Игра по правилам

Автор: Вириена
Бета:нет
Рейтинг:R
Пейринг:ЛМ/Н.Ж.П. и другие (ГГ/новый профессор ЗОТС - по принуждению, ГП/ДМ - клевета, ГГ/СС - очень возможно, ах да, еще Нарцисса...)
Жанр:Action/ Adventure
Отказ:Все, что принадлежит JK Rowling именно ей и принадлежит
Аннотация:Он принадлежит к древнему аристократическому роду, она - подкидыш без роду и племени. Он - потомственный чародей, она никогда не верила в сказки. У них нет ничего общего, их свел случай. И игра началась...

"Глупый человек, - сказал кентавр безразличным голосом, - Пути мира вписаны в книгу перемен. Но те строки, что писались раньше лишь огнем и кровью, теперь пишутся огнем, кровью и холодным железом. Мир меняется, а я уже стар и ничего не вижу, - он снова взглянул на Гарри, - Я вижу смерть, но у нее нет имени. Я вижу смерть, но не вижу мертвых. Уходите, - и кентавры в молчании исчезли за деревьями".
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:до июля 2004 года (последнее обновление: 2004.04.24)
  просмотреть/оставить комментарии


Глава 0. Пролог

Сложно сказать, когда началась эта история. Возможно, следует ее начать с того, как двадцать лет назад фигура, закутанная в длинный плащ, с младенцем в одеяле на руках подошла в утренних сумерках к двери ничем неприметного здания, положила младенца на ступеньки, ушла, ни разу не оглянувшись, и словно растворилась в предрассветной дымке. А получасом позже двери открылись и молодая женщина в скромной одежде, собиравшаяся было пойти домой, обнаружила ребенка, подняла его на руки и быстро вошла в здание. Еще получасом позже, она рапортовала о событии в кабинете только что пришедшего на работу шефа. А он, задумавшись, сказал:
- Значит, девочка, и совершенно здорова. Прекрасно, добавьте ее в список соответствующего года, или лучше замените ею Кей, а то у того показатели худшие в группе. А его отправьте в обычный приют.
И милая молодая женщина, выглядящая так, как и положено воспитательнице в детском доме, четко щелкнув каблуками, отчеканила:
- Есть, сэр, - и удалилась выполнять приказание.
Интересно, в каком городе это произошло, может в Нью-Йорке или в Лос-Анджелесе, или, возможно в Чарлстоне, где когда-то Скарлетт О'Хара штурмовала высший свет или все-таки... Впрочем, неважно. Мало ли детей подкидывают даже в сытой и благополучной Америке.

Или она началась шестнадцать лет назад, когда другой человек подкинул совсем другого ребенка, к другим дверям - дверям благополучного на вид дома, ничем не выделяющегося среди других подобных домов тихого престижного лондонского района. Хотя, кажется, это начало немного другой истории...

Возможно, она началась еще пять лет спустя, когда строгая женщина в медицинском халате делала инъекции группе странно молчаливых детей, среди которых была и девочка называемая Кей. А в соседней комнате молодой мужчина, похожий на безумного профессора, кем он, впрочем, и был, пытался убедить ее шефа в том, что экспериментальное вещество не прошло необходимых тестов, лабораторные животные еще не аргумент, и проводить эксперимент на детях безумие. А три дня спустя шеф с задумчивым видом слушал рапорт о том, что из тридцати подопытных выжило одиннадцать. А потом что-то долго и нудно про повышение скорости прохождения нервного импульса, изменение фаз сна и т.п. - с графиками и диаграммами. И шеф, вынырнув в какой-то момент из глубокой задумчивости, прервал доклад вопросом:
- А что насчет обещанной экстрасенсорики? - и получил ответ
- Пока никаких признаков, но о выводах говорить рано...
- Значит мы потеряли две трети курса и не получили ничего?
- Нет, в общем, если не использовать специальные термины, все это, - докладчик обвел рукой диаграммы, - Значит, что эти наши дети не будут суперменами, то есть не будут летать, читать мысли и рвать железо руками. Они просто будут успевать выстрелить первыми...

Или она началась еще пятью годами позже, когда в вагоне поезда со странным названием светловолосый мальчик протянул руку другому - зеленоглазому брюнету со шрамом на лбу - а тот ее не пожал. Хотя эта часть истории уже, кажется, рассказана.

Или, возможно, она началась два года назад, когда хрупкая блондинка с загорелой до смуглости кожей и глазами цвета молодой травы, известная под кодовым именем Кей, вошла в роскошные апартаменты, которые они делили с напарницей по очередному, далеко не первому, заданию. И обнаружила свою напарницу утопленной в огромном аквариуме с тропическими рыбками. Быстро осмотрев тело и убедившись, что реанимация невозможна, она прошла в комнаты, достала из тайника небольшой дипломат и пистолет в наплечной кобуре. Надела кобуру, тщательно протерла платком панель тайника. И навсегда покинула квартиру, чтобы убить тех, кого убивать должна не была, но кто был виноват в смерти ее подруги. А когда выяснилось, что ту просто подставило ее руководство, покинула и собственную жизнь. Жизнь секретного агента по имени Кей, использовав свои знания и таланты для создания личности куда менее блестящей, но видящей куда меньше кошмаров наяву. От кошмаров во сне ей убежать так и не удалось.

Нет, все-таки эта история началась так - высокий светловолосый мужчина шел по коридору в направлении...



Глава 1.

Люциус Малфой шел по коридору в направлении слизеринского общежития. Не доходя до входа, он поймал какого-то пробегавшего мимо первоклассника и велел ему сообщить Драко Малфою о том, что с ним хочет поговорить отец. Остановившись в ожидании, он задумчиво прикоснулся рукой к стене, рассматривая свои изящные пальцы с идеальным маникюром на фоне грубого камня. Его размышления, явно невеселые, были прерваны Драко, быстрым шагом подошедшим к нему.
- Отец, как ты сюда попал?
- Я член опекунского совета, и могу появляться... - начал говорить Люциус, но сам оборвал себя, - Это не важно. У нас есть более насущные темы для разговоров. Пойдем, пройдемся, - несмотря на слова Люциуса, в начале они шли в полном молчании, потом он остановился, повернувшись к сыну.
- Драко, ты, вероятно, слышал, что меня неоднократно обвиняли в принадлежности к партии Лорда?
- Да, но до настоящего момента позволял себе наивно надеяться, что это не правда.
- Это правда и, вчера, он изъявил желание, чтобы ты принял посвящение, - Люциус говорил это нейтральным голосом, старательно избегая своим взглядом глаз юноши.
- Я не хочу, - сказал Драко, тоже уставившись в пол.
- Ты мой сын, так что придется.
- Нет, ты дал мне жизнь, но это моя жизнь. Извини, отец...
- Нет, Драко, ты не понимаешь, - Люциус схватил его за руку, - Да, действительно, это твоя жизнь, но выбора у тебя нет. И это я лишил тебя выбора. В молодости я мечтал о величии, собственном и нашего рода, и совершил ошибку, присоединившись к Лорду. А обратного пути просто нет. Теперь он заинтересовался и тобой, - Люциус говорил быстро и так, будто пытался убедить не только Драко, но и себя, - В этой школе много учеников, но большинство его не интересуют. А ты интересуешь. В общем, либо ты принимаешь посвящение и живешь, либо отказываешься, становишься тем самым его врагом, и умираешь.
- Я предпочел бы сохранить нейтралитет.
- Это невозможно.
- Может, конец уже близко, - Драко посмотрел на отца с надеждой во взгляде.
- Ты что, надеешься, что Поттер победит Лорда? Не будь смешным.
- Не Поттер, но может, Дамблдор, - увлеченные разговором они не услышали тихий шелест и звук шагов, не заметили, как задрожало пламя факелов.
- Драко, ты слишком мало знаешь, я лишаю тебя права голоса, - Люциус схватил Драко за руку, - Ты пойдешь со мной. Посвящение сегодня.
- Нет! - Драко попытался вырваться, но отец оказался сильнее.
Люциус достал палочку и уже собрался произнести заклинание аппарации, когда в той части коридора, где раньше раздавался шорох, произошло какое-то движение. Из ниоткуда возникла фигура с палочкой в руке, уже направленной на Люциуса и прокричала "Ступефай". Старший Малфой отлетел к стене, ударился об нее, и сполз на пол. Его длинные белые волосы разметались по камню. Драко, задетый заклинанием, тоже не устоял на ногах. Таинственная фигура, кинулась к нему и, оказавшись Гарри Поттером, схватила за руку.
- Вставай, бежим, - прокричал Гарри.
- Поттер... - ошеломленно прошептал Малфой.
Гарри схватил его за плечи, пытаясь поднять на ноги.
- Вставай, сейчас он очнется, а нам с ним не справится, - кричал Гарри, тормоша Драко.
Все еще не пришедший в себя после удара Драко подчинился, поднялся на ноги, покачнулся и чуть не упал обратно. Поттер подхватил его и потащил прочь по коридору. И вовремя, потому что мистер Малфой уже начинал шевелиться.

Той же ночью немного после полуночи Люциус стоял на коленях перед Вольдемортом. Отблески огня из камина окрашивали все в цвета крови. Малфой говорил:
- Лорд, простите, мне не удалось встретиться с Драко...
- Люциус, дорогой, - Темный Лорд поднялся со своего кресла, подошел к коленопреклоненной фигуре и, ласково улыбаясь, провел холодными пальцами по его щеке. Потом больно схватил Малфоя пальцами за подбородок и заставил задрать голову, вглядываясь в его глаза. Люциус почувствовал, как от ледяных пальцев Лорда холод паники расползается по всему его телу.
- Неужели ты думаешь, - Вольдеморт все еще улыбался, - Неужели ты думаешь, что можешь солгать мне, и остаться в живых? - и Лорд брезгливо отпустил подбородок Малфоя.
- Простите, Лорд, - прошептал Люциус, прикрывая глаза, - Я солгал, - он знал, чем рискует, когда первый раз лгал столь глупо. Большая и глупая ложь должна была прикрыть маленькую и искусную.
- Мне стыдно, Лорд. Когда я разговаривал с сыном, появился Поттер и оглушил меня ступефаем.
- Поттер, опять Поттер. И где же теперь Драко?
- Не знаю, когда я очнулся, их не было.
Лорд опять подошел к Люциусу и стал вглядываться в его глаза. А потом сказал с оттенком уважения.
- Знаешь, а я тебе поверил. Почти поверил. Но ты все-таки врешь.
- Нет, я говорю правду, - другого выбора у Малфоя просто не было, либо он убедит Лорда, что это правда и останется жив, и получит отсрочку для Драко, либо...
- Хорошо, - Волдеморт отвернулся от Люциуса и отошел на несколько шагов.
В сознании Малфоя впервые за эту ночь подала признаки жизни надежда. Потом Вольдеморт резко развернулся, направил палочку на Малфоя, выкрикнул "Круцио" и надежда умерла.
Боль была чудовищной и невыносимой. Она была всюду и всем, и ничего кроме нее просто не оставалось. Потом стало чуть-чуть полегче. То ли он привык, то ли Вольдеморт ослабил заклинание. С удивлением Люциус осознал, что в руке у него палочка. Должно быть, вывалилась из рукава, пока он корчился от боли и он неосознанно схватил ее. Мысль, пришедшая затем в голову Малфою, была безумной, но зато единственной. И он, повинуясь этой ненормальной мысли, произнес заклинание аппарации, не слишком представляя, куда он попадет, не имея способности сосредоточиться, не будучи уверенным а заклинание ли это аппарации вообще... В худшем случае он умрет. Зато быстро и безболезненно. Нет, не верно, в худшем случае не произойдет ничего, и он останется в руках Вольдеморта, который давно уже подыскивал объект для показательной казни какого-нибудь предателя.
Заклинание аппарации, кажется, сработало, и он даже где-то очутился. Но это где-то оказалось рекой. Он попытался плыть, но тело, сведенное судорогой от круциатуса, не повиновалось. На какое-то мгновение ему удалось вынырнуть и схватить ртом воздуха. Но потом он опять начал погружаться, грудь разрывалась от боли, а потом пришла темнота.



Глава 2.

Гарри тащил Драко Малфоя по коридору в направлении кабинета Дамблодора, на ходу лихорадочно размышляя о том, как они туда попадут. Идея покричать под дверью выглядела довольно таки перспективной, но... Но додумать ему не дали. Более ли менее пришедший в себя Малфой оттолкнул руки Гарри и остановился.
- Ты идиот, Поттер! - прошипел он, - Куда ты меня тащишь?
- К Дамблдору, надо ему все рассказать, - сказал Гарри, переводя дух, - А, вообще, Малфой, мог бы и спасибо сказать. Я тебя, все-таки, спас.
- От кого, Поттер, голубчик. Ты что, не въехал. Я мирно разговаривал со своим отцом, а ты накинулся как ненормальный...
- Что?! Мирно разговаривал! Да он бы тебя уже утащил к упивающимся! - возмущенно завопил Гарри.
- Ну не спорю, у нас были некоторые разноглася. Но они не касаются никого из Грифииндора, и уж тем более, никак не тебя, Поттер, - ядовитым тоном сообщил Драко, развернулся и удалился по направлению к слизеринским подземельям.
Все еще кипя от негодования, неудавшийся спаситель направился в противоположном направлении - в гриффиндорскую башню. Когда, злой и раздосадованный, он вошел в общую гостиную, то с искренним удивлением обнаружил Рона в пижаме, склонившегося над столом заполненным книгами, свитками, перьями и т.д. и т.п. Пожалуй, единственными нехарактерными для процесса выполнения домашнего задания вещами были магловские игральные карты, разбросанные по столу, валяющееся там же надкушенное пирожное и время - только что пробило полночь.
- Рон, ты что делаешь? - удивленно спросил Гарри.
- А на что это похоже? - ядовито спросил в ответ Рон.
- Ну, ночь вроде, спать надо.
- То-то ты из спальни вышел.
- Рон, ты чего такой злой?
- Гарри, ты помнишь, что было на последнем уроке у Трелани?
- Нет, не очень, - Поттер честно пытался вспомнить.
- Вот и я забыл, а как лег спать, сразу вспомнил, - сообщил Рон и вернулся к своим свиткам, книгам и т.п. явно не собираясь продолжать разговор.
- А что было то? - не отставал Гарри.
- Да заснул я, - отмахнулся Рон.
- А... - Гарри явно не удивился.
- И она мне в качестве наказания велела написать работу по магловским гаданиям. А сдавать завтра, то есть уже сегодня, - пояснил Рон.
- Понятно, и много еще осталось?
- Не-а, - Рон зевнул, - Теорию я уже написал, осталось только на кого-нибудь погадать. А ты сам то где был?
- Спасал жизнь Малфою, - раздосадовано сообщил Поттер своей пораженной аудитории.
- Ты чего, Гарри? Нашел, кого спасать. И от чего ты его спас? А он тебе хоть спасибо-то сказал? - от любопытства Рон даже оторвался от своей работы и уставился на друга.
- А, ерунда все, - отмахнулся Гарри.
- Понятно, спасибо не сказал, - сделал вывод Рон, - Тогда вот на него я сейчас и погадаю. А ты, пожалуйста, записывай карты и их значение.
Рон вручил Гарри свиток, целеустремленно собрал разбросанные карты со стола, пересчитал их. Хмыкнул, залез под стол, достал оттуда еще две карты, опять пересчитал. Нахмурился. Приподнял книгу, потом еще одну, извлек из-под нее еще одну карту и, с удовлетворенным видом, стал их тасовать. А потом, сверяясь со схемой, разложил по столу.
- Итак, первые две карты, это его прошлое, - объявил Рон, - Так, посмотрим что тут у нас. О, шестерка пик и девятка бубен. А значит это, - Рон закопался в книгу, - одиночество и, э... - он перелистнул еще пару страниц, - Деньги.
- Почему меня это не удивляет? - спросил Гарри, задумчиво глядя на Рона.
- Ты записал? Тогда продолжим, - Рон отмел попытку Гарри отвлечься от дела, - Дальше идет то, что происходит в настоящее время вдали от нас, то есть от него. Так, туз пик и король треф. Туз означает удар, болезнь или даже смерть. А фигура с ним, с кем это произойдет. Король треф это солидный мужчина, возможно родственник. О, кажется, Малфой старший приболел, - при этих словах Гарри невольно вздрогнул, - Хотя для Трелани лучше записать роковую случайность и смерть.
- Дальше, хм, то, что скоро уйдет из жизни нашего дорогого Дракушки. О, десятка бубен. Это я могу и не смотреть, десятка бубен означает большие деньги, наследство. Так что Малфои еще и разорятся. Слишком хорошо, чтобы быть правдой, - Рон глянул на Гарри.
- Рон, а ты откуда взял эту гадание?
- Да я еще летом купил на распродаже книгу и карты, - Рон повертел книжку в затертой обложке перед глазами Гарри, - Хотел Гермионе подарить, она ведь ходит на магловедение. Но забыл, а тут и самому пригодилось.
- Точно, - странное беспокойство не оставляло Гарри в покое.
- Продолжим. Вторая карта, это король пик. Мужчина, черноволосый, причем враг.
- Вольдеморт, что ли.
- Э нет, Гарри, ты не угадал, - жизнерадостно сообщил Рон, - Это тебе он враг, а Малфою, возможно, совсем наоборот. А ведь это ты! - обрадовался Рон своей догадке, - как мне повезло, гадал на Малфоя, а предсказал смерть самому Гарри Поттеру! Думаю, Трелани это оценит, - Гарри почувствовал, как холод стек по его позвоночнику и распространялся по телу.
- Рон, прекрати это, - выкрикнул Гарри и смел карты со стола. Рон едва успел ухватить одну из стопок карт.
- Ты что, Гарри? Это же шутка.
- Не знаю. Не нравится мне это твое гадание.
- Да ты что, - Рон просто обалдел от удивления, - Мы сколько всяких гадостей друг другу предсказывали, и ничего.
- Знаешь, одно дело придумывать, а другое, когда оно само так получается.
- Ну а что я теперь Трелани напишу?
- Придумай что-нибудь.
- Угу, - Рон задумчиво посмотрел на карты в своей руке, - А ведь это карты судьбы. Давай, я их расшифрую, а остальное вместе придумаем. Итак, первая туз треф, - Рон листал книгу, - Это казенный дом, то ли тюрьма, то ли школа. Вторая дама пик, интриганка, женщина злая и темноволосая, интересно, кто.
- Совсем не интересно.
- Не мешай. Третья карта, король бубен, друг, друг придет на помощь. Еще интереснее. Дальше семерка пик, означает клевету. И пятая это дама червей, замужняя женщина, в смысле, не девушка. И что тут придумаешь?
- Плюнь на карты, придумай сам, - посоветовал Гарри и отправился спать.
- Ага, - зевнул Рон. Посмотрел печальным взглядом на свиток. Решительно встал, сказал, - Завтра допишу, - и тоже отправился в спальню.



Глава 3.

По набережной неспешно прогуливалась девушка лет двадцати с небольшим. Она была блондинкой, но волосы она замотала в тугой пучок на затылке. Ее глаза, кажется, были зелеными, но стекла очков надежно скрывали их возможную красоту от окружающих. Она была одета в коричневую юбку, достаточно длинную, чтобы скрыть ноги, но не достаточно, чтобы это выглядело стильным, и в мягкий бесформенный джемпер другого оттенка коричневого. В общем, обычная библиотекарша. Хотя, нет, обычные библиотекарши не гуляют в одиночестве заполночь по набережной в далеко не самом престижном и спокойном районе Лондона. Итак, она стояла на набережной, любуясь отсветами фонарей с моста на воде, когда неожиданно перед ее глазами мелькнуло летящее по воздуху тело, с громким всплеском врезавшееся в воду.

Первое, что почувствовал Люциус, приходя в себя, была боль. Болели ребра, особенно слева, болели легкие, да, в общем-то, болело все тело. Попытка сделать вдох вызвала приступ болезненного кашля. Откашлявшись, он пришел в себя достаточно, чтобы в дополнении к боли ощутить еще холод и слабость. Тем не менее, он собрался с духом, и открыл глаза. Вокруг него была ночь, слегка разбавленная светом фонарей. Над ним склонилась какая-то фигура.
- Между прочим, - жизнерадостно объявила фигура голосом молодой девушки, - Я из-за вас очки утопила, - потом поднялась на ноги и куда-то удалилась.
Люциус попытался сесть, и ему это удалось. Повертев головой в разные стороны, он обнаружил, что находится в каком-то городе, на набережной какой-то реки. Мысль спросить его спасительницу о том, что это за город, была отброшена, как явно нелепая. А девушка тем временем добралась до чего-то, валяющегося на асфальте. Подняла одну из вещей, оказавшуюся юбкой, и спокойненько в нее облачилась. Другие вещи оказались ее туфлями. И, закончив свой гардероб, вернулась к нему. Обозрела его сидящую фигуру и с удовлетворением объявила:
- Почти как живой.
- Что?! - Увы, мистер Малфой был не в том состоянии, чтобы состязаться в остроумии.
- Вы идти можете? - поинтересовалась девушка.
- Да, вероятно, - и Люциус попытался подняться.
Это ему удалось, хотя и не без помощи его собеседницы. Опершись на ее плечо всем своим весом, Люциус с удивлением отметил, что девушка оказалась куда сильнее, чем выглядела.
- Ничего, идти недалеко, - успокоила неизвестно кого девушка, и они пошли.
Они шли и шли и шли. Начало пути еще отложилось у Люциуса в памяти, но постепенно все смазывалось, растушевывалось. Откуда-то неожиданно выныривали строения, под ноги подворачивались какие-то кочки, хотя откуда бы им взяться на лондонских тротуарах. Потом неожиданно близко вынырнул подъезд многоквартирного дома, в который они, кажется, и вошли. Последним его осознанным воспоминанием были закрывающиеся двери лифта.
Когда он открыл глаза в следующий раз, было утро. В поле его зрения оказалось окно, луч солнца из которого его и разбудил. Он лежал на кровати и, проведя инспекцию своих ощущений, обнаружил две вещи, во-первых, чувствовал он себя вполне прилично, а во-вторых, он был полностью раздет. Повернув голову в другую сторону, он обнаружил еще одну странность - он был не один в этой кровати. По соседней подушке рассыпались волосы, почти такие же светлые, как и его собственные, но отливающие не платиной, а золотом. Ее кожа казалась чуть загорелой, а брови и ресницы много темнее волос. Но далеко не это занимало сейчас мысли Люциуса. Он мучительно пытался вспомнить, кто она такая...
В это время незнакомая особа женского пола распахнула глаза и сообщила:
- А за спящими подсматривать нехорошо.
- О, прошу прощения, я не заметил, что вы спите, - ответил Малфой.
- Туше, - рассмеялась девушка и выскользнула из-под одеяла, явив миру совершенно пуританскую пижаму.
Порывшись в шкафу, она вытащила оттуда явно мужской халат и кинула его на постель, рядом с Люциусом.
- Извините, но ничего другого предложить не могу, а ваша одежда сохнет, - эта фраза разбудила в Малфое до тех пор беззаботно спавшие воспоминания о прошедшей ночи.
- Мерлин... - прошептал он и закрыл глаза. Девушка как-то странно на него посмотрела и удалилась из комнаты. Вскоре снаружи донесся звук льющейся воды.
К тому времени, когда она вернулась, одетая в скромные юбку и блузку, он сидел на кровати, держась руками за голову и пытаясь понять - что делать дальше. Но все прочие его мысли упрямо забивал тот факт, что он оказался связан с маглой. Нищей маглой, живущей в убогой квартире, носящей омерзительную одежду. И эта магла спала с ним в одно кровати, кстати, тоже убогой. Эта магла видела его голым, эта магла прикасалась к его телу. И, что самое возмутительное, эта магла спасла его жизнь. Он поднял на нее взгляд. Должно быть, что-то из его размышлений отразилось на его лице, потому что она спросила:
- Что-нибудь случилось?
- Нет, спасибо, - он постарался, чтобы его голос звучал безразлично вежливо, - А где моя одежда?
- В ванной сохнет, это туда, - она махнула рукой в сторону коридора - А документов у вас не было, наверное, утопили, - беззаботно продолжила девушка.
- Ты рылась по моим карманам, - если бы у него была палочка, не жить бы наглой магле, а так он просто уставился на нее испепеляющим взглядом.
- Ну, - магла кривовато усмехнулась, - Как показывает опыт, мокрые бумаги лучше сохнут на ровных поверхностях, а не в карманах. А поскольку вы на окружающий мир не реагировали, я взяла на себя смелость...
- Ладно, замнем, - Люциус заставил себя быть спокойным.
К этому времени он уже добрался до своей одежды, развешанной в ванной. Одежда оказалась чуть влажной. Отсутствовала мантия. Быстрый поиск по карманам выявил печальную реальность - палочки не было. Хотя и не могло быть, он держал палочку в руке, когда он свалился в реку. В реке она, похоже, и осталась.
- Я могу одеться? - Люциус обернулся на девушку, стоящую в дверях ванны.
- О, пожалуйста, я пока завтрак сготовлю.
И она приготовила завтрак. Никаких деликатесов. Тосты, яичница. Немного не досоленная. Такое же убожество, как и вся ее квартира, как и она сама. Люциус съел свою порцию, исключительно в целях восстановления сил. Во время совместной трапезы оба молчали. Люциус старался не поднимать на нее глаз. После этого он встал, подумал, что надо бы ей сказать что-нибудь, хотя бы поблагодарить. Но родовая гордость мешала так унижаться перед маглой, а говорить элегантные гадости тоже что-то не хотелось. Поэтому он просто сказал:
- Ну, я пойду, - и ушел.



Глава 4.

За завтраком Гермиона Грейнджер поняла, что влюбилась. Влюбилась полностью, окончательно и бесповоротно. Влюбилась в своего учителя. Учителя по защите от темных сил. Поняла она это совершенно внезапно, как раз в тот момент, когда пила тыквенный сок из своего стакана. Нет, не то чтобы он раньше был ей отвратителен или неинтересен. Он был прекрасным учителем, пожалуй, не хуже профессора Люпина, и довольно приятным мужчиной. Он, конечно, не обладал готическим шармом профессора Снейпа или ледяным совершенством Малфоев, но выглядел вполне симпатичным. Да, все это так, но до завтрака особых чувств к нему Гермиона не испытывала. А вот теперь... Гермиона обнаружила, что вот уже пару минут сидит с надкушенным бутербродом в руке, тупо уставившись на него. Вздрогнув, она оторвала взгляд и опасливо покосилась на ребят рядом с собой. К счастью, они ничего не заметили. Странно, Невилл тоже уставился на учительский стол. На Снейпа, что ли не налюбуется, удивилась Гермиона. Рон, не обращая ни на что внимания, разложил на столе рядом с собой какой-то свиток и лихорадочно покрывал его каракулями. Гарри... Гарри, не реагируя на окружающий мир уставился на слизеринский стол. Проследив его взгляд, Гермиона поняла, что он смотрит на Малфоя. И посмотреть было на что...

За завтраком Драко понял, что все кончено. Он прочитал об этом в письме. Принесла письмо обычная почтовая сова, да и само письмо на вид было вполне обычным, но вот его содержание! В нем была всего пара фраз: "Драко! Примите мои соболезнования в скоропостижной кончине вашего отца. Надеюсь, Вы будете его достойным преемником" Подписи не было, но она была не нужна. Глядя в пространство, Драко пытался осознать весь ужас своей вины в смерти отца и своего безрадостного будущего, но мысли бессмысленно крутились вокруг каких-то повседневных мелочей: то, что небо было пасмурным, то, что Люциус всегда любил дождь. То, что на столе стоит тарелка с овсянкой, а в нее села какая-то мошка. То, что тяжело дышать. То, что Поттер уставился на него и не отрывает взгляда уже несколько минут. Поттер!!!
Драко вскочил и направился к гриффиндорскому столу, не обращая внимания на удивленные возгласы слизеринцев. Когда он подошел, Поттер уже поднялся на ноги. Драко прошипел в его сторону:
- Это все ты виноват! - и ударил гриффиндорца в лицо. Гарри отлетел к столу, но сразу вскочил и бросился на своего обидчика. Они сцепились и покатились по полу, стараясь ударить друг друга как можно больнее. Подбежавшим учителям пришлось применить палочки, чтобы прекратить безобразную драку. Профессор Снейп поконвоировал драчунов к директору.

Гермиона, подобрала листок бумаги, валявшийся на полу на месте драки, бездумно сунула его в карман мантии, и направилась на занятие. Ведь опаздывать нехорошо, тем более это урок по ЗОТС и она увидит ЕГО! Гермиона опасливо огляделась вокруг, не заметил ли кто ее мысли, но все были заняты собственными.
ЗОТС в этом году у Гриффиндора проходили вместе с Райвенкло. К началу урока ученики из обоих домов уже сидели на своих местах, и только Гарри появился в классе за несколько секунд до начала занятия.
- Ну, как? - затормошили Гарри гриффиндорцы.
- Минус пятьдесят баллов с обоих домов.
- За что?! - возмутился Рон, - Ведь это Малфой начал!
- Дамблдор говорит, что больше драк он не потерпит и разбираться, кто виноват, не собирается, - Гарри обиженно насупился.
В этот момент двери класса открылись, и вошел профессор Арчибальд Смит. В этом году именно он занял пустующую кафедру защиты от темных сил. Его мать, как говорят, принадлежала к древнему колдовскому роду, а отец - маглорожденный. Сам он учился в Дурмштранге, где и защитил блестящую докторскую диссертацию. Так что, он был вполне достоин своей должности, несмотря на сравнительно молодой возраст. Ему было около тридцати. Среднего роста, русоволосый. Неопределенный цвет глаз компенсировался их внимательностью. На лице во время разговора или занятий всегда присутствовала вежливая полуулыбка, что совсем не мешало ему снимать баллы со всех домов без исключения.
И вот он вошел в класс, присел на учительский стол и обвел весь класс довольным взглядом.
- Сегодняшняя тема, - объявил он - Защита от приворотов. Запишите, пожалуйста.
Все послушно заскрипели перьями, иногда украдкой бросая на своего профессора странные взгляды. Эти взгляды, кажется, привели его в еще лучшее расположение духа.
- Сегодня за завтраком все вы получили по порции приворотного зелья, - класс изумленно ахнул, - И как вы, вероятно, догадались, объектом приворота являюсь я, - класс в потрясенно уставился на профессора.
- Первый шаг в борьбе с приворотом, - продолжал профессор лекторским тоном, - Это его идентификация. Для этого в случае малейшего подозрения вам следует выполнить следующий простой эксперимент. Вы должны направить палочку на предполагаемый объект приворота, выполнить вот такое движение, - он продемонстрировал, - На будущее потренируйтесь делать это незаметно. И произнести "Пассиокьюлус". В случае если ваше подозрение верно, объект окутается цветным флером от розового до багряного. Оттенок означает силу приворота. Попробуйте, пожалуйста.
Класс послушно задвигал палочками и забормотал.
- Так, теперь, пожалуйста, поднимите руки те, кто считает себя свободным от приворота. Никто. Поздравляю, с первой частью вы все успешно справились. Для объяснения второй части мне хотелось бы задать вам несколько вопросов. Итак, мисс Браун. Что вы ощущаете по отношению к тому, что я применил к вам зелье приворота?
- Я, э... польщена, сэр?
- Не пытайтесь отвечать вопросами, это не звучит. И это не совсем то, в чем мы сейчас нуждаемся. Мистер Лонгботтом, позвольте полюбопытствовать относительно ваших эмоций.
- Не знаю, сэр. Вы профессор, вам виднее, - Невилл уставился на профессора влюбленными глазами. Гермиона сидела и мучительно гадала, хватит ли у нее силы солгать, будто происходящее ей неприятно, если он спросит ее.
- Так, мистер Поттер. Каковы ваши эмоции?
- Ну, это отвратительно! Я имею в виду, что вы мужчина, ну и э... - Гарри замялся.
- Замечательно! Именно это нам и нужно. Чувство неприятия. Вдохновитесь им. Если мужской половине вдохновляющую идею подал мистер Поттер, то женской я советую подумать о том, что преподаватель, который гораздо старше вас готов был насильно покуситься на вашу девичью честь или что-нибудь в этом роде. Проникнувшись отвращением, выполните следующее движение палочкой и произнесите "Эксепассинос". Выводы об успешности ваших действий сделаете по результатам применения "Пассиокьюлус". Можете начинать.
И класс послушно начал. Профессор Смит уселся за свой стол, спокойно изображая из себя мишень для многочисленных заклинаний. В конце урока он попросил поднять руки тех, кому не удалось освободиться от действия приворотных чар. Поднял руку Невилл. Одна девушка из Райвенкло, красная от смущения, тоже подняла руку. Профессор сам снял с них чары, назначил дополнительные занятия, отпустил класс и удалился.
И только с его уходом Гермиона осознала весь ужас своего положения. Несмотря на все ее попытки, насыщенный красный ореол, появляющийся вокруг мистера Смита, когда она произносила "Пассиокьюлос" не стал менее насыщенным. Но признаться в своей неудаче она, лучшая ученица, тоже не могла.



Глава 5.

Когда ее неожиданный гость вышел из квартиры, Кей подошла к окну, чтобы полюбопытствовать, куда он направляется. Подойдя к краю окна, она аккуратно выглянула, стараясь остаться незаметной. Потом напомнила себе: Кей, не забывай, ты не агент Кей, а скромная мисс Харвис, которая не прячется, выглядывая в окно. Тем не менее, прятаться она не перестала. В это время ее странный гость вышел из подъезда и стал с недоумением озираться вокруг. Подошел к проходившей мимо женщине и, кажется, о чем-то ее спросил. Женщина шарахнулась в сторону, кажется, ответила и быстро ушла, несколько раз с опаской обернувшись на ходу. "Он, что, поинтересовался у нее, в каком городе находится" - поиздевалась мысленно Кей. Потом он попытался перейти дорогу в неположенном месте, за что и был обруган водителями. И остановился в замешательстве посреди тротуара. "Черт, у него что, мозги пострадали от кислородного голодания" - Кей продолжала мысленные издевательства. Повертев головой, он обнаружил-таки переход и перебрался на другую сторону улицы. Вошел в крошечный, загаженный собаками скверик. Там уселся на лавочку и, похоже, впал в глубокую задумчивость.
Полюбовавшись некоторое время на это из окна, а полюбоваться было на что, ее гость был красивым мужчиной, Кей отвернулась, прислонилась к стене откинула голову и закрыла глаза. "Кей, не вмешивайся" - шептала она про себя - "Тебе это что, надо". Но перед ее глазами стояло его безжизненное лицо тогда, ночью, когда она вытащила его из воды и другое лицо, такое же мокрое, и совершенно мертвое, лицо ее подруги. Той единственной, кто был для нее важен в прошлой жизни. И, прервав свои сомнения, она начала действовать.
Прежде всего, незаметно выглянуть в окно. Чудесно, он сидит на скамейке и уходить, похоже, не собирается. Дальше долой одежду мисс Харвис. Той не пристало бегать по улицам за мужчинами. Да здравствует паранойя, Кей имела парочку запасных образов. Широкие джинсы и обтягивающий топик в сочетании с ее фигурой смотрятся вполне стильно. Но бесформенная куртка, на пару размеров больше, сразу разрушила все очарование. Волосы под куртку, на голову бейсболку, пистолет в карман. Кроссовки на ноги и заурядная современная тинейджерка не страдающая чувством прекрасного готова к выходу.
Вести наружку в одиночку - неблагодарное занятие, но Кей обладала обширным опытом и талантом, а объект не слишком обращал внимание на окружающее. Закончив свое сидение на скамейке, он целеустремленно двинулся к выбранной цели.

Итак, мистер Люциус Малфой, выяснив у какой-то чокнутой маглы что он находится все-таки в Лондоне, и тщательно все обдумав, решил, что польза от палочки превышает возможный риск при ее приобретении. Дело за малым, добраться до Косого переулка. Он примерно знал названия прилежащих к ней магловских улиц, но вот как туда добраться не имел ни малейшего представления. Один, без магии, без денег, затерянный в грязном, орущем, шумящем магловском мире. Пришлось собрать волю в кулак и спрашивать путь у маглов. Они как-то странно реагировали на его вопросы, но дорогу все-таки показывали.
И вот это кошмарное путешествие завершилось. Он уже видел двери грязной забегаловки, в которой скрывался один из переходов в его мир. Он уже подошел к ним. Еще немного, и... Из дверей, к которым он стремился, вышли две очень знакомые личности. Можно сказать, коллеги и сотоварищи, теперь уже бывшие. На их лицах при виде него отобразилось искренне недоумение, которое, тем не менее, не помешало им выхватить палочки и направить их на него. Один закричал "Круцио", другой "Пертификус тоталус". Боль, объединенная с невозможностью пошевелиться, оказалась чудовищной но, кажется, "Круцио" пересилило. Он свалился на асфальт, корчась от боли.

В это время из-за угла вынырнула какая-то фигура и побежала по направлению к ним. Со стороны явной маглы это было крайне неосмотрительно. Оба упивающихся немедленно нацелили палочки на нее. Магла кувыркнулась, уворачиваясь от заклинаний, одновременно доставая что-то из кармана и направляя на упивающихся. Раздались два почти неслышных хлопка. Потом она поднялась и побежала к трем распростертым на земле фигурам.
Когда она их достигла, Люциус уже смог подняться и стоял, мучительно стараясь не упасть обратно. Она, оглядевшись вокруг и убедившись в отсутствии свидетелей, схватила его за руку и потащила за собой. На бегу она стянула с себя бейсболку и куртку, но бросать их не стала.
Держась за руки, они выскочили на оживленную улицу и влетели в закрывающиеся двери автобуса. Там он, задыхаясь, упал на ближайшее сиденье. Она, упала рядом, весело рассмеялась, повернулась к нему и впилась в его губы деланно страстным поцелуем. Добродетельные пассажиры вежливо отвернулись. Он от удивления не успел никак отреагировать, но она быстро отстранилась. Потом обхватила его руками и опустила голову ему на плечо, явно собираясь так и ехать. Он попробовал отстраниться.
- Идиот, - зашипела она ему в ухо, - Обними меня.
- Зачем?! - ответил он тоже шепотом.
- Чтобы не привлекать лишнего внимания.
- Ты считаешь, что мы так не привлекаем внимания?
- Привлекаем, - она мурлыкнула, - Как влюбленная парочка, а не как возможные преступники и убийцы, - на этом она сочла объяснение оконченными, лизнула его в ухо, потом прижалась еще теснее и закрыла глаза.
Люциус обнял ее за плечи и неожиданно почувствовал, что не так уж это и неприятно. Да, она была убогой маглой, но он был мужчиной, а она женщиной, и, как оказалось, довольно симпатичной.
Так они проехали пару остановок. Она притворялась мирно дремлющей на его плече. Он боролся с желанием провести губами по ее щеки, потом прикоснуться к веку, так чтобы ощутить губами трепет ресниц, потом перейти к губам... Неожиданно она вскочила, сказала:
- Выходим.
Схватила за руку и потащила к дверям автобуса, как раз остановившегося на какой-то остановке. К этому времени Люциусу окончательно надоело, то, что она таскает его за собой как какую-то бессмысленную вещь, и он совсем было собрался возмутиться, но она прошептала:
- Все потом. Следуй за мной, но притворяйся, что мы незнакомы, - и, отвернувшись, пошла прочь. Он, посомневавшись несколько секунд последовал за ней. Все-таки этот мир был полностью чужд ему, а она какой никакой, а знакомой. Они сменили несколько автобусов, некоторые из которых, кажется, шли в противоположных направлениях. Потом, неожиданно, оказались около скверика, от которого он и начал свое путешествие. Там она повернулась к Люциусу:
- О! Кого я вижу, - сказала она с искусно подделанными неподдельной радостью и приветливостью, - Заходите в гости.
- С радостью, - он изобразил приятную улыбку, - Вы же знаете, что бывать у вас всегда доставляет мне такое удовольствие, - сказал он и с неожиданным удовлетворением отметил одобрение в ее глазах.
Перебрасываясь вежливыми бессмысленными фразами, они дошли до ее квартиры. Там прошли в комнату, безуспешно пытающуюся изобразить гостиную, и уселись друг напротив друга.
- Вы думаете, что... - возмущенно начал Малфой.
- Подождите, - девушка вежливо улыбнулась и подняла руку, - Думаю, самое время нам представиться друг другу.
- Вы, думаете? - яду в его голосе хватило бы на королевскую кобру.
- О, да, - смутить эту особу казалось, было невозможно, - Мы знакомы уж больше десяти часов, спали в одной потели, целовались. Из-за вас я стреляла в живых людей. Да, думаю самое время нам познакомиться.
- Хорошо, начинайте.
- О, меня зовут Мэри Харвис. Я одинока. Мне двадцать один год. Я работаю в музее литературы. На этом все, - и она выжидательно уставилась на него.
В мире магов Малфой мог придумать ложь любой степени правдоподобия, но здесь... Что они считают обычным, что странным? Какое назвать имя и род занятий, чтобы девушка этим удовлетворилась. И он решился.
- Меня зовут Люциус Малфой и я историк. Все, - он посмотрел на нее в ожидании.
- Да, похоже, вы из тех, кто влипает в истории, - девушка подалась к нему, - Поправьте меня, если я не права. Вы, ведете себя, как только что приземлившийся инопланетянин. Пропажа документов вас не только совершенно не опечалила, но и, похоже, вообще не задела вашего внимания.
- Документов? - переспросил он.
- Вот-вот! Именно это я и имею в виду. А ваше имя вообще откуда-то из темных глубин подсознания. И, ах да! Чуть не забыла самое главное. Как вы попали в реку?
- Упал, естественно.
- Откуда?
- С берега, - логичное предположение было произнесено уверенным тоном.
- Я была на берегу. ВАС там не было, - сказала девушка, пристально глядя на него.
- Возможно, с противоположного берега.
- Ну, он довольно далеко. И в этом случае мы бы здесь не разговаривали. Ладно, следующая попытка.
- А моста там не было? - несмотря на всю абсурдность ситуации и сложность его положения он почувствовал, что невольно улыбается, произнося эту фразу.
- Был, - девушка улыбнулась в ответ, - Но вы ведь не с него упали?
- Нет, не с него. Но то, что я вам расскажу, покажется вам еще менее правдоподобным.
И он начал рассказывать.

