меня к этому гриффиндорцу! Впрочем, Сирирус тоже ревнует меня к Джеймсу, причем уже давно. В эту ночь я заснула, с приятной мыслью о том, что по крайней мере, трое парней ко мне неравнодушны.



Глава 5.

Я уже готова была разозлиться и уйти, когда не увидела Джеймса рядом со статуей Эдварда Тихого, но тут…
- У вас есть плащ-невидимка? – моему удивлению не было предела. – Но, насколько я знаю, использование данных магических предметов на территории Хогвардца запрещено.
- Этот плащ подарил мне отец. И Дамблдор знает о том, что он у меня есть.
Ну, конечно! Мне можно было бы и не упоминать о запрете! Ведь для гриффиндорцев, любимчиков директора, законы не писаны!
- Я слушаю вас, Джеймс, - мой голос был по-светски холоден. - Кажется, вы хотели мне что-то сказать?
Поттер улыбнулся. В мерцающем свете, исходящим из его палочки, он был еще более притягательным, чем при дневном свете. Его взгляд больше не был ни надменным, ни снисходительно-вежливым, в нем была ничем не прикрытая страсть.
- Может, все же перейдем на «ты»? – голос Джеймса дрогнул.
- Все зависит от того, как будут дальше развиваться наши отношения, и будут ли они вообще, - резко произнесла я. – Вы пригласили меня сюда только для того, чтобы похвастаться своим плащом?
- Нет, о Мерлин, конечно же, нет, - кажется, к Поттеру вернулась его уверенность в себе, и он довольно нагло произнес. - Я хочу, чтобы мы стали любовниками, Белла.
- Считаю ниже своего достоинства делить мужчину с грязнокровкой.
- Лили…вам не соперница, - осторожно подбирая слова, произнес Джеймс. – Она…, в общем, мы не были любовниками.
- Вот как? – мне было уже смешно. – И почему же? Не в моих правилах интересоваться подобным, но сейчас меня просто раздирает любопытство.
Поттер был явно задет. Он не ожидал от меня такого вопроса.
- Лили не признает секс до брака, - с трудом произнес он.
Я давно так не смеялась! Просто не могла остановиться. Из моих глаз выступили слезы.
- Ой! Простите меня, пожалуйста! – наконец, отсмеявшись, произнесла я. – Это я не над вами.
- Согласен, это смешно, - глухо произнес Джеймс. – Сначала я думал, что со временем ее взгляды изменяться, но… этого не случилось. А…вы…?
- Я не девственна, если вас это интересует.
Поттер был немного удивлен.
- Это правда? Впрочем, я понимаю, вы обручены…и, возможно, ждать свадьбы не имело смысла…
До чего же он наивен! Хотя…, чего еще ждать от парня, который встречался с грязнокровкой - ханжой? В любом случае, я бы не стала ему рассказывать про Альфреда Малфоя. О нем я не рассказывала никому и никогда.
- Кажется, наш разговор на столь интимную тему слишком затянулся. Вы говорили, что хотите стать моим любовником? И…где же вы намереваетесь со мною встречаться?
Поттер слабо улыбнулся.
- Я неспроста решил встретиться с вами на этом месте, - с этими словами он подошел к статуе и, притронувшись к ней палочкой, произнес несколько слов, по-видимому, какой-то пароль. Статуя отодвинулась от стены, и за ней открылся вход. – Я обычно пропускаю даму вперед. Не волнуйтесь, это безопасно.
- Я ничего не боюсь, Джеймс.
Мы оказались в довольно уютной спальне.
- Это комната Рема, гриффиндорского старосты. Но сегодня его нет, он болен.
Я усмехнулась.
- А он знает?
- Конечно же, нет. Вернее, он догадывался, что я приведу сюда девушку, но я ему не говорил, что приведу вас.
- Здесь есть даже отдельная ванная. И множество ароматических масел, - я вспомнила, как хорошо было нежиться в теплой душистой пене с Альфредом.
- Я…подожду вас. Так вы…согласны?
- Не люблю, когда задают лишние вопросы, - отрезала я и пошла в ванную.
Сбросив с себя белье и робу, я наполнила ванну водой и добавила туда одно из понравившихся мне по аромату масел. Окунувшись в воду, я почувствовала, как оживает каждая клеточка моего тела. Мне было хорошо и спокойно. Мое тело жаждало этого гриффиндорского красавца, и оно его получит.
- Джеймс! - томно произнесла я.
Поттер стоял на пороге ванной комнаты. На нем были только черные плавки.
- Подойди, - я поманила его рукой.
- Тебе помочь вытереться?
- Нет. Хочу, чтобы ты присоединился ко мне, - я осторожно просунула палец под резинку его плавок. – И сними лишнюю одежду.

Джеймс был очень страстным любовником. Диким, необузданным, правда, не очень опытным, но я быстро это исправила, не переставая благодарить Альфреда за его уроки. Малфой оказался прав, если бы у меня первый раз было со старшекурсником, то я не ощутила бы того восторга, какой ощущала с Альфредом и с другими, после его уроков.
- Я даже представить себе не мог, что это бывает так восхитительно, - с чисто гриффиндорской откровенностью произнес Джеймс. – Прямо как в маглских фильмах… ты смотрела такие?
- Ни одного, - мне хотелось поспать хоть полчасика, чтобы потом не заснуть прямо на уроке. – Джеймс, ты такой сладкий мм… и теплый. Я подремлю в твоих объятиях, не возражаешь? Раз ты не хочешь спасть, то разбуди меня минут через двадцать.
- Хорошо, Белла! – Джеймс нежно перебирал мои волосы. – Ты подарила мне незабываемую ночь. Мы сможем приходить сюда еще несколько дней, а после… только в следующем месяце.
- Твой друг что, болеет по расписанию? – уже засыпая, произнесла я.
Джеймс ничего не ответил, а только крепче прижал меня к себе, чему я была очень рада.

Когда я проснулась, то поняла, что Поттер тоже задремал, и я опаздывала к подъему. Мерлин, меня же хватятся!
- Джеймс! Ну почему на мужчин нельзя положиться! – я гневно тряхнула его.
- Мм… - Поттер с трудом просыпался. – Что?
- Я могу попасться из-за тебя! Просила же разбудить! – хорошо, что мои вещи были аккуратно сложены, и я, натянув их на себя и умывшись, стала энергично причесывать волосы.
- Завтра на том же месте? – Поттер с мольбой посмотрел на меня.
- Хорошо. Только принеси с собой будильник! И открой эту троллеву дверь, я же не знаю пароля!
Джеймс открыл дверь, и напоследок жадно впился в мои губы.
- Буду ждать вечера, Белла!
Я летела к слизеринским подземельям. До подъема оставалось всего минут десять. Войдя в гостиную, я сделала вид, что только что встала с кровати. Хорошо, что моя соседка по комнате лежала сейчас в лазарете.
- Где ты была, Белла? – прозвучал надо мной голос Люциуса.
- Там же где и ты! – нагло ответила ему я. Действительно, почему я должна была отчитываться? – В спальне.
-В чьей? – тон Люциуса не предвещал ничего хорошего. – Не отпирайся, Белла, я знаю, что ты провела ночь не в своей спальне.
Мерлин, как же я разозлилась! Даже если Люциус - жених Нарси, это еще не значит, что он имеет право читать мне мораль. К тому же Нарси его явно не интересует, просто я не столь любопытна, чтобы выслеживать, с кем Малфой делит постель.
- Зачем тебе это, Люциус? – мне все-таки не хотелось ссориться с ним.
- Ты – невеста Рудольфуса, и не должна таскаться по чужим спальням. Я, разумеется, ему ничего не скажу. Но если подобное повториться…
- Тебе повезло больше чем мне, Люциус, ты же староста и имеешь отдельную спальню, - зло произнесла я. – Не боишься, что меня заинтересует, с кем ты любишь весело проводить время? А, может, я уже все про тебя знаю?
С мой стороны, это был чистый блеф. Но Люциус…побледнел и отшатнулся от меня. Севшим голосом он произнес.
- Не хочу, чтобы ты попадалась. Прошу, приходи раньше, чем сегодня. Но…, обо мне никому…
- Не имею привычки ябедничать, Люциус, - равнодушным тоном произнесла я, хотя в глубине души была очень удивлена. Ну и что с того, что он кого-то приводит? Стоп! Он же живет в одной комнате с Северусом, даже настоял на этом, когда стал староста. Неужели…
Этого просто не может быть! Люциус, жених Нарси, гей? Мысли путались у меня в голове. Конечно, я знала о существовании мужчин, которые предпочитают мужчин, а не женщин, но никогда бы не подумала, что кто-нибудь из моего окружения, а уж тем более жених моей сестры может быть таким. Может, у меня просто-напросто разыгралось воображение? Люциус бесцеремонно выставляет Северуса за дверь, когда ему нужно привести девчонку? Возможно, он нашел для удовлетворения своих плотских желаний грязнокровку? Несколько часов подряд я вспоминала все, что хоть как-то могло пролить свет на это дело. Слишком уж тесная дружба Северуса и Люциуса…, но Поттер с Сириусом тоже довольно близко дружат, это еще не значит, что они геи. Хотя…, рядом с ними всегда находятся Люпин и тот уродливый мальчик. Люциус, один из самых гордых и надменных парней Слизерина настоял, чтобы в полагающейся ему отдельной комнате, жил еще и плебей Снейп! Впрочем, Северус мог делать за него уроки, и помогать готовиться к экзаменам… неубедительно! В моем мозгу неожиданно всплыла картина двухлетней давности: Северус, любовавшийся на Люциуса, играющего в квидиш. Потом, совершенно нелепая сцена в лазарете: Северус, целует руку Люциусу, лежащему без сознания. Это определенно выходило за рамки обычной дружбы. И почему Люциус так странно сегодня отреагировал? Он решил, что я догадалась о его ориентации, не иначе! Разум говорил мне, что все еще нужно проверить. Я не знала, зачем мне это нужно, может, все-таки было немного обидно за сестру? Сложно сказать… По крайней мере, я не хотела, чтобы Нарси узнала такое про своего жениха. Пусть лучше пребывает в неведенье!
Как же мне узнать правду? Проследить за Северусом и Люциусом? Но на людях они вряд ли заходят за рамки простых дружеских отношений. Оставалось только…каким-то образом увидеть, что они делают наедине. Точно! Я чуть не закричала от радости. Плащ-невидимка Поттера! Ну, неужели, мой любовник не одолжит мне эту вещицу на один вечер?

