Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Наше продолжение

Автор: Ласковая мерзость
Бета:Lenorchk
Рейтинг:NC-17
Пейринг:ГП/ДМ
Жанр:Drama
Отказ:
Аннотация:Легко ли принять то самое единственно верное и правильное решение, от которого зависит иногда даже не будущее, нет, а НАСТОЯЩЕЕ? Сколько нужно сил для того, чтобы понять, что ты хочешь сделать, и осознать все возможные последствия этих действий? А ведь каждому когда-нибудь придется встать на путь сомнений. И ОНИ не исключение… просто ИХ время пришло раньше...
Комментарии:Жанр: Романс /Агнст
Саммари: Легко ли принять то самое единственно верное и правильное решение, от которого зависит иногда даже не будущее, нет, а НАСТОЯЩЕЕ? Сколько нужно сил для того, чтобы понять, что ты хочешь сделать, и осознать все возможные последствия этих действий? А ведь каждому когда-нибудь придется встать на путь сомнений. И ОНИ не исключение… просто ИХ время пришло раньше...
Предупреждение: Не учитывается 6 книга.
Примечание: Создано по просьбе Анастасии Малфой, которой хотелось Гарридраку, NC-17, романс… Извини, что так задержала, но, надеюсь, тебе все равно понравится…
Каталог:нет
Предупреждения:слэш
Статус:Закончен
Выложен:2007-08-24 00:00:00


Faer est suae qusque fortunae/
(лат. Каждый кузнец своего счастья)
  просмотреть/оставить комментарии


Глава 1. Непредсказуемая неожиданность

Тихий хлопок и не в пример ему громкое «Ай!» огласили пустую улицу в одном из старых районов Лондона, однако никто даже не выглянул посмотреть, что же было причиной этого странного звука. Лишь черно-белая кошка, ищущая что-то в мусорном баке неподалеку от источника шума, выгнула спину и зашипела, показав свою готовность к возможной атаке. Светловолосый юноша, пару секунд назад появившийся в этом заброшенном месте, бросил полный презрения и брезгливости взгляд на худое, облезшее животное, поправил манжеты своей аккуратной темно-синей мантии и с любопытством, смешанным с настороженностью, осмотрелся. Вокруг были лишь старые дома с облупившейся краской, с покосившимися ставнями и разбитыми окнами. Затянутое серыми тучами небо ничуть не скрашивало картины бедности и запустения, царившей на этой небольшой улочке.
-И куда же меня занесло? – пробормотал юноша, на всякий случай вытаскивая кусок дерева из кармана своего довольно странного для здешних мест одеяния. Он тотчас сообразил, что улица, на которую его перебросил портключ, не имела ничего общего с волшебством и миром магии. Скривившись, отчего его бледное лицо сразу приняло отталкивающее и неприятное выражение, он зажмурился и сильно сжал в ладони небольшой камень, мысленно произнеся: «Косой переулок». Приоткрыв глаза, юноша обнаружил, что его по-прежнему окружают старые полупустые дома и чахлые деревца, растущие рядом с тротуаром.
-Что за черт! – пробормотал светловолосый парень, внимательно оглядывая кусочек горной породы. – Я прибью этого Чармелса: как он распинался, что срок годности этого портключа равен вечности. Мошенник!
-Кого это вы назвали мошенником, мистер Малфой? – раздался за его спиной глухой голос, и юноша мгновенно обернулся, наподобие шпаги держа палочку в правой руке.
-Ааа, мистер Гойл, очень рад вас видеть, но, понимаете, сейчас я не смогу поговорить с вами: у меня очень мало времени. Дела! – с долей иронии произнес подросток, с опаской косясь на горообразного человека, закутанного в темный плащ,– отца одного из его друзей.
-Боюсь, Драко, эти дела придется отложить… Тебя ждут, - вкрадчиво произнесла какая-то женщина, вновь заставив его повернуться, растянуть губы в слегка насмешливой улыбке и ответить, чуть растягивая слова:
-Тетя Белла, рад вас видеть. Что занесло вас в это забытое Мерлином место?
Женщина хрипло рассмеялась, откидывая назад свои тяжелые темные волосы и направляя на племянника поднятую палочку:
-Долг, Драко. Тебе же знакомо это слово?
-Долг? Хм… Это нечто такое, что нужно делать, когда не хочется? – Драко притворно задумался.- Нет, я не знаю этого понятия… И знать не хочу.
-А ты храбрый, малыш. И где ты мог этому научиться? Твой отец…
-Не трогайте моего отца, тетя, - предупреждение ясно прозвучало в голосе подростка, и две фигуры в плаще шевельнулись, приближаясь ближе и окружая его с двух сторон.
-Как патетично, Драко. Беспокоишься за Люциуса? О, не нужно! Я уверена, ему понравились камеры в Азкабане.
Палочка в руках юноши чуть завибрировала.
-Что тебе нужно? Это благодаря тебе я оказался в этой помойке?
- Отчасти… Ты уже давно избегаешь нас, Драко. После того, как твои родители так глупо попались Дамблдору, тебе нужен опекун…
-Отчего такая забота? – насмешливо поинтересовался подросток, внимательно наблюдая за медленно приближающимися людьми.
-Мы же семья, Драко. Разве не так?
Ничего не ответив, юноша попытался еще раз активировать портключ. Безрезультатно. Он мысленно чертыхнулся и постарался незаметно оглядеть местность в поиске возможного маршрута для бегства.
-Что ты высматриваешь, племянничек? – Беллатриса заметила его движения. – Хочешь снова убежать от нас? Но, полно, не глупи. У тебя назначена встреча, и не прийти на нее было бы большой ошибкой…
-Да неужели? И как это я забыл? В моем графике произошла накладка, а потому я должен отказаться от предлагаемого тобой визита…
Не успел он договорить, как Круцио заставило его опустить палочку и задохнуться: резкая боль охватила все его тело, тисками сжимая и разрывая его на части.
-Хватит болтать, Драко, - в голосе женщины появилось нетерпение. – Тебе лучше отправиться с нами по доброй воле.
-Еще чего, - прошептал юноша, сквозь слезы заметив какое-то движение за спинами взрослых… Если ему не померещилось, это был человек…
-Отказ? – прогудел горообразный маг, тоже поднимая палочку.
-И да, и нет… - их последних сил произнес подросток, чувствуя, что начинает терять сознание от выматывающей и непрекращающейся борьбы с болью.
-Да как ты смеешь, щенок! – прошипела Беллатриса, и Драко уже успел попрощаться с жизнью, как вдруг звук глухого удара нарушил относительную тишину улицы. Он успел заметить, как медленно оседает на землю его тетя, как его спаситель… или спасительница… бросает тяжелую статуэтку и, с палочкой наготове, приближается ко второму Упивающемуся… Громоподобное «Экспелиармус!», и защитник теряет свое оружие, застыв перед горообразным мужчиной.
«Всегда приходится все делать самому», - с ноткой снисхождения подумал Драко и дрожащей рукой поднял палочку, целясь в неповоротливого мистера Гойла.
-Ступенфай! – прошептали его губы прежде, чем темнота смилостивилась над ним и великодушно избавила от ощущения боли и неимоверной усталости…


***


Гарри Поттер валялся на довольно неудобном диване в гостиной дома № 12 на площади Гриммо и бессмысленным взглядом рассматривал грязный потолок над головой. Где-то на кухне практически неслышно ходил Добби, которого Дамблдор любезно одолжил еще в самом начале лета. Именно благодаря стараниям этого трудолюбивого эльфа старый дом стал почти пригодным для жилья… Правда, теперь его практически не посещали… Резко поднявшись, гриффиндорец подошел к окну, рассматривая весьма непримечательный пейзаж с завидной внимательностью и сосредоточенностью. Добби, неслышно скользнув в приоткрытую дверь, мгновенно вышел, заметив напряженную линию плеч своего молодого хозяина. Он уже успел усвоить, что когда гриффиндорец так стоит напротив окна, задумчиво сложив руки на груди, ему лучше не мешать: Гарри думает… И юноша действительно думал… Вернее, вспоминал.
Очень трудно было вернуться в этот дом, особенно после смерти Сириуса. Как ни старался Дамблдор облегчить его вину, юношу не покидали мрачные мысли. Его преследовало чувство вины за столь необдуманный поступок, каким являлся поход в Отдел Тайн. Чувство острой потери и сожаления затопило его с головой, заставив замкнуться в себе и отрешиться от окружающей помощи и сочувствия. Директор, предвидя такой поворот событий, сразу же после экзаменов, не заставляя его жить у Дурслей, переправил апатичного подростка на площадь Гриммо, строго наказав Добби заботиться о юноше. Эльф с завидным энтузиазмом принялся выполнять пожелание Дамблдора, умело справляясь со всеми домашними делами и приглядывая за Кикимером, который после смерти последнего мужчины из рода Блеков стал абсолютно неуправляемым и невыносимым. В самый же первый день в порыве ярости, впервые сменившей апатию, Гарри накричал на Кикимера и запретил ему выходить из маленького чердака под самой крышей дома. Злобно глянув на обезумевшего подростка, эльф неохотно послушался, и на целых две недели Гарри был избавлен от мрачного хохота и довольного бормотания домовика, из-за которого он решил отправиться в Отдел Тайн…
Две недели… Целых две недели вместе со всеми, но все равно в одиночестве… Семейство Уизли первое время жило вместе с ним, и дом был полон самыми разнообразными звуками и скрипами, хохотом и разговорами, изредка раздававшимися, но поспешно заканчивающимися и сменяющимися затяжным молчанием. Гарри не знал, куда спрятаться от сочувствующих взглядов Рона и Гермионы, от понимающей и немного извиняющейся улыбки четы Уизли, от надоедливых и слишком громких шуток близнецов. А теперь, когда все разъехались, дом опустел и даже иногда пугал его своей гнетущей тишиной… Он выдержал целую битву с друзьями, отказавшись поехать на месяц к Чарли в Румынию, но, к его удивлению, Дамблдор тоже настоял, чтобы Гарри не покидал пределов дома Сириуса. Именно тогда и состоялся тот самый разговор, в результате которого он оказался один, практически запертый от внешнего мира, изредка контактируя с остальными через Макгонагалл, Люпина или Тонкс…
«Все,- как объяснил Дамблдор две недели назад, пристально глядя на него своими до невозможности честными и сочувствующими голубыми глазами, - находятся на заданиях и в разъездах».
Гарри даже не спросил тогда, что это были за задания: слишком мало времени прошло с момента гибели Сириуса, и все остальное пока еще слабо пробивалось сквозь кокон боли и отчаяния. Но он был даже в какой-то мере рад, что его, наконец-то, оставят в покое и дадут возможность разобраться в себе и простить самого себя. Первое время он просто часами лежал на диване или в маленькой комнатке рядом с гостиной, которая служила ему спальней, и размышлял, вспоминал, думал… Но природная энергия и любознательность взяли свое, и спустя неделю он уже вовсю интересовался окружающими делами, выпытывая у изредка заглядывающего Люпина новости. Ощущение потери и горечи не прошло, оно просто скрылось в самом дальнем уголке его сердца, иногда проявляясь во внезапных приступах меланхолии и «ничего- не- деланья». Совсем как сейчас.
Пасмурная погода ничуть не улучшала его и без того мрачное настроение, а негромкая возня Добби за дверью, как никогда, усиливала чувство одиночества. И хотя друзья писали ему почти каждый день, буквально по минутам расписывая свои занятия и интересуясь его самочувствием, молчащие стены дома поселяли в его сердце пустоту и сдержанное отчаяние, которое ему удавалось прятать за маской равнодушия во время неожиданных визитов членов Ордена Феникса. Ему даже стало казаться, что он начал понимать вечно мрачного и недовольного Снейпа, всего лишь раз почтившего своим присутствием этот дом: Гарри тоже иногда стал примерять различные маски, постепенно убеждаясь, что они – лучшая защита от постороннего вмешательства в свою жизнь. Однако постоянное их ношение в попытке скрыть свое Я, способно привести к потере СЕБЯ настоящего, поэтому он обращался к этому эффективному, но довольно болезненному и трудному способу сохранения своего душевного спокойствия лишь в случае острой необходимости …
Чей-то громкий вскрик на улице вывел гриффиндорца из задумчивости и буквально заставил спрятаться за довольно плотной портьерой и вытащить палочку. И хоть он и был уверен, что дом № 12 невидим, жизнь приучила его внимательно относиться к собственной безопасности и безопасности других. Некоторое время было тихо и, как юноша ни прислушивался, он не услышал ничего странного. Подумав, что ему привиделось, он собрался было убрать палочку, как раздался резкий смех, так напоминающий… Осторожно выглянув, Гарри сразу же заметил две черные фигуры в плащах, медленно приближающиеся к невысокому подростку, так же неторопливо отступающему назад. Очевидно, одна из них была женщиной, а при взгляде на второго человека, юноша слегка вздрогнул: мужчина ( у него не возникло сомнения в этом) был очень огромен и, казалось, что ему ничего не стоит переломить человека напополам. Они окружали невысокого паренька, казавшегося совсем ребенком по сравнению с горообразным человеком в темном плаще. Что-то в слегка высокомерных движениях юноши, одетого в синюю мантию, в его манере поведения и внешности показалось Поттеру смутно знакомым, но времени на размышления не было: женщина вскинула палочку, и подросток согнулся, очевидно, в приступе боли. Всю нерешительность гриффиндорца по поводу помощи как рукой сняло: выбежав из комнаты, он через черный ход вышел на улицу, предварительно захватив увесистую статуэтку Мерлина, стоявшую в одном из коридоров. Тяжелая бронза в руке придавала уверенность, к тому же, в случае чего, он не смог бы воспользоваться волшебной палочкой – Гарри хватило и прошлогоднего разбирательства в Министерстве, когда ему грозило исключение из Хогвартса за применение магии вне школы. Как можно тише ступая по асфальту, гриффиндорец поспешно приблизился к странному трио, спрятавшись за мусорные баки, в которых совсем недавно рылась черно-белая облезшая кошка.
-Отказ? – прогудел горообразный маг, поднимая палочку и приближаясь к согнувшемуся подростку. Понимая, что он может не успеть, Гарри аккуратно вышел из-за своего весьма ненадежного укрытия и стал приближаться к магам в плащах.
-И да, и нет… - негромко прошептал практически прижатый к стене светловолосый юноша.
-Да как ты смеешь, щенок! – прошипела женщина, и Гарри среагировал мгновенно: замахнувшись тяжелой статуэткой, он изо всех сил опустил ее на голову волшебницы, почти сразу же выпустив из рук, и вытащил палочку – плевать на наказание, жизнь дороже! Ведьма беззвучно упала к его ногам, и он на мгновение перестал дышать, увидев белое, такое знакомое, похожее на череп лицо убийцы Сириуса – Беллатрисы Лейстрендж… Темная тень внезапно упала на него. «Экспелиармус», выкрикнутый глухим голосом, лишил его палочки. Вскинув голову, Гарри встретился взглядом с темно-карими, ничего не выражающими глазами горообразного Упивающегося.
«Ну вот, вечно мое геройство», - обреченно подумал он, даже не пытаясь убежать или увернуться.
-Ступенфай, - произнес чей-то слабый голос, и огромный мужчина с глухим стуком упал на асфальт. Гарри недоуменно моргнул и успел заметить, как опустилась рука светловолосого паренька, который, очевидно, и произнес заклинание, а его палочка откатилась в сторону. Мгновенно сбросив оцепенение, гриффиндорец подбежал к лежащему лицом вниз подростку, надеясь, что тот ушибся не слишком сильно. Выглянувшее на несколько секунд из-за тучи солнце осветило улицу, ярким лучиком скользнуло по темным плащам Упивающихся и запуталось в светлых волосах неподвижного юноши.
«Надо же, - невольно подумал Поттер, подбегая к подростку и переворачивая его на спину, - прическа у него прямо как у…»
-Малфой!?
Он несколько секунд изумленно вглядывался в такое знакомое, высокомерное лицо своего вечного врага, позабыв, что их могут увидеть. Но немногочисленным жителям близлежащих домов было совершенно все равно, что происходит на улице. Светлые волосы Малфоя покрылись пылью, синяя мантия стала грязной, а на виске быстро билась маленькая голубая жилка, показывая, что Драко все еще жив. Оглянувшись на лежащих без сознания Упивающихся, гриффиндорец в беспокойстве прикусил нижнюю губу, не зная, как поступить дальше. Когда он бросился на выручку, он даже не подозревал, что худощавый паренек в темно-синей мантии и есть его заклятый противник, не раз превращавший его жизнь и жизнь его друзей в ад. Но он не мог оставить его на улице, раз за ним охотились Беллатриса и ее напарник… А, возможно, и не только они… Бросив последний взгляд на темные плащи Упивающихся, Гарри решился.
-Добби! Добби! – негромко позвал он, словно опасаясь, что звук его голоса может донестись до слуха Беллатрисы.
-Сэр Гарри звал? – спустя секунду перед ним возникла улыбающаяся физиономия домового эльфа, низко склонившегося перед своим молодым хозяином.
-Добби, принеси, пожалуйста, кусок пергамента и перо, - прошептал юноша, внимательно оглядывая пустую улицу.
Эльф не стал уточнять, и еще через несколько мгновений в его руках оказались требуемые предметы. Не обращая внимания на настойчивый внутренний голос, призывающий его не помогать сыну Люциуса Малфоя, Поттер поспешно написал адрес штаб-квартиры Ордена Феникса.
-Добби, захвати мою палочку и палочку Малфоя, - она где-то недалеко, - и открой пошире входную дверь.
-Сэр Гарри кого-то… – уши эльфа в волнении приподнялись.
-Потом, Добби, все потом, - прошептал юноша, торопливо поднося пергамент к лицу Драко и похлопывая его по щекам, приводя в чувство.
-Ну же, Малфой, мать твою! Открой глаза!
-Не трогай… мою мать… Поттер, - раздался слабый голос, обладатель которого немного приоткрыл правый глаз.
-Читай! – перед ним замелькали черные буковки, сложить и понять которые было очень трудно.
-Читай, Малфой!
-Пло… площадь Гриммо, 12, - выдохнул слизеринец, вновь закатывая глаза и уходя в небытие.
-Ну наконец-то!
Гриффиндорец торопливо поднялся и обхватил Малфоя за талию, перенося весь его вес на себя.
-Ох, тяжелый – то какой!
Взвалив на себя бессознательного подростка, Поттер, нетвердо держась на ногах и шатаясь при каждом шаге, медленно подбрел в сторону дома Сириуса.
-И кто придумал эти лестницы! – в сердцах воскликнул он, поудобнее обхватывая своего врага.
Глаза домовика, увидевшего, кого Гарри несет, увеличились, и в них появилось выражение настоящего ужаса. Придерживая дверь, эльф неотрывно смотрел вслед своему хозяину и его довольно необычному гостю.
-Закрой дверь, Добби, и иди сюда! – раздался голос запыхавшегося подростка, и Добби выполнил приказ, поспешив на зов юного гриффиндорца.
-Сэр Гарри?
-Принеси воды и, если остались, восстанавливающие зелья - отрывисто произнес Поттер, опуская Малфоя на кровать в небольшой комнатке рядом с гостиной. – Он побудет пока здесь – тащить на второй этаж мне его уже не под силу.
Эльф мгновенно исчез и через несколько секунд появился в комнате со стаканом воды и бутылочками с зельями.
-Спасибо, Добби. Верни, пожалуйста, мою палочку и можешь идти. Если что-то понадобиться, я позову.
-Конечно, сэр, а что вы прикажете насчет статуэтки? - низко поклонился домовик, возвращая юному гриффиндорцу его оружие.
-Какой статуэтки? – на мгновение обернулся Поттер.
-Которая сейчас лежит на улице рядом с сэром и миссис в плащах, - пояснил домовик.
-Ах, эта… Забери ее и спрячь.. или выброси…В общем, что хочешь делай, только быстрее, иначе Упивающиеся очнутся…
-Хорошо, сэр Гарри, - еще раз поклонился эльф и исчез с негромким хлопком.
Гарри быстро проглядел названия бутылочек, смешал зелье из одной с водой и поднес ко все еще находящемуся без сознания светловолосому подростку.
-Пей, Малфой! – произнес Гарри, приподнимая голову своего врага и неторопливо, по порциям, вливая в него лекарство. Когда стакан опустел, гриффиндорец устало опустился в стоящее неподалеку кресло, из-под полуопущенных ресниц следя за плавно переходящим в глубокий сон слизеринцем. Вечно недовольное и насмешливое лицо, каким запомнил его Поттер во время бодрствования, сейчас было спокойным и расслабленным: одинокая вертикальная морщинка разгладилась, губы не кривились в усмешке, а спутанные волосы лежали на светло-синей подушке, напоминая легчайшие облака на голубом небе. Встряхнув головой, словно избавляясь от ненужных мыслей, гриффиндорец вышел из комнаты и вернулся в гостиную, осторожно выглядывая из окна. Упивающихся уже не было, и ничто даже не напоминало о том, что всего пару минут назад Гарри невольно спас одного из своих злейших врагов. Убедившись, что опасность временно миновала, Поттер вернулся к Малфою, остановившись на пороге и внимательно рассматривая его.
«Какого Мерлина ты оказался здесь, Малфой? И почему не ушел со своей… тетей? Беллатриса ведь твоя тетя, да? Убегаешь от них? Но ведь они – слуги Волдеморта и друзья твоего отца… Люциус и Нарцисса в тюрьме, а ты не желаешь общаться с родней… Что случилось, Малфой?»
Внезапно юный слизеринец, чуть дернувшись, повернулся к нему спиной, обхватив подушку, и тихо захрапел, вызвав смешок у Поттера.
«Ба! Малфой, значит, и тебе человеческое не чуждо!»
Еще раз невольно улыбнувшись при взгляде на мирно похрапывающего Малфоя, Гарри поспешно вышел, возвращаясь в гостиную и усаживаясь на диван.
«Надо же, Ваше величество Принц Слизерина и аристократ Драко Малфой банально храпит во сне в обнимку с подушкой!»
Добби, опасливо заглянув в комнату, замер и долго вслушивался в необычный звук, которого уже давно не слышали стены этого мрачного и пустого дома – Гарри Поттер, столько времени пребывавший в унынии, молчавший и не отвечавший даже на расспросы друзей, громко и весело смеялся над чем-то, вытирая выступившие на глазах слезы…


