Данный материал может содержать сцены насилия, описание однополых связей и других НЕДЕТСКИХ отношений.
Я предупрежден(-а) и осознаю, что делаю, читая нижеизложенный текст/просматривая видео.

Служебный романс

Автор: Sectumsempra, Кышь
Бета:нет
Рейтинг:PG
Пейринг:Майстрад, Андерсон/Донован
Жанр:Humor, Romance
Отказ:и даже Омар Хаям не наш, чего уж тут...
Фандом:Шерлок Холмс
Аннотация:Чье сердце не горит любовью страстной к милой, -
Без утешения влачит свой век унылый.
Дни, проведенные без радостей любви,
Считаю тяготой ненужной и постылой. (о.Хаям)
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:2011-08-18 12:15:25 (последнее обновление: 2011.08.18 12:15:19)
  просмотреть/оставить комментарии
Piccy.info - Free Image Hosting

Это утро Салли Донован могла назвать одним из худших в своей жизни. И дело не в мелких неприятностях вроде стрелки на чулке или захлопнувшихся прямо перед ее носом дверях автобуса.

Дело было в том, что она завела разговор, который заводить не стоило.

Еще когда они только начали встречаться, Джо дал ей понять, что с женой разводиться не собирается. И в общем-то все эти полтора года она соблюдала правила игры.

Но сегодня утром, совершенно разнеженная после хорошего секса, она пошутила что-то на тему — «вот женишься на мне и каждое утро будет таким».

Глупо. Очень глупо. Джонатан взбеленился и высказал ей в лицо кучу неприятных вещей.

И, естественно, хлопнув дверью, ушел.

Чудесное, чудесное утро.

Проведя на работе первые полтора часа в невнятном шипении сквозь зубы и ругательствах — как в сторону Джо, так и в свою сторону, она слегка успокоилась.

Теперь на подходе были слезы и размышления о том, какой идиоткой надо быть, чтобы связаться с женатым мужиком, и более того, влюбиться в него. Нет, ничего глупее в своей жизни она не делала.

А тут еще шеф смотрит сочувственно своими большими и печальными глазами. Полицейскому неприлично иметь такие глаза. Смотрит, и ведь все понимает. Шеф был классный мужик, разведенный, добрый, терпеливый — прямо идеал. Вот просто подходи и бери тепленьким. А еще он был заботливым в отсутствии личной жизни — иногда отпускал раньше, особенно на свидание, а сам торчал в кабинете и писал отчеты. И сейчас пишет. То есть печатает — а печатает он, хотя и бегло, но всего четырьмя пальцами — указательными и средними. Поработает час, и начинает тереть глаза. Сколько ему? Лет сорок пять, кажется? Дальнозоркость развивается.

Салли подперла щеку рукой, созерцая Лестрейда. С ее места обзор был отличным, а у шефа не было особой чувствительности к пристальным взглядам.

И может быть это было совсем шальной идеей, но... Она усмехнулась и подумала: «А что я теряю?»

Салли хорошо готовила, но Джо у нее никогда не ел — он соблюдал второй диетический стол, тщательно следил за балансом белков, жиров и углеводов, считал калории. А Салли любила печь — с ее прекрасным обменом веществ она могла забить на диеты и есть все подряд.

Откровенно говоря, она мало верила в хронический гастрит Джо — ей казалось, что жена его приучила к мысли, что у него больной желудок, подсадила на всякие диеты и прочее. Ну, а что? Хороший способ удержать мужика. Андерсон и на работу приходил с едой из дома — с пакетом, где в контейнере для микроволновки имелся кусочек паровой рыбки с овощами, или постная говядина; у него при себе всегда имелся нежирный творог, парочка бананов — не станет же он яблоки на службе протирать.

Она хмыкнула и направилась к холодильнику.

Там со вчерашнего дня лежало тушеное мясо. Вчера ей как-то было не до этого. А вот сегодня стоит поесть. Ну и поделиться с шефом. Вот он какой бледный и напряженный.

Пока мясо разогревалось в микроволновке, Салли нарезала притаившиеся в углу холодильника томаты, накрошила зелени и соорудила на скорую руку салат.

И когда наконец все было готово, запах, разнесшийся по всему офису, заставлял облизываться.