- Тебе нужен мой плащ? Зачем? – Поттер лежал на кровати, разомлевший от моих ласк, и я понимала, что он мне вряд ли откажет.
- Просто…про меня разносят сплетни, и я хочу удостовериться, что это именно те слизеринки, которых я подозреваю.
- Про плащ никто не должен знать в Слизерине!
- Я просто послушаю, что они про меня говорят, в мое отсутствие, и сделаю вывод. В Слизерине не принят благородный гнев, я отомщу им после. Твой плащ никто не увидит.
- Хорошо! Кажется, я слишком запутался в твоих сетях, раз соглашаюсь одолжить подарок отца. Еще ни одна девушка им не воспользовалась.
- Всего не один вечер, Джейми! – с этими словами я игриво провела своими острыми ноготками по его животу, спускаясь чуть ниже.
- Мерлин, неделю бы не вылезал из этой постели, - замурлыкал Поттер, прижимаясь ко мне всем своим телом.
Следующим вечером, надев на себя плащ Поттера, я тихо подкралась к комнате Малфоя. Очень скоро, я услышала два голоса, переговаривающиеся друг с другом.
- Люций, тебе еще нужно сделать трансфигурацию, а у тебя не готово эссе по лунным камням!
- Ты же сделаешь его за меня, Сев? – голос Люциуса был чуть менее холодным, чем всегда. Однако, я редко прислушивалась к тому, каким тоном он обычно разговаривал с Северусом.
- Я-то сделаю, а на экзамене…
- Севи, до экзаменов еще масса времени!
Севви? Никогда не слышала, чтобы Люциус называл кого-нибудь так ласково. Даже свою невесту он называл Нарциссой, ее полным именем! Тем временем, юноши уже подошли к двери, и Люциус произнес пароль. Дверь открылась, и я юркнула вслед за ними.
- Такое ощущение, что я слышал чье-то дыхание за своей спиной! – подозрительно произнес Снейп.
- Сев, ты вконец заучился! – рассмеялся Люциус. – В коридоре никого не было!
- Возможно, - задумчиво произнес Снейп. – Так мы садимся делать трансфигурацию? МакГонаголл на тебя была сердита.
- К троллю эту облезлую кошку! Я смертельно устал!
Притаившись в самом дальнем углу комнаты, из которого, однако, было все хорошо видно, я затаив дыхание, ждала развития событий. Люциус разлегся на большой кровати, а Северус, по-видимому, пошел в душ, мне было слышно шуршание воды. Наконец, вода утихла, и Снейп через минуту, вышел из ванны, в одном только полотенце, повязанном вокруг бедер. У него оказалось худое, но довольно привлекательное тело, школьная мантия изрядно портила его фигуру. Обычно грязные волосы теперь были чисто вымыты и даже высушены, вероятно, заклинанием. Они ниспадали по его плечам, почти закрывая лицо, но даже сейчас можно было увидеть горящий взгляд.
- Севви, ты нарочно решил подразнить меня, говоря об уроках? Ну, какая тут может быть трансфигурация! Иди сюда, немедленно!
Снейп сел на край постели, и стал медленно снимать с Малфоя одежду.
- Продолжаешь дразнить? Боюсь тебя придется за это мм… наказать! – с этими словами, освободившись от остатков одежды, Люциус повалил Северуса на кровать, и содрал с него полотенце.
- Сейчас ты почувствуешь, насколько завел меня!
Я с большим интересом наблюдала за тем, как они занимаются любовью. Люциус был не менее ненасытный, чем его отец, но Северусу, это нравилось, он извивался и стонал во весь голос. Возможно, кому-то подобное покажется странным, но они действительно потрясающе смотрелись вместе. И, как мне показалось, понимали друг друга с полуслова. Я даже почувствовала слабый укол зависти, когда Северус произнес: «Я люблю тебя, Люций», и получил ответ: «Мерлин, и я тебя тоже, Севви».
После бурных ласк, они лежали, обнявшись, под одеялом, и тихо разговаривали друг с другом. Я понимала, что не могу уйти, пока они не заснут. В комнате была всего одна кровать, вероятно, они всегда спали вместе. Мне ничего не оставалось, как слушать их разговор.
- Любимый, тебе все-таки нужно приналечь на учебу. В этом году СОВ! – Северус нежно произнес эти слова, поглаживая Люциуса по плечу.
- Да все будет в порядке, Сев! Темное искусство я изучаю дома с отцом, а здесь… Малфой слишком известная фамилия в магическом мире, чтобы меня провалили. О тебе и говорить нечего, твои успехи выше всяких похвал. Так не лучше ли нам просто наслаждаться жизнью, пока есть возможность? Еще два с половиной года, и… ну ты понимаешь.
- Почему, Люций?
- Это мой долг, Севви! Я должен зачать наследника, только поэтому меня помолвили с этой глупой куклой. Уж лучше бы с ее сестрой! Папочке, видите ли, не захотелось, чтобы у его внука были темные волосы! Если ты тоже решишь жениться, то не волнуйся, я пойму.
- Нет уж, я не хочу ломать комедию. После твоей женитьбы…
- …разумеется, мы продолжим наши встречи. Но…я не смогу поселить тебя в своем доме, пойми это. Даже такая дура, как Нарцисса, поймет, в чем тут дело.
- Неужели у нас не будет больше таких ночей? – в голосе Снейпа было столько горечи, что даже меня проняло.
- Севви, конечно же, они иногда будут. Кроме того, мы сможем встречаться днем у тебя, раз ты не собираешься жениться, - Люциус нежно провел рукой по щеке Северуса.
- Это не то, - мне показалось, что Снейп всхлипнул. – Я бы хотел жить с тобой, пусть даже рядом будет Нарцисса. Никогда не ревновал тебя к ней.
- Нельзя, Севви! Но ты обязательно станешь крестным моего сына, обещаю.
- Для меня он будет все равно, что наш, ты же знаешь. Ладно, зачем думать о грустном, у нас же еще два с половиной года впереди.
Люциус и Северус еще долго говорили друг другу всякие милые глупости. Мне еле удалось выбраться из их комнаты, иногда мне казалось, что они будут обмениваться нежностями до рассвета.

- Возьми свой плащ, Джейми, - я машинально протянула Поттеру плащ-невидимку, все еще находясь под впечатлением от увиденного.
- Ты узнала то, что хотела?
- Узнала, - равнодушно произнесла я. – Впредь буду внимательнее следить за своим слизеринским окружением.
Поттер взял меня на руки.
- А я буду не следить, а действовать!



Глава 6.