***

В это время далеко от квартиры Кей мужчина в штатском рапортовал своему шефу:
- Посты наблюдения сообщают: в 9.57 два объекта Х напали на объект, который не может быть однозначно идентифицирован ни как объект Х, ни как человек, с применением неизвестного оружия...
- Пожалуйста, менее формально, - поморщился шеф.
- Да, сэр. Воздействие их оружия, похоже на временный паралич, переходящий затем в болевые судороги. В это время появился еще один объект и выстрелил в них из обычного огнестрельного оружия с глушителем.
- Попал?
- Да.
- Удалось ли достать тела?
- Нет. По крайней мере, один остался жив и исчез, захватив с собой другого, до того, как там появились наши оперативники.
- Что значит, "Исчез"?
- В буквальном смысле слова. Растворились в воздухе, сэр.
- Хорошо, а два других?
- Они убежали.
- За ними проследили?
- Нет, сэр. Следы запутаны вполне профессионально.
- Удалось ли что-нибудь узнать про них?
- Да, сэр. Один из объектов с 50-ти процентной вероятностью может быть идентифицирован как агент Кей.
- Бывший агент Кей, - задумчиво поправил его начальник, - А автокатастрофа была такой убедительной.
- Сэр, вероятность только 50%.
- Мальчик мой, если особа, которая может быть Кей, оказывается в зоне особого интереса нашей организации, это она и есть.
- Да, сэр.
- Значит, Кей жива, - задумчиво проговорил шеф.

***

В это время далеко от предыдущего места действия высокая фигура с красными светящимися глазами, закутанная в черное, задумчиво произнесла:
- Значит, Люциус Малфой жив.




Глава 6.

Из кабинета директора Драко Малфой не пошел на занятия. Если бы кто-нибудь спросил его, почему, он бы вряд ли ответил. Вместо этого он отправился в слизеринскую гостиную, там уселся в кресло и тупо уставился в противоположную стену. Мыслей не было, эмоций тоже. Неизвестно, сколько бы он так просидел, но в гостиную забежал Гойл, схватил забытый свиток с домашним заданием и совсем было собрался убегать, когда заметил Малфоя.
- Драко, а ты чего здесь сидишь? - с удивлением спросил он.
- Сижу? - тупо переспросил Драко.
- Да, сейчас же зельеделие, пойдем! - Драко, в принципе, было все равно, и он пошел.
Зельеделие у Слизерина в этом семестре проходило вместе с Гриффиндором. Но в этот раз Драко, вместо того, чтобы позадирать гриффиндорцев, уселся на свое место и уставился в парту. Это вызвало искренне удивление и перешептывания в рядах как слизеринцев, так и гриффиндорцев.
- Эй, Гарри, чего это с Малфоем? - удивленно зашептал Рон.
- Не знаю, он вообще сегодня странный...
Продолжить разговор помешал приход профессора Снейпа. Обозрев класс презрительным взглядом, он объявил тему занятия - зелье, позволяющее видеть в темноте на основе аконита и белладонны. Разъяснил рецепт и процесс приготовления и велел начать работать. Зелье было, в общем-то, несложным, поэтому работали поодиночке.
Драко что-то резал, высыпал в котел, размешивал. Даже умудрился не допустить выкипания. Но все его действия управлялись где-то на уровне периферийной нервной системы, никак не затрагивая мозга. И, что не удивительно, зелье, которое должно было бы быть молочно белым, в его котле приобрело приятный цвет испуганного хамелеона.
- Так, - сказал профессор Снейп, - Налейте ваши произведения во флаконы и сдайте на проверку. Степень своей бездарности узнаете на следующем занятии.
И ученики покорно потащили флакончики с жидкостью разной степени белизны - начиная от белизны бумаги до ксерокса, заканчивая дешевой писчей бумагой. Цвет зелья Драко вызвал настоящий ажиотаж. Снейп разглядел его аж с другой стороны класса, где устранял последствия приготовления зелья Лонгботтомом.
- Мистер Малфой! Что это?!
- Зелье, профессор.
- Позвольте узнать, какое? - осведомился Снейп с ядом в голосе.
- Какое было задано, - даже под угрозой расстрела Драко не вспомнил бы, что они готовили.
- И вы бы рискнули это выпить?! - ядовитость голоса профессора еще возросла и могла бы поспорить с ядовитостью любого неудачного зелья.
Драко пожал плечами, посмотрел на флакончик в своей руке и... выпил. Мир качнулся, закружился вокруг него, в поле зрения вдруг оказался потолок, потом лицо Снейпа с выражением острой тревоги на нем, потом все пропало.
- Все вон! - рявкнул Снейп склоняясь над Драко и щупая его пульс. Ученики, испуганно оборачиваясь, выскочили из класса.

Во время большого перерыва Драко Малфой был основной темой всех разговоров за столом.
- Нет, вы видели, как он упал! - Рон в восхищении толкал локтем своих соседей.
- Рон, ты не должен радоваться, он может умереть, - остановила его Гермиона.
- Да не, не умрет, - протянул Рон, явно смущенный ее словами.
В это время Гермиона сунула руку в карман, где ожидала найти список книг по приворотам, которые собиралась просмотреть во время перерыва и, действительно, нашла там какую-то бумажку. Но это был не список. По виду это было какое-то письмо, и Гермиона вспомнила, откуда оно у нее. Она подобрала это на месте утренней драки.
- Гарри, это не твое письмо? - спросила она, протягивая его Гарри.
- Не знаю, - ответил он, взял у нее письмо, автоматически развернул, прочитал и остолбенел.
- Рон, смотри, - он протянул письмо Уизли.
- Ууу, теперь понятно, чего он весь день такой странный.
- Да уж, интересно кто это написал, - задумчиво произнес Гарри.
- Ребята, вы вообще о чем? - влезла в разговор Гермиона. Рон протянул ей письмо, - Ой, бедный Малфой.
- Гарри, гадание! - Рон сделал страшные глаза, - Карты предсказали, что он умер, и он умер.
- Карты еще предсказали, что и я умру.
- Какое гадание? - возмущенно полюбопытствовала Гермиона.
- Вот смотри, - Рон возбужденно вытащил свиток.
- И что, обычный бред который вы пишете Трелони.
- Не, это не читай. Здесь бред, и вот здесь тоже бред. А вот это выпало на самом деле.
- А почему не до конца?
- Гарри помешал. Карты перепутал.
- Почему?
- Не знаю, Гермиона. Мне вдруг стало так жутко.
- Я считаю, ребята, что, во-первых, ты, Гарри, должен быть особенно осторожен, а во-вторых, вы должны пойти и рассказать об этом Малфою, если, конечно он жив, - Гермиона встала.
- Мы?!!
- Да, мне надо в библиотеку.
- Что, может, действительно расскажем? - спросил Гарри.
- Ага, чтобы он принял нас за придурков.
- Ладно, пошли в подземелья, посмотрим, что там делается.

Выгнав учеников из класса, профессор Снейп более серьезно обследовал Драко. Тот был жив, но в критическом состоянии. Все, что мог сделать Снейп, до тех пор, пока он не расшифрует состав и действие того, что выпил Драко, это дать ему универсальное противоядие и надеяться, что тому не будет становиться хуже. Некоторое время он сидел на полу рядом с бесчувственным мальчиком и следил за его дыханием. К счастью, постепенно тот начал дышать немного глубже и ровнее. И Снейп решил отнести его в больничное крыло, под присмотр мадам Помфри, а самому заняться поисками лекарства. Проходя по коридорам, он не заметил, как двое гриффиндорцев испуганными глазами проводили его с его безжизненной ношей на руках.

Гермиона из столовой действительно направилась в библиотеку. Но книги по приворотам и борьбе с ними содержали кучу слов, описаний, схем, которые все сводились к тому, что им уже рассказал профессор Смит. И ничуть не приблизили Гермиону к решению ее проблемы. Она по-прежнему была влюблена. Гермиона опустилась на колени между книжными стеллажами, закрыла лицо руками и беззвучно заплакала. Она не заметила пристального взгляда наблюдающего за ней с любопытством исследователя, препарирующего интересный экземпляр.




Глава 7.

- И что теперь? - спросила Кей, когда Люциус Малфой закончил свой рассказ.
- Теперь, думаю, жить мне осталось ровно до тех пор, пока Вольдеморт не узнает, что я жив, по крайней мере, жить без боли. Те двое, они мертвы? - спросил Люциус.
- Не думаю. Вообще-то я стреляла на поражение, но один стоял боком, - девушка поморщилась, - Думаю, он жив. А контрольный выстрел выглядел бы слишком профессионально, - казалось, она рассуждает вслух.
- Что же, значит, он узнает очень скоро, если еще не узнал, - сказал Люциус тоном, лишенным и тени эмоции.
- В конце концов, мы не настолько близки, чтобы я за вас убивала без рассуждений, - вспылила девушка, - Непосредственной опасности не было и...
- Ладно, ничего не изменишь, - поморщился Люциус, - И, вы знаете, спасибо, - сказать эту фразу было так невыносимо трудно, - И еще, мисс Харвис, интересно, все музейные работники носят оружие в кармане? - он посмотрел на нее с язвительным любопытством.
- Я не музейный работник, а научный сотрудник!
- Это принципиально меняет дело?
- Нет, но зато звучит солиднее. В общем, - девушка опустила глаза, - Я не всегда была музейным работником, но все это в прошлом, забыто, похоронено, и могилка поросла травой.
- Густой? - в его голосе прозвучал оттенок шутки.
- Надеюсь, - она была пугающе серьезна.
Некоторое время они сидели в молчании и думали об одном и том же - что делать дальше.
- Итак, - подвела итог своим размышлениям Кей, - Непосредственно сейчас перед вами стоит простая задача, достать волшебную палочку, не покидая реального мира, - определение "реальный мир" заставило его поморщиться.
- Вам это сделать не удастся, - он думал о таком варианте.
- Мне ее купить не удастся. Хорошо. Почему? - она подняла на него глаза в ожидании ответа.
- Вас просто не пропустят...
- Не пропустят лично меня, не пропустят никого из мне подобных или некоторых все таки пропускают?
- Пропускают тех, кто зарегистрирован, - в свое время он пытался добиться законопроекта, максимально усложняющего маглам доступ в мир магов и, во многом, добился.
- Замечательно! И кто, например, зарегистрирован? - вопрос, как подделать регистрацию планировался следующим.
- Например, родственники маглороженных магов.
- Чудесно, значит, нам надо просто найти одного из них.
- Найти кого-нибудь здесь, - он махнул рукой в сторону окна, откуда роем рассерженных пчел врывался шум города, - Это нереально.
- О, это гораздо проще, чем кажется, - Кей рассмеялась, - Достаточно знать имена и некоторые биографические данные, - она подошла к столу, открыла стоящий на нем плоский чемоданчик с торчащими из него проводами, в котором Люциус Малфой, увы, не опознал компьютер, и стала нажимать на кнопки. Потом выжидательно уставилась на него, - Ну, говорите.
- Знаете, я не слишком-то много общаюсь с маглорожденными, - он старался выражаться как можно более корректно.
- Но хоть что-то вы должны знать.
- Да, - в его голову закралась очень забавная мысль, и скажи ему кто об этом годом раньше... О! - Итак, фамилия Дурсли. Имен не знаю. Их трое, мужчина, женщина и их сын. Других детей нет. Сыну около восемнадцати. Еще они являются официальными опекунами Гарри Поттера. Ему тоже лет семнадцать, - пальцы Кей порхали над клавишами.
- Живут в Лондоне?
- Да...
- О, вот и они, - сказала девушка с удовлетворенной улыбкой, - Я нашла адрес. Давайте, на всякий случай еще кого-нибудь, а то вдруг они уехали, а второй раз за день влезать в базу данных федералов мне что-то не очень хочется.
- Хорошо, фамилия Грейнджер. Муж и жена. Дочь Гермиона семнадцати лет. Насчет других детей не знаю. Работают, кажется, зубными врачами, - Люциус редко забывал случайно услышанную информацию, если она имела хоть малейший шанс оказаться полезной.
- Тоже семнадцать, интересно, - проговорила она задумчиво, не отрываясь от компьютера. О, чудненько, и этих нашла. Ой! - она быстро выключила компьютер, - Чуть не засекли.
- Кто?
- Мне тоже интересно. Но это позже. Сейчас я переоденусь, и поедем, - она закрыла компьютер и вскочила со стула.
- Вы окажете мне честь сопровождать меня, мисс Харвис?
- Да, я доставлю себе удовольствие сопровождать вас, мистер Малфой.
Машина у мисс Харвис была такая же убогая, как и жилище, но до цели, дома Дурслей, они добрались на удивление быстро, задержавшись только для того, чтобы купить ему пиджак в отделе готового платья. Он надел вещь из отдела готового платья! Но на какие только жертвы не заставляет идти судьба.
На звонок дверь открыл мужчина впечатляющей комплекции.
- Мистер Дурсль, если не ошибаюсь? - вежливо осведомился Люциус.
- Да, а что вы хотите, - И Кей и Люциус выглядели вполне официально, так что его вежливость не была неожиданной.
- О, разговор довольно долгий, - Кей мило улыбнулась, - Позвольте нам войти.
- Да, проходите, - Дурсль старший махнул рукой в направлении гостиной. Когда они расселись, Люциус начал разговор.
- Мы хотели бы поговорить с вами о Гарри Поттере... - гримаса вежливости немедленно покинула лицо Дурсля.
- Он в школе, что еще?
- Надеюсь, - Кей опять чарующе улыбнулась, - Вы поддерживаете с ним связь, переписку, или, может, звоните по телефону?
- Нет, - отрезал Дурсль, - Этот мальчишка бывает здесь каждое лето и этого более чем достаточно.
- А если бы вы узнали, что мальчику угрожает опасность, смогли бы вы с ним связаться? - продолжил Люциус.
- Опасность! Так вы тоже из этих! - мистер Дурсль резко отодвинулся по дивану как можно дальше от них.
- Извините, - вежливо осведомилась Кей, - Из кого?
- Ну, вы сами знаете...
- Да, мы действительно из "этих", - подтвердил Люциус, - И связаться с ним нам действительно необходимо.
- Нет, - мистер Дурсль вскочил, - Уходите, я не желаю иметь с вами ничего общего! Я и так терплю мальчишку в своем доме столько лет! А сколько я на него денег за это время потратил! И никакой благодарности! Уходите отсюда и передайте мальчишке, что если я никогда его не увижу, то и прекрасно!
Во время возбужденной тирады мистера Дурсля оба его гостя поднялись. Люциус не был, в общем-то, удивлен, но несколько разочарован. Он, потомственный аристократ, полагал верность тем, кого считал своими, необходимым качеством, хотя и очень немногих он считал своими. Отсутствие этого качества в его бывших сотоварищах вызывало его презрение и теперь увидеть то же самое, еще и не скрадываемое вежливостью и воспитанием, в представителе противоположной стороны...
Кей была откровенно возмущена. У нее, в отличие от многих приютских детей не было идеализированного представления о семье. Ее воспитание и бывшая работа были прекрасной прививкой от идеалов, но немотивированная жестокость ей претила. Немотивированная жестокость к детям, которые не могли себя защитить, тем более. Так что, она, изобразив самую обольстительную улыбку из своего репертуара, повернулась к Люциусу и со страстной хрипотцой в голосе промурлыкала:
- Дорогой! Если он не нужен Гарри, можно мне, - она сделала паузу, просительно сложив руки у груди и умоляюще глядя на Люциуса. Оба мужчины молчали, глядя на нее, - Можно я выпью его кровь, - Кей отвернулась от Люциуса, сделала крошечный шажок в сторону Дурсля и быстро облизнула губы. Тот откровенно побледнел от ужаса и попробовал шагнуть назад. Но ему помешал диван, с которого он только что встал. На это диван он и шлепнулся, не способный сказать ни слова.
- Дорогая, это нехорошо, - сказал Люциус тоном мягкого упрека, - Хотя если ты хочешь, - он притворно задумался, - Нет, спроси лучше у Гарри, когда мы его найдем.
- Ладно, - Кей изобразила разочарование, - Тогда пойдем.
И они рука об руку вышли из дома, оставив мистера Дурсля в состоянии первобытного ужаса. Кей умела быть убедительной.

В доме Грейнджеров дверь им открыла приятная женщина средних лет.
- Миссис Грейнджер, - осведомился Люциус.
- Да, это я, - сказала женщина, вытирая руки фартуком, а что вам угодно?
- Мы хотели бы поговорить, - начала Кей.
- О, проходите, пожалуйста, - миссис Грейнджер провела их в дом. В отличие от прилизанности дома Дурслей, в этом доме присутствовал легкий беспорядок, который всегда появляется, когда в доме просто живут.
- Ведь вашу дочь зовут Гермиона, - начал Люциус, - И она учится в Хогвартсе.
- А вы... - улыбка на лице женщины сменилась выражением растерянности и испуга, - Вы ведь Люциус Малфой. А вы, вероятно, - она повернулась к Кей, - Вы Нарцисса.
- Извините, - фыркнула Кей притворно возмущенно, - Меня зовут Мэри.
- Не бойтесь, - Люциус вежливо улыбнулся, - Мы не сделаем вам ничего плохого. Наоборот, мы пришли попросить вас о помощи.
- Вы! О помощи, - миссис Грейнджер, казалось, была в недоумении.
- Да, знаете, люди должны помогать друг другу и все такое, - Кей улыбалась.
- Ну, я не знаю...
- В общем, просьба не очень велика. Вы ведь переписываетесь со своей дочерью? - спросил Малфой.
- Э... - женщина не знала, какой ответ будет безопаснее, и в растерянности переводила взгляд с одного на другого.
- Надеюсь, это означает "Да", - продолжил Люциус, - Все, о чем я хочу попросить, это отправить в Хогвартс два моих письма. Одно моему сыну, Драко Малфою, другое директору Дамблдору.
- А почему вы не можете отправить их сами, - миссис Грейнджер все еще колебалась.
- Дело в том, - Люциус некоторое время сомневался, что сказать, и сказал правду, ну или почти правду, - Я сейчас не могу нигде открыто появиться. Меня преследуют.
- Преследуют. Интересно, кто?
- Не авроры...
Миссис Грейнджер прижала руку ко рту, посмотрела на своих незваных гостей: Люциуса с его выражением ледяной вежливости на лице и Кей, чья улыбка была куда теплее, и решилась.
- Хорошо, давайте ваши письма. Я постараюсь их отправить еще сегодня. Вы ждете ответы?
- Вообще-то, да, - сказал Люциус извиняющимся тоном, - И, думаю, их принесут вам. Мы можем прийти за ответами завтра?
- Ладно, приходите.
Когда они сели в машину, Кей с улыбкой сказала:
- Милая женщина.
- Да, надеюсь, она не передумает.
- Ладно, давайте я отвезу вас к себе домой, а то больше вроде бы некуда. А сама поеду на работу, - сказала Кей, поморщившись на слове "работа", - Один доброхот пожертвовал музею свой фамильный архив. И я должна сделать опись.
Люциус обдумал перспективу посидеть в одиночестве в ее убогой квартирке, ожидая в любую минуту вызова от Вольдеморта и гадая, убьет тот его сразу, что вряд ли, или заставит помучаться, что скорее всего. Сравнил с перспективой погулять в одиночестве по вонючему шумному магловскому городу. И неожиданно для себя спросил:
- Я могу вам в этом помочь?
- И не надейтесь, что я откажусь, - рассмеялась Кей.

***

Темному Лорду в это время не было дела до своего сбежавшего слуги. Воскрешение сложный процесс, который все еще не был закончен, и требовал долгих и трудоемких ритуалов, которые следовало проводить в строго определенное время. Этим он сейчас и занимался.

***

Зато бывшим сослуживцам Кей дело до нее было. Женщина в штатском рапортовала своему шефу:
- Нами зафиксирован взлом базы данных в штаб-квартире федеральной службы в Лондоне. При этом использовались технологии, близкие к нашим, вероятно разработанные на основе наших.
- Привет от Кей, неужели, - задумчиво произнес шеф, - И что она там искала?
- Не удалось узнать, сэр.
- Надеюсь, хотя бы, откуда она вышла в сеть, вы смогли узнать? - ядовито осведомился шеф.
- Нет, сэр, - отрапортовала подчиненная, - связь быстро прервалась. Мы смогли зафиксировать только номер АТС.
- Передайте аналитикам задание, проверить всех абонентов этой АТС на соответствие параметрам бывшего агента Кей. И чем быстрее, тем лучше!



Глава 8.

Драко медленно открыл глаза. Перед глазами опять был потолок и он закрыл глаза обратно.
- Вы знаете, мистер Малфой, - раздался над ухом голос профессора зельеделия, - Я всегда считал вас неглупым, но теперь близок к тому, чтобы изменить свое мнение, - возможно плохое самочувствие Драко было тому причиной, но в голосе профессора помимо обычной язвительности ему послышалось усталое облегчение.
Говорить Драко совершенно не хотелось, поэтому он промолчал. Но в покое его не оставили:
- Хотелось бы все-таки узнать, поверьте из чистого любопытства, почему вы собрались покончить с собой именно на моем уроке? - теперь голос профессора звучал как обычно: холодно и язвительно.
- Простите, профессор. Мне было просто все равно, - ответил Драко, не глядя на профессора.
- Все равно, на каком уроке, или все равно умрете вы или будете жить? - Снейп не собирался оставлять его в покое.
- Все равно, когда я умру...
- Да конечно, абсолютно никакой разницы, сейчас или в глубокой старости.
- Не думаю, что я доживу до старости, - к глубокому огорчению Драко зелье никак не подействовало на его память, и осознание неприглядности текущего момента не лишило его своего навязчивого общества.
- Мадам Помфри, - обратился Снейп к целительнице, - Будьте так любезны, оставьте нас не надолго.
- О, конечно, - мне как раз надо э..., проверить лекарства на складе, - мадам Помфри удалилась, оставив их одних.
Снейп прошептал заклинание, поставив вокруг них стену безмолвия, пододвинул стул к кровати Драко и сел на него.
- Драко, ты должен рассказать мне, что произошло, - начал он настойчиво.
- А вы разве ничего не слышали, профессор?
- Не слышал о чем?
- О моем отце?
Снейп ответил не сразу. Некоторое время он колебался, не зная, что говорить Драко. Что тот сам может знать и откуда. Но Драко, действительно был ему симпатичен, и ему совершенно не хотелось увидеть еще раз, как тот умирает. И Снейп решился:
- Драко, скажи мне, в чем дело, - а вдруг Снейп все-таки ошибся в осведомленности мальчика, - И, обещаю, я расскажу тебе все, что знаю по этому поводу.
- Прошлой ночью... Это ведь была прошлая ночь?
- Да, ты пробыл без сознания всего несколько часов.
- Так вот, прошлой ночью в Хогвартсе появился мой отец и потребовал, чтобы я отправился вместе с ним к Темному Лорду и принял посвящение, - голос Драко звучал пугающе безразлично, - Я отказался, - рассказывать о вмешательстве Поттера почему-то не хотелось, - Утром я получил письмо. Кстати, где оно?
- Не знаю, наверное там, где ты его оставил, - Снейп боролся с желанием заставить мальчика продолжать говорить. Но, вероятно, это заставило бы того окончательно замкнуться.
- Так вот, - продолжил Драко после продолжительной паузы, - Я думаю, это было письмо от Вольдеморта, - профессор с удивлением отметил, что Драко использует это имя, - Он сообщил, что мой отец мертв, а меня он желает видеть в рядах своих сторонников или тоже мертвым.
- Так было дословно?
- Нет, но это подразумевалось.
- Ладно, я обещал рассказать тебе, что знаю, и я расскажу. Только не спрашивай, откуда я это знаю... - Снейп прекрасно понимал, чем рискует, узнай Темный Лорд о его откровенности, - Возможно, твой отец действительно мертв, но точно это неизвестно. Он сумел аппарировать из-под круциатуса. Сразу после этого Вольдеморт попытался призвать его, но не смог. Поэтому решил, что тот мертв.
- Призвать через метку? Но разве это не значит, что он действительно умер?
- Возможно, он был без сознания. В любом случае, ты не должен винить себя в том, что случилось. Твой отец сам выбрал свою судьбу. Те, кто связались с Вольдемортом, готовы умереть в любой момент. Драко, ты слушаешь меня? Запомни, чтобы ни случилось, твоей вины в этом нет и, до тех пор, пока ты в Хогвартсе, боятся тебе тоже нечего. А потом ты сам сможешь выбрать свою судьбу, - хотелось бы Снейпу самому верить в то, что он говорил.
- Неужели? - в голосе Драко была язвительность безнадежности.
- Да, это так, - профессор попытался заставить свой голос звучать уверенно и убедительно, - А сейчас тебе надо отдохнуть, - профессор встал, - Завтра утром ты будешь полностью здоров и вернешься к занятиям. Да, и будь осторожен с другими учениками своего факультета. Им могут посоветовать изменить отношение к тебе.

Взяв в библиотеке некоторые книги по приворотам, Гермиона вернулась в гриффиндорскую гостиную, где и уселась почитать у камина. Другие гриффиндорцы занимались обычными вечерними делами: Невилл искал под креслами Тревора, Джинни Уизли пыталась выяснить кто, нет не так, правильно КТО, пролил чернила на ее свиток с почти готовым рефератом по зельеделию. Гарри уже третий раз подряд перечитывал фразу в учебнике по чарам: "Невербальная эквивалентность некоторых понятийных сущностей агрегированных в лингвистические конструкции, называемые в просторечии чарами, позволяет производить их взаимное замещение без нарушения семантики таковых конструкций". Более понятной фраза упрямо не становилась. Рон с выражением вдохновения на лице и пером в руке смотрел на плакат с "Пуляющими пушками"...
В это время в окно постучалась почтовая сова. Рон, оторвавшись от созерцания постера, впустил ее:
- Гермиона, это тебе. От родителей.
- Надеюсь, ничего не случилось... - сказала Гермиона, разворачивая письмо, и резко замолчала.
- Гермиона, в чем дело, - Гарри оторвался от учебника и подошел к ним.
- Читайте! - Гермиона протянула письмо ребятам.
- Малфой! - это сказал Рон.
- Пришел к твоим родителям! - это Гарри.
- Попросил!
- Отправить письма!
- Где они? - ребята повернулись к Гермионе.
- Вот. Одно для Дамблдора, а второе для Малфоя. К кому первому пойдем? - спросила их Гермиона.
- К Дамблдору! - объявил Рон.
- Нет, к Малфою. Он должен узнать, что его отец жив, - возразил Гарри.
- Да, это важнее, - подтвердила Гермиона. И они отправились в больничное крыло.
В дверях больничного крыла они столкнулись с мадам Помфри.
- Ребята, вам чего? - с улыбкой спросила она.
- А Малфой, как он? - спросил Гарри.
- О, он пришел в себя. Все в порядке.
- Нам нужно с ним поговорить, - попросила Гермиона.
- Надеюсь, вы ничего не затеваете, - забеспокоилась мадам Помфри.
- Нет, что вы. Просто у меня оказалось его письмо, и мы хотим его отдать. Можно? - снова попросила Гермиона.
- Хорошо, проходите. Только не надо его волновать. Он еще очень слаб, - мадам Помфри впустила их, - Даже лучше, что вы с ним побудете, пока я не вернусь от профессора Снейпа. А то я забыла у него кое-что спросить, - и мадам Помфри, проводив их до постели Драко, удалилась.
- Малфой, паршиво выглядишь, - сказал Гарри.
Драко полулежа на подушках, повернул к ним голову и усмехнулся:
- Поттер, неужели ты притащился сюда только чтобы сказать эту глупость?
- Нет, - Гарри радостно улыбнулся. Гермиона и Рон за его спиной тоже улыбались, - Тебе письмо.
Драко взял протянутое ему письмо. Его имя на конверте было написано таким знакомым почерком. Он развернул его, прочитал первые фразы, и мир завертелся вокруг него, превратился в цветные пятна и исчез. Потом кто-то звал его по имени, его трясли за плечи, но темнота не отступала. Потом сквозь темноту прорвался озабоченный голос Поттера: "Он не приходит в себя!", потом грязнокровка Грейнджер тоже озабоченным тоном сказала "Надо найти мадам Помфри", и Драко открыл глаза. Все трое гриффиндорцев столпились у его кровати. Поттер все еще склонялся над ним и держал его за плечи.
- Очнулся! - радостно сообщил Гарри остальным, - Малфой, как ты нас напугал.
- Да уж, мы думали, ты копыта отбросил, - с облегчением сказал Рон.
Гермиона глубоко вздохнула и опустилась на стул, стоящий рядом с кроватью.
- Гриффиндорцы... - протянул Драко полупрезрительно. Но, как ни странно в этом признаваться, тревога Поттера и остальных за его, Драко, жизнь была ему приятна, - Откуда у вас это письмо? - спросил Драко, возвращаясь к чтению.
- Мне переслали его родители, - ответила Гермиона, - мистер Малфой приходил к ним сегодня днем.
- Он жив, - прошептал Драко, чувствуя, как рушатся стены где-то внутри него.
- Э, Малфой, - произнесла Гермиона, протягивая ему какой-то листок, - Это тоже твое. Я нашла его на полу.
- Вы его прочитали?! - Драко сразу узнал пропавшее утреннее письмо.
- Да, извини, - Гарри виновато отвел глаза, - Мы не знали, что это. И, Малфой, ты не думай, мы не побежим рассказывать об этом на каждом углу.
- Надо отнести письмо Дамблдору, - сказала Гермиона, поднимаясь со стула.
- Да, Малфой, ты это, выздоравливай, - сказал Рон, и гриффиндорцы направились к выходу.
- Подождите, - остановил их Драко, - Мне нужно написать письмо матери, не могли бы вы его отправить.
- Да, конечно, - сразу согласился Гарри.
- Ты подожди, пока он напишет, а мы пока отнесем письмо Дамблдору, - предложила Гарри Гермиона.
- Хорошо, так и сделаем, - согласился Гарри.
Драко с трудом смог сесть, свесив ноги с кровати. Полюбовался немного на свою фланелевую пижаму. Потом встал, голова страшно кружилась, и смог сделать пару шагов до стула, стоящего рядом с небольшим столиком.
- Поттер, - поищи у Помфри бумагу и перо, - попросил он и с удовольствием стал наблюдать, как сам Гарри Поттер безропотно выполняет его просьбу.
Бумага и перо были найдены, письмо написано, запечатано и отдано Поттеру. И Драко поднялся со стула, собираясь лечь в кровать. Но, то ли он слишком резко поднялся, то ли предыдущая прогулка его слишком утомила, но он почувствовал, что стены палаты кружатся вокруг него, а пол ускользает из-под ног. Вероятно, он упал бы, но Гарри успел его подхватить и он вцепился в плечи гриффиндорца, ожидая пока головокружение прекратится. В это время дверь в палату распахнулась, и в нее вошли Крэбб и Гойл. Сначала они остолбенели, а затем Гойл завопил:
- Малфой обнимается с Поттером!
- Что здесь происходит?! - мадам Помфри вернулась на удивление вовремя. Крэбб и Гойл быстро слиняли, но из коридора донесся еще один вопль:
- Малфой обнимается с Поттером!
Мадам Помфри, которая сразу разобралась в ситуации, помогла уложить Драко в постель и немедленно выгнала из палаты и Гарри, укоризненно взглянув на него на прощание.
Под дверью Гарри ожидали Рон и Гермиона.
- Клевета! - сказал Рон возбужденно, сделав страшные глаза.
- Какая клевета? - Гарри не понял.
- Ну, помнишь! Предсказание! Одна из карт судьбы Малфоя - клевета!!!



Глава 9.

Проснувшись, Люциус опять обнаружил, что в постели он не один и опять все было совершенно невинно. Похоже, это уже становилось традицией. Вчера, до ночи просидев в музее, они заехали в дешевую забегаловку поужинать. Кстати, кормили там просто, но довольно вкусно. Дома мисс Харвис предложила ему половину своей кровати, но сама не легла, сказав что пока спать не хочет, и немного поработает. Если быть полностью честным, Люциус попробовал ее дождаться, хотя и не был до конца уверен в своих намерениях, но события прошедшего дня утомили его, и он заснул. И вот теперь он опять имел удовольствие изучать золотистые пряди, рассыпавшиеся по подушке, аристократически правильные черты лица, пушистые темные ресницы. Правда, на этот раз все это располагалось гораздо ближе. Во сне девушка прижалась к нему и обвила рукой его талию. Ощущения были... приятными. Но в этот момент сия невозможная молодая особа проснулась, мгновенно откатилась от него и выскочила из постели, опять продемонстрировав свою скромненькую пижамку. В конце концов, спать с мужчиной в одной постели в такой пижаме - это оскорбительно. Возмущенно уставилась на него и заявила:
- И я, что, опять должна готовить завтрак?!
- Вы называете это завтраком, мисс? - вежливо осведомился он вслед ее спине.
- А не из чего, - радостно объявила она из кухни.
В общем, позавтракали они в кафе. Заехали к ней на работу, где задержались, пока она распечатает полностью готовую опись и сдаст ее архивариусу. И поехали к дому Грейнджеров. В дверном прихлопе торчала сложенная в несколько раз бумажка. Тем не менее, Кей позвонила в дверь, невольно ругая себя за то, что проводит пальцем по кнопке звонка так, чтобы размазать отпечаток. За сутки общения с Люциусом все ее старые привычки возвращались с пугающей скоростью. Дверь, как и ожидалось, никто не открыл. Они переглянулись.
- Думаю, это письмо нам, - Кей кивнула в сторону бумажки.
- Вероятно, - Люциус пожал плечами и достал записку из прихлопа, - Миссис Грейнджер извиняется. Один ответ пришел, но она должна была уйти, поскольку ее мать плохо себя почувствовала. Она обещает вернуться, как только сможет и просит нас зайти попозже.
- Открыть дверь не сложно, - Кей всегда умиляли эти так называемые замки, - Но стоит ли?
- Нет, - Люциус задумался, - Думаю, не стоит. Я рассчитывал больше чем на один ответ.
- Тогда пойдемте, где-нибудь подождем. Недалеко есть премилый скверик.
Скверик действительно обнаружился, хотя назвать его премилым у Люциуса бы язык не повернулся. Там оказалась незанятая лавочка, на которую они и уселись.
- Ладно, раз появилось время, может, расскажете, что собираетесь делать дальше.
- Я все еще не совсем уверен, - и это, в общем-то, было правдой, - Может, вы мне что-нибудь посоветуете? - за время их недолгого знакомства Люциус убедился в способности девушки решать проблемы нетривиальными способами. Не то, чтобы он безоговорочно последовал ее совету, но послушать, что она скажет, не помешает.
- Ну, - Кей улыбнулась, - Если проанализировать ситуацию, у вас есть три возможности. Первая - исчезнуть. Вторая - убедить этого вашего Темного Лорда в своей ценности и вернуться обратно. Хотя, думаю это все равно не выход. И третья, это поучаствовать в войне против Темного Лорда. Наиболее безопасной представляется возможность скрыться.
- Вы забываете про метку.
- Да, первым шагом вам надо ее нейтрализовать. Возможно, у противников Лорда есть какие-либо средства для этого. И вы могли бы их попросить в обмен на свое невмешательство в грядущие события.
- Что я и сделал, - улыбнулся Люциус.
- Да? - Кей тоже улыбнулась, - Мне продолжать?
- Да, пожалуйста.
- Так вот, скрыться в мире магии вам вряд ли удастся. Вы слишком заметны, - сказала Кей, окидывая его изучающим взглядом.
Люциус не стал говорить ей про всеэссенцию. К тому же использование всеэссенции в любом случае было сопряжено с определенными трудностями.
- Значит остается скрыться среди нас, маглов. Так? - сказала девушка.
- Продолжайте.
- Если вы захотите, я могу достать вам документы... - Кей поморщилась, - Это будет подделка, не выдерживающая профессиональной экспертизы, но для обычной жизни сойдет. Далее, денег у вас нет...
- Думаю, это не будет проблемой, - остановил ее Люциус.
- О, - Кей задумалась, - как бы вы ни были богаты там, проследить перемещение денег, тем более достаточно необычное, очень просто... В любом случае, вести жизнь богатого бездельника вам нельзя, привлечете ненужное внимание. Так что придется работать. Могу порекомендовать мало известные нищие музеи, библиотеки и прочие подобные дыры. Денег минимум, только на жизнь. Зато работа тихая, не привлекающая особого внимания, да и не слишком тяжелая. Какой-нибудь документ об образовании я вам тоже могу нарисовать.
И Люциус представил это. Представил, благодаря знакомству с мисс Харвис, слишком ярко. Нищую квартирку, никаких домовых эльфов, одежду из магазина готового платья, работу по найму и прочая, прочая, прочая... И понял - нет!
- Спасибо мисс, - его благодарность была искренней, - Вы помогли мне принять решение.
- И какое, интересно?
- Я отправлюсь в Хогвартс и предложу свои услуги Дамблдору. В общем, в письме я намекал на такую возможность. Не хотите со мной? - и зачем он это спросил.
- Нет, спасибо, - Кей искренне удивилась, - Что я там буду делать?
- Например, учиться. Вы выглядите достаточно молодо, чтобы сойти за ученицу.
- Угу, в одном классе с вашим семнадцатилетним сыном...
- Я не помню, чтобы говорил, сколько моему сыну лет! - подозрительно осведомился он.
- Ваши подозрения беспочвенны! - насмешливо возмутилась Кей, - Вы не говорили, но догадаться несложно.
- Ах, да. Семнадцатилетние маглорожденные.
- Именно. В любом случае, делать мне там нечего. И, вы не забыли, я магл.
- Ну, чему-нибудь вы бы смогли научиться. Зельеварению, например.
- И не подумаю. Променять свой музей истории литературы на какое-то зельеварение, - Кей откровенно смеялась, но потом стала серьезной, - А как вы собираетесь туда добраться. Аппарируете? - Кей прекрасно запоминала незнакомые слова и понятия.
- Нет, аппарировать прямо в Хогвартс нельзя. Там защита. А появиться где-нибудь рядом слишком опасно. Могу на знакомых нарваться. Придется магловским транспортом, - он поморщился в предвкушении, - У вас карта есть? Хотя знаю я эти ваши карты, - последнюю фразу он пробормотал про себя.
- А чем вам наши карты не нравятся! - возмутилась Кей.
- Они даже масштаб не меняют!
- Ну, вы будете приятно удивлены, - Кей в это время вытащила из сумки свой компьютер, открыла его и расположила на лавочке между ним, - Где примерно находится этот ваш Хогвартс?
- На границе с Шотландией.
- Вот, щелкаете пальцем по тому месту, которое хотите увеличить. Вот здесь появляется подсказка о расстояниях и транспорте...
Маршрут был выработан, план обсужден. Делать было нечего. Они дошли до дверей Грейнджеров, но хозяева так и не появились. Тогда они опять вернулись на ту же лавочку, где и сидели в молчании.
- Знаете, а мы привлекаем внимание... - сказала наконец Кей.
- С вашим способом борьбы с этим я уже знаком...
- И да, и нет, - Кей насмешливо улыбнулась, - Да, люди верят в то, что видят. Особенно если то, что они видят, соответствует их худшим ожиданиям. И нет, еще не знакомы.
Она привстала, оперлась одним коленом о лавку, другую ногу перекинула через его ноги, оказавшись на его коленях верхом. Улыбнулась, проведя рукой по ее щеке. Он обнял ее за талию и притянул к себе. Она послушно подалась ближе, и их губы встретились. А дальше... К чему описывать, они оба оказались специалистами и оба наслаждались этим поцелуем. Когда она оторвалась от него, все еще сидя у него на коленях, он перевел дух и сказал:
- Мисс Харвис, чтобы не было никакого недопонимания. Я женат и не собираюсь изменять своей жене с вами, - сказал он, хотя в мыслях было "с какой-то маглой".
- И замечательно, - Кей улыбнулась, - Потому что я предпочитаю женщин.