Подхватив правой рукой тарелку с мясом, а левой — тарелку с нарезанными томатами, она застенчиво стукнула в дверь кабинета Лестрейда кончиком туфли.

— Шеф, откройте, пожалуйста, у меня руки заняты, — позвала она.

Лестрейд поспешил открыть ей и завис.

— Не хотите перекусить за компанию? — проворковала Салли. — Я его вчера вечером готовила. У вас одноразовые вилки есть?

— Нет, — пробормотал инспектор.

— Тогда держите, я сейчас принесу, — всучив ему тарелки, она убежала к себе.

Вернувшись, она застала Лестрейда за столом, со скоростью звука освобожденном от бумаг. Шеф сидел и смотрел на мясо и салат в какой-то нирване.

Зрелище мужчины, едящего то, что она приготовила, да еще с такой скоростью и с таким наслаждением, привело Салли в состояние успокоенности и согласия со всем миром.

— Нравится?

— Мрыфням, — согласился инспектор с набитым ртом.

Прожевав последний кусочек, он со вздохом откинулся на спинку кресла и улыбнулся.

— Благодетельница.

— Ну что вы, шеф, от вашего хорошего самочувствия зависит и наше самочувствие. Кофе сделать?

— Нет, уж, сиди. Я сам.

Лестрейд вышел за дверь, а Салли огляделась. Она, конечно, довольно часто бывала в кабинете у шефа, но никогда — в таком вот спокойном состоянии.

Поэтому когда инспектор вернулся с двумя чашками кофе — и она могла бы поклясться, что это не кофе из автомата — Салли, улыбнувшись ему, произнесла:

— А я-то думаю, чья турка на кухне у нас столько лет пылится...

Грег усмехнулся ей в ответ и протянул чашку.

Сделав глоток, она широко распахнула глаза.

— Шеф, мужчина, умеющий приготовить кофе, приравнивается к полубогу, но вас придется возвести в божественное достоинство.

— Скажешь тоже, — смутился Лестрейд. — Ты не представляешь, сколько богов у нас по улицам ходят. А ты отлично готовишь. Жаль, что такой талант… — тут он осекся, — извини.

— Пропадает на корню, ага, — закончила за него Салли, как ни в чем не бывало.

***

Действовала она осторожно — ей вовсе не хотелось, чтобы это выглядело, как явная попытка окрутить неженатое начальство. Изредка она подкармливала шефа чем-нибудь вкусненьким, ожидая, что он, по логике вещей, должен сделать следующий шаг. Последовал он не сразу, но третьего ноября шеф пригласил Салли посидеть вечером где-нибудь, предоставив выбор ей. Это был сигнал от мироздания, что неплохо бы пригласить Лестрейда пятого к себе. Сидя с шефом в «Санта Лючии», Салли обдумывала свой «пороховой заговор».

В общем-то, это было довольно сложно.

До этого разговор завязывался сам собой, особенно на работе, а вот тут, сидя напротив шефа, честно говоря, в весьма романтичной обстановке, говорить было трудно.

Они пару раз начинали и сбивались, а потом Салли решила пустить в ход беспроигрышный вариант.

— Шеф, а как вы с Шерлоком познакомились?

В присутствии Лестрейда, да еще и не на работе фриком его именовать было бы... ну неправильно, что ли.

Лестрейд оживился и рассказал.

Рассказывать он тоже умел — и с юмором. В описании шефа фрик выглядел просто прикольным парнем, живчиком на вечной батарейке. Салли улыбалась, задавала вопросы в нужных местах и млела. В кои-то веки у нее и впрямь было свидание.

Пусть без цветов и фанфар, и с фриком в виде темы обсуждения, но в конце концов, брать от жизни все — ее девиз.

Все было действительно хорошо до тех пор, пока Грег — вне работы он попросил его называть по имени — не задал вопрос напрямую:

— Вы с Джонатаном расстались?

Она растерянно смяла в руке салфетку:

— Можно сказать и так, — потом она подняла взгляд и добавила. — Я сглупила. Думала, что после всех этих лет он ко мне что-то чувствует. Видимо, чувствовал именно что-то.

— Мне кажется, ты поторопилась. Это, конечно, дело гиблое — крутить роман с давно женатым, но не всегда. Тут процент вероятности примерно такой же, как пытаться переключиться на давно разведенного.