- Кажется, идеи Воландеморта действительно могут быть воплощены в жизнь, - осторожно произнес Теодор Лестрандж, мой будущий свекор.
Я прекрасно понимала, что это отнюдь не его мысли, мистер Лестрандж лишь высказал мнение большинства мужчин своего круга. Мы с Рудольфусом, однако, были настолько утомлены после окончания учебного года, что нам вовсе не хотелось поддерживать подобные разговоры в первый день приезда из Хогвардца. Подумать только, как быстро тогда летело время! Для Рудольфуса Хогвардц уже был позади, он получил очень высокий ТРИТОН, и собирался заниматься делами семьи наравне с отцом. Я получила высшую СОВУ, как и прежде, была лучшей ученицей в Слизерине. Но немного завидовала Рудольфусу, который уже закончил учебу.
- У меня становиться тепло на душе, когда я смотрю на вас, - улыбнувшись, произнесла Констанция Лестрандж, мать Рудольфуса. – Вижу, что ты понимаешь моего сына, Белла, а это главное в браке. Ох, прямо не знаю, что делать с Андромедой и Рабастаном!
- Она противная! – сморщился Рабастан, сидевший рядом со мной за столом. – И все время говорит мне гадости.
- Андроменду разбаловали родители! Сколько раз я им говорила, не тряситесь вы так над этой девчонкой, она здоровее нас всех вместе взятых! – краска залила мое лицо. Подумать только, чтобы девушка, носящая фамилию Блек, вела себя подобным образом с женихом!
- Тебе не должно быть стыдно за нее, детка! – Констанция взяла меня за руку.
- Если кто-либо из Блеков ведет себя недостойно, то остальные разделяют груз вины вместе с ним, - горячо произнесла я.
- Белла, они еще дети! – осторожно вставил Рудольфус. - Рабастан и сам…
- Я уже не ребенок! – на глаза брата моего мужа навернулись злые слезы. – Не ребенок, слышите, вы, это?
- Разумеется, ты уже взрослый мужчина, понимающий, что у тебя есть обязательства перед семьей, - я достала надушенный платок и вытерла им слезы, текущие по щекам Рабастана. – Андромеда не должна забываться! Мне придется самой переговорить с ней.
- Жаль, что тебе еще два года учиться, Белла – со вздохом произнес Теодор. – Я бы поженил вас с Рудольфусом прямо сейчас.
Мне были очень приятны эти слова моего будущего свекра, к тому же Констанция, как мне показалась, желала того же, что и ее супруг.
Внезапно в окно влетела большая черная сова. К ее лапке было привязано небольшое письмо. Я сразу узнала герб Блеков, и, разорвав конверт, пробежала по нему глазами.
- О, нет! – на мои глаза навернулись слезы.
- Что с тобой, дорогая? - взволнованно произнес Рудольфус.
- Тетя Оливия… при смерти. Просит, чтобы я пришла проститься с ней, пока…не поздно. Регулус пишет, что она временами никого не узнает, даже его.
- Разумеется, ты должна аппарировать немедленно! Буду ждать тебя с нетерпением! – Рудольфус нежно обнял меня.

- Белла! Скорее! Пока у нее проблески… По крайней мере, минут пять назад меня она узнавала! – от Регулуса разило спиртным.
- Иду! Какого тролля ты напился?
- Мамочка…умирает!
- Какая же ты тряпка, Реги! – с омерзением произнесла я.

- Подойди! Я знала, что ты придешь! – слабым голосом произнесла тетя Оливия. – Мне хочется…уйти у тебя на руках. Ведь ты мне как дочь!
- Тетушка! Поверить не могу, вы, такая сильная… мне всегда хотелось быть похожей на вас!
- Увы, Белла, есть вещи, над которыми мы не властны. Но сейчас речь не о том. Я хочу сообщить тебе, что отныне состояние, которое должно было достаться Сириусу, принадлежит тебе. И хоть я его все равно люблю, пусть по-своему…, но каждый должен хоть немного отвечать за свои поступки!
- Так это из-за него! Вы…из-за Сириуса…? Нет! Мерзавец! Я наложу на него круссио при встрече!
- А ведь ты действительно наложишь на Сириуса круссио, - потухающие глаза тети Оливии будто смотрели мне в душу. – Хотя и любишь моего сына всем сердцем. И далеко не как брата. Я давно знала о вас. Тебя, не должно это пугать, Беллатрикс, в нашем роду подобное не редкость. И у меня когда-то было подобное.
- У вас? – удивленно спросила я.
- Да, у меня был роман с моим родным братом, он давным-давно умер, у него было очень слабое здоровье.
- Тетушка, я пыталась,… но Сири и слушать меня не хотел!
- Не оправдывайся, кому как не мне знать, что Сириус чрезвычайно упрям! – тетя Оливия попыталась улыбнуться. – Но…хочу тебя попросить,… присматривай за ним, если он тебе это позволит.
Я опустила глаза.
- Или убей, если он окончательно перейдет черту, - в голосе тети Оливии послышались обычные властные нотки.
- Позвать…Регулуса?
- Нет, - отрезала тетя Оливия. – Не хочу видеть его пьяным и жалким.
Минуту мы молчали. Я пыталась запомнить каждую черточку на лице моего первого кумира, потому что знала, другого случая это сделать, не представиться.
- Тетушка, а каково это? – шепотом спросила я.
- Мне уже спокойно, - ровным тоном произнесла тетя Оливия. – Я сделала в этой жизни все, что могла, что было в моей власти. И со мной рядом ты, моя преемница. Надеюсь, что тебе повезет больше, чем мне.
Тетушка вдруг подняла голову с подушек.
- Вам лучше лечь! – заботливо произнесла я.
- Оставь! Я вижу Сириуса!
- Сириуса здесь нет, тетушка!
- Я вижу моего единственного возлюбленного, моего брата Сириуса, он пришел за мной! – лицо тети Оливии свела судорога, она еще несколько раз глубоко вздохнула и без чувств упала на подушки. Я поняла, что она мертва. И тут со мной случилось то, что я никак не ожидала. Мое тело сотрясли судорожные рыдания, казалось, что я потеряла, вовсе не тетку, а родную мать.
- Я всегда буду стремиться быть похожей на вас, тетушка, - как безумная шептала я в пустоту. – Пока бьется мое сердце.
- Мама! Мамочка! – голос Регулуса раздался за дверью. Я вытерла слезы и, взмахнув палочкой, привела себя в порядок.
- Нет! – Регулус упал ничком на пол и забился в истерике. – Нет! Нет!
- А ну-ка прекрати хныкать, как самая последняя магла! – мой голос был стальным. – И больше не глотка огневиски, слышишь! Теперь я в этом доме хозяйка!
- Ч…то? – Регулус, кажется, не понял моих слов.
- А то, что твоя мать оставила долю Сириуса мне. Кажется, это семьдесят процентов от общего дохода Блеков? Да, и если увижу, что ты пропиваешь свои деньги, добьюсь над тобой опеки, и тогда держись!
- Б…Белла! – Регулус повис у меня на шее. – Для тебя, все, сестричка, ты же у нас такая умная…
- Так вот и ты не будь дураком. И прекрати, наконец, ухлестывать за Нарси, на людях, это, в конце концов, неприлично.



Глава 7.