***

В это время Темный Лорд наконец завершил очередные обряды и сейчас отлеживался после них.

***

В это время подчиненные бывшего шефа Кей рапортовали своему начальству, что среди абонентов соответствующей АТС найдены три человека с точностью более 50% соответствующих параметрам агента Кей. И шеф послал оперативные группы по всем трем адресам с заданием брать все, что движется, и брать живым.



Глава 10.

За завтраком Гермиона Грейнджер поняла, что ночь не избавила ее от приворота к профессору ЗОТС. Для того чтобы понять это, не было необходимости произносить "Пассиокьюлус". Все было ясно и так. Она ощущала его присутствие, даже не глядя на него. А смотреть на него хотелось, и очень хотелось. Но она мужественно боролась с этим желанием. Тем не менее, она постоянно ловила себя на том, что ее взгляд, бесцельно бродящий по залу, каждый раз притягивается к учительскому столу. Там Гермиона успевала его остановить, так и не взглянув на профессора Смита. В результате, каждый раз ее взгляд останавливался на его ближайшем соседе - вышедшем на этот раз к завтраку профессоре Снейпе. В начале он не обращал внимания на эти странные взгляды. Но постепенно он заметил, что что-то не так. И, когда Гермиона в очередной раз уставилась на него, уставился на нее в ответ. Их взгляды встретились, Гермиона ужасно смутилась, покраснела и быстро опустила глаза. Но, профессор Смит все еще был за столом, он все еще притягивал взгляд Гермионы, а профессор Снейп все еще сидел с ним рядом... Ни Гермиона на Снейп не обратили внимания, что профессор Смит наблюдал за их игрой в гляделки с выражением недоумения на лице.
Когда Гермиона выходила из столовой, кто-то неловко врезался в нее сзади. Она выронила портфель, из которого тут же рассыпались книги, и чуть не упала. Но ее обхватила сильная рука, удержав на ногах.
- Осторожней, мисс Грейнджер, - произнес над ее ухом голос профессора Смита. И от звука этого голоса Гермиона почувствовала, как ее ноги подгибаются.
Тем не менее, она нашла в себе силы освободиться от его рук и прошептать:
- Простите, профессор, - она наклонилась, чтобы собрать книги, он тоже наклонился, помогая ей. На одной из книг их руки встретились, - Простите, профессор, - опять прошептала Гермиона, мучительно краснея.
- Ничего страшного, мисс Грейнджер, - профессор вежливо ей улыбнулся.
Она, не поднимая на него глаз, быстро запихала собранные книги в сумку и поспешила уйти. Профессор ЗОТС проводил ее долгим внимательным взглядом.
- Гермиона, ты куда опять делась? - рядом с ней обнаружились Рон и Гарри, - Мы тебя везде ищем.
- Я книги рассыпала, - Гермиона попыталась вести себя естественно, но ребята на ее поведение особого внимания не обращали.
- Как ты думаешь, - азартно спросил Рон, - Рассказать Малфою о гадании или нет?
- Я же вам еще вчера сказала, надо рассказать. Я, конечно, думаю, что все это ерунда. Но если столько всего сошлось, то пусть лучше знает.
- Вот и я так думаю, - подхватил Рон.
- А я думаю, не надо, - сказал Гарри. Тема гадания по-прежнему вызывала у него смутное неприятие, - Все это случайность и ты помнишь, мы расшифровку с потолка брали.
- Ой, Гарри, а ведь тебе опасность грозит, - неожиданно испугался Рон.
- С чего ты взял, что это вообще я, - Гарри рассердился, - Ты это сам придумал.
- Если вы думаете, что это серьезно, - перебила их Гермиона, - то надо рассказать директору.
- Да не думаем мы, - опять возмутился Гарри.
К этому времени они подошли к кабинету зельеделия, где уже столпились слизеринцы. И до них донеслись обрывки разговоров: "Вы слышали, Малфой и...", "Да, да прямо в больничном крыле...", "...нет, ее не было", "...с гриффиндорцем...", "...и оба голые!!!".
- Во, слышишь, клевета! - обеспокоено зашептал Рон.
- Ладно, решим так. Скажем Малфою, а потом ты про это забудешь, - решил Гарри, - Договорились?
- Договорились. Но говорить будешь ты!

За завтраком Драко Малфой принял важное решение. Он решил отойти от всего, что связывало его с упивающимися и Вольдемортом как можно дальше. И, прежде всего, сменить факультет. Райвенкло казался ему наиболее подходящим. Поэтому после завтрака он поймал момент, когда директор останется один, и подошел к нему:
- Извините, сэр...
- Что вам угодно, молодой человек? - директор выглядел столь же отвратительно жизнерадостным, как и всегда.
- Я хотел бы попросит разрешения сменить факультет.
- А чем вам не нравится Слизерин? - Дамблдор казался неподдельно удивленным.
- Он мне нравится, профессор, - спокойно ответил Драко, - Но я считаю, что, учась в Райвенкло, я смогу получить более глубокие академические знания.
- Хорошо, - неожиданно легко согласился Дамблдор, - Только я не могу просто перевести вас на выбранный факультет. Вы знаете, процедура сортировки, традиции... Решение должна принять шляпа сортировщица. Если хотите, мы могли бы провести процедуру повторной сортировки уже сегодня во время обеда.
- Я согласен, спасибо профессор, - оказаться в Хаффльпафе Драко не боялся. Ни добрым, ни глупым его не сочтет даже старая шляпа. Гриффиндор отпадал заведомо. Так что оставался только Райвенкло. Что и требовалось.
Войдя в класс зельеделия, Драко обнаружил, что ему некуда сесть. Раньше он всегда сидел рядом с Гойлом, но сейчас рядом с Гойлом развалился Крэбб, и оба уставились на него с выражением "Вот только подойди..." на лицах. Свободным осталось старое место Крэбба рядом с Забини, но туда идти тоже не хотелось. Пока он колебался, в кабинет влетел профессор Снейп.
- Мистер Малфой, сядьте на место, - произнес он холодно.
И Драко направился к единственной свободной парте. Свободна была парта как раз напротив учительского стола. Кто же хочет сидеть так близко к грозному профессору зельеделия. Пока он шел, взгляд Снейпа упал на сидящих вместе Невилла и Гермиону и его вдохновила очередная идея
- Нет, подождите, мистер Малфой. Сядьте лучше с мистером Лонгботтомом, - профессор твердо рассчитывал, что уж Драко то не будет тому подсказывать. Оставался нерешенным один вопрос, куда посадить Гермиону. И некстати Снейпу вспомнились ее странные взгляды за завтраком. Тем не менее, он не стал менять свое решение, - мисс Грейнджер, вы сядете за первую парту.
Когда все расселись по своим местам, профессор Снейп объяснил очередное зелье. Оно должно было повысить остроту слуха. И все приступили к варке. В течение первых же минут Драко обнаружил, что наблюдать издалека за тем как Лонгботтом взрывает котлы гораздо веселее, чем ожидать этого, сидя рядом с ним. И, когда его сосед в очередной раз попытался кинуть в свой котел явно неподходящий ингредиент, он шепотом остановил его, заслужив очень удивленный взгляд. И продолжал подсказывать весь урок.
Пройдясь несколько раз по классу, профессор Снейп сел за свой стол и принялся наблюдать за учениками. Ближе всех к нему сидела Грейнджер. Поэтому, неудивительно, что его взгляд все время останавливался на ней.
Приготовление зелья навело Гермиону на идею: а что, если скомбинировать заклинание снятия приворота с волеукрепляющим зельем. Правда, у нее не было всех необходимых ингредиентов. Так что придется утащить их у Снейпа. Она на мгновение оторвала взгляд от приготовляемого зелья, кинула его на профессора и обнаружила, что профессор смотрит именно на нее. "А вдруг он догадался, о чем я думаю?!!", смутилась и испугалась Гермиона. Опять, в который раз за это утро, покраснела и быстро уткнулась в свои записи, не заметив, что Снейп отвел от нее свой взгляд также быстро и виновато.
Когда пришла пора сдавать готовую работу, зелье в котле Невилла не только не взорвалось, но и благодаря подсказкам Малфоя имело правильный цвет и консистенцию. Невилл смотрел на это чудо с искренним изумлением, когда рядом с ним остановилась пугающая фигура профессора зельеделия.
- Ну, мистер Невилл, чем вы удивите нас на этот раз? - издевательски вежливо осведомился он.
- П...профессор... - Невил отшатнулся в сторону.
- Сдавайте работу, - сказал Снейп недовольно, заглянул к нему в котел. Недовольство вызвал тот факт, что придраться было не к чему.
Сдав зелье на проверку, счастливый Невилл благодарно улыбнулся Драко и прошептал:
- Спасибо...
- Отстань, Лонгботтом, - отмахнулся Драко.
Следующие уроки проходили у Гиффиндора и Слизерина отдельно и не принесли ничего нового. Входя в столовую перед обедом Драко неожиданно наткнулся на Поттера и Уизли, которые, казалось, поджидали его.
- Э... Малфой, надо поговорить, - начал Поттер.
Проходящие мимо слизеринские пятиклассники дружно захихикали, оборачиваясь на них. Подобные смешки и ухмылки досаждали Драко весь день. К этому времени он был достаточно раздражен. А тут еще этот Поттер.
- Да неужели, - глумливо осведомился он у Поттера, - А ты меня ни с кем не перепутал? Я вроде бы еще не идиот не грязнокровка и не рыжий, а ты ведь только с такими общаешься.
- Тьфу, Малфой, - вылез вперед Уизли, - Мы ведь с тобой как с человеком, а ты... Пошли Гарри.
Поттер еще раз окинул Драко пристальным взглядом, развернулся и они ушли.
Не успел Драко войти в столовую и сесть за стол, как за учительским столом поднялся профессор Дамблдор и откашлялся, привлекая внимание.
- Дорогие ученики. Сейчас, по просьбе одного из учащихся произойдет процедура повторной сортировки. Мистер Малфой, пройдите, пожалуйста, сюда...
Старая шляпа сортировщица редко ошибалась. Но ее обычными клиентами были одиннадцатилетки. А сейчас...
- Нет, не Хаффлпаф, бормотала она про себя. Слизерин, определенно Слизерин.
- Я не хочу в Слизерин, - мысленно возмутился Драко, - Я там уже был.
- Может Райвенкло, способностей вполне достаточно, - продолжила шляпа.
- Это было бы замечательно, - вежливо подтвердил Драко.
- Или все-таки... Думаю, да..., - мудрая шляпа ошиблась приняв отрешенное безразличие, которое поселилось в Драко после всей этой истории, за безрассудную отвагу, - Да, я уверена. Гриффиндор! - объявила она на весь зал.



Глава 11.

К тому времени, когда миссис Грейнджер вернулась домой, Люциус и мисс Харвис уже успели насидеться на лавочке, выпить кофе в соседней кафешке, заказать в фотосалоне его фотографии для будущих фальшивых документов. Миссис Грейнджер они заметили еще на подходе к дому и догнали ее.
- Здравствуйте, - по тону миссис Грейнджер было заметно, что та чувствует себя неуютно, - Извините, что заставила вас ждать. Но моей матери вдруг стало плохо, а мой муж все еще в отъезде.
- Ничего страшного, - Люциус заставил себя сказать эту фразу с вежливой улыбкой.
- Мы прекрасно провели время, - улыбнулась мисс Харвис, - А как здоровье вашей матери?
- Спасибо, все обошлось, - миссис Грейнджер неуверенно улыбнулась в ответ, - Утром сова принесла вам письмо, - она открыла дверь и пропустила в дом своих спутников, - Оно в комнате. Сейчас я посмотрю, не принесли ли еще. Я оставила окно открытым. А вы пока проходите в гостиную.
Люциус и мисс Харвис прошли в уже знакомую комнату и опустились на диван, когда неожиданно Люциус побледнел, схватился левой рукой за предплечье правой и прижал руки к груди.
- Что случилось?! - Кей резко пододвинулась, заглядывая ему в лицо.
- Вольдеморт, - прошептал Люциус, - Он зовет меня.
- Держитесь, - Кей вскочила и выбежала вслед за миссис Грейнджер.
Люциус отчаянно боролся с желанием немедленно отправиться к Темному Лорду. Если бы у него была палочка, он вероятно, уже аппарировал бы. Но без палочки приказ был неисполним, и это давало возможность бороться. А наказанием за борьбу была боль. Как под круциатусом, даже хуже. Боль и знание, что стоит ему сделать хоть шаг в заданном направлении и боль ослабнет. Смутно он осознал, что в комнату вбежали женщины. Мисс Харвис, кажется, спрашивала его о чем-то, одновременно разрывая какую-то упаковку. Миссис Грейнджер заглядывала ему в глаза, и что-то обеспокоено говорила мисс Харвис. Потом к его губам поднесли стакан, заставляя выпить неприятно пахнущую жидкость, и боль ушла, захватив с собой остатки сознания.

Беспамятство Люциуса перешло в сон, и во сне он увидел: бескрайняя равнина была запорошена снегом, и лишь местами из снега выступали какие-то холмики. Нет, это не равнина, это заснеженное кладбище и он идет по этому кладбищу. На одной из могил лежит Нарцисса в соблазнительном неглиже. Она протягивает к нему руки в жесте призыва и страсти, как не делала уже много лет. И он шагает к ней, обнимает ее. Ее тело холодно как снег, на котором она лежит. Но вот это уже не снег, это простыни. Они вдвоем в постели и его одежда куда-то делась. Он жадно целует ее. Но когда отрывается от ее губ, она начинает смеяться и это уже не Нарцисса, это мисс Харвис. Она прекращает смеяться и переворачивается в постели так, чтобы оказаться над ним и медленно начинает покрывать поцелуями его грудь, шею, поднимаясь все выше. От ее губ по телу распространяется огонь. Кто-то берет его за руку и тоже начинает ее целовать. Это Нарцисса. Пока он смотрит на нее, мисс Харвис пропадает. А Нарцисса, скользя губами по его руке, вдруг впивается в его плоть клыками. Он кричит, пытаясь вырвать руку, но ее пальцы как ледяной капкан. Она отрывает рот от его руки и поднимает голову. Из уголков ее рта стекает кровь. Он кричит еще громче, а она неожиданно дает ему пощечину.

Пощечина заставила Люциуса открыть глаза. Перед собой он увидел испуганное лицо миссис Грейнджер. Рука там, где во сне его кусала Нарцисса, а наяву была метка, все еще болела, и горела от удара щека.
- Вы ударили меня? - такая наглость просто не укладывалась у него в голове.
- Вы кричали, а я не могла вас разбудить, - испуганно сказала миссис Грейнджер.
- Ладно, - Он понимал, что вообще-то ему следовало бы поблагодарить ее за избавление от кошмара, но язык не поворачивался сказать магле спасибо, - А что вообще случилось?
- Вы потеряли сознание из-за болевого шока...
- Ууум, - он схватился за голову, вспоминая.
- Как вы?! - спросила она обеспокоено.
- Все в порядке, продолжайте.
- Я не знаю, чем был вызван шок, но Мэри дала вам какое-то лекарство, которое принесла сова, и оно помогло.
- И где сама мисс Харвис?
- Она сказала, что если не заберет фотографии, то ателье закроется на обед и придется ждать. Вам что-нибудь нужно? - забота этой женщины о нем выглядела удивительно искренней.
- Да, миссис Грейнджер, не могли бы вы отдать мне мою почту.
- О, конечно, - смутилась хозяйка. И отошла к журнальному столику в углу гостиной. Пока она ходила за почтой, он сел и осмотрелся вокруг. Он находился все в той же гостиной на диване. Он был разут и без пиджака. Ворот рубашки расстегнут. Похоже, женщины позаботились, чтобы ему было удобно.
- Вот, - Миссис Грейнджер вернулась с письмом и двумя посылками. Упаковка одной была разорвана, - Вы пока читайте, а я чай поставлю, - и она удалилась из комнаты.
Открытая посылка была из Хогвартса. В ней оказалось заграждающее зелье, которым его и отпаивали, с прилагающейся к нему инструкцией и письмо от Дамблдора. Другая посылка была от Нарциссы и, о радость, содержала его запасную палочку. Также Нарцисса догадалась прислать ему галлеонов. Интересно, что он будет делать с ним в магловском мире. В письме она обещала точно следовать его инструкциям. Третье письмо было от Драко и содержало лишь сообщение, что письмо Нарциссе тот переправил.
Он как раз дочитывал письма, когда появилась как всегда жизнерадостная мисс Харвис.
- О, вы очнулись, - радостно улыбнулась она, - И какие известия?
- Все как я и ожидал.
- Может быть, выпьете чаю? Чайник вскипел, - спросила миссис Грейнджер.
- Нет, спасибо, - ответил Люциус, с удивлением отмечая, что его вежливость по отношению к этой магле стала искренней.
В машине он в ответ на вопросительный взгляд мисс Харвис сообщил:
- Дамблдор готов принять меня в Хогвартсе.
- Прекрасно. Вы отправитесь сегодня?
- Хотелось бы. Супруга прислала мне денег, но это золотые монеты.
- О, она очень заботлива, - засмеялась мисс Харвис, - А вы уверены, что она не пострадает? - этот вопрос был задан совершенно серьезно.
- Да. Сейчас она должна собирать вещи, чтобы отправиться к родственникам на континент.
- Ладно. Золото можно переплавить. И я знаю, где можно его продать без лишних вопросов. Конечно не по номиналу, но что поделаешь. Так что, едем ко мне, там делаем вам документы, плавим золото и вперед. К вечеру вы уже будете далеко отсюда, - улыбка Кей была более печально, чем ей бы хотелось. История подходила к концу. Еще час и она никогда больше не увидит этого необычного человека так неожиданно ворвавшегося в ее жизнь.
Когда они подъехали к ее дому, Кей почувствовала какое-то смутное беспокойство. Ее интуиция, которая уже не раз убирала ее из под пуль, шептала ей, что что-то не так.
- Подождите, - она остановила мистера Малфоя перед дверью лифта.
- В чем дело? - недовольно осведомился он.
- Можете считать меня ненормальной, но идти сейчас в мою квартиру опасно...
- Почему вы так думаете? - он внимательно посмотрел на девушку, ненормальной она не выглядела, испуганной тоже. Нет, она выглядела напряженной и предельно сосредоточенной.
- Интуиция, - просто ответила она.
Люциус вел достаточно опасную жизнь, чтобы понимать, что это такое, и не возражать своей спутнице. Вместо этого он преложил:
- Я могу сделать нас невидимыми.
- Хорошо, - легко согласилась мисс Харвис.
Он взмахнул палочкой, прошептав что-то:
- Готово.
- Но я вас вижу?
- Не беспокойтесь, это потому, что заклинание на нас общее.
- Хорошо, - Кей решила не вдаваться в технические подробности, - А проникнуть внутрь, не открывая дверь, можно?
- Аппарировать? Да, конечно. Подойдите поближе и обнимите меня.
- Как скажете, - девушка хихикнула, скрывая свое беспокойство.
- Куда отправимся?
- Давайте на кухню.

***

Оперативная бригада за номером 11 в составе четырех человек уже который час сидела в засаде в убогой квартирке, ожидая, когда появятся ее хозяева. Судя по убранству квартирки, в ней жила одинокая библиотекарша. И причины, по которым начальство присвоило этой операции код прим-А, оставались совершенно непонятными. Тем не менее, они соблюдали полную тишину, держали оружие наготове, а Джон Толински, один из них, не снимал модифицированный прибор ночного видения. Внезапно в кухне раздался негромкий хлопок. Оперативные агенты, прикрывая друг друга, как положено по инструкции, ворвались туда. Там, если смотреть невооруженным глазом было абсолютно пусто. Но прибор ночного видения показал две человекоподобные тени. Нервы агента Толински не выдержали такого несоответствия, и он, несмотря на приказ, выстрелил в одну из них. Чувство удовлетворения от того, что он попал, было последним, что он испытал в своей жизни.



Глава 12.

Сказать, что Драко был поражен решением шляпы-сортировщицы, значит еще ничего не сказать. Он был в шоке. Отходя от учительского стола, он сообразил, что возвращаться на свое место ему, как бы уже и не положено. А положено ему идти за стол Гриффиндора. Гриффиндорцы смотрели на него с выражением почти суеверного ужаса на лицах. Возможно, именно это и придало ему уверенности. Он надменно улыбнулся, спокойно прошел через зал к гриффиндорскому столу и уселся на свободное место.
После еды он решил сходить и забрать свои вещи из слизеринских подземелий. Неожиданно к нему присоединился профессор Снейп.
- Мистер Малфой, значит, Слизерин вас больше не устраивает?
- Простите, профессор. Мое решение не имеет лично к вам никакого отношения. Наоборот, я вам очень благодарен...
- Думаю, ваше решение в принципе верное, - прервал его профессор, - И Райвенкло был бы для вас лучшим местом. Но Гриффиндор... - профессор покачал головой.
- Что ж, это был не мой выбор. Но пусть будет так.
- Будьте осторожны. Вы идете в свою комнату за вещами?
- Да. Думаю, чем скорее, тем лучше.
- Пожалуй, я пройду с вами, посмотрю, чем там занимаются мои дорогие ученички...
"А ведь он за меня беспокоится" - подумал Драко с непривычной благодарностью. Дальше они шли в молчании.

Возвращаясь из слизеринского общежития со своими вещами, послушно летящими за ним под заклинанием "Мобилиарбус" Драко наткнулся на Лонгботтома. Тот, кажется, поджидал его.
- Эээ, Малфой, я подумал... - начал Невилл, но смущенно замолчал.
- И что же, интересно знать, ты подумал, - осведомился Драко.
- Ну, ты ведь не знаешь, куда идти и пароль...
- И ты решил меня проводить?
- Ну.
- Хорошо, веди, - милостиво разрешил Драко.
- Да, это сюда, - обрадовался Лонгботтом, - Вот, - они остановились около портрета полной леди неопределенного возраста, - Вход за портретом, а пароль...
- Да, и какой пароль?
- Забыл, - испугался Невилл и начал лихорадочно рыться по карманам.
- Мерлин, с кем я связался, - прошептал Драко.
- О! Нашел! Я всегда записываю, чтобы не забыть. Только бумажки постоянно теряю.
- Потрясающе, Лонгботтом.
Грифииндорская гостиная отличалась от слизеринской ну разве что цветовой гаммой. А так - одинаковое назначение двух помещений делает их, как правило, очень похожими. Разбираться, в какой комнате он будет жить, Драко пока не стал, и просто свалил свои вещи в угол.
В это время проход опять открылся, и в него ввалилась целая толпа гриффиндорцев. Все они выглядели довольно потрепанными.
- Что случилось? - забеспокоился Невилл.
- Во, с его дружками подрались, - махнул рукой в сторону Малфоя Рон.
- Они не мои дружки, Уизли, - возмутился Малфой.
- Ну, бывшие дружки. Какая разница.
- И кто кого? - снова спросил Невилл.
- Появилась Мак-Гонаголл и всех разогнала, - ответил Гарри.
- Да еще и баллы поснимала, - подтвердила Джинни.
- В основном со Слизерина, - добавил Рон с ухмылкой глядя на Малфоя.
- Меня это больше не волнует, Уизли, - спокойно ответил Драко. Он вообще решил быть по возможности лояльным к своим новым товарищам по колледжу.
- Да, Рон, - забеспокоилась Джинни, - а ты понял, какое заклинание в тебя Забини кинул?
- Не, наверное, он просто ошибся. Ведь ничего не случилось, - ответил Рон, поворачиваясь к ней лицом.
- Ой! - вскрикнула Джинни, прижимая руки к губам, - Твое лицо!
- Что с моим лицом?! - Рон повернулся к остальным. Все немедленно замолчали и уставились на него. На лице Рона медленно, но верно пробивалась шерстка нежно-зеленого оттенка. Рон, проведя рукой по лицу, тоже ее обнаружил.
- Надо найти Гермиону, - предложил Гарри.
- А тебе идет, Уизли, - заржал Драко.
- Заткнись, Малфой, - произнес Гарри, направляя на него палочку, - Это твои дружки сделали.
- Да ладно, - Драко примирительно поднял руки, все еще смеясь, - Я знаю, как это снять, - И потянулся за своей палочкой. Как ни забавно смотрелся Уизли в шерстке, Драко решил попытаться улучшить отношения с гриффиндорцами.
- Только попробуй! - сказал Гарри, все еще держа свою палочку, направленной на Драко, - Откуда мы знаем, чего ты затеял!
- Я только хотел помочь. Но если не хотите, отведите его в лазарет. Думаю, пара недель и шерсть вылезет.
Гарри и Рон переглянулись.
- Ладно, - сказал Рон, - Давай снимай, - быть шерстнатым ему совсем не нравилось, а ведь он еще не знал какого цвета эта растительность.
- Но только попробуй сделать что-то не то! - Гарри по-прежнему не отводил палочку.
- Не беспокойся, Поттер, - сказал Драко надменно, - Я не собираюсь вас обманывать, - он произнес слова, снимающие с Рона заклинание, развернулся и вышел из комнаты.

Гермиона отсутствовала во время происходивших в гостиной гриффиндора событий, поскольку была в библиотеке. Там она выискивала книги по комбинации зелий и чар и сейчас как раз забралась на лестницу, чтобы достать одну из них с верхней полки. Неожиданно она ощутила присутствие магии, лестница зашаталась и начала выскальзывать из-под ее ног. Она попыталась удержать равновесие, но почувствовала, что падает.
Не только Гермиона решила потратить свободное время большого перерыва на посещение библиотеки. Профессор Снейп, убедившись, что Драко благополучно забрал свои вещи, тоже туда отправился. Он как раз завернул за стеллаж приближаясь к разделу, посвященному комбинацией зелий и чар, когда увидел нечто падающее на него и оказался на полу, придавленный лестницей и чьим-то телом.
Упала Гермиона довольно мягко - ведь не на пол же. Нет, она свалилась прямо на кого-то. И этот кто-то оказался самим профессором зельеделия Северусом Снейпом! Она лежала прямо на нем, уткнувшись лицом ему в район подмышки. Ткань его мантии оказалась прохладной и шелковистой на ощупь.
- Профессор Снейп, как вы? - спросила она испуганно, приподнимая голову.
- Мисс Грейнджер, со мной будет все в порядке, как только вы слезете с меня, - сказал он сдавленно.
- Ой, - она немедленно исполнила его распоряжение.
Он медленно скинул с себя лестницу и сел. По сравнению с чернотой его волос и одежд его лицо казалось совершенно белым. Гермиона стояла, прижимая руки к груди и выглядела напуганной и обеспокоенной.
- Как вы? - спросила она еще раз, - Может позвать мадам Помфри?
- Нет необходимости, - он с трудом поднялся, - Надеюсь, хотя бы вы не ушиблись?
- Да, профессор, - Гермиона прекрасно понимала, что если бы не так кстати подвернувшийся Снейп, она бы могла здорово расшибиться.
- Замечательно, - сказал Снейп язвительно и пошел к выходу, неловко припадая на одну ногу.
Гермиона решила оставить книги в покое и пойти за ним, чтобы убедиться, что с ним действительно все в порядке. А то выглядел он серьезно пострадавшим.
- Что вы идете за мной? - возмущенно спросил он, когда они оказались в коридоре.
- Я думаю, - Гермона сама удивилась своей решительности, - Я думаю, вам все-таки надо пойти к мадам Помфри, - Гермиона ожидала в ответ резкой отповеди, но...
- Не беспокойтесь обо мне мисс Грейнджер. Идите на занятия, - сказал профессор Снейп неожиданно мягко. И только уходя, она поняла, что он не снял с нее ни одного балла.
Во время библиотечной катастрофы, оба не заметили, как кто-то наблюдал за ними с огромным вниманием и крайним неудовольствием.

После занятий в гостиной Гриффиндора собрался военный совет. Участвовали почти все семиклассники и некоторые ученики других классов:
- Но это же Малфой!
- Но он помог Рону!
- Потому что на него смотрели!
- Но шляпа направила его в Гриффиндор, значит, что-то хорошее в нем есть!
- Нет в нем ничего хорошего. Мы уже пробовали с ним как с человеком, а он!
- А может все-таки...
- Да если даже кто-нибудь из нас у него на глазах умирать станет, он нам руки не подаст!
- Руки говоришь, - задумчиво произнес Гарри, - У меня идея!
После горячего обсуждения идея была принята.
- Но раз ты предложил, Гарри, это ты и будешь, - сказал Рон.
- Ладно, - неохотно согласился Гарри.

Драко не слишком торопился в гриффиндорское общежитие. После занятий он посидел в библиотеке, почитал, сделал домашнее задание и, наконец, вынужден был отправиться в башню, где теперь должен был жить. Неожиданно в одном из коридоров он увидел лежащую на полу фигуру. Он быстро подошел. Это оказался Поттер. Глаза знаменитого Мальчика-Который-Выжил были закрыты. Кажется, он был без сознания.
- Поттер, - позвал его Драко. Тот оставался неподвижным, - Поттер, - позвал Драко еще раз и потряс того за плечо. Безрезультатно. Драко, еще раз возмущенно подумав, что теперь должен помогать этим непутным гриффиндорцам достал палочку, направил на Поттера и произнес "Энервейт". Поттер лежал как раньше, и это обеспокоило Драко по-настоящему. От обычного обморока заклинание помогало мгновенно. Драко положил руку на грудь гриффиндорца, тот дышал, но как-то неровно. Тогда Малфой снял с него очки и аккуратно похлопал по щеке, - Поттер, да что с тобой?
Неожиданно Гарри распахнул глаза и расхохотался.
- Ой, Малфой не могу! Какой ты заботливый! - простонал он сквозь смех.
Откуда-то появились другие гриффиндорцы во главе с Уизли. Тоже ржущие.
- А я чуть раньше времени не рассмеялся и весь спектакль не испортил, - сказал Гарри отсмеявшись и отбирая у опешившего Малфоя свои очки.
- Спектакль! - Драко вскочил на ноги, - Да что вы себе позволяете!
- Успокойся, Малфой. Считай, что первое испытание ты выдержал. - Гарри тоже поднялся на ноги.
- Какое испытание?!
- На право называться гриффиндорцем, - ответил Гарри.
- Осталось еще четыре, - подхватила Джинни.
- А почему вы думаете, что я собираюсь проходить ваши дурацкие испытания?!
- Ну, если ты боишься, то можешь не проходить, - легко согласился Гарри.
Ну какой же семнадцатилетний парень допустит, чтобы его обвинили в трусости:
- Ладно, что я должен сделать?
- О, следующее испытание, - начал Гарри и замолчал, выдерживая паузу.
- Да, следующее испытание это О! - подхватила Джинни.
- Ты должен будешь прилюдно поцеловать Трелани! - закончил Гарри.



Глава 13.

- Почти наверняка повреждены внутренние органы. Вам надо в больницу. Иначе... - сделала неутешительный вывод мисс Харвис после быстрого осмотра.
- Нет, - возразил Люциус, болезненно морщась, - Подождите, - он пытался собраться с мыслями, - Дайте мне палочку.
Палочка валялась на полу кухни, он ее уронил когда, сразу после их аппарирования ощутил резкий удар куда-то в нижнюю часть груди. А затем ноги отказались держать его. Мисс Харвис резко вывернулась из-под его руки. Уже падая, он услышал какие-то хлопки, кажется, звуки выстрелов. Сознания он окончательно не терял, но мир иногда расплывался и покачивался, как во сне.
Мисс Харвис нашла его палочку и вложила ему в руку, все еще стоя на коленях рядом с ним. Он поколебался, сомневаясь, рационально ли поступает. Но других мыслей в голову все равно не приходило, поэтому он произнес "Империо", одновременно направляя палочку на мисс Харвис. Обеспокоенное выражение ее лица сменилось безразлично-покорным, как и положено под действием Империо.
- Ты отвезешь меня в Хогвартс, - распорядился Люциус.
Девушка покорно встала и сделала шаг по направлению к своему письменному столу. Там она замерла, тупо разглядывая находящиеся на нем предметы. Люциус уже недовольно подумал, что действие Имерио на нее слишком глубоко и ему придется руководить каждым ее шагом, когда она резко подняла руку и ударила раскрытой ладонью по хрустальной пирамидке, стоящей на столе. Вершина пирамидки, пробив ее руку насквозь, вышла из тыльной стороны. Потом, до того как он успел отреагировать, девушка неожиданно быстро оказалась рядом с ним, и пинком выбила палочку из его руки. Вытащила пистолет из-за пояса джинсов, куда она его засунула, занявшись осмотром Люциуса, и направила на него. Где она прятала оружие до начала перестрелки, осталось для Люциуса тайной - ведь их объятия во время поцелуя на лавочке, да и во время аппарирования, были достаточно тесными.
- Что это было? - спросила она отстраненным тоном.
- Заклятие принуждения, - проинформировал он ее.
- Вы подумали, что я не отвезу вас в ваш дорогой Хогвартс просто по доброте душевной?
- А вы бы отвезли? - не то, чтобы это его действительно интересовало, но...
- Не знаю, вполне вероятно, - ответила она, и ему показалось, что девушка совершенно искренна.
- А теперь отвезете?
- Вряд ли, - ответила она холодно-безразличным тоном.
- А если я предложу вам денег? - он прикрыл глаза, соображая, что делать.
- Поверьте, деньги не слишком меня интересуют. По крайней мере, не больше личной безопасности, - Кей колебалась. По правилам она не должна была оставлять живых свидетелей, но и в бытность свою агентом она старалась не убивать без крайней необходимости, а этот человек успел стать ей близок. Хотя не настолько, чтобы бескорыстно помогать ему, после того, как он попробовал принудить ее к этому силой.
- Тогда, возможно... - Люциус мучительно пытался придумать что-то, чтобы убедить ее помочь ему, но боль застилала сознание, мешала думать. Потом сквозь пелену боли пробилась мысль, - А как вы думаете, мисс Харвис, - он попробовал усмехнуться, - кого ждали здесь эти ребятки?
- Скорей всего, они ждали меня, - спокойный тон, которым сообщила это мисс Харвис, не оправдал его ожиданий, - И у меня совсем немного времени, чтобы исчезнуть. Так что пора прощаться, - выражение ее лица оставалось совершенно безразличным, только в глазах что-то изменилось, и неожиданно Люциус понял, что она собирается его убить.
- Подождите, - он попытался поднять руку, останавливая ее, и был вознагражден за это новой волной боли, - Я предлагаю вам сделку. Вы отвозите меня в Хогвартс, а я помогаю вам разобраться с вашими проблемами.
- Во-первых, почему вы считаете, что можете помочь? И, во-вторых, почему я вам должна доверять? - ответы на эти вопросы Люциус искал и сам последние минуты.
- Вы еще не знаете силы магии, - ответил он.
- Хорошо, допустим. А что с доверием?
- Я мог бы поклясться, но вы вряд ли поверите...
- Вряд ли, - подтвердила мисс Харвис.
- А зря, я бы не нарушил клятву. Но дело не в этом. Подумайте, есть ли у вас выбор?
Выбор у Кей был, если честно, весьма убогим. Убедить свою бывшую Контору в своей смерти второй раз не представлялось возможным, а скрываться, когда тебя ищут, куда сложнее, чем когда тебя, в общем-то, не ищут. Да и стрелять в Люциуса не хотелось совершенно. Перед глазами слишком ясно стояло его безжизненное лицо, когда она вытащила его из воды, и еще его лицо, когда он спал, такое спокойное и расслабленное...
- Хорошо, я согласна, - ответила Кей, и Люциус едва не потерял сознания от неожиданного чувства облегчения. Потом, переведя дух, спросил:
- Вы помните, как добраться в Хогвартс?
- Склерозом я пока не страдаю, - отрезала мисс Харвис.

Кей убрала пистолет обратно в кобуру на ноге, скрытую широкой брючиной. Перевязала Люциуса, чтобы хоть немного остановить кровотечение. Во время процедуры он лишь закусил губу, но не кричал и сознания не терял. Замотала бинтом собственную пораненную руку. И стала собираться: подобрала его палочку, достала из тайника чемоданчик, который забрала еще из своей прежней жизни. Обыскала тела убитых ею людей. Как и ожидалось, ничего дающего информацию, кто они, но много всего полезного. Сняла с одного из тел то, что выглядело как прибор ночного видения, хотя и вряд ли им было. Захватила запасенные на всякий случай парик и грим. Компьютер был у нее и так всегда с собой. Вот, в общем, и все, что бывший агент Кей захватила из сравнительно благополучной жизни научного сотрудника музея истории литературы мисс Мэри Харвис. Затем открыла вручную вентиль газовой плиты. Сладковатый запах газа начал заполнять помещение. И поставила таймер горелки, так чтобы он зажег газ через полчаса. Вообще плита не была на это рассчитана, но отвертка и немного интеллекта справляются и не с такими проблемами.
Помогла шипящему от боли мистеру Малфою загрузиться в свою машину, проехала пару кварталов, где, на радость ей оставлял без присмотра свою тачку местный боссик преступного мира. Именно ему она прежде собиралась посоветовать Малфою продать золото. Машина была крутая, а в полицию ее хозяин обратится вряд ли. Открыть дверцу и завести мотор - дело техники и пары минут. Перегрузить Малфоя в новую машину оказалось сложнее. Он терял много крови и уже заметно ослабел. А ей еще требовалась его помощь в уничтожении последней улики.
- Мистер Малфой, - она потрясла его за плечо.
- Что? - он поднял на нее мутный взгляд.
- Вы можете взорвать мою старую машину, - она протягивала ему палочку.
- Да, - сказал он после некоторого колебания. И произнес "Пиро", направив палочку на машину. Ту немедленно охватил огонь. Возвращать палочку мисс Харвис Люциус не стал, и убрал к себе в карман. Она не возразила. Просто села за руль и погнала машину по маршруту, который они так весело разрабатывали утром.



Глава 14.

