Не травите барсука!

Оригинальное название:Don't Badger the Badger!
Автор: Viridis, пер.: belana
Бета:tigrjonok, lovcy
Рейтинг:G
Пейринг:
Жанр:General
Отказ:не мое и не надо
Аннотация:Сортировочная Шляпа пела: «А славной Хаффлпаф, все прочие без счёту доставались». Хаффлпафы тихи, безобидны и в целом не интересны, правда? Но на их гербе изображен барсук. Никогда, слышите, никогда, не травите барсука.
Комментарии:1. тексты песен Шляпы взяты из разных переводов;
2. ученики Хаффлпафа у меня хаффлпафы, а не хаффлпаффцы (мое личное IMHO)
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:2008-08-11 00:00:00 (последнее обновление: 2008.08.11)
  просмотреть/оставить комментарии
- Готов хаффлпаф учиться усердно,
Терпением брать и тяжелым трудом.


- Терпением брать и тяжелым трудом, - меланхолично пробормотал он, сгребая землю в мешок. Аккуратно перевязав его, взял совок и несколькими ударами раздробил большие комья земли. Раскрыл следующий мешок и запихнул получившийся грунт внутрь; посидел на корточках, вытягивая спину. Пять глубоких вдохов, и он снова взялся за совок. Только после того, как мешок был заполнен, он по-настоящему отдохнул.
Спертый и неподвижный воздух: не удивительно, ведь вентиляции практически не было. Тусклый свет. Он отер грязь с лица, перелез через мешки, взялся за узел и потянул. Пятьсот ярдов. Три остановки на отдых по пути, в основном из-за недостатка кислорода в длинном, узком лазе. В конце концов, достигнув выхода, он остановился, поднял заслон и некоторое время наслаждался свежим воздухом. Это не прихоть - необходимость. Потом вернулся назад и перетащил оставшиеся мешки. Только когда все они были у выхода, он впервые использовал магию. Простое уменьшающее заклинание сделало сумки размером с кусок рафинада. Он выбрался из лаза, отряхнул одежду и посмотрел на часы. Пять тридцать. Отлично. Маленькая деревня уже проснулась, но ее обитатели были слишком заняты дойкой коров или поеданием своих завтраков перед утренней поездкой по делам, чтобы заметить владельца старой конюшни, решившего посетить свою собственность в такую несусветную рань. Кроме того, рядом никого не было, чтобы услышать хлопок аппарации.

* * *

Электрическое освещение было его самой большой гордостью. В курсе маггловедения он хорошо научился пользоваться маггловскими библиотеками. Он начал с "Очевидец: электричество", затем работал с более сложными текстами до тех пор, пока не смог не только разобраться, но и использовать свои знания из учебника технического колледжа за первый курс. Он брался за дополнительную работу, это позволило ему купить сотни ярдов кабеля, лампочки и розетки. В его конюшне был свет, и он смог очень хорошо спрятать соединение. Конечно, тот, кто захотел бы его найти, легко обнаружил бы, что кабель исчезает в деревянном ящике в углу. Но кто ж будет искать?
К тому же он смог узнать достаточно о компьютерах, чтобы найти информацию - "в сети", как говорят магглы. Купить необходимые вещи оказалось сложнее, поскольку едкие вещества, как например, перекись водорода, не продавались оптом. Но он смог, скорее с помощью настойчивости, нежели удачи. Были магазины, где продавали все всем, не задавая вопросов, только не каждый проведет семь месяцев в поисках такого места. Запах обжигал нос, глаза слезились, но вещество разлагалось под воздействием углекислого газа, выделяя кислород - это все, чего он хотел. Запах фиалок мог подождать; он был терпелив, как и все хаффлпафы в целом.
Кроме того, они методичны. Первые два года он зарабатывал и откладывал деньги, чтобы купить сгоревшую ферму, от которой осталась только конюшня. Его друзья кривились, но он говорил, что хочет сделать там маленькую лабораторию.
- Как видите, сэр, не смог, закончились деньги, - он печально окинул взглядом только что подметенную конюшню. Авроры вертели головами, чтобы осмотреть каждый угол.
- Есть остаточная магия? - спросил тот, что старше.
- Следы аппарации, сэр, - ответила молодая девушка-аврор.
Он кивнул:
- Да, я приходил сюда несколько дней назад.
- Недавно применялось заклинание уборки. И уменьшающее заклинание, здесь, в углу, - она указала своей палочкой.
- Что вы уменьшали? - аврор был официален, его голос напоминал накрахмаленные до твердости простыни и старый рассыпающийся пергамент.
- Их, сэр, - он наклонился и отыскал за большим ящиком несколько маленьких стульчиков со столиком и буфетом, размером не больше пачки сигарет. - Мне они не нравятся, но хозяин квартиры не позволяет мне их выкинуть, поэтому я положил их сюда.
- Ясно. Можно взглянуть на ящик?
- Конечно, сэр.
Аврор поднял тяжелый заслон и заглянул внутрь. Кроме мышиного помета, там ничего не было. Он отпустил заслонку, и она упала с громким треском.
- Часто им пользуетесь?
- Нет, сэр, последний раз где-то полгода назад.
- Тем не менее, пыли нет.
- Я не люблю грязь, сэр, и хорошо владею хозяйственной магией.
- Да, конечно, заклинание уборки. Хотя не сработало для помета, - в тоне проскользнуло немного слизеринского презрения, но хаффлпаф только пожал плечами с полуизвиняющейся улыбкой.
- Да. Спасибо за ваше терпение. Вы его единственный сосед-волшебник, поэтому нам необходимо было с вами поговорить. Если нам что-то понадобиться, мы пришлем вам сову, но я не думаю, что это случиться. Удачи!
Да, изучение магглов, многократно высмеянное слизеринцами, оправдало себя. Если бы он использовал заклинание сверления или хотя бы заклятие освежения воздуха, они бы это сразу же заметили. Полезли бы в тоннель, и нашли бы много интересного.