***


Он проснулся, но долго не открывал глаз, отчаянно желая насладиться последними минутками спокойствия перед, возможно, довольно трудным днем… Как никак, каждый день в доме Малфоев был по-своему нелегок, ну а теперь, когда Люциус и Нарцисса в Азкабане… Нет, об этом лучше пока не думать… Перевернувшись на другой бок, он поморщился от непонятной боли во всем теле. Чем же он занимался, если даже малейшее движение причиняло ему такое неудобство?
«Да, прогулки на лошади без седла не приводят ни к чему хорошему, - скривившись, подумал он, глубже зарываясь лицом в подушку и отказываясь вставать. – Или я перебрал огневиски из запасов отца? Да, вероятнее, второе, поскольку иначе, почему мне снился какой-то неопрятный магловский квартал, тетя Беллатриса и странная надпись на куске пергамента? Площадь Гриммо, 12… Что за ерунда? Стоп! А что в его снах делал…»
-Очнулся, Малфой? Что ж, с пробужденьицем!
-Поттер!? – как-то совершенно не по-малфоевски взвизгнул Драко, мгновенно поворачиваясь и открывая глаза. Его рука тотчас скользнула в карман мантии в поиске волшебной палочки, но поймала лишь пустоту. А напротив, ухмыляясь, действительно сидел вечно растрепанный Гарри Поттер, лениво поигрывая ЕГО палочкой.
- А ты ожидал увидеть кого-то другого? – правая бровь слегка приподнялась, и Малфой тихо зарычал, распознав в этом движении СВОЙ жест.
-Отдай мне мою палочку, Поттер!
-А иначе что? Запустишь в меня подушкой?
Резко вскочив с постели, Драко пошатнулся и тотчас упал обратно, крепко сжимая виски и уговаривая потолок не качаться так сильно.
-У меня же морская болезнь, - слабо прошептал он, но Гарри все же услышал.
-Что? Ты не любишь море? Какие откровения, Малфой…
-Палочку, Поттер!
-Больно нужна мне она. Держи! – гриффиндорец кинул волшебную палочку его владельцу. – Ты все равно не сможешь ей воспользоваться.
-Это почему? – прошипел Драко, когда комната, наконец, прекратила двигаться, и он смог сесть.
-Вот письмо из Министерства, первое предупреждение из сектора борьбы с неправомерным использованием магии. Почитай, тебе полезно будет.
-Вскрываешь мою почту, Поттер? – вырвав из рук врага пергамент, Драко, даже не просматривая, спрятал его в мантии.
-Скорее, просто фильтрую, - ухмыльнулся Гарри, еле сдерживая смех при виде растрепанного и одетого в грязную мантию Малфоя.
-Где я? – требовательно спросил слизеринец, осторожно пытаясь подняться.
-Лучше не вставай, голова снова закружиться, - посоветовал Гарри.
-Отвали, Поттер! – огрызнулся Драко, вновь чувствуя, что пол уходит из-под ног. – Где я?
-В надежном месте.
-Где?!
-Не нервничай, Малфой, для здоровья вредно.
Пробормотав под нос ругательство, которое никак нельзя было ожидать услышать из уст потомственного аристократа, Драко выпрямился и с высокомерным видом обратился к гриффиндорцу.
-Где здесь ванна?
-Что? – Гарри сначала подумал, что он ослышался.
-Я спросил, где здесь расположена ванна, тупица, - хладнокровно повторил слизеринец, неприязненно глядя на Поттера.
-Вот, - Гарри небрежным жестом указал на темную дверь рядом с его креслом.
Даже не удостоив гриффиндорца взглядом, Малфой неторопливо прошествовал в указанном направлении и скрылся в соседней комнате, из которой почти сразу же послышался звук льющейся воды.
Гарри удивленно смотрел на закрытую дверь, ощущая себя героем какого-то странного, абсолютно нереального и реального в тоже время магловского фильма. Как иначе объяснить, что он притащил в свой дом Малфоя, уступив ему свою комнату и напоив целебными зельями, а Драко, в свою очередь, не кинулся на него с оскорблениями, а почти миролюбиво… отвечал?… Покачав головой, юноша попытался поудобнее устроиться в жестком кресле и стал терпеливо ждать своего давнего врага – у него накопилось очень много вопросов, на которые просто необходимо получить ответы…
После часа напряженного ожидания, гриффиндорец, пылая справедливым, с его точки зрения, гневом, резко поднялся и громко постучал в соседнюю дверь.
-Малфой, черт возьми! Хватит переводить воду!
-Отвали, Поттер! – хладнокровно отозвался Драко. – Не мешай человеку расслабляться!
-Малфой!!! Сейчас же выходи… - начал было юноша, но запнулся, когда дверь резко распахнулась, и в клубах горячего пара перед ним возник насмешливо ухмыляющийся слизеринец, запахивая полы длинного махрового халата.
-В чем дело, Поттер? Язык проглотил? – протянул Драко и, отодвинув в сторону остолбеневшего гриффиндорца, направился к кровати. Гарри молча провожал взглядом влажную светловолосую голову своего врага, испытывая какое-то смутное ощущение…
-Поттер, - Малфой раздраженно щелкнул пальцами, возвращая внимание будущего победителя Волдеморта на себя. – Я хочу есть. Где твои эльфы?
- Эльфы? – непонимающе переспросил Гарри, отчаянно пытаясь не пялиться на слегка покрасневшего после горячей ванны слизеринца.
-Домовые эльфы, Поттер! Где они?
-Добби?... Я… на кухне, наверное.
-Как, говоришь, его зовут? Добби? Хм… Смутно знакомое имя… А не тот ли это эльф, которого мой отец вынужденно освободил три года назад?
- И что? – Поттеру, наконец, удалось взять себя в руки и с показной уверенностью опуститься назад в кресло, изредка поглядывая на вольготно развалившегося на кровати Малфоя.
-Мерлин, ну ты и тупица! – Драко возвел глаза к небу, а потом насмешливо посмотрел на явно непонимающего гриффиндорца. - Прикажи подать завтрак.
-Тебе?!
-А ты видишь здесь кого-то еще? – такое искреннее удивление скользило в голосе Малфоя, что Гарри даже поперхнулся.
-Ну конечно, Малфой, кроме тебя здесь никого нет! – прошипел Поттер, отчаянно сожалея, что вмешался и не дал этому слизеринскому змею умереть там, на улице. – Только учти, Малфой! Здесь не твое поместье, у меня всего один эльф, и я не разрешаю гонять его туда-сюда по твоим поручениям, ясно!? Если ты чего-то хочешь, кухня вон там, - он махнул, показывая приблизительное расположение этой необычайно важной комнаты. – Ты не на отдыхе, а я - не твой слуга! Да ты благодарить меня должен за то, что я спас твою паршивую шкуру от Упивающихся, уж не знаю, чем ты им так насолил! Кстати, а почему это ты так улепетывал от них и старательно избегал встречи, как сказала Лейстрендж? Разлюбил своего хозяина?
По мере продолжения этого монолога глаза слизеринца гневно сужались, но рот продолжал кривиться в мрачной усмешке. В ответ на последний вопрос, Драко плавно соскользнул с кровати и подошел к снова застывшему Поттеру так близко, что последний поспешно отошел на несколько шагов назад, словно не желая делить личное пространство с ним.
-Во-первых, Поттер, никогда не повышай на меня ГОЛОС! – произнес Малфой, насмешливо разглядывая разозленного Гарри. – Во-вторых, я абсолютно не просил тебя спасать мне жизнь, так что вини во всем свой истинно гриффиндорский характер и стремление к бесшабашному героизму. И далее, если уж волей случая я оказался в твоем чулане, именуемом домом, будь добр – обеспечь меня первыми необходимыми любому живому существу, - ну за исключением грязнокровок, конечно, - удобствами: комнатой, завтраком и слугами…
-Не смей называть Гермиону грязнокровкой! – сжав руки в кулаки, Гарри из последних сил удерживал себя от удара.
-А разве я сказал что-то про Грейнджер? – ухмыльнувшись, уточнил слизеринец, заработав полный ненависти и ярости взгляд.
-Не забывай, Малфой, я могу в любой момент выкинуть тебя из своего дома, не заботясь о твоей дальнейшей судьбе!
-Нет, Поттер, не можешь, - авторитетно заявил Драко, возвращаясь к кровати и прислоняясь к ее столбику. – Твоя гриффиндорская натура этого просто не позволит.
-Оставь Гриффиндор в покое!
-Да больно мне он нужен, - изящно пожал плечами светловолосый юноша. – Так когда я получу свой завтрак?
Разъяренно фыркнув, Гарри резко повернулся и вихрем вылетел из комнаты в сопровождении легкого серебристого смеха своего вечного оппонента в словесных дуэлях.
-Добби! – позвал юноша, быстрым шагом входя на кухню.
-Сэр Гарри? – поклонился эльф, терпеливо ожидая приказов.
-Добби, как ты уже понял, здесь Малфой-младший. Так вот, я запрещаю тебе выполнять любые из его просьб и требований! Он больше не твой хозяин, и ты не должен наказывать себя, если даже ОН это сказал, ясно?
-Конечно, сэр Гарри! - в огромных глаза эльфа загорелось обожание.
Гриффиндорец, убедившись, что его поняли, с долей мрачного удовлетворения прошел в гостиную и, схватив первую попавшуюся книгу, попытался читать, внимательно прислушиваясь ко всем звукам, что раздавались в его доме. Реакция слизеринца на это действие не заставила себя долго ждать.
-ПОТТЕР!!! – казалось, сам дом вздрогнул от этого пронзительно-яростного крика.
-Что-то случилось, Малфой? – поинтересовался Гарри, небрежно перелистывая несколько страниц и не обращая внимания на возмущение появившегося на пороге гостиной Драко.
-И ты еще спрашиваешь? - прошипел светловолосый подросток, даже в пушистом домашнем халате умудряясь сохранить присущую ему аристократическую величественность. - Почему твой эльф не выполняет мох команд?!
-Потому что это МОЙ эльф, - мягко заметил гриффиндорец, поднимая на Драко лукаво поблескивающие зеленые глаза с мстительными искорками удовольствия.– Поэтому все свои желания ты должен будешь выполнять сам.
-А если я откажусь? – высокомерно вздернув подбородок, спросил Драко.
-Ну тогда у тебя два выхода: или ты исчезаешь из моего дома – чему я буду только рад, или же остаешься таким же наглым, невыносимым и презрительным, но… голодным и неопрятным, - усмехнувшись, Гарри демонстративно вернулся к книге, не замечая гневного взгляда серо-голубых глаз.
-Не дождешься, Поттер, - четко произнес Малфой и, развернувшись, гордо вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. И почему именно это последнее действо оказалось обиднее всего: он ожидал если не ссоры, то хотя бы хорошего обмена колкостями, но…
«А разве тебе так хочется поругаться?» - спросил некто в его голове.
«Нет, просто ожидать чего-то другого от Малфоя…»
«А, может, он изменился?»
«Это Малфой-то?! Нет, какой невыносимой... змеей он был, такой и остался! И с чего бы это ему меняться?»
«Его родители в Азкабане…»
«Подумаешь, Азка…» - гриффиндорец осекся и бросил еще один взгляд на закрытую дверь. А, действительно, что еще он знает о Малфое, кроме того, конечно, что тот вечно портил ему жизнь? Заботливый ли он сын? Переживает ли о своих родителях? Почему отказался идти с Беллатрисой к… Волдеморту?
«Да, я почти уверен, что это именно к нему пытались заманить Малфоя, иначе, зачем двум Упивающимся гонятся за сыном правой руки Волдеморта?»
«Ты ничего не знаешь о нем», - произнес все тот же голос в его голове, вынуждая резко захлопнуть книгу.
«Почему это? Он язвительный, высокомерный, чванливый, завистливый, мстительный и…»
«Весьма односторонне, не замечаешь?»
Остановив мысленный поток весьма неприглядных эпитетов, Гарри был вынужден согласиться.
«Но мне и не нужно узнавать его ближе!», - убежденно подумал гриффиндорец, откидываясь на спинку дивана.
«Это ты сейчас так думаешь», - прошептал внутренний голос, заставив его непроизвольно вздрогнуть.
-Ерунда какая-то, - вслух произнес Поттер, устало закрывая глаза и проверяя наличие в кармане своей волшебной палочки. Так, на всякий случай…


***


Несколько дней Гарри почти не видел и не слышал Малфоя: Драко, очевидно, решил избрать второй вариант.
«Ну и пускай голодает. Ему будет полезно похудеть», - усмехнулся гриффиндорец, косясь на запертую дверь небольшой комнатки, которая раньше принадлежала ему. Теперь же он был вынужден перебраться на второй этаж, каждый раз чертыхаясь, когда злобное бормотание Кикимера в соседнем чулане становилось громче.
Но такая странная молчаливость начинала беспокоить Поттера. Он осторожно поинтересовался у Добби насчет Малфоя, но напуганный этой темой эльф лишь пролепетал, что «мистер больше не разговаривал с ним и практически не выходит из своей комнаты». Нахмурившись, Гарри решительно подошел к двери и поднял руку, как вдруг остановился.
«И какое мене дело до причуд Малфоя? Пусть делает, что хочет!» - успокоив себя такой мыслью, он вернулся в гостиную и попытался вникнуть в очередную книгу по ЗОТИ, которую совсем недавно обнаружил в обширной библиотеке Блеков. Но странное беспокойство мешало сосредоточиться, заставляло мысленно возвращаться к темно-вишневой запертой двери на первом этаже, за которой находился без еды и воды уже несколько дней пусть не друг, но человек, которому он не желал бы смерти.
«Ты слишком много думаешь! – одернул себя юноша, вновь опуская глаза на страницу. – Очевидно, «гриффиндорская сущность», как выразился Малфой, не дает покоя».
Небольшие часы над камином негромко тикали, возня Кикимера долетала до его ушей даже сквозь довольно толстые стены дома, а подозрительная тишина в соседней комнате заставляла мучиться догадками.
«Неужели он действительно не ест? Но ведь тогда можно запросто ослабеть! А он и так не до конца восстановился после того Круцио… Но он ведь Малфой, он ничего не делает зря и всегда найдет выход из любого положения со своей слизеринской изворотливостью… Однако, если нет?»
Гарри решительно отложил книгу, твердо намереваясь, наконец, нарушить покой Принца Слизерина, но так и не поднялся с дивана.
«Это его дело, - подумал он, вновь открывая прежнюю страницу. – Но если он не выйдет завтра, я сам пойду в ту комнату».
И, успокоив себя таким решением, юноша снова принялся читать, полностью погрузившись в защиту от темных искусств…
… Он внезапно проснулся, словно от резкого толчка, и недовольно нахмурился, заметив, что за окном еще темно. Теплая июльская ночь была в самом разгаре, и на небе пока не наблюдалось ни малейших признаков приближения рассвета. Потянувшись, гриффиндорец сжался в комочек и снова попытался погрузиться в объятия Морфея, но ушедший сон никак не хотел возвращаться. Негромко выругавшись, юноша зажег стоящую рядом лампу и, с какой-то долей обреченности, принялся искать свои очки: он уже понял, что остаток ночи он проведет, бодрствуя. Нацепив их на нос, Гарри неторопливо поднялся и поспешно стащил с соседнего кресла шерстяной плед, укутываясь в него: как ни тепло летом, стены дома всегда были мрачными и сырыми, весьма неохотно пропуская солнечные лучи. Поспешно нашарив старые, истершиеся почти до дыр тапочки, Поттер медленно подошел к окну, всматриваясь в царившую снаружи темноту. Фонари опять погасли, и единственным светом была лишь полная, круглая луна и светящееся окно дома в конце улицы.
«У Ремуса опять трансформация, - подумал гриффиндорец, поудобнее обхватывая немного шершавую ткань. – И где он сейчас?»
Юноша уже давно не видел никого из Ордена, но это совсем не означало, что про него забыли. Очевидно, намечалась какая-то супер-мега операция, поскольку даже Тонкс не заглядывала уже почти неделю – для нее довольно большой срок. Почему-то из всех только она понимала, что творится в его душе, и во время своих визитов иногда просто молчала, но в то же время всегда словно бы говорила: вот я, если хочешь, я тебя выслушаю. Гарри был искренне благодарен ей за такую молчаливую поддержку и всегда старался выглядеть бодрее, когда она приходила…
Букля громко ухнула, и он вздрогнул, оборачиваясь к клетке.
-Хочешь полетать, милая? – немного хриплым после сна голосом поинтересовался юноша, гладя белые перышки своей любимицы. Он редко выпускал ее, опасаясь, что такая заметная птица может стать отличным маяком для Упивающихся.
Сова чуть клюнула его за палец и согласно закрыла свои большие янтарные глаза. Гарри негромко рассмеялся и открыл сначала клетку, а потом и окно.
-Только будь осторожнее, - прошептал он, и Букля, взмахнув крыльями, быстро скрылась в полумраке ночи. Юноша не сразу захлопнул окно, а еще немного постоял, вдыхая свежий воздух темноты и лета… Всего ничего осталось ждать, и он снова вернется в Хогвартс, где опять начнутся привычные будни, заполненные уроками и разговорами. Его встретят вековые стены и такая хорошая спальня и кровать с четырьмя столбиками. Симус и Дин расскажут, как провели лето, а Невилл, смущенно улыбнувшись, просто пожмет ему руку в память о событиях в Отделе Тайн. Обменявшись понимающими взглядами, они отойдут каждый в свою сторону, но при этом всегда будут знать, что есть человек, способный прикрыть тебе спину. А, может, вместо дружеского рукопожатия будет быстрая извиняющаяся улыбка и смущение на лице, и тогда… Тогда он просто еще раз убедится, что дружба с ним – весьма опасное дело, и не у каждого хватит внутренних сил общаться с жертвой Волдеморта, ведь тогда и на них может упасть гнев Темного Лорда…
Негромкий звук на первом этаже заставил юношу мгновенно отрешиться от размышлений и сосредоточиться. Схватив палочку, он бросил мимолетный взгляд на будильник. Три пятьдесят. И что можно делать в такое время? Быстро накинув халат, Гарри осторожно приоткрыл дверь и спустился по лестнице, мысленно уговаривая старые ступеньки не скрипеть. Резкий звук со стороны кухни повторился, и у Поттера мелькнула безумная догадка, но… Скорее всего, она не реальна, ведь не может же… Или может? Из-за неплотно прикрытой двери пробивалась узкая полоска света, и Гарри, глубоко вздохнув, резко открыл дверь, поднимая волшебную палочку. Чтобы сдержать смех при взгляде на представившуюся ему картину, юноше потребовалась вся его выдержка. На кухне, в белом халате, с небрежно растрепанными волосами, перед открытой дверцей самозаполняющегося холодильника, с бутербродом в одной руке и палочкой в другой застыл Драко Малфой
-Малфой? – удивленно-насмешливо уточнил Поттер, опуская волшебную палочку. – Что ты тут делаешь?
-Разве не видно? – слизеринец пожал плечами и, закрыв холодильник, сел за стол, высокомерно вздернув подбородок. Однако Гарри за всей этой напущенной бравадой ясно уловил смущение и недовольство Малфоя-младшего оттого, что его, словно вора, поймали ночью на кухне.
-Да нет, почему, все ясно, - гриффиндорец присел на соседний стул, с любопытством глядя на слегка уязвленного светловолосого юношу. – И давно ты так…
Он не закончил вопрос, наткнувшись на гневный взгляд слизеринца.
-Не твое дело, - огрызнулся Малфой, с долей презрения рассматривая многоэтажный бутерброд.
-А приготовить что-нибудь нормальное нель…
-Нельзя, Поттер! – перебил его Драко. – И вообще, что ты тут делаешь?
-Живу, - краем рта усмехнулся Гарри, подозрительно разглядывая кулинарное творение Малфоя-младшего. – А это точно можно есть? – не удержавшись, спросил он, заработав еще один злой взгляд.
-Можно, - гордо заявил Драко, но притрагиваться к бутерброду, однако, не спешил.- Поттер, шел бы ты отсюда.
-Это еще почему? – справедливо возмутился Гарри, поплотнее запахивая халат. – Это мой дом: что хочу, то и делаю.
- А я твой гость…
-Нежданный…
-Ну и пусть, - неожиданно миролюбиво согласился Малфой. – Но мне не улыбается есть под твоим пристальным взглядом. Мало того, что эльф не слушается моих команд, так еще и ты аппетит мне портишь.
- Малфой, послушай, - медленно закипая, начал Гарри, но Драко снова его перебил.
-Нет, это ты меня послушай! Я у тебя уже четыре дня! И за это время ты мне не сказал даже слова, буквально заперев в комнате и лишив возможности связаться с кем-то: кто бы мог подумать, что у тебя нет сов! Я четыре дня хожу в одном халате, сплю на одних простынях и не могу даже надеть свою мантию – она вся грязная и плохо пахнет! И пусть мы оба получаем от этой ситуации мало хороших эмоций, но ты, как хозяин, должен предоставить мне хоть какое-то подобие уюта! А что я получаю?!
-Может, возможность спрятаться здесь от Беллатрисы и Волдеморта, которому ты срочно зачем-то понадобился? – побледневшими от ярости губами прошептал гриффиндорец, пристально глядя в светлые глаза слизеринца.
-А что ты знаешь об этом, Потти? – насмешливо произнес Драко, слегка изменившись в лице при имени Темного Лорда.
-Ничего, но очень хочу узнать, и ты мне об этом расскажешь!
-С чего бы это вдруг? – потянул Малфой-младший, но не успел моргнуть, как оказался под прицелом волшебной палочки. – Ты не посмеешь, тебя уже вызывали в суд…
-Мне плевать, - прошипел Гарри, яростно сверкая глазами. – У меня есть покровитель…
-И кто же? – иронически перебил Драко. – Та собачка, что провожала тебя…
-Заткнись, Малфой, иначе я за себя не ручаюсь! – прорычал Гарри. – Не твое дело, кто именно, но вот ты, Малфой, остался без спасителей. Надо же, папочка с мамочкой в тюрьме, от Волдеморта мы скрываемся и совсем недавно оглушили двух его слуг. А я, Малфой, дал тебе возможность переждать и скрыться от них. Не находишь, что ты у меня в долгу?
-Я не….
-Отвечай, Малфой, иначе я плюну на все запреты, и ты оправишься на тот свет раньше своего папочки!
-Не трогай моих родителей, Поттер! – внезапно закричал Драко, мгновенно сбрасывая маску презрения и невозмутимости, ошеломив гриффиндорца этим порывом. – Да ты ни черта не понимаешь, а уже берешься судить, кто прав, а кто виноват! В каком я долгу перед тобой? А тебе не припоминается, что именно ты послужил причиной того, что мои родители сейчас отбывают пожизненный срок в Азкабане? Именно ты, Поттер, своей вечной тягой к неукоснительному соблюдению справедливости и нарушил эту справедливость!
-Твой отец пытался меня убить, - очнувшись, прокричал Гарри, с некоторой долей удивления глядя на потерявшего самообладание Малфоя. – Твой отец…
-Да, Поттер, мой ОТЕЦ! Но какого Мерлина ты засадил в тюрьму мою мать?! Что тебе сделала Нарцисса Малфой?!
-Она…
-Нет, Поттер, - внезапно тихо произнес Драко, сжимая руки в кулаки и опуская голову. – Только Люциус был слугой Темного Лорда, Нарцисса даже не догадывалась о его действиях.
-Не знала? – ошеломленно прошептал юноша, неверяще разглядывая слизеринца. – Но почему я…
-Конечно, почему же ты должен мне верить? – так же негромко пробормотал Драко и усмехнулся. – Действительно, что есть слово будущего Упивающегося Смертью против целой речи Героя всего волшебного мира? Ослепленный маниакальной идеей наказать Темного Лорда и его слуг, ты порой совершенно не замечаешь, что делаешь ошибки. Мне абсолютно наплевать, что ты думаешь обо мне и моей семье. И хотя мне паршиво это признавать, твой дом явился хорошим укрытием для меня от Упивающихся. Я, Поттер, - внезапно он резко поднял голову, вернув на лицо привычную ироническую маску, - никогда не перейду на сторону Дамблдора, но и служить существу, который бросил моих родителей погибать в Азкабане и ничего не сделал для их освобождения, я пока, -ПОКА, Поттер,- не намерен. Еще пару дней я отсижусь в этой облупленной хибаре, которую ты гордо называешь домом, а потом… Но это уже мое дело… И я ничего тебе не должен, Поттер, абсолютно ничего. Малфои НИКОГДА НИЧЕГО НИКОМУ НЕ ДОЛЖНЫ!
На несколько секунд в кухне установилась мертвая тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем старинных часов. Драко медленно восстанавливал дыхание, разжимая судорожно сжатые кулаки, и даже не смотрел в сторону явно изумленного гриффиндорца.
-Если твое любопытство удовлетворено, Поттер, - привычно растягивая слова, произнес слизеринец, вставая и гордо выпрямляясь, - я попрошу тебя избавить меня от твоего присутствия.
-Что? – переспросил Гарри, начиная видеть Малфоя немного в другом свете. И он точно не знал, что было этому причиной: их разговор или небольшие, слабые светлые разливы на небе за окном, сообщающие, что скоро начнет светать. Он все еще никак не мог избавиться от ощущения, что сегодня, впервые за все время их знакомства, Гарри всего лишь на пару мгновений увидел истинное лицо человека, которого ранее считал одним из самых ужасных мерзавцев и подлецов… Нет-нет, в Малфое и сейчас полно отрицательного, много хитрости и изворотливости, высокомерия и презрительности. Но ведь не может человек состоят лишь из одного плохого?..
-Я попросил тебя оставить меня одного и дать мне спокойно позавтракать, - нейтрально произнес Драко, все еще избегая смотреть на гриффиндорца. Он выглядел странно недовольным и раздосадованным, словно не понимал причин своей внезапной вспышки раздражительности и хотел бы избежать ее, но…
«Наверное, сдерживается, чтобы не ударить меня», - горько усмехнулся Гарри, внезапно резко поднимаясь. Малфой, наконец, взглянул на него, и юноша, к своему смущению, обнаружил в серых глазах лишь тень усталости и прежнего высокомерия. Впервые Драко почти спокойно, без каких-либо ярких негативных эмоций смотрел на него. Слабо улыбнувшись уголком рта, гриффиндорец повернулся и подошел к небольшой газовой плитке, зажигая ее с помощью спичек и ставя чайник на огонь. Потом открыл холодильник и достал несколько яиц и небольшую сковородку из соседнего ящика с кухонной утварью. Вновь подойдя к столу, возле которого в удивлении застыл слизеринец, Гарри взял тарелку с малоаппетитным на вид бутербродом и выкинул его в мусорное ведро.
-Давай-ка, Малфой, я лучше сделаю настоящий завтрак, все равно скоро рассвет, а у твоего, я извиняюсь, кулинарного шедевра… В общем, омлет будет предпочтительней бутерброда…
-Поттер… - раздался за его спиной удивленный полувыдох, и улыбка гриффиндорца невольно стала еще шире.
«Все-таки, это может оказаться очень даже интересным», - весело подумал он, затылком ощущая ошеломленный взгляд практически упавшего на стул Малфоя.