На пышные похороны тети Оливии собрался весь цвет магического общества. Скоропостижная смерть главы семейства Блек многих повергла в шок. На поминках все только и говорили о подлости и коварстве Сириуса, который довел свою мать до гробовой доски. Я, слушая все эти разговоры, нервно кусала губы, мне было очень стыдно, что поступок одного из Блеков стал поводом для сплетен и домыслов. Мой кузен даже не удосужился прийти попрощаться со своей матерью! И как только теперь людям в глаза смотреть! К тому же на мою долю выпало присматривать за Регулусом, который хоть и не был сильно пьян, но совершенно не держал себя в руках, и все время пытался рыдать на моем плече. Тихое шушуканье сидящих за большим столом было внезапно прервано словами нотариуса, который прибыл огласить завещание.
- Я, Оливия Блек, завещаю три четверти своего капитала, своей любимой племяннице Беллатрикс Блек. Остальная часть достается моему младшему сыну Регулусу Блеку. Я исключаю своего старшего сына Сириуса из списка наследников, потому как он недостоин быть членом семьи Блек. Отныне главой семейства становиться моя преемница Беллатрикс Блек.
Мне показалось, что я ослышалась. Тетя сделала главой семьи…меня, пятнадцатилетнюю девочку? Мысли путались у меня в голове, и я скромно опустила глаза. Присутствующие захлопали.
- Подойдите, мисс Блек, - сказал нотариус.
Стараясь не выдать дрожь в коленях, я подошла к нему и холодно, по-светски, улыбнулась.
- Это теперь принадлежит вам, - с этими словами он надел на меня довольно большой медальон с гербом и девизом Блеков. Тетя Оливия всегда одевала его на собрания знати. – Пройдите, и сядьте в центре стола.
Когда я опустилась в кресло, сидеть, в котором, не смела даже мечтать, потому, как не считала себя достойной этой чести, то почувствовала, что все смотрят на меня и ждут… Я подняла свой бокал и произнесла:
- За Оливию Блек! Женщину, которая всегда была примером для всего магического общества! Мир праху ее!
Я не услышала ни одного звука. На глазах у всех присутствующих была такая скорбь и…растерянность.
- Я, как глава дома Блек, сделаю все, чтобы он всегда оставался таким же безупречным, как и при моей предшественнице. И первым шагом, сделанным мною, будет исключение моего кузена Сириуса из генеалогического древа Блеков. Отныне, он не имеет ничего общего с нами и ему запрещен вход в этот дом. Сириус не просто предал свою мать, он изменил нашей морали, благодаря которой мы сохранили чистоту крови, - мне было видно, как изменяются лица магов, сидевших за столом. Они благоговейно смотрели на меня. – Я клянусь честью семьи Блек, что пока я живу в нашем роду не будет ни одной грязнокровки или отступника. Тех, кто посмеет опозорить наш род, ждет участь Сириуса.
Поминки продолжались много часов. От тяжелого медальона у меня разболелась шея, но я сидела так же ровно, как и обычно сидела тетя Оливия. Наверное, у нее была выработана привычка.
Наконец, за столом остались только Блеки, Лестранджи и Малфои. Впрочем, в углу я заметила Снейпов. Предпочтя относиться к ним, как к мухам, сидящим на лампе, я произнесла:
- Итак, кажется, здесь остались только близкие родственники. И мне бы очень хотелось сказать всем вам: мы должны стать одним целым. Только так возможно поддерживать безупречность наших родов.
Андромеда скривилась и я заметила, что она исподтишка пнула Рабастана за столом.
- На твоем месте, я бы задумалась, прежде чем позорить свою фамилию, - тихо, но резко произнесла я. – И не думай, что твоя болезненность может оправдывать дурное воспитание.
- Меди, почему ты так себя ведешь? – с мольбой произнесла тетя Афина, мать Андромеды.
- Лично мне понятно, почему она так себя ведет, - холодно произнесла я. – К сожалению, эту девочку никто не воспитывал, как положено.
- Ты всего-то на три года меня старше! А командуешь…
- Замолчи! И немедленно извинись перед Рабастаном! Я приказываю! – эта девчонка все-таки вывела меня из себя.
- Нужен мне ваш Рабастан!
- Что? Да как ты смеешь! Может быть, хочешь последовать за Сириусом?
На глазах Афины выступили слезы.
- Пожалуйста, Беллатрикс! Она еще ребенок, и…
- Ваша задача воспитывать ее, Афина, но, по-видимому, вы не понимаете, что это значит. Придется мне заняться воспитанием вашей дочери. Но для начала Андромеде придется извиниться.
- Меди, извинись, прошу!
Андромеда хмыкнула и издевательским тоном произнесла:
- Прости, Рабастан!
Такое извинение совершенно не удовлетворило меня, но я решила заняться девчонкой попозже.
- Дочка, мы очень рады за тебя, но…это так неожиданно, - подала, наконец, голос моя мать.
- Для меня тоже. Но я думаю, что справлюсь, - сухо произнесла я. Мне было смешно слышать от нее такие слова, я прекрасно знала, что мать умеет радоваться только за себя.
- Тебе будет нужен помощник. Ведь ты еще пока ученица Хогвардца.
- Рудольфус поможет мне, - отрезала я. Как же ей не терпелось добраться до денежек тети Оливии!
- Но…
- Он для меня больше, чем будущий муж, - с этими словами я взяла Рудольфуса за руку. – И мне будет очень приятно, если он согласится помочь.
- Разумеется, Белла!
Надо было видеть, какими вдруг стали глаза Рудольфуса. Из них как будто струилось тепло, мой жених просто светился от счастья. Альфред Малфой, наблюдая за этой сценой, тихо вздохнул. Я искренне сочувствовала ему, Нарси и Люциус становились все более отчужденными. Моя сестра брезгливо морщилась, глядя в сторону своего жениха, Люций же, по-видимому, наслаждался последними годами свободы со Снейпом.
- Увы, к сожалению, не все невесты так надежны, как Беллатрикс, - сухо произнесла Констанция Лестрандж, смотря на Андромеду, которая опять пыталась дерзить Рабастану.
Краска залила мое лицо. Я готова была немедленно наложить круссио на мою идиотку-кузину, только ее болезненность и присутствие Снейпов удерживало меня от этого поступка. Кстати, а почему они не уходят? Неужели, Сопливус нахально дожидается Люциуса?
- Вы, или ваш сын хотели мне что-то сказать, Петрониус? – ледяным тоном произнесла я.
- Мы…, - Петрониус откашлялся. – Мы хотели засвидетельствовать вам свое почтение и,… я остался должен миссис Блек довольно большую сумму. Не знаю, могу ли я просить об отсрочке…
Ах, вот оно что! Снейпы были финансово зависимы от тети Оливии, а, значит,… теперь зависимы от меня?
- Думаю, можете, - я пристально посмотрела на Сопливуса, который стоял, опустив глаза. Нездоровый румянец стремительно разливался по его лицу.
- Спасибо, - с этими словами Петрониус поцеловал мне руку, и довольно грубо толкнул Сопливуса, чтобы он сделал то же самое. В этот момент я почувствовала в своем теле какую-то неизвестную мне доселе сладость. Сладость власти над людьми. – Уверяю вас, как только Северус получит степень магистра Алхимии…
- Кажется, ваш сын значительно продвинулся в… высшей магии, - делая ударение на слове «высшей» произнесла я. – Возможно, мне скоро понадобиться его помощь…
- О, это такая честь для нас! Спасибо, мисс Блек.
- Не за что, Петрониус. Вы и ваш сын можете всегда рассчитывать на помощь дома Блек, пока будете на стороне чистокровных магов, а не отступников и грязнокровок.
Снейпы удалились. Люциус резко повернул голову, чтобы посмотреть вслед Сопливусу. Я про себя усмехнулась. До чего же глупа моя сестра! Хотя, возможно, Люциус был ей настолько безразличен, что она вообще не обращала внимания на подобные вещи.
- Сегодня я останусь ночевать в этом доме. А завтра или послезавтра, после того, как улажу все бумажные дела, вернусь к вам, - сказала я, обращаясь к Рудольфусу.
- Может, тебе нужна моя помощь?
- Она еще очень мне понадобиться, но чуть позже. Меня не будет всего пару дней, побудь со своей матерью, я же вижу, как она по тебе соскучилась! А то, ты все время проводишь со мной!
- Мне это нравится! – улыбнулся Рудольфус. – Ты же знаешь, как я к тебе отношусь.
- Мне тоже, Дольф. Я не задержусь, - мой голос постепенно перешел на шепот. – Ты видишь, что творится с Регулусом? Кошмар! Не образумить его сейчас…
- Я заметил, это весьма печально, - Рудольфус не сводил с меня глаз.
- Не бойся за меня, в доме остается Регулус, домовые эльфы… и всегда можно связаться по каминной сети.
- Буду с нетерпением ждать твоего возвращения, Белла!

