Эвакуатор на мосту

Автор: valley
Бета:Altea
Рейтинг:G
Пейринг:СС, ЛМ и УПСы
Жанр:General
Отказ:Все, что уже встречалось, – не мое. Коммерческие цели не преследуются.

Цикл:Истории, которые не любит вспоминать профессор Снейп [11]
Аннотация:Азкабанские будни
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:2006-08-11 00:00:00
  просмотреть/оставить комментарии
Дайте мне окно, и я в него уставлюсь.

Алан Рикман


Северус Снейп стоял у окна и сквозь решетку смотрел на холодное море, размышляя о том, что даже если бы у него сейчас была такая возможность, то топиться он бы все равно не стал.

«Потому что зима, - подвел он мысленно итог. – Хотя летом тут не намного теплее…»

Война закончилась, не принеся сбежавшему полгода назад из Хогвартса профессору ни покоя, ни благополучия. Ничего, кроме все той же, так опостылевшей ему за последние двадцать лет, неопределенности.

От грустных мыслей его отвлек глухой удар в стену. Тяжело вздохнув, Снейп нагнулся, немного отодвинул свою кровать и с трудом вытащил из стены огромный камень.

Раздался второй удар, уже не такой глухой.

- Прекрати, - громко сказал профессор в открывшийся проход и, вздохнув еще раз, полез внутрь.

Люциус Малфой лежал прямо в мантии на застеленной кровати и смотрел в потолок.

- Опять с утра валяешься? - недовольно спросил Снейп, выбираясь из прохода. – Что тебе нужно?

- Туфли мои собери.

Профессор взглянул на два брошенных в стену ботинка и принялся пинать их ногами по направлению к обнаглевшему приятелю.

- Сев! Ты сдурел?! – Люциус мигом оказался рядом и, быстро нагнувшись, схватил свои туфли. – Царапины останутся!

- А от того, что ты их постоянно в стену швыряешь не останутся? – ухмыльнулся Снейп.

- Хочу и швыряю, - огрызнулся Малфой. – И убирайся отсюда живее, мне надоело, что вы устроили у меня проходной двор.

- Куда?

- Эйв стучал, - Люциус улегся обратно.

- Ну что ты злишься?

- У тебя угловая камера и граничит только с моей. Я не мальчик на побегушках, без конца тебя звать! Предлагал же поменяться!

- Как ты себе это представляешь? – Снейп начал терять терпение. – Это не гостиница!

- Надоело.

- А я думал, тебе здесь нравится.

- Я сказал – убирайся.

- Насколько мне известно, ты отказался участвовать в побеге, - Снейп аккуратно присел на край кровати. – Ведь Лестранги все приготовили. И ты был единственным, кто отказался.

- Конечно, я отказался!

- Так чем ты теперь недоволен?

- Это не причина, чтобы со мной не разговаривать. Каждая сволочь морду воротит, что я им сделал?

- Ты отказался бежать, Люц.

- Ну и что? Я не обязан.

- Но ты предупредил авроров о готовящемся побеге.

- Конечно, предупредил! Я что, идиот - один здесь оставаться?

- Люци, если честно, то я до сих пор не понимаю, почему они тебя за это не убили.

- Потому что я не даю им такой возможности, - буркнул Малфой. – Иди, тебя Эйв звал.

- На прогулку после обеда опять не пойдешь?

- Нет.

- Люци, нельзя все время лежать. Умрешь.

- Я гораздо быстрее умру, если пойду на нее. Долохов все время норовит столкнуть меня со стены.

- Его можно понять.

- Меня тоже.

Снейп встал, молча поставил на место камень, закрывающий проход в его собственную камеру, и, кряхтя, вытащил такой же из соседней стены.

- Люци, если ты не выйдешь сегодня на улицу, мне придется обезвредить Долохова. Навсегда. Хочешь?

- Нет.

- Я предупредил.

В камере у Эйвери уже собрались Рудольфус Лестранг, Долохов с Джагсоном и Роквуд с Макнейром. Ждали только Снейпа.

- Что же так долго? – недовольно проворчал Джагсон.

- Мне не нравится это все, - бывший шпион уселся на стол, Джагсона проигнорировав.

- Сев, ты отдыхаешь тут два месяца, а мы уже полтора года, - примирительно сказал Роквуд.

- В этом я виноват?

- Ну не я же! – засмеялся Долохов.

- Так, - Снейп слез со стола.

- Прекратите, - решительно заявил Макнейр. – Все очень просто. Сев, чем ты недоволен?

- Он сказал, что Тони пытался столкнуть его со стены. Это правда?

- Сев, если бы Тони действительно хотел его столкнуть, он бы уже столкнул. И ты прекрасно это знаешь.

- Хорошо, - легко согласился Снейп. – Вы все равно уже не сбежали. Отстаньте от него.

- Сев, ты действительно присоединился к нам недавно и ничего не понимаешь, - тихо сказал Лестранг. – Если мы не развлекаем его, то он развлекает нас. То, что он настучал аврорам про побег, сущая мелочь по сравнению с тем, что он устраивал поначалу.