Глава 2. Терпение как основа жизни

-Поттер!– громкий крик, доносящийся с первого этажа даже сквозь прочные стены дома, не хуже выстрела подействовал на спящего гриффиндорца, заставляя его мгновенно проснуться и непонимающе оглядеться в поиске внезапного источника шума. Тихо тикающий будильник показывал начало первого, но Гарри после ночной беседы на кухне ощущал себя ужасно невыспавшимся и разбитым. Крик больше не повторялся, и юноша устало опустил голову на подушку, закрывая глаза и намереваясь еще немного поспать…
-Поттер!!!
-Ну какого… - простонал гриффиндорец, преодолевая себя и поднимаясь, прикрывая глаза от яркого солнца, радостно заглядывающего в окно. С первого этажа мгновенно донеслись визги и вопли матушки Сириуса, тоже разбуженной неожиданным шумом.
-Мерзавцы! Отребье! Полукровки, уроды! Как вы смеете находиться в доме моих предков!? Немедленно убирайтесь, предатели!
«Ну вот, теперь ее не остановишь»,- широко зевнув, подумал Поттер, неторопливо натягивая халат и выходя из комнаты. В коридоре крики стали гораздо громче, и юноша еще раз вздохнул, уже который раз проклиная свою глупость и дурацкое желание помочь, заставившее его притащить сюда Малфоя.
«Ну может он хоть некоторое время ничего не делать и подарить мне капельку спокойствия!?»
Готовясь вступить в довольно продолжительную перепалку с портретом на первом этаже, Гарри был очень удивлен, обнаружив, что ужасные крики больше не терзают его уши – внизу установилась странная тишина. Опасаясь самого худшего, юноша поспешно спустился, осторожно выглядывая из-за угла.
«Нет, сегодня точно день «Удиви Поттера»», - быстрокрылой ласточкой мелькнула в его голове довольно странная мысль, вынуждая его на секунду зажмуриться, а потом вновь открыть глаза. Нет, да этого же просто не может быть! Напротив портрета противной старухи, который так и не удалось снять, в изящной позе, не утрачивая врожденного высокомерия даже в теплом махровом халате, стоял Драко Малфой и довольно миролюбиво беседовал с… матерью Сириуса?!
-Ну что вы, миссис Блек, ваш портрет нисколько не утратил яркости красок… Правда рамка немного покосилась, он ведь это легко исправить! – неторопливо, чуть растягивая слова говорил слизеринец, избегая, однако, касаться рукой холста.
-Да, возможно, ты прав, юный Малфой, но ведь ты не позволишь своему предку висеть в таком виде? – брюзжащим голосом, в котором не было и намека на презрение, произнесла старуха. – Если бы ты только знал, как приятно вновь увидеть достойных личностей в этом доме! После всех тех грязнокровок и предателей, что ошивались в нем в прошлом году…
-Как я вас понимаю, миссис Блек, - усмешка коснулась губ светловолосого подростка. – В наше время их стало еще больше.
-Они плодятся словно крысы, вытесняя настоящих аристократов с чистой кровью, - пробормотала мать Сириуса. – Но теперь я рада, что в этом доме появился истинный волшебник без примесей этих вонючих маглов.
-И я рад пообщаться с такой приятной… женщиной, истинной ценительницей чистоты крови, - слегка поклонившись, ответил Драко. – Ну а теперь, если вы не против…
-Нет-нет, конечно, юноша, задерните эти ужасные портьеры и дайте мне немного отдохнуть,- высокомерно произнесла старуха, с долей приязни смотря на светловолосого юношу. – Только обещайте, что мы еще поговорим с вами…
-Обязательно, миссис Блек, приятного отдыха, - саркастическая улыбка быстрой молнией скользнула по его губам, а рука осторожно закрыла портрет. Неторопливо оглянувшись, он поймал ошеломленный взгляд Поттера и слегка приподнял бровь.
-Поттер, где я могу найти одежду? – еле сдерживая смех при взгляде на удивленное лицо явно ничего не понимающего гриффиндорца, произнес Драко.
-Какую одежду? – почти прошептал Гарри, еще не сумев прийти в себя после увиденного.
Драко в ответ на это только закатил глаза.
-Которую я могу одеть, болван, - хладнокровно ответил он, подходя ближе.
-А… зачем?
-Частые удары по голове бладжером и постоянные встречи с Темным Лордом до добра точно не доводят. Для чего нужна одежда, Поттер? Чтобы носить! Не могу же я все время ходить в этом дурацком халате, а твой эльф еще не постирал мою мантию!- насмешливо произнес Малфой, проходя мимо. Гриффиндорец мгновенно почувствовал аромат свежести и слабый запах чего-то приятно сладкого, окутывающего фигуру светловолосого юноши. Сердце почему-то пропустило удар, коленки задрожали, а ладони слегка взмокли. В горле внезапно пересохло, и взгляд никак не мог оторваться от светловолосой макушки слизеринца.
-А тебе идет, - непонятно как сорвалось с губ.
Драко споткнулся, остановившись в дверях гостиной и обернулся. На его лице было написано искреннее удивление и непонимание. Он изумленно взглянул на моментально покрасневшего гриффиндорца, который, наконец, понял, что он сморозил. Удивление почти сразу сменилось пониманием, а затем и деланным безразличием. Только в глазах плясали веселые и одновременно недоверчивые чертики.
-Спасибо, Поттер, я знаю,- справившись с собой, высокомерно произнес Драко, поспешно отворачиваясь от так мило смущающегося Героя.
«МИЛО!?» - закричал кто-то в его сознании, но Малфой нетерпеливо отмахнулся от него.
- Но одежда мне все же нужна. Я буду в гостиной, - протянул он, прикрывая дверь и оставляя Поттера одного в коридоре с довольно странным и непривычным чувством облегчения и смешанного с ним слабого разочарования.
«И что на меня нашло, когда я это произнес? – сокрушенно качая головой, размышлял он, направляясь в свою бывшую (ныне малфоевскую) комнату. – «А тебе идет»…. Мерлин, о чем я тогда думал?!»
«Очевидно, о том, как Малфой красив в халате», – беззаботно отозвался кто-то в его голове.
«Это был риторический вопрос, спасибо! - мысленно рявкнул Поттер, резко открывая дверцу встроенного шкафа и пытаясь отыскать хотя бы один приличный комплект одежды среди всего барахла и старья, что сохранилось у него от Дурслей. – И вообще, при чем тут халат? Видно долго присутствие хорька отвратительно повлияло на меня».
«Долгое? Он живет здесь всего пять дней!»
«А это разве мало? Насмешливый и неблагодарный хам, которого мне в наказание подсунула Судьба!» - продолжал возмущаться гриффиндорец, яростно роясь в куче вещей, небрежно сваленной в углу шкафа.
«Так выгони его», - тихо предложил внутренний голос, тотчас остудив пыл юноши.
«Я не… он же не…»
«Он ведь твой соперник, подозрительный и скользкий тип… Что тебе мешает отправить его восвояси? Гриффиндорский долг? Да брось!» - насмешливые нотки вновь разозлили Поттера.
«Конечно! А что же еще, кроме этого желания вечно помочь оказавшемуся в трудном положении!.. Мерлин, ну есть здесь хоть одна приличная рубашка к этим брюкам?!» - взвыл Гарри, бросая полный отчаяния взгляд на небрежно скомканную и мятую одежду.
«А что же это за такая трепетная забота об одежде твоего… врага? Он ведь твой враг?» - с легкой издевкой произнес голос, заставляя гриффиндорца тихо зарычать.
«Я не…»
«Ты «не»?»
«Да пошел ты к черту!» - выругался Поттер и, схватив первую попавшуюся футболку и отобранные ранее джинсы, молча прошел в гостиную.
-Вот, Малфой, что заказывали, - с долей язвительности произнес Гарри, бросая одежду на диван.
Драко медленно протянул руку и осторожно, словно боясь обжечься, коснулся почти новой черной футболки, которую сам Гарри надевал всего пару раз.
-И я должен это носить? – такое искреннее возмущение и изумление прозвучало в голосе слизеринца, что Поттер невольно скривился.
-Не нравится, ходи голым! – рявкнул он, подобно маленькому смерчу вылетая из уютной гостиной, громко хлопая дверью.
-Псих! – крикнул ему вслед Драко, подозрительно рассматривая принесенные вещи. – Но, может, это все же лучше грязного халата, - как-то обреченно прошептал он, с недовольством косясь на закрытую дверь. Сняв халат, он с легкой брезгливостью натянул на себя футболку и джинсы, поморщившись от непривычных ощущений.
-Где-то тут было зеркало, - пробормотал он, направляясь в свою комнату рядом с гостиной. – Или лучше не смотреть?
С опаской зайдя в ванную, слизеринец бросил уже надоевший ему хуже Поттера (а это что-то значило) халат в корзину для грязного белья и зажмурился, не решаясь взглянуть на свое отражение.
-Надо же! – восхищенно выдохнуло зеркало. – А эти тряпки идут тебе больше, чем прежняя одежда!
-Чего!? – изумленно воскликнул Драко, мгновенно открывая глаза. – Еще издеваться будешь, сте…
И застыл, слегка приоткрыв рот. Потому что из зеркала на него смотрел очень даже симпатичный парень в магловской одежде, только подчеркивающей все его достоинства. Темно-синие джинсы не обтягивали, но и не болтались, черная футболка оставляла открытыми довольно сильные руки с изящными аристократическими пальцами, выгодно оттеняя его светлые волосы и белую кожу.
-Хорошо, милый, очень хорошо, - пробормотало зеркало.
«А у этих маглов есть и кое-что нормальное, - подумал Драко, довольно взглянув на себя в последний раз и выходя из ванной. – Кто бы мог подумать, что эта странная на первый взгляд одежда такая удобная и… неплохо смотрится. Все-таки, если Поттер носит эти тряпки, то он еще не до конца безнадежен в плане вкуса… И что он там сегодня сказал про халат? Что мне идет? Надо же, наш Золотой Мальчик вырос и уже поглядывает на представителей своего пола… Хм, интересно, а что если…»
Победно улыбнувшись, Малфой прошел в гостиную и, удобно устроившись на диванчике, принялся за одно из занятий, приносящих ему большую радость, а именно – начал составлять план по доведению одного весьма знаменитого гриффиндорца до белого коленья...


***


-Поттер! - требовательный крик раздался в доме, вынуждая гриффиндорца, мирно читающего очередную книгу по квиддичу, вскинуть голову и нахмуриться.
«Опять ему не сидится!.. А вот не пойду, я же не прислуга!» - подумал Гарри и вновь сосредоточился на описании приемов высшего пилотажа.
-Поттер!!!
«Что ж он так громко орет? Опять портрет разбудит!»
Но внизу царила подозрительная тишина.
«Что ж, радует, что хоть кто-то нашел общий язык с этой старой каргой на портрете».
-ПОТТЕР, твою мать!!! – проорал Малфой, шумно поднимаясь по ступенькам на второй этаж.
-Ну чего? - чуть ли не страдающим голосом ответил Гарри, вставая и открывая дверь. – Что ты… Малфой?!
Последнее восклицание вырвалось у него совсем непроизвольно, но скользящее в нем восхищение вновь окрасило его в красный цвет. Драко понимающе усмехнулся и прислонился к косяку, представляя во всей красе свою новую одежду.
-Да, Поттер, как ты угадал, это действительно я. Я пришел по делу.
-А жаль, - пробормотал гриффиндорец, мысленно взвыв и пообещав отрезать себе язык. Драко тоже на мгновение удивился, но быстро восстановил самообладание.
-Тебе меня жаль? – поинтересовался он, наблюдая за тем, как еще ярче вспыхнули щеки юноши и испытывая ни с чем не сравненное удовольствие от этой маленькой игры.
-Нннет, с чего бы тебе меня… или мне тебя… В общем, Малфой, говори, зачем пришел, - Гарри, наконец, оторвал взгляд от фигуры слизеринца и прошел в комнату, оставляя дверь открытой. – Я жду!
-Поттер, у тебя есть сова?
-Сова?
-Ну да, птичка такая, что почту носит у волшебников…
-Я знаю, кто такая сова и зачем она нужна, спасибо, - раздраженно перебил Гарри, сложив руки на груди и подозрительно глядя на довольного Малфоя. – А зачем тебе она?
-Письмо отправить, тупица. Так есть?
-И кому же? – склонив голову к одному плечу, поинтересовался юноша.
-Это мое дело, – начал раздражаться Драко. – Тебе так сложно ответить?
- Мне нужно знать, какими могут быть последствия от этого письма.
-Последствия? И для кого же? – насмешливо уточнил слизеринец, повторяя позу юноши.
-Ну мало ли, - Гарри склонил голову к другому плечу. – Может, меня захотят посетить Упивающиеся вместе со свои хозяином. Проведать, так сказать, как я тут живу.
-Намекаешь, что я предатель? – сузил глаза Малфой, презрительно рассматривая черноволосого парня. – А как же гриффиндорская вера в лучшее в человеке?
-Уступила место слизеринской подозрительности, - парировал Гарри. – Кому будет это письмо?
-Я не обязан перед тобой отчитываться, Поттер! Ты мне не родитель! – разозлился Драко, делая пару шагов вперед. – Ты дашь мне сову?
-Куда она полетит? – четко спросил гриффиндорец, пристально глядя на своего недруга.
-К Волдеморту! – рявкнул Драко, сжимая кулаки.
-Что и следовало доказать, - довольным тоном произнес Гарри. – Нет.
-Что «нет»? – прошипел слизеринец, из последних сил сдерживаясь, чтобы не сломать эти дурацкие очки на носу не менее дурного Поттера.
-Для этих целей сову ты не получишь, - спокойно пояснил Гарри. – И не надо шипеть, змееустом все равно не станешь. И если тебе более ничего не надо, я попрошу тебя выйти из моей комнаты.
-Черта с два, Поттер! Мне нужна сова для чрезвычайно важного дела!
-Сообщить Упивающимся координаты этого дома?
-Поттер, тебе не хватило утреннего разговора? Снова хочешь вывести меня из себя? – сверкая глазами, произнес Малфой, медленно приближаясь. – Что ж, поздравляю, у тебя это получилось…
-И что ты мне сделаешь? Напишешь папочке в Азкабан? – усмехнулся гриффиндорец.
Рука Малфоя взлетела, словно для удара, но потом медленно опустилась. Драко долго молчал, пытаясь успокоить сердце и выровнять дыхание, а потом поднял полные ненависти и презрения глаза.
-Я всегда был выше магловских драк, Поттер…. Последний раз спрашиваю: дашь ты мне сову или нет?
-Для того, чтобы послать письмо моим врагам– нет! - ответил Гарри, с удивлением глядя на яростного слизеринца.
- Ну что ж, жаль, Поттер… - Драко слегка повернулся, словно собираясь уходить, и гриффиндорец вздохнул с облегчением, как резкий удар в живот заставил его согнуться и поспешно хватать губами ставший холодным воздух. Мрачно взглянув на опустившегося на колени Поттера, слизеринец презрительно фыркнул и собрался было уйти, но Гарри бросился ему в ноги, лишая равновесия и заставляя упасть.
-Твою мать, Поттер! – рявкнул Драко, приложившись носом о пол.
-Моя мать мертва, Малфой, – рваное дыхание гриффиндорца раздалось над самым ухом светловолосого юноши, посылая новую волну мурашек по его спине, – равно как и мой отец. И у меня нет ни малейшего желания присоединиться к ним… - усевшись на бедра слизеринца и прижимая его к полу, Гарри скрутил его руки за спину и крепко сжал, лишая возможности вырваться. – Зачем тебе так срочно понадобилась сова?
-Не твое собачье дело! – огрызнулся Малфой, пытаясь сбросить нахального гриффиндорца.
-Ах, не мое… Да прекрати ты дергаться!.... Решил сбежать, ведь так? Одумался и прямиком к Волдеморту?
- Ты тупица, Поттер! Отпусти руку…
-Не дергайся, Малфой… Ты… что ты делаешь?!
-Что надо, - прошипел Драко, освободив одну руку и изворачиваясь, опрокидывая гриффиндорца на спину. – Что, поменялись ролями? И как ощущение, Поттер?
-Пусти меня! – забарахтался гриффиндорец.
-Еще чего! – мрачно бросил Малфой. – Мне нужна сова!
-Зачем?
-Написать Северусу!!! – закричал Драко, заставляя Поттера застыть.
-Снейпу? – зачем-то уточнил он, разглядывая разъяренного и тяжело дышащего слизеринца, по-прежнему прижимающего его и не дающего возможности пошевелиться.
-А ты знаешь еще одного Северуса?
-Но…
-Никаких «но», Поттер, только «да» или «нет»! То бишь, о чем это я? Какое «нет»!? «Да», Поттер!
-Я... – Гарри совершенно перестал вырываться, потрясенно разглядывая растрепавшиеся волосы Малфоя и испытывая сильное желание прикоснуться к ним, отбросить назад…
-Так «да», Поттер? – неожиданно хрипло поинтересовался Драко, чуть наклоняясь к юноше.
-Да?- прошептал Гарри, внезапно утрачивая нить разговора и ощущая, что его затягивают светло-серые, с малейшими голубыми крапинками глаза Малфоя.
-Именно, Поттер, «да»…
-Да… - выдохнул Гарри, чувствуя, что дышать стало неимоверно трудно… Особенно когда над тобой склоняется такое совершенное и… да, желанное лицо… Сладковатый запах сводил с ума, лишая воли и порабощая сознание… Пальцы, ранее с силой сжимавшие его запястья, неожиданно ослабили свою хватку и почти нежно коснулись его кожи…. Драко больше ничего не говорил, только с каким-то странным, затаенным ожиданием смотрел на него… Чуть ли не призывно… Ощутив горячее дыхание на своей щеке, юноша еле слышно застонал… Окончательно потеряв голову, забыв, где он и кто он, Гарри потянулся к губам Малфоя, отчаянно желая почувствовать их вкус… Всего чуть-чуть, каких-то несколько санти…
-Мистер Малфой?! ПОТТЕР!? – громкий изумленный голос раздался у них над головами, заставив мгновенно отскочить друг от друга и поспешно встать, одергивая одежду под удивленным и непонимающим… а, возможно, и все слишком хорошо понимающим… взглядом высокого черноволосого мужчины, застывшего в дверях комнаты.
-Добрый день, профессор Снейп, - учтиво произнес Малфой, невольно заставляя Гарри позавидовать: даже после того, что произошло… что чуть ли не произошло… пару секунд назад, слизеринец не растерял своей вежливости и природного аристократизма.
«У него даже дыхание не сбилось!» - ехидно сказал внутренний голос.
«Да пошел ты!» - слабо огрызнулся гриффиндорец, не решаясь поднять глаза на Мастера Зелий.
-Что здесь происходит? Драко, что Вы здесь делаете? И во что Вы одеты?– справившись с удивлением, спросил Снейп, подозрительно оглядывая стоящих напротив подростков. – Мне кто-нибудь объяснит? – раздраженно потребовал он, наблюдая за молчащими подростками.
-Что ж, хорошо, очень хорошо, - разозлившись, произнес Снейп. – Поттер, не вздумайте никуда исчезать, я еще с вами… поговорю… Драко, немедленно в гостиную, у нас тоже намечается… небольшая беседа.
Напоследок окинув ребят труднопонимаемым взглядом, Мастер Зелий резко развернулся и вышел из комнаты. Драко, не поднимая глаз и не удостоив Поттера ни единым жестом, поспешно вышел за своим деканом, оставив гриффиндорца один на один со стыдом и, к его огромному смущению, сильным возбуждением. Поспешно подойдя к двери, Гарри закрыл ее на ключ, мысленно благодаря маглов, изобретших это поистине волшебное приспособление.
«Душ или…» - мелькнула в его замутненном сознании единственная здравая мысль, но и она тотчас улетучилась, стоило ему неосторожно задеть рукой болезненно возбужденный член.
«К черту, к черту все!» - зажмурившись, подумал он, поспешно падая на кровать и расстегивая джинсы, спуская боксеры и пошире раздвигая ноги, чтобы дать своей руке больше пространства для действия. Рассудок еще пытается возразить что-то насчет неправильности, но… Какой тут, к черту, здравый смысл, если рука касается такого горячего, возбужденного члена и сжимается вокруг него, стирая границы реальности и заставляя дрожать и крепко стискивать зубы, опасаясь, что случайный стон может выдать с головой? Рука двигается все быстрее, приближая мгновение разрядки, перед глазами мелькают размытые пятна, почему-то только одного серо-голубого цвета, а потом…
Что же он делает?! Ведь они же враги… И между ними ненависть, а использовать образ ненавистного тебе человека для того, чтобы достичь оргазма, это как–то… Ах, плевать, плевать на все, и даже на свое безумие! Лишь бы не прекращать, не останавливаться…Дрожь усиливается, и все его силы уходят только на то, чтобы сдержать отчаянные стоны и крики, готовые сорваться с обветренных губ… Пальцы левой руки вцепляются в одеяло, тело выгибается над кроватью, и он сотрясается в безумном оргазме, задыхаясь и слушая громкий стук своего сердца…
«Мерлин! И что это было?» - спрашивает он у своего внутреннего голоса, когда обретает способность связно мыслить и говорить, но не слышит ответа. Его второе Я молчит, и от этого молчания становится как-то пусто и тревожно на душе. Поднявшись, еще ощущая слабую дрожь в коленях, он с раздражением стягивает испачканные спермой брюки и трусы, доставая новые.
«Это просто какое-то безумие, всего лишь временное помутнение. Он же не может… да и я не могу… Бред, сущий бред и наваждение… Да, возможно, я и захотел Малфоя (что само по себе было нереальным и абсолютно непонятным), хотел трахнуть его и забыть, отчаянно забыть и вновь жить, но… не таким же способом…не сейчас… И…это все пройдет, уже прошло…» - убеждает он себя, с некоторой долей смущения оставляя одежду в корзине для белья .
«Надейся, но не будь сильно уверенным…» - прошептал внутренний голос, заставляя его вздрогнуть.
«Что… что это значит?» - с опаской спросил он, открывая дверь и выходя в коридор.
«Ничего… Абсолютно ничего такого, чего бы ты не понимал…»
Жалобно фыркнув, Гарри прикоснулся к горячим щекам. Что бы это ни было, ему… понравилось?..
Последняя мысль заставила его остановиться и потрясенно покачать головой.
«Нет, общение с Малфоями даром не проходит», - мрачно решил он, спускаясь на кухню, чтобы заварить себе чаю, и недовольно поглядывая на плотно закрытую дверь гостиной…