Домовые эльфы приготовили для меня одну из гостевых комнат, которая выходила окнами в сад. Когда все разошлись, мне пришлось левитировать пьяного в стельку Регулуса в его спальню. Такого отвращения я давно не испытывала. Мой кузен бормотал какие-то непристойности, уже почти полностью погруженный в сон, вся комната тут же наполнилась запахом перегара, от чего меня начало поташнивать. «Пора спать», - подумала я. «Завтра мне предстоит много дел».
Хорошо, что эльфы в этом доме были вышколены тетей Оливией, которая обезглавливала старых и непокорных, поэтому моя комната оказалась в идеальном порядке. Создавалось впечатление, что эльфы даже предугадали температуру воздуха, которую я предпочитала. В комнате было не жарко, но и не холодно. За окном накрапывал дождь, воистину лето выдалось неудачным. Я сняла с себя черную робу, и, надев пеньюар, стала расчесывать свои длинные черные волосы, что было для меня своего рода ритуалом. Усталость давала о себе знать, к тому же у меня очень ныла шея.
- Ты еще не устала быть везде первой, сестренка?
Я выронила расческу из рук. Сириус! Как… как он здесь оказался?
- У тебя хватило наглости прийти сюда после всего? – моя палочка моментально оказалась у меня в руках. – Круссио!
Сириус издал глухой вопль и стал оседать на пол, не переставая через силу улыбаться.
- Б…ра…во, Белла!
- Когда перестанешь корчиться, убирайся! Я не хочу тебя больше видеть! Мною будут предприняты все меры, чтобы наложить на дом такие заклятия, которые не позволят сюда даже мыши прошмыгнуть незамеченной.
Сириус сидел на полу и дрожал. Действие заклятия уже почти прекратилось, но его бил озноб, который обычно бывает после круссио. Я, наблюдая за моим кузеном, испытывала странные чувства. С одной стороны, лютую ненависть, а с другой…
- С…смешно, - тихо промолвил Сириус, - Д…даже сейчас моя любовь к тебе н…не становится меньше. Д…для меня т…ты по-прежнему с…самая прекрасная и ж…желанная женщина на з…земле.
Что-то внутри меня сжалось.
- Сири, не нужно больше этого говорить. Никогда, - тихо произнесла я.
- К…как ты меня н…назвала?
- Как не должна была, - мой голос был тверже стали. – Ты преступил порог этого дома после твоего изгнания из семьи Блек, я должна была бы тебя замучить до сумасшествия, но…
- И ч…что тебя ос…остановило?
- Помнишь, в детстве я говорила, что когда-нибудь убью тебя? Не беспокойся, Беллатрикс Блек держит свое слово, просто пока еще не время. Не сейчас, Сириус.
Мерлин, как мне хотелось сейчас прижаться к нему… Ощутить сладость его поцелуя. Но я понимала, что нужно раз и навсегда прекратить все это. Забыть свою слабость к Сириусу. Начать новую жизнь, тем более, что я теперь глава семьи и должна быть примером для всех.
- В…враги, Белла? В…враги н…навсегда?
- А разве мы дружили? – я презрительно усмехнулась. – С каких это пор похоть считается дружбой?
- П…пусть будет так. Т…ты достойная п…преемница м…моей м…матери.
- Ты умеешь сделать комплимент, Сириус. Но мне кажется, что тебе уже пора.
- Д…да, я з…загостился. У м…меня есть с собой п…портключ. П…пока, Белла, - с этими словами Сириус удалился.
Я еще долго не могла прийти в себя. Он ушел? Вот просто так взял и ушел, даже не попытавшись… Впрочем, почему мой бывший брат и бывший любовник должен был чего-то добиваться от меня? Я же сама хотела, чтобы он оставил меня в покое, или…не хотела? Все перемешалось в моей голове: похороны, завещание тети Оливии, Регулус, Малфои, Сопливус… «Нужно немедленно привести мысли в порядок!» - сказала я себе вслух. «Итак, что мне сейчас необходимо? Первое: припугнуть Регулуса, а лучше сразу взять над ним опекунство. Переговорить с Нарси и Люцием. Сопливус…мог бы помочь мне наложить охранные заклятия. Заодно и с ним бы переговорить не мешало. Этот немытый ублюдок не должен пялиться на Люциуса хотя бы при Нарси. Ох, как много дел! И все это, не считая управления моим имуществом. Хорошо, что у меня есть Рудольфус!» Уже засыпая, я подумала о том, что, наверное, обижаю своего жениха, своей холодностью. Как это не смешно, у нас еще ни разу не было близости. Впрочем, я не ограничивала свободу своего жениха, как и он не ограничивал мою.
Утром, я первым делом приказала домовым эльфам принести мне завтрак в постель, и пока они варили кофе, связалась по каминной сети с Сопливусом.
- Чтобы через полчаса был здесь, причем вымытый. И не советую злить меня!
Сопливус сделал удивленное лицо.
- Чего уставился? Я не повторяю свои приказы. Или, может быть, у тебя вдруг появились деньги, чтобы отдать долг?
Голова Сопливуса мгновенно исчезла в камине. Тем временем, домовые эльфы, наконец-то принесли завтрак.
- Как тебя зовут, - брезгливо спросила я у эльфа, с поклоном подававшего мне кофе.
- Кричер, мисс Блек, - поставив поднос, этот урод, упал на колени и возвел руки к небу. – О, какая честь сегодня выпала бедному Кричеру! Его заметила новая госпожа.
- Прекрати паясничать. Терпеть не могу вас, уродов.
- Госпожа обратила внимание на мою внешность!
- Убирайся! Надоел!
Эльф тут же испарился. Я решила, что обязательно найму себе прислугу из бедной колдовской семьи. Однако, отсутствие эльфа было недолгим.
- Ты опять здесь?
- Госпожа, к вам мистер Снейп.
- Пусть зайдет, - я накинула халат на пеньюар, и снова легла в постель, все еще чувствуя усталость во всем теле.
- Можно?
Передо мной стоял Сопливус, довольно смущенный тем, что Беллатрикс Блек принимает его лежа в постели.
- Сядь, - глухо произнесла я. – И незачем так на меня смотреть, ты для меня тоже, что и Кричер, мой домовой эльф, даже ниже. Просто сопливая шлюха.
Сопливус опустил глаза, нервно закусив до крови губу.
- Итак, к делу. Ты и твой никчемный отец полностью зависите от … слизеринской нимфоманки, кажется, так ты меня назвал тогда? Я уже смотрела счета, и мне почему-то кажется, что у вас в ближайшие годы не будет денег, чтобы расплатиться со мной, не так ли?
Сопливус молчал, но его бледные щеки медленно заливал нездоровый румянец.
- Не слышу ответа, Снейп.
- Д…да, - еле слышно произнес Сопливус.
- Нужно отвечать: «Да, мисс Блек», понятно?
- Да, мисс…Блек, - Сопливус продолжал изучать глазами ковер в моей спальне.
- И еще, нужно смотреть на того, с кем разговариваешь.
В глазах Сопливуса было отчаянье и горечь от унижений. Но, как ни странно, от этого я ощущала себя настолько восхитительно, что вся усталость куда-то ушла, и появился какой-то странный задор.
- Почему ты терпишь все это, Сопливус? – подражая обычному тону Джеймса Поттера, произнесла я. – Может тебе подсказать хороший способ, как достать деньги?
- К…какой способ?
- Ну, - я хищно улыбнулась. – Люциус очень богат. Хотя, всеми его деньгами пока распоряжается отец, значит…
- Ч…то?
- Думаю, что ты бы вполне мог найти себе покровителя…побогаче. Если бы, разумеется, регулярно мылся.
- Я люблю Люциуса и…мне никто не нужен, кроме него. Стану мастером зелий…
- …долго же мне придется ждать! – притворно вздохнула я. – Однако, сегодня ты сможешь быть мне полезен. Чуть попозже. Нужно будет наложить охранные заклятия, самые сильные, чтобы никто не мог пробраться в дом. А пока…
Я скинула халат и пеньюар.
- Сделай мне массаж, Снейп. Такой же, какой ты обычно делаешь Люциусу.
- Н…не понял, - чуть слышно произнес Сопливус. – П…почему я?
- Потому, что у Кричера руки противные, он домовой эльф. А мне сейчас просто необходим хороший массаж.
Сопливус смущенно кашлянул, и робко принялся за работу.
- Можешь посильнее, мне нравятся твои руки, - томно произнесла я. – Чтобы ты немножко воспарял духом, скажу тебе, что заклятия нужны, для того, чтобы Сириус не мог пробраться в дом.
- Он не сможет сюда войти, если за дело возьмусь я.
- И еще, Снейп… не пялься на Люциуса, а не то мне придется немного потренироваться на тебе.
- Круссио?
- Угадал. Ты хорошо соображаешь, ценю.



Глава 8.