Вернувшись в общежитие, гриффиндорцы помогли Драко закинуть вещи в общую спальню семиклассников. После этого все спустились в гостиную. Оставаться в спальне в одиночестве Драко не захотелось и он присоединился к компании в качестве зрителя, скромно усевшись в кресло в уголке. Наблюдая за гриффиндорцами, занимающимися обычными вечерними делами, он размышлял, и темой его размышлений, естественно, было то самое дурацкое испытание на гриффиндорца. Из-под твердого решения отказаться, все время просачивались идеи, а как его можно выполнить. Он думал: "Нет, неужели они считают, что я, Драко Малфой, выставлю себя идиотом, чтобы доставить удовольствие кучке полоумных грифииндорцев. Нет, я немедленно откажусь... А если подсыпать ей снотворное в чай во время урока и спящую прилюдно поцеловать... Нет, о чем я только думаю. Немедленно скажу им, что отказываюсь... А если сварить полиморфное зелье, добавить волос Гойла... Или Крэбба... Да какая разница, все равно я этого делать не буду... Но Гойла все-таки лучше. И прямо в большом зале залепить ей смачный поцелуй, а Гойл пусть потом расхлебывает. Нет, чего ради я буду это делать. Или лучше..." Поток его мыслей был прерван внезапно и бесцеремонно.
- Драко, помоги мне с зельеделием, пожалуйста, - рядом с ним стоял Лонгботтом с книгой и пергаментом в руке, еще один свиток пергамента уже валялся на полу, и смотрел на него с совершенно телячьим выражением лица.
От такой наглости Драко сначала просто опешил и, только поэтому, не высказал немедленно все, что он думает по этому поводу. Но, потом, вспомнил, что он теперь вроде бы гриффиндорец, а они, вроде как, друг другу помогают. И сказал, недовольно поморщившись:
- Ладно, что там у тебя?
- Вот, я никак не могу понять... - Лонгботтом, похоже, совершенно не удивился его согласию помогать.
Все эти объяснения окончательно утомили Драко. Лонгботтом, как выяснилось, был не таким тупым, как казался, но зелья ему не давались даже в теории. И, дав указание Лонгботтому, прочитать главу в одной из книг, Драко задремал, сидя в кресле. Проснулся он оттого, что кто-то прикоснулся к его плечу.
- Малфой, шел бы ты в спальню, - рядом стоял Поттер.
- А что, у вас спать в гостиной запрещено? - возмутился Драко.
- Слушай, Малфой, - возмутился в ответ Поттер, - О тебе забоятся, а ты ведь как незнамо кто!
- Заботятся?!
- Ну да, ты выглядишь как плохо выжатая тряпка, и только сегодня из лазарета, а в кровати спать куда удобнее, чем в кресле, - объяснил свои действия Гарри.
- Ладно, - согласился Драко и направился в спальню.
Следом увязался, стоявший во время разговора рядом, Лонгботтом. Когда они оказались в спальне Невилл начал:
- Драко, извини, я не подумал, что ты устал...
- Лонботтом, - раздраженно ответил Драко, - шел бы ты отсюда. Я предпочитаю ложиться спать в одиночестве.
- Драко, я только хотел сказать, - Невилл, смущаясь, отвел глаза, - Ну, то испытание, помнишь...
- Да уж, помню. Хорошо, продолжай.
- В общем... Ну... Ты его уже прошел. Вот.
- Объясни, пожалуйста.
- Испытание ты уже прошел, когда стал Гарри помогать. А дальше это просто так, шутка. Я не должен был говорить. Если ты не хочешь, то можешь просто отказаться, никто ничего не скажет...
- Веселые вы, как я погляжу, ребята, гриффиндорцы, - задумчиво протянул Драко, - Шутка, значит. Ты, Лонгботтом, не говори никому, что сказал мне. Договорились? - в голове Драко начала обрисовываться смутная идея.
- Ладно, - ответил Невилл.

В это время Гермиона, наконец, решилась. Идея комбинации волеукрепляющего зелья с заклинанием отворота выглядела очень перспективно, надо было только добыть необходимые для зелья ингредиенты. А для этого не помешала бы мантия-невидимка, которая, как известно, принадлежала Гарри.
- Гарри, ты не мог бы мне помочь? - обратилась к нему Гермиона.
- Да, конечно, а что ты хочешь?
- Мне нужно сварить одно зелье, а некоторые ингредиенты есть только у Снейпа.
- И что за зелье? - влез в разговор Рон.
- О, все очень просто, - обернулась к нему Гермиона, изображая легкую одержимость, - Я как раз работаю над проектом по комбинации зелий и чар. И, если ты читал третий том монографии Фомы Карплюс-Задубайского, то...
- Ладно, ладно, все понятно, - остановил ее Рон.
- Но если это проект, то почему ты не попросишь? - удивился Гарри.
- Просить у Снейпа, нет уж. Он, вообще, ко мне последнее время как-то странно относится...
- Да уж, Снейп - это Снейп. И как мы будем действовать?
"Эти мальчишки" - подумала Гермиона, прикрывая глаза - "Если что натворить, это они пожалуйста, а думать всегда приходится мне".
- Сегодня просто сходим на разведку, - сказала она вслух, - Посмотрим, что изменилось с прошлого раза.
- Я, наверное, не пойду, - сказал Рон, с тоской глядя на свитки с едва начатым домашним заданием. Прошедший вечер он посвятил занятиям куда более интересным, а именно болтовне, трепу и бездельничанию.

Завернувшись в мантию-невидимку, Гарри и Гермиона отправились на разведку. В одном из коридоров им пришлось остановиться, пережидая пока мимо пройдет в неизвестном направлении профессор Смит. А шел профессор, очень своеобразно, осторожно, стараясь быть незаметным и выглядывая из-за угла прежде, чем за него завернуть.
- И куда он только направился? - удивился Гарри, когда он прошел.
- На свидание торопится, - огрызнулась Гермиона, у которой вид профессора Смита вызвал очередной приступ душевных мук.
- Да, к профессору Трелани, - хихикнул Гарри, вспомнив заодно задание, которое они дали Малфою.
Но в ту ночь им не суждено было достигнуть подземелий профессора Снейпа. Когда они проходили по одному из коридоров первого этажа, окна которого выходили на ступеньки главного входа, по противоположной стене скользнули мазки яркого электрического света. И раздался звук работающего двигателя, так не похожий на обычные для Хогвартса звуки, но такой знакомый им по их магловскому прошлому. Кинувшись к окну, они убедились, к Хогвартсу действительно подъехал автомобиль. Да еще как подъехал. До последнего мгновения казалось, что он все-таки влетит в крыльцо на всей своей немаленькой скорости. Но нет, машина остановилась около начала лестницы, ее дверца распахнулась. Оттуда вылетела женская фигурка и кинулась по лестнице вверх. Переглянувшись, Гарри и Гермиона поняли, что думают одинаково - так спешат, только когда дело действительно важное. И, скинув мантию-невидимку, побежали к центральному входу.
Когда они выбежали в холл, то обнаружили, что полуночная гостья озирается кругом, пытаясь понять, куда идти. Их она заметила мгновенно.
- Мне нужен Дамблдор, и очень быстро, - сообщила она им напряженным голосом.
- Это сюда, - махнул Гарри в направлении, откуда они пришли. Он ничего не стал спрашивать, чувствуя по ее голосу, что что-то случилось.
Она подбежала к ним и, все трое, бегом направились к личным комнатам директора Дамблдора. По дороге Гермиона безнадежно отстала. Ну не умела она бегать достаточно быстро, а вот для незнакомки это, похоже, проблемой не было. Добежав до дверей, Гарри начал стучать в них. Двери почти сразу распахнулись, и вышел полностью одетый Дамблдор. Похоже, спать он еще не ложился.
- Гарри, что случилось? - спросил он обеспокоено.
- Профессор, - начал он, задыхаясь, и махнул рукой в сторону гостьи.
- Вы мистер Дамблдор? - спросила она, выходя вперед.
- Да, а вы? - осведомился он.
- Сегодня утром вы отправили письмо мистеру Люциусу Малфою, в котором...
- Да, я помню, что писал, - ответил директор недовольно.
- Он в машине у входа, - сказала она быстро, - Он очень тяжело ранен...
- Гарри, беги, позови мадам Помфри, - сказал профессор, а сам вместе с девушкой стремительно пошел к выходу.

Гермиона, подоспевшая только к концу разговора, подумала, что нужно сообщить о случившемся Драко и побежала в гриффиндорское общежитие. Там она, к счастью, застала в гостиной Рона, все еще сражающегося с домашним заданием.
- Рон, позови Малфоя, быстро, - сказала она, - Его отец здесь и ранен.
- Где здесь? - Рон подозрительно огляделся.
- В Хогвартсе! Рон давай скорее!
И Драко второй раз за этот вечер был безжалостно разбужен. На этот раз его разбудил Уизли.
- Уизли, что тебе? - спросил он сонно-недовольно.
- Малфой! Гермиона сказала, твой отец в Хогвартсе и ранен...
- Что! - Драко вскочил, накинул мантию прямо на пижаму и выбежал из спальни.
- Где он? - спросил он Грейнджер, нервно ожидающую в гостиной.
- Его, наверное, отнесут в больничное крыло, - ответила она, и все трое побежали туда.
Они добрались туда достаточно быстро, чтобы увидеть носилки, на которых мадам Помфри транспортировала тело Люциуса Малфоя. Мистер Малфой выглядел совершенно безжизненно, закрытые глаза, серая кожа, голубоватые губы. Длинные белые волосы разметались по носилкам. Руки безвольно лежали поверх кровавого пятна, расплывшегося на белой рубашке. Дверь за мадам Помфри и носилками закрылась, Драко попробовал войти следом, но был остановлен профессором Дамблдором.
- Вам лучше подождать здесь, мистер Малфой, - сказал тот мягко, а сам вошел вслед за мадам Помфри.
Драко уселся на стоящий в приемном покое стул. Рядом сели Рон, Гермиона и появившийся вслед за носилками Гарри. Они приготовились ждать. И только теперь Драко заметил присутствие еще одной особы. Незнакомая светловолосая девушка в испачканной кровью магловской одежде, забралась с ногами на подоконник, прижалась виском к оконному стеклу и, похоже, тоже собралась ждать.



Глава 15.

Это место не понравилось Кей сразу и со всех точек зрения: чуждо, непонятно, геометрия явно не Евклидова, да и просто слишком много потайных переходов и закоулков, откуда так легко могут выстрелить. Вернее не выстрелить, а что они тут делают. Хотя, это как бы школа, и стрелять тут вроде бы не должны, но интуиция Кей шептала ей об опасности. Пока только шептала...
Дорога сюда оказалась тяжелее, чем она предполагала. Мистер Малфой начал терять сознание еще до того, как они выехали из Лондона, и в дороге ему становилось все хуже. Где-то на середине пути она остановила машину, чтобы перевязать его еще раз и поняла, что может не довезти живым. Во время перевязки он очнулся от боли, и она сказала ему об этом, и еще раз предложила отвезти в обычную больницу. Но он велел ей продолжать ехать в Хогвартс. И решительности в его голосе не стало меньше из-за его слабости.
Когда они почти добрались, у Кей возникло очень странное ощущение. Она чувствовала, что не должна туда ехать. Дорога то появлялась, то вдруг исчезала. Сильно хотелось повернуть руль и вернуться домой. Некстати вспомнилось, что на работе она не успела сдать в архив некоторые документы, и показалось очень срочным сдать их. Тогда Кей остановила машину и задумалась. Она догадывалась, что это какие-то магические штучки. Видимо, так эти маги защищаются от излишнего любопытства окружающих. Значит, все сделано так, чтобы не маг не мог ехать вперед. Она посмотрела на мистера Малфоя, обдумывая идею привести его в чувство, чтобы он снял эту защиту, и испугалась. Он выглядел как покойник. Не без внутреннего страха она прижала руку к его шее. Пульс был, но едва прощупывался. Что же, вот и ответ. Ей внушают, что ехать вперед она не может, но и не ехать она не может тоже. И концентрируясь на этом внутреннем страхе, она погнала машину дальше.
Когда Малфоя забрали в их аналог операционной - как оно у них интересно называется - Кей забралась на подоконник, скрыв от взглядов свою перевязанную руку. И, изобразив на лице то выражение отрешенного ожидания, которое характерно для посетителей больниц, стала краешком глаза наблюдать за ребятами, ожидающими вместе с ней. А ребятки были интересные, да и уселись они очень интересно. Один из них - явно сын мистера Малфоя. Тоже блондин, уже сейчас потрясающе красивый такой нежной, эльфоподобной красотой. Одет явно наспех, в какое-то подобие плаща поверх пижамы. Бросил на саму Кей мимолетный взгляд, а потом спрятал лицо в ладони, чтобы скрыть от посторонних его выражение. Другой рыжий и долговязый. Сел сразу вслед за блондинчиком, но через стул от него. И сейчас вертелся, разглядывая стены, бросая украдкой взгляды на саму Кей и всем своим видом выражая мысль - а что я здесь делаю. Но все-таки сидит, и уйти не пытается. Третий - брюнет в очках. И какой у него интересный шрам на лбу. Этот уселся между двумя другими и с виноватым видом уставился в пол. Четвертая - девушка с непокорной гривой волос и лицом не без печати интеллекта. Она села с другой стороны от юного Малфоя. Посмотрела на того несколько раз, видимо, желая что-то сказать, но не решаясь. А потом, похоже, задумалась о чем-то своем.
В это время дверь распахнулась, и оттуда вышел мистер Дамблдор. Все ребята вскочили, выжидающе уставившись на него. Кей, спрыгнув с подоконника, присоединилась к ним.
- Все в порядке, он будет жить, - проинформировал их директор, - Но еще бы чуть-чуть... - он покачал головой, - Он пока без сознания, но к утру должен очнуться. Мистер Малфой, вы, если хотите, можете ненадолго зайти, посмотреть на своего отца.
- Спасибо, - Малфой-младший быстро вошел в дверь.
- Мисс ээ.. - обратился Дамблдор к Кей.
- Мисс Харвис, сэр, - представилась она.
- Да, так вот, мисс Харвис. Я думаю, будет лучше, если вы уберете свое транспортное средство от входа.
- Да, конечно.
- Рон, покажите мисс Харвис сарай рядом с хижиной Хагрида. Думаю, это будет в самый раз.
- Да, сэр, - ответили Кей и Рон почти хором. Ее при этом занимала мысль об отсутствии здесь гаража. Хотя тем, кто умеет аппарировать, транспорт как бы и не нужен.
- А потом проводишь мисс Харвис в гостевые комнаты рядом с комнатами профессора Мак-Гонаголл. Знаешь где?
- Да, знаю, профессор, - ответил Рон, - Идемте, - обратился он к Кей.
Гарри и Гермиона тоже попытались двинуться следом, но были остановлены директором:
- А вы двое объясните мне, что вы делали после отбоя за пределами своего общежития...
- Кажется, они попались, - улыбнулась Кей, когда за ними с Роном закрылась входная дверь.
- Ну, ничего страшного, это ведь не Снейп, - улыбнулся в ответ Рон, - меня Рон зовут.
- Да, я слышала. А меня Мэри, - ответила Кей.
- Значит, ты доехала до Хогвартса на машине? Через Хогсмид ехала?
- Да, ели добралась.
- У какая машина, я таких и не видел, - удивленно сказал Рон, когда они подошли.
А Кей в очередной раз удивилась. Чтобы парень да не разбирался в моделях спортивных автомобилей. Видимо здесь совсем другие интересы. Когда она положила руки на руль, боль в поврежденной снова напомнила о себе, да и Рон заметил повязку. Поэтому она разжала пальцы, зашипев сквозь зубы от боли. Могла бы и не шипеть. Терпеть боль с милой улыбочкой ее учили долго и старательно, но пока она не решила, какую роль будет здесь играть, демонстрировать свои странности не стоило.
- Что у тебя с рукой?
- Поранилась случайно. Еще дома. Да ничего страшного, вот только бинт бы сменить, а в аптечке закончились.
- Тебе надо к мадам Помфри, она это мигом вылечит.
- Да стоит ли?
- Стоит, стоит. Так, а теперь вот сюда.
Они подъехали к какому-то строению недалеко от леса. В доме злобно лаяла собака, чей голосок явно намекал на немалые размеры. Загнав машину в сарай, они пошли обратно. Рон неловко молчал, явно пытаясь найти тему для разговора, и не находя. Кей поддерживала его молчание, все еще не решив, как себя здесь вести.
Мадам Помфри открыла им на стук.
- Рон, что тебе? - спросила она.
- Вот Мэри, у нее рука повреждена, - он махнул рукой в сторону Кей. И Кей с готовностью продемонстрировала перевязанную руку.
- Что же ты раньше не сказала, - забеспокоилась мадам Помфри, пропуская ее внутрь.
- Да забыла я, - честно ответила Кей.
- Как же это тебя угораздило? - спросила мадам Помфри, размотав повязку.
- О, я довольно неуклюжая, - Кей виновато улыбнулась, - Оступилась, начала падать и рукой прямо по пирамидке. Такая хрустальная, украшение, знаете?
Назначение хрустальных пирамидок явно волновало мадам Помфри меньше всего на свете. Она целеустремленно залила рану девушки какой-то жгучей жидкостью, достала палочку и направила на рану. Кей сдержала инстинктивное желание вырвать у нее эту палочку, чтоб не направляла на кого ни попадя. Мадам Помфри прошептала какое-то заклинание, рука онемела, а рана начала закрываться прямо на глазах. Через пару минут чувствительность вернулась. Рука была абсолютно целой - даже шрама не осталось.
- Здорово, - обратилась Кей к целительнице, сжимая и разжимая руку, - Спасибо!
- Ну, милая. Это не сложно. А вот с мистером Малфоем мне пришлось повозиться.
- Как он сейчас? - спросила Кей.
- Пока без сознания. Можешь на него посмотреть.
- Спасибо.

Мистер Малфой лежал на больничной кровати аккуратно укутанный одеялом. Он все еще оставался очень бледным, но исчез пугающий синий оттенок губ. Кей тихо опустилась на стул рядом с кроватью, прислушиваясь к его ровному дыханию. Ее отношение к нему за прошедшие сутки изменилось. Раньше были жалость, желание помочь - он оказался в сложной ситуации. И, еще, пожалуй, любопытство. Он, определенно, был яркой личностью. Скорее всего, она не раз вспомнила бы о нем, если бы они вчера расстались, но не более того. А потом он использовал против нее заклинание принуждения. По идее после этого ее отношение к нему должно было бы стать резко негативным. Но было одно но. Кей не могла бы дать гарантию, что не поступила бы на его месте подобным же образом. Ее саму жизнь как-то давно отучила верить в человеческое благородство и бескорыстие, его, вероятно, тоже. Что же, он просто ей не доверял, да и имел ли он основания доверять ей. Кей запинала в подсознание мысль о том, что да, имел. В любом случае, к ее чувствам по отношению к нему добавилось некий вид уважения. Уважения к равному. К человеку, который мог бы быть как опасным врагом, так и сильным союзником.
- Мэри, думаю тебе лучше пойти, отдохнуть. Ты выглядишь усталой, - прервала ее размышления мадам Помфри.
- Да, конечно, - Кей поднялась, - И Рон меня, наверное, заждался.

В гостевых комнатах она обнаружила ванную, где наконец-то с удовольствием смыла с себя грязь и кровь. По возможности выстирала свою одежду. И, завернувшись в нашедшийся в ванной банный халат, уселась на кровать, задумавшись, что делать дальше. Было бы неплохо включить компьютер, выйти в сеть, и попытаться повыловить информацию о том, что кому известно о произошедших событиях, но розетки в комнате не обнаружилось, а сажать аккумулятор без крайней необходимости она не хотела. Зато во время поиска розетки обнаружилась забытая кем-то книга "Чары. Базовый уровень". И она погрузилась в чтение.
Рассвет застал ее все еще читающей. Спать хотелось по страшному, зато в голове начал вырисовываться план. Поэтому она забралась под одеяло, решив поспать хотя бы пару часиков. Но, меньше чем через час была разбужена стуком в дверь. И, на ходу завязывая пояс халата, и пытаясь рукой причесаться, поплелась открывать. На пороге объявилась высокая немолодая женщина со строгим лицом.
- Мисс Харвис, - начала женщина, - Я профессор Мак-Гонаголл.
- Очень приятно, я Мэри Харвис, но вы это уже знаете - ответила Кей.
- Да, - улыбнулась женщина, сразу став гораздо более симпатичной, - Профессор Дамблдор хочет с вами поговорить. Я захватила для вас кое-какую одежду. Одевайтесь, а я вас потом провожу.
Кое-какая одежда оказалась тем подобием плаща, в котором все они здесь ходили. Кей натянула собственную одежду, морщась от прикосновения влажной ткани к теплой коже, сверху накинула принесенное одеяние и присмотрелась к себе в зеркале. К счастью она оставалась достаточно худенькой, чтобы выглядеть моложе своего возраста. И, к счастью, она была блондинкой.
- Я готова, профессор, - сказала Кей, выходя из ванной.
- Пойдемте, директор ждет нас в больничном крыле.
По дороге Кей тратила основное свое внимание на разглядывание строения при утреннем свете. Ее первое впечатление подтвердилось, геометрия этого здания явно Евклидовой не была. Директор ждал их в одной из комнат больничного крыла.
- Мисс Харвис, Минерва садитесь, хотите чаю, - обратился к ним директор.
Когда наколдованные им чашки оказались у них в руках, он перешел к разговору, ради которого и позвал ее сюда.
- Мисс Харвис, я хотел бы услышать от вас об этом происшествии.
- Ну, я знаю очень мало, - притворно замялась она.
- И все же, где вы познакомились с мистером Малфоем?
- О, познакомились мы на самом деле только два дня назад. Но он мой отец.
Директор и профессор Мак-Гонаголл были так шокированы этим заявлением, что не услышали удивленного вздоха и шороха в углу комнаты рядом с дверью.



Глава 16.

На рассвете Гарри приснился кошмар. Задыхаясь, он вырвался из его обволакивающих объятий и сел на кровати. Несколько минут он тупо смотрел перед собой, пытаясь понять, где он. Потом понял - он именно там где и должен быть - в спальне семиклассников в Хогвартсе. Это понимание разрушило остатки сна и унесло с собой все воспоминания о нем. Уже собравшись лечь спать дальше, чтобы урвать полчасика сна перед подъемом, Гарри неожиданно увидел, что не он один бодрствует в столь ранний час. Драко Малфой неподвижно сидел, свесив ноги со своей кровати. Он опирался локтями о колени, лицо спрятано в ладонях. Гарри поднялся с постели, нашел очки, и, зябко поджимая пальцы ног от прикосновения к холодному полу, подошел к нему и сел рядом.
- Малфой, - позвал он.
- Чего надо, Поттер? - ответил Малфой не слишком вежливо, подняв голову. Выглядел он совершенно измученным.
- Ты хоть спал сегодня? - если бы кто-нибудь неделю назад сказал Гарри, что он будет заботиться о самочувствии своего вечного недоброжелателя Драко Малфоя, он бы не поверил. Но сейчас, в призрачном свете наступающего утра, когда были лишь они двое, бодрствующие посреди спящего Хогвартса, это казалось совершенно естественным.
- Нет, я все думаю как он там, - ответил Драко глухим голосом. Если бы кто-нибудь сказал ему неделю назад, что он будет откровенно делиться своими переживаниями со своим вечным конкурентом Гарри Поттером, он бы высмеял такого человека. Но сейчас это казалось таким простым.
Гарри еще раз взглянул на измученное лицо Малфоя и, внезапно, загорелся идеей:
- Одевайся, пошли в больничное крыло.
- Так нас туда и пустили в пять утра.
- Уже почти шесть, и мы никого не спросим, - не унимался Гарри, - Просто посмотрим как там что, и уйдем. Нас даже никто не заметит.
- И почему нас, по-твоему, не заметят? - с оттенком былого сарказма в голосе полюбопытствовал Драко.
- Не беспокойся, Малфой, я все продумал, - успокоил его Поттер.

И вот они вдвоем, завернувшись в мантию-невидимку пробрались к больничному крылу и остановились перед закрытой дверью.
- И как мы войдем? - полюбопытствовал Драко.
- Об этом я еще не думал, - честно ответил Гарри, - Подожди, сейчас что-нибудь придумаю.
Драко не успел выразить свое восхищение стратегическими талантами Поттера, потому что в коридоре неожиданно показались еще две фигуры - профессор Мак-Гонаголл и вчерашняя незнакомка. Профессор широко открыла двери, пропуская девушку, и Гарри с Драко успели проскользнуть следом. В больничном крыле профессор и незнакомка не вошли, как ожидалось в палату к мистеру Малфою, а прошли в другую комнату. Гарри и Драко, удивленно переглянувшись, последовали за ними, благо профессор оставила дверь открытой. В комнате обнаружился сам директор Дамблдор, поэтому ребята, затаив дыхание, замерли в углу около двери. Профессор Дамблдор предложил своим собеседницам чаю и начал выяснять у девушки подробности происшедшего с мистером Малфоем-старшим. Гарри стоял под накидкой достаточно близко к Драко, чтобы почувствовать, как тот напрягся при этом вопросе. А когда девушка объявила, что Люциус Малфой - ее отец, Гарри едва успел зажать рукой рот Драко, чтобы помешать тому выдать их присутствие неосторожным возгласом. В это время профессор и новоявленная мисс Малфой продолжали свой разговор:
- Мисс Харвс, вы сказали он ваш отец? - переспросил Дамблдор.
- Да, - девушка виновато опустила глаза и уставилась на собственные пальцы, - Только я об этом узнала совсем недавно. Раньше я думала, что мой отец погиб еще до моего рождения. Но моя мама умерла месяц назад, - девушка еще ниже опустила голову, - И она оставила мне письмо, в котором все объяснила. Это была случайная встреча... - девушка замялась, - А потом появился он. Только я не уверена, что он захочет, чтобы все об этом знали, пожалуйста, - она подалась к Дамблдору с мольбой в глазах.
- Да, мисс, а каковы ваши дальнейшие планы?
Девушка снова уставилась на свои руки и ответила ровным голосом:
- Не знаю. Я несовершеннолетняя, а он мой единственный родственник. Дом, где я раньше жила сгорел, - девушка снова замолчала.
- Хм, несовершеннолетняя, - произнес Дамблдор, - А сколько вам лет?
- Семнадцать, - ответила девушка.
При этих ее словах Драко опять попытался вырваться из рук Гарри, но Гарри держал его крепко.
- Хорошо, мисс Харвис, - задумчиво произнес Дамблдор, - Мне надо подумать. Сейчас вы можете пойти к себе в комнату, тем более мистер Малфой еще не очнулся, а через полчасика перед завтраком зайдете ко мне в кабинет. Дорогу помните?

Дождавшись, пока профессора и девушка выйдут, Гарри, наконец, отпустил Малфоя.
- Поттер, чего ты в меня вцепился! - возмутился отпущенный на свободу Драко.
- А ты бы хотел, чтобы нас заметили?! - возмутился в ответ Гарри.
- Нет. Но как он мог!
- Ну, Малфой, что тут такого. А миленькая у тебя сестричка... - начал Гарри, но вынужден был замолчать, потому что Драко схватил его за грудки и зашипел прямо в лицо:
- Еще слово, Поттер, и я тебя убью.
- Малфой, ладно. Я не хотел, - примирительно ответил Гарри. И Малфой отпустил его.
- Он, с маглой. Нет, я не верю! - Драко говорил это, словно думал вслух, - И ей тоже семнадцать... Значит он с ней и с моей матерью... Это отвратительно! - Драко быстро и не слишком думая, куда идет, сделал круг по комнате и пошел к двери. Но по дороге был остановлен Поттером.
- Драко, подожди. Надо спрятаться под мантией, а то нас увидят.
- Да, конечно, - слова Поттера вернули Драко к действительности, - И, Поттер, не говори никому об этом, а то я тебя точно убью.
- Не скажу. А ты думаешь, другие не скажут?
- Ты слышал, она просила Дамблдора не говорить. Отец точно не скажет. А она скоро уедет. Что такой делать в Хогвартсе.

К утру Гермиона разработала план, каким образом добыть ингредиенты для волеукрепляющего зелья. Первым пунктом плана было заработать отработку наказания у профессора Снейпа. Как точно она это сделает, она еще не знала. Но, как известно, заработать у него наказание - это не проблема, проблема - не заработать слишком много наказания. Получить наказание во время урока не казалось ей привлекательным. Все-таки она одна из лучших учениц и терять реноме не хотелось. Следовательно, надо что-то такое нехорошее сделать во внеурочное время. Думая так, она как раз спускалась по лестнице и, по случайности, то ли счастливой, то ли несчастной, ее взгляд неожиданно упал на самого профессора Снейпа, который спускался на пролет ниже нее и сейчас оказался точно под ней. Повинуясь импульсу, она подалась к краю лестницы, перенесла руки с книгами за перила и выпустила всю немаленькую стопку книг. Ее прицел оказался точным. Книги свалились прямо на голову профессора. Он упал и, вместо того, чтобы вскочить и броситься к ней назначать наказание, как планировалось, остался лежать неподвижно. Гермиона, ужаснувшись содеянному, кинулась к нему.
- Профессор, - она аккуратно прикоснулась к его плечу.
Он по-прежнему молчал про минус баллы с Гриффиндора - видимо, был без сознания. Тогда Гермиона с ужасом ухватила его за плечи и потрясла:
- Профессор Снейп! Пожалуйста! - тут Гермиона вспомнила, что все-таки была ведьмой, и очень способной. Достала палочку, направила на него и произнесла "Энервейт". Он застонал и поднес руку к голове.
- Профессор, как вы? - спросила она.
- Мисс Грейнджер, - страдальчески произнес он, открыв, наконец, глаза, - Вы что, объявили сезон охоты на профессоров?
- Нет, сэр, - виновато ответила она.
- Значит, только на меня одного, - он с трудом сел на лестнице.
- Это произошло случайно, - соврала она, чувствуя, что краснеет.
Он поднялся, покачнувшись. Но когда Гермиона потянулась помочь ему, то была остановлена выразительным взглядом.
- Спасибо, мисс. Думаю, вы уже сделали все, что могли, - произнес он своим обычным саркастическим голосом, - И как вы думаете, скольких баллов это будет стоить Гриффиндору?
- Профессор, пожалуйста, не снимайте из-за меня баллы с Гриффиндора. Я лучше отработаю личное наказание, - она посмотрела на него с надеждой.
- Действительно, Северус. Мисс Грейнджер наверняка не виновата, - по лестнице спускался профессор Смит.
- Арчибальд, спасибо, но я прекрасно знаю, что делаю, - ответил Снейп с язвительной вежливостью, - Мисс Грейнджер. Пять баллов с Гриффиндора, - сказал он Гермионе.
Профессор Смит ободряюще ей улыбнулся, и профессора удалились в направлении столовой.
Гермиона осталась стоять на месте, ошеломленно глядя им вслед. Итак, она чуть не убила профессор Снейпа, а он снял с нее всего лишь пять баллов. И никакого личного наказания. Пока ее план терпел неудачу, а все из-за вмешательства так некстати подвернувшегося профессора ЗОТС. А сам профессор ЗОТС, Мерлин, какой он все-таки привлекательный. Гермиона понимала, что это следствие действия зелья, но поделать с собой ничего не могла.

Когда все ученики собрались в столовой, появился профессор Дамблдор. Рядом с ним шла незнакомая большинству учащихся белокурая девушка. Она, пожалуй, могла бы выглядеть красивой, если бы не держала себя так скованно. Они прошли к преподавательскому столу, и директор объявил:
- Дорогие ученики! Я счастлив представить вам новую ученицу Хогвартса. Мисс Харвис некоторое время будет учиться вместе с седьмыми классами. Она не совсем обычная ученица и не сможет посещать некоторые предметы. Но, я думаю, вы сможете стать друзьями, и я вас всех прошу отнестись к ней с заботой и вниманием. А сейчас произойдет процедура распределения.



Глава 17.

Входя в общую столовую вместе с директором этого странного учебного заведения, Кей думала, стоит ли поздравлять себя с тем, что ее план удался, или лучше себе посочувствовать. В кабинете профессора Дамблдора, куда она пришла незадолго до этого, у них состоялся довольно интересный разговор:
- Мисс Харвис, если я правильно понял ваши слова, вам некуда возвращаться?
- Думаю, если я вернусь, меня отправят в приют, - Кей уставилась на свои нервно сцепленные руки, изображая негативное отношение к этой перспективе.
- А знаете ли вы, моя дорогая, где находитесь? - лицо профессора выражало удовольствие от того, что он может решить эту проблему.
- Это школа, где учатся магии?
- Да, мисс. И, думаю, вы вполне можете остаться в ее стенах до своего совершеннолетия.
- Но я ведь не... Как это? Не имею соответствующих способностей, - Кей изобразила замешательство.
- Здесь это называется "сквиб". Ребенок магов, лишенный способностей. Ничего страшного. Некоторые курсы вы сможете посещать. Вы, конечно, не сумеете сдать выпускные экзамены. Зато, будете вместе со своими сверстниками и сможете общаться с отцом, - директор выглядел воодушевленным своей идеей.
- Вы думаете? - Кей притворилась колеблющейся.
- Я только предлагаю. Выбор за вами.
- Да, профессор, спасибо. Думаю, это лучший вариант для меня.
Для Кей это действительно был лучший вариант. Возвращаться в обычный мир ей пока не стоило в любом случае, а роль ученицы делала ее с одной стороны достаточно незаметной и, с другой стороны, позволяла узнать, как там Малфой говорил... Да, силу магии. Вопрос был в другом - зачем это понадобилось директору.

Как объяснил ей профессор Дамблдор по дороге, в школе было четыре конкурирующих факультета. И ученики туда распределялись не случайным образом, а путем применения некоего магического артефакта, называемого шляпой-сортировщицей.
И вот этот самый предмет, вызывавший у нее чувство какого-то первобытного страха, тщательно ею подавленное, водрузили ей на голову. Шляпа зашевелилась на голове, умащиваясь поудобней.
- Ну, что тут у нас? - зазвучал у Кей в голове голос.
Так, шляпа оказалась телепаткой. Кей постаралась думать только о вещах неважных, перескакивая мыслями с того, что означают рисунки на флагах к тому, что едой пахнет очень вкусно, а ела она последний раз вчера днем, да и то это была крошечная булочка с кофе. Но ее мысли шляпу, похоже, не очень волновали.
- Хм, - продолжила шляпа, - Не будь ты маглой, я бы сказала, Слизерин. Но магле там будет не очень-то уютно.
- Тогда, лучше не надо, - вежливо ответила Кей мысленно.
- Хорошо. Хаффлпаф тоже отпадает. Я не скажу, что в тебе нет доброты, но какая-то она странная. Хотя приняли бы тебя там замечательно. Райвенкло... - шляпа колебалась, - Нет, ума у тебя достаточно, но ты магла. А Райвенкло факультет ученых магов. Остается Гриффиндор, - Кей послышалось сожаление в мысленном голосе шляпы.
- А может все-таки Хаффлпаф? - робко спросила она.
- Нет. Гриффиндор! - последнее слово шляпа произнесла на весь зал.
- Мисс Харвис, вам туда, - произнес директор, довольно улыбаясь и показывая рукой на один из столов.
Кей неуверенно пошла по направлению к указанному столу. За столом обнаружились все ее вчерашние знакомцы. Рон радостно улыбался. Девушка с каштановыми волосами подвинулась, освобождая ей место между собой и Роном. Зато юный Малфой смотрел на нее с выражением плохо скрываемого неудовольствия. А парень со шрамом разглядывал с каким-то чрезмерным любопытством.
- Привет, я Гермиона Грейнджер, - сказала девушка Кей, доброжелательно улыбаясь.
- Привет, я Мэри, - Кей улыбнулась в ответ.
- Мэри! Как здорово, что ты попала к нам! - это Рон, - Знакомься, это Гарри Поттер, это Невилл...
Кей улыбалась всем, с кем ее знакомили, старательно запоминая имена. Что интересно, Малфоя Рон почему-то не назвал.
- А где ты раньше училась? - это Гермиона.
- Я... - Кей решила, что лучше сразу сказать то, что она собиралась выдавать за правду, - В обычной школе. Я магла. Точнее, сквиб, - Кей изобразила смущение.
Ее соседи дружно замолчали.
- А что ты тогда здесь делаешь? - пораженно спросил Рон.
- Мне просто больше деваться некуда, - ответила Кей.
- Ничего страшного, - Гермиона обняла ее за плечи, - Здесь все равно очень интересно. Ты сможешь учиться рунам, арифмантике, зельям.
- Да уж, зельям, - недовольно сказал Рон. И все вокруг снова заговорили как обычно.

Первый урок у Гриффиндора оказался историей магии. Гермиона, кажется, решила опекать бедную Мэри Харвис, и Кей была этому искренне рада. В классе они сели за одну парту, Гермиона поделилась с ней письменными принадлежностями. Рон, сидящий за соседней партой, начал возбужденно рассказывать ей про какую-то игру, называемую "Квидич", когда в дверях появилось нечто. Этот, гм, объект... Назвать это иначе у Кей язык не поворачивался. Так вот, этот полупрозрачный человекоподобный объект проплыл через весь класс к кафедре. "Неужели, голограмма?" - подумала Кей.
- Это профессор Биннз, он привидение, - подтолкнула Кей Гермиона.
Ну ладно, история магии оказалась не так уж и ужасна. Профессор нудно рассказывал про четвертое восстание гоблинов. Кей аккуратно конспектировала. Вообще, это была совершенно нормальная история борьбы угнетенного меньшинства против угнетающего большинства, усиленная культурными различиями. Вернее, она казалась нормальной, если не смотреть на профессора и не обращать внимания на то, что одну из сторон он упрямо именовал гоблинами.
Но следующим уроком шли зелья. Профессор на этот раз оказался вполне живым человеком. Что странно, при таком характере и так долго жить. Он ворвался в класс в развевающихся черных одеждах, обвел весь класс взглядом, исполненным явного неудовольствия. Потом его взгляд остановился на Кей лично.
- Мисс Харвис. Я не понимаю, почему дирекция считает, что я должен тратить свое время на вас, отрывая его от других учеников. Тем не менее, вы можете присутствовать, - он выразительно посмотрел ей в глаза, - Но запомните. Зелья на моих уроках вы варить не будете.
- Извините, профессор, - Кей потупилась, - Можно я, хотя бы попробую.
Профессор уставился на нее как на какое-то насекомое, но потом все же ответил:
- Ладно. Но только до первого взрыва. Мне достаточно одного Лонгботтома.
И он начал объяснять рецепт зелья. Кей старательно записывала: "Вода дистиллированная - 200 мл... Угу... Два измельченных дождевых червя... Что? Ладно... Одно корневище горечавки... Замечательно... Одна чешуйка василиска... Все хорошо, Кей, это не глюки... Довести до кипения. Добавить две щепотки шерсти единорога и... Что, единорога?!! Успокойся, Кей, ты все равно не девственница..."
Записав рецептуру и получив необходимые ингредиенты, Кей занялась приготовлением. Пока все изменения в цвете и концентрации точно соответствовали описанию. Неожиданно, мимо ее парты прошел молодой Малфой. Он попросил у профессора новый корень горечавки, потому что старый показался ему недосушенным. Профессор с явным неудовольствием выдал требуемое. Возвращаясь, Малфой задержался на мгновение рядом с ее партой, ухмыльнулся, глядя на нее. Бросил что-то в ее котел и пошел на свое место. Сначала в котле ничего не происходило. Потом началась какая-то реакция. А Кей сидела и смотрела на это в замешательстве, не зная, что делать. Вернее, она знала, что должна сделать Кей в этом случае - взять котел и как можно скорее выбросить его в соседнюю комнату, где, как она уже видела, была кладовка и, соответственно, никто не мог пострадать. Паранойя, конечно, но зато полезная. А вот что должна делать мисс Харвис?! Реакция тем временем набирала силу, обещая грядущий взрыв. Тогда Кей толкнула под парту Гермиону, с которой они опять сидели вместе, и спряталась сама. Взрыв не заставил себя ждать, хотя и был гораздо слабее, чем Кей опасалась.
Вылезая из-под парты, Кей наткнулась взглядом на возмущенный взгляд профессора Снейпа.
- Мисс Харвис! Думаю, обучение зельям для вас на этом закончено. И, - он злорадно улыбнулся, - Десять баллов с Гриффиндора.