* * *

- Для Хаффлпафф упорный труд —
Начало всех начал.


Покупка конюшни, всех необходимых запасов, затем и бутылки дорогого амонтильадо подорвало его бюджет. Было непросто найти дополнительную работу и тяжело брать сверхурочные, сократив сон до двух часов в день. Но упорство помогло добиться своего. Он проводил утра и дни, зарабатывая на жизнь и необходимые припасы. По вечерам он учился, собирая информацию. И по два часа каждую ночь, шесть дней в неделю он рыл лаз. Только в воскресенье можно было отдохнуть и восстановиться.
До начала всех работ он провел полгода, внимательно изучая все варианты. Он исключил использование магии - его бы сразу же поймали. Откровенно маггловские способы, как например, снести этому типу лицо которокоствольным дробовиком, пробудят много подозрений. Он обратился к психологии. Он изучил его убеждения, капризы и привычки. Узнал хобби и предметы гордости. И нашел его слабое место.

- А может быть вам Хаффлпаф предначертан -
Для верности и справедливости дом.

Потому что даже у беспощадных и очень хитрых убийц есть слабые места. Их было не трудно найти, учитывая, что этот тип нес ответственность (хотя это никогда не было доказано) за смерть его двоих лучших друзей. Это был его долг. Долг смерти, а не жизни, но он считал его не менее обязательным. Этот тип должен заплатить, перестать свободно ходить по земле и хвалиться своими винами.
Да, винный погреб стал ключом. Очень старый, старше, чем дом, с кирпичными стенами, которые, несмотря на обилие трещин и плесени, оказались достаточно крепкими. Он был заставлен деревянными полками; на полках лежали пыльные бутылки, которые в свое время будут выпиты из бокалов превосходного стекла. Ряды бочек занимали всю левую часть хранилища, бочки темного дерева с пряным запахом.
После почти восьми месяцев копания, прокладывания кабеля, установки опор и перекладин он достиг стены. И застыл, когда его кирка задела кирпичи, но в четыре утра в погребе не было никого, кто мог бы его услышать. Там была анти-аппарационная защита, но она его не беспокоила, он не собирался аппарировать. Наверное, трудно представить себе что-то, сильнее отличающееся от аппарации, чем ползанье по выкопанному вручную, плохо освещенному и еще хуже вентилируемому лазу.
Он начал работать с набором стамесок, удаляя строительный раствор и заменяя его деревянными клиньями. Через две недели все было готово.

* * *

- А славной Хаффлпаф
Все прочие без счёту доставались.


"Да, добродетельная Хельга. Интересно, что бы ты обо мне подумала? Ты бы мной гордилась или ненавидела?" - размышлял он, аппарируя в свою конюшню. Он проверил - вокруг никого не было, открыл ящик, поднял днище и спустился в лаз. Включил свет и двигался вниз с максимально возможной скоростью. Добравшись до стены, он присел, чтобы восстановить дыхание, затем начал осторожно вынимать деревянные клинья и кирпичи. Вынимал один за другим, пока не смог заглянуть в дыру, достаточно большую, чтобы пролезть через нее. Он забрался в узкую щель между бочкой и стеной хранилища, протиснулся вдоль стены. Нашел нужную полку, используя только маленький маггловский фонарик. Аккуратно, чтобы ничего не потревожить, он вынул бутылку амонтилльадо и заменил ее той, что принес с собой. Потом он нашел полку с итальянскими винами, и там тоже сменил бутылку.
Отойдя от полок, он сделал фонарь поярче. Отлично. Никаких следов. Хаффлпафф достал палочку и произнес единственное заклинание, которое было необходимо. Матушка побранила бы его за настолько плохо проделанное хозяйственное заклинание, но цель была достигнута. Облако пыли закружилось в свете фонарика, и он едва не чихнул. Пролез обратно за бочки и начал восстанавливать первоначальный вид стены. Конечно, если бы кто-нибудь внимательно посмотрел, он или она заметили бы смещенные кирпичи и свежий строительный раствор. Но он должен был рискнуть.