Когда Сопливус закончил накладывать охранные заклятия, мне вдруг пришло в голову, что уже полдень, а Регулус до сих пор не вышел из своей комнаты. Неужели его похмельный сон столь продолжителен? Открыв дверь в комнату моего кузена, я так и застыла на пороге.
- Мерлин! – невольно вырвалось у меня.
Регулус лежал на полу вниз лицом. По всей комнате были зловонные лужи, вероятно, его нещадно рвало. Осторожно подняв голову Регулуса, я увидела струйку крови, вытекающую из его рта, и приоткрытые, остекленелые глаза.
- Нет…, - я почувствовала, что теряю голос. – Снейп! Снейп!
Сопливус через секунду стоял возле меня, морщась от омерзительного запаха, стоящего в комнате.
- Ну что ты стоишь, как статуя? Помоги мне!
- Помочь? Но чем? – удивленно подняв одну бровь, произнес Сопливус. – Здесь нужен врач! Я кликну домовых эльфов…
- Не смей! Это же…позор! – с трудом переведя дыхание, прохрипела я. – Позор! Он же последний! Последний Блек! Кроме него остались одни девушки, которые, выйдя замуж, сменят фамилию!
Сопливус, не переставая морщиться, взял руку Регулуса и сосчитал пульс.
- Очень слабый, - осторожно произнес он. – Беллатрикс, ты…вы же понимаете, чем это чревато! Регулус может умереть!
- Знаю, - глухо произнесла я. – Но мне придется все сделать самой, а ты поможешь мне. Ведь есть же какие-то зелья…для таких случаев?
- Есть, но… я не могу дать гарантии, что здесь можно обойтись без врача.
- Здесь, кажется, есть будущий магистр алхимии? – я, сделав над собой усилие, усмехнулась. – Думаю, этого будет вполне достаточно. Не желаю, чтобы моя семья стала поводом для сплетен! Так что, приступим к делу.
- К делу?
- Аппарируй к себе домой и готовь зелье, а я…попытаюсь сначала отмыть это…ничтожество. Ты еще здесь?
Сопливус аппарировал. Я, раздев Регулуса с помощью заклинания, левитировала его в ванну. Открыв кран, я стала поливать его тепловатой водой. Внутри меня все сжималось, ведь прежде мне никогда не приходилось сталкиваться с алкогольным отравлением. И я совсем не знала, что нужно делать. «Мерлин, пусть он очнется! Пусть хотя бы пошевелиться!» - молилась я. «Тетя Оливия, что мне делать! Дай мне знать, что я поступила правильно, решившись не вызывать врача, чтобы скрыть этот позор». Не знаю, услышала ли меня тетя, или сама судьба решила смилостивиться к семье Блек, но неожиданно Регулус глубоко вздохнул и закашлялся. Его снова стало тошнить, но я уже не замечала того, что моя роба была мокрая от воды и зловонной жижи, у меня просто отлегло от сердца.
- Регул, ну что ты наделал! Как так можно! Тебе же всего четырнадцать, и ты наша последняя надежда, - вытирая его лицо чистым полотенцем, произнесла я.
- Б…белла… что… М…не х…холод…дно.
Я сделала воду горячее. Слава Мерлину, его, наконец, перестало тошнить, и мне пришлось заняться мытьем своего кузена.
- Х…хорошо, - на лице Регулуса появилась слабая гримаса удовольствия. – Т…только я еще в…весь д…дрожу.
Я просто взорвалась.
- Ты ведешь себя как ребенок!
В приоткрытых глазах моего кузена вдруг появилась какая-то грусть.
- Н…наверное…
- Ну, все, кажется, ты чистый. Не стыдно, что тебя пришлось мыть, как младенца?
Регулусу по-видимому стыдно не было. Я никогда до конца не понимала его. Порой он прикидывался невинным ангелочком, но иногда мне казалось, что ему просто было так удобно.
- С…спасибо, кузина Беллатрикс.
Я вытерла Регулуса полотенцем, и высушила его длинные черные волосы заклинанием.
- Я левитирую тебя в другую комнату. Из нее ты не выйдешь, пока не бросишь пить. Раз и навсегда.
- Что?
- И тебя никто не будет навещать, кроме меня.
- Почему?
- Мне так хочется, - едко произнесла я.
- А…Нарси?
- Ей нужно больше думать о своем женихе. Вы уже выросли, и не нужно делать вид, будто ты не знаешь, о чем я.
Регулус слабо улыбнулся.
- Сириусу нужна надежная замена?
Я решила рассердиться, но взяла себя в руки и усмехнулась.
- Мечтаешь стать этой заменой, Регул?
Видимо, мой кузен чувствовал себя действительно ужасно, поэтому решил хоть на недолго сбросить свою маску.
- Предпочитаю более слабых и глупых женщин. С ними легче. Но если ты захочешь…, я не откажусь.
Я почти нежно взъерошила ему волосы и провела рукой по его щеке.
- Сегодня ты переиграл, Регулус. Причем дважды. Сначала, когда довел себя до состояния пьяной и грязной свиньи, а потом, когда вдруг решил открыться мне, что ты далеко не дурак.
Я левитировала моего кузена из ванны в маленькую полутемную комнату на втором этаже особняка.
- Только не эта комната! – запротестовал Регулус.
- Лежи и не вздумай вставать. Скоро принесут зелья, которые ты должен будешь принимать каждый день в строго определенное время. Или я наложу на тебя Империо, - с этими словами я закрыла дверь в комнату специальным заклинанием снаружи.
Пока не вернулся с зельями Снейп, мне пришла в голову мысль осмотреть бывшую комнату Регулуса. В самом деле, и что он так за нее держался? Кликнув Кричера, который тут же принялся за уборку, позвав еще двух домовят, я принялась тщательно исследовать комнату моего кузена. Результаты не заставили себя ждать. Столько тайников со спиртным, наверное, не было ни в одном баре. Причем существовала возможность выхода из комнаты прямо на улицу, не аппарируя. Регулус создал незарегистрированный портключ! Да еще так слабо его скрыл! Мерлин, а если бы проверка? Мой будущий свекор говорил, что авроры взялись проверять особняки, после того, как главным у них стал Аластор Моуди.
Удалив следы самодеятельности своего кузена, я приняла трудное, но необходимое решение. Увы, мне придется взять над ним опеку, по крайней мере, пока Регулус учится в Хогвардце. «Мерлин всемогущий, если бы найти ему невесту!» - думала я.

- Что с вами, Беллатрикс? – появившийся внезапно Снейп с удивлением уставился на мою грязную робу.
- А ты не мог вернуться еще позднее? – едко заметила я. – Как видишь, мне одной пришлось справляться с моим кузеном, слава Мерлину, что он все-таки очнулся!
- Зелье не может быть изготовлено за более короткий срок, - спокойным голосом произнес Снейп. – Я сварил недельную порцию. Но…
- Какое может быть «но»? – выдохнула я, и обессилено опустилась на стул.
- Это зелье избавляет от алкогольной зависимости, только если человек, принимающий его, действительно желает бросить пить. Оно лишь притупляет тягу к алкоголю.
- То есть, ты хочешь сказать, что если Регулус уедет в Хогвардц и опять начнет пить…
- …все ваши усилия пойдут прахом, - Снейп посмотрел на меня своим немигающим взглядом, будто хотел понять, что я сейчас чувствую или…насладиться триумфом? Думаю, он прекрасно понимал, как много значит Регулус для нашей семьи. Последний Блек…
- Есть ли более сильные зелья? – обычным надменным голосом поинтересовалась я. – Те, которые убивают страсть к алкоголю раз и навсегда?
Снейп слегка улыбнулся.
- Страсть к алкоголю очень трудно убить извне. Но есть одно зелье, выпив которое, человек ставит себя перед довольно страшным выбором.
Меня ужасно раздражала манера Снейпа говорить загадками. Теперь мне было понятно, за что Снейпов терпеть не могли в нашем кругу. Получив хоть небольшое преимущество, они с таким упоением им наслаждались, что становилось просто противно.
- Каким выбором? Ты можешь говорить яснее? – угрожающим тоном произнесла я.
- Если человек, принявший это зелье, выпивает хоть глоток алкоголя, он мгновенно умирает, - бесстрастно произнес Снейп.
- Сколько длиться действие зелья? – быстро спросила я.
Снейп опять улыбнулся.
- Действие этого зелья необратимо. Недаром оно относиться к черномагическим.
Я задумалась. Действительно, это был своеобразный договор с жизнью и смертью. Но, с другой стороны, семье Блек нужны были здоровые наследники, а если Регулус не перестанет пить…
- Ты умеешь готовить это зелье? Я хочу, чтобы ты его сварил. Думаю, за подобную услугу мм… можно будет погасить ту часть долга, которую вы должны были внести за этот год. Разумеется, все должно остаться в тайне. Как и то, свидетелем чего ты сегодня был.
Я увидела, что Снейп нервно заиграл скулами.
- Вы…действительно погасите долг?
- Бесценные услуги и верность семье Блек стоят гораздо дороже денег, Северус, - властно произнесла я.
- Зелье готовиться неделю. Перед его употреблением Регулус не должен брать в рот ни капли спиртного, - заметил Снейп.
- Он надежно заперт, - равнодушным тоном произнесла я. – Приступай к изготовлению зелья немедленно, мне не хотелось бы тянуть с этим.
- Ваше хладнокровие…достойно восхищения, - осторожно произнес Снейп. – И вы очень похожи на миссис Оливию.
Я протянула Снейпу свою руку, которая, однако, была не очень чистой, так как я перед этим разбирала завалы в комнате Регулуса. Он беспрекословно поцеловал ее и удалился. Я, оставшись одна, если не считать Регулуса, немедленно отправилась принять душ и переодеться. Только сейчас меня осенило, насколько мерзко и отвратительно выглядела вся эта история со стороны. Хорошо, что хоть выход найден. Регулус навсегда перестанет пить.
Мне нужно было приниматься за дела. На столе передо мной была такая груда бумаг, что я поневоле вздохнула. Быть главной семьи это не только сидеть в центре стола и красиво говорить. Я провозилась до позднего вечера, а не разобрала и половины. Решив, что на сегодня с меня хватит, я попросила Кричера принести мне ужин, и проследить, чтобы Регулус выпил зелье, которое мне показалось целесообразным давать моему кузену, пока не будет готово зелье, о котором говорил Снейп.
Медленно поглощая ужин, я задумалась о своих сестрах. За Нарси я не очень волновалась, моя легкомысленная пустышка-сестра, вряд ли решиться противоречить воле родителей, а вот Андромеда… Ее поведение просто выходило за рамки приличия, не говоря уже о том, что мне было стыдно перед моей будущей свекровью, которая очень переживала за Рабастана. Теперь, когда я на горьком опыте своей семьи представляла, к чему может привести отсутствие невесты у наследника, мне были понятны опасения Констанции Лестрандж.
«Нужно перестать мучить себя опасениями, а переговорить с Афиной. Какого тролля она позволяет своей дочери так себя вести?» - подумала я, и решила переключиться на что-нибудь другое. Но мысли о том, что от Андромеды можно ждать всего, чего угодно не давала мне покоя. Всю ночь меня терзали какие-то странные сны, и я проснулась очень ранним утром, дабы не продолжать это безумие. Связавшись по каминной сети с адвокатом, я попросила его составить документы на опеку над Регулусом. Услугами этого адвоката пользовалась еще тетя Оливия, поэтому он был в курсе всех неприятностей семьи Блек, но все равно мне было очень горько просить его оформлять подобные бумаги. К счастью, они были готовы уже через пару часов.
- Подпиши! – ледяным тоном произнесла я, протянув Регулусу документы.
- Ни за что! Ты…подлая!
- Да неужели? – я усмехнулась. – Наверное, тебе очень понравилась эта комната!
- Подпишу, если дашь мне бутылку огневиски! Ну, пожалуйста, Белла! Ну, что тебе стоит! Обещаю, что не буду пить все сразу, я по чуть-чуть…
- Вижу, что ты так ничего и не понял. Империо!
Регулус с остекленелыми глазами подписал все бумаги.
- Вот и умница, - сладким голосом произнесла и отменила заклятие. Через минуту мой кузен все понял.
- Неееет! – проскулил он. – Нееет, нееет, нееет!
- Да, Регулус. Увы, чтобы распоряжаться деньгами семьи Блек, нужно уметь себя вести. Теперь же ты полностью в моей власти. А пока отдыхай!
Я с облегчением хлопнула дверью, за которой все еще были слышны стенания Регулуса. Мне не было жалко его. Мне было противно.