***


Драко Малфой всего несколько раз видел своего декана таким злым, причем чаще всего причиной этой злости являлся именно он, Драко, или же его отношения с далеко небезызвестным Золотым Мальчиком. Но нынешнее раздражение не шло ни в какое сравнение с прошлыми. Буквально влетев в гостиную и приказав слизеринцу захлопнуть за собой дверь, Снейп резко развернулся и с легкой долей презрения в черных глазах осмотрел его черную футболку и джинсы.
-Что на тебе надето? – брезгливо спросил он, очевидно, не понимая причины для столь странного наряда крестника.
-А где же «Драко» или «мистер Малфой», как ты называл меня всего несколько секунд назад? – нахально поинтересовался светловолосый юноша, довольно неуютно чувствуя себя под сканирующим взглядом Снейпа.
-А ты думаешь, твое поведение и внешний вид похожи на малфоевские? – зло усмехнувшись краем рта, спросил Мастер Зелий.
-Думаю, да, - ухмыльнулся Драко, присаживаясь на мягкий подлокотник дивана. Снейп же остался стоять.
-Ты думаешь? – необычайно мягко произнес Снейп, но слизеринец все равно вздрогнул.
-Оставь, крестный, - чуть скривившись, протянул юноша.
-Ах, оставить?! – высокая фигура Мастера Зелий словно стала еще выше. – Ты хоть понимаешь, что твое… В общем, уже то, что ты валялся на ковре чуть ли не в обнимку с Поттером немного не соответствует критериям нормального поведения! – почти прошипел он последние слова.
-Северус, - начал было Драко, но Снейп его перебил.
-Я не собираюсь тебя ничему учить, поскольку считаю, что в шестнадцать лет это уже бесполезно, но… Просто сейчас, буквально в двух словах объясни мне, что вы там делали с Поттером! И вообще… Драко, как я должен это понимать? Я аппарирую сюда и застаю тебя в компании Поттера, непонятно чем занимающегося! И как ты здесь оказался?
-Ты знаешь, что это за место? – вопросом на вопрос ответил слизеринец.
-Да, но тебя это не касается.
-Это еще почему? Должен же я знать, куда меня занесло по милости Поттера! Здесь даже портреты разговаривают со мной, как с родственником!
-Ну да, конечно…. Кто же кроме нашего героя, - последнее слово было произнесено с презрительной интонацией, - может привести сюда своего врага, родственники которого довольно близко знакомы с Темным Лордом… Но все же, как ты здесь оказался?… И давно ты здесь?
-Сегодня пятый день.
- Нда…
-Ты не ответил на мой вопрос, - напомнил Драко. – Насчет того, что это за место…
-А ты просто забыл про мой, - рявкнул Мастер Зелий, внимательно рассматривая своего крестника, которому явно стало неуютно под этим испытывающим взглядом.
-Что ты так на меня смотришь? – буркнул юноша, преодолевая довольно глупое желание съежиться и исчезнуть с глаз главы Слизерина.
-Да тебя прибить мало, не то, что просто смотреть, - неожиданно устало пробормотал Снейп. – Я жду, Драко, – предупреждение достигло ушей слизеринца, и он, недовольно вздохнув, рассказал, как он воспользовался неудачным портключом, отказался идти к Темному Лорду на встречу, оглушил отца Грегори и потерял сознание от боли, очнувшись уже здесь. Снейп невозмутимо выслушал довольно короткое повествование, не изобилующее подробностями. Сделав еще несколько шагов по комнате, он слабо фыркнул:
-Пять дней, значит… И как вы еще не поубивали друг друга?
-Сам не знаю, - честно ответил Драко, рассеянно водя пальцем по обивке мебели. – Он ужасен!
Коротко хохотнув, профессор зельеварения в задумчивости уставился на крестника.
-И что ты теперь планируешь делать?
-Пока не знаю… Отсижусь здесь еще парочку дней, а потом надо вернуться в Имение. Как-никак, я теперь его единственный и полноправный хозяин, - горько усмехнулся юноша.
-И ты даже не попробовал вернуться в Имение через камин? – приподнял бровь Снейп. – Хотя бы за вещами?
-Я… вот черт! – Драко запустил руку в свои волосы. – Мне как-то и в голову это не пришло. Ну тогда я сейчас же…
-Нет, камины заблокированы, и в этот дом можно только аппарировать…
-А тогда зачем ты мне напомнил? – возмутился слизеринец.
-Просто меня несколько удивило, что ты, довольно умный и ловкий, не додумался до такого простого решения.
-Не смейся надо мной, крестный, - предупреждающе протянул Драко.
-Упаси Мерлин! Но теперь, когда ты знаешь, все равно лучше не подходи лишний раз к камину… Хотя, у Поттера-то, наверное, даже летучего пороха нет… А что насчет опекуна? – поинтересовался Снейп.
-А что опекун? Быть под вечным контролем какой-нибудь безумной вроде тети Беллы? Нет уж, уволь, - скривившись, протянул слизеринец.
-Ну… возможны и другие варианты
-Например? – безучастно отозвался Драко, рассеянно рассматривая ковер на полу.
-Я только сегодня подал заявление на опекунство… Обещали рассмотреть и дать ответ в течение нескольких дней…
-Серьезно? – юноша резко поднял голову, и профессор с долей удовлетворения заметил, как искренний восторг появился в обычно презрительных и высокомерных серых глазах.
-Разве я тебе когда-нибудь врал? – изогнув бровь в своей излюбленной манере, вопросом на вопрос ответил профессор.
-Нет, - облегчение разлилось по лицу Малфоя, однако почти сразу же сменившись выражением сдержанной радости. – Я рад, крестный.
-Чему? Разве я сказал, что все уже сделано?
-Нет, но… - улыбка в серых глазах медленно погасла.
-Успокойся, Драко, - Снейп подошел и обнадеживающе положил свою широкую ладонь на плечо юноши. – Все будет нормально…
-Конечно, как же без этого…- слабо улыбнувшись, ответил слизеринец.
-Вот и хорошо, - привычная сдержанность вернулась к профессору. – Что же насчет Хозяина… Ты не боишься, что отказ может подвергнуть твою жизнь опасности?
-Я не… Он ничего не сделал, чтобы освободить отца или маму, - презрительно, с оттенком терпкой грусти и отчаяния бросил Драко. – Я… Я точно не перейду на сторону Дамблдора, но служить ему… Малфои никому не служат!
-Еще бы… Будет очень трудно остаться в стороне, Драко, - задумчиво произнес Снейп, отходя к камину и складывая руки на груди.
-В жизни нет ничего легкого, - философски заметил слизеринец.
-Забавно это слышать от потомка старинного аристократического рода и наследника огромного состояния, - чуть улыбнулся Мастер Зелий.
-Хм… и правда, я даже как-то не заметил… - недоуменно пожал плечами подросток.
-Ты просто стал старше, Драко, и видение этого мира не ограничивается стенами Малфой-Мэнор или школой. Ты стал сам принимать решения… Но не забудь, что вместе со свободой приходит и ответственность, - произнес Снейп, исподлобья глядя на задумчивого крестника.
-Я никогда ничего не забываю, - гордо произнес Драко с поистине малфоевским величием.
-Хорошо бы так, Драко… Ну а что же делать с твоим пребыванием в этом доме?
-А что? – развел руками слизеринец. – Я уже говорил, что еще ненадолго останусь здесь, а потом – в Имение…
-Нет, Драко, тебе придется остаться здесь до оглашения результатов об опекунстве… Сейчас для тебя слишком опасно оставаться одному, а здесь ты… хотя бы в безопасности, - скривившись, вынужден был признать Снейп, недовольно оглядывая мрачные стены дома.
-И надолго? – тонкая вертикальная морщинка пролегла на лбу светловолосого юноши.
-Не более недели, уверяю.
-Целая неделя?! Да я же прибью Поттера за это время! – простонал Драко, обреченно глядя на крестного. – А иначе нельзя?
Губы Снейпа слабо дрогнули, но голос был тверд.
-Нет. И потом… Мне показалось, вы нашли общий… язык…
-Все бы тебе шуточки, - раздраженно буркнул Драко, с подозрением наблюдая за профессором. – А почему это ты так спокойно об этом говоришь?
-Да так, ничего…
-Северус! – нетерпение и капризность прозвучали в голосе Малфоя, но Снейп одним взглядом заставил крестника присмиреть.
-Значит так, Драко, ты никуда не выходишь из этого дома и ждешь моего письма. Если вдруг сюда заглянет кто-то посторонний, - хотя это маловероятно, - ты сидишь ниже травы, тише воды, ясно?
-Ладно, конечно, - пробурчал слизеринец.
-Я уведомлю Дамблдора о твоем присутствии в этом доме… И не надо на меня так смотреть! Если хочешь остаться жив, будешь слушать меня!
-Есть, сэр, - пробормотал Драко, с ужасом начиная понимать, что застрял в этом старом, разваливающемся доме еще минимум на неделю.
-И не надо паясничать, - спокойно произнес Снейп. – Не я оказался здесь, но раз это произошло, нужно постараться извлечь всю выгоду из сложившейся ситуации.
-Ладно-ладно, я понял, - подняв руки вверх, словно признавая свое поражение, ответил слизеринец.
-Вот и хорошо, - смерив крестника еще одним подозрительным взглядом, Снейп неторопливо направился к двери. – И, Драко, вот еще что… – профессор на секунду обернулся. – Постарайтесь не допустить тут убийства, неважно, магловского или магического происхождения: по головке тебя не погладят.
-И даже поиздеваться нельзя? – расстроился Малфой, карикатурно обхватывая голову руками в порыве отчаяния.
-Ну если только совсем немного, - и, загадочно сверкнув глазами, Снейп развернулся и поспешно вышел.
-Я тебя понял, Северус, - прошептал Драко, слегка растянув губы в чуть саркастической усмешке …


… - Поттер, - резкий и неторопливой голос раздался прямо за его спиной, заставив поспешно повернуться и тихо зашипеть, когда горячий чай попал на руку.
-Профессор? – встряхивая обожженную руку, произнес Гарри, впрочем, не сильно утруждая себя наличием почтительных интонаций в голосе. Снейп, очевидно, это тоже заметил, поскольку презрительно скривился и не стал проходить дальше порога.
- Поттер, потрудитесь объяснить, как мистер Малфой оказался в штабе Ордена Феникса? – поинтересовался учитель, безразлично оглядывая покрасневшую руку.
-А разве Малфой вам не рассказал?
-А вас не учили, что отвечать вопросом на вопрос – не вежливо? – приподнял правую бровь Мастер Зелий.
-Вас – точно нет, - огрызнулся Гарри, на мгновение забыв, кто перед ним. Раздражение из-за Малфоя, ночной разговор на кухне, драка и последствия, которые он поспешно скрыл в корзине для грязного белья, дали о себе знать, проявившись сейчас при разговоре со Снейпом.
-Манеры, Поттер, вам не стоит о них забывать, - не отреагировав на грубость, произнес профессор. – Мне кажется, или я задал вам вопрос, на который хочу получить ответ?
Стиснув зубы, гриффиндорец взял себя в руки и рассказал все, что случилось с ним за последние пять дней. Снейп невозмутимо слушал юношу, отмечая про себя, что, если речь Драко была по существу краткой, то Поттер растянул свое повествование, вставляя иногда абсолютно не нужные комментарии. Наконец, словарный запас гриффиндорца иссяк, и он замолчал, исподлобья разглядывая мрачного профессора.
-Что ж, это практически повторяет то, что мистер Малфой рассказал мне некоторое время назад… А теперь позвольте полюбопытствовать: чем вы думали, когда выходили из дома один, лишь с одной палочкой, против сразу двух взрослых Упивающихся? – последние слова Снейп практически прошипел, внимательно глядя на подростка.
-У меня была еще тяжелая статуэтка, - пробормотал Гарри, испытывая желание провалиться под землю: кто бы сомневался в том, что Снейп не захочет поглумиться над своим «любимым» учеником?!
-Ну, да, естественно, весомый аргумент, - саркастически протянул Мастер Зелий, заставляя юношу сжать кулаки от бессильного гнева. – А о том, что вас могут убить или, что еще хуже, оглушить и доставить Темному Лорду, вы, конечно, не подумали?
-А какая вам разница? – слабо огрызнулся Поттер. – Что сделано, то сделано. И, если вы не возражаете, я не хотел бы об этом вспоминать – я и так уже успел сотню раз пожалеть, что моя - как вы ее называете? - «гриффиндорская дурость» заставила меня броситься на помощь этому неблагодарному хорьку!
-Хорек это кто? – невозмутимо осведомился Снейп, презрительно глядя на покрасневшего подростка.
-Малфой, кто же еще!?
-Хм… Насколько я знаю, его имя звучит несколько по-другому, не правда ли?… А теперь слушайте меня, Поттер! – внезапно громко произнес Снейп, против воли заставляя прислушиваться к его словам. – Мистер Малфой останется здесь еще на несколько дней – так сложились обстоятельства, и, могу вас уверить, он тоже не в восторге провести некоторого время в вашем безмерно утомляющем обществе… Далее! – перебил профессор готового возразить юношу. – Директор просил передать, что семья Уизли после приезда сразу же возвратится в Нору, где они и останутся до начала учебного года. Члены Ордена Феникса в ближайшее время тоже не появятся здесь, а посему вам с мистером Малфоем придется научиться…. не убивать друг друга, - с долей насмешки произнес Снейп. – И напоследок, присутствие мистера Малфоя в этом доме должно остаться в тайне от всех, кроме профессора Дамблдора, - я сам его предупрежу, - и… К моему огромному сожалению, директор настоял, чтобы уроки окклюменции продолжались, - скривившись, протянул профессор, - а потому будьте готовы и хотя бы ради приличия прочитайте пару книг об этой науке, хотя…
Снейп не закончил, но его взгляд ясно говорил, что он абсолютно не видит смысла в просьбе Дамблдора и не верит, что такого, как Поттер, можно хоть чему-то научить.
-Вам все понятно?
-Все, - сквозь зубы пробормотал юноша, избегая смотреть на презрительное лицо Мастера Зелий.
-К сожалению, я еще буду вынужден почтить вас своим визитом, а потому не превращайте этот… кхм… дом в развалины…
-Конечно-конечно, - прошептал юноша, когда громкий хлопок аппарации подтвердил, что Снейп ушел. – С нетерпением буду ждать… О Мерлин! Еще время с Малфоем! – простонал гриффиндорец, обхватывая голову руками. – Да я же с ума сойду!
«Или уже сошел», - мстительно прошептал внутренний голос, и Гарри, невольно вспомнив то, чем он занимался в спальне наверху, не мог с этим не согласиться.
-Надеюсь, мы не прибьем друг друга, - обреченно произнес он, отхлебывая ставший холодным чай. – Иначе как потом объясняться с Дамблдором?
Сокрушенно помотав головой, Гарри встал и вылил остывший чай, помыл кружку и, глубоко вздохнув, вышел из кухни.
«Эта неделя точно потребует стальных нервов», - безрадостно подумал он, открывая дверь в гостиную…




Глава 3. Путешествие в себя

-Поттер…
-Малфой…
Они стояли друг напротив друга, разделенные лишь старым диваном, с практически одинаковыми выражениями лиц.
-Я вижу, ты еще не убрался отсюда, - неприязненно произнес Гарри, поспешно отгоняя воспоминания о тяжелом и гибком теле, что пригвоздило его к полу совсем недавно…
-Не дождешься! Мне так… понравилось отсутствие малейших удобств в твоем доме, что я решил задержаться еще недельки на две…
-На две?! Но ведь Снейп… - начал Гарри, но тотчас осекся, и гневно посмотрел на явно довольного слизеринца.
-А ты всегда его слушаешься? – бровь Малфоя насмешливо взлетела вверх. – Не знал, что в тебе есть такое послушание… Обычно, ты отличаешься лишь безголовостью и полным отсутствием мозгов, но…
-Ты прав, Малфой, - прошипел гриффиндорец, яростно сжимая кулаки. – Свой разум я точно где-то оставил, когда пошел выручать тебя.
-Да брось, Потти, - протянул Драко, подходя к окну и выглядывая на улицу. – Самобичевание тебе не идет, равно как и этот полный злобы взгляд. Ты же Герой, оплот Светлых Сил, а так смотришь… И потом, - он повернулся и небрежно пригладил волосы, заставив Поттера на мгновение задохнуться, - твоя гриффиндорская натура не позволила бы тебе оставить меня там.
-Не слишком ли часто ты стал упоминать о Гриффиндоре? Неужели, хочешь поменять факультет?
-И не надейся, Поттер, - произнес Драко, подходя к полке над камином и вытаскивая первую попавшуюся книгу. – Мне неплохо и на Слизерине, а заражаться вашей безрассудной глупостью, которую вы почему-то гордо называете храбростью, я не намерен.
-Конечно, гораздо лучше прятаться за спинами своих тупых горообразных дружков и сбегать при первом же намеке на опасность! – почти прокричал Гарри, испепеляющее глядя на расслабленного недруга.
-Ты, знаешь, действительно, лучше, - протянул Малфой, усаживаясь на диван и открывая книгу. – По крайней мере ты будешь точно уверен, что останешься жив.
-А как же друзья, знакомые, которые из-за твоего трусливого бегства могут умереть!?
-В этом мире каждый за себя, Потти, и, поверь, МОИ друзья способны сами о себе позаботиться, - слегка нахмурился Драко.
-Конечно же, как я мог забыть, что у твоих Упивающихся уже есть защитник, - язвительно проговорил Гарри, борясь с желанием достать палочку и наградить Малфоя одним из Непростительных. И плевать, что можно вылететь из школы и попасть в Азкабан, главное, один мерзавцем на земле станет меньше…
-У моих друзей, Поттер, есть голова на плечах и ясное понимание, что даже родители не всегда смогут защитить их, если вдруг потребуется, - усмешка исчезла с лица светловолосого подростка, сделав его удивительно серьезным и сосредоточенным. – Им с детства показали, что каждый в этом мире сам за себя, и лишь иногда возможны исключения… И что бы ты ни говорил, ни думал, МЫ, слизеринцы, никогда своих в беде не бросаем… Просто, понятия о трудностях у нас разные, - закончил Драко, слегка приподняв уголок рта в намеке на презрительную улыбку.
-Ты хочешь сказать… - ошеломленно начал гриффиндорец, но Малфой его резко перебил.
-Я сказал только то, что сказал, Поттер, не больше и не меньше. А уж выводы делай сам… Хотя ты и к этому не привык. Тебе обычно подается все уже разжеванным, и остается только бросить боевой клич и глупо кинуться в самое пекло, забывая, что у одних и тех же событий могут быть разные трактовки…. А теперь отвали от меня, Поттер. Твое общество и так утомительно, так дай мне хоть несколько часов спокойствия и избавь от необходимости объяснять элементарные вещи, - как-то даже слегка капризно добавил Драко, демонстративно раскрывая книгу и не обращая внимания на изумленного гриффиндорца.
«То есть получается… Если судить из всего того, на что только что намекнул Малфой… То дети Упивающихся… Или нет?»
-Малфой! Малфой!
-Ну чего тебе надо? - утомленно произнес слизеринец, с раздражением глядя на возбужденное лицо Поттера.
-Малфой, по твоим словам получается, что жизнь детей Упивающихся сложна и полна опасностей? И вы… хотя внешне это и не показываете… У вас есть истинная дружба и поддержка? – почему-то прошептал Гарри, пристально разглядывая раздосадованного Драко.
-Поттер, тебе разве непонятным языком было сказано? Отвянь!
-Нет уж, Малфой, раз начал, то завершай!
-А я уже завершил, Поттер! – злобно ответил слизеринец, презрительно косясь на гриффиндорца. - Я НИ-ЧЕ-ГО такого не сказал, чего бы даже первокурсник Пуффендуя не мог бы понять. У каждого своя жизнь, и не все так гладко, как иногда кажется на первый взгляд. Знаешь, почему мой факультет не любят в Хогвартсе? Да потому, что мы ЕДИНСТВЕННЫЕ, кто не выносит на открытое обсуждение свои проблемы и конфликты. Как там сказала Шляпа однажды? «Когда мы вместе, мы едины»? Так вот, Потти, Слизерин ВСЕГДА един и, как бы глупо не казалось это на первый взгляд, именно благодаря такому отношению со стороны других мы еще больше сплотились! Но у нас немного другие ценности и понятия об окружающем мире, порой, гораздо более правильные, чем у вас или Когтеврана; о пуффендуйцах вообще молчу – они словно воздушный змей: куда ветер, туда и их дорога! И нам плевать на твое мнение, как предполагаемого героя, в частности, так и на мнения всех окружающих. У нас своя жизнь, проблемы и удачи, о которых вы даже понятия не имеете… Все, Поттер, как уж дальше тебе объяснить, я не знаю: проще уже просто некуда, даже Лонгботом понял бы! А теперь отвали, Потти, ты и так мне все настроение испортил!
-Но как же… - удивленный такой речью, произнес Гарри. В словах, презрительно брошенных слизеринцем, очень тихо, но все же заметно, прозвучала истинная горечь и обида.
«А ведь он в чем-то прав, - мелькнула мысль. – Что мы в действительности знаем о слизеринцах? Только то, что они постоянно устраивают нам пакости? А ведь большинство из них – дети Упивающихся, чьи родители поставлены вне закона, или, как у Малфоя, уже посажены в тюрьму. Что должны они чувствовать, год за годом, день за днем приходя на уроки и в классы, ощущая на себе злобные взгляды и неприязнь всех остальных факультетов?»
-Малфой, я…
Но Гарри не успел закончить. Драко резко вскочил, бросив книгу на пол, и резко выхватил палочку.
-Отвали, Поттер, какой раз уже повторяю! – рука слегка подрагивала, а в глазах сверкала злость.
-Да успокойся, что ты так… взвился? – успокаивающе пробормотал Гарри, с опаской глядя на направленную на него волшебную палочку. – И вообще, угрожать человеку, который разрешил тебе жить в своем доме, это малость некрасиво, не находишь?
-Даже если этот человек - мой враг, не раз за последние дни пожелавший мне смерти? – насмешливо уточнил Драко, все же опуская руку.
-Я… я ничего такого не говорил, - непонятно почему, стал оправдаться юноша, но все его попытки разбились о ледяное спокойствие и саркастическую улыбку, сейчас так похожую на снейповскую.
-Ну, конечно же, Поттер, и слова о том, что лучше было бы оставить меня подыхать на улице или отдать Беллатрисе, тоже говорил не ты?
-Это просто… И вообще, какого Мерлина я должен перед тобой оправдываться? – возмутился Гарри, резко вскидывая подбородок.
-А потому, Потти, - подходя ближе, почти прошептал Малфой, – что ты понимаешь, что я прав, но твое самолюбие и упрямство не позволяют тебе признать это.
И, неожиданно улыбнувшись своими серо-голубыми глазами, Драко покинул гостиную, неторопливо пройдя мимо застывшего Поттера, обдав его легким ароматом чего-то терпко-сладкого.
-И не забудь сказать своему эльфу, что завтра моя одежда должна лежать чистой и выглаженной на моей кровати, - уже в коридоре раздался манерно-тягучий голос светловолосого слизеринца.
-На МОЕЙ кровати, Малфой! – раздраженно крикнул Гарри, в бессильном гневе пиная диван. – На моей, - обреченно повторил он, подхватывая книгу, которую оставил Драко, и бросая мимолетный взгляд на обложку.
-«Искусство проникновения в разум: основные принципы легиллименции», - прочитал гриффиндорец и удивленно посмотрел на приоткрытую дверь, за которой только что скрылся Малфой. – И как он из книжного шкафа именно ее вытащил?