После зельеделия наступила большая перемена. Вместо столовой, Кей направилась знакомым путем в больничное крыло чтобы, как и подобает любящей дочери, узнать, как себя чувствует мистер Малфой.
Еще из-за двери она услышала его голос. Возникшее при этом чувство облегчения удивило ее саму.
- Мистер Дамблдор, - говорил Люциус, - Мне хотелось бы узнать, почему мне не разрешено увидеться с моим сыном?
- Но, мистер Малфой, никто не запрещал ему посещать вас, - голос Дамблдора.
- Да, вчера мальчик не хотел уходить и казался очень обеспокоенным, - это мадам Помфри.
Кей, постучавшись, вошла в палату и остановилась в дверях. Мистер Малфой, все еще очень бледный, одетый в пижаму, сидел на кровати, привалившись спиной к ее спинке. Кроме него присутствовали только директор Дамблдор и мадам Помфри. Она как раз подала мистеру Малфою стакан с какой-то жидкостью. Он взял, с явным отвращением принюхался и начал пить. Мадам Помфри, выполнив, что была должна, направилась к двери и заметила Кей.
- Проходи, милая, - улыбнулась она девушке и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.
Профессор Дамблдор обернулся на голос, и тоже увидел Кей.
- Да, проходите мисс Харвис. Думаю, мистеру Малфою будет приятно увидеть свою дочь.
Мистер Малфой, как раз допивающий свое лекарство, поперхнулся и закашлялся. Профессор Дамблдор соизволил подойти и легонечко постучать его по спине. Кей предпочла остаться на расстоянии. Откашлявшись, мистер Малфой напялил на лицо подобие вежливой улыбки и, повернувшись к директору, сказал:
- Мистер Дамблдор, извините, не могли бы вы оставить меня ненадолго наедине с... - он на мгновенье замялся, - ...моей дочерью.
- Да, конечно, - директор вышел.
Люциус проводил его взглядом. Когда дверь за директором захлопнулась, мистер Малфой перевел взгляд на Кей.
"А ведь его можно испугаться" - подумала Кей отстраненно.
- Мисс Харвис, - сказал он, явно сдерживая себя, - Вы случайно не знаете, где моя палочка?
- Ну, - Кей притворно замялась, - Я уже осознала ценность этого предмета. В общем, она у меня.
- А не будете ли вы так любезны, и не вернете ли вы ее мне? - приторно вежливо спросил он ее.
- Извините, мистер Малфой, но я не уверена в целесообразности данного поступка, - ответила она, тщательно копируя его тон.
Он прикрыл глаза и глубоко вздохнул, стараясь успокоиться.
- Я обещаю, никаких "Империо" или "Круцио", - все еще не открывая глаз, сказал он.
- Да? - сомневаясь, переспросила Кей.
- Да. Я лишь хочу сделать так, чтобы нас нельзя было подслушать.



Глава 18.

После зельеделия Гарри Поттер подошел к Драко:
- Малфой, отойдем. Надо поговорить.
- О чем это? - попытался воспротивиться Драко.
- Ты знаешь, о чем.
- Ладно... - Драко пошел вслед за Поттером, удивляясь, зачем он это делает.
Вслед им раздался взрыв глумливого смеха со стороны слизеринцев.
- Надоели! - раздраженно произнес Драко.
- А, наплевать на них, - ответил Поттер с усталым безразличием.
Они отошли уже достаточно далеко от остальных, и Драко спросил:
- И что тебе надо?
- Малфой. Я видел, как ты кинул что-то в зелье Мэри Харвис, - произнес Поттер обвиняющим тоном.
- Ну и?
- Ты не должен этого делать.
- Поттер, почему, интересно?
- Я не хочу, чтобы ты причинил ей какой-нибудь вред.
- А если я тебя не послушаюсь, то ты всем расскажешь, кто она?
- Ну..., - ответил Поттер немного неуверенно.
- И это притом, что ты обещал никому не говорить! Дорого же стоят твои обещания, Поттер! - Малфой быстро заводился.
- Нет! Я тогда расскажу твоему отцу, что ты делаешь!
- А думаешь, она сама жаловаться не побежит!
- Малфой! В конце концов, она-то ничем не виновата! И она твоя сестра!
- Вот именно! И это внутреннее дело семьи Малфоев!
- Малфой, ты...
- Ладно, - сказал Драко, внезапно успокаиваясь, - Не переживай так, Поттер. Я не собираюсь причинить ей серьезного вреда. Я лишь хочу, чтобы она убралась отсюда, плача от радости, что может это сделать. И ничего больше. Все-таки, действительно, родственница, - он хмыкнул, произнося последнее слово.
- Все равно, Малфой, я не думаю, что тебе стоит это делать...
- Знаешь, это тебя не касается...
- Ладно, как хочешь. А как там мистер Малфой?
- Видеть его пока не хочу...
Продолжению их разговора помешал подошедший Рон.
- Гарри, вот вы где! А я тебя везде ищу! - начал он с выражением азарта на лице, - Пойдемте!
- Куда? - удивленно спросил Гарри.
- В сарай рядом с домом Хагрида.
- И что нам там надо?
- О! Это такая машина!
- Какая машина? - опять удивился Гарри.
- Мэри на ней вчера приехала, и Дамблдор велел поставить машину в сарай.
- Машина Харвис? Стоит посмотреть, - заинтересовался Малфой. Гарри посмотрел на него с подозрением. Он в ответ пожал плечами, всем своим видом выражая, что ничего не замышляет.
- Да, пойдемте, пока время есть, - опять позвал Рон, и они пошли.

Машина по-прежнему стояла в сарае и оказалась незапертой. Они залезли в нее. Рон занял место за рулем.
- Что, Уизли, умеешь водить? - полюбопытствовал Малфой.
- А что тут сложного, - ответил Рон, - Во-первых, надо повернуть ключ.
Ключа, конечно, не обнаружилось. Он остался на память законному владельцу автомобиля. Зато обнаружились торчащие оголенные провода.
- Слушайте, - удивился Гарри, уставясь на эти провода, - А она ведь угнала эту машину.
- Неужели? - удивился Малфой.
- А почему ты так думаешь? - спросил Рон.
- Я в доме дяди как-то фильм видел. Там угнанные машины без ключа заводили, соединяя провода.
- Правда? - обрадовался Рон и ухватил эти самые провода. Но все его попытки завести с помощью них машину потерпели неудачу.
- Да уж, Уизли, с тобой куда поедешь, - издевательски протянул Малфой.
- Заткнись, Малфой! - повернулся к нему Гарри.
Они возмущенно уставились друг на друга, оставив без внимания Рона. И, как оказалось, напрасно. Уязвленный недооценкой своих водительских талантов, он произнес заклинание, отложившееся у него в памяти после экспериментов с летающей машиной мистера Уизли. И заклинание как-то сработало. Двигатель машины сначала довольно заурчал, но потом раздался какой-то скрежет. Машина подпрыгнула и устремилась к задней стене сарая. Стена не оказалась ей существенной помехой и, подпрыгивая на кочках, машина понеслась к лесу. Ее пассажиры уцепились за что попало. Рон пытался управлять движением с помощью руля, но удавалось это не слишком.
- Рон, останови ее! - прокричал Гарри.
Рон попытался понажимать на все педали, которые были под ногами. Никакой реакции. За окнами уже мелькали деревья запретного леса.
- Она не слушается!
- Идиот! Заклинание! Фините инкантатем! - Прокричал Малфой. Но осталось неизвестным, смогло ли бы это остановить машину, потому что под ее колесами оказалась пустота...

По дороге в столовую Гермиона была остановлена профессором Смитом. О, Мерлин, как же это тяжело, просто находиться рядом с ним и не иметь возможности к нему прикоснуться.
- Мисс Грейнджер! Я хочу с вами поговорить.
- Да, профессор, - ответила Гермиона вслух, а в мыслях: "Да. Я хочу. И говорить, и видеть каждый день. Быть рядом, просто прикоснуться... Нет, это зелье! Пожалуйста..."
- Вы уже выбрали тему своей исследовательской работы в этом семестре?
- Нет, профессор, еще не выбрала, - а в голове "Да, выбор сделан. Мое исследование вы. И я законспектирую улыбку, вкус ваших губ, и запах тела. Вы лишь позвольте мне... О, Мерлин!"
- Я хотел бы предложить вам провести исследование в области ЗОТС.
- Спасибо, я подумаю, - "Я все приму, что предложить мне захотите, и лишь скажу спасибо..."
- Как вы смотрите на тему...
- Я смотрю... - прошептала как сомнамбула Гермиона, уставившись на его губы.
- Простите, мисс Грейнджер? - недоуменно переспросил он.
- Что? - Гермиона внезапно очнулась. Это надо было прекратить и немедленно. Она в отчаянии кинула взгляд через плечо профессора Смита и увидела свой шанс к спасению. По коридору в их направлении шел профессор зельеделия. Как всегда мрачный и нелюдимый, но сейчас Гермиона была искренне рада его видеть.
- Извините, - сказала она профессору Смиту и, отойдя от него, пошла навстречу Снейпу.
- Извините, профессор, - Гермиона замялась, лихорадочно придумывая, что же ему сказать, - Я только хотела узнать, как вы себя чувствуете.
- Что, интересуетесь, можно ли продолжить ваши эксперименты? - язвительно полюбопытствовал профессор зельеделия.
- Простите, сэр, - Гермиона почувствовала, что краснеет, и опустила глаза. Снейп посмотрел на нее с любопытством. Ни Гермиона, ни Снейп не заметили, с каким выражением смотрит на них профессор Смит. А зря...

Приземлилась машина довольно удачно, да и падать оказалось не так уж далеко. В общем, ничего не взорвалось, никто не пострадал. Но мотор заглох, и не было ни одного признака, что он когда-нибудь заведется опять. Да и кому захочется заводить мотор этих обломков. Выбравшись из машины, они стояли и смотрели на нее: Рон с выражением ужаса от дела рук своих, Гарри расстроено, а Драко с выражением глубокого удовлетворения на лице.
- Кажется, девушке придется возвращаться домой пешочком, - сделал вывод Драко.
- Чего ты радуешься, Малфой, - начал было возмущаться Гарри, но был остановлен Роном, который ухватив его за руку, показывал другой рукой куда-то в сторону. Посмотрев в том же направлении, Поттер увидел: из-за деревьев медленно выходили кентавры и окружали их со всех сторон. Возможно, среди них и были те, кого Гарри видел раньше, но сейчас он не мог узнать ни одного из них.
- Люди. В нашем лесу, - начал один.
- Они еще дети, - сказал другой.
- Они уже не дети. Смерть им!
- Нет...
- Подождите! - еще один кентавр вышел вперед. В отличие от остальных он выглядел откровенно старым, - Я видел их. Я видел их в своих снах, и звезды шептали мне слова о любви и смерти, о преданности и предательстве, - он говорил словно не совсем понимал, где находится, и какие слова произносят в этот момент его губы, - Ты, - он сделал шаг по направлению к Гарри и протянул руку так, будто хотел его коснуться, - Ты, тот, кто выжил однажды. Смерть опять идет рядом с тобой. Я слышу ее шаги. Но она опять возьмет не тебя...
- Что вы хотите сказать? - с ужасом переспросил Гарри, - Кто-то опять умрет из-за меня?! Кто?!
- Я не вижу. Я больше ничего не вижу. Кто-то открыл книгу перемен, и судьба уже занесла свою руку, чтобы вписать в нее новые строки.
- Книга перемен? Это по которой гадают? - удивился Рон.
- Глупый человек, - сказал кентавр безразличным голосом, - Пути мира вписаны в эту книгу. Но те строки, что писались раньше лишь огнем и кровью, теперь пишутся огнем, кровью и холодным железом. Мир меняется, а я уже стар и ничего не вижу, - он снова взглянул на Гарри, - Я вижу смерть, но у нее нет имени. Я вижу смерть, но не вижу мертвых. Уходите, - и кентавры в молчании исчезли за деревьями.




Глава 19.

Получив от Люциуса обещание не применять к ней заклинаний, если она вернет ему палочку, мисс Харвис c миленькой улыбочкой достала этот предмет, но не отдала его сразу. Вместо этого, покрутила палочку в руках и задумчиво сказала:
- Да, профессор Дамблдор вряд ли обрадуется, если вы сделаете что-нибудь со своей дочерью, - произнеся это, она взглянула на него в упор.
- Думаю, вы правы, мисс, - он постарался говорить спокойно.
Тогда она протянула ему палочку и внимательно следила за его действиями, пока он накладывал чары, препятствующие подслушиванию как с помощью магии, так и без ее использования. Это занятие утомило его, все-таки его силы после ранения еще не восстановились полностью, и он откинулся на подушки, прикрыв глаза.
- Как вы себя чувствуете? - Люциус с удивлением услышал в голосе мисс Харвис беспокойство.
- Удивляюсь, что вас это беспокоит, - ответил он язвительно.
- Я лишь хочу убедиться, что вы в состоянии адекватно мыслить, - всякое сострадание бесследно исчезло из голоса девушки.
- Да, я в состоянии здраво мыслить и мне хотелось бы услышать объяснение вашим действиям. Как вам только в голову пришло назваться моей дочерью?!
- Ну, я подумала, что это лучше, чем если бы я представилась вашей малолетней любовницей, - ответила она.
- Поясните слово "малолетней", - Малфой заставил себя оставаться спокойным.
- О, я сказала, что мне семнадцать, то есть я несовершеннолетняя.
- И как это пришло в вашу... Эм.. голову?
- Ну, вы сами подсказали мне идею, - Мэри радостно улыбнулась, - Помните, пока мы ждали миссис Грейнджер.
- Мерлин! За что мне это...
- А если серьезно, то, пролистав один из местных учебников, я решила что мне следует узнать о магии как можно больше. К тому же мне был нужен повод, чтобы остаться здесь. И надо было как-то объяснить наши отношения. Роль вашей незаконной дочери показалась мне удивительно подходящей.
- И вы думаете, Дамблдор в это поверил?
- Я думаю, он принял предоставленную ему правдоподобную официальную версию.
- То есть, вы думаете, он вам не поверил?
- Он ничем не показал, что не поверил мне.
- Мисс! - Люциус чувствовал, что его терпения не хватит надолго.
- Я думаю, это не важно. Наличие каких-то отношений между нами подтверждается как нашим совместным прибытием, так и тем что вы не стали отрицать факт нашего родства, - ответила она наконец-то серьезно, - А поверил ли... С одной стороны, он идеально притворился, будто поверил и горит желанием помочь несчастной мне. А с другой... Какой участник большой игры поверит во что-то без доказательств.
- Большой игры? - переспросил Люциус.
- Да. А вы это так не называете?
- Нет, но я понял, что вы имеете в виду. Хорошо, с этим понятно. Но сознаете ли вы, дорогая мисс Харвис, что назвавшись моей дочерью, о которой к тому же никто не знает, вы сделали себя наиболее вероятным орудием воздействия на меня со стороны Дамблдора?
- Да, конечно, - ее спокойствие удивило Люциуса, - Именно на это я и рассчитывала. Иначе с чего бы ему оставить в Хогвартсе маглу.
- Потрясающе безрассудно... При таком отношении к собственной жизни вас запросто распределят в Гриффиндор...
- Уже распределили, - проинформировала Мэри Люциуса довольным голосом.
- Какой позор для Малфоев! Особа, считающаяся моей дочерью, в Гриффиндоре, - произнес Люциус наигранно трагическим голосом и заслужил за это взгляд, полный искреннего удивления, - Ладно, перейдем к делу. Помимо Дамблдора, вам, мисс, следует опасаться людей Вольдеморта.
- Здесь в Хогвартсе?
- Да. Во-первых, Северус Снейп. Он двойной шпион. Дамблдор считает, что он шпионит на него у Вольдеморта, Вольдеморт думает с точностью до наоборот. Я не поставил бы свою жизнь ни на одну из этих версий. Вы его уже видели?
- Да, имела редкостное удовольствие...
- Но он не единственный. С недавних пор у Вольдеморта появился еще один свой человек в Хогвартсе и я не знаю, кто он. Скорее всего, кто-то из учеников.
- Понятно, постараюсь быть осторожной. Что-нибудь еще?
- Да, вы сказали Дамблдору, что я не хочу афишировать факт нашего родства?
- Да.
- Значит, так и будет, - он задумался, - И это, пожалуй, пока все. Вы мне хотите сказать что-нибудь?
- Да, два момента. Первый чисто практический. Как любящий отец вы могли бы купить своей непутной дочери кое-какие вещи.
- Да, конечно, принесите вечером список.
- И второе, - девушка сделала паузу, как будто не была уверена в том, следует ли продолжать, - В этой истории есть несколько очень странных совпадений. В разгар событий у меня не было времени для размышлений. Зато потом, тщательно все проанализировав, я пришла к довольно неожиданным выводам, - она опять замолчала.
- А может, вы их все-таки огласите?
- Думаю, лучше я назову вам вопросы, а потом мы сравним ответы. Оба вопроса относятся к той засаде в моей квартире. Во-первых, как они нас обнаружили...
- Но... - начал Люциус, но она его остановила.
- Худшее, что делала я как мисс Харвис, это парковка в неположенном месте. Считать, что мое прошлое случайно вылезло именно в этот момент, было бы безосновательно. Следовательно, причину надо искать в недавних событиях. А недавно я засветилась всего два раза: когда стреляла в ваших приятелей, и когда меня чуть не поймали за взломом базы данных.
- И?
- Поймав меня за взломом базы данных, они могли успеть узнать только номер моей АТС. Для того чтобы по такой информации найти человека, надо знать, кого ищешь.
- То есть?
- То есть, скорее всего, кто-то очень заинтересованный видел сценку со стрельбой. Но это только первый вопрос. Второй заключается в том, почему засада в квартире безобидной мисс Харвис имела оборудование, чтобы увидеть невидимок.
- Оборудование?
- Да, такой переделанный прибор ночного видения. В отличие от обычных, он не усиливает свет в оптическом диапазоне, а просто накладывает на него картинку из инфра-красной области... - девушка прервала свои объяснения, поняв по глазам мистера Малфоя, что понятней от них не становится, - Помните, на одном из них были очки?
- Да, кажется...
- Эти очки позволяют видеть тепло, излучаемое человеческим телом.
- Понятно, - Люциус задумался.
- Ладно, я пойду, - прервала его размышления мисс Харвис, - мне еще пообедать надо.
- Да, идите. И если увидите Драко Малфоя, передайте ему, пожалуйста, что я хочу его видеть. Он в Слизерине. Вы его легко узнаете...
- Думаю, я его уже узнала. Он очень похож на вас.
- Да.
- Только вот учится он не в Слизерине, а в Гриффиндоре, хотя, кажется, и недавно.
- Вы уверены? - мистер Малфой смотрел на нее с выражением полного замешательства на лице.
- Боюсь, что да.
- Мерлин, может, я брежу? - спросил он с тайной надеждой.
- Могу ущипнуть.
- Мисс Харвис, оставьте при себе ваш нездоровый юмор и, будьте так добры, передайте мадам Помфри, что мне нужна моя одежда.
- Слушаюсь, сэр, - и мисс Харвис удалилась.

Убедив мадам Помфри в том, что он достаточно здоров, и вытребовав с нее свою одежду, выстиранную и починенную домовыми эльфами, Люциус направился к тому человеку, который наверняка был в курсе происходящих в Хогвартсе событий. Идти было почти не больно, хотя если он двигался слишком резко, в глазах иногда темнело от слабости. Добравшись, наконец, до подземелий, он постучал в дверь и сразу распахнул ее, не дожидаясь ответа. Снейп оказался у себя.
- Северус, дорогой мой, не могли бы вы мне кое-что объяснить.
- Люциус, откуда вы здесь?!
- Услышал новость, и пришел.
- Новость?
- Да, относительно Драко. И теперь хочу услышать ваши объяснения.
- Люциус, это довольно длинная история...
- Ничего, я никуда не тороплюсь, - Люциус, не спросив разрешения хозяина, уселся в кресло, скрестил руки на груди и выжидательно уставился на Снейпа.
- Хорошо, - Снейп тоже сел, смирившись с неизбежным, - Узнав о вашей смерти, Драко...
- Узнав о моей смерти? - переспросил Малфой.
- Да, кто-то, вероятно, сам Лорд, сообщил ему об этом в письме. Так вот, узнав о вашей смерти, Драко очень расстроился. И, пребывая в расстроенных чувствах, отравился зельем во время моего урока.
- Что?
- Не беспокойтесь, отравление не имело никаких серьезных последствий.
- Северус! Как ты допустил, чтобы мой сын отравился зельем у тебя на уроке! - Малфой резко вскочил и угрожающе шагнул в сторону Снейпа.
- Я не успел его остановить, - Снейп тоже поднялся.
- Но ты пытался его остановить? Или наоборот? С чего ему вообще пришло в голову травиться? Он, что, пытался покончить с собой?
- Нет, не думаю, - профессор замолчал, пытаясь сообразить, что следует говорить. Но выходило, что следует говорить правду. При инциденте присутствовало слишком много свидетелей, - Он неправильно приготовил зелье. Я сделал ему замечание. Но он настаивал, что зелье приготовлено правильно. Тогда я сказал, что если он считает, что зелье приготовлено правильно, значит, рискнет его выпить. И он выпил.
- Ты что ему сказал?! - к этому времени ярость мистера Малфоя, разбуженная и тщательно подогретая еще мисс Харвис, стала полностью неуправляемой, - Северус, ты пытался убить моего сына!
- Нет, Люциус, успокойся. Зачем мне это надо?
- Зачем?! Ты всегда меня ненавидел и мне завидовал! И вот, нашел способ отомстить!
- Завидовать тебе?! Было бы чему!
- Ты, мерзкий сальноволосый ублюдок! Тебе рядом нельзя стоять с приличными людьми, - руки Люциуса непроизвольно сжались в кулаки.
- Ты, самовлюбленное ничтожество... - Снейп к этому моменту вышел из себя не в меньшей степени, чем Малфой.
К счастью, безобразная драка не состоялась. В камине вспыхнуло зеленое пламя, и появилась голова профессора Дамблдора.
- Господа! - сказал он немного удивленно.
Оба спорщика обернулись на его голос.
- Мистер Малфой. Я ищу вас. Не могли бы вы зайти ко мне в кабинет, - продолжил директор.
- Да, конечно, мистер Дамблдор, - ответил Люциус, стараясь, чтобы его голос звучал нормально. И быстро вышел из комнат Снейпа.
К тому моменту, когда Малфой дошел до кабинета директора, он уже почти успокоился.
- А, мистер Малфой, - приветствовал его Дамблдор, - Думаю, сейчас самое время поговорить о вашем будущем.
- О моем будущем? - переспросил Люциус.
- Да, поскольку вы остаетесь в Хогвартсе. Я ведь не ошибаюсь, вы остаетесь?
- Думаю, да.
- Так вот, хотелось бы определиться, чем вы будете здесь заниматься.




Глава 20.

- Уходите от меня! - выражение лица Гарри Поттера, знаменитого мальчика-который-выжил было почти безумным. Он отскочил в сторону от своих спутников и сейчас стоял в напряженной позе, как будто мог в любую минуту сорваться с места и убежать прочь.
- Гарри, ты чего? - удивленно спросил Рон.
- Ты, разве, не слышал?! Кто-то рядом со мной опять умрет! И я не хочу, чтобы это был ты!
- Гарри, успокойся. Ты что веришь тому, что сказал этот выпавший из ума кентавр?!
- Рон, я просто боюсь за вас. За тебя, за Гермиону.
- Ну, уж я то за тебя умирать точно не собираюсь, - насмешливо протянул Драко Малфой.
- Малфой, шел бы ты отсюда, - раздраженно произнес Рон, - Гарри, чтобы там не напредсказывали, я твой друг и...
- Гриффиндорцы! - снова влез Малфой, - Вы бы хоть сначала подумали немного, а потом играли в самоотверженность и прочие высокие чувства.
- Подумали о чем? - Гарри посмотрел не Малфоя с тайной надеждой.
- Ну, кентавр ведь не сказал, что кто-то умрет.
- Он сказал, что смерть опять возьмет не меня, - покачал головой Гарри.
- Да, но он сказал, что не видит мертвых, - возразил Драко.
- Непонятно все это, - задумчиво сказал Гарри, которому очень хотелось поверить в то, что предсказанная смерть - просто ошибка.
- Для предсказаний это обычное дело, - ответил Драко, - Ладно, пойдемте отсюда. Нам еще нашу дорогую Мэри радовать, - и он принялся карабкаться по склону, с которого они недавно слетели в машине мисс Харвис.
- А может, мы ей ничего не скажем? - жалобно спросил Рон.

Освободившись от общества обоих профессоров, Гермиона пошла в столовую. К собственному удивлению, она не обнаружила там ни Гарри, ни Рона, ни Малфоя. Тогда Гермиона устало села рядом с новенькой Харвис, которая уплетала еду с аппетитом, оставляющим только удивляться тому, как этой девушке удается оставаться такой стройной. Положив на тарелку какую-то еду, Гермиона задумалась. Ситуация выходила из-под контроля. Следовало смириться с неизбежным и попросить помощи у кого-то из профессоров. Оставалось только решить - у кого. Первой возможной кандидатурой был профессор Снейп. Он специалист по зельям, а причиной проблемы было именно зелье, приворотное зелье. Но просить помощи у самого желчного и язвительного профессора Хогвартса, подозреваемого к тому же в куче всего плохого, казалось просто невозможным. Хотя последнее время он вел себя с Гермионой странно мило. О, Мерлин, мило, да как она только подумать такое могла о Снейпе. Другой кандидатурой был профессор Дамблдор. Но, Гермиона всегда испытывала какой-то подсознательный страх в отношении директора Хогвартса, страх, вызванный его безупречностью и непогрешимостью. Нет, к Дамблдору она обратится за помощью только в самом крайнем случае. Мадам Помфри помочь, скорее всего, просто не сможет. Оставался профессор Смит. Но как это было стыдно пойти и сознаться ему что она, Гермиона Грейнджер не может избавиться от действия любовного приворота к нему! К тому же его странное поведение прошлой ночью... Нет, не важно. В любом случае она должна решить эту проблему...
Мысли Гермионы были прерваны Мэри Харвис, которая что-то сказала, обращаясь к Гермионе.
- Что? - переспросила она.
- О, я лишь просила тебя открыть мне одну страшную тайну, - улыбнулась Мэри.
Гермиона невольно вздрогнула при этих словах, потому что тайна была, и была если и не страшной, зато крайне стыдной и неприятной.
- Какую? - выдавила из себя Гермиона.
- Ты не знаешь, - Мэри заговорщически улыбнулась, - В этом замке есть розетки?
- Какие розетки? - Гермиона совершенно не ожидала подобного вопроса.
- Ну, такие две дырочки, где 220 вольт.
- Да, конечно, - Гермиона почувствовала облегчение от того, что ее соседку совершенно не волновали ее, Гермионы, переживания.
- То есть, есть? - переспросила Мэри.
- Нет, розеток здесь, к сожалению, нет, - ответила Гермиона, - А зачем тебе?
- Хотела волосы завить, - Мэри с гримаской неудовольствия прикоснулась к своей голове, - А щипцы электрические.
- Наверное, есть соответствующее заклинание, спроси других девушек.
- Боюсь, мне это не поможет, - виновато улыбнулась Мэри.
- О, извини, я не подумала, - смутилась Гермиона.
- Ничего страшного, - опять виновато улыбнулась Мэри и вернулась к еде.
Гермиона, снова оставленная наедине со своими мыслями, кинула взгляд на преподавательский стол. Ни профессора Смита, ни профессора Снейпа там, к счастью, не было. "А ведь я виновата перед профессором Снейпом" - думала она: "Как я только могла кинуть в него книги. Он мог серьезно пострадать. А он даже не стал меня сильно наказывать. Надо будет как-то искупить свою вину. Сделать ему что-нибудь приятное. Подарить, например, что-нибудь, будто от анонимного дарителя. Или от анонимной поклонницы..."
Предмет ее размышлений попался ей на глаза, сразу, как только она вышла из столовой. Такой же мрачный, как всегда, профессор Снейп шел по коридору, но был остановлен Мэри Харвис. Гермиона тоже остановилась, послушать, о чем они будут говорить.
- Профессор Снейп, сэр, простите, пожалуйста... - начала Мэри.
- Да, мисс Харвис, - ответил Снейп раздраженно.
- Я хотела еще раз извиниться за свою глупость на уроке и попросить вас разрешить мне продолжить учиться зельеделию, - Мэри сказала это, смущенно уставясь в пол и сцепив перед собой руки.
- Мисс Харвис, - до тех пор безразличное лицо профессора выразило крайнюю степень раздражения, - Я уже сообщил вам свое решение. Будьте так добры, не тратьте хотя бы мое время, если ваше вам не дорого.
- Извините, профессор, - вмешалась в разговор Гермиона, - Возможно, вы все-таки не правы, - если бы Гермиона знала, что как раз перед этим профессор Снейп мило пообщался с таким душевным человеком, как Люциус Малфой, она не стала бы вмешиваться, да и Мэри бы отговорила обращаться с несвоевременными просьбами.
- Мисс Грейнжер! Меньше всего на свете я нуждаюсь в советах гриффиндорской выскочки, - теперь злость профессора была обращена на нее.
- Сэр! Вы поступаете с Мэри несправедливо! Она впервые попыталась приготовить зелье и имела право сделать ошибку. Неужели, вы никогда не ошибались?! - теперь Гермионе было странно вспоминать, что только что она думала о Снейпе почти хорошо.
- Вы пререкаетесь с преподавателем, мисс Грейнджер? - бровь Снейпа поползла вверх, придавая его лицу выражение наигранного недоумения.
- Да, потому что вы не правы!
- Мисс Грейнджер, мисс Харвис, по десять баллов с каждой за пререкания с преподавателем, и сегодня вечером вам представится прекрасная возможность углубить свои знания в зельеделии, вымыв класс и отскоблив все загаженные вашими товарищами котлы.
- Да, сэр, - ответили они хором и отправились на следующий урок.
"Надо же", - думала Гермиона по дороге, - "Я так старалась заслужить отработку, и бесполезно. А как только передумала - пожалуйста".

Следующим уроком у них шла арифмантика. Решение задач как всегда захватило Гермиону. Мэри, опять сидящая рядом с ней, с заданиями в большинстве случаев тоже справлялась. Единственное, что беспокоило Гермиону во время урока, это то, что она так и не увидела Гарри и Рона во время обеденного перерыва. Но, вряд ли с ними случилось что-то серьезное, иначе об этом уже знал бы весь Хогвартс. И действительно, выйдя из класса после арифмантики, она сразу их увидела. Они, вместе с Малфоем, ожидая, стояли в коридоре.
- Гарри, Рон, где вы были? - спросила Гермиона, подходя к ним.
- Да так, - мрачно ответил Рон.
Гарри шагнул в сторону выходящей из класса Мэри:
- Мэри, можно тебя на минутку?
- Да, конечно. Что-то случилось?
- Ты знаешь, мы разбили твою машину, - сказал Гарри обреченно.
- Как разбили? - удивилась Мэри.
- Совсем разбили, - ответил вместо Гарри Малфой с оттенком удовлетворения в голосе.
- Нет, я имею в виду, как вы ее завели?
- Заклинанием. Это я сделал, - виновато ответил Рон, - ты знаешь, я обязательно отдам тебе деньги, как только заработаю.
- Рон, не беспокойся. Это не моя машина. Я ее угнала.
- Тогда, я должен вернуть деньги хозяевам, - тоскливо произнес Рон.
- Ну, думаю, они получат страховку, так что волноваться совершенно не о чем, - возразила Мэри.

Во время ужина учеников Хогвартса ожидал сюрприз. Профессор Дамблдор появился в столовой в сопровождении высокого мужчины с длинными светлыми волосами, хорошо известного многим учащимся, как Люциус Малфой.
- Дорогие ученики, - обратился к ним директор, - Как вы помните, за последние годы уже несколько раз предпринимались попытки организовать в Хогвартсе дуэльный клуб. Но эти попытки не привели к успеху по причине отсутствия человека, который мог бы взять на себя руководство клубом. Рад вам сообщить, это человек найден. Мистер Люциус Малфой оказал честь нашей школе, согласившись взять на себя эту обязанность, - произнося это, Дамблдор указал рукой на своего спутника. Мистер Малфой слегка склонил голову, приветствуя учащихся, - Первый сбор клуба состоится завтра в шесть вечера.
Объявление вызвало бурное обсуждение среди учащихся.
- О чем только Дамблдор думает, он же сторонник Того-кого-не-называют, - возмущался Невилл Лонгботтом, - Ой, прости, Драко.
- Возможно, уже нет, - задумчиво произнес Гарри.
- Все равно, это не осторожно со стороны Дамблдора, - поддержал Невилла Рон.
- Ну, по крайней мере, в отличие от Локхарта, он должен знать в этом толк, - возразила ему Гермиона.
Драко Малфой во время всего этого разговора хранил молчание.

Быстро закончив ужин, Гермиона вместе с Мэри отправились на отработку в подземелья к профессору Снейпу. Поэтому, они не застали следующую сцену. По дороге от учительского стола, Люциус Малфой остановился рядом со своим сыном:
- Драко, мне хотелось бы услышать объяснения твоим недавним поступкам, в частности тому, что ты сменил факультет.
- Отец, - Драко поднялся из-за стола, - Мне не хотелось бы разговаривать здесь.
- Сын, у тебя был весь день, чтобы придти ко мне и поговорить. Извини, но теперь мы будем разговаривать здесь, - льда в голосе Люциуса хватило бы, чтобы вызвать национальное бедствие в какой-нибудь маленькой африканской стране.
- Я не буду ничего объяснять, - ответил Драко не менее ледяным голосом.
- Как хочешь, тогда просто послушай меня. Ты опозорил наш род, мне стыдно, что ты мой сын, - Драко хотел что-то сказать в ответ, но промолчал, - Деньги на обучение ты будешь получать по-прежнему, не хочу, чтобы Малфой побирался. Наследства я тебя тоже пока не лишу, поскольку ты мой единственный наследник. Но видеть тебя больше не желаю, - Люциус Малфой развернулся и ушел под недоуменно-злорадные перешептывания со стороны многочисленных невольных свидетелей этой сцены.



Глава 21.

Вернувшись в свою комнату, Люциус Малфой понял, как он устал за этот долгий день. Он уже совсем было собрался лечь спать, когда вспомнил, что мисс Харвис должна придти к нему со списком необходимых ей для учебы вещей и сон пока откладывается. Надеяться, что это невозможная особа придет тогда, когда ее ждут, не приходилось, поэтому он оставил дверь незапертой, навесив на нее парочку сторожевых заклинаний. Сел в кресло у камина и раскрыл взятый в библиотеке справочник по боевым и дуэльным заклинаниям. Надо же было вспомнить, что из боевой магии является общеизвестным. Но читал он недолго. Очень скоро книга выпала из его рук, его голова бессильно откинулась на спинку кресла, глаза закрылись, и он провалился в сон.

Из столовой Кей вслед за Гермионой Грейнджер отправилась на отработку в кабинет зельеделия. Не то, чтобы она была уж очень против. Профессор Снейп заслуживал более чем пристального внимания, да и с мисс Грейнджер, явно, было не все так просто. Но сильно хотелось спать, и она еще должна была зайти к мистеру Малфою.
Подходя к кабинету зельеделия, они неожиданно натолкнулись на профессора Смита, и что-то в выражении его лица подсказало Кей, что он совсем не рад их видеть в это время и в этом месте. Но она не была уверена в своем впечатлении, потому что на его лице мгновенно появилась, стирая всякое другое выражение, дежурная приветливая улыбка.
- Мисс Грейнджер, мисс Харвис, добрый вечер.
- Добрый вечер, профессор, - ответили они почти хором.
- Мисс Грейнджер, вы подумали о моем предложении поработать над научным проектом по ЗОТС?
- Простите профессор, - сказала Гермиона, явно смущаясь больше, чем того требовала ситуация, - Мне хотелось бы сначала спросить профессора Снейпа, не может ли он предложить мне тему по зельеделию.
- Хорошо, мисс Грейнджер, - сказал он с неожиданно неприятной ухмылкой, - Не буду больше вам ничего предлагать.
В классе они не застали профессора Снейпа, зато их там ждали ведра, тряпки, швабры, грязный пол и куча грязных котлов. Вымыв пол, они уже принялись за котлы, когда в класс влетел профессор Снейп. Кинул на них пронзительный взгляд, кивнул, одобряя их работу.
- Когда закончите, закроете за собой дверь, - сообщил он им, - Меня можете не беспокоить.
- Да, сэр, - ответила Кей.
- Хорошо, профессор, - в голосе Гермионы прозвучало легкое удивление.
Профессор пошел к двери, потом опять резко повернулся к ним:
- Мисс Харвис, даю вам еще одну попытку. До следующего взрыва, - сказал он и вышел.
- Спасибо, профессор, - произнесла Кей вслед удаляющейся спине.
И девушки вернулись к приборке. Наблюдая за Гермионой, Кей ясно понимала, что мисс Грейнджер что-то волнует. И, видя взгляды, которые Гермиона украдкой бросала - с тоской на дверь кладовки и с опаской на саму Кей, Кей даже догадывалась, что именно. Подождав немного, Кей спросила:
- Гермиона, я могу тебе чем-нибудь помочь?
- Помочь? - переспросила Гермиона, - Что ты имеешь в виду?
- Ну, - Кей притворно замялась, - Мне показалось, - и она мотнула головой в сторону двери кладовки.
- Да, действительно, - неестественно рассмеялась Гермиона, - Мне там кое-что нужно. Только ты никому не говори, это сюрприз. Ладно?
- О, конечно. Не беспокойся, - и Кей вернулась к прерванной приборке. Отскребая котлы, она краем глаза наблюдала за Гермионой, выполняющей сложные манипуляции палочкой рядом с дверью и автоматически запоминала произносимые той заклинания.
Помучавшись минут двадцать, Гермиона сдалась. Кей к тому времени благополучно перемыла оставшиеся котлы и собрала разлитую воду.
- Ну, как? - спросила Кей.
- Я не знаю некоторых заклинаний, - ответила Гермиона, - Надо посмотреть в книгах.
- А потом опять нарваться на отработку! - рассмеялась Кей, - Но только без меня, пожалуйста.
Девушки вышли из класса, аккуратно прикрыв за собой дверь, и направились в сторону гриффиндорской башни.
- Ой, - сказала Кей, остановившись и притворяясь, что ее осенило, - Я совсем забыла!
- Что забыла? - спросила, тоже останавливаясь, Гермиона.
- Мне еще надо зайти к мистеру Малфою.
- Зачем?!
- Отдать список.
- Какой список?
- Вещей, - Кей притворилась раздраженной ее непониманием, - Он обещал купить мне вещи, необходимые для учебы, раз уж я из-за него сюда попала. Ты меня не жди, иди. Я не заблужусь.
Гермиона посмотрела на нее с сомнением, но потом все же согласилась, и девушки расстались.