* * *

Тот тип и его друг хорошо пообедали, празднуя лучшую из осуществленных ими сделок. После полуночи они, будучи слегка навеселе, аппарировали на задний двор, похлопали друг друга по спине… и зашли внутрь.
После нескольких рюмок хозяин провозгласил, что события дня достойны особого угощения. Используя Люмос, он спустился в погреб и взял бутылку шерри. И набор бокалов, хранимых для особых случаев. Они выпили за свое здоровье и старые добрые времена. Разошлись они рано утром.
Тот тип не открывал глаза до позднего утра или, точнее, раннего вечера. В субботу было позволительно отдохнуть после трудной недели. Его горничная взяла выходной, но перед уходом помыла стаканы и приготовила обед. Он принял душ, подогрел еду взмахом палочки и с удовольствием поел. Налил себе небольшой бокал портвейна для улучшения пищеварения и прилег на диване, когда стук в дверь прервал его отдых.
Два аврора стояли перед парадной дверью, вежливо, но настойчиво желая войти. Их документы были в порядке, он не смог им отказать. Они отказались от напитков и начали задавать вопросы о предыдущем вечере.
- Но почему, сэр?
- Ваш друг не проснулся сегодня утром.
Потребовался весь слизеринский самоконтроль, чтобы не повалиться на диван. Авроры продолжили опрос: где, с кем, почему, что они делали, где ели, что ели, что пили.
- Ваше вино? Что-нибудь осталось?
- Нет, я боюсь, мы все выпили.
- А как же бутылка?
- Моя горничная ее помыла вместе со стаканами, - авроры пристально на него посмотрели.
- Вы эксперт по винам?
- Я горжусь своим погребом.
- Можно нам посмотреть? - Они спустились в хранилище.
- Здесь использовалась магия в последнее время? - второй аврор пробормотал несколько заклинаний.
- Только заклинание уборки.
Первый офицер провел пальцем по полке:
- Очень плохо сделанное, - заметил он, посмотрев на палец. – Так. Сэр, нам нужно их проверить.
- Что? Вы собираетесь открыть их все? Это будет стоить мне целое состояние!
- Не беспокойтесь, мы не повредим Вашу коллекцию. Пиффлбак, свяжитесь с министерством и вызовите сюда Адамса.
Адамс оказался крысоподобным существом, быстрым и нервным. Из набитой сумки он извлек что-то, похожее на большой шприц, постучал по нему палочкой и без единого слова пошел к бутылкам и бочкам.
- Он возьмет пробы, не трогая ваши бесценные пробки, - криво усмехнулся аврор.
Адамс направлял свой шприц на бутылки, и в то же мгновенье он наполнялся порцией янтарной, рубиновой или розовой жидкостью. Его правая рука выливала вино в мензурки и брала следующий образец, а левая запечатывала, надписывала и помещала их в сумку. Остальные наблюдали за этим фокусом с изумлением, все, кроме хозяина, который предпочел бы пройтись по улице в наручниках, чем видеть… осквернение своих вин.
Его желание осуществилось, когда авроры вернулись спустя два дня, распечатали погреб и взяли бутылку красного Роэро.
- Виноградники Барберо, 2001. Хороший год?
- Очень хороший, не требует дальнейшего старения. Я думал скоро его выпить.
- Без сомнения, с вашим близким другом. Если бы наш дорогой Адамс не был таким дотошным в своих тестах, вы бы наверное, выкрутились. Очень изобретательно, использовать зелье, на которое у Вашего друга аллергия. Скажут, просто астма. Задушить человека даже не разбудив его.
- Но он был моим лучшим другом!
- И вы были ему многим обязаны, да? Мы также нашли интересные пергаменты в его доме. Если бы их обнаружили раньше, вам было бы гораздо сложнее убедить суд, что вы были под Империо. Хотя можете и сейчас попробовать.
Он не пытался. Хотя доказательства были только косвенные, присутствовал мотив, орудие убийства и труп. Достаточно, чтобы отправить этого типа в Азкабан навсегда, особенно учитывая его прошлое среди Упивающихся Смертью. Молодая девушка-аврор, которая предложила еще раз посмотреть на стойла соседа («Понимаете, сэр, обвиняемый был якобы связан с убийством его друзей с Хаффлпафа…»), получила только отеческую улыбку («Конечно, моя девочка! Только послушай себя. Хаффлпаф. Этот сосед с Хаффлпафа. Хаффлпаф, подставляющий кого бы то ни было?»).

* * *

- Два зайца одним выстрелом, - пробормотал хаффлпаф, читая статью в «Ежедневном Пророке» об одном бывшем Упивающимся Смертью, приговоренном за отравление другого. Он вытянул ноги и налил себе еще один бокал олоросо. Ему полюбилось шерри, но только не амонтильадо. Ассоциации с мокрой землей, неподвижным воздухом и мурашками на спине были слишком сильными. Он сделал глоток и посмотрел на небольшой кусок пергамента, лежавший на столе.
- Два есть, - сказал он, вычеркивая имена. – Остались трое.

"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"