- Даже так?

- Именно, - засмеялся Джагсон. – Ты и сам должен помнить, что бывает, когда ему скучно. А так он при деле.

- Но он считает, что вы хотите его убить. Он боится выходить на улицу.

- Слава богу, - с облегчением вздохнул Роквуд.

- И вы с ним не разговариваете.

– Сев, тебя здесь не было, когда он…

- Это все не причина, - решительно заявил Снейп. – Если вы так хотите сбежать, то вам никто не мешает сделать это.

- Но Люци не желает!

- Я, например, тоже не согласился бы.

- Это потому, что ты провел здесь сравнительно мало времени, Сев. Вот вернут дементоров – будешь знать.

- Вовсе нет. Просто делать это сейчас чрезвычайно глупо. Война закончилась, доказать вашу причастность к организации Темного Лорда не могут, иначе бы давно уже доказали, стоит дождаться хоть какой-то ясности. И уже тогда, если придется, можно будет устраивать побег. Люци потому и сам не захотел бежать, и вам не позволил. Еще спасибо ему скажете.

Воцарилась тишина.

- Сев, а твою причастность смогут доказать? – невинно поинтересовался Долохов. - Это правда, что ты на глазах у Поттера убил Дамблдора?

- Правда. Так я и не про себя говорил, а про вас.

- Сев, он выпендривается, потому что ты все время вокруг него крутишься, - вернулся к основной теме разговора Лестранг.

- Ну, давай еще и я перестану с ним разговаривать. И что будет? Меня-то он аврорам не закладывал.

- Ты думаешь, что если бы ты был с нами, это чудовище поступило бы по-другому? – поразился Роквуд.

- Он бы не стал мешать моему побегу, - разозлился профессор. - Вы сидите просто так, а я за убийство Дамблдора.

- Ты много о себе воображаешь, Снейп, - засмеялся Долохов. – Он сдаст тебя, точно так же как сдал всех нас. Зря ты думаешь, что чем-то лучше. Ему на всех плевать.

Спор продолжился почти до обеда и ни к чему не привел. Оказавшись наконец в камере Малфоя, Снейп устало сел на пол, прислонившись спиной к холодной стене, и с наслаждением вытянул ноги.

- Наконец-то, - буркнул Люциус, подходя к нему и насильно поднимая. – Так нельзя сидеть. Тебя, между прочим, Кингсли искал.

- Что хотел?

- А я откуда знаю? У вас же все секреты.

- Да какие у нас секреты. Он оставил чего-нибудь?

- Нет, сказал - позже зайдет.

- С одной стороны, - тихо говорил Кингсли в тот же вечер невнимательно слушавшему его шпиону, - убийства никто не видел. С другой стороны – почему ты сбежал из Хогвартса?

- С третьей стороны, Скримджеру чем больше народу сидит в тюрьме, тем лучше.

- Ты зря так думаешь. Война закончилась, и держать здесь непонятно в чем обвиняемых заключенных смысла нет. Твою палочку мы не нашли, кроме Гарри никто ничего не видел, а он несовершеннолетний. Прямых улик нет.

- Тебе что от меня нужно?

- Скримджер хочет, чтобы ты сотрудничал с Министерством.

- В смысле?

- Тут толком никому ничего нельзя инкриминировать. Он хочет, чтобы кто-нибудь дал показания против Упивающихся Смертью, как тогда Каркаров.

- И вы решили, что я лучше всех подойду на это роль?

- Если ты действительно шпионил в пользу Ордена, то достаточно намекнуть твоим приятелям…

- Недостаточно. Вы не сможете доказать ни-че-го.

- Слушай, я, между прочим, для тебя стараюсь.

- Предложи Малфою. А то он изнывает от безделья. И домой очень хочет, но обязательно официально.

- Это я как-то не подумал. Он ведь один раз уже предотвратил массовый побег. Ты прав, он наверняка согласиться.

Люциус согласился. Причем сразу. И дал уйму показаний против своих товарищей по несчастью. Три секретаря еле успевали их записывать. Но, к сожалению, ни одного пергамента Малфой не смог подписать, объявив, что у него уже больше месяца не сгибаются пальцы на правой руке. Этой беде необходимо было помочь и как можно быстрее, в связи с чем Люциус был переправлен в клинику Святого Мунго, где его и обнаружила через два дня вездесущая Рита Скитер. Обалдевший от случившегося Кингсли принес Снейпу «Ежедневный Пророк», который профессор и зачитал в тот же вечер по традиции собравшимся в камере у Эйвери бывшим соратникам Темного Лорда.