Люциус Малфой спал, сидя в кресле у затухающего камина. Вначале его сон был спокойным сном предельно усталого человека. Сном без сновидений. Но потом что-то шевельнулось в темных глубинах его сна, и он увидел: он опять был на занесенном снегом кладбище. Из белых холмиков могил торчали черные от старости деревянные кресты непривычной формы. Холодный по-зимнему ветер нес ледяную крупу, обжигающую его незащищенное лицо. Он огляделся. Рядом не было ни души. Далеко впереди громоздилось еще более темной тенью среди окружающей тьмы какое-то строение. Он шагнул вперед, потом еще, потом свернул, сразу забыв, откуда он шел. Остановился. Пошел дальше. Неожиданно среди могильных крестов он увидел женскую фигуру, одетую в белое подвенечное платье. Она шагнула к нему, протягивая руки. Нарцисса. Ее кожа была еще белее, чем он помнил. Почти такая же белая, как шелк ее платья. И на фоне этой белой кожи ее губы казались кроваво-красными. В темноте многоголосо завыли волки. "Приди ко мне..." - прошептала Нарцисса и он сделал шаг в ее сторону. Ее руки обвились вокруг его плеч, и он испугался холода ее кожи. Ветер бросил ему в лицо новый заряд снежной крупы, и он на мгновение ослеп, а когда способность видеть снова вернулась, они с Нарциссой оказались в старинной бальной зале. В канделябрах отекали воском свечи. Откуда-то явились звуки музыки, и он повел Нарциссу в туре вальса. Внезапно оказалось, что они уже не одни в этом зале. На полу рядом с холодным камином сидела мисс Харвис, одетая в памятную ему скромненькую пижамку. Она пристально смотрела на них, иногда отпивая из высокого бокала, наполненного кроваво-красным вином. Он прервал танец, не имея сил оторвать взгляда от мисс Харвис. Неожиданно Нарцисса схватила его за руку и потащила куда-то, он споткнулся, начал падать и, внезапно, оказался лежащим на спине на огромной кровати. Над собой он увидел лицо Нарциссы. Она опять прошептала "Приди ко мне..." и впилась в его губы поцелуем. Ее губы обжигали холодом. Ее распущенные волосы душным облаком упали на его лицо. Он попытался ее оттолкнуть, чувствуя, что задыхается, но ему это не удалось, и ужас затопил его сознание подобно ледяной воде. Он тонул в этой воде, не в силах вырваться на поверхность. Потом чьи-то руки схватили его за плечи, вытаскивая из этой темной воды. Он распахнул глаза и смог, наконец, вздохнуть.
- ... Что с вами?! Люциус, что с вами?! - в его сознание сквозь шум крови в ушах наконец пробился чей-то голос. Рядом со своим лицом он увидел напряженное лицо мисс Харвис.
- Все в порядке, - ответил он, удивляясь, как слабо и хрипло звучит его голос, - Пожалуйста, там на столе вино...
Мисс Харвис быстро отошла к столу и вернулась с бокалом вина. Взяв протянутый бокал, он с удивлением обнаружил, как дрожат его руки. Мисс Харвис пришлось обхватить бокал своей рукой поверх его, чтобы помочь ему поднести вино к губам, не расплескав. Но насколько глотков вина быстро вымыли из его сознания остатки кошмара и привели его в нормальное состояние.
- Что случилось? - спросил он у мисс Харвис.
- Не знаю. Я вошла, вы лежали в кресле и задыхались. Что это было? - спросила она в ответ.
- Кошмар... Обычный кошмар, - ответил он, сомневаясь в истинности своих слов.
Девушка приподняла брови, выражая сомнение, но вслух говорить ничего не стала.
- Ладно, - сказал Люциус, ставя бокал на пол и стараясь, чтобы его голос звучал по-деловому, - Вы принесли список необходимых вам вещей?
- Да, вот, - мисс Харвис протянула ему листок бумаги и уселась в соседнее кресло.
Он быстро пробежал список глазами. Один пункт привлек его внимание:
- А это вам зачем?!
- Что "это"?
- Платье черное длинное с длинными рукавами, - зачитал он.
- Как, зачем? - возмутилась Кей, - На случай траура. Вдруг вы при вашей невезучести все-таки загнетесь.
- Спасибо за заботу, мисс, - сказал он язвительно.
- Ну, я все же ваша дочь, - ответила она в тон.
- Ну, со списком все понятно, - Люциус отложил бумагу в сторону, - Расскажите, как прошел день.
- Вас интересует именно это, или что мне удалось узнать?
- Что вам удалось узнать, конечно. Но я старался быть вежливым.
- Хорошо. Во-первых, относительно вашего сына. По Хогвартсу ходит устойчивый слух, что он состоит в некоторых отношениях с Гарри Поттером.
- Некоторых? - переспросил Люциус.
- Тут версии немного расходятся, - Кей замялась, - варьируясь от секса с насилием до романтической любви.
- А на самом деле? - спросил мистер Малфой неестественно спокойным голосом.
- На самом деле, ничего подобного. Хотя Гарри и его друзья до определенной степени приняли Драко в свою компанию.
- Понятно... Вы знаете, я поругался со своим сыном. Сказал, что он меня позорит и тому подобное... - произнес мистер Малфой, устало прикрывая глаза.
- Сочувст... - начала говорить девушка, но взглянула на Люциуса и прервала себя, - Или?
- Или, - ответил мистер Малфой, - Так ему будет безопаснее во всех отношениях. Хотя то, что он сближается с Поттером, мне не особенно нравится.
- Ну, тут я ничего не могу сказать. Информации мало.
- Хорошо, мисс, что вы еще узнали?
- Так, по мелочам. Несколько обычных романтических историй. У мисс Грейнджер какие-то проблемы. Профессор Смит ведет себя как-то странновато, хотя тут я не уверена. Да, еще Гарри Поттер за компанию с вашим сыном разбили мою машину, и в замке нет розеток.
- Как разбили?
- Говорят, как следует. Покататься захотели.
- Жаль. А что с розетками?
- Компьютер некуда включать, а аккумуляторы быстро сядут.
- И зачем вам компьютер?
- Работать с информацией. Поверьте, он мне необходим!
- Ладно, об этом я подумаю завтра. Теперь, относительно ваших утренних вопросов. Вы намекали, что засада в вашей квартире ждала не вас, а меня?
- Нет, что вы. Вас лично они наверняка не ждали.
- То есть, вы хотите сказать, что их, по-вашему, интересовал не Люциус Малфой, а любой волшебник.
- Да, а беглая мисс Харвис в качестве бонуса.
- Беглая? - переспросил Люциус.
- Раньше я работала на одну очень серьезную контору. Потом мне надоело, и я сбежала, - ответила девушка с выражением явного неудовольствия на лице, - Думаю, эта засада была устроена именно моей старой конторой. Тем более, одного из покойников я видела раньше. Одним из направлений деятельности этой конторы было исследование паранормальных явлений, их проявлений в окружающей действительности и возможности их использования. Подробнее сказать не могу, сама работала в другом секторе, - сообщила Кей, тщательно подбирая слова.
- Мы можем ошибаться? - спросил Люциус, пристально глядя на нее.
- Ошибка возможно всегда. Но что еще в том тихом райончике, где находится этот ваш переход, стоило того, чтобы держать постоянное наблюдение. И прибор против невидимок... Они не просто знают о существовании мира магии, они знают о нем достаточно много и хотят узнать еще больше...




Глава 22.

Расставшись с Мэри Харвис, Гермиона направилась в гриффиндорскую башню. По дороге ее мысли занимал в основном профессор Смит. Да, теперь он постоянно был в ее мыслях, и эти мысли заставляли ее смущаться и желать... освобождения или полной несвободы - ей становилось все труднее понимать, чего именно. И, как ни странно, другим человеком, занимающим ее мысли был профессор Снейп. Его поведение сегодня было более чем необычным. Гермионе уже приходилось бывать у него на отработках, как правило, вместе с Гарри и Роном. И профессор Снейп никогда не оставлял провинившихся учеников одних в классе зельеделия. Действительно, никогда.
Неожиданно Гермиона наткнулась взглядом на предмет своих размышлений. Профессор Снейп странно медленно шел в свои подземелья ей навстречу.
- Профессор, - обратилась к нему Гермиона, - Мы закончили.
Он посмотрел на нее, как будто старался вспомнить, кто она и что она имеет в виду.
- Да, хорошо, мисс Грейнджер, - ответил он устало.
- Ээ..., профессор, - рискнула спросить Гермиона, - С вами все в порядке?
- Мисс Грейнджер, не задавайте дурацких вопросов и идите, наконец, к себе, - ответил Снейп обычным раздраженным голосом, - Ученикам не положено находиться за пределами общежития так поздно.
- Извините, сэр, - и Гермиона быстро удалилась, радуясь, что он, хотя бы, не снял с нее баллов за неуместную заботу.
Уходя, она ни разу не обернулась, поэтому не увидела, как профессор Снейп, оставшись один, неуклюже шагнул к стене, прислонился к ней плечом и медленно сполз по стене вниз, теряя сознание.

Чуть позже в том же коридоре появилась еще одна женская фигурка, одетая в слишком большую мантию, словно с чужого плеча. Подошла к лежащему без сознания на полу профессору. Опустилась рядом с ним на колени, прикоснулась к его плечу, потом прижала пальцы к его шее, проверяя пульс. Убедившись, что он действительно без сознания, закатала его рукав и полюбовалась на метку на предплечии. Потом вернула рукав в исходное состояние, переложила профессора поудобнее, поднялась, заправила за ухо выбившуюся прядь своих белокурых волос, и пошла дальше.
Немного позже в коридоре появился еще один человек. Гермиона легко узнала бы в нем предмет своей подневольной страсти. Профессор Смит тоже опустился на колени рядом со Снейпом и проверил его пульс. Убедившись, что тот в обмороке, довольно хмыкнул и быстро направился в сторону подземелий.

Проснувшись посреди ночи, Гарри Поттер перевернулся на другой бок, чтобы с чистой совестью заснуть обратно, когда неожиданно заметил, Драко Малфоя, который, вместо того чтобы спать снова сидел на своей кровати, завернувшись в одеяло.
- Малфой, какого Мерлина?! - сказал Гарри возмущенным шепотом, слезая со своей кровати и стараясь нашарить ногами тапочки.
Малфой удостоил его рассеянного взгляда.
- Малфой, - Гарри подошел к его кровати и встал рядом, - Ты чего опять не спишь?
- Не твое дело, Поттер, - ответил Драко устало.
- Нет, конечно, не мое. И я с удовольствием полюбуюсь, как ты во время уроков упадешь в обморок от недосыпа, - раздраженно ответил Гарри.
- Вот именно... - подтвердил Драко, устало прикрывая глаза.
- Слушай, Малфой, - Гарри поднял руку, и смущено поерошил собственные волосы, - Я могу чем-нибудь помочь?
- Нет, Поттер, отстань. Мне просто не спится...
- Эй, вы чего посреди ночи болтаете? - раздался сонный недовольный голос Невилла Лонгботтома.
- Да вот, не спится ему, видите ли, - Гарри махнул рукой в сторону Малфоя и заработал его возмущенный взгляд.
- Ааа, - протянул Невилл и начал вылезать из кровати, - У меня где-то есть снотворное зелье.
- Надеюсь, ты его не сам варил? - осведомился Малфой с оттенком насмешки в голосе.
- Нет, что ты, - спокойно ответил Невилл, - Мне его бабушка прислала. Знаешь, не спится иногда...- порывшись в своих вещах, Невилл достал пузырек, - Так, три капли на стакан воды...
Гарри наколдовал воду и, накапав туда зелье, вручил Малфою:
- Пей!
Малфой неожиданно не стал возражать, а взял стакан и послушно выпил. Потом его рука разжалась, и стакан со звоном упал на пол. А сам Драко начал медленно валиться с кровати. Гарри едва успел подхватить его за плечи. Опустив Малфоя на кровать, Гарри возмущенно обернулся к Невиллу:
- Ты что ему дал?!
- Снотворное! - Невилл развел руками, - Может, он просто заснул так быстро.
- Малфой, ты чего, спишь? - Гарри потряс того за плечи.
Драко в ответ приоткрыл глаза, что-то недовольно пробормотал и заснул обратно.
- Действительно, спит, - с облегчением в голосе сказал Гарри.
Они уложили Малфоя как следует, закутали одеялом и с чувством выполненного долга разошлись по своим кроватям спать дальше.

- Ааа! Опять проспали!!! - утро начиналось как обычно. В это раз первым проснулся Рон Уизли. Семиклассники повскакивали со своих кроватей и начали лихорадочно собираться. В поисках носков, перьев, зубных щеток, ботинок, домашнего задания и прочего они не сразу обратили внимание, что Драко Малфой, вместо того, чтобы, как все, собираться, сидит на кровати и смотрит перед собой взглядом не до конца проснувшегося человека.
- Малфой! Давай скорей! Опаздываем! - наконец обратил на него внимание Гарри.
- Угу, - ответил Малфой, оставаясь неподвижным.
- Ты что, спишь, что ли?!
- Может, снотворное слишком сильное, - предположил Невилл, тоже остановившийся рядом с ботинком в одной руке.
- Возможно. Но на уроки то ему все равно идти надо! - заявил Гарри, - Малфой! Давай просыпайся!

Подгоняемый одноклассниками, Драко все-таки собрался и выполз в гостиную. Там он увидел, как отвратительно жизнерадостная Харвис болтала о чем-то с не менее бодрой Джинни Уизли. Драко начал было думать, какую именно гадость он устроит этой Харвис сегодня, но мысли ворочались сонные и тяжелые как тюлени на лежбище и ничего не придумывалось.
В столовой в какой-то момент выяснилось, что он дремлет, удобно привалившись к плечу Гарри Поттера. Осознав это, Драко отодвинулся от Поттера так быстро, как только мог, возмущенно на него поглядев. Сидевшие рядом гриффиндорцы, да и сам Поттер захихикали.
Первым уроком шли сдвоенные зелья. Драко опять оказался рядом с Лонгботтомом. Профессор Снейп, который тоже выглядел усталым и не выспавшимся, начал что-то объяснять. Его голос звучал то громче то тише. Драко старался аккуратно записывать. Но каждая новая строчка, начинавшаяся со слов, написанных четким и ясным почерком к концу сливалась в прямую линию и Драко просыпался от того, что начинал падать. Потом он не проснулся...
Профессор Снейп резко замолчал и несколько секунд смотрел в немом изумлении на Драко Малфоя, который упал со стула в проход, удобно улегся на боку, подсунув руки под щеку, и явно заснул. Потом профессор очнулся от своего замешательства и подошел к нему:
- Мистер Малфой, я хотел бы знать, что вы себе позволяете?! - спросил он резко.
- Отстань, я не хочу кофе... - пробормотал Драко сквозь сон.
- Кто-нибудь может мне это объяснить?! - профессор обвел притихший класс грозным взглядом.
Гарри Поттер обреченно поднял руку.
- Да, Поттер. Я вас слушаю.
- Простите, профессор, - Гарри поднялся и стоял, опустив голову, - Малфой принял вчера снотворное, наверное, оно оказалось слишком сильным.
- Снотворное? - спросил Снейп подозрительно, - И где он его взял?
- Я дал, - виновато ответил Невилл Лонгботтом.
- Ясно, - коротко ответил Снейп голосом, ясно показывающим, что он обо всем этом думает, - Десять баллов с Гриффиндора.
- Мистер Малфой, - профессор наклонился и потряс Драко.
Драко не просыпался. Тогда профессор попробовал поднять его на руки, но, поморщившись, будто от боли, передумал. Достал палочку, направил на Драко и произнес:
- Мобилликорпус, - потом добавил, - Поттер и Лонгботтом, за мной, остальные читают главу 27 учебника, - и покинул класс, транспортируя за собой спящего Драко.

По дороге им встретился не кто иной, как мистер Люциус Малфой, шедший из своих комнат в библиотеку. Увидев плывущего по воздуху бессознательного Драко, он изменился в лице, выхватил палочку и направил ее на Снейпа:
- Что ты с ним сделал?!
- Малфой, успокойся, - Снейп недовольно поморщился, - Твой сынок умудрился заснуть у меня на уроке. Хотя тебе, вроде бы, не должно быть до этого никакого дела...
- Все-таки, он пока мой наследник, - неприятно усмехнулся мистер Малфой, опуская палочку, - Хотя еще пара его выходок, и мне будет на это наплевать, - сказав это, Люциус Малфой гордо удалился.
В больничном крыле мадам Помфри обследовала мирно спящего Малфоя-младшего.
- Значит, говорите, снотворное зелье? - переспросила она.
- Да, универсальное снотворное зелье доктора Шаумберга, - подтвердил Лонгботтом.
- Шаумберда, - поправила мадам Помфри, - И сколько капель?
- Три, как и написано, - ответил Гарри.
- В общем, это нормальная реакция, - теперь мадам Помфри обращалась к профессору Снейпу, - Мальчик переутомился за последние дни и сильно переживал. Это даже хорошо, что он отдохнет, - она обеспокоено взглянула на Драко, - К вечеру он точно проснется.
- Замечательно, - язвительно сказал профессор, - Мистер Малфой прекрасно отдохнет, и ничего, что мой урок сорван. Что вы, это не имеет никакого значения. Не правда ли, мистер Лонгботтом?
Невилл вздрогнул, когда профессор обратился к нему и попробовал пробормотать что-то отрицательно-утвердительное.
- Ладно, идемте в класс.

Поскольку времени на варку зелий уже не осталось, профессор Снейп устроил письменную проверочную работу по прочитанной двадцать седьмой главе учебника. Гермиона, которая читала ее уже и раньше, а потом перечитала на уроке, была уверена, что прекрасно справилась. И это придало ей смелости подойти к профессору и обратиться к нему со своим вопросом:
- Профессор, извините, я могу вас спросить?
- Да, мисс Грейнджер.
Его тон был раздраженным в меру, поэтому Гермиона решилась продолжать:
- Вы знаете, на седьмом курсе мы должны выполнить исследовательский проект. Не могли бы вы дать мне тему по зельеделию? - Гермиона настороженно посмотрела на профессора.
- Исследовательский проект? - переспросил тот, - Мисс Грейнджер, вы добровольно готовы на дополнительные занятия по зельям? - в его голосе звучал плохо скрытый сарказм.
- Да, профессор, - кивнула Гермиона. Ну не говорить же, что на самом то деле она не очень удачно соврала профессору ЗОТС, чтобы отвязаться от того, - Думаю, это будет интересно и очень познавательно.
- Хорошо, мисс Грейнджер. Приходите ко мне вечером, после этого идиотского дуэльного клуба, - произнося слова "дуэльный клуб" Снейп непроизвольно поморщился, как будто съел что-то мерзкое.
- Да, профессор, но я могу и не ходить на заседание клуба.
- Замечательно, зато я не могу...
На выходе из класса к Гермионе присоединилась Мэри Харвис, которая все время разговора той с профессором ползала по полу, собирая рассыпавшиеся из сумки книги, бумаги и перья:
- Гермиона, извини, я могу тебя спросить? - начала Мэри.
- Да, конечно, что тебя интересует? - улыбнулась Гермиона.
- За что вы все так не любите профессора Снейпа?
- Ну, - Гермиона искренне возмутилась, - Ты же видишь, как он ведет уроки. И баллы с Гриффиндора снимает за просто так, а своим слизеринцам наоборот подсуживает.
- А, понятно, - ответила Мэри, - Просто я думала, что есть что-то более серьезное.
- Ты знаешь, - Гермиона колебалась, что стоит говорить новенькой. Но решила все-таки кое-что сказать, - Мы часто думали, что есть что-то более серьезное. Его подозревали во многих плохих вещах, но всегда оказывалось, что напрасно.
- Понятно, - повторила Мэри, - А ты знаешь, он не такой уж и ужасный. А к тебе, по-моему, относится очень не плохо.
- Почему ты так думаешь?
- Ну, мне так показалось.



Глава 23.

Сдвоенную трансфигурацию, которая была после обеда, Кей прогуляла с совершенно чистой совестью. Факт возможности превращения ежа в пепельницу, а палки в ящерицу долго отказывался укладываться в ее сознании, пинался и вылезал из стройного ряда прочих фактов, признанных существующими, но потом был отловлен, осознан и запротоколирован. Конкретные же превращения и соответствующие им заклинания практической пользы для Кей, как для маглы, явно не имели.
Вместо этого она отправилась в библиотеку, изучать периодику. Газеты всегда и везде содержат куда больше информации, чем кажется на первый взгляд. Кей начала с газет за последний месяц. Их она прочитала более чем внимательно, с особым интересом изучая полосы происшествий, а потом отправилась по времени назад, просматривая лишь те статьи, которые выглядели информативными. После трех часов работы, за которые она успела углубиться, хотя и не без пропусков, почти на двадцать лет в прошлое, она решила остановиться на достигнутом. Конечно, имей она возможность загрузить эти газеты в электронном виде в свой компьютер и обработать их как следует, выводы были бы гораздо более обоснованными, спина бы не устала, можно было бы выполнить статистический анализ, она не чихала бы от пыли, но... Да, похоже было самое время посетить дорого папочку, напомнить ему, что он обещал подумать про электричество и вытребовать у него обещанные вещи. И Кей, с чувством выполненного долга направилась в сторону подземелий, где и находились выделенные мистеру Люциусу Малфою комнаты.
Дойдя до двери, Кей вежливо постучала. Подождала немного и постучала опять.
- Если вы так уверены, что не ошиблись дверью, то заходите, - раздался из-за двери раздраженный голос Люциуса Малфоя.
Кей послушно вошла. Мистер Малфой обнаружился сидящим за столом с пером в руке. Он оторвал взгляд от покрытого какими-то записями пергамента и взглянул на Кей.
- Добрый день, - раздражения в его голосе несколько убавилось.
- Скорее добрый вечер, - ответила Кей, без приглашения придвигая к столу кресло и усаживаясь в него.
- Мисс? - Люциус удивленно приподнял бровь.
- Мистер Малфой, - Кей подалась к нему, - Пожалуйста, скажите мне, что вы придумали, как я могу пользоваться здесь компьютером, не сажая аккумулятор.
- Увы, мисс, у меня были более серьезные темы для размышлений. Зато прислали заказанные вами вещи, домовые эльфы должны были отнести все к вам в спальню. А я, извините, занят, - и он вернулся к своим записям.
- Хоть что-то, - вздохнула Кей, - Да, а какую роль в дуэльном клубе будет выполнять профессор Снейп?
- Мисс Харвис, откуда такие сведения? - Люциус снова счел нужным уделить ей свое внимание.
- Ну, не так уж я и не наблюдательна, - проинформировала его мисс Харвис, - А все-таки?
- Он должен быть моим противником во время показательной дуэли, - произнес Люциус с усмешкой.
- А почему не профессор ЗОТС?
- Точно не знаю, у него сегодня какие-то дела.
- Понятно, - Кей задумалась, - Думаю, вам будет полезно знать, что вчера ночью профессор Снейп валялся без сознания в коридоре, да и сегодня полностью здоровым не выглядит.
- Приятно слышать, - отметил Люциус, - Не хочу повторяться, но спрошу опять, откуда вы это знаете?
- Наткнулась на него вчера, когда шла от вас.
- Что, и не помогли бедненькому? - с издевкой спросил Люциус.
- Если бы была опасность для его жизни, помогла бы, но особой опасности не было, так что я предпочла не светиться лишний раз, - мисс Харвис поморщилась, явно не слишком довольная своим поведением. Правда, Люциус затруднился бы сказать, чем именно, тем, что не помогла или тем, что в иной ситуации стала бы помогать.
- Что ж, мисс Харвис, спасибо за информацию, - странно, как легко ему стало говорить этой магле спасибо, - Но я действительно занят подготовкой к первому собранию дуэльного клуба.
- Очень заняты?
- Довольно-таки, а что?
- Мне хотелось бы кое-что уточнить, - она замялась, - И обсудить. И еще, возможно, рассказать.
- Ладно, - он с сожалением посмотрел на бумаги, - Думаю, полчаса меня все равно не спасут.
- Боитесь? - неожиданно спросила мисс Харвис.
- Чего? - он сначала не понял.
- Ну, заниматься с детьми.
- Извините, мисс Харвис, но я приберегаю свои страхи для более серьезных вещей.
- О, простите, - ответила она, пряча недоверчивую улыбочку, - Ладно, к делу. Последние часы я провела в библиотеке. Читала газеты.
- Тяга к знаниям, поздравляю...
- Не иронизируйте, это серьезно. Правильно ли я поняла, что ваш бесценный Темный Лорд и его сторонники, к которым и вы имели честь принадлежать, убивают как магов, так и маглов, причем достаточно часто?
- Это пишут в газетах? - он тянул время, думая, что ответить.
- Да, - ответила мисс Харвис слегка раздраженно, - И не беспокойтесь, меня сейчас волнует не моральный аспект.
- Да, вы поняли совершенно правильно. И, хотя вас это не волнует, - он сделал ударение на последнем слове, - Хочу сказать, что я в этом участия практически не принимал. Не люблю бессмысленной жестокости.
- Понятно. Первая волна убийств закончилась шестнадцать лет назад... - она вопросительно взглянула на него.
- Да, в связи с временной кончиной Вольдеморта.
- Новая началась около двух лет назад.
- Примерно, так. А к чему эти вопросы?
- Пытаюсь найти связи между моей конторой и вашим миром...
- Ваша "контора" имеет какое-нибудь нормальное название? - осведомился Люциус.
- Вы имеете в виду официальное? Конечно, нет. День, когда у подобной организации появляется нормальное название, становится днем ее провала. Так же как нет имен и у секретных агентов.
- У секретных агентов? - переспросил Люциус, - Правильно ли я понял, что вы причисляете себя к их числу?
- Причисляла, - ответила мисс Харвис, и пристально посмотрела на него, пытаясь понять, какие эмоции вызвало ее признание. Эмоции были тщательно скрыты.
- Вот как... Значит Мэри Харвис не ваше имя?
- Нет, - Кей поморщилась, - Я его позаимствовала. На самом деле у меня нет имени.
- Вообще нет? А как же имя, которое дали вам ваши родители.
- Я подкидыш. И вместо имени у меня... - она замолчала, подбирая правильное слово, - Идентификатор. Но мы отвлеклись...
- Да, действительно. И каковы связи?
- Массовые убийства, которые не может расследовать полиция, сами по себе являются достаточным основанием для привлечения этой конторы. А если в этом еще и присутствует нечто паранормальное...
- Ваша контора - это что-то вроде секретной службы правительства Великобритании?
- Почти, только не одной страны, а блока. Извините, я не могу рассказывать. Это попросту опасно для нас обоих. Вы можете считать, что эта контора занимается решением проблем, которые не могут решить другие.
- Прекрасно. И вы думаете, что вот уже два года, как эта контора пытается решить проблему массовых убийств маглов Вольдемортом и его сторонниками?
- Думаю, меньше чем два года. Вряд ли их привлекли сразу.
- Ладно, что дальше?
- Дальше, - Кей замолчала, пытаясь сформулировать свои смутные идеи, - У нас есть три проблемы.
- Три?
- Пожалуйста, не перебивайте меня. Первая проблема - как отмазать меня от конторы, вторая - как победить Вольдеморта и третья - как скрыть мир магов от интересов конторы...
- В интересном порядке вы их перечислили, - усмехнулся мистер Малфой.
- Своя рубашка, - усмехнулась в ответ мисс Харвис, - Так вот, мне кажется, что решать их надо все вместе, - и она замолчала.
- Продолжайте...
- Нет, - она улыбнулась и замотала головой, - Я не имею ни малейшего представления, как их решить. Наоборот, я предлагаю вам поискать пути решения.
- Ну, спасибо, - усмехнулся Люциус.

***

В это время достаточно далеко от Хогвартса человек, в котором любой ученик без труда признал бы профессора ЗОТС Арчибальда Смита, преклонил колени перед сидящей в кресле фигурой в черном с горящими красным глазами,.
- Ну, как успехи? - осведомился Темный Лорд.
- Ваше вчерашнее поручение выполнено, мой Лорд, - склонив голову, сообщил профессор Смит.
- Хорошо, но меня больше интересует твое основное задание.
- Вынужден вас разочаровать, Лорд. Она сопротивляется. Думаю, стоит перейти ко второму варианту.
- Ты хочешь сказать, что не справился? - Вольдеморт встал и подошел к профессору.
- Да, мой Лорд, - профессор Смит посмотрел ему прямо в глаза, - И я могу назвать человека, который мне помешал.
- И кто он?
- Северус Снейп, мой Лорд, я уже говорил вам и повторяю, он предает вас.
- Пока он мне нужен живым.
- Лорд, - профессор снова склонил голову, - Осмелюсь вам напомнить, что в результате того, что я сделал, выполняя ваше вчерашнее поручение, он тоже может умереть.
Тот, кого называли Темным Лордом, ненадолго задумался.
- Хорошо, если он умрет, то тем самым подтвердит свое предательство. Я не обвиню тебя в его смерти, - Темный Лорд вернулся в свое кресло, - Можешь идти.
Когда двери за профессором закрылась, Лорд вернулся к чтению письма, от которого его оторвал приход Смита. И было заметно, что содержание не слишком его радует. Письмо, написанное старомодным почерком, гласило:
"Привет собрату моему во тьме!
Упомянутая тобой особа удостоилась нашего внимания. К своему глубочайшему сожалению, я вынужден сообщить, что не могу отправить ее тебе, как было оговорено ранее. Ибо удостоилась она нашего приглашения.
И да продлятся твои годы вечно"
Подписи не было.

***

В это время в здании, которое временно использовалось конторой, называющейся в настоящий момент "Департаментом по исследованию природных ресурсов", в качестве лондонской штаб-квартиры подчиненный рапортовал своему шефу:
- Сэр, беглецы исчезли бесследно. Анализ вещей и записей принадлежавших мисс Харвис, изъятых в музее истории литературы, позволяет однозначно идентифицировать ее как бывшего агента Кей. Никаких новых сведений про ее спутника не получено.
- Ясно, продолжайте работать.



Глава 24.

Проснувшись, Драко Малфой с искренним изумлением обнаружил себя лежащим на кровати в больничном крыле. Он не имел ни малейшего представления, как он сюда попал и, что самое обидное, не помнил, чтобы с ним вообще что-то случалось. Попытавшись встать, он обнаружил, что чувствует себя просто великолепно - хорошо выспавшимся и отдохнувшим. Тогда он переоделся в собственную одежду, лежавшую на стуле рядом с его кроватью и отправился искать объяснений. И объяснения, полученные им от мадам Помфри, ему совсем не понравились.
Виновников, а именно Гарри Поттера и Невилла Лонгботтома, которые так заботливо угостили его сонным зельем, он перехватил на выходе из гриффиндорской башни.
- Поттер! Ну, спасибо тебе! Удружил! - заявил Драко самым своим язвительным голосом, одаривая Поттера взглядом а-ля "Снейп не в настроении".
- Да, Малфой, - вздохнул Гарри, - Благодарности от тебя не дождешься...
- Не в этой жизни, - фыркнул Драко, отодвигаясь в сторону, чтобы пропустить очередную группку гриффиндорцев, торопливо выходящих из общежития - А куда это все?
- Малфой, у тебя что, склероз? - ядовито полюбопытствовал Гарри, - Забыл, что у нас сегодня встреча с твоим папочкой?
- Ах, это, - протянул Драко. Не то, чтобы он забыл, он просто не очень-то представлял, сколько сейчас времени, - Ладно, полюбопытствуем.

К шести часам вечера практически все ученики Хогвартса собрались в большом зале с помостом, исторически выделенном под занятия дуэльного клуба. Явилась даже новенькая Харвис, которой, как лишенной магических способностей, делать там было явно нечего. Интерес учеников вызывала как сама идея клуба, так и личность его нынешнего главы. Еще бы, сам Люциус Малфой.
Он появился с небольшим опозданием. Поднялся на помост и молча прошелся по нему, разглядывая собравшихся с обычным своим надменным видом. Потом остановился на краю помоста, так, чтобы видеть большинство учеников и молча стал ждать. Шум, начавший стихать еще с момента его появления, стих окончательно.
- Добрый вечер, - сказал он негромко, - Рад приветствовать вас на первом собрании дуэльного клуба. Прежде всего, вы должны уяснить себе следующее. Это не факультативные занятия по ЗОТС или чарам. Это дуэльный клуб. Я не собираюсь читать вам лекции или задавать домашние задания...
Раздались одобрительные перешептывания. Мистер Малфой молча ждал тишины. Дождавшись, продолжил:
- Повторяю, я не собираюсь задавать вам домашние задания, наоборот, вы сами будете просить меня подсказать, какие книги вам следует прочитать, и чему вам следует научиться, если только ... - он сделал немного театральную паузу, - Если только вы хотите добиться чего-то серьезного в этом клубе. Я не буду говорить, что способность защитить себя не помешает никому в этом мире, это очевидно. Вместо этого я объясню вам правила. На стене..., - он махнул рукой в направлении стены.
Все с любопытством повернулись в указанную сторону. Мистер Малфой спокойно переждал снова поднявшийся шум.
- На стене находится турнирная таблица. Как вы, вероятно, увидели, в ней присутствуют фамилии всех учеников, отсортированные, пока, в алфавитном порядке. Напротив фамилии ваш турнирный ранг. В данный момент он у всех одинаков. Каждый присутствующий в помещении дуэльного клуба имеет право вызвать на поединок любого другого. Победивший получит некоторое количество пунктов, проигравший их потеряет. Дуэль продолжается до тех пор, пока оба противника стоят на ногах, или пока один не признает себя проигравшим. Отказ от дуэли считается поражением. Количество выигрываемых или теряемых пунктов можно сосчитать, разделив турнирный ранг проигравшего на ранг победителя. То есть победа у имеющего такой же ранг стоит одного балла, а вызывать того, чей ранг меньше вашего больше чем в два раза не имеет смысла. Турнирная таблица в последствии будет сортироваться по рангу. Те, чей ранг будет превышать двадцать пять, получат право вызывать на дуэль меня, - мистер Малфой улыбнулся так, будто обещал ученикам нечто очень приятное, - В конце года ученик, имеющий самый высокий ранг, принесет дополнительные баллы своему факультету. Также дополнительные баллы будут насчитаны факультету, суммарный ранг учеников которого будет наибольшим. Открыт дуэльный клуб будет каждый день с шести до восьми вечера, так что каждый будет иметь возможность проявить себя.
Мистер Малфой снова замолчал, давая ученикам время понять и обсудить услышанное.
- Продолжим. Как вы понимаете, применение непоправимых проклятий запрещено законом и меру наказания будет определять суд. Это может быть Азкабан или поцелуй дементора, - мистер Малфой мило улыбнулся, - Применение заклинаний, которые могут причинить серьезный физический вред вашему противнику запрещено, если только оба противника не имеют ранг более пятидесяти. В ином случае это будет наказываться понижением ранга до единицы. Все понятно? - он обвел учащихся внимательным взглядом.
Похоже, всем все было ясно.
- На настоящий момент все вы знаете достаточно заклинаний, которые могут использоваться как дуэльные. Достаточно, только правильно их использовать. Профессор Снейп был столь любезен, - мистер Малфой произнес эти слова с показной вежливостью, - Что согласился быть моим противником в демонстрационной дуэли.
Профессор Снейп, незамеченным вошедший в зал, пока мистер Малфой говорил, поднялся на помост.
- Хочу вам напомнить, профессор, - продолжил ледяным тоном мистер Малфой, - Наша цель продемонстрировать ученикам возможность использования для поединка известных всем заклинаний.
- Не беспокойтесь, мистер Малфой, я знаю, что я делаю, - отозвался с холодным спокойствием профессор Снейп.

Гермиона с завороженным видом смотрела на дуэль. Оба противника действительно использовали только простейшие заклинания, отбиваясь контрзаклинаниями или просто уворачиваясь. Но было во всем этом что-то, что заставило ее сердце тревожно сжаться. Лицо профессора Снейпа казалось отрешено сосредоточенным. Гермиона не раз видела, как ее кот охотится на мелкую живность. В том, как профессор Снейп следил за своим противником, было что-то пугающе похожее. А потом он внезапно переходил в атаку, и при этом ничто не изменялось в его лице, остававшемся по-прежнему пугающе спокойным. С трудом оторвавшись от него, Гермиона перевела взгляд на Малфоя-старшего. На лице того застыла вежливая полуулыбка. Но было что-то еще в выражении его лица, в его глазах, какая-то веселая пронзительная ярость. Что-то, показывающее, что он получает искренне наслаждение от происходящего. И в какой-то момент Гермионе показалось, что это не безобидная демонстрационная дуэль, а настоящий поединок до смерти и вот сейчас прозвучат страшные слова, возможно, польется кровь, возможно, кто-то умрет. Она смотрела, завороженная этим зрелищем, не в силах оторваться. К этому моменту оба противника уже успели пару раз задеть друг друга заклинаниями, и профессор Снейп стоял как-то неловко, наклонившись так, будто стоять прямо ему было больно. Возможно, эта боль и была причиной того, что он не смог отразить очередную атаку мистера Малфоя. Гермиона невольно ахнула, прижимая руки ко рту, и услышала, как многие ахнули одновременно с ней. Это был обычный "Ступефай", но профессор Снейп слетел с помоста, тяжело упав на пол под ноги расступившимся ученикам, и остался лежать неподвижно.

Мистер Малфой не спеша прошел в его сторону и легко спрыгнул с помоста. К этому времени профессор зашевелился и смог приподняться на локтях.
- Как вы, профессор? - издевательски вежливо осведомился мистер Малфой, протягивая ему руку, чтобы помочь подняться.
- Спасибо, прекрасно, - хрипловато ответил профессор Снейп, и стал подниматься, игнорирую протянутую ему руку.
- Прекрасно, - пожал плечами мистер Малфой и запрыгнул обратно на помост, - Продолжим, - сказал он, обращаясь уже ко всем, - Далее вы можете начинать. Любой из вас может вызвать любого. Кто первый?
После некоторого замешательства на помост вылез Блез Забини.
- Эээ... Я хочу вызвать Лонгботтома, - неуверенно сказал он.
- Хорошо, - благосклонно улыбнулся мистер Малфой, - мистер Лонгботтом, вы принимаете вызов?
Невилл, провожаемый сочувственными взглядами гриффиндорцев, неловко вскарабкался на помост. Как и следовало ожидать, дуэль не заняла много времени. Невилл не сумел отразить первый же "Ступефай".
К этому времени в голову Драко Малфоя пришла идея. Он придумал очередную гадость незваной сестричке. Гадость была неплоха и сам по себе, а присутствие отца делало ее просто чудесной. Поэтому, следующим на помост поднялся он.
- Я вызываю Харвис, - сообщил он вежливо.
- Мистер Малфой, - не менее вежливо ответил мистер Малфой-старший, - Думаю, вам лучше выбрать другого противника, мисс Харвис не может принимать участия в магической дуэли.
- В соответствии с оглашенными вами правилами клуба, может. Она ученица и она присутствует здесь, не правда ли?
- Не думаю, что это хорошая идея, - с нажимом сказал Малфой-старший.
- Странно, что вы ее так защищаете, - тихо ответил Драко.
- Нет, что вы, просто эта дуэль кажется мне совершенно дикой идеей.
- Значит, я могу ее вызвать?
- По правилам, да. Но, думаю, мисс Харвис откажется от поединка, - и оба выжидательно уставились на Мэри Харвис, подошедшую к помосту.
- Нет, почему же, - и девушка немного неловко вскарабкалась на помост.
- Хорошо, - ответил мистер Малфой, освобождая место для поединка.
От первого заклинания Драко мисс Харвис увернулась каким-то чудом, неуклюже шагнув в последний момент в сторону. Так же, как, впрочем, и от второго. Вообще, девушка оказалась на редкость везучей. При всей своей медлительности и неловкости она все еще оставалась ни разу не задетой. Драко это начало раздражать и в очередной раз он кинул в нее связывающий чары. На этот раз Харвис не увернулась, и свалилась, лишенная возможности двигаться. Мистер Малфой немедленно запрыгнул на помост со словами:
- Поединок закончен, - и быстро подошел к ней. Направил на нее палочку, произнеся, - Фините Инкантатем.
Девушка медленно поднялась.
- Надеюсь, мисс Харвис, вы больше не будете позорить такое благородное заведение, как дуэльный клуб своим присутствием! - произнес он сердито, пристально глядя на нее.
- Да, сэр, - ответила она, виновата опуская глаза.



Глава 25.

Будучи безжалостно выгнанной из дуэльного клуба, Кей вернулась в гриффиндорское общежитие, где взяла очередную неподъемную книгу по заклинаниям и чарам, чье туманное содержание лишь с огромным трудом подвергалось анализу и запоминанию и притворилась внимательно читающей. Но читать она не стала. Вместо этого она постаралась проанализировать увиденное. Сама дуэль с Драко Малфоем не принесла ничего неожиданного. Увернуться от его заклинаний оказалось еще проще, чем от брошенного ножа. Гораздо интереснее были моменты психологические. Во-первых, интересно, за что ее так не любит Драко Малфой. Если бы он знал версию о том, что Кей, якобы, его сестра, то это можно было бы списать на заурядную ревность. Но знать ему неоткуда. Вариант презрения к грязнокровке тоже не очень проходил. С другими маглорожденными Малфой общался почти нормально. Возможно, это действительно презрение, но усиленное тем, что он считает ее сквибом. В общем, все это требовало дальнейших наблюдений и анализа.
Другим предметом ее размышлений был мистер Люциус Малфой. То, как он пытался предотвратить дуэль, и то, как он потом прогнал ее из клуба... Кей показалось, что он испугался за нее. И, когда он снимал с нее заклинание, в выражении его лице ей почудилось беспокойство. Но мистер Малфой искусно скрывал свои эмоции, и Кей не была уверена в правильности своих выводов. А проверить их не мешало бы. Да, решено. Ближе к ночи она посетит мистера Малфоя и попытается проверить свои предположения. К тому же есть кое-что важное, о чем ей необходимо его попросить.