Впервые я чувствовала, что этот дом тяготил меня. Визит Сириуса, кошмар с Регулусом, финансовые дела тети Оливии - все это смешалось в моем сознании, и хотелось только одного – покоя, пусть относительного. Но разве эти холодные стены могли дать мне покой? Только если…
Я не задумываясь, бросила в огонь горсть каминного порошка.
- Рудольфус! – мой голос был абсолютно чужой на слух. – Рудольфус!
- Белла? – Рудольфус, появившийся в камине, выглядел, мягко говоря, озадаченным. – Так поздно? Что случилось?
- Рудольфус, ты можешь аппарировать ко мне?
- Но что…
- Ты нужен мне, Рудольфус, - мое горло свело судорогой, поэтому со стороны могло показаться, что я плачу. Но на самом деле, все было гораздо хуже. Я была близка к нервному срыву. – Нужен сейчас.
- Разумеется, я немедленно аппарирую к тебе.
Рудольфус появился передо мной через пару минут. Я вцепилась в него так сильно, что он тихо охнул, видимо, мои ногти вошли в его кожу.
- Белла, успокойся! – мой жених осторожно взял мои руки в свои. – Что бы ни случилось, ты всегда можешь рассчитывать на меня.
- Дольф…, - сконфузилась я. Мне уже было стыдно за свое поведение. – Спасибо, что сразу откликнулся на мой зов.
- Белла, ты можешь рассказать, что произошло? Я впервые вижу тебя такой…растерянной, - с этими словами Рудольфус обнял меня и стал нежно гладить по голове.
- Мне действительно очень плохо, Дольф. Наверное, тетя Оливия ошиблась во мне, - прошептала я. – С моей семьей происходит что-то страшное, и я не знаю, как это исправить. Вернее, я, конечно, делаю все, что возможно, но…наверное, нужно делать и невозможное.
- Белла, ты говоришь загадками. Давай мы сядем, и ты мне будешь рассказывать все по порядку.
Я постаралась сделать так, чтобы мой грустный рассказ был не очень длинным, но содержательным. Слушая меня, Рудольфус все больше и больше мрачнел, и я видела, какая боль отразилась в его глазах, когда речь зашла о Регулусе.
- Эта ноша действительно непосильна для такой молодой девушки, как ты. Но тебе не в чем винить себя. Во всяком случае, с завтрашнего дня финансовые дела я беру на себя. Что же касается Регулуса,… мне все-таки кажется, тетя Оливия просто разбаловала его. Как и Сириуса. Моя мать никогда не давала нам с Рабастаном такой свободы.
- Но…
- Если бы я посмел вытворять в детские годы на своем дне рождении то, что вытворял Сириус,… этот праздник был бы последним для меня. А уж о пристрастии Регулуса к спиртному я вообще молчу. Моя мать запрещала нам пить что-либо крепче сливочного пива до пятнадцати лет. Разве ты помнишь, чтобы я хоть раз выпил огневиски, а ведь в Хогсмиде были бары, где наливали студентам.
- Но ты…
- Я уважал мнение матери по этому вопросу, - жестко сказал Рудольфус. – Уверен, что Рабастан тоже уважал и уважает его.
- Мне…больно, Рудольфус. И стыдно. Как Блеки могли до такого докатиться!
- Ты уже сделала все, что в твоих силах. Я преклоняюсь перед твоим мужеством. Как только представлю тебя, откачивающую Регула…, - руки Рудольфуса сжались в кулаки. – Моя невеста не должна заниматься подобными делами!
- Я уже почти успокоилась, Дольф. Как хорошо, что у меня есть ты!
Мои пальцы нежно скользили по темно-русым волосам Рудольфуса, я смотрела в глаза своему жениху, и мне вдруг стало так тепло и спокойно, что, казалось, все беды, обрушившиеся на меня, остались позади.
- Рудольфус, у тебя были женщины? – спросила я его без обиняков.
- Ну,…разумеется, я же парень, - мой жених чуть виновато улыбнулся.
- Я…
- Можешь ничего не говорить, я знаю, что и у тебя было…прошлое. Мне никогда не хотелось давить на тебя, я даже был рад, что мы сначала стали просто друзьями. Но всегда верил и ждал, что когда-нибудь… Если тебе нужно еще время, то…
- Мне не нужно время, мне нужен ты! – этими словами я стала горячо целовать Рудольфуса в губы. – Останешься сегодня со мной?
- Белла, я хочу быть с тобой, пока смерть не разлучит нас, - Рудольфус взял меня на руки и понес в спальню.

- Извини, но после такой ночи я не хочу расставаться с тобой! – довольно властно произнес Рудолфус, когда утром мы проснулись.
- Мм… - я потянулась и обняла своего жениха. – Разве кто-то говорит о разлуке? Забыл, что мы помолвлены с детства?
- Ты не поняла! Я хочу, чтобы мы поженились этим летом. Тебе вовсе незачем торчать еще два года в Хогвардце, в конце концов, ты можешь сдать на ТРИТОН, занимаясь дома. Я тебе помогу.
- Но, Рудольфус, я…
- Есть ли смысл тянуть с нашей свадьбой? Наверняка, Нарси, уйдет из Хогвардца после СОВ, вот увидишь, они с Малфоем поженятся через год.
- Люциус вряд ли в восторге оттого, что ему так скоро придется жениться, - желчно произнесла я. – Если бы это было в его власти, он бы с удовольствием отправил Нарси в Хогвардц еще на пару лет. Впрочем, брак с моей сестрой вряд ли как-то повлияет на его…увлечение.
- Ты…знаешь? – Рудольфус слегка покраснел.
- Давно, - равнодушно произнесла я. – Не придаю этому большого значения, все равно Люциус женится на Нарси только из-за наследников. Так какая разница кого он предпочитает: смазливых простолюдинок или Сопливуса?
Рудольфус был очень удивлен моим словам. Он смотрел на меня с некоторой растерянностью, но ничто не могло скрыть радость этого утра в его глазах.
- Белла, я хочу жениться на тебе не только из-за наследников, - промолвил он, наконец. – Я хочу жениться на тебе, потому что ты…это ты.
- Наши семьи решили все за нас уже давно, - заметила я. – Или ты бы ослушался своих родителей?
- Зачем думать об этом? Мне повезло, - Рудольфус улыбнулся. – А…что чувствуешь ты?
- Я говорила, что у меня нет никого дороже тебя, еще, когда мы были детьми. Мои чувства не изменились, - с этими словами я нежно обняла Рудольфуса. – Разве не к тебе первому я обратилась, как только почувствовала, что не справляюсь сама? Даже мои родители были не в курсе!
- Признаться, я очень боялся, что ты…влюбишься в кого-нибудь! – прошептал Рудольфус.
- Мое слово…
- Мне было бы тяжело жить с тобой, чувствуя, что мы вместе только благодаря этому слову. И…, - голос моего жениха дрожал, - когда я оставлял тебя почти одну, в этом доме, меня не раз посещала мысль о…
- …моих любовниках? – эти слова дались мне с трудом. – Ни один из них не значил для меня столько, что я стала бы приглашать его в этот дом. К тому же, они…в прошлом. В далеком прошлом.
- Белла, я знаю, как глупо это звучит, но…я всегда жутко ревновал тебя, хотя и не показывал этого.
- Ревновал? – я почувствовала, как внутри меня все сжалось. – Это значит, что…
- Да, я люблю тебя, Белла! Люблю по-настоящему, и буду любить, пока смерть не разлучит нас. Хотя понимаю, что твои чувства не так сильны, как мои.
- Рудольфус, я никогда не предам тебя, - горячо произнесла я. – Мы будем вместе, чтобы с нами не случилось, и в печали, и в радости!
- Белла, так мы…поженимся этим летом? – настойчиво спросил Рудольфус.
Я была в растерянности. С одной стороны было понятно, что, учась в Хогвардце, мне будет сложно следить за делами семьи Блек. Не взваливать же все на Рудольфуса! Заниматься я смогу и сама, Хогвардц с его маглофильскими идеями вряд ли сыграет большую роль в усовершенствовании моих познаний. Сириуса там больше не будет… Мерлин, ну при чем здесь он! Неужели этот самодовольный болван Сириус до сих пор остается занозой в моем сердце? Нет, пора положить этому конец!
- Я выйду за тебя замуж, Рудольфус! – твердо произнесла я. – Нам незачем ждать еще два года. Можешь обрадовать своих родителей.