— Это ты так обо мне думаешь? — возмутилась Салли, хотя совесть ей подсказывала, что шеф прав, и не думала же она, что он клюнет не ее удочку.

— Салли, я думаю о тебе исключительно хорошо. Ты, конечно, любишь Джо, но ты просто устала. И мне нравится, что мы с тобой стали друзьями.

Мило отшил.

— Салли, ты не обижайся. Как бы тебе сказать… Из меня может получиться очень хороший друг. Для женщины. Но друг.

— Ты же был женат, — пробормотала она, когда усилием воли удержала челюсть на месте, а потом поняла, что сморозила глупость — это как раз вполне понятная ситуация, если женился по молодости и по неведению, а потом сообразил, что этого вообще делать не следовало, да и время было совсем другое.

— Был, да. И дочь у меня есть, как ты знаешь. С бывшей женой у меня прекрасные отношения — она просто замечательная женщина, и я очень ей благодарен, что она дочь настроила по отношению ко мне… положительно.

— Она молодец, — согласилась Салли, утрясая постепенно в голове новый образ шефа. — А… извини… просто ты вроде как один. Не складывается ни с кем, нет?

У нее были довольно поверхностные представления о том, где такие люди знакомятся — ну, интернет там, клубы. В случае с шефом оба варианта исключались.

— Как тебе сказать... — Грег отводит взгляд и цитирует по памяти — Уж лучше голодать, чем что попало есть; быть лучше одному, чем с кем попало.

— А если не с кем попало? — Салли тревожно смотрит на шефа.

— Не с кем попало пока не знает, что он не с кем попало. Господи, Салли, мы с тобой совсем забрели в глубины философии.

— Нда. А стих неплохой кстати, что-то знакомое, но не помню, что конкретно.

— Омар Хайям. Кстати, советую почитать. При нашей с тобой работе — самое оно.

Салли оперлась подбородком на скрещенные пальцы и улыбнулась.

— Может, процитируешь, если не слишком длинно?

Грег засмеялся в ответ.

— У него там четверостишия. Как раз... Сейчас, секунду, вспомню. А, вот...

Не молящимся грешником надобно быть —

Веселящимся грешником надобно быть.

Так как жизнь драгоценная кончится скоро —

Шутником и насмешником надобно быть.

— Да уж.... а еще?

— Ну, это, наверное, про Шерлока... только, мне кажется, там строчку надо поменять.

— Какую?

— Сейчас… Я познание сделал своим ремеслом,

Я знаком с высшей правдой и с низменным злом.

Все тугие узлы я распутал на свете,

Кроме смерти, завязанной мертвым узлом.

— Так какую строчку надо поменять? — Салли наклонила голову — Про смерть? Но на что именно?

— На чувства, я так думаю...

— Ох, шеф, о чем бы не говорили, мы скатываемся на Шерлока... — Тут Салли замерла и осторожно поинтересовалась. — А это, случайно не он? Ну, который не кто попало?

— В каком смысле? Нет, что ты!

— А помнишь, как мы приезжали к нему на квартиру, якобы с проверкой — еще чемодан этот розовый искали. Он правда баловался наркотиками?

— Это между нами.

— Грег, мог бы и не говорить! — она провела по губам каким-то детским жестом, застегивая воображаемую молнию.

— Было дело, потом как-то переборщил, испугался, лечился и завязал.

— Бедняга, — посочувствовала Салли искренне, но передернула плечами при упоминании о лечении.

— Нет, там все было по высшему разряду — брат уж проследил, что ты…

— У него есть брат?

— Старший. Я его видел раза два, и то мимоходом.

Слегка отойдя от шокирующих откровенностей, Салли проявила все качества хорошего копа и поинтересовалась:

— А какой он, его брат? Такой же... неоднозначный?

Похоже теперь в разговоре с шефом ей придется смягчать характеристики фрика.

Грег чуть замялся, дав Салли еще один повод задуматься, и ответил:

— Правительственный чиновник с большой черной машиной и черным зонтом.

Брат Шерлока — это было любопытно. А то, что творилось вокруг, — еще любопытнее. Стоило только фрику появиться вновь на месте преступления.

— Привет, Шерлок, — дружелюбно бросила на ходу Салли.