***


Еще четыре дня прошли в напряженном молчании, которое было призвано имитировать вежливое общение, и в неожиданных, но довольно сильных вспышках раздражительности, причинами которых являлись поочередно то Гарри, то Драко. Во время этих ссор Добби старался спрятаться как можно дальше и в течение нескольких часов не решался показываться им на глаза, а портрет матери Сириуса присоединялся к раздававшимся в доме воплям, многократно усиливая шум и пугая бедного домового эльфа до полусмерти. А поводы для этих криков были порой настолько смехотворные и так плавно перетекали один в другой, что иногда даже сами спорящие никак не могли вспомнить, что же послужило их причиной.
Хотя, если честно, Драко не упускал возможности напомнить об этом, но именно он, к огромному удивлению Поттера, первым прекращал любые конфликты. Сначала Гарри думал, что это означает лишь слабость, но позже, вечером или ночью, прокручивая в памяти каждую фразу, каждое мгновение ссоры, он понимал, что это всего лишь нежелание Малфоя продолжать пустую, бессодержательную и подчас очень утомительную беседу. Эта маленькая черточка, почти незаметный штрих тоже добавилась к портрету слизеринца, который Гарри мысленно пытался создать. Он не до конца отдавал себе отчет в том, что поведение и поступки Малфоя стали занимать его гораздо больше, чем раньше. Однако непреодолимое и иногда довольно глупое и бессмысленное желание понять этого странного, сплошь созданного из колючек и противоречий человека, который уже почти десять дней жил с ним, пусть и не совсем по собственному желанию, под одной крышей. Он стал угадывать по мелким, порой незаметным невнимательному глазу, деталям настроение слизеринца, его отношение к тому или иному предмету или слову.
В свою очередь Драко тоже вглядывался в гриффиндорца, быстрее и правильнее оценивая поступки будущего Героя. Ему нравилось выводить Поттера из себя и наблюдать за его реакцией, которая, к сожалению, очень часто повторялась. Однако иногда Гарри преподносил Малфою настоящие сюрпризы. Чего стоит только одна вспышка раздражения, когда они не поделили диван.
-Это мой дом, Малфой, и я имею право находиться, где хочу! А в данный момент я хочу сесть с книгой и кружкой чая на ЭТОТ диван! – разглагольствовал Поттер, яростно блестя глазами.
-А я твой гость, Поттер, и мне тоже хочется отдохнуть ЗДЕСЬ, ведь в этой комнате нет больше ни одного стоящего предмета, на котором можно было бы с комфортом расположиться, - протянул Драко, вызывающе глядя на взбешенного гриффиндорца. Судя по тому, как сжались кулаки последнего, Малфой уже успел настроить себя на очередную бессодержательную беседу, сплошь состоящую из взаимных оскорблений, в результате которой этот диван не достанется никому. Но Поттер повел себя по-другому. Несколько секунд он, конечно, пылая гневом, скрежетал зубами и уже готов был начать их ставшую даже привычной словесную дуэль, но потом вдруг почему-то передумал, и вместо очередного оскорбления произнес то, что Драко никак не ожидал услышать.
-Хорошо, Малфой, давай так. Этот диван большой, и мы его… поделим. С одного края будешь сидеть ты, другая половина – моя. Идет?
Драко настолько удивился, что на пару секунд потерял дар речи, а настырный Поттер, приняв молчание за согласие, за это время успел удобно устроиться на своей части дивана, пододвинуть поближе небольшой столик и поставить на него свою кружку. Неторопливо открыв книгу, гриффиндорец нашел нужную страницу и только тогда, словно почувствовав ошеломление Малфоя, вскинул на него глаза.
-Что-то случилось? – почти мирно поинтересовался он, окончательно повергнув Драко в шок. Поспешно придя в себя, он собирался было выдать нечто убийственное, но его взгляд внезапно зацепился за необычную, ярко-красную кружку, полную ароматного и горячего напитка, и его губы произнесли совсем не то, что он на самом деле хотел сказать:
-Я тоже хочу чая.
Лишь усилием воли ему удалось не прихлопнуть рот рукой, когда он осознал, что же он произнес. Но реакция Поттера снова удивила: он не насмехнулся, не удивился, а лишь позвал Добби и велел приготовить еще одну кружку чая для «мистера Малфоя», а потом вновь уткнулся в книгу. И, когда спустя несколько секунд перед ним склонился эльф, держа в руках поднос с горячим напитком, Драко в полной мере осознал, что они практически ВПЕРВЫЕ с момента его нахождения здесь, да и вообще с момента встречи, разрешили конфликт по-мирному, и инициатором этого, как ни странно выступил Поттер. Машинально глотнув из кружки, слизеринец закашлялся и поспешно схватился за горло, успев заметить непонимающе-обеспокоенный взгляд Гарри.
-Я… чай горячий… - непонятно зачем, стал оправдываться он, но гриффиндорец лишь кивнул и вновь перевел взгляд на страницы.
Все случившееся так поразило Малфоя, что он даже забыл громко возмутиться отсутствием большой ванны и наличием маленького ассортимента моющих средств, как делал всегда. В общем, их проживание оказалось почти мирным, если, конечно, не считать одной детали: постоянного возбуждения, которое преследовало гриффиндорца почти целыми днями, особенно усиливаясь при взгляде на изящного Малфоя и ночью, когда никто не видел, как его рука сначала неуверенно, а потом все сильнее и сильнее сжималась вокруг поднявшегося члена. Он буквально сходил с ума, касаясь себя, а хаотичные мысли, что это могла бы быть рука Малфоя, усиливали ощущение безумства и стыда… Да, именно стыда за свое тело, которое абсолютно не подчинялось приказам рассудка и вытворяло, что хотело, заставляя его ступать по острой грани, где каждый неверный шаг мог обернуться позором. Гарри понимал, что это не совсем нормально, что хотеть парня – это неправильно и, возможно, даже аморально, но… Кому есть дело до того, что шепчет здравый смысл, когда безумное наслаждение при мысли о возможном сексе с Малфоем - почти как мини-оргазм? И рассудок замолкал ночью, чтобы с новой силой приняться терзать его утром, вечером, днем… Он терял голову, представляя, как аристократические пальцы ласкают его, возбуждая и заставляя дрожать, как губы нежно прикасаются к его губам, унося далеко-далеко…
Однако, как он ни старался представить на месте Малфоя кого-то другого, неважно, парня или девушку, он никогда не получал такого удовольствия, как если бы ласкал себя, воображая, что это – руки и губы белокурого слизеринца с чертовски раздражающей и сексуальной ухмылкой одновременно. И он понимал, что он медленно сходит с ума, даже просто думая об этом, но…
«Малфой со своими аристократическими замашками просто не может… Он юноша в том самом возрасте, когда парни уже начинают интересоваться девушками, а я… После истории с Чжоу девушки с их истериками и недомолвками окончательно потеряны для меня… Хотя это даже и лучше – меньше проблем и забот…»
Те самые маски, в которые он ради развлечения начал играть в самом начале каникул, сейчас как никогда помогали ему. Находиться почти целый день рядом с предметом своих тайных, весьма постыдных желаний, изредка ловить его задумчивые взгляды, а потом, под прикрытием темноты, вызывать в себе эти воспоминания для получения разрядки… И как утром смотреть в эти серые, насмешливые и порой очень внимательные глаза, хозяин которых обладает поистине слизеринской проницательностью?! Когда-то, всего две недели назад он совершенно не задумывался об этом, а теперь… Теперь он точно знает, скольких усилий стоит Снейпу постоянно прятать свои истинные эмоции и мысли. Но ведь Снейп уже давно шпион (если это, конечно, правда), возможно, он уже привык…
Гарри прекрасно понимал, что они с Малфоем никогда не смогут стать даже просто приятелями, не говоря уже о друзьях: слишком различны и в тоже время похожи их характеры. А все разговоры о том, что противоположности притягиваются и живут долго и счастливо – всего лишь сказочка для наивных: как можно жить рядом с человеком, когда нет общих тем для разговоров, а есть лишь одни конфликты по поводу расхождения мнений?! А одинаковые… Это почти что копии друг друга, вначале, возможно, и представляющие идеальный союз, но потом обязательно расходящиеся в разные стороны, потому что им становится безмерно скучно и неинтересно вместе… И иногда стоит очень потрудиться, прежде чем найти ту самую золотую середину, с которой возможно все, и даже любовь до гроба…
Но сейчас Гарри как никогда опасался отправляться на поиски человека, способного заставить его почувствовать себя живым… Нет, конечно, рядом друзья, мудрые наставники и даже враги, которые никогда не дадут заскучать, однако бунтарское, вольное и яростно бьющееся сердце подростка всегда недовольно и жаждет чего-то большего. Проклятый юношеский максимализм, не обходящий стороной практически ни одного человека, так мешает жить, но в тоже время заставляет двигаться и идти вперед, не оборачиваясь на то, что было. А если и обернешься, то сможешь лишь посмотреть, испытывая или сожаление, что все произошло именно так, или радость, что все сложилось как никогда хорошо…
И хотя он безумно, даже отчаянно и порой безнадежно, хотел воплотить свои желания, рациональная часть сознания утверждала, что им не существовать в действительности. Через несколько дней Малфой уедет, оставив его наедине с собой и с чувством острой и изматывающей вины за смерть Сириуса, которая становилась гораздо слабее, когда Малфой был рядом. Он скрывал все свои тайные мысли на самом дне души, стесняясь и даже боясь не столько их самих, сколько того, во что они могут вылиться. А еще… еще ведь был Волдеморт, чьи слуги творили свои дела на земле, лишая совершенно невинных и во многом беззащитных людей жизни. И он страшился, опасался даже не за себя, а за тех, кто идет рядом с ним по опасной дороге. Боялся за Рона, Гермиону, семью Уизли и Ремуса, Дамблдора и даже за - Мерлин бы их побрал - Дурслей! Потому что совершенно не ясно, куда будет направлена следующая атака красноглазого ублюдка, озабоченного маниакальной идеей захватить власть и охваченного манией величия… И мало кто добровольно решился бы подставить свою жизнь под угрозу… А ведь каждая минута общения с ним - словно своеобразный маяк для Волдеморта, показывающий, как можно быстро сломить его…
«Все умирают, столько смертей… Пусть многих я не знал лично, но ведь это не значит, что они не имеют отношения к войне… Я не имею права на привязанности… За них придется заплатить очень большой ценой…- горько подумал Поттер, поворачиваясь на спину и закрывая уставшие глаза. – А мне уже просто нечего отдавать, кроме жизни…»
… А на первом этаже, ворочаясь на белоснежных простынях, никак не мог заснуть Драко Малфой. Раздраженно фыркнув, он отбросил одеяло и долго время просто лежал, бессмысленно разглядывая тени на потолке.
« Всего несколько дней… Еще совсем немного времени, и я вернусь в Малфой –Мэнор, в мрачность и пустоту, которую оставил после себя отец… Не будет больше светских вечеринок, тихих бесед у камина и негромкого шелеста маминого платья… Они теперь в Азкабане, отдают остатки своей красоты и разума бездушным и мерзким стражам… А я здесь, в довольно темном, местами непривлекательном доме Гарри Поттера, и почему-то совсем не хочу отсюда уходить…»
Повернувшись лицом к небольшому окну, он долго наблюдал за медленно шевелящимися ветками огромного дерева, что росло рядом. Он не соврал, когда подумал, что ему жаль покидать это временное пристанище, которое смогло защитить его от посягательств со стороны Темного Лорда и его приспешников. Конечно, его родовое Имение тоже отлично защищено, но его огромные размеры и показное, ошеломляюще богатое убранство никогда не давали чувства, которое юный Малфой испытал всего два раза в жизни, - когда впервые приехал в Хогвартс и пару дней назад, сидя рядом с Поттером на одном диване и буквально касаясь его поджатых ног своими, - чувства уюта…
«Кто бы мог подумать, что уют, оказывается, это не только золотые тарелки с вензелями Малфоев по краям, не огромнейшая спальня, которую не может согреть даже большой камин, а небольшая комната с прилегающей к ней ванной, просторная кухня и маленькая гостиная с мягким диваном и… Поттером, сидящим рядом и задумчиво водящим пальцем по странице…»
Вздохнув, Драко медленно протянул руку и коснулся приятной прохлады простыни и одеяла. Да, сам того не замечая, он стал гораздо больше думать о Поттере. Гриффиндорец оставался таким же упрямым ослом, что и раньше, но теперь к этому прибавился и некий ореол загадочности и легкой грусти, что иногда овладевали Поттером. В такие моменты Гарри становился неестественно задумчивым и погруженным в свои мысли, странно молчаливым и даже не реагировал на ехидные подначки Малфоя. На его лицо, не искаженное гневом или презрением, можно было долго смотреть, буквально впитывая исходящее спокойствие… Но такое состояние быстро проходило, и к гриффиндорцу возвращалось его обычное хамство и нетерпеливость, сменяющиеся приступами занудства., что так часто заставляли Малфоя яростно сжимать кулаки и мысленно проклинать тот день, когда он пришел в себя в этом доме.
А еще он замечал все эти странные взгляды, что Поттер завел привычку бросать на него, думая, что глупый слизеринец не замечает. Но внимания Малфою было не занимать, и, как гриффиндорец ни старался, полностью скрыть все то, что отражалось в его глазах, он не смог.
«Такие необычные и… волнующие взгляды. Словно он изо всех сил стремится спрятать что-то… Такие ожидающе-настороженные, с небольшими вкраплениями горечи и легкого сожаления…»
Что это может значить, Драко не знал, но, впрочем, и не стремился узнавать. Как ни занимало его поведение Поттера, сейчас он должен был сосредоточиться на более важных делах… Однако нет-нет, а мысли об юном гриффиндорце мелькали в сознании Малфоя, безумно раздражая.
«Надо решить, как быть с поместьем - там уже давно не делали ремонт на втором этаже… Как вести себя, когда приедешь в школу, ведь известие о том, что Нарцисса и Люциус, равно как и родители некоторых других, теперь в Азкабане… Да мало ли дел?!»
Действительно, много, но настырный Поттер никак не хотел оставлять его сознание, заставляя думать, анализировать, пытаться понять… А однажды он и вовсе поймал себя на совершенно странной и несвойственной ему мысли: когда Поттер отложил книгу и с наслаждением потянулся, разминая затекшие мышцы, обнажив небольшую часть поджарого живота между поднявшейся футболкой и джинсами, Драко как во сне стал пялиться на этот небольшой кусочек открытой кожи и, вроде даже негромко вздохнул, когда он скрылся из виду… Благо Поттер не услышал…Или услышал?
Раздраженно фыркнув, Малфой еще раз перевернулся, изгоняя из памяти ненужные картинки. Он просто не мог допустить мысли, что Поттер такой… какой-то не такой, в общем! Не такой, как он…
Драко, в отличие от его отца, всегда довольно спокойно относился к людям, имеющим нетрадиционную сексуальную ориентацию, признавая право каждого делать то, что он хочет… Главное, чтобы это не шло в разрез с действиями самого Драко…
Подтянув одеяло поближе к груди и закутываясь в него, слизеринец молча лежал, вдыхая смутный запах ночи… Он точно не знал, чем этот воздух отличается, например, он дневного или утреннего, но было в нем что-то… Какая-то особенная свежесть и спокойствие, благодаря которым легче дышится и думается…
Да, он предпочитал секс с парнями, о чем, правда, знали всего два человека: его постоянный партнер в Хогвартсе, - мальчишка со Слизерина на год младше него, так же тщательно скрывающий свою ориентацию, - и невысокий темноволосый паренек из одного из самых дорогих в Лондоне борделей. И больше никто… Хотя в магическом мире не было особых законов, касающихся таких людей, но они все же весьма разумно предпочитали скрывать свою ориентацию. Драко иногда даже боялся представить, какой могла бы быть реакция Нарциссы, например, если бы она узнала…
Он не испытывал чувства неполноценности, не стыдился себя, просто законы и правила аристократических семей, которые он усвоил с самого детства, требовали соответствующего поведения. А уж наличие сына –гея никак не могло относиться к ним… Внезапно Драко абсолютно точно, словно это было не более нескольких мгновений назад, вспомнил, когда он впервые понял, что его не интересуют девушки…


…Это началось после одной из вечеринок в Слизерине в начале пятого курса. Слегка выпившему Малфою почему-то срочно понадобилось расслабиться в горячей, полной душистой пены ванне. Отвергнув все настойчивые уговоры и просьбы и наорав на Пэнси, не желавшую расставаться со своим предполагаемым женихом ни на минуту, Драко, захватив купальные принадлежности, довольно нетрезвым шагом добрался до слизеринской ванны старост, пользоваться которой разрешалось только в исключительных случаях, коих было очень и очень мало. Неразборчиво прошептав пароль уродливой одноглазой ведьме, охранявшей вход, Драко неспешно вошел и, не оглядываясь, стал раздеваться, абсолютно не обратив внимания на потрясенный вздох, раздавшийся справа. Аккуратно сложив одежду, Малфой медленно выпрямился и потянулся, во всей красе демонстрируя свое тело ошеломленному невысокому пареньку, застывшему на верхней ступеньке ванны-бассейна.
-Малфой… - прошелестело в воздухе, и Драко поспешно повернулся, удивленно рассматривая нежданного посетителя.
-Уолкинз? – протянул слизеринец, признав в пареньке ученика своего факультета. – А… И что ты тут делаешь?
-Я… ну, Драко, я только… - неразборчиво пролепетал юноша, смущенно покраснев, но не сумев оторвать взгляд от Малфоя. Драко понимающе усмехнулся, заметив возбужденный член парня. Почему-то это зрелище показалось ему необычайно волнительным и… правильным, и его собственное тело незамедлительно стало откликаться на такие мысли.
-Так что ты там говорил… Дерек? – буквально промурлыкал последние слова слизеринец, приближаясь к застывшему и явно не знающему, что делать, подростку. Темноволосый паренек внимательно следил за Малфоем, даже не старясь прикрыться. – Мне кажется, или у тебя возникла… проблема?
Тут юноша поспешно опустил взгляд и еще сильнее покраснел, увидев, как заметно его возбуждение.
-Я… ну я, наверное, пойду, - неразборчиво пробормотал он, но поперхнулся и закашлялся, когда рука Малфоя, знакомясь, скользнула по его плечу, груди и стала опускаться еще ниже.
-Ты уверен? – прошептал Драко и толкнул слизеринца обратно в воду, неторопливо спускаясь следом. Лицо вынырнувшего подростка было так забавно, что Малфой даже рассмеялся, но его смех тотчас стих, когда яростный и немного неумелый рот накрыл его губы, а неожиданно сильные руки сомкнулись на спине, лаская нежную кожу…
Драко в деталях не запомнил, как все было, но одно он знал точно: в какой-то момент винные пары окончательно выветрились из его головы, а сознание было необычайно ясным. Однако он тогда не остановился, а лишь с новой силой впился в чужие податливые губы, открывая для себя новые, доселе еще не известные ощущения…


…Словно очнувшись, Драко мгновенно стал успокаивать свое начавшее сбиваться дыхание…
«Не к месту… Совсем не вовремя эти воспоминания… и не в этом доме…».
И тело послушалось, а только начавшаяся эрекция спала, заставив его мысленно вздохнуть и еще глубже зарыться в одеяло, хотя ночь была теплая…
Но их отношения так и не закончились. Ловя на себе пристальные и настороженные взгляды Дерека Уолкинза всю следующую неделю, Драко все же не выдержал и сорвался, однажды поймав настойчивого паренька в одном их темных закоулков Хогвартса. Темноволосый мальчишка с радостью откликнулся на этот своеобразный призыв и с тех пор изредка оказывался в постели Слизеринского Принца, с долей почтения и обожания глядя на своего любовника. А сам Драко, слегка разнообразив этим свою жизнь и утешаясь философской мыслью, что «нужно попробовать все», с доброй насмешкой посматривал на этого паренька. И конечно, все эти небольшие эксперименты проходили в тайне от весьма щепетильного в этих вопросах отца...
Но на людях Драко всегда играл свою роль истинного аристократа просто великолепно: снисходительно смотрел на стайку увивающихся за ним девчонок, пару раз небрежно поцеловал Миллисенту, вызвав приступ бешенной ревности у Пэнси, и флиртовал с самой Паркинсон, не обращая внимания на злобные взгляды полной Милли. К тому же однажды он совершенно точно понял, что с парнями ему нравится общаться гораздо больше, чем с девушками: нет истерик и приступов плохого настроения, острых ногтей, оставлявших царапины на его спине, и океана слез из-за того, что «моя очередная домашняя зверушка умерла в муках, потому что ее плохо кормили». За пять лет общения с Пэнси, - мастерицей по части скандалов, - он только еще раз убедился, что девушки – весьма странные создания, близко и долго общаться с которыми может только человек с крепкими нервами. А он, очевидно, под эту категорию не подходил…
«Хотя, может, мне просто не те девушки попадались», - философски подумал Драко, рассматривая бархатный полог кровати.
Часы мерно тикали, отсчитывая секунды и минуты его бессонной ночи. Однако тело требовало отдыха, и слизеринец, напоследок повернувшись еще раз, закрыл глаза и все же погрузился в тревожный сон, почему-то сплошь заполненный черноволосыми очкариками с зелеными глазами…
…Темнота за окном становилась все гуще и гуще, любопытная луна заглядывала в окно, отбрасывая странные тени. Пустой дом молчал, и даже Кикимер не нарушал эту тишину своими шорохами и бормотаньем. На улице изредка поднимался ветер, шевеля листья на деревьях и взметая пыль, успевшую осесть на асфальт за день. Вся природа словно бы замерла, погрузилась во мрак, и ни малейший шорох не смел нарушить эту гармонию, царившую, казалось, везде, проникавшую в любые щели. Но вот только до беспокойных сердец двух подростков, мирно спящих в своих комнатах, она все же не долетела, благоразумно рассудив, что еще не время, а они сами должны все осознать и понять. Вот тогда она и прилетит вновь, окутывая счастьем и спокойствием…