Мистер Малфой открыл дверь на ее стук почти сразу.
- А это вы. Проходите мисс Харвис. Что привело вас ко мне в столь поздний час?
- Хочу поздравить вас с блестящей победой над профессором Снейпом, - улыбнулась она, входя.
- Вы были правы, он нездоров. Иначе это было бы гораздо труднее.
- Интересно, что с ним случилось вчера... - Кей подошла к дивану и присела в уголке. Мистер Малфой остался стоять, прислонившись к краю стола и скрестив руки на груди.
- Да, интересно. Возможно, участвовал в каких-нибудь развлечениях Вольдеморта.
- В сегодняшней газете написано, что вчера ночью неизвестные напали на семью магов, живущих в пригороде Лондона. Все убиты, дом сожжен.
- Возможно, он пострадал, участвуя в этом. Но точно мы никогда не узнаем. Ладно, мисс, а теперь, пожалуйста, объясните свое поведение. Зачем вам было участвовать в этом дурацком представлении с дуэлью?
- О, я просто продолжаю изучать силу магии, - она пожала плечами, - Интереснее, зачем это понадобилось вашему сыну.
- Продемонстрировать мне с каким ничтожеством я общался? - Люциус тоже пожал плечами.
- Возможно, - мисс Харвис подтянула к себе колени и обхватила их руками так, как будто ей было холодно, хотя камин ярко горел, и в комнатах было тепло, - Мистер Малфой, - ее голос звучал напряженно, - Могу ли я попросить вас кое о чем, важном для меня.
- Да, мисс. Чем я могу вам помочь?
- Мне нужен сильный быстродействующий яд.
От удивления он отодвинулся от стола, к которому прислонялся, и уставился на нее:
- И для кого?
- Для меня, - мисс Харвис говорила, не поднимая глаз, уставившись на собственные колени.
- Объяснитесь!
- О, вы не так поняли, - она вымученно улыбнулась, - Я не собираюсь травиться прямо сейчас. Это просто на всякий случай. Вы знаете, - она опустила голову еще ниже, - Я чувствую себя здесь такой беспомощной. Беззащитная магла среди волшебников.
- И яд поможет вам чувствовать себя более защищенной?
- Да, если я не властна над своей жизнью, буду хотя бы властна над своей смертью. У меня была капсула с ядом в бытность мою секретным агентом. Знаете, такая булавка с перламутровым шариком на конце, которую удобно вкалывать в воротник. Раскусишь этот шарик и все. Мне ее пришлось уничтожить, когда я подалась в бега, потому что туда еще был встроен маячок. А сотруднику музея истории литературы яд не нужен.

Люциус смотрел на девушку, сжавшуюся в комочек в углу дивана, и понимал, что никогда прежде он не видел ее слабой и уязвимой. Даже когда он наложил на нее "Империо", даже когда она лежала скованная связывающими чарами... И, повинуясь желанию помочь и защитить, он сел на диван рядом с ней, обнял ее и за плечи и притянул к себе. Ее тело было сначала напряженным в его объятиях, но потом расслабилось, и она уткнулась лицом куда-то ему в шею. Какое-то время оба были неподвижны, потом он легко прикоснулся губами к ее волосам. Она подняла голову, и на невыносимо долгий миг их глаза встретились. А потом, она закрыла глаза и чуть откинула назад голову, подставляя ему губы для поцелуя, и он накрыл их своими губами.
То, что начиналось как утешение, быстро превращалось в страсть. В какой-то момент, когда их мантии уже оказалась на полу, и мир вокруг потерял всякое значение, он заставил себя остановиться, оторваться от ее губ и отстраниться. Она смотрела на него с ожиданием и удивлением.
- Мисс Харвис, - начал он, удивляясь тому, как трудно заставить свой голос звучать нормально, - Вы говорили, что предпочитаете женщин. Мне не хотелось бы...
Ее смех оборвал его фразу.
- Не отвлекайтесь на такие глупости, - произнесла она, все еще смеясь, и принялась сосредоточенно расстегивать его рубашку.
Но когда он опять потянулся к ней, вдруг отстранилась и спросила:
- А ваша жена?
- Ее здесь нет... - он провел губами по ее шее, наслаждаясь шелком кожи и запахом волос и тем, как она задохнулась от удовольствия.
- И слава богу, - прошептала она.
- Слава Мерлину, - поправил он ее с тихим смешком.
- Что? - выдохнула она.
- Здесь говорят, слава Мерлину, - сказал он громче со смехом в голосе, потом встал, поднял ее на руки и понес в спальню.

Увлеченные друг другом, оба не заметили, как едва слышно приотворилась входная дверь, и кто-то тихо прошел по комнатам. Почти неслышные шаги на мгновение замерли на пороге спальни, дверь в которую Люциус не потрудился закрыть. А потом незваный гость метнулся к выходу.

Проснулся Люциус Малфой от того, что девушка, прижимавшаяся к нему во сне, неожиданно отодвинулась. Открыв глаза, он увидел, что она подбирает с пола свою одежду.
- Мэри, куда ты? - спросил он хриплым со сна голосом.
- К себе в гриффиндорскую башню. Мне и так придется рассказывать девушкам сказку, как я читала в гостиной и заснула над книгой, - ее голос звучал так, будто они провели вечер за светской беседой или за обсуждением стратегических планов, - И, мистер Малфой, простите меня, пожалуйста. Я поддалась минутной слабости.
- Мисс Харвис, - он невольно подтянул сползшее одеяло, - Не беспокойтесь, я не отнесся к этому слишком серьезно.

Покинув спальню Малфоя, Кей не пошла сразу в гриффиндорское общежитие, вместо этого, она забралась с ногами на один из подоконников и прижалась лбом к холодному стеклу. Задуманный эксперимент был поставлен, задуманный эксперимент привел к результатам, существенно превосходящим ее ожидание. Ей померещилось, что он относится к ней с большим вниманием, чем к случайному союзнику. Она решила проверить эти предположения, сыграв небольшой нервный срыв. Да, она предполагала, что мистер Малфой ей немножко посочувствует и, возможно, она лучше поймет его отношение к ней. Хотя с тем же успехом он мог отнестись к ее слабости с презрением. На этот случай тоже был заготовлен сценарий. Но того, что произошло, она не ожидала. Она не ожидала, что он будет таким нежным. И она не могла предполагать, что не сможет сопротивляться... ему или себе самой. Да, в общем, уже не важно. Нужно только следить, чтобы в дальнейшем этого не повторилось.
Придя к такому решению, Кей собралась пойти в свою постель, но ей помешали раздавшиеся шаги. Встречаться с кем-либо ей не следовало, поэтому она забилась за штору и притаилась.
По коридору шел профессор Смит. В руках он нес книгу, обычного для этого места устрашающего вида. Остановился в начале коридора. Дальше пошел, тщательно отсчитывая шаги. Остановился в нужной ему точке, к несчастью, довольно далеко от Кей. Открыл книгу и начал читать по ней что-то вслух. Расстояние помешало Кей разобрать слова, но общий фон речи создавал впечатление, что это не английский.
Она глядела на него в щелочку портьеры и ее интуиция, не беспокоившая ее с момента прибытия в замок, проснулась опять. Кей почувствовала, как холодок страха возник где-то внутри ее тела, заставляя мышцы живота болезненно сократиться. Профессор Смит, закончив декламацию, отправился по коридору дальше. Кей, не захватившая с собой оружия, не рискнула последовать за ним, а осталась на своем подоконнике. В ночной тишине ее интуиция шептала ей о боли, крови и смерти, но Кей не знала, откуда они придут.



Глава 26.

На выходе из дуэльного клуба Драко Малфоя окружила толпа возмущенных донельзя гриффиндорцев.
- Малфой, как ты мог так поступить? - начал Рон Уизли.
- Что вы имеете в виду? - притворно недоуменно спросил Драко. Меньше всего на свете ему хотелось обсуждать свои поступки с кем-либо.
- Ты не должен был вызывать Мэри! - заявила Джинни.
- А почему бы и нет? Мне что, никого из гриффиндорцев уже и вызвать нельзя?!
- Малфой, не притворяйся идиотом, - это опять Рон, - Или ты такой трус, что боишься вызвать кого-нибудь, кто сможет сопротивляться?!
- Уж лучше бы ты меня вызвал, - печально сказал Лонгботтом.
Драко обвел их всех взглядом. Лица, выражающие открытое возмущение, по отношению к нему, Драко Малфою. Только Поттер стоит немного сзади и выражение его лица прочитать гораздо сложнее. Сама Харвис, за которую все они заступаются, отсутствует.
- Я ведь не причинил ей вреда. Все по правилам, - сказал Драко, прекрасно понимая, что это ничего не изменит.
Действительно, выражение лиц гриффиндорцев не изменилось. Поэтому он просто повернулся и ушел. Весь вечер, пока он сидел в гриффиндорской гостиной и делал домашнее задание, никто не сказал ему ни слова.

После дуэльного клуба профессор Снейп отправился к себе. Оставаясь на виду, он еще мог держаться прямо, но, закрыв за собой дверь, согнулся, с трудом сделал несколько шагов до кресла и повалился в него. Ему следовало бы принять обезболивающие и заживляющие зелья, но сил шевелиться не было. Прошлой ночью... Прошлой ночью его неожиданно призвал Вольдеморт и приказал участвовать в очередном показательном истреблении несогласных. Лицо женщины, защищавшей от них своего ребенка, все еще стояло перед его глазами. Тогда он не смог заставить себя напасть и получил от нее парочку крайне неприятных проклятий, за что потом заслужил насмешки от своих коллег упивающихся и подозрительный взгляд Вольдеморта. К счастью, он не свалился без сознания прямо там, а смог вернуться в Хогвартс. Весь день он чувствовал себя совершенно разбитым, хорошо хоть боль позволяла не так остро чувствовать свою вину. Хотя, какая вина, что он мог сделать... И тем не менее, это ощущение, что он виноват во всем происшедшем, преследовало его, как он ни старался его подавить. Вечер тоже выдался подстать дню. Быть побежденным Малфоем на глазах у всех учеников. Приятного мало.
Отсидевшись в кресле, и дождавшись, пока боль хоть немного успокоится, он все-таки заставил себя добраться до аптечки в спальне и принять необходимые лекарства. Боль медленно размазывалась, превращаясь в онемение. И сразу захотелось спать. Но он еще должен был проверить сегодняшние контрольные. И он обреченно уселся за стол со сложенными на нем работами. В это время в дверь постучали, и он недовольно пошел открывать.

После дуэльного клуба Гермиона быстро зашла к себе, взять бумагу для записей, и отправилась на назначенную профессором Снейпом встречу. Дойдя до класса зельеделия, она постучала. Никто не открыл. Хотя, профессор ведь не сказал, где должна состояться встреча - в классе или в его комнатах. Гермиона засомневалась, стоит ли сейчас идти к нему. С одной стороны он мог плохо себя чувствовать после проигранного поединка. С другой - если он действительно не захочет ее видеть, то просто прогонит. Или, возможно, ему настолько плохо, что нужна помощь... Пока эти размышления крутились в голове Гермионы, ноги уже донесли ее до входа в комнаты профессора и она постучала. Дверь открыли довольно быстро.
- Мисс Грейнджер, - раздраженно спросил профессор, - Что вам здесь и сейчас надо?
- Вы сказали мне придти к вам, чтобы поговорить насчет темы моей исследовательской работы, - ответила Гермиона.
- Ах, да, - вспомнил профессор, - Входите, раз уж явились.
Гермиона вошла вслед за ним в комнаты. К ее облегчению, профессор выглядел вполне нормально, только несколько более усталым, чем обычно.
- Вот, - посмотрев на книжных полках, он нашел толстенную книгу и протянул ей, - Просмотрите страницы со сто двенадцатой по триста пятьдесят седьмую. Если что-нибудь поймете, продолжим разговор.
- Я могу взять книгу с собой? - спросила Гермиона.
- Нет, это редкий экземпляр. Мне бы не хотелось, чтобы ваши выдающиеся одноклассники наделали из ее страниц бумажных голубков, - ответил Снейп.
- Сэр, я всегда очень бережно обращаюсь с книгами, - начала Гермиона возмущенно.
- Не возражайте мне, - нахмурился профессор, - Вот кресло, садитесь читайте. Или можете идти, я вас не задержу ни на одну лишнюю секунду.
- Да, сэр, - Гермиона молча села в указанное кресло и открыла книгу на нужной странице. Мысль делать исследовательский проект по зельеделию казалась ей все менее привлекательной. Профессор Снейп, тяжело вздохнув, вернулся к проверке контрольных работ.

К тому времени, когда большинство учеников уже разошлись по своим кроватям, Драко Малфой все еще оставался в гостиной Гриффиндора. Он проспал весь день, и спать ему ну совершенно не хотелось. Драко хотел просто спокойно посидеть в одиночестве и подумать. Кажется, ему удалось дискредитировать Харвис в глазах отца. Ведь тот с позором выгнал ее из дуэльного клуба. Или все-таки нет... Внезапно мысли Драко были прерваны.
- Малфой, - обратился к нему немного смущенно Поттер.
- Что тебе? - отозвался Драко недовольно.
- Я хочу тебе кое-что рассказать о твоем отце...
- Ну, продолжай, - Драко выжидательно посмотрел на него.
- Когда ты уснул на зельях...
- Да уж!
- Не перебивай меня. Тогда Снейп потащил тебя к мадам Помфри и нам с Невиллом велел идти с собой. Так вот, нам по дороге встретился твой отец, и мне показалось, что он чуть не напал на Снейпа.
- Так. Немного помедленнее, если можно.
- Малфой, тебе понятным языком говорят, - сказал Гарри Поттер возмущенно, - Мистер Малфой подумал, что Снейп с тобой что-то сделал и чуть на него не напал из-за этого. А потом быстренько притворился что все не так.
- Поттер, ты уверен?!
- Ну, мне так показалось. Я думаю, может все не так, как ты думаешь...
- Ты хочешь сказать, что... - в голову Драко пришла мысль что, возможно, отец только притворяется с какой-то своей целью, что так плохо относится к нему, Драко.
- Да, возможно в глубине души он... - начал Гарри.
- Поттер, ты идиот. Но все равно спасибо.
- Малфой! - возмутился Гарри.
- Поттер, пожалуйста, - Драко вскочил, - Одолжи мне твою мантию-невидимку, мне надо поговорить с отцом.
- С какой это радости я должен тебе ее давать?
- Ну, если меня поймает Филч, то баллы снимут с твоего факультета.
- Ладно, - ответил после небольшого раздумья Поттер.
Он поднялся в спальню, взял там мантию и отдал ее Малфою. Малфой быстро завернулся в нее и отправился в путь. Гарри решил дождаться его возвращения и уселся в кресло рядом с затухающим камином. В это время из спальни вывалился полуодетый Рон.
- Гарри, ты куда это без меня собрался?! - возмущенно спросил он.
- Никуда. С чего ты взял?!
- Ну, ты забрал мантию-невидимку...
- О, я просто одолжил ее Малфою.
- Ты что? Гарри, чего ты носишься с этим ублюдком?!
- Рон, он, может и ублюдок, но у него сейчас серьезные проблемы. Извини, я не могу тебе сказать.
- Вот увидишь, устроит он тебе какую-нибудь пакость.
Они все еще сидели вместе в гостиной, когда в нее ввалился Драко Малфой. Мантию он тащил за собой по полу за один угол, зажатый в руке. Ничего не видя перед собой, он прошел вперед, пока не дошел до стены, и тяжело опустился на пол, привалившись к стене спиной.
- Малфой, что случилось, - Гарри присел рядом с ним на корточки.
- Тебя это не касается, - Малфой поднял на него мутный взгляд. Единственное, в чем был уверен Драко в эту ночь, это в том, что он никогда и никому не расскажет о том, что увидел в спальне своего отца. Несмотря на то, что инцест встречался в волшебном сообществе не так уж редко, отношение к нему было достаточно отрицательное, чтобы испортить любую репутацию.
- Это твой отец, да? Он что-то тебе сказал?
- Да, Поттер, отстань! Я слышать ничего не хочу! Уйди от меня! - закричал Драко во внезапном приступе ярости, а потом уткнул лицо в колени и то ли зарыдал, то ли засмеялся.
- Это что, истерика? - с удивлением спросил подошедший Рон.
- Не знаю, кажется, - Гарри не имел не малейшего представления, что делать в подобных случаях, - Может, позовем мадам Помфри.
Драко по-прежнему сидел на полу, спрятав лицо в коленях, хотя смеяться к счастью прекратил.
- Ага, уже побежал... - произнес Рон задумчиво.
- Но мы должны что-то сделать. Ему, кажется, действительно плохо!
Малфой на их слова никак не реагировал.
- Ладно, я знаю, что делать, - недовольным тоном сказал Рон и ушел в спальню. Вернулся он оттуда с бутылкой.
- Это что? - спросил Гарри.
- Огневиски, мне его Фред и Джордж подарили. Жалко на Малфоя тратить, да ладно.
Не без труда, вызванного недостатком опыта, они открыли бутылку и набулькали в наколдованный стакан золотистую жидкость.
- Эй, Малфой! - Гарри потряс его за плечи.
- Отстань, - Драко всхлипнул и слабо попытался оттолкнуть его руки.
- Вот, пей, - Рон сунул стакан в лицо Малфою. Драко отвернулся.
- Держи ему голову, - деловито велел Гарри Рон.
- Идиоты, - неожиданно ясным голосом сказал Драко, отобрал у Рона стакан, выпил залпом и закашлялся.

Гермиона довольно быстро увлеклась чтением, не обращая на профессора Снейпа никакого внимания. Дочитав до конца главы, она, наконец, оторвалась от книги и обернулась в его сторону. Профессор спал, уронив голову на непроверенные контрольные. Одна его рука бессильно свесилась вниз, другая, со все еще зажатым в ней пером, лежала на столе.
Сначала Гермиона хотела сказать что-то, чтобы разбудить его. Но потом подумала, как же он должен устать, чтобы заснуть так, и не решилась его беспокоить. Вместо этого она снова углубилась в книгу, стараясь соблюдать тишину. Было, вероятно, уже довольно поздно, и Гермиона не заметила, как заснула сама. Ей снилось, что она проспала и ее будильник, вместо того чтобы звенеть, как и положено будильникам, прыгает по ее кровати и голосом профессора Снейпа говорит ей прямо в лицо:
- Мисс Грейнджер, как это следует понимать?!
- Ой! - сказала она, проснувшись, и с ужасом поняв, что это не сон. Рядом с ней на самом деле стоял профессор зельеделия, - Простите сэр, я, кажется, тоже заснула.
Видимо, это "тоже" несколько убавило его возмущение, и он просто сказал, хотя и достаточно недовольным голосом:
- Идите к себе, мисс Грейнджер. Поговорим завтра.
И Гермиона отправилась к себе. Времени было уже заполночь, и по дороге она, естественно, была поймана профессором Мак-Гонаголл, которая как раз собралась проинспектировать гриффиндорскую башню.
- Вы откуда, мисс Грейнджер? - спросила та возмущенно.
- Я была у профессора Снейпа, читала книгу для своего исследовательского проекта. Он запрещает ее выносить. И задержалась, - объяснила Гермиона, - Вы не могли бы попросить его разрешить мне брать книгу с собой?
- Хорошо, дорогая. Я думаю, это жестоко, заставлять учеников заниматься так долго. Я попрошу.
Гермиона не стала разубеждать своего декана в ее заблуждении.

Профессор Мак-Гонаголл пошла вместе с Гермионой, решив проводить ту до гриффиндорского общежития и, как оказалось, это было очень мудрым решением. Потому что, войдя в гостиную, она обнаружила весьма неожиданную картину. На полу спали в обнимку Гарри Поттер и Драко Малфой, а сидящий рядом тоже на полу Рон Уизли нетвердой рукой пытался перелить остатки жидкости из бутылки в стакан. Профессор Мак-Гонаголл была достаточно опытной женщиной, чтобы опознать в этой бутылке фирменную тару одного очень неплохого сорта огневиски.



Глава 27.

Утром мистер Малфой проснулся от того, что кто-то настойчиво стучал в его дверь. Пришлось вставать, надевать халат прямо на голое тело и, перешагивая через разбросанную по полу одежду, идти открывать. За дверью обнаружился Филч.
- Э.. Мистер Малфой, профессор Дамблдор просил передать, что срочно желает вас видеть.
- Да, сейчас иду, - коротко ответил Люциус, невежливо захлопнул дверь прямо перед носом Филча и стал поспешно одеваться.
Еще поднимаясь в кабинет директора, он услышал раздраженный голос Снейпа:
- Надеюсь, вы не собираетесь спускать им с рук такое вопиющее нарушение дисциплины! И я уверен, Поттер - главный виновник происшедшего.
Войдя в кабинет, Люциус обнаружил следующую диспозицию сил противников: напротив стола Дамблдора спиной к двери, виновато понурив головы, стояли Поттер, Уизли и, ну конечно, Драко. Кто бы сомневался. Чуть в стороне от них с видом не менее виноватым находилась, к удивлению Люциуса, Мэри Харвис. Снейп стоял в пол-оборота между директорским столом и провинившимися и произносил свою гневную тираду. Профессор Мак-Гонаголл расположившись недалеко от директорского стола, смотрела на учеников с таким выражением, как будто только что съела недозрелый лимон. Также присутствовал профессор Флитвик. И, конечно директор Хогвартса сидел за своим столом. Увидев входящего Малфоя, он слегка кивнул ему. Люциус тихо прошел к стулу, стоящему недалеко от двери и сел, собираясь, по возможности, сначала разобраться в происходящем.
К этому времени Снейп, отвернувшись от Дамблдора, обратил все свое внимание на провинившихся учеников.
- Что, Поттер, отмечали вместе со своим дружком неделю распущенности и вседозволенности! Да еще и Малфоя втянули! Скажете, нет?!
Поттер угрюмо молчал.
- Мистер Дамблдор! - теперь профессор Снейп снова обращался к директору, - Вы просили меня быть терпимым по отношению к нему, и я был! Поттер, я ведь был к вам терпимым?!
- Ага, и неуд в знак особой терпимости, - пробормотал себе под нос Поттер.
- Поттер, я просто поставил вам единственно достойную вас оценку, а не сказал, ЧТО я думаю по поводу вашей выдающейся работы и продемонстрированного вами интеллекта! Но эта выходка переходит всякие границы!
- Северус, - прервала их профессор Мак-Гонаголл, - Мы собрались здесь, чтобы спокойно определить меру наказания. И, мне кажется, ваши высказывания неуместны.
- Минерва! Неужели вы опять будете защищать вашего драгоценного Поттера?!
- А вы будете защищать вашего драгоценного Малфоя?
- Минерва, хочу вас огорчить, Малфой теперь тоже ваш!
- Извините, - решил вмешаться Люциус, - Хотелось бы узнать, в чем сущность произошедшего инцидента?
- Поттер и Уизли заодно с вашим сыночком распивали алкогольные напитки в пределах школы, - зло сообщил ему Снейп, - И умудрились упиться до поросячьего визга!
- Вот как... - задумчиво произнес Люциус.
- Да, и как вы, вероятно, знаете, наказание за это достаточно суровое. Вплоть до исключения из школы!
- Северус, подождите, - прервал его директор, - Давайте, не спеша во всем разберемся. Гарри, ты можешь мне что-нибудь сказать? - мягко обратился Дамблдор к Поттеру.
- Я действительно виноват, профессор, - ответил Поттер тихо.
- Понятно. Мистер Уизли?
- Я тоже, сэр.
- Мистер Малфой? - он перевел взгляд на Драко.
- Боюсь, если я скажу, что невиновен, мне все равно не поверят.
- Ясно. Теперь относительно мисс Харвис. Минерва, в чем тут дело?
- Ее не было в спальне ночью, - пояснила Мак-Гонаголл.
- И как вы это можете объяснить, мисс? - спросил директор.
- Простите, профессор, я не могу сказать, - девушка виновато опустила глаза.
Это ее заявление искренне удивило и испугало Люциуса. До сих пор Мэри Харвис казалась ему особой, способной придумать в любой ситуации ложь любой степени правдоподобия.
- И, тем не менее, вам придется.
- Я... Простите, - девушка, кажется, смутилась еще больше, и Люциус совсем уже было решил вмешаться, - Это все тыквенный сок... Мне стало дурно и я была в туалете.
- Всю ночь? - уточнила профессор Мак-Гонаголл.
- Да, - прошептала Мэри, еле слышно.
Услышав это заявление, Драко неприлично заржал, но быстро замолчал. А Люциус порадовался, что его богатый жизненный опыт позволил ему сохранить нейтральное выражение лица.
- Мисс Харвис, в следующий раз с подобными проблемами обращайтесь к мадам Помфри, - холодно произнесла Мак-Гонаголл, - Теперь, я думаю, вы можете идти, - Она вопросительно взглянула на Дамблдора.
- Да, мисс Харвис, можете идти, - подтвердил директор, пряча улыбочку, - Теперь что касается остальных, - продолжил он, когда дверь за Харвис закрылась, - Какие будут мнения?
- Мое мнение вы слышали, - холодно отрезал профессор Снейп, - Поттера и Уизли на отчисление, Малфою наказание и испытательный срок.
- Может, мистер Люциус Малфой скажет нам что-нибудь? - Дамблдор внимательно посмотрел на него.
К этому времени Люциус уже закончил продумывать собственную стратегию. Единственное, в чем он был полностью уверен, это в том, что Дамблдор никогда не выгонит из Хогвартса надежду магического мира Гарри Поттера. Поэтому он ответил, тщательно подбирая слова:
- Спасибо, мистер Дамблдор, но если вы думаете, что я буду заступаться за Драко, то вы ошибаетесь. Последнее время он не оправдывает моих ожиданий. Думаю, все трое достойны одинакового наказания, - и вряд ли профессор Дамблдор сможет после такого заявления выгнать из Хогвартса Драко и оставить Поттера, не потеряв при этом лица.
- Думаю, вы правы, - произнес, вставая, директор, - Мистер Поттер, мистер Уизли, мистер Малфой, - обратился он к ученикам. Вы продолжите учебу в Хогвартсе до следующего серьезного нарушения правил. И до конца этого полугодия вы лишаетесь выходных. Все ваши субботы и воскресенья будут посвящены отработке под руководством мистера Филча. Сегодня ведь суббота? Да, думаю, вы можете начинать прямо сейчас.

В столовой за завтраком Люциус Малфой незаметно поглядывал на гриффиндорский стол, а точнее, на мисс Харвис, которая сидела на этот раз в одиночестве и печально крутила в руках, кажется, один и тоже бутерброд. Ни Драко ни гриффиндорской неразлучной троицы за столом не было. Хотя почему неразлучной, в пьянке Грейнджер участия явно не принимала. Люциус подумал, что, возможно, узнать место пребывания Гермионы Грейнджер прошлой ночью было бы любопытно. Но не настолько, чтобы предпринимать шаги в этом направлении.
Закончив завтрак и дождавшись, пока мисс Харвис встанет из-за стола, Люциус последовал за ней. Он догнал ее в пустом коридоре.
- Мисс Харвис, - позвал он.
- Да, мистер Малфой, вы хотите мне что-то сказать, - девушка вежливо улыбнулась.
- Относительно прошлой ночи... - начал он, еще раз убедившись, что никто не может их подслушать.
- И что вы хотите? - спросила девушка по-прежнему чересчур вежливым для данной ситуации тоном.
"Мерлин, что я на самом деле хочу? Чтобы девушка кинулась мне на шею и призналась в любви до гроба? Так это мне совершенно ни к чему. Очень скоро мы расстанемся, и, надеюсь, навсегда" - думал Люциус, глядя на нее.
- Может, я хотел сказать вам, что вы прекрасны... - сказал он полувопросительно.
- О, если вы считаете необходимым делать мне комплименты из-за случайного и ни к чему не обязывающего секса, то можете не трудиться, - заявила девушка, жизнерадостно улыбаясь, - Хотя не буду скрывать, секс был великолепен!
- Вот как...
- Да... Сюда идут, - и Мэри не обращая больше на него внимания пошла дальше.
Он тоже отправился к себе. И, говоря по правде, именно она занимала его мысли. Он пытался понять кто она на самом деле. Хладнокровная стерва, сыгравшая вчера роль беззащитной девушки, особа, вызывающая искренне восхищение как, например, великолепный кинжал. Или, наоборот, вчера она сняла перед ним ненадолго свою маску, став собой - настоящей.
Как бы то ни было, субботнее утро он собирался посвятить выполнению ее своеобразной просьбы. Что может быть лучше хорошего яда. В семье Малфоев передавался из поколения в поколение один фамильный рецепт. Яд готовился сравнительно легко, путем нескольких последовательных трансфигураций обычной воды. И был достаточно сильнодействующим и безболезненным. А то, что это вещество не совсем обычный яд, в большинстве случаев не имело никакого значения.

Войдя в гостиную Гриффиндора, Кей невольно оказалась втянута в радостную суету. Старшеклассники собирались в Хогсмид. Увидев сидящую с книгой Гермиону, Кей подошла к ней.
- Привет!
- А, Мэри, привет, - Гермиона оторвалась от книги.
- А где Гарри и Рон?
- Эти начинающие алкоголики, - недовольно поморщилась Гермиона, - На отработке с Филчем на все выходные. Хорошо хоть их не выгнали.
- Действительно, хорошо... - согласилась Кей.
- Вы в Хогсмид идете? - жизнерадостно прервала их Джинни Уизли.
- Вряд ли. Пойду в библиотеку...
- Я лучше почитаю... - ответили они почти хором.
- Ну уж нет! Тоже мне синие чулки! Быстро приводите себя в порядок, и идемте! - категорично заявила Джинни.



Глава 28.

Дверь открывалась медленно, со скрипом, застряв несколько раз так, что казалось, навсегда. Но, все-таки уступила нажиму и явила наказанным гриффиндорцам обширную полупустую комнату. Из обстановки присутствовали стол с грязными следами от обуви, стоящий посреди комнаты, и несколько не менее грязных стульев. Ах да, еще обнаружился разнообразный мусор, но он, кажется, не считается предметом обстановки. Яркий солнечный свет, заливавший помещение, придавал ему какой-то даже романтический вид, но не это волновало вошедших.
- Мы что, должны здесь прибираться?! - ошарашено спросил Гарри то ли у сопровождавшего их мистера Филча, то ли у судьбы, допустившей такую вопиющую несправедливость.
- Нет, - ответил довольным голосом мистер Филч, - Это было бы слишком просто. Здесь будет ремонт, и вы должны смыть всю штукатурку со стен. Естественно, без использования магии.
- Ни фига себе... - протянул Рон.
- Приступайте. Вот ведра и тряпки. Вода налита. Когда испачкается, возьмете еще в туалете. И чтобы в коридорах не капать! - и мистер Филч закрыл за собой дверь.
Драко Малфой брезгливо подошел к стоящим на полу ведрам, кончиками пальцев ухватил одну из тряпок и аккуратно макнул ее в ведро. В этот момент в лицо ему полетели брызги воды от тряпки, которую Поттер окунул в воду и сейчас со знанием дела выжимал.
- Поттер, ты не мог бы поаккуратнее! - недовольно заявил Драко.
- Ой, мальчик боится промокнуть и испачкаться, - протянул подошедший Рон.
- Мы не должны превращаться в свиней только из-за того, что нам назначена отработка! - отрезал Драко.
- Малфой, и не надейся остаться чистеньким, - возразил Гарри, - это безнадежно.
- Тогда я не буду ничего мыть, - Драко упустил тряпку и скрестил руки на груди.
- Ну уж нет, - Рон тоже выпрямился, - Между прочим, это все из-за тебя.
- Из-за меня, как же! Я не просил вас меня спаивать!
- Тогда беги и пожалуйся директору или своему папочке, - обозлился Рон.
Услышав о своем отце, Драко раздраженно схватил тряпку и принялся тереть ей стену, уже не следя за чистотой своей одежды.
И пока руки Драко независимо от его сознания пытались протереть мокрой тряпкой дыру в каменной стене, появившейся из-под уже смытой штукатурки, его мысли были заняты совсем другим. То, что он увидел вчера, было отвратительно. Его отец в постели с собственной незаконнорожденной дочерью. Ситуация, не допускающая никакой неоднозначности толкования. Это было мерзко и грязно. В какой-то момент он даже начал думать, что ему следует убить их обоих. Ведь кровь смывает грязь, не правда ли? Но потом он представил своего отца мертвым и ему стало совсем паршиво. Одно дело думать о наказании и искуплении, а совсем другое представить себе главный зал поместья Малфоев в траурном убранстве и мистера Люциуса Малфоя, совершенно мертвого, лежащего в гробу, установленном в центре зала, чтобы все желающие, если таковые найдутся, могли попрощаться... За свою жизнь Драко уже присутствовал однажды на похоронах в семье Малфоев. Ему было шесть лет, когда умер брат его отца. Возможно, это было чересчур сурово со стороны Люциуса требовать присутствия своего сына на похоронной церемонии. Сцены из нее врезались в его память навсегда. Нет, вряд ли он сможет убить отца, думал Драко. А эта мерзавка Харвис, как она нагло врала Дамблдору, и тот купился на ее ложь. Вот уж ее Драко точно щадить не будет, может и не убьет, но сделает все, что в его силах, чтобы превратить ее жизнь в ад...
- Интересно, на обед нас отпустят? - прервал ход его размышлений голос Рона.
- Думаю, если мы сходим в столовую, никто не будет возражать, - принял решение Гарри и они пошли обедать.
Большинство учеников вернулись к обеду в Хогвартс, но не все. Поттер и Уизли были явно опечалены отсутствием Грейнджер. Не был также Харвис и Драко невольно задумался, интересно, заметил ли кто-нибудь еще из гриффиндорцев ее отсутствие. Нет, защищать-то они ее от Драко защищали. Как же, гриффиндорское благородство. Но особого дела до ее существования никому из них, похоже, не было.

Стоя посреди хогсмидской улицы, залитой ярким солнечным светом погожего, несмотря на позднюю осень денька, Гермиона поняла, как она рада тому, что все-таки пошла на эту прогулку.
Гермиона всегда любила учиться. Любила это совершенно ни на что больше не похожее чувство удовлетворения, когда разрозненные сведения сливаются в целостную картину. Но, в последнее время все ее мысли были отравлены постоянным присутствием в них профессора Смита. Его лицо появлялось поверх страниц учебников, его имя хотелось писать в свитках. А про физические ощущения, возникавшие, когда она видела его или просто вспоминала о нем, она старалась вообще не думать. И вот теперь в Хогсмиде она почти не вспоминает о нем. Ну не чаще чем каждые десять минут.
Она стояла на улице и ждала Джинни и Мэри Харвис, которые зашли в лавку купить Джинни новую пижаму в замен окончательно изношенной. А Гермиона предпочла посещению магазина яркий солнечный день. Да, Мэри Харвис. Гермионе было искренне жаль Мэри Харвис. Еще бы, попасть в лучшую в мире школу магии и волшебства не будучи магом. На ее месте Гермиона чувствовала бы себя совершенно несчастной. Но Мэри, кажется, легко примирилась со своей неполноценностью.
Пока Гермиона предавалась своим мыслям, стоя посреди улицы, сзади к ней медленно подкрадывались две весьма выдающиеся личности. Пара довольно высоких и симпатичных рыжих парней, похожих настолько, что не оставалось никаких сомнений - они близнецы. Подкравшись незамеченными, они, с совершенно довольными лицами, подхватили Гермиону с обеих сторон под руки. От неожиданности она подпрыгнула на месте, но быстро поняла, кто покусился на ее одиночество.
- Фред, Джордж! - обрадовалась она, - Что вы здесь делаете?
- О! Дела, - загадочно ответил Фред.
- Да, бизнес, деловая встреча, - гордо подтвердил Джордж и, не выдержав, фыркнул, - Представляешь нас бизнесменами?
- Ну конечно. Вас я могу представить кем угодно и где угодно, - радостно подтвердила Гермиона.
- Хочешь конфетку? - спросил ее Джордж, доставая из кармана конфету в красивом фантике.
- Ну уж нет, - со смехом отрезала Гермиона.
- И правильно. А где Рончик и Гарри и наша дорогая сестричка? - полюбопытствовал Фред.
- Джинни в магазине, - ответила Гермиона сразу став совершенно серьезной, - А вот Рон и Гарри наказаны. И мне, почему-то, кажется, что вы приложили к этому свои руки!
- Ни в чем не виноваты!
- Ни за что не сознаемся! А что стряслось?
- Мак-Гонаголл поймала их вместе с Малфоем за распитием огневиски в гриффиндорской гостиной!
- Как с Малфоем?! - поразился Джордж, - Что он там делал?!
- Так, значит, огневиски вас не удивляет, - сделала совершенно логичный вывод Гермиона, - А Малфой теперь в Гриффиндоре.
- Эх, жалко нас там теперь нет, - мечтательно вздохнул Фред.
В это время из магазина вышла Джинни, и радостные приветствия и объятия начались заново.
- А кто эта прелестная леди? - полюбопытствовал Джордж, заметив тихо стоящую поблизости Мэри.
- О, извините, я забыла вас представить. Мэри, это Фред и Джордж Уизли. Ребята, это Мэри Харвис, - сказала Гермиона.
- Очень приятно, - сообщили друг другу взимно-представляемые.
- Хочешь конфетку по поводу знакомства? - тут же полюбопытствовал Фред.
Джинни со смехом замахала руками, показывая Мэри, что та должна отказаться.
- Мама всегда говорила мне не брать угощение у незнакомцев, - ответила Мэри, скромно потупив глазки, но не выдержала и рассмеялась.
- Наш человек, - заявил Джордж приобняв ее за плечи, - пойдемте в "Три метлы"!
В "Трех метлах" они болтали о магазине Фреда и Джорджа. Потом, пообедав там и гуляя по Хогсмиду, вспоминали о старых хогвартских проделках близнецов, которые вызвали живой интерес Мэри. Когда, ближе к вечеру, Фред и Джордж провожали девушек в Хогвартс, разговор перекинулся на их новые разработки для хохмазина... В общем, не смотря на отсутствие Гарри и Рона, день удался.