Последовала немая сцена — в самом деле, немая: Шерлок на этот раз не поразил никого рассказами о ее личной жизни. Осмотр квартиры и тела сопровождался беззвучной перестрелкой — взглядами. Шеф поглядывал на Салли и улыбался, Джонатан метал молнии в сторону шефа, Шерлок тоже норовил изрешетить инспектора, в довершении Джон производил в сторону Шерлока одиночные залпы из крупнокалиберных орудий.

***

Месяц продержалось это довольно хрупкое равновесие. Шерлок, прилетая на место расследования, был на удивление нормален. Салли улыбалась ему и Джону, игнорировала Андерсона. Даже вежливо пожала плечами на фразу Шерлока, что бросив криминалиста, она стала гораздо адекватнее. А по вечерам, в те дни, когда работа не съедала все время, она встречалась с шефом. По отделу уже поползли слухи, но ни Салли ни Грег на них не реагировали. В конце концов, личная жизнь — это личное дело каждого.

Так было до тех пор, пока некую важную шишку не пришибли у него же дома. С закрытыми дверями и окнами. Как говорится, никто не входил и не выходил. Вот в это-то вечер равновесие было нарушено.

Салли дежурила на улице и первой увидела длинную черную машину с правительственными номерами.

Когда с обеих сторон открылись дверцы, из одной вышла какая-то красотка и тут же уставилась на экран смартфона, улыбаясь непонятно чему дежурной, приклеенной намертво улыбкой. С другой стороны машины сначала показался кончик зонта, потом на свет божий явился и сам человек — высокий и худой, в дорогом костюме унылого болотного оттенка. Мужчина посмотрел на Салли и улыбнулся так, что у той свело челюсть, словно она услышала скрежет ножа по тарелке.

— Сержант Донован, — голос звучал, как патока, приправленная мышьяком, — пригласите, пожалуйста, инспектора Лестрейда сюда, мне нужно сказать ему пару слов.

— Инспектор занят, кто его спрашивает?

— Скажите, что приехал мистер Холмс.

Красотка, как автомат, продолжала что-то печатать и улыбаться.

Н-да. И это вот? Она еще раз окинула взглядом представшую перед ней картину и скривилась.

Но все же направилась в дом и подошла к инспектору. Он как раз выслушивал пулеметную очередь фрика и пытался спорить с ним, и сообщить о чем-то незаметно было нереально.

— Ше-е-еф? Шеф! — Лестрейд не слышал. Салли подавила желание подергать его за рукав и, набрав воздуху в грудь, позвала: — Грег!

Это было именно в момент паузы в споре и прозвучало оглушающе.

На нее обернулись не только Шерлок с Джоном, но и Андерсон, стоящий в углу комнаты.

— Что такое, Салли?

Выражение лица у шефа было философски-усталым, и она со вздохом сообщила.

— Там, у ограничивающей ленты, человек с зонтом, похожий на Мэри Поппинс. И он зачем-то очень хочет вас видеть.

Тут Салли в первый раз услышала смех Шерлока — настоящий веселый смех. Он даже хлопнул в ладоши от удовольствия и подскочил к ней.

— Если бы мне нравились женщины, — зашептал он ей на ухо, — я бы за одно это сравнение женился на тебе.

— Спасибо, не надо, — фыркнула она.

Джонатан с грохотом уронил на пол что-то металлическое и выругался.

— Так, детки! Не передеритесь, пока я буду отсутствовать. И Шерлок, я надеюсь — труп останется целым?

Грег кинул взгляд на младшего Холмса, тот кивнул в ответ и снова занялся трупом и местом преступления, не обращая внимание на окружающее. Видимо, для нормального функционирования ему хватало восторгов Джона. Салли вернулась к ограждению, поглядывая в сторону машины. В общем-то ничего интересного там не происходило.

Холмс-старший, видимо, пытался продолжить разговор в салоне, инспектор уперся и возражал ему.

На это было... забавно смотреть. Секретарша, или кто там она была при Холмсе-старшем, стояла скромно в стороне, обозревая окрестности. Она встретилась взглядом с Салли и лучезарно ей улыбнулась, продемонстрировав ямочки на щеках. Душка. Губы Салли вяло дернулись в ответ.

Мужчины стояли очень близко друг к другу — инспектор норовил сделать шаг назад, а Холмс упорно сокращал дистанцию, что-то терпеливо втолковывая ему. Наконец, шеф кивнул и даже взял из рук Холмса визитку. Не успел он сунуть ее в карман, как старший брат фрика вместе со своей красоткой шустро погрузились в автомобиль, и только их и видели.