***


-Малфой, за окном сова, впусти ее, - произнес Гарри, неспешно наслаждаясь вкусным завтраком, поданным Добби всего пару минут назад.
-Твой дом, значит, ты и открывай, - протянул Драко, задумчиво водя вилкой по тарелке. Он чувствовал себя ужасно невыспавшимся, а довольная физиономия гриффиндорца сегодня раздражала как никогда.
«Мерлин бы его побрал! – мысленно пробурчал Драко, с легким презрением наблюдая за поспешно поглощающим завтрак юношей. – И как можно столько есть в такую рань!?»
Правда, о том, что уже начало десятого он как-то позабыл.
-Ты сидишь ближе, - возразил Гарри, весело намазывая очередную булочку маслом.
-Отвали, Поттер! – огрызнулся Драко. – Тебе надо – ты и вставай.
-Да пошел ты! – в сердцах воскликнул гриффиндорец, резко вставая и подходя к окну. Рыжеватая сова, в которой Гарри признал хогвартскую птицу, радостно ухнула, когда ее освободили от послания. Не дожидаясь угощения, она взмахнула крыльями и поспешно вылетела, быстро исчезая в небе. Юноша еще раз взглянул на запечатанный пергамент, на котором знакомым острым подчерком было выведено имя Малфоя, а внизу была приписка «лично в руки». Усмехнувшись, Гарри вернулся за стол и бросил письмо нахмуренному слизеринцу.
-Держи, это от Снейпа.
-Откуда знаешь? – недовольно пробурчал слизеринец, отодвигая тарелку с почти не тронутым завтраком и ломая печать на пергаменте.
-Уж его подчерк я всегда узнаю, - усмехнулся Гарри, возвращаясь к булочке. – Именно благодаря ему моего сочинения подчас совсем не видно из-за саркастических комментариев.
-Писать уметь надо, - язвительно произнес Драко, погружаясь в чтение письма.
-Кто бы говорил, - беззлобно огрызнулся Поттер, незаметно поглядывая на хмурящегося Малфоя. – Что, плохие новости?
-Да нет, почему? – слизеринец аккуратно сложил пергамент и попытался положить в карман, не заметив, что оно вместо этого упало под стол. – Наконец окончательно стал известен день, когда я покину эту развалину.
-Да? – рука Гарри чуть дрогнула при этих словах. – И… когда же наступит этот момент?
-Не терпится избавиться от меня? – ухмыльнулся Драко, неторопливо вставая и слегка потянувшись. – Не волнуйся, скоро, Потти, скоро. Только боюсь, ты будешь скучать.
-Это еще почему? – безмерно удивился Гарри, невольно провожая взглядом соблазнительную фигуру слизеринца.
-Ты уже привык к нашим маленьким пикировкам, не так ли? А если Драко уедет, кто же тогда будет развлекать бедного маленького гриффиндорца? – насмешливо протянул Малфой, успев выскользнуть из кухни прежде, чем вилка, в гневе пущенная Поттером, нашла свою цель.
-Да пошел ты, Малфой! – закричал Гарри, перекрывая серебристый смех, раздающийся из коридора. – Умнее ничего не придумал?..
-Вот урод! - раздраженно пробормотал Поттер, когда хохот стих. - Всегда знает, как испортить настроение…. НУ ВОТ!!!
Последний возглас заставил вздрогнуть Добби, испуганно притаившегося в углу кухни и терпеливо ожидавшего, когда хозяин закончит завтракать.
-Ну почему этот бутерброд должен был УПАСТЬ?! – негромко простонал Гарри, со вздохом нагибаясь и поднимая вышеупомянутый предмет. – Стоп, а это что такое?
Он соскользнул со стула и в недоумении уставился на небольшой пергамент, благополучно валяющийся около стула, на котором совсем недавно сидел слизеринец.
-Так это же письмо, которое пришло сегодня… Наверное, надо его вернуть, - пробормотал гриффиндорец, поднимая конверт.
Безрадостно фыркнув, Гарри вышел из кухни и направился к небольшой комнате рядом с гостиной, надеясь, что Драко там.
-Малфой, Малфой! – крикнул он, ожидая, что слизеринец откроет дверь. – Я нашел твое письмо под столом!.. Малфой!!!
Но ответом ему был звук льющейся воды, слабо доносившейся сквозь стены дома.
«Он что, снова душ принимает? - недоуменно подумал Гарри, подозрительно косясь на закрытую дверь. – Ну ладно, тогда потом отдам».
Есть внезапно расхотелось. Гриффиндорец, вздохнув, мрачно поплелся в гостиную и, схватив книгу по легиллименции, которую совсем недавно откопал Драко, попытался читать. Но взгляд никак не хотел задерживаться на страницах, а все время возвращался к мирно лежащему на соседнем столике пергаменту. Искушение прочитать возрастало, но пока Гарри удавалось с ним бороться, поминутно напоминая себе, что это не его вещь, и читать, что написано в послании для Драко, некрасиво. Но любопытство, один из самых страшных и полезных одновременно пороков почти каждого человека, все же взяло верх. Нерешительно оглянувшись и бросив робкий взгляд на закрытую дверь, Гарри протянул руку и коснулся пергамента, а потом, внезапно осмелев, поспешно раскрыл его и быстро пробежал глазами написанное:


« Драко, спешу тебе сообщить, что моя просьба на опекунство была удовлетворена, и с сегодняшнего дня я официально являюсь твоим опекуном до того момента, пока тебе не исполнится двадцать один год (думаю, ты уже понял, что это означает в первую очередь для тебя). По некоторым своим каналам мне удалось узнать, что поисковые операции Хозяина насчет тебя еще не закончились, однако с каждым днем все меньшее количество слуг он посылает на это задание. Но все же будь осторожен. Твое пребывание в доме Поттера не продлиться долго, и уже тридцать первого июля рано утром ты вместе со мной отправишься в Имение.
Будь готов заранее и не убей Поттера до этого срока».


Едва он прочитал последнее предложение, как дверь тихонько заскрипела, впуская кого-то. Гриффиндорец поспешно положил пергамент обратно на столик и схватил книгу.
-Хозяин Гарри больше не будет завтракать? – спросил Добби, опасливо заглядывая в гостиную.
-Я… что? Ах, нет, Добби, спасибо, - от волнения, он не сразу понял, о чем его спрашивает преданный домовик.
-Может, сэр Гарри что-нибудь хочет? – в круглых глазах эльфа блестело обожание и готовность немедленно исполнить любую просьбу юноши, даже самую странную.
-Нет, спасибо… Хотя… Положи-ка это письмо на тумбочку в комнате мистера Малфоя, Добби. Только сделай это, чтобы он не заметил, - протягивая пергамент, произнес гриффиндорец.
-Конечно, хозяин, - почтительно склонился домовик, аккуратно принимая письмо и исчезая с негромким хлопком.
-Надеюсь, я ничего такого не сделал, - задумчиво пробормотал Гарри, закрывая книгу и устремляя взгляд через окно на улицу, ярко освещенную июльским солнцем.
«А как же насчет того, что ты прочитал чужое письмо?»
«Но я ведь не специально… и потом, теперь я точно знаю, что Малфой прекратит выводить меня из себя уже через… три дня?!»
«Именно… А ты так и не решился…»
«На что?» - с опаской спросил Поттер у своего внутреннего голоса.
«На жизнь…»
«Что за бред! – фыркнул Гарри. – А что я, по-твоему, тогда делаю?»
«Мечтаешь, ничего не делая для того, чтобы эти мечты стали реальностью…»
«А зачем мне это? Все и так хорошо», - с деланным равнодушием пожал плечами гриффиндорец.
«Ты уверен?»
Он не знал, что ответить. С одной стороны, ему не хотелось ничего усложнять. К тому же, как ни велика гриффиндорская храбрость, почему-то она сразу же улетучивалась, стоило ему просто подумать о том, что могло бы быть между ним и Малфоем, если бы он решился… Стоп, а вообще, откуда он решил, что что-то могло бы быть? Неужели он так уверен в ориентации Малфоя?! А если все не так? И открывать свои уязвимые места и давать слизеринцу новое оружие против себя Гарри не хотел… Так как поступить?..
…Примерно о том же размышлял и Драко, неторопливо принимая душ. Капельки воды стекали по его плечам, а сам он с удовольствием подставлял лицо сильным струям, заставившим его на несколько божественных мгновений забыть обо всем. Но всего лишь на пару секунд… А потом в памяти медленно возникло письмо Снейпа, и легкость, охватившая его тело, моментально исчезла, возвращая его в реальный мир, в котором в соседней комнате сидел Гарри Поттер… Его вечная заноза и недруг… вдруг превратившийся в объект желаний… Насмешливо фыркнув, Драко тотчас скривился: как-то жалобно, совершенно по-детски получилось. Разозлившись на самого себя, он сделал воду более холодной и с каким-то мстительным удовольствием почувствовал, как неодобрительно откликнулся на это организм.
«А, плевать!»
Выключив воду, он, не вытираясь, поспешно завернулся в теплый махровый халат и вышел из ванны. Его взгляду мгновенно предстала ставшая родной и уютной небольшая светлая комната, в которой он прожил уже… Десять дней?! Мерлин!
Опустившись на кровать, он с некоторым сожалением осмотрел помещение. Неужели осталось всего три дня, и он должен будет вернуться в мрачный Малфой –Мэнор, в его огромную, холодно-безликую спальню?!
«Там мой дом», - мрачно подумал он, но даже сам почувствовал, как фальшивят эти слова.
«Да что же со мной? Что за странная сентиментальность и… глупость?» - в раздражении простонал слизеринец, падая на спину и буравя взглядом бархатный полог кровати.
«Ты просто вырос», - как наяву, прозвучали в его голове слова Снейпа, заставив чуть поморщиться.
«Ну да.. Наверное, когда все становиться слишком сложным и легким одновременно, когда начинаешь раздумывать над своими поступками и доискиваться до их причин, отрицая и начиная сомневаться в очевидном… Наверное, это и есть взрослая жизнь… Только так ли она нужна, как кажется?»
«Увы, на этот вопрос нет однозначного ответа».
«А почему? – почти капризно подумал Драко. – Неужели нельзя совместить детскую непосредственность и разумность поступков?!»
«Ну что ж… Попробуй, только вряд ли тебе это удастся в одиночку…»
«Ну конечно же! Мне что, уже и для этого Поттера с собой брать нужно?» - язвительно фыркнул слизеринец.
Но внутренний голос промолчал, предоставляя подростку право самому ответить на этот вопрос…
«Нет, нет и нет! – Драко даже сел, яростно сверкая глазами. – Ни слова о Поттере! Он и так мне уже надоел до невозможного!»
«Кто же виноват, что многие твои мысли в последнее время только о нем?»
«Я не…», - но он так и не закончил предложение, внезапно понимая, что внутренний «некто», иногда сильно раздражающий и нудный, прав…
-И что же мне теперь делать? – словно смирившись, прошептал Драко, с несчастным видом рассматривая свои тонкие аристократически пальцы.
«Главное, не что… Нужно просто делать…»


***


-Хватит вздыхать, Поттер, не на отработке находишься, - недовольно протянул Драко, оглядываясь на гриффиндорца, с видом мученика сидевшего на диване уже почти час и так ни разу и не перевернувшего ни одной страницы. Малфой напрягся, готовясь услышать привычно «отвали» и уже подобрав парочку поистине убийственных ответов, но Поттер, к огромному удивлению слизеринца, никак не отреагировал, а продолжал бессмысленно разглядывать что-то, видимое только ему одному.
-Поттер! – чуть громче произнес Драко, невольно озадачиваясь отсутствием реакции со стороны обычно огрызающегося гриффиндорца. Но Гарри все так же молчал, даже не притрагиваясь к кружке с чаем. Драко заметил, что Поттер за завтраком тоже больше гонял еду по тарелке, чем ел, и какое-то странное и совершенно непривычное чувство, очень похожее на… заботу или беспокойство, овладело им.
-Поттер, ты меня слышишь? – уже отчаявшись получить ответ, спросил Драко и с еле заметным облегчением вздохнул, когда Гарри привычно бросил в ответ.
-Отвали, Малфой!
-Ну слава Мерлину, а то я уже подумал, что мне не избежать нравоучений от старика Дамблдора за то, что я лишил его героя речи вкупе с остатками разума, - язвительно откликнулся Драко, не отрывая взгляда от черного вихра на голове Поттера. Вдруг Гарри резко поднял голову и повернулся, столкнувшись взглядом с серыми глазами слизеринца.
-А ты ведь всегда так боишься за свою шкуру? – с чуть насмешливыми интонациями спросил он, но Драко заметил, что зеленые омуты чрезвычайно серьезны, словно Гарри было действительно важно узнать ответ на этот вопрос.
-Ну, конечно, Поттер,- слегка запнувшись, протянул Малфой, не в силах отвести глаз от притягательной зелени и легкой грусти, появившейся после его слов. – Жаль, что за все время общения со мной ты так этого и не понял.
Чуть качнув головой, гриффиндорец произнес с едва заметной жалостью и обреченностью, ни на секунду не отпуская взгляд слизеринца:
-Да, нет, почему? Я это знаю уже давно.
-Так зачем нужны эти бессодержательные вопросы? – начал злиться Драко.
-Ни за чем, просто так, - почти прошептал Гарри, опуская глаза и отворачиваясь.
-Нет, подожди, объясни мне, такому глупому, причину всего этого разговора! – потребовал Драко, с возмущением глядя на склоненную голову Поттера.
-Разговор начал ты, вот и спрашивай у себя.
Малфой мог лишь только непонимающе хлопать ресницами: впервые в жизни он не знал, что ответить, ведь Поттер был прав. Все еще потрясенный, он заметил довольное выражение, на секунду мелькнувшее в глаза гриффиндорца.
«Ах, ты!» - раздраженно подумал Драко, сжимая руку в кулак и настойчиво отгоняя мысли о том, что торжество в зеленых омутах все же лучше, чем полная апатия и грусть.
-Ну что, один ноль, Малфой? – насмешливо спросил Гарри, откладывая книгу и неспешно нагибаясь так, что у Драко мгновенно участился пульс, а к паху прилило тепло. Легкая соблазнительная улыбка играла на губах гриффиндорца, а невинному выражению глаза позавидовал бы и святой…
«Поиграть захотелось, Поттер? Ну, так я это устрою…» - мстительно решил Драко, тоже закрывая газету, которую он читал, вернее, делал вид, что читал. Грациозно вставая, Малфой плавно поднял руки и с наслаждением потянулся, приподнимаясь на носочки, чуть прикрыв глаза и приоткрыв губы, а потом так же неторопливо опустился, бросив быстрый взгляд на гриффиндорца. Улыбка больше не красовалась на его лице, все тело словно замерло, а в глазах… Чего только в них не было?! И испуг, и восторг, неверие, а, может, даже отчаяние, смешанное с желанием и дикой страстью и приправленное обреченностью… Потрясающее выражение…
Слегка усмехнувшись, Драко небрежно поднял «Ежедневный пророк» и гордо направился к двери, ощущая, что глаза Поттера грозят прожечь в нем дыру…
«Что ж, он сам напросился… Но какое у него было лицо!» - удовлетворенно подумал слизеринец, неспешно направляясь на кухню Почему-то ему срочно потребовался стакан холодной, а еще лучше ледяной, воды…
…Но этот, казалось, проникающий в самую душу взгляд Поттера, не отпускал Малфоя весь день, мешая сосредоточиться и насладиться последними мгновениями в этом доме… А ведь уже завтра утром он аппарирует вместе со своим новый опекуном в холодный и безликий Малфой –Мэнор.
«Но там хотя бы ванная хорошая, и слуги более расторопные», - успокаивал себя слизеринец. Но ощущение того, что у него осталось какое-то незаконченное дело, не оставляло. Он до самого вечера не видел настырного гриффиндорца и даже немного заскучал (хотя сам в этом не признавался даже себе) по их привычным пикировкам и обмену колкостями. Даже во время ужина Поттер лишь на пару минут заглянул на кухню, заставляя Малфоя невольно замереть с вилкой около рта. Но Гарри даже не посмотрел в его сторону, а лишь дал указания Добби насчет какого-то Кикимера, за которым нужно присматривать, и поспешно вышел. Чувство голода, мучившее его, мгновенно исчезло, и Драко в раздражении отодвинул почти полную тарелку. Выйдя в коридор, он остановился на несколько минут, чтобы поболтать с портретом старухи (к его удивлению, она оказалась довольно неплохим собеседником, рассказав ему о десятке незапрещенных, но довольно занятных проклятий, одно из которых слизеринец уже решил использовать на Уизли, когда приедет в школу). Мельком заглянув в гостиную, Малфой обнаружил, что Поттера там нет.
«Ну хоть некоторое время проведу в тишине», - подумал он, усаживаясь на ставший любимым диван и вытаскивая первую попавшуюся книгу. Однако он каждый раз невольно вздрагивал и чувствовал, как напрягаются его плечи, когда в коридоре раздавались какие-то шорохи или шаги. Но Гарри не спешил заходить в гостиную и спустя час, окончательно убедившись, что Поттер не намерен провести этот последний вечер с ним, раздраженный Драко вошел в свою комнату и до конца дня провалялся на кровати, купаясь в жалости и презрении к самому себе за это дурацкое, ничем не оправданное и напрасное ожидание.
«А ты уверен, что оно именно дурацкое?» - вкрадчиво спросил его внутренний голос.
«ДА, черт бы всех побрал! Уверен!» - гневно воскликнул Драко и мрачно улыбнулся, поняв, что вопросов больше не будет. Почему-то на душе было муторно и неспокойно, но слизеринец, послав к черту все ненужные мысли, лег спать намного раньше обычного, но еще долго ворочался, проклиная все и вся (причем особенно досталось Поттеру), прежде, чем сон все же сжалился над ним…