Теодор и Констанция Лестранджи были просто в восторге от моего решения выйти замуж за их сына этим же летом. Понимая, что мне и Рудольфусу сейчас не до них, они тактично не замечали наших постоянных исчезновений из их дома. Я чувствовала, что они очень рады за сына, чего нельзя было сказать о моих родителях, а особенно о моей матери, которая все время причитала, будто отдает меня на погибель, а не замуж.
- Так рано…ох, слишком рано! Скажи, Белла, зачем тебе понадобилось соглашаться прервать учебу в Хогвардце? Поверь, детка, на свете нет ничего лучше свободы!
- Для чего тогда выходить замуж вообще? – моему возмущению не было предела. – Зачем ты сосватала меня за Лестранджа? Я вполне могла бы обходиться сама, живя на деньги семьи Блек.
- Я не о том, - мать жеманно закрыла лицо руками. – Замуж выходить, конечно, нужно, но…
- Но, что? – жестко произнесла я. – Ты можешь хоть один раз в жизни не претворяться, и сказать все, что думаешь?
Мать холодно усмехнулась.
- Тебе нелишним бы было, поучится у меня, девочка моя, поверь, умение претворяться не раз пригодиться в семейной жизни.
- Ты плохо претворяешься, - съязвила я. – По крайне мере, мне это видно.
- Как же ты похожа на своего отца, - с нескрываемым отвращением произнесла мать. – Судьба, видимо, посмеялась надо мной, наделив нашу единственную дочь, всеми омерзительными чертами его семьи. Ты даже не представляешь, насколько ты – Блек!
- Что? – я судорожно сглотнула. – А как же Нарси?
Анжелика Блек, ибо с этого момента, я уже не могла называть ее своей матерью, до крови вонзила себе ногти в ладони.
- Разве ты никогда не задавала вопрос, почему Нарси - блондинка с серыми глазами? Разве в нашей семье есть блондины?
- Продолжай, - глухо произнесла я.
- У Альфреда Малфоя был брат Драко. Он…умер, спустя через месяц после рождения Нарси. Твой отец… отравил его. Это было не доказано, но… я знаю.
Мои губы дрожали. Казалось, я была не в состоянии выговорить ни слова. Но чей-то чужой, хриплый голос за меня произнес:
- Почему же Альфред не убил моего отца?
Анжелика Блек рассмеялась.
- Ему это было только на руку, еще бы, прибрать к рукам все денежки семьи Малфой! Твой отец сослужил Альфреду хорошую службу!
Я нервно сглотнула.
- Почему тогда Альфред допустил помолвку Нарси и Люциуса? Они же… фактически у них…должна быть одна фамилия…
- Альфреду хочется внука, со светлыми, почти белыми волосами, и серыми глазами, как и у всех Малфоев, - монотонным голосом произнесла Анжелика Блек. – Это будет всего лишь еще один инцест в их семействе. Сам Альфред… его мать и отец были родными братом и сестрой!
- Нарси… тебе безразлично, что она станет жертвой твоего…безумия? Ты вообще кого-нибудь любила, кроме себя?
- А ты? – едко произнесла Анжелика Блек.
Передо мною возникло улыбающееся озорное лицо, обрамленное длинными черными волосами. Сириус! Мое сердце екнуло. Я с ним тоже, что и Нарси с Люциусом. Только они ненавидят друг друга, а мы…
- Мои чувства тебя не касаются! – резко произнесла я. – Как и моя жизнь. С этого момента я ничего не хочу знать о тебе. Разумеется, на свадьбе ты будешь присутствовать, но после… Надеюсь, что у моей сестры и Малфоя родиться здоровый ребенок, иначе…
- Что иначе? – равнодушным голосом спросила Анжелика Блек, но увидев мои глаза, вскрикнула и отшатнулась.
- Я убью тебя! – прошипела я. – Ты права, я настоящая Блек, а Блеки не прощают предательств. Круссио! Это за отца!
Анжелика Блек упала на пол и завыла.
- Круссио! Это за нас с Нарси!
Оставив женщину, которая некогда имела право называться моей матерью, я решительным шагом вышла из комнаты.
- Беллатрикс!
Я обернулась, и увидела отца, который в первый раз в жизни смотрел на меня не как на пустое место. Внезапно он почти ласково обнял меня за плечи, и поцеловал в лоб.
- Ты достойна называться моей дочерью, - медленно растягивая слова, произнес он. – Думаю, что Рудольфусу повезло. Счастья тебе, Беллатрикс!
- Спасибо, отец! – тихо произнесла я.
- Признаться, я был удивлен, что ты так спокойно отреагировала, когда узнала, что я отравил любовника твоей матери, - усмехнулся он.
- Ты поступил, как настоящий Блек, отец, - твердо произнесла я. – И она мне больше не мать!

Свадебная роба, которую сшили на заказ у лучшего портного в Косом переулке, была, на мой взгляд, жутко неудобной, но Нарси она приводила в восторг. Первый раз в жизни я отдалась в руки сестры и доверила выбор прически и свадебных аксессуаров ей.
- Белла, ты такая красивая! – честно, как никогда в жизни, произнесла Нарси.
- Только мне жутко неудобно во всем этом, - проворчала я. На самом деле мне были почти приятны комплименты сестры. После того, что я узнала о ней, мое отношение к Нарси стало несколько иным. Мне было… даже немного жалко ее.
- Такое бывает раз в жизни, можно и потерпеть! – возмутилась Нарси.
- Ну, только если раз в жизни, - простонала я. – Мерлин, такое ощущение, что я стала куклой!
- Белла, почему ты решила бросить школу? – вдруг спросила Нарси.
- Я не бросила школу, а всего лишь решила заниматься самостоятельно. Через год я сдам на ТРИТОН, будь уверена!
- А я бы, будь у меня твоя тяга к знаниям, сидела в школе еще лет пять! – с болью в голосе произнесла Нарси. Да что там пять, все десять, только, чтобы не быть с Люциусом!
- Нарси, вам пора начать находить общий язык, - осторожно произнесла я. – Думаю, если ты постараешься…
- Белла, я не хочу стараться! – на глазах у Нарси стояли слезы. – Рожу ему наследника, даже в сторону его не посмотрю, пусть делает, что хочет! Мерлин, как он мне противен! А как… Рабастан?
Я хотела накричать на сестру, но в последний момент передумала.
- Он болен, ты…знаешь. Если хочешь, чтобы он поправился, доверься мне.
- И Снейпу? – брезгливым тоном произнесла Нарси.
- Снейп превосходно разбирается в зельях. К тому же он зависим от меня, и будет держать язык за зубами.
- Ненавижу! Их обоих! И его и Люциуса!
- Нарси! Тебе нужно выйти на свежий воздух. К тому же я хочу побыть одна, пока Рудольфус не приехал за мной.
- Хорошо, Белла, - с этими словами, моя сестра удалилась.
Я осталась одна. Подумать только, последние часы свободы! Мои мысли блуждали где-то далеко, как вдруг… Перед распахнутым окном в небе висел магловский мотоцикл, кажется так, это называлось. А на нем сидел…
- Сири! – выдохнула я. – Сири, что ты тут делаешь?
- Я за тобой, - по лицу моего кузена было видно, что он не шутит. – Как видишь, ты была права, я слишком много читал магловских романов, а в них обычно парень похищает чужую невесту из-под венца. Правда, без магии, я это дело себе не представляю. Как тебе мой мотоцикл?
- Сири, ты сошел с ума! Я не могу нарушить слово!
- Белла! – резко произнес Сириус. – Белла, ты можешь когда-нибудь что-нибудь сделать ради себя, а не ради слова, ради чести семьи Блек? Просто ради себя?
- Сири, мы брат и сестра! В любом случае брат и сестра! То безумие, что было между нами… это просто…детство, а теперь я выросла! Ты тоже изменился!
- Хорошо умеешь находить отговорки, Белла! Ты уже нашла себе развлечение, вроде Поттера, чтобы тебе легче было жить с этим занудой Лестранджем?
- Кстати, как Джеймс? – едко произнесла я.
- Он женился на Эванс. Я был шафером на их свадьбе. Теперь мы работаем аврорами.
- И Эванс тоже? – я рассмеялась – Вижу, ты нашел себе подходящую кампанию, Сири!
- Белла, давай уедем! – серьезным, без ухмылки голосом, произнес Сириус. – Я… я люблю тебя! Только тебя!
- Улетай, Сири! Улетай, прошу! Нарси… сейчас вернется.
- Если ты…захочешь, то я всегда готов соединить наши судьбы. Только позови!
- Я не позову тебя, Сири! – твердо произнесла я. – Надеюсь, ты, забудешь наше безумие.
- Никогда, - тихо произнес Сириус. – Ну, прощай, сестренка! Желаю счастья!
- Прощай, Сири!
Мотоцикл взмыл в небо. Я уже не помнила, как вернулась Нарси, как прибыл Рудольфус, как на моем пальце оказалось обручальное кольцо… Передо моими глазами стоял Сириус – моя единственная в жизни любовь.
Конец 1 части.


"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"