— Наблюдаешь за любовником?

Голос, раздавшийся у нее над ухом, заставил вздрогнуть и резко повернуться. Андерсон закончил работу и как раз вышел из дома с контейнером для улик. Салли смерила бывшего взглядом и процедила сквозь зубы:

— Тебя не касается.

В этот момент шеф подошел к ней, Джо ретировался, и она с облегчением втянула носом холодный вечерний воздух. Ее трясло. Раньше она как-то не обращала внимания на то... да, черт возьми, ей нравилось сплетничать о сотрудниках Ярда, ну или говорить им это прямо в лицо.

Теперь же ее трясло от невысказанной злости и боли, и от того, что она не смогла ответить — нужные слова всегда приходили с опозданием.

— Что такое? — тихо спросил шеф.

— Ничего.

— Он тебе нагрубил?

— Нет, только спросил, наблюдаю ли я за своим любовником, то есть за тобой.

— Пусть побесится — ему полезно, — усмехнулся инспектор.

— Ну, а как тебе… зонт? — спросила Салли.

— Мы о деле говорили, — упрекнул шеф, — кажется, Майкрофт не хочет, чтобы Шерлок в него слишком глубоко влезал.

— Его зовут Майкрофт? Бедные мальчики — родители над ними при наречении поиздевались.

Домой Салли добралась только за полночь, успев поймать еще парочку неприятных взглядов Андерсона и в связи с этим довольно громко договориться с шефом о визите в гости через недельку.

Только устроившись в постели и свернувшись в клубок, она попыталась задуматься над тем, что творит со своей жизнью. По размышлении оказалось — ничего особо отвратительного — разорвала бесперспективные отношения и налаживает хорошие отношения с шефом.

Все это звучало довольно рассудительно, но Салли все равно чувствовала себя мерзко. Она любила этого идиота. И разлюбить пока не получалось.

***

Через неделю, как они и договорились, шеф заявился в ее квартиру с бутылкой вина и букетом цветов.

Салли нервно хихикнула, а потом, плюнула на условности и то, как это выглядит.

Они сидели, завернувшись в огромный саллин плед, ели крайне неполезную и вкусную еду, запивали вином и говорили о жизни.

Грег был странно задумчив и иногда просто зависал в прострации.

— Надеюсь, твое состояние не связано с человеком-зонтом?

— А что — так заметно?

— Ох, расскажи, вы виделись, да? — тут же пристала с вопросами Салли.

— Один раз — говорили о деле. Где-то в здании у моста Воксхолл-Бридж.

— Это он… он оттуда? — Салли сделала таинственные пассы руками.

— Угу, уж не знаю, в каком он директорате.

— И что он за человек?

— Там явно на лбу написано – Итон и Кембридж. Но вообще он очень вежлив, и даже приятен, когда не улыбается.

— Да уж, — Салли аж передернуло от воспоминания об его улыбке.

— А в остальном вполне обычный человек.

— Гре-е-ег. Не пудри мне мозги. Обычный он.

— Слушай, не фантазируй. Он просто пасет своего младшего братца и глаз с него не спускает, и с тех, с кем Шерлок общается. Может, это у него паранойя такая, не знаю.

Тут кто-то позвонил по домофону. Салли нехотя вылезла из-под пледа и подошла к двери.

— Кто? — спросила она, нажав на кнопку.

— Открой, это я. Это Джо.

— Какого черта? Джо? Что случилось?

Салли замерла у двери вслушиваясь в дыхание Джонатана.

— Открой.

И голос вроде спокойный, но... не открыть она не сможет. Просто...

— Заходи.

Пока Андерсон поднимался, шеф предусмотрительно аккуратно свернул плед, сунул его в руки Салли, а та на всякий случай сбегала в спальню и бросила плед там. У двери она оказалась как раз перед самым звонком.

— Что, следы заметаете? — заявил Андерсон с порога.

От него несло перегаром.

— Джо, ты что, выпил? Тебе же нельзя!

— Да пошли вы все! – истерично выкрикнул он и ринулся в гостиную, прямиком к Лестрейду. — Что, долго ждал?! Моя это женщина, моя, понял, нет?!