Глава 4. Твое и мое продолжение

«Малфой, Малфой…» - какой-то странный и неясный, полный нетерпения и страха голос раздавался в его сознании, но Драко всеми силами старался не слушать, не внимать, отворачиваясь и укрываясь одеялом с головой.
-Малфой… Ну Драко же!..
Одеяло мягко стащили, и он из последних сил цеплялся за него, надеясь удержать.
-Оставь, мама, я еще не выспался, - неразборчиво пробормотал он, обхватывая себя руками и подтягивая колени к подбородку, однако упорно не желая просыпаться. Веселый смешок, раздавшийся совсем близко, заставил Малфоя лениво приоткрыть правый глаз…
-Какого…
-Малфой! – перебил его отчаянный шепот, и Драко почти подпрыгнул на кровати, внезапно узнавая…
-Поттер! – вскрикнул он, испытывая глупое желание прикрыться…
«Что за черт! О чем я думаю? Какое «прикрыться»?!» - простонал Малфой, вглядываясь в темный силуэт, скромно сидевший на самом краю кровати.
-Тшш, Малфой, не кричи! – негромко произнес Гарри, и слизеринец даже растерялся, услышав в голосе умоляющие нотки.
-Я не… Объясни, Поттер, какого… Что ты делаешь ночью в моей комнате, и как ты сюда попал? – отбирая у несопротивляющегося гриффиндорца свое одеяло и закутываясь в него, свистящим шепотом поинтересовался Драко.
-Дверь была открыта, и я… Ты не подумай ничего плохого, я просто… - неразборчиво произнес Поттер, нерешительно поднял руку, словно хотел коснуться чего-то, но тотчас опустил её.
-Ну тогда скажи мне, что я должен подумать, проснувшись и обнаружив в своей комнате другого человека? – насмешливо прошептал Драко, пытаясь вглядеться… отыскать в темноте глаза Поттера и понять… Понять, что же они скрывают…
-Ничего,… Драко… лучше вообще не думать, - внезапно чуть придвинулся гриффиндорец.
-Ну конечно же, как же ина… Как ты меня назвал? – изумленно расширил глаза слизеринец, не веря своим ушам.
-Драко, - теперь в голосе Поттера ясно слышалась улыбка. – Это ведь твое имя?
-Да, но…
-Что «но»,… Драко? – голос приближался…
Внезапно Малфой понял, что неровный свет луны, льющийся из окна, уже давно осветил бледное лицо Поттера, на котором застыла неуверенность и решимость одновременно. Драко, как зачарованный, вглядывался в большие, неестественно яркие и ошеломленные глаза гриффиндорца, с расширенными зрачками и каким-то загнанным выражением в них. Матово-белая, безумно соблазнительная кожа словно сияла в полумраке мягким светом, и Драко сдерживался изо всех сил, чтобы только не коснуться обнаженного торса… не потрогать… не спугнуть…
-Драко, -почти простонал Гарри и робко, несмело, словно боясь, что его оттолкнут, легонько коснулся щеки Малфоя своими горячими, обветренными и обкусанными губами. Драко был так удивлен, что некоторое время не двигался, изумленно рассматривая черноволосую макушку Поттера. Юноша слегка отстранился и с такой мольбой и неприкрытым желанием посмотрел на слизеринца, что Драко не выдержал. Притянув к себе гриффиндорца и вырвав у него удивленный вздох, он мгновенно нашел рот своего ночного гостя и яростно поцеловал, сметая все барьеры и условности. Поттер неистово ответил, дрожащими руками поглаживая шею и грудь своего вечного соперника.
- Мерлин бы тебя побрал, Поттер, - задыхаясь, прошептал слизеринец, когда они оторвались друг от друга в попытке глотнуть хотя бы немного воздуха. Над его ухом раздался легкий смешок и тихий голос произнес:
-Так ты считаешь себя Мерлином? – осведомился Гарри, неторопливо поглаживая бархатистую кожу распростертого на кровати юноши.
-Это мы еще посмотрим, Поттер, - соблазнительно прошептал Драко, опрокидывая обнаглевшего гриффиндорца на спину и нависая над ним. Гарри хотел было возразить, но головокружительный поцелуй лишил его этой возможности. Руки слизеринца тем временем по-хозяйски разгуливали по телу Поттера, пощипывая и поглаживая, вынуждая извиваться и стонать.
-Мерлин, наконец! – простонал Гарри, когда теплые ладони пробрались сквозь резинку пижамных штанов и сомкнулись на возбужденном органе.
-Нравится, Поттер? – протянул Малфой ему на ухо, чуть касаясь мочки губами.
-Ооо! Да! – выдохнул гриффиндорец, всем телом прижимаясь к своему любовнику и с какой-то дикой радостью чувствуя возбужденный член слизеринца, зажатый между их телами.
«Зря! Все зря! – отрывочно подумал он, пока Драко избавлял их обоих от пижамных атрибутов. – Я… мы вместе! И мы будем… Напрасные терзания… О!»
Откинув подальше одежду и одеяло, Малфой бросил взгляд на извивающегося Поттера.
«Неужели!?» - лихорадочно воскликнул он, поспешно припадая губами к нежной, слегка горьковатой, но такой божественной коже. Медленно, очень медленно он провел руками по груди, слегка задев напряженные соски и заставив гриффиндорца вздрогнуть и слабо застонать, чертя кончиками пальцем замысловатые кривые и ни на секунду не прекращая целовать изгиб шеи.
Ладони Поттера словно зажили отдельной жизнью: они ласкали, мучили, гладили и сводили с ума.
«Контролируй себя! Еще рано! После такого долгого ожидания… Рано!» - воскликнул голос в голове слизеринца, но Драко уже возбудился сверх меры, лишь прикасаясь к такому… желанному… Он, возвращаясь к лицу и крепко целуя в губы, прошелся руками по бокам и вернулся, несильно, но ощутимо сжав маленькие бугорочки сосков, заставляя гриффиндорца застонать ему в рот.
-О, Драко, черт, не… не прекращай! - шептал совершенно потерявший голову Поттер, отдавая свое тело и даже часть своей души его мучителю и богу одновременно. Кожа горела там, где ее касались чуткие тонкие пальцы, а мягкие губы, обдавая ее горячим и судорожным дыханием, заставляли дрожать. Руки Малфоя тем временем осторожно коснулись волос на лобке, вызвав полу-всхлип, и прошлись по все длине его члена.
-О, Малфой! – вскрикнул Гарри, чувствуя, что долго не продержится…
-Тсс, Поттер, спокойно, - прошелестел голос, и губы легко скользнули по щеке, а несколькими секундами спустя коснулись возбужденной головки.
-Мерлин! – задохнулся гриффиндорец, широко распахивая глаза и чувствуя, как бешено колотится его сердце. Гибкий язычок аккуратно лизнул нежную кожу, пальцы ласково перебирали волосы на лобке, изредка касаясь основания члена, а мгновением спустя горячий рот полностью поглотил его, взорвав фейерверк разноцветных огней в голове. И Гарри не выдержал. С протяжным всхлипом он кончил, крепко стискивая напряженные плечи Малфоя и беззвучно шевеля губами…
Драко неторопливо выпрямился и с ожиданием посмотрел на судорожно вдыхающего воздух любовника. Гарри понял значение это взгляда и приглашающе развел ноги, однако слизеринец успел заметить судорожность этого жеста. Наклонившись, он легонько поцеловал юношу, ласково касаясь его горячей щеки своими пальцами.
-Почему ты медлишь? – спросил гриффиндорец, когда обрел способность связно выражать свои мысли. Но Драко не ответил, продолжая покрывать поцелуями лицо и шею гриффиндорца.
-Драко? – недоуменно произнес Гарри, внезапно сталкиваясь взглядом с потемневшими от желания глазами слизеринца.
-А ты, Поттер, ТЫ этого хочешь? – внезапно спросил Малфой, пристально рассматривая своего любовника.
-Я? Но…
-Никаких, «но», конкретный ответ, - немного жестко произнес Драко, чувствуя, как напряжен его член. Он крепко сжал зубы, чтобы не застонать от этой отчаянной пытки. Пару секунд Гарри вглядывался в темные глаза, а потом согласно кивнул, и неторопливо поцеловал слизеринца. Светловолосый юноша откликнулся на поцелуй, все так же лаская бледную в полумраке кожу. Наконец, он оторвался от гриффиндорца, и, бросив довольно странный взгляд на распростершегося Героя, неторопливо облизал свой палец и коснулся им сначала выступающей тазовой косточки, а потом и крошечного сморщенного отверстия ануса, заставляя Поттера затаить дыхание.
-Давай, - чуть напряженно произнес Гарри, приготовившись к неприятным ощущениям.
-Расслабься, - прошептал Малфой, наклоняясь и касаясь губами внутренней поверхности бедра юноши. – Просто расслабься, - повторил он, бережно целуя и прикусывая кожу, вновь заставляя Поттера застонать и изогнуться. Аккуратно введя первый палец, Драко ни на секунду не прекращал ласкать член своего любовника, изредка помогая себе другой рукой.
-О, Мерлин! – воскликнул Гарри, судорожно сжимая пальцами простынь.
-Тсс, тише, - произнес Малфой, добавляя второй палец и тщательно растягивая напряженные мышцы гриффиндорца
-Ооо, - застонал Поттер, свыкнувшись с вторжением и начиная насаживаться на пальцы. – Быстрее, Малфой!
-Вот уже и команды пошли, - усмехнулся Драко, аккуратно вводя третий палец.
Уверившись, что Поттер готов, Драко изящно нагнулся и прошептал, четко выговаривая каждое слово, чтобы они дошли до сознания юноши.
-У тебя есть лубрикант?
-Что? – зеленые глаза распахнулись, и Драко на какое-то время совершенно забыл о том, что он хотел спросить.
-Лубрикант, Поттер, у тебя есть смазка?
-Ах, да, наверное… должна быть… Я…Посмотри в тумбочке.
Малфой перекатился на край кровати и вскоре вернулся, крепко сжимая в руке небольшую баночку.
-Неплохой выбор, Поттер, - усмехнулся Драко, открывая и зачерпывая немного. – Кто надоумил?
-Ну… Здесь раньше ночевал… ах.. он… - смутился Гарри, из под прикрытых век наблюдая за таким ироничным, таким родным… слизеринцем.
-Ладно, предпочту не знать, - хмыкнул Малфой, готовя себя. – Меньше знаешь – крепче спишь.
Гарри даже сдавленно хихикнул, но смех перерос в стон, когда его отверстия коснулось нечто большое…
-Готов, Поттер? – уточнил слизеринец. В горле пересохло, и Гарри смог только кивнуть, закрывая глаза и заставляя себя расслабиться. Медленно, очень медленно и осторожно слизеринец стал продвигаться вперед, внимательно следя за выражением лица Поттера. Слабый стон сорвался с покрасневших губ, но он был скорее призывом к действию и нетерпением, нежели чем-то другим. Резким движением Драко вошел до конца и остановился, зажмуриваясь и стискивая зубы, давая время привыкнуть к вторжению. Легкое прикосновение к руке заставило его мгновенно открыть глаза и буквально потонуть в слегка насмешливых, зеленых омутах.
-Давай, Драко.
Малфой почти с животным стоном послушался и резко двинул бедрами, заставляя гриффиндорца слабо всхлипнуть и податься навстречу. Гарри изо всех сил кусал губы, чтобы сдержать готовый вырваться крик. Он резко притянул к себе светловолосую голову и стал исследовать нежное местечко рядом с ухом слизеринца, доводя Драко почти до сумасшествия… Малфой все увеличивал амплитуду движений, каждый раз задевая в нем что-то… Вспышка боли... Наслаждение... Опять изысканная боль и почти непереносимое наслаждение…
-Мерлин! Драко, еще… Ооо! – стонал Гарри, еще больше возбуждая Малфоя. Ладонь слизеринца обхватила его тоже возбужденный член, и он не смог больше сдерживаться, вскрикнул, и тело его сотряслось в оргазме, а зубы чуть прикусили горьковатую кожу шеи Малфоя, заставляя его вздрогнуть. Еще пара движений, и тихий стон Драко оповестил, что он ненамного отстал от своего любовника. Почти рухнув рядом, слизеринец некоторое время не двигался, приходя в себя. Довольный Гарри лежал совсем близко с задыхающимся юношей, испытывая какой-то детский восторг и радость, теряясь в слабом аромате чего-то сладкого и чувствуя сильное, разгоряченное тело его… да, уже ЕГО Малфоя... Драко медленно приходил в себя, зарывшись пальцами в черные волосы Поттера, и не испытывал ни малейшего желания двигаться или что-нибудь делать. Он уже закрыл глаза, когда гриффиндорец аккуратно высвободился из этих странных объятий и, слегка вздохнув, присел, откинувшись на спинку кровати, обхватив себя руками и избегая смотреть на Малфоя. Драко с большим усилием чуть передвинулся, пристально вглядываясь в полумрак и пытаясь рассмотреть выражение глаз Поттера. Тени, играющие на лице юноши, создавали иллюзию задумчивости, которую чуть позже подтвердил сдерживаемый, практически не слышный вздох
-Что мы с тобой сделали, Малфой? – невыразительно спросил гриффиндорец, все так же не глядя на Драко. От этого вопроса слизеринец как-то сжался и вздрогнул, отчаянно пытаясь встретиться глазами с Гарри.
-О чем ты? – немного хрипло уточнил Малфой. – Ну если ты не знаешь…
-Да я не о том, - фыркнул Гарри, и слизеринец даже в темноте заметил, как вспыхнула щека его любовника. – Просто… И что теперь делать?
-Ох, Поттер! – почти простонал Драко, удобно устраиваясь на кровати и отчаянно желая закрыть глаза и уснуть. – Тебя всегда тянет на философские разговоры после классного секса?
-Не знаю, - Драко ясно почувствовал улыбку. – Это был первый раз…
-Что?! – Малфой приподнялся на локте, удивленно рассматривая фигуру из сплошных теней. – Ты хочешь сказать, что я…
-А для тебя это так дико? – нотка обиды проскользнула в голосе Поттера
-Да нет, - вновь откидываясь на спину, протянул Драко. – Я просто не привык заниматься сексом с девственником.
-Ах, да, конечно, ты же Малфой, - как-то грустно прошептал Гарри, поворачиваясь к слизеринцу. – Но все же… как нам теперь быть?
-И что же именно тебя интересует? – сдерживая досаду, уточнил Драко, умоляя Мерлина, чтобы несносный гриффиндорец просто заткнулся и заснул, крепко прижимаясь к нему…
«Я действительно так подумал?!» - удивился Драко, пропустив почти всю речь Поттера.
-.. и теперь я не знаю… А что ты думаешь?
-Что? Я?.. Ну, сейчас я думаю, что мне хочется выспаться…
-Спать? – протянул Гарри с какими-то странными интонациями в голосе.
-Именно. Не знаю, как тебя, а меня наш… ну, в общем у меня практически не осталось сил, и я был бы не прочь…
-Ясно, я понял, Малфой, - неожиданно резко произнес Гарри, осторожно отодвигаясь и пытаясь встать. – Извини, что потревожил… Уже ухожу…
-Что? Куда? – ничего не понимал Драко, невольно приподнимаясь.
-В свою комнату… Спасибо за то, что еще раз показал мне, где мое место… - фигура юноши гордо возвышалась около кровати, а проклятая тень не позволяла разглядеть лицо…- Пожалуй, от тебя не приходится ждать, что все случившееся ты не вынесешь за пределы этой комнаты, ведь так? – голос чуть дрогнул, явив острому слуху Малфоя горечь и обиду.
«Так он… Мерлин! Ну и тупица!» - внезапно осенило юношу, и он, едва сдерживая смех, мгновенно подполз и дернул Гарри за руку, вынуждая вновь упасть на кровать. Гриффиндорец отчаянно барахтался, но Драко не собирался вновь выпускать свою добычу… пока…
-Ты болван, Поттер, - прошептал он на ухо сопротивляющемуся юноше. – Не зря ведь говорят, что в Гриффиндоре не в почете логика и мозги… Ну куда ты собрался?
-Подальше от тебя, - зло бросил Гарри, но Драко не обратил на это внимание. Еще крепче прижав к себе Поттера, он негромко засмеялся.
-И ты думаешь, что я тебя так просто отпущу? – в истинно малфоевской манере протянул он, замечая, что Гарри больше не вырывается.
-А почему нет?
-Тупица! – припечатал слизеринец и, не выпуская из объятий Поттера, потянулся за почти сползшим одеялом.
-Почему, Драко? – требовал ответа Гарри, но его довольный голос показывал, что ответ-то, впрочем, и не нужен…
-Спи, Поттер, - прошептал Малфой, укрывая их одеялом и прижимая к себе строптивого черноволосого юношу. – Я как-нибудь потом тебе объясню…
-Но…
-Тсс… Гарри, - пробормотал Драко, мимолетным поцелуем прикасаясь к губам гриффиндорца.
-Ты… ты назвал меня по имени? – юноша снова заворочался и попытался взглянуть в лицо слизеринцу.
-Мерлин, да! Что тебя удивляет? – обреченно протянул Малфой, и даже в полумраке уловил слегка насмешливую и довольную улыбку Поттера.
- Ничего…. Драко…
-Спи, - миролюбиво посоветовал Малфой, закрывая глаза и медленно погружаясь в сон…
«Теперь ты точно знаешь, что такое спокойствие и уют… Правда, он закончится уже сегодня…». - прошептал внутренний голос, но слизеринец не успел ему ничего ответить… Да, если честно, он и не знал, что…


***


Он медленно просыпался, чувствуя радость каждой клеточкой своего тела. Неторопливо повернувшись, юноша, не открывая глаз, мысленно прокрутил в памяти события последних двенадцати часов, слегка вздрогнув при мысли о ласковых прикосновениях и нежных поцелуях… Мерлин, они все же сделали это!
«Больше страхов и размышлений, - протянул внутренний голос. – И зачем было так бояться?»
«Тебя не спросил!» - беззлобно огрызнулся Гарри, невольно вспоминая все свои мучения и нерешительность, ведь первый шаг сделать всегда сложнее всего, а уж в таком вопросе…
У него уже давно не было такого хорошего настроения. Лениво потянувшись, он протянул руку, желая коснуться Малфоя, но пальцы нащупали лишь пустоту. Мгновенно распахнув глаза, Гарри с опасением взглянул на кровать: он был один!
«Ничего, Малфой, наверное, в душе», - успокаивал он себя, осторожно вставая и распахивая дверь в ванную… Пусто…
«Ну или снова ругается с Добби насчет завтрака… или в гостиной », - решил он, поспешно накидывая халат, еще пахнущий Малфоем, и вылетая из спальни. Но на кухне вместо недовольного слизеринца был лишь Добби, почтительно склонившийся перед своим хозяином.
-Добби, скажи, а где мистер Малфой? – нетерпеливо спросил Гарри, внимательно рассматривая домовика.
-Сэр Драко уехал рано утром вместе с другим сэром в черной мантии, - пропищал эльф, поднимая глаза на Поттера. – Они не стали вас будить, сэр Гарри.
-Уехал? Но как же… ведь… - потрясенно произнес юноша, ощущая, как все его хорошее настроение моментально испарилось.
-Сэру Гарри что-то нужно? – участливо спросил эльф.
-Что? Ах, нет, Добби, спасибо, я… Я побуду пока в гостиной, - прошептал Поттер, словно во сне выходя из кухни и даже не услышав почтительного «конечно, сэр», произнесенного преданным домовиком.
«Он ушел… уехал… Наверное, вместе со Снейпом… А я остался один… Но почему он не разбудил меня?!» - хаотические мысли вертелись у него в голове, а ноги машинально передвигались, подводя его к темной двери. Он лишь дотронулся, а она, заскрипев плохо смазанными петлями, почти сразу же открылась, явив пустую гостиную.
«Так он действительно уехал…»
На душе было так противно и горько, что хотелось завыть и закричать, пугая окрестности этим леденящим воплем. Но он лишь сжал руки в кулаки и решительно вошел, практически без сил опускаясь на диван, на котором они однажды сидели вместе… Обведя пустым взглядом комнату, Гарри почувствовал, как дрогнуло его сердце, когда он увидел кусок пергамента, на котором было тщательно выведено «Поттеру». Нерешительно взяв его, он долгое время просто молча рассматривал плотную бумагу, не решаясь открыть. Наконец, дрожащие пальцы развернули пергамент, а усталые глаза скользнули по рядам аккуратных, красивых и ровных строчек:


« Поттер!
Можешь радоваться и прыгать, поскольку сбылось твое отчаянное желание, о котором ты упоминал уже раз двадцать за последние две недели: я покинул твой хлипкий домишко и вернулся в свое поместье. Северус пришел неожиданно рано, но я был готов и не стал тебя будить. Да и зачем? Слезных прощаний и уверений в дружбе все равно бы не было, поскольку, ты и сам знаешь, что друзьями нам не быть никогда. К тому же между друзьями не может быть того, что произошло сегодня ночью…»


…Его руки сильно дрожали, и текст прыгал перед глазами…


«…Мне незачем врать, да я и не совсем люблю это дело, но… Ты хороший партнер, Поттер, и, если это польстит твоему самолюбию, это был один из лучших сексуальных опытов. Надеюсь, тебе тоже понравилось…Но все хорошее имеет свойство заканчиваться, не находишь? Это правило не раз подтверждалось, а потому может считаться истиной…
Не скучай без моего феноменального обаяния, Потти, ведь тебе еще целый месяц предстоит жить одному в этих четырех стенах! Да, и не сходи с ума раньше времени: должен же я на ком-то в школе отрабатывать свой сарказм и иронию…


Твой самый искрений недруг, Драко Люциус Малфой


P.S. Северус сказал, что у тебя сегодня праздник… Так вот, с Днем Рождения… Гарри»


Юноша еще долго вглядывался в ровные, аккуратные буковки, вчитывался и буквально слышал, как эти слова произносит манерный, тягучий и такой притягательный голос. Словно опомнившись, он резко смял пергамент, превращая его в маленький плотный комочек…
«Ну почему? Почему все так?..». - вопрошала его душа.
«А что ты ожидал?»
«Я… ничего, просто…»
«Тогда зачем ты сейчас сидишь и стараешься понять причину этого поступка?»
«Конечно, он же Малфой, как я мог забыть? – горько подумал Гарри, чувствуя, что на сердце поселилась какая-то тяжесть. – Но ведь я хотел узнать… вчера… поговорить…»
«И что бы это дало?»
«Я… Возможно, он бы не уехал…»
«А тебе так важно, чтобы он остался?» - этот тихий вопрос заставил его задуматься.
«Нет, просто… С кем же я буду ссориться?» - нарочито бодро постарался произнести Гарри, в душе понимая, как будет звучать его ответ на самом деле…
«А ты не боишься произнести его вслух?»
«Что?»
«Этот ответ…»
Он молча оглядел комнату с каким-то вызовом в глазах, открыл рот, но… у него не вырвалось ни звука.
«Боюсь… Ты прав, я всего лишь трус…»- в отчаянии простонал он, обхватывая голову руками
«Вам просто нужно время… чтобы понять самих себя и решить, как быть дальше…»
«Он уже ответил, - горько возразил Гарри. – Я спросил у него ночью, и он сказал… Он ничего не сказал…»
«И ты думаешь, что он не в растерянности? Ему тоже нелегко…»
«А ему-то что? Трахнул Героя волшебного мира и доволен… Еще всем похвастается!» - с детской обидой произнес Поттер.
«Ты уверен?»
«Я… - начал было он, но осекся. А ведь он так ничего и не знает о Малфое, о настоящем Драко, который прячется за масками белобрысого и мерзкого ублюдка. Он так сильно хотел понять и разгадать этого сложного и противоречивого человека, что запутался еще сильнее. – Я... не знаю… Теперь я ни в чем не уверен…»
«Нужно просто подождать, и все встанет на свои места…»
«Откуда такая уверенность? - поднимаясь, спросил Поттер, подходя к окну и выглядывая на улицу, щурясь от слишком яркого солнца…
«Нужно верить всегда, даже тогда, когда не осталось ни сил, ни самой веры…»
«Как–то все запутанно…»
«А жизнь вообще сложная штука…»
-И что же мне делать? – прошептал он, крепко сжимая маленький шершавый комочек в ладони.
«Ждать, - хладнокровно ответил внутренний голос. – Ждать и… праздновать день рождения…»
-Ах, да, - его губ коснулась слабая улыбка. – Сегодня же праздник…
Он перевел взгляд на смятый пергамент, и улыбка превратилась в горькую усмешку.
-Что ж, первый подарок ты уже получил, Гарри Поттер, радуйся…
Недовольно скривившись, словно от боли, он вновь устремил взгляд в окно…По его лицу не катились слезы, не было судорожного дыхания или всхлипов… У старых портьер просто стоял одинокий, потерявшийся подросток, изо всех сил закусывая нижнюю губу и сдерживая рвущийся плач… Ночь была самым лучшим подарком, но она ушла, скрылась, как исчезает и все вокруг .


«…Все хорошее имеет свойство заканчиваться, не находишь?»


-Ты прав, Драко Малфой, - прошептал Гарри, разжимая ладонь и позволяя маленькому комочку смятого пергамента упасть на пол. – Ты прав…


***


Драко молча стоял на балконе второго этажа, рассеянно рассматривая раскинувшийся перед ним сад. Однако мысли светловолосого подростка не занимали ни чудесный вид, ни теплый августовский вечер, ни богатство и роскошь вокруг. Он все время возвращался к неказистому, порой сырому и мрачному, но ставшему таким родным дому на площади Гриммо, 12… вернее, даже не к самому зданию, а к его обладателю…
Поттер, Поттер, Поттер… Кто он теперь? Враг? Слишком банально и довольно далеко от истины. Друг? Упаси Мерлин! Он не соврал, когда написал в этой чертовой последней записке о том, что им никогда не стать друзьями – слишком разные и в тоже время похожие у них характеры… Любовник? Ну, да, конечно же, только этого не хватало!
«И вообще, какая разница, кем они теперь приходятся друг другу? Эта страница закончена, и нужно начинать новую, отправив мысли о Поттере куда подальше!»
Но у него не получалось. Лежа ночью в своей огромной, холодной постели, он на несколько мгновений забывал, где он находится, и напряженно ждал… Ну хоть чего-то! Скрипа двери или тихих шагов, повествующих о том, что один из вечно досаждающих ему гриффиндорцев плюнул на свои самозапреты и ограничения и… и пришел! Но одна минута сменяла другую, а в комнате, равно как и во всем доме, было тихо, и он отворачивался к окну, судорожно сжимал веки и всеми силами старался уснуть. Он хотел, очень сильно хотел еще раз прикоснуться к такой мягкой коже, почувствовать вкус доверчивых губ, но…
Горько усмехнувшись, юноша выпрямился и уселся в одно из близстоящих на балконе кресел. Ему было прекрасно известно, что подобные мысли абсолютно не соответствуют Кодексу Малфоев, на котором и строилась вся жизнь их семьи. Он представил, как бы на это отреагировала Нарцисса или, что еще хуже, Люциус, и… Даже угадать невозможно, что бы стало с ним в таком случае… Ну, как минимум, перевод в другую школу, а как максимум… Драко поежился. В аристократических семьях традиции чтятся превыше всего, и нарушение их грозит наказанием, а при более серьезных проступках – и отлучением…
И потом, он точно уверен, что не любит этого самоуверенного нахала с маниакальной тягой к самопожертвованию. Им не о чем друг с другом говорить, поскольку каждая такая попытка превращается в долгую словесную перепалку, в результате которой все расходятся усталыми и недовольными. Его приводят в ярость эти не выстиранные вовремя простыни и халаты, и он просто не понимает, как можно ходить в одной одежде больше четырех дней! И все же… Все же его сильно тянуло к этому лохматому недоразумению, после ночи с которым он, даже не разбудив, попросту сбежал… Но ведь он не трус, нет! Однако и ему нужно время, чтобы во всем разобраться, разложить все по местам и понять, какую манеру поведения теперь выбрать.
Юноша еще помнил кислую мину Снейпа, когда тот забирал его из обиталища Поттера…


…-Что это такое, Драко? – требовательным тоном спросил Мастер Зелий, брезгливо дотронувшись до его шеи.
-А что там? – зевая, поинтересовался слизеринец, неторопливо направляясь к Малфой- Мэнору.
Фыркнув, Снейп превратил уже бесполезный портключ в маленькое зеркальце и передал крестнику. Драко остановился и внимательно рассмотрел синеватый с красными крапинками кусочек кожи на шее, так похожий на…
-Ах, это, - беспечно махнул он рукой, поднимая воротничок рубашки повыше и скрывая от недовольного Снейпа последнюю и весьма неожиданную улику их ночного приключения с Поттером. – Ничего особенного, просто… неудачно обжегся…
-Да? И, позволь узнать, чем можно было обжечь ШЕЮ? – скрестив руки на груди, Северус остановился в паре шагов от двери и, по-видимому, не собирался входить, пока Драко все не объяснит.
-Может, войдем? – ни на что не надеясь, предложил слизеринец, но взгляд Снейпа ясно давал понять, что он никуда не пойдет. – И вообще… Это моя кожа, что хочу, то и делаю.
-Ошибаешься, Драко, - опасливо мягким голосом протянул профессор, внимательно осматривая подростка. – Если мне не изменяет память, я теперь твой опекун. И все, что происходит с тобой, касается и меня… Неужели это… ЭТО сделал Поттер? – с презрением закончил он.
-А если да, то что? – с вызовов произнес слизеринец, стараясь незаметно отодвинуться от разозленного Мастера Зелий.
-И ты считаешь, что ты после этого еще остаешься Малфоем? – зло уточнил Снейп, сложив руки на груди.
-Может, все же войдем в дом? – устало спросил Драко, приоткрывая дверь, и профессор, бросив еще один подозрительный взгляд на своего крестника, молча прошел в гостиную. Слегка вздохнув, юноша последовал за ним, успев приказать эльфам приготовить ванную и не беспокоить его.
-Итак?
-Знаешь, Северус… я и сам не знаю, что и как произошло…
Недоверчиво поднятая бровь была ему ответом.
-Честно, я просто проснулся, а тут… он стоит.
-И ты не преминул воспользоваться случаем? – саркастически поинтересовался профессор.
-Не надо иронии, крестный, - устало бросил Драко, опускаясь в одно из великолепных черных кресел. – Я и сам до такой степени запутался, что… В общем, я не знаю, что мне делать.
-А что тут размышлять? – расправляя свою мантию, буркнул Снейп. – Ты теперь в своем поместье, через месяц начнется школа, и пора бы тебе вспомнить о своих манерах!
-То есть просто оставить? И ты… Постой, - внезапно вскинул голову юноша, ошеломленно разглядывая своего профессора, - так ты знаешь, что я….
-Что ты предпочитаешь парней? – фыркнул Мастер Зелий, тоже присаживаясь в соседнее кресло, ухитряясь при этом сохранять не менее грозный вид. – Знаю и уже давно.
-И ты…
-А что я? Попытаться наставить тебя на путь истинный? Брось, Драко, неужели я похож на миротворца и человека, который лезет не в свое дело?
-Скажи это Поттеру, - хихикнул слизеринец, но тотчас посерьезнел под недовольным взглядом профессора.
-Зачем ты это сделал - мне не понятно... Хотя, ладно, что сделано, того не воротишь… Надеюсь, этого больше не повториться?
-А если… - нерешительно начал Драко.
-А зачем тебе это?
-Я… не знаю. Но ты был бы против?
-Против того, чтобы ты общался с Поттером? – уточнил профессор.- Естественно, ничему хорошему он тебя не научит. Но кто ты такой, чтобы прислушиваться к моему мнению?
-Я твой крестник, - усмехнулся Малфой. – И все-таки…
-Я против, Драко, - заявил Снейп, поднимаясь, - поскольку это глупо и противоречит всему тому, чему тебя учили… Но каждый сам творец своей судьбы, и… если вдруг ты… - он скривился. – В общем, поступай как знаешь, только… не проси у меня совета на эту тему и… И будет намного лучше, если из твоих уст я даже не услышу этого имени… Это ведь мимолетная блажь? – нахмурив брови, поинтересовался профессор.
-Ну… я надеюсь, что да.
-Надеешься?! Так, ладно, думаю, мы прояснили ситуации, и ты поймешь, как это глупо…Сейчас я отправляюсь в Хогвартс, но иногда буду тебя навещать… Без глупостей, ясно?
-Хорошо, - покорно произнес слизеринец. – Я постараюсь, - негромко добавил он, когда спина Мастера Зелий скрылась в дверной проеме.