- «Мистер Малфой, вы действительно дали показания, заявив, что все сидящие в Азкабане подозреваемые - Упивающиеся Смертью?» «Разумеется». «Что заставило вас так рисковать? Вы не боитесь мести тех, кого вы назвали?» «Не боюсь. Если бы они действительно были Упивающимися Смертью, тогда конечно, было бы опасно, а так…» «Что вы хотите сказать?» «Я хочу сказать, что если бы вас схватили ни за что практически на улице и продержали полтора года в тюрьме, вы бы тоже дали показания против кого угодно, лишь бы попасть домой». «Какой кошмар! Так вы утверждаете, что лица, арестованные в Министерстве летом прошлого года, никак не причастны к организации Темного Лорда?» «Я уверен. Вы совершенно правы, если бы хоть кто-то из них к ней принадлежал, не стоило бы рисковать и давать против них показания, а так – это совершенно безопасно. Мне обещали, что отпустят домой».

На этом чтение прервалось, потому что сдерживать хохот никто из присутствующих уже не мог.

- Се-е-ев, - простонал Эйвери, - и ты еще спрашивал, как он развлекается. А мы, между прочим, полтора года с ним сиди-и-им…

- Я не дочитал, - изо всех сил стараясь выглядеть бесстрастным, сказал Снейп. – Тут дальше Рита предложила сделать социологический опрос.

- Какой? – Роквуд все еще живо интересовался общественной жизнью магического сообщества.

- «За первые сутки восемьдесят шесть процентов опрошенных ведьм и шестьдесят три процента опрошенных колдунов заявили, что если бы их продержали полтора года в тюрьме без вины и без суда, то они дали бы показания против кого угодно и любого содержания, лишь бы оказаться дома».

- Какое счастье, что он переключился с нас на Министерство, - отсмеявшись, заявил Лестранг.

- Подожди, он еще вернется. Скримджер не похож на человека, легко прощающего подобные выходки. И за кресло он не держится, как держался Фадж. Ему плевать на общественное мнение.

- Что-то мешает мне поверить, что ему так уж и плевать на общественное мнение, - усмехнулся Снейп. – Слишком старательно он весь последний год изображал активные действия Министерства.

Еще через сутки Малфоя вернули в Азкабан, и дни пошли своим чередом. От нечего делать Снейп, который вовсе не собирался устраивать побег, поспорил-таки с Лестрангом, что если он захочет противозаконно покинуть Азкабан, то Люциус мешать не станет. Спор был бессмысленный, потому что устройство побега являлось делом трудоемким, и только ради проверки лояльности Малфоя к профессору Снейпу никто бы его затевать не стал. Но примерно через неделю после интервью Люциуса Малфоя в «Ежедневном Пророке» стало не до шуток, потому что Кингсли категорически желал получить нормальные показания хоть от кого-нибудь.

- Это теперь будет выглядеть смешно, - урезонивал его профессор. – Тебе кто угодно их даст, а потом заявит, что очень хотелось домой.

- Ты не заявишь, - не сдавался Кингсли. – Война закончилась, людям необходимо точно знать имена преступников. Их надо назвать, и это должны быть лица, уже сидящие в тюрьме, потому что больше мы все равно никого поймать не можем.

Аргумент был железный, и профессор впервые серьезно задумался о том, что только побег навсегда избавит его от домогательств не в меру активного аврора.

- Да ты что? – изумился Долохов. – Точно решил?

- А что мне делать? – уныло спросил Снейп. – Они ведь теперь не отстанут. Я не могу как Малфой. Мне-то не скучно. И домой не особо хочется. А так еще и прятаться придется.

- В общем правильно, - сказал Лестранг. – Если они докажут, что ты убил старика, уже не отвертишься. Лучше сматывайся, пока можно.

В принципе, было можно. После войны все расслабились, в стенах Азкабана сидящие там узники преступниками до суда не считались, вели себя вполне прилично, не официально, но регулярно получали из дома сов с посылками, и даже ходили друг к другу в гости, о чем все охранники знали, но особо не препятствовали. Сорванный Малфоем в самом конце войны побег только показал несерьезность таких попыток, особенно после того как Люциус открыто заявил, что глупо бежать, если ни в чем не виноват. Но так как профессор Снейп лучше всех знал, в чем он на самом деле виноват и насколько, то у него были все основания полагать, что заключенное с Лестрангом пари он выиграет, покинув гостеприимную северную крепость без особых приключений.

- Вообще-то это хамство с твоей стороны, - обижено напутствовал его Малфой. – Мне не нравится, что ты меня тут бросаешь.

- Вас должны скоро выпустить, - вяло отвечал и без того расстроенный Снейп. – Приду к тебе жить.

- Вот еще!

- Ну, не приду.

«Сев, ты не поверишь, этот урод снова нас всех сдал. Мы, конечно, тебе обещали его не трогать, но всему же есть предел. Тони». Прочитав это через пару недель после вполне удачного побега, профессор впал в глубокую задумчивость, потом рассердился и написал в ответ следующее: «Мне было достаточно просто вас покинуть, но еще проще вернуться обратно. С.С.» Видимо, это не помогло, потому что всего через пару часов он получил новое послание: «Сев, они меня убьют. Л.»

Снейп свернул короткое письмо Малфоя, потом опять развернул, перечитал, свернул снова, смял и бросил в камин. Попасть обратно в Азкабан для него было действительно очень просто. Но не очень хотелось.


Конец


"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"