Лестрейд его не ударил, а только брезгливо толкнул, увернувшись от замаха, и Джонатан не удержался и растянулся на полу.

— Ох, черт!

Салли застыла на пороге не зная, то ли ринуться к Джо, то ли... она так ни на что не решилась и осталась на месте.

Джо, вопреки ожиданиям, не поднялся и не продолжил буянить, а свернулся на полу и захрапел.

— Нда... это ж сколько он выпил, что так вырубило?

— Не знаю. — Салли нервно усмехнулась — Это называется вы посмотрели сцену необоснованной ревности и исполнении Джо Андерсона.

— Угу... — Лестрейд перекатился с носков на пятки. — Вызываем такси? Ты же не оставишь его здесь?

Салли колебалась несколько минут, а потом покачала головой.

— Что-то страшновато его в таком виде куда-то одного отправлять.

— Да отвезу я твоего Отелло, чего уж.

Салли хмыкнула.

— Послушай старого шефа, отправь его домой, — сказал Лестрейд.

Салли еще раз смерила взглядом лежащего на полу Джо и кивнула. Возиться с ним всю ночь, а на утро выслушивать обвинения ей не хотелось. Тем более у него любимая супруга есть. Пусть и ухаживает. Она вызвала такси и помогла шефу спустить Джо вниз.

***

На другой день Джо на работу не вышел — приболел, что неудивительно, учитывая похмелье и, вероятно, проблемы с желудком. Салли даже радовалась этому обстоятельству — был выезд на место происшествия, с ними работал другой эксперт, никто не приставал с ненужными разговорами.

Андерсон, появившись на работе, выглядел мрачнее тучи, а потом главные сплетницы отдела разнесли весть, что от него ушла жена — устроила скандал, собрала вещи и уехала к родителям. И даже собирается подавать на развод.

Салли невесело усмехнулась. Какая ирония — ради нее он не собирался этого делать — а вот теперь сам довел до развода. Хотя тут еще бабушка надвое сказала. Может и упросит сменить гнев на милость. Все. Это ее больше не касается. Но, когда она смотрела на его усталый и больной вид, глупое сердце все же сжималось. Тем более... что он перестал ее задевать разговорами.

А потом Джо как-то пришел к ней вечером, но Салли его не простила. В следующий раз оставила на ночь, но все равно не простила. И когда он уже был на этапе раздела имущества после развода и приехал к ней, как бедный родственник, с одним чемоданом, Салли освобождала ему полки в шкафу, но прощать и не думала.

Через четыре месяца, уже весной, она влетела к бедному и совсем заброшенному шефу в кабинет и выпалила с порога:

— Выходить или нет?

— За Андерсона? — спросил Лестрейд, убирая папки в сейф и снимая со спинки кресла пиджак.

— Угу. — Салли тяжело дышала, и глаза ее горели каким-то мстительным пламенем.

— Посади его на испытательный срок. Он, надеюсь, успокоился насчет меня?

— Вполне. Обошелся без объяснений. Я ему сказала, что никто ни за кем не ухаживал, а если его не устраивают мои друзья, то пусть собирает вещи.

— Ну, ты сурова, — рассмеялся шеф, открывая дверь и пропуская Салли впереди себя.

— Я побежала, да?

— Беги, беги, тебя же ждут.

Уже на первом этаже Салли притормозила — она как-то упустила из вида одно обстоятельство: шеф не собирался задерживаться и, как все нормальные люди, покидал отдел, лишь только рабочий день закончился.

На улице лил дождь. Салли набрала номер Андерсона.

— Ты где? Я уже внизу.

«Сию секунду, выключаю свет и лечу к тебе». Салли фыркнула. Летит он.

А мимо именно что пролетел шеф и помахал ей рукой.

Салли проследила за ним взглядом. Зонта у Лестрейда не было. Он только поднял воротник пальто и бодро сбежал по ступенькам.

— Вау! — вырвалось у Салли, когда она увидела припаркованную внизу черную машину с правительственными номерами. Дверца открылась, и шеф нырнул в салон так естественно, как будто за ним приехало такси.

— Ты кого высматриваешь? — сзади подкрался Джо и обхватил ее за талию.

— Дождь я высматриваю. Дождь.

— Так у меня зонт.

Андерсон потом совершенно не мог понять, почему Салли прыснула и уткнулась ему в плечо, трясясь от смеха.



"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"