…Эх, пока обещание удавалось сдерживать, но… Черт возьми! Чем дольше он не видел лохматую макушку гриффиндорца, тем сильнее хотелось до нее дотронуться и… и повалить, зацеловать и закусать, пока последний не запросит пощады…
Слабо застонав, он в расстройстве чувств запустил руку в свои волосы, превращая идеальную прическу в нечто невообразимое… А что, если… Северус не станет, а если и станет… И как раз ремонт второго этажа начинается… Может, попробовать?
Соскочив, он чуть ли не бегом направился в свою комнату, достал пергамент и перо, и спустя двадцать минут тяжелого труда, на пергаменте появилось следующее:


Добрый вечер, крестный!
Спешу тебя уверить, что у меня все хорошо, и никаких «противонравственных» поступков я не совершал. Получил письмо со своими оценками за С.О.В. Целых шесть «превосходно», представляешь? Хотя… Почему я об этом тебе пишу? Ты же их первый узнал…
В общем, у меня тут возникла небольшая просьба… Ты же знаешь, что я решил переделать второй этаж, ну а жить в постоянной грязи и слушать стук инструментов… Я хотел бы куда-нибудь переехать на время этой стройки, поскольку эти вечно любопытные рабочие и их крики точно сведут меня с ума…
Что думаешь, насчет площади Гриммо? Нет, я не специально, просто… Ты же даешь мне свободу в принятии решений, и сейчас я хочу ей воспользоваться…Как думаешь, старик Дамблдор не будет против, если я еще маленько поиздеваюсь над его любимчиком?
Буду ждать ответа.
Драко Люциус Малфой»


Перечитав еще раз послание и удовлетворенно хмыкнув, он поспешно вызвал сову из совятни и привязал к ее лапке письмо.
-Лети к Северусу и жди ответа! – приказал он и, проводив взглядом птицу, стал в нетерпении, смешанном с беспокойством мерить шагами комнату. Где-то через полтора часа к донельзя взвинченному Малфою, наконец, прилетела сова. Отвязав пергамент, он несколько мгновений простоял, не двигаясь, крепко сжимая в руке письмо. А не сошел ли он с ума? Он же Малфой!!! И то, что он собирался сделать противоречило ВСЕМУ… Но… Отбросив сомнения, он развернул пергамент. В нем было всего пару строк и даже ни намека на приветствие:


«То, что ты глупец, не подлежит обсуждению. На твое счастье в моем кабинете оказался директор, и письмо попало так же и в ЕГО руки», - Драко негромко ойкнул, вспомнив, как отозвался о Дамблдоре в последней строчке. – « Почему-то ему показалось, что эта хорошая идея, и, несмотря на все мои возмущения, он дал «добро»…
Я искренне надеюсь, что ты понимаешь, что делаешь, и к чему это может привести. Хотя теперь я ни в чем не уверен.
Директор перешлет тебе портключ с совой…
Лучше все же подумай, во что ЭТО может вылиться…»


Как всегда. Сухо. Четко. Лаконично. И притом почти все строки буквально кричат о том, какой он дурак…
«Но, как когда-то выразился сам Северус, «все люди немножко идиоты»…»
Чуть улыбнувшись уголками губ, он аккуратно положил письмо в ящик стола.
«Малфои никогда ни перед чем ни отступают и всегда следуют намеченной цели, достигая ее любыми путями, не заботясь о том, сколько правил и законов они нарушили»,- вспомнил он строчку из Кодекса Малфоя. Что ж, наверное, в ней содержится самый главный смысл и самое главное правило…


***


-Сэр Гарри, вы будете ужинать? – раздался рядом почтительный голос, вырывая его из мрачных мыслей, заставляя повернуть голову и встретиться взглядом с преданным домовиком.
-Что? Ах, ужин… Нет, Добби, спасибо, я не голоден, - пробормотал он, вновь возвращаясь к созерцанию потолка.
-Но сэр не ест много дней, - опасливо произнес эльф, с беспокойством разглядывая хозяина.
-Я знаю, Добби, не волнуйся, - ответил Гарри.
-Но хозяин ослаб…
-Все в порядке, Добби, спасибо, - безразлично ответил юноша. – Я поем, когда захочу…ты можешь идти.
-Конечно, сэр Гарри, как вам будет удобно, - поклонился эльф и исчез, оставляя гриффиндорца одного.
«Что он так привязался к моему аппетиту? - раздраженно подумал Гарри, поворачиваясь на другой бок и устремляя взгляд в окно. – Если у меня просто нет желания сейчас есть…»
«Его у тебя нет уже девять дней», - возразил внутренний голос.
«Что? Девять?! Но как же… - потрясенно подумал Гарри, невольно садясь на диване. - Так я не ем уже неделю? Пью только чай и изредка ем бутерброды?!»
«Больше, чем неделю. Девять дней, если быть точным», - хладнокровно подтвердил внутренний голос.
-А ну и ладно! Кому какое дело, что и когда я ем, - пробормотал он, поплотнее закутываясь в халат, еще сохранивший слабый сладкий запах… ЕГО запах… Прошло девять дней, целых ДЕВЯТЬ дней с той самой ночи, когда юноша плюнул на все запреты, отодвинул подальше все сомнения и мрачные мысли и решился… Только вот к чему все это привело?... Подарив поистине незабываемую ночь, наутро Малфой уехал, даже не объяснившись…
«Как банально… - скривившись, подумал юноша. – Но, если разобраться, вся жизнь состоит из банальностей, изредка сменяющихся чем-то необычным и новым… Нда, невеселая философия получается… А Малфой был прав, у меня, действительно, есть странная привычка усложнять себе жизнь путем размышлений…»
«Ну она есть у всех, - заметил внутренний голос. – Только некоторые ее успешно скрывают или преодолевают…»
Встав, Гарри неторопливо прошелся по комнате и остановился около столика, на котором лежали письма с поздравлениями и открытками… Он их так и не открыл… Просто не было ни времени, ни желания… Рон и Гермиона, Люпин и чета Уизли… Наверное, они все беспокоятся о нем, но юноша был уверен, что Дамблдор в случае чего прикроет и придумает оправдание его поведению, которое удовлетворит всех… Но письма хотя бы нужно просмотреть… Опустившись обратно на диван, Гарри взял первый конверт, оказавшееся гермиониным…


«…Почему же ты молчишь, Гарри? Ведь мы так волнуемся! Миссис Уизли уже покой потеряла, беспокоясь о твоем состоянии – ведь ты там один, рядом лишь Кикимер и Добби…
…Мы, к сожалению, не сможем приехать на твой день рождения – я пока у мамы с папой, а Рон остался с Чарли и Джинни в Румынии…
… Ты бы только знал, какие там пейзажи! Я просто влюбилась в это место!...
…Мы ничего не знаем о заданиях, которые выполняют взрослые, и даже Удлинители ушей не помогают – такая вот секретность…
… Но мы скоро, очень скоро встретимся! Дамблдор разрешил провести последние две недели в доме… с тобой, а посему держись!»


«Две недели… Если сегодня девятое, то они приедут всего через пять дней… Хоть что-то…» - подумал он, отложив в сторону письмо и нерешительно беря следующее…


«…Уважаемый мистер Поттер!
В этом конверте – результаты ваших экзаменов за С.О.В. (Стандарты Обучения Волшебству)…»


Гарри тотчас отложил пергамент, даже не взглянув на свои оценки – не было настроения… Безнадежно обведя взглядом небольшую кучку таких же конвертов, юноша вздохнул и решительно отодвинул столик…
«Потом… Еще успеется…» - решил он, направляясь на кухню: пустой желудок все же дал о себе знать неприятным ворчанием, и юноша неохотно отправился за очередной порцией бутербродов и чая. Но едва он коснулся двери, как по всему дому раздался громкий и протяжный звонок, мгновенно разбудивший все портреты и заставивший юношу подпрыгнуть от неожиданности: он никого не ждал. Не обращая внимания на вопли матери Сириуса, Гарри осторожно подошел к входной двери, крепко сжав в руке волшебную палочку.
«Нет, мантия!» - осенило его, и юноша быстро пробрался в свою комнату, где каждая деталь теперь напоминала о НЕМ, и достал из потайного отдела отцовскую мантию-невидимку. Накинув ее на плечи, Гарри, стараясь лишний раз не шуметь, хотя из-за воплей портретов его все равно бы не услышали, вернулся к двери.
«Кто это может быть? Снейп же предупредил, что никто не придет… Может, Тонкс?» - лихорадочно соображал он, старясь держаться поближе к стене и смутно надеясь, что звонок больше не повториться. И его надежды сбылись наполовину: больше не звонили, зато громкий стук, казалось, мог разбудить даже мертвого, а раздавшийся с улицы крик окончательно повергнул гриффиндорца в состояние шока:
-Поттер! Открывай, Поттер! Я знаю, что ты здесь!
«Малфой?!» - не поверил Гарри, осторожно поворачивая ключ и готовясь убежать, если это окажутся враги… Но дверь распахнулась, и вместо ожидаемых Упивающихся в ее просвете возник ухмыляющийся Малфой, небрежно поигрывающий палочкой.
-Вот с этого и надо было начинать, - недовольно проворчал он, не замечая спрятавшегося под мантией-невидимкой Гарри. – У этого Поттера нет ни капельки уважения и почти полное отсутствие манер… Так, ну-ка быстро заносите чемоданы! Вон в ту комнату прямо по коридору. И не дай Мерлин хотя бы один из них упадет… - приказал он, и перед удивленным взором гриффиндорца поспешно протрусили пять домовых эльфов в полотенцах с большой буквой «М» на краю, осторожно держа явно слишком большие для их веса чемоданы.
-И чтоб аккуратно все разложили! – крикнул Драко им вслед, захлопывая дверь и проходя буквально в нескольких сантиметрах от Поттера, но по-прежнему не замечая его. – Успокойтесь, миссис Блек, - с почтением обратился слизеринец к вопящему портрету. – Это всего лишь я…
-А, молодой Малфой, - хрипло произнесла старуха, пристально рассматривая его сквозь пенсне у себя на носу. – Вы снова вернулись и, надеюсь, на этот раз надолго?
-Еще не знаю, миссис Блек, как получится… А сейчас вы не могли бы…
-Конечно, конечно… Эй, вы все! – внезапно громко крикнула она, и остальные портреты покорно затихли, как один повернувшись к матери Сириуса. – Хватит галдеть, вы мешаете юному Малфою!
-Спасибо, миссис, премного…
-Зовите меня просто Горацией, мой дорогой, - пробубнила старуха с портера. – Идите, отдыхайте, мы еще успеем с вами поговорить.
-Конечно, ми… Горация, приятного отдыха, - произнес Драко, закрывая портьеры.
-Да уж, приятного… - заворчала мать Сириуса, постепенно утихая.
-Своеобразная женщина, - усмехнувшись, прошептал Малфой, а потом, развернувшись, обратил свой взор на поклонившихся эльфов.
-Все сделано, мистер Малфой, как вы и…
-Отлично, - перебил их Драко. – Отправляйтесь назад в поместье и не путайтесь под ногами у мастеров, вам ясно?
-Конечно, Хозяин, - еще раз поклонились домовики и мгновенно исчезли, оставляя Малфоя одного в коридоре. Вот тогда Гарри и решил сбросить мантию-невидимку, внезапно появляясь за спиной слизеринца и наставляя на него свою волшебную палочку.
-А теперь повернись, Малфой, и объясни, какого черта ты делаешь в моем доме? – прорычал он, до дрожи сжимая свободную руку в кулак.
Слизеринец даже не вздрогнул, а лишь неторопливо обернулся и с легкой насмешкой взглянул на взъерошенного Поттера.
-Ну, наконец-то, а я уж было подумал, что ты так и не выйдешь меня встречать, - протянул он, скрестив руки на груди.
-Что ты здесь делаешь? – четко произнес Гарри, выделяя каждое слово.
-Живу, - усмехнулся Драко, мгновенно подмечая круги под глазами и бледность кожи…
«И до чего ты себя довел за эти девять дней…» - с какой-то грустью подумал он.
-То есть? – ошалело моргнул Поттер, переставая что-либо понимать.
-Что тебе непонятно в сочетании этих четырех букв? – прислонившись к стене, поинтересовался слизеринец.
-Все, кроме… Почему ты вернулся? – внезапно тихо спросил Гарри, опуская палочку и не смотря на Драко. Ему вдруг стало как-то даже все равно. Он ждал ответа, но одновременно понимал, что, если его не услышит, то тоже не сильно огорчится… Он просто устал… Устал играть в эти кошки- мышки… Теперь ему стало безразлично все то, что волновало всего полчаса назад…
-Уже в который раз указываю тебе на отсутствие манер… Может, пройдем в гостиную и там поговорим?
Неуверенно кивнув, Гарри прошел мимо слизеринца, вновь потонув в сладком запахе, окутывающем Малфоя, и в сердце что-то дрогнуло. Но он ничем не выдал себя. Зайдя в комнату, он устроился на диване, неосознанно вытягивая ноги и занимая всю его длину. Драко негромко вздохнул, увидев, что ему досталось лишь старое, разваливающееся кресло.
-Скажи своему эльфу, чтобы он принес чай… и что-нибудь поесть…
-Зачем? – слабо удивился гриффиндорец, все еще избегая встречаться взглядом с Малфоем.
-Затем, тупица, что я проголодался с дороги, и хочу есть, - протянул Драко.
«Кто бы сомневался, что он всегда заботиться в первую очередь о себе», - грустно подумал Гарри, но следующие слова белокурого слизеринца потрясли его и заставили поднять глаза:
-Да и тебе не мешало бы подкрепиться, а то на твои синяки и тощую шею уже противно смотреть…
-Так не смотри, - прошептал удивленный гриффиндорец, внимательно наблюдая за танцем голубых искорок в таких близких и родных серых глазах.
-Ладно, не хочешь проявлять элементарные правила гостеприимства – не надо… Только прикажи своему эльфу, чтобы он, наконец, исполнял мои команды…
-С чего это вдруг?
«Мерлин! – мысленно простонал Драко. – И как я мог забыть, что с этим… невозможно нормально разговаривать!»
-Просто сделай так, - четко произнес он, откидываясь на неудобную спинку стула.
Несколько секунд Гарри лишь молча пялился на слизеринца, а потом, повернувшись, позвал эльфа.
-Добби, - сказал он, когда домовик поклонился, - выполняй только те просьбы мистера Малфоя, которые касаются еды и… и все. Тебе ясно?
-Конечно, сэр Гарри… Сэр Малфой желает чего-нибудь? – с опаской обратился Добби к бывшему хозяину.
-Прибить Поттера, но это не выполнимо, - в полголоса пробурчал Драко. – Пока нет, позже.
-Как хотите, сэр, если вдруг что-то понадобиться – просто позовите, - и с негромким хлопком эльф исчез.
-Ты же вроде хотел чаю? – приподнял бровь Гарри, украдкой рассматривая сидящего буквально в двух шагах Малфоя.
-Расхотел, - сквозь зубы произнес Драко.
-Ну раз так… Тогда объясни мне, Драко Малфой, что ты делаешь в моем доме, о котором ты весьма нелестно отзывался? Ведь ты же вернулся в свое… благоустроенное Имение…
-Там ремонт, Поттер, - усмехнулся слизеринец. – Не думаешь же ты, что я буду жить в таком шуме и грязи?
-Ах, да, конечно, тогда понятно. Вы же у нас родились в роскоши и не ходите в одном халате более одного дня… Но это не объясняет того, почему ты ЗДЕСЬ… Если мне не изменяет память, у тебя теперь есть опекун…
-Ты читал мое письмо, Поттер? – мгновенно уловил самое важное Малфой, и Гарри мысленно выругал себя за неосмотрительность.
-И что из этого? – подражая интонациям Малфоя, внешне бесстрастно произнес он, и только глаза выдавали отчаянную борьбу и глупую, детскую радость, возникшую при виде слизеринца…
-Уже ничего… Знаешь, Потти, я тоже не горел желанием возвращаться в эту халупу, но Дамблдор с Северусом решили, что здесь мне будет лучше всего…
-Дамблдор знает об этом? – удивился Гарри.
-Конечно… Он должен быть прислать тебе письмо, но…
-Наверное, я получил его, только не просмотрел, - юноша кивком указал на горку нераспечатанных конвертов на небольшом столике.
-Ну тогда мне ясна твоя… «радость» при виде меня…
Ему показалось, или в голосе Малфоя прозвучали нотки обиды?
-И… насколько ты? – небрежно спросил он, чувствуя, как каждая мышца его тела застыла в напряженном ожидании.
-До начала учебного года, - ухмыльнувшись, произнес Драко.
В сердце Поттера что-то торжествующе взревело, но сам Гарри даже не шелохнулся…
-Понятно, - протянул он, и комната погрузилась в молчание.
Поттер ждал, отчаянно ждал хотя бы намека, мимолетной улыбки или жеста, показывающих, что Драко тоже помнит то, что случилось в ту ночь, что он так же растерян и не знает, что делать. Но Малфой молчал, пристально рассматривая свои ногти и не поднимая глаз…
«Ему все равно, - с обидой и болью подумал юноша. – Если бы не этот дурацкий ремонт у него в поместье, он бы и не приехал… Это просто случайность и ничего более… Ну что ж… Я получил желаемое – его тело, но до души мне добраться не удалось…»
«Вот теперь ты готов ответить на все свои вопросы», - прошептал внутренний голос.
«Да, я готов… Только эти ответы не добавят мне радости, да и ему они не нужны… Как там однажды выразилась Гермиона? «Время лечит, затягивая раны?»… Проверим на практике… А я ведь видел, видел, как блестели его глаза, и как нежно его губы целовали меня… Всего лишь шутка, простой фарс…»
Внезапно находиться в одной комнате с этим непонятным человеком стало невозможно.
–Ну что ж, раз так получилось, придется нам еще две недели потерпеть друг друга… Твоя комната свободна… А сейчас извини, мне нужно отдать распоряжения Добби, - поспешно произнес Гарри, вставая и направляясь к двери. Малфой даже не шелохнулся.
«Я был прав… Всего лишь ночь, которая прошла… Мимолетное желание…»
-И это все, Поттер? – резкий голос настиг его, когда он уже коснулся ручки двери.
-Что? – обернувшись переспросил он, слегка вздрогнув при виде разозленного Малфоя.
-И ты больше ни о чем не спросишь? – сложив руки на груди уточнил Драко, вставая и чуть отставляя ногу в сторону.
-А что я должен спросить? – волнуясь так, что взмокли ладони, спросил гриффиндорец.
-Хватит играть в благородство, Поттер, я уже давно раскусил твою игру…
-И?
-Тебе что, плевать на то, что произошло между нами? – медленно приближаясь, поинтересовался Малфой, глаза которого странно сверкали…
-О чем именно ты говоришь? О том, как я, отбросив неуверенность и переступив через свои принципы, пришел ночью к тебе, практически умоляя о сексе? Или о том, как ты малодушно сбежал утром, ничего не объяснив и оставив лишь одну гребанную записку?
-Я не смалодушничал, Поттер, запомни! – прошипел Драко, останавливаясь в метре от него. – Просто обстоятельства так сложились… А насчет записки…
-Да, Малфой, записка, - прошептал Гарри, чувствуя, как становиться горячо щекам: его еще никогда не вынуждали признаваться в собственном бессилии и глупости. - «Но все хорошее имеет свойство заканчиваться…» - вроде, такая строчка была в твоем письме? Знаешь, любой дурак сразу понял бы, что это было, но я… Я ведь ГРИФФИНДОРЕЦ!!! Однако и я понял… Ты поблагодарил меня за доставленное удовольствие и «прогнал», сообщив, что ничего более у нас не может быть… А потому отвали от меня, Малфой! Или это тешит твое извращенное самолюбие: видеть, как Мальчик-Который-Выжил, легендарный Гарри Поттер унижается перед тобой?! – последние слова он практически прокричал, бессильно привалившись к двери и закрыв глаза…
«Пускай… Падать ниже уже все равно нельзя… вот мое дно… Мой ад…»
Внезапное легкое прикосновение прохладных пальцев к его щеке побудило его резко распахнуть глаза и встретиться с серебром малфоевских омутов.
-А тебе бы хотелось? – прошелестело в комнате, и юноша даже сначала не понял, что это произнес Драко.
-Чего? – дрожа, одними губами переспросил он.
-Продолжения… - легко касаясь сначала его лица, потом шеи, прошептал Малфой, ни на секунду не отпуская взгляд зеленых глаз.
-А его у нас не может быть… Ты сам так сказал… И как же тогда твои законы, семейные кодексы и приличия? Между нами пропасть, Малфой, которую нереально преодолеть. И потом… я же полукровка, моя мать – магла, а ты…. Ты не общаешься с такими, ведь они ниже тебя, ты их презираешь, - с прорезавшейся горечью произнес Поттер, невольно наслаждаясь лаской… Возможно, последней…
-Человек создан до того идеальным, что у него всегда есть выбор и возможность изменить принятое им решение… И ты забыл, Поттер, что все кодексы и законы молчат, когда Малфою что-то нужно… А я никогда не жалею о том, что совершил…- приблизив губы к его лицу, протянул Драко. – И что, если я все же хочу… изменить и попробовать…
-Что? – выдохнул Гарри, чуть прикрывая глаза и невольно прижимаясь ближе к такому желанному…
-Я хочу попробовать создать продолжение… наше продолжение, не оглядываясь ни на кого, отбросив к черту все приличия…Ты мне в этом поможешь? – спросил Малфой, без особой нежности целуя подбородок и губы Поттера.
-А ты еще сомневаешься? – улыбнулся Гарри, углубляя поцелуй и крепко обнимая уже СВОЕГО слизеринца, с безумной радостью чувствуя ответное объятие…
Конечно, он знал, что никогда не стоит быть уверенным до конца, особенно, когда рядом такой человек, как Малфой... Он понимал, что, возможно, все это временно, и не пройдет и недели, как все закончится, оставив в душе пепел и сажу... Он догадывался, что им предстоит преодолеть самих себя, свои характеры и привычки, если они захотят остаться вместе хотя бы на небольшой промежуток времени, но он не был уверен, что это получиться… Однако существовало так же и то, во что он полностью верил: не попробовать хотя бы просто построить их продолжение было бы ужасной ошибкой…


"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"