Направляясь в свои подземелья после беседы с директором Дамблдором, профессор Снейп свернул в коридор, располагающийся прямо над центральным входом в Хогвартс и остановился. У одного из окон стоял Люциус Малфой, разглядывая что-то на улице. Возможно, кому-то другому его поза и показалась бы непринужденной, но не профессору Снейпу, который еще со времен учебы успел очень хорошо изучить его привычки. Нет, что-то за окном не просто приковало внимание мистера Малфоя, но и вызвало его неудовольствие. И, естественно, профессору Снейпу стало любопытно, что же это. Бесшумно подойдя к Малфою, он посмотрел через его плечо в окно. Малфой его не заметил, что лишний раз свидетельствовало о том, как занимает того наблюдаемая сцена.
А за окном профессор Снейп увидел близнецов Уизли, болтающих со своей сестрой, Грейнджер и Харвис. Еще раз порадовавшись в душе, что эти Уизли больше не учатся в Хогвартсе, Снейп стал наблюдать. Компания за окном явно наслаждалась обществом друг друга. Один из близнецов сграбастал в объятия Джинни, другой целовал в щечку на прощание Грейнджер. "И что только такая умная девушка, как Грейнджер делает в обществе этих оболтусов" - с удивившим его самого раздражением подумал профессор. Потом оба Уизли занялись Харвис, и пока один притворно вежливо целовал ей ручку на прощание, другой вытащил из ее прически заколку, и ее волосы рассыпались по плечам. Она, пытаясь удержать их одной рукой, другой попробовала отнять заколку обратно. Но заколка была ей возвращена только в обмен на поцелуй в щечку...
В этот момент мистер Малфой раздраженно отвернулся от окна и заметил профессора.
- Что вы ко мне подкрадываетесь?! - возмутился он.
- Что бы ни говорило вам ваше раздутое самомнение, - ответил профессор ядовито, - В моей жизни есть куда более интересные занятия, чем подкрадываться к вам.
- Будет просто великолепно, если ваши сверхинтересные занятия помешают вам попадаться мне на глаза, а то у меня от вашего вида пропадает аппетит, - ответил Малфой, издевательски вежливо кивнул головой и удалился.
Вернувшись к себе, профессор Снейп остро почувствовал, насколько он раздражен. Сначала Дамблдор с его вечными нравоучениями и пожеланиями быть более гуманным с учениками. Потом эти Уизли с Грейнджер. Да еще и Малфой. Доставая с полки заграждающее зелье, которое уже пора было принимать в профилактических целях, он слишком резко дернул рукой, и склянка с зельем встретилась с полом. Эта встреча оказалась роковой для злосчастной склянки. Уничтожив заклинанием осколки и разлившуюся лужицу, Снейп решительно уселся в кресло и взял книгу. Заграждающее зелье было у него в достаточном количестве, но хранилось в кладовке рядом с классом. Он сходит туда попозже, а пока, чтобы успокоиться, почитает.

Дождавшись, пока все уснут, Гермиона выскользнула из спальни. Она наконец-то расшифровала заклинания, которыми была защищена дверь кладовки в кабинете зельеделия и сейчас шла с благой целью, залезть туда. Конечно, неплохо было бы попросить Гарри сопровождать ее или хотя бы дать мантию невидимку. Но Гарри с Роном, умучавшиеся за день отработки, как-то быстро и незаметно ушли спать. Поэтому Гермиона решила пойти одна. Но, проходя через гостиную, была внезапно остановлена.
- Гермиона, ты куда? - Мэри Харвис расположилась у камина, так, чтобы свет от него освещал страницы очередной толстой книги.
- Мэри! А ты почему не спишь? - со скрытым неудовольствием спросила Гермиона. Ее планы рушились.
- Я вообще очень мало сплю, еще с раннего детства, - Мэри поднялась на ноги, - Я могу тебе чем-нибудь помочь?
- Думаю, нет, - ответила Гермиона, но потом решилась, - Помнишь, я тебе говорила про сюрприз...
- Никак ты собралась таки забраться... - начала с улыбкой Мэри.
- Тише! - зашипела на нее Гермиона.
- Ладно, - легко согласилась Мэри, - А давай я все-таки с тобой. На стреме там постою.
- Хорошо, - согласилась после некоторого раздумья Гермиона. Если Мэри тоже будет замешана, тогда она точно никому не расскажет, - Идем.
Открыв дверь "Алохоморой" Гермиона вошла в класс зельеделия. Мэри последовала за ней. Подойдя к двери в кладовку, Гермиона с искренним удивлением обнаружила, что дверь чуть приоткрыта. Они обе замерли рядом с этой дверью, собираясь уходить, когда из-за нее раздался хриплый стон. Мэри, к удивлению Гермионы, немедленно сделала шаг в сторону, прижавшись спиной к стене рядом с входом.
- Надо посмотреть, что там, - прошептала ей Гермиона.
- Да, надо, - печально согласилась Мэри, - Отойди от двери.
Гермиона, подчинившись ее неожиданно приказному тону, послушно отошла и Мэри, все еще прижимаясь к стене, распахнула рукой дверь. Ничего не произошло, и Гермиона решительно вошла туда. На полу рядом с выходом было распростерто тело. Тело профессора Снейпа. Его дыхание свидетельствовало, что он еще жив, но дышал он так тяжело с жутким хрипом, что казалось, что каждый вдох последний. Мэри, замершая на пороге рядом с Гермионой, схватила ее за плечо и быстро сказала:
- Попытайся ему помочь!
А сама развернулась и убежала прочь. Гермиона шагнула вперед, опустилась на колени рядом с телом профессора и стала расстегивать ему воротник, чтобы хоть как-то облегчить его дыхание. Она не имела ни малейшего представления, что с ним и как ему помочь.



Глава 29.

Откладывая на столик книгу, за чтением которой он скоротал вечерок, мистер Люциус Малфой еще раз отметил про себя, насколько общество хорошей книги приятнее сомнительной компании мисс Харвис. Да и книга была более чем интересная. Люциус не предполагал, что в запретной секции библиотеки Хогвартса могут храниться настолько серьезные книги по черной магии. Тем не менее, было уже довольно поздно, и он твердо решил лечь спать. Он уже успел снять мантию и начать расстегивать рубашку, когда в дверь постучали. И постучали, похоже, кулаком. Недовольно поморщившись, Люциус взял в руку палочку и пошел открывать. И конечно, кто же еще мог явиться на ночь глядя, как не его новоявленная дочурка. Девушка выглядела непривычно напряженной.
- Мистер Малфой. Снейп умирает. Кажется от яда. В классе зельеделия, - проинформировала она его в телеграфном стиле, не входя в комнату, - Надо ему помочь.
- Позовите мадам Помфри, - посоветовал он ей раздраженно. С чего это она взяла, что его волнует судьба Снейпа.
- Больничное крыло далеко, может оказаться поздно. Кажется, вы единственный взрослый маг, кто находится достаточно близко, - быстро проговорила она.
- Я не лекарь и не собираюсь ему помогать.
- Нет! Поверьте мне, он может быть нам полезен как ключ к вашему дорогому Вольдеморту! - настаивала девушка.
- Не думаю...
- Пожалуйста, поверьте мне!
- Ладно, посмотрю что случилось, - неохотно согласился Люциус.
- Тогда давайте быстрее.
Люциус запечатал дверь заклинанием и, выругавшись про себя, побежал вслед за девушкой в класс зельеделия.
Мисс Харвис была права, говоря, что следовало торопиться. Профессор Снейп, лежащий на полу в кладовке рядом с классом зельеделия, выглядел так, словно доживал последние минуты. На коленях рядом с ним стояла бледная как привидение Грейнджер, сжимая в руке палочку, направленную на профессора.
- Как он? - спросила у нее Мэри.
- Он переставал дышать несколько минут назад, - прошептала Грейнджер.
- Энервейт? - спросил у нее Люциус, быстро обследуя тело профессора.
- Да, Энервейт помог.
Простое заклинание подтвердило Люциусу то, что это действительно был яд. Яд, хорошо ему известный. И рецепт противоядия Люциус тоже знал, но... Он на мгновение прикрыл глаза, пытаясь сообразить, что делать. Скорее всего, самым правильным было послать Грейнджер за мадам Помфри, чтобы его потом не обвиняли в бездействии. А Мэри объяснить, что уже слишком поздно что-нибудь делать. Тем более, что это почти правда. Да, Снейп был явно слишком опасным человеком, чтобы какая-то мисс Харвис могла рассчитывать использовать его в своей игре и будет безопаснее, если он умрет...
Но в этот момент тело профессора вздрогнуло и его дыхание опять прервалось. Люциус открыл глаза, направил на него палочку и произнес "Энервейт". Этого оказалось достаточно, чтобы тот снова начал дышать. Тогда мистер Малфой поднял глаза на девушек.
- Вы обе, быстро, готовите универсальное противоядие, но заменяете мел на толченый зуб дракона, и в последний момент добавляете кровь саламандры. У вас не более двадцати минут.
Мэри молча вскочила на ноги и быстро пошла к стоящим в углу котлам.
- Но универсальное противоядие только варится двадцать минут, - испуганно глядя на него, сказала Гермиона.
- Так поторопитесь!
Похоже, его слова подействовали на нее как пощечина. Она вскочила и присоединилась к Мэри.
- Говори, что делать дальше, - тут же спросила ее Мэри, уже набравшая в котелок воды и поставившая его на горелку, которую зажгла с помощью зажигалки.
- Что делать?.. - переспросила Гермиона. Но потом, кажется, собралась и спросила, - Воды триста миллилитров?
Что же, Грейнджер, вроде, отличница, должна справиться. А если не справится, значит не судьба. Самому Люциусу предстояла более трудная задача, не дать профессору умереть, пока готовится зелье. И, если он не ошибался относительно действия яда, скоро понадобится использовать более серьезные заклинания, чем обычный Энервейт.
К тому времени, когда зелье было готово, Люциус окончательно раскаялся в том, что ввязался в это дело. Заклинания лечебной магии отнимали слишком много сил. Он чувствовал себя совершенно измученным, и все это ради Снейпа.
Девушки вернулись от лабораторного стола. В руках у Мэри был стакан с уже охлажденным Гермионой зельем. Люциус аккуратно приподнял голову Снейпа и открыл его рот.
- Нужно заставить его это выпить. Сначала немного.
Мэри, молча кивнув, поднесла стакан к губам Снейпа.
- Подождите, - остановила их Грейнджер.
- Что? - рука Мэри со стаканом остановилась.
- Сейчас, я только вспомню, все ли мы сделали правильно...
- Другой попытки все равно не будет, - успокоил ее Люциус.
И вот, влив в профессора немного зелья, они сидели рядом с ним на полу и ждали, каков будет результат. Грейнджер с явно написанными на лице страхом и беспокойством. Мэри настороженно. А Люциус с усталым безразличием.
Наконец, тело профессора Снейпа шевельнулось, и он открыл глаза, уставившись расфокусированным взглядом в потолок. Тяжело вздохнув, Люциус взял с пола стакан с остатками противоядия и снова приподнял голову Снейпа.
- Пейте, - велел он, поднеся стакан к его губам.
Профессор сжал губы и попытался отвернуться.
- Не дергайтесь, - раздраженно сказал Люциус, - Это противоядие. Желай мы вашей смерти, просто не стали бы вмешиваться.
Профессор пристально взглянул на него и позволил напоить себя зельем. Опустив голову Снейпа обратно на пол, Люциус взял того за руку, считая пульс. Пульс быстро приходил в норму. Профессор раздраженно отнял у него свою руку.
- Мисс Грейнджер, ваши успехи в зельеделии несомненны - сказал Люциус и стал вставать. От слишком резкого движения закружилась голова, и перед глазами замелькали цветные пятна. Кажется, он устал еще больше, чем думал. Он замер, стараясь не упасть, и в его руку повыше локтя немедленно вцепились чьи-то пальцы.
- С вами-то все в порядке? - услышал он встревоженный голос Мэри Харвис.
- Да, просто устал, - Люциус отстранился от нее, дошел до единственного в кладовке стула, стоящего рядом со столом, и сел.
Грейнджер все еще оставалась на полу рядом с профессором. Мэри, тоже подойдя к столу, увлеченно обнюхивала какой-то пустой стакан и открытую бутылочку с зельем. Люциуса это заинтересовало, и он отнял у девушки склянку. Запах зелья был очень неприятен и очень знаком. Заграждающее зелье, которое принимал он сам, чтобы избежать воздействия через метку. А небольшая проверка с помощью заклинания показала наличие в этом зелье яда.
К этому времени профессор Снейп пришел в себя достаточно, чтобы сесть, привалившись спиной к стене. Вставать он и не пытался.
- Что... - начал он севшим голосом, потом, откашлявшись, продолжил, - Что здесь произошло?
- Вы приняли яд. "Аква мортис", если не ошибаюсь, - вежливо проинформировал его Малфой, - Вместе с этим зельем, - он покачал в воздухе бутылочкой.
- Что вы здесь делаете? - спросил профессор сухо.
- Северус, дорогой, и это благодарность за спасение вашей жизни. Или мы помешали самоубийству?
- Не дождетесь, - мрачно ответил Снейп, - И, тем не менее, я настаиваю. Что вы здесь делаете?
- Меня позвала мисс Харвис, - честно ответил мистер Малфой и стал с любопытством ожидать, как будут выкручиваться девушки.
- Как вы здесь оказались, мисс Харвис? - перевел свое внимание на нее профессор.
Девушка пожала плечами и кинула взгляд на Грейнджер, которая стояла недалеко от профессора.
- Гермиона... - начала она.
- Она пришла вместе со мной, - решительно сказала Гермиона.
- Зачем?
- Я не буду об этом говорить, - ответила Гермиона.
- Извини, Гермиона, но, кажется, нам придется сказать правду, - тихо сказала мисс Харвис, - Потому что произошло преступление и мы первые подозреваемые.
- Каким это образом? - с любопытством спросил Люциус.
- Мы были здесь одни во время отработки и могли проникнуть в кладовку и подлить яд в зелье.
- Не льстите себе, мисс Харвис, - произнес профессор, - Вы не могли проникнуть в кладовку, закрытую заклинаниями. А вот мисс Грейнджер, возможно, смогла бы.
- Нет, я тоже не смогла, - тихо сказала Гермиона.
- Имеется в виду, что вы пытались? - полюбопытствовал мистер Малфой.
- Да.
- И что вам здесь было надо? - пристально глядя на нее, спросил профессор Снейп.
- По крайней мере, не подмешать вам яд, - ответила Гермиона, глядя на него в ответ.
- Мисс Грейнджер, думаю, вам все равно придется все рассказать. Или нам и сейчас или позже, но всем, - с милой улыбочкой сказал мистер Малфой.
Грейнджер неприязненно на него посмотрела, потом перевела взгляд на профессора Снейпа и решилась.
- Я расскажу вам правду, профессор Снейп, но только вам, не мистеру Малфою.
- Вот как. Ладно, идемте отсюда, мисс Харвис, - Люциус поднялся и вышел за дверь. Если Снейп хочет выяснить, что чуть не стало причиной его смерти, то пусть. Люциус не собирался ему мешать. Тем более сам он был не против переговорить наедине с Мэри Харвис.
- Что вы об этом думаете? - тихо спросил он ее, когда дверь кладовки за ними закрылась.
- Интересно, - проговорила Мэри задумчиво, - Это такой специальный яд, который действует так медленно, или отравители ошиблись в дозе...
- Нормальная доза убивает мгновенно. Возможно... - в этот момент в голову Люциуса пришла мысль, которая ему совершенно не понравилась, - Я должен кое-что проверить, обсудим это завтра.
Они отошли подальше друг от друга и стали ожидать в молчании. Наконец дверь кладовки открылась и из нее держась за стену вышел профессор Снейп. Следом за ним появилась Гермиона Грейнджер.
- Мисс Грейнджер дала мне удовлетворительные объяснения своему поведению, - сказал он, - мисс Грейнджер, мисс Харвис, по двадцать баллов с Гриффиндора за нарушение режима.
- Но Северус, - удивился мистер Малфой, - они спасли вашу жизнь. Именно мисс Грейнджер сварила противоядие.
- Это не отменяет того факта, что они нарушили распорядок. Идите в свою башню, - обратился он к девушкам.
- Не знал, что вы тоже принимаете заграждающее зелье... - сказал мистер Малфой профессору, когда девушки вышли.
- Вот именно, тоже... - произнес профессор, глядя на него, - Но я принимаю гораздо меньшие дозы.
- Вы имеете в виду, что яд предназначался мне?
- Советую задуматься о такой возможности.
- Ценный совет, - усмехнулся Люциус, а потом спросил, искренне удивляясь своей доброте, - Помочь вам добраться до ваших комнат? - не спросить было уж как-то совсем невежливо.
- Справлюсь сам, - отказался профессор.
Что ж, на это мистер Малфой и рассчитывал.



Глава 30.

Проснувшись утром, Гермиона обнаружила, что назвать это время суток утром язык уже как-то не поворачивается. На душе у нее было легко и радостно, как будто случилось или должно случится что-то очень хорошее. Она, улыбаясь, потянулась в постели и резко села, неожиданно вспомнив события прошедшей ночи. Она совсем забыла сказать Мэри Харвис, что профессор Снейп просил их никому не говорить о случившемся. Гермиона быстро оделась и отправилась на поиски Мэри. Ходить далеко не пришлось. Мэри сидела в гостиной с очередной толстой книжкой на коленях. Гермиона с удивлением узнала в книге полную историю Хогвартса.
- Мэри, доброе утро, - поздоровалась Гермиона.
- А, Гермиона, привет, - Мэри оторвалась от книги.
- Мэри, ты никому не рассказывала про вчерашнее? - озабоченно спросила Гермиона.
- Нет, конечно. А что, надо было? - удивилась Мэри
- Нет, конечно, - с облегчением в голосе сказала Гермиона, - И не рассказывай. Профессор Снейп просил, а я забыла тебе сказать. А откуда ты взяла все это про преступления и подозреваемых?
- О, я очень люблю читать детективы, - ответила Мэри, - Знаешь, такие книги, где рассказывается про расследование...
- Да, я знаю, что такое детективы, - оборвала ее Гермиона, - Просто не люблю их. Надуманно и не слишком интересно. Ладно, пойду в столовую, может еще что-нибудь осталось.

Паук тихо сидел в своем убежище между ножкой сломанного стула и прислоненной к нему рамой от зеркала, когда его нагло побеспокоили. Кто-то безжалостно забрал раму, разрушив такой маленький и уютный мирок несчастного создания. Паук, все еще надеясь спасти свою жизнь, со всех лап помчался по стене в запасное убежище.
Рон Уизли, шарахнулся от неожиданно выскочившего паука и врезался в спину Драко Малфоя, который, с тряпкой в руках обозревал противоположную грязную стену. Малфой раздраженно повернулся к нему.
- Уизли, ты что, сдал глаза в прокат за соответствующую плату?
- Не смешно, - зло ответил Рон.
- А с чего ты взял, что я хочу тебя развеселить?!
- Прекратите, - вмешался Гарри Поттер, - Не забывайте, Филч сказал, что не отпустит нас сегодня, пока не закончим.
Шел второй день отработки.
Драко Малфой раздраженно подошел к очередной куче хлама рядом с еще не вымытой стеной и зло откинул ее рукой в сторону. Руку пронзила острая боль. Он поднес ладонь к глазам и увидел, как в глубоком разрезе прямо посередине ладони медленно появляются первые капельки крови. Потом крови становится все больше, вот она уже капает на пол... От созерцания его оторвал голос Поттера.
- Малфой, что случилось?
- Ерунда, порезался, - ответил Драко.
- Ничего себе, кровищи, - пораженно сказал Уизли.
- И Филч забрал палочки, - расстроено сказал Гарри, - Малфой, у тебя платок есть? Чтобы перевязать.
- Да, кажется, - Драко неловко полез одной рукой в карман, доставая платок.
Поттер тут же отобрал у него этот платок и уверенно замотал им его руку.
- А теперь иди как ты к мадам Помфри, - сказал Гарри, - Сам дойдешь?
- Поттер, я что девчонка, чтобы падать в обморок от малейшей царапины, - отмахнулся Драко, - Вы тут давайте, работайте, - он довольно ухмыльнулся, - А я пошел.
Проходя по коридору, он услышал, как что-то впереди с грохотом упало и покатилось. Судя по звуку, это были доспехи. И, действительно, это оказались доспехи. А в воздухе над ними висел полтергейст, с удовлетворенным видом рассматривающий причиненный ущерб.
- Пивз, - позвал его Драко, в голову которого пришла очень многообещающая идея, - Дело есть.
Полтергейст, совсем было собравшийся лететь дальше, задержался.
- Крови хочешь? - спросил Драко, продемонстрировав свою руку, повязка на которой уже пропиталась кровью.
Полтергейст заинтересованно подлетел поближе.
- А чего надо-то? - спросил он, жадно глядя на руку Драко.
Что же, похоже, в этом мистер Люциус Малфой был прав. Полтергейст явно готов на многое ради крови. Даже забавно использовать полученные от отца сведения так, как собирался это сделать Драко.
- Пивз, ты знаешь Мэри Харвис? Новую гриффиндорскую семиклассницу?
- Ну, слышали, знаем.
- Прекрасно. Поиздевайся над ней как следует.
- Как следует? - переспросил Пивз.
- Да, вплоть до членовредительства, - злорадно улыбнулся Драко, подходя к подоконнику, - Согласен?
- А она меня не... того? - забеспокоился полтергейст.
- Нет, она сквиб, - заулыбался Драко еще злораднее, размотал руку и наклонил ладонь так, чтобы кровь капала на подоконник.
- Идет, - согласил Пивз, не в силах оторвать глаз от лужицы крови, и жадно облизываясь.
- Ладно, хватит пока, - сказал Драко, снова забалтывая руку, - Но если мне понравится, то, что ты с ней делаешь, дам еще, - и пошел в больничное крыло, стараясь не оглядываться и не прислушиваться к тому, как жадно слизывает полтергейст его кровь с подоконника.

Проспав завтрак, Гермиона твердо решила не пропускать еще и обед, насколько бы ни было интересно то, что она читает. Посмотрев еще раз на часы, она решительно отложила книгу, встала и отправилась из библиотеки в столовую. Входя в зал, она услышала за спиной знакомый раздраженный голос.
- Поттер, Уизли, отработка еще не повод чтобы появляться в таком виде в общественном месте. Это вам не дома!
Еще день назад Гермиона не поверила бы, если бы кто-то сказал ей, что она будет рада слышать, как профессор Снейп выговаривает ее друзьям. Пусть злой, пусть вредный, но живой. И она невольно счастливо улыбнулась.
Сидя за столом рядом с друзьями, она не могла удержаться и не посмотреть на профессора Снейпа. Разглядывая его профиль, она с удовлетворением отметила, что выглядел он как обычно и отравление не оставило на нем никаких следов. Увидев, что он начал поворачиваться в ее сторону, она испуганно отвела взгляд и... встретилась взглядом с профессором Смитом, который как всегда сидел рядом со Снейпом. Профессор Смит вежливо улыбнулся и кивнул ей, она, быстро кивнув в ответ, уткнулась в свою тарелку. Хорошее настроение было испорчено, но осознание того, что не одна она знает теперь ее постыдную тайну, как ни странно, согревало душу.
Выходя из столовой, Гермиона была остановлена профессором Смитом. Гарри и Рон, которые шли рядом с ней, махнув на прощание руками потащились отрабатывать, а она обреченно повернулась к профессору.
- Мисс Грейнджер, - он приобнял ее за плечо, казалось, не замечая, как напряглась от этого девушка, - Я хочу еще раз спросить, не передумали ли вы насчет своего научного проекта?
- Нет, спасибо, - Гермиона потихонечку отстранилась, - Я делаю проект по зельеделию.
- Действительно, и не забывайте об этом, мисс Грейнджер, - раздался раздраженный голос профессора Снейпа, неожиданно оказавшегося рядом, - Жду вас через полчаса у себя. Продолжим работать.
- Да, профессор, - ответила она.
Ни Гермиона, ни профессор Снейп не заметили, как, оставшись один, профессор Смит аккуратно вытер платочком руку, которой прикасался к Гермионе.
Зайдя в гриффиндорскую башню, Гермиона переоделась в более теплую мантию, зная, что в подземельях всегда холодно. А потом она отправилась к профессору зельеделия. Войдя к нему, она с удивлением обнаружила на столе чайный сервиз.
- Мисс Грейнджер, - поприветствовал ее профессор Снейп, - Давайте сначала попьем чаю.
"Должно быть, профессор редко приглашает кого-либо на чаепитие", - подумала Гермиона, - "Потому что даже приглашение звучит как приказ".
Тем не менее, она села за стол и аккуратно приняла из рук профессора чашку с ароматным чаем. Глотая золотистый напиток, она слушала, как профессор рассказывает ей о возможных направлениях ее исследований, отвечала на заданные ей вопросы. Но при этом отстраненно чувствовала, что сосредоточиться на зельеделии становится все труднее, свет в комнате как будто меркнет и становится золотистым. Краем создания она отмечала, что что-то изменилось и в лице профессора, в том, как он смотрит на нее и как подбирает слова. Потом их взгляды встретились, и он замолчал.
Бесконечно долгое мгновение они смотрели друг на друга, и Гермиона боролась с внезапно возникшим желанием почувствовать своими губами его кожу. Она поднялась из-за стола, неловко уронив свою чашку на пол, и виновато присела на корточки, чтобы собрать осколки. Но его руки легли поверх ее рук и отняли у нее уже собранные кусочки фарфора. А его лицо внезапно оказалось так близко... Гермиона почти не могла себя контролировать, но последние дни, посвященные борьбе с приворотом, многому ее научили. Отстранившись от профессора Снейпа, она заставила себя сказать:
- Подождите. Кажется, в чае что-то было.
- Да, - ответил он хрипловато, - Было. Там был афродизиак для нас обоих.
- Зачем? - потрясенно спросила Гермиона.
- Надеюсь, ты меня простишь, - прошептал он и поцеловал ее.
Его прикосновение разрушило последние барьеры в ее сознании. И мир стал сном, а сон явью. Какие-то моменты отпечатались в ее сознании совершенно ясно: его кровать без балдахина; его губы на ее груди; его кожа под ее пальцами. Но большая часть происходящего откладывалась в ее памяти лишь мешаниной чувств и ощущений. В какой-то момент она ощутила мгновенную боль, но наслаждение быстро ее смыло, принеся странное чувство освобождения.



Глава 31.

В воскресенье погода разительно отличалась от того пронзительно-солнечного денька, который английская осень подарила людям вчера. Небо затянуло серой пеленой и дождь упорно хотел достигнуть того состояния, в котором уже можно называться снегом. Первую половину дня Кей провела, честно изображая предмет меблировки в гостиной Гриффиндора, но на вторую половину имела более серьезные планы. А пока она отправилась обедать и, как оказалось, не зря. За посещение столовой она была вознаграждена не только вкусной едой, но и более чем интересной сценкой: профессор Смит, мило болтающий с Гермионой Грейнджер и профессор Снейп, немедленно в это вмешавшийся. Настолько немедленно, что это выглядело странным. Кей пока не могла найти логичное объяснение того, что происходит между этими троими. По крайней мере, на обычную любовную историю это походило довольно-таки слабо. И еще Кей очень бы хотелось знать, что вчера рассказала профессору Снейпу Гермиона. Но подставлять девочку второй раз ради того, чтобы услышать объяснения, не стоило. Одной неудачной попытки пока было достаточно.
По дороге к комнатам мистера Люциуса Малфоя Кей сосредоточенно думала о том, как ей следует вести себя теперь в его обществе. Ведь это была их первая встреча наедине после той памятной ночи. Перебрав варианты, начиная со страстного поцелуя при встрече и заканчивая ледяной вежливостью, она выбрала казавшийся наилучшим. И, войдя к нему, она небрежно чмокнула губами воздух где-то в районе его щеки и сказала:
- Добрый день, мистер Малфой.
- Добрый день, мисс Харвис, - кажется, он выглядел немного разочарованным таким приветствием, - Рад, что вы все-таки смогли уделить мне немножко времени.
- О чем вы хотели со мной поговорить? - вежливо спросила она, игнорируя нотки раздражения в его голосе.
- Да, - теперь его голос звучал чисто по-деловому, - Я хотел обсудить с вами вчерашние события и их возможного виновника.
- То есть, кто подсыпал яд... - сказала Кей задумчиво.
- Да, кто и для кого.
- Вы пришли к выводу, что яд предназначался вам? - спросила Кей, внимательно глядя на него.
- Да, пришел. Видимо, Снейп принимает это зелье очень небольшими порциями, чтобы уменьшить воздействие на свое сознание со стороны Вольдеморта. О чем сам Вольдеморт, вероятно, не догадывается. Значит, единственный, кто, по мнению Вольдеморта, должен это принимать - я. Да и пропорция яда говорит о том же. После полной дозы зелья смерть наступила бы в течение нескольких секунд.
- Похоже, вы правы, - кивнула Кей.
- Похоже. Кстати, Снейп пришел к тем же выводам.
- Что ж, остается второй вопрос, кто это сделал. Предположим априори, что это кто-то из людей Вольдеморта? - спросила Кей, взглянув на Малфоя.
- Предположим, - согласился мистер Малфой, - И, как я уже вам говорил, я имею основания думать, что таких людей в Хогвартсе двое.
- Да, профессор Снейп и некто неизвестный.
- Не думаю, что это был Снейп. Я могу представить себе ситуацию, в которой он мог бы принять яд, чтобы снять с себя подозрения. Но так, чтобы его успели спасти. Вчера же шансов на то, что его успеют найти вовремя, было маловато, - сообщил мистер Малфой.
- Да, скорее всего, вы правы, - согласилась Кей, - Значит, остается некто второй. И как вы думаете, кто это может быть?
- До последнего момента я думал, что это кто-то из учеников...
- И что заставило вас изменить мнение? - спросила Кей.
- Заклинания на двери кладовки, которые не смогла сразу снять Грейнджер, которая является одной из лучших учениц Хогвартса, - ответил мистер Малфой.
- Значит, ученики младших классов отпадают однозначно.
- Да. Жаль, что дуэльный клуб существует так недавно. А то можно было бы взять весь верх турнирной таблицы в качестве подозреваемых.
- Ну, а если рассуждать на основе имеющихся сведений, то получится, что Гриффиндор отпадает. Грейнджер там самая способная ученица не считая, возможно, вашего сына.
- Слизерин, судя по тому, что говорил про своих соучеников Драко, отпадает тоже.
- И, пожалуй, Хаффлпафф.
- Да, остается Райвенкло. Не затруднит ли вас, мисс Харвис приглядеться к райвенкловцам попристальнее?
- Попытаюсь, - кивнула Кей, - А что относительно профессоров?
- Большинство профессоров работает достаточно давно. И, в общем, я сам, - мистер Малфой печально усмехнулся, - Анализировал возможность завербовать их и не обнаружил такой возможности. Никаких достаточно серьезных слабостей или оснований для шантажа...
- Вы сказали, большинство? - спокойно переспросила Кей.
- Да, профессор ЗОТС Арчибальд Смит начал работать в Хогвартсе только в этом году.
- То, есть... - начала Кей.
- Нет, - прервал ее мистер Малфой, - Я узнал его историю. Он сын магла и чистокровной ведьмы, отсюда и такое нелепое сочетание имени и фамилии. Его мать умерла вскоре после его рождения. Поэтому ребенок не общался с родственниками матери и до поступления в школу рос как настоящий магл. Учился он в Дурмштранге. И, пока он был в школе, его отец был убит лично Вольдемортом. Он не может быть сторонником Вольдеморта.
- Да... - протянула Кей, - А он такой заманчивый кандидат в подозреваемые. Я вам не говорила... Позапрошлой ночью я встретила его в коридоре за декламацией некоего текста.
- Какого текста?
- Не знаю, я была слишком далеко. Но мне показалось, что язык не английский. Да и не французский, пожалуй. Возможно, латынь.
- Да, пожалуй, не будем пока вычеркивать его из списка подозреваемых. И было бы неплохо узнать, что он творит по ночам.
- Я могу попробовать последить за ним этой ночью, - предложила Кей.
- А если вас увидят? - в голосе мистера Малфоя Кей ясно услышала беспокойство.
- О, я буду осторожна, - отмахнулась она.
- Ладно. Кстати, о яде и осторожности. Вот то, о чем вы просили, - мистер Малфой протянул ей булавку с головкой в виде прозрачной капельки.
- О, это то, о чем я думаю? - спросила она, рассматривая булавку.
- Да. Достаточно раскусить головку.
- Спасибо, - Кей благодарно улыбнулась и вколола булавку в воротник своей блузки.
- И, я еще хотел спросить. Как там Драко?
- На отработке. Интересненький вы ту придумали способ воспитывать в детях отвращение к магловской жизни, - улыбнулась Кей.
- Что вы имеете в виду?
- Ну, как же. Основное наказание - заставить сделать что-либо без магии.
- Ведь действительно, - хмыкнул мистер Малфой, - Никогда не задумывался.
- Ладно, я, пожалуй, пойду, - девушка поднялась с дивана и собралась уходить, но взгляд ее задержался на книге, которую мистер Малфой читал до ее прихода, - О, какая любопытная книжка, можно почитать?
- Мисс, это книга по черной магии. Не думаю, что вам стоит ее читать.
- Но я должна изучать силу магии, - просительно улыбнулась Кей.
- Хорошо, если хотите, то читайте. Но только здесь, - неожиданно легко согласился мистер Малфой.
И Кей уселась читать.
Мистер Малфой, притворяясь, что читает газеты, краем глаза наблюдал за девушкой. Ему была крайне любопытна ее реакция на такую книгу. Ему хотелось знать, что она сделает, отложит книгу с отвращением и испугом, как любой нормальный человек. Или, возможно, будет смаковать отвратительные подробности ритуалов черной магии с жадным любопытством. Но неверным оказался ни тот, ни другой вариант. Девушка читала с отстраненным холодным любопытством, как, скажем, сам мистер Люциус Малфой.

Ночью, дождавшись пока все разойдутся по своим кроватям, Кей взяла заранее собранный сверток и выскользнула из гриффиндорской башни. Зайдя в туалет, она быстро переоделась в вытребованное ранее у мистера Малфоя траурное платье до пят, натянула захваченный из дома черный парик. И надела бывшие очки "Увидь-невидимку", аккуратно переделанные обратно в прибор ночного видения. Внимательно рассмотрев себя в зеркале, она убедилась, что в полутьме ее можно принять за кого угодно, только не за учащуюся Хогвартса Мэри Харвис. В замке, кишащем приведениями, обретающими в сумраке ночных коридоров пугающую материальность, в таком виде вполне можно было сойти за одно из них. Особенно если не попадаться никому на глаза. И, в общем-то, ее предположения частично подтвердились. По дороге ей встретилась Гермиона Грейнджер, направляющаяся в гриффиндорскую башню с отсутствующим выражением на лице. Проскользнувшую мимо нее Кей она полностью проигнорировала. Хотя, возможно, девушка просто погрузилась в собственные раздумья и не реагировала на окружающее. Решив отложить вопрос о том, откуда та идет на потом, Кей нашла укромную нишу, из которой была видна дверь личных апартаментов профессора Смита и стала ждать. Ожидания оказались бесплодными.
Просидев там почти всю ночь, усталая и раздраженная Кей отправилась спать, спать, и еще раз спать. Но, в одном из коридоров ее догнали и перегнали и закружились вокруг нее настоящие привидения. И их голоса зашелестели в сумраке:
- Ты надела траур, деточка. По кому ты надела траур?
- Не по себе ли ты надела траур, деточка?!!
- Траур, траур...
И они понеслись дальше.
- Подождите! Что вы хотите сказать? - Кей, подобрав длинную юбку, побежала следом.
- Не спрашивай нас...
- Двери открыты. Зло грядет. Осталось лишь принести жертву...
- Кровавую жертву...
И исчезли. Кей остановилась, подумала, что стоило бы вернуться к дверям профессора Смита и проследить, не он ли будет приносить эту самую "Кровавую жертву", но, утро уже близко, и если она немедленно не вернется в спальню, то может попасться. И она пошла в гриффиндорскую башню.

Проснувшись утром, она, как и всегда, не могла вспомнить, что ей снилось. Но за короткое время сна где-то внутри нее возникло очень неприятное чувство. Точнее, очень неприятное знание. Знание того, что она умрет сегодня. До сих пор такое случалось дважды. После первого раза ей безумно повезло, и она пролежала месяц в реанимации. Почувствовав подобное второй раз, она надела бронежилет, отправляясь на обычную прогулку по городу. И, вместо того, что бы получить пулю в сердце, заработала роскошный синяк во всю лопатку. Но здесь и сейчас у нее нет бронежилета да и не спасет он от магии. А ее интуиция кричала и кричала то ли "Берегись", то ли "Беги отсюда!" И она отправилась к единственному человеку в Хогвартсе, который мог ей чем-то помочь. К мистеру Люциусу Малфою.
Она постучала в дверь его личных комнат, но никто не открыл, хотя время было уже не столь раннее. Тогда она на всякий случай толкнула дверь. Дверь оказалась не заперта. В комнатах было темно, свет не горел. Через окна под потолком едва просачивался бледный утренний свет. Да немного света падало только сквозь приоткрытую дверь. Она настороженно пошла вперед и, неожиданно, ощутила, что наступила на что-то липкое. Присев на корточки, она разглядела на полу какое-то темное пятно. А, подняв глаза, увидела то, что раньше было скрыто от нее столом. Мистер Малфой лежал ничком на полу. Кей поднесла к носу пальцы, которыми прикасалась к полу и принюхалась. Да, обоняние не подвело ее. Запах был более чем знаком. И девушка невесело улыбнулась.

***

Решив вернуться прошедшей ночью в спальню гриффиндорского общежития, Кей не видела, как двери профессора Смита, около которых она несла бесполезную вахту всю ночь, открылись примерно за час до рассвета. И из них вышел сам профессор, неся в руках клетку с двумя сидящими в ней белыми голубями.




Глава 32.

Эта косая трещинка в потолке была так давно и так хорошо знакома Гермионе. Она разглядывала ее при разном освещении и в разное время года каждый раз, когда ее мысли, иногда возбужденно-радостные, иногда тревожные, иногда до-невозможности грустные мешали ей заснуть. И вот она опять смотрела на эту трещинку в призрачном свете наступающего утра и в очередной раз вспоминала события прошедшего дня.
О, Мерлин! Ведь она шла к профессору Снейпу просто, чтобы поработать над своим научным проектом по зельеделию! А потом он предложил ей чаю, и дальнейшее оказалось затоплено безумием страсти. Гермиона не помнила, в каком слезливом женском романе она откопала эти нелепые слова "безумие страсти", но именно они подходили как нельзя лучше. А потом, то ли проснувшись, то ли придя в себя, она обнаружила профессора Снейпа полностью одетого рядом с кроватью, на которой она лежала, укутанная одеялом. Он снова выглядел и держался как профессор Хогвартса, и это вымело последние остатки дурмана из ее сознания. Он тогда сказал:
- Мисс Грейнджер, ваша одежда в ванной. Можете заодно принять душ, - и вышел из спальни.
Она, остро осознавая собственную наготу, прошла в ванную и плотно прикрыла за собой дверь. Опасаясь взглянуть на себя в зеркало, она включила воду и стала душем смывать со своего тела невидимую, но смутно ощущаемую грязь и следы крови, однозначно свидетельствующие, что все случившееся не было сном. Одевшись, она, наконец, решилась выйти из ванны, а затем и из спальни. Профессор Снейп ждал ее, сидя за столом, на котором опять, как насмешка, стоял чайный сервиз.
- Мисс Грейнджер, нам надо поговорить. Садитесь и выпейте чаю.
- И что в нем на это раз? - спросила Гермиона, сдерживая истерический смешок.
- Успокоительное, - раздраженно ответил профессор, - Мне не нужны тут девичьи истерики.
Гермиона послушно взяла чашку и медленно стала пить, ощущая, как с каждым глотком на нее снисходит спокойствие и отрешенность.
- Да, профессор, я готова вас слушать, - сказала она.
- Мисс Грейнджер, как вы помните, вчера вы рассказали мне о привороте, который вы оказались неспособны снять...
- Да, я все помню. Вы сделали анализ моей крови?
- Да, и он показал, что это не обычное зелье приворота, - профессор нахмурился, - А одно из необратимых. Которые, не зависимо от того, что я вам говорю в курсе зельеделия, все-таки существуют.
- Но это значит, что я теперь всегда буду...? - Гермиона не решилась закончить вопрос, как будто произнесенное вслух, это станет необратимой правдой.
- Нет, мисс Грейнджер. При некоторых условиях действия подобного приворота можно снять. И то, что произошло здесь сегодня, полностью соответствует этим условиям. С этого момента вы совершенно свободны, и случившееся не грозит вам никакими последствиями.
- Но вы могли мне хотя бы сказать...
- Незнание это одно из условий. Другое условие, использование обоими участниками обряда определенного афродизиака. Третье то, что с момента приворота не должно было пройти слишком много времени, поэтому я взял на себя смелость, - профессор ненадолго замялся, - Поступить так, как я поступил. И, мисс Грейнджер, мне кажется, для нас обоих будет лучше, если никто об этом не узнает.
- Да, профессор, - кивнула Гермиона, пытаясь осознать услышанное.
- Еще, мисс Грейнджер. Я хочу вас заверить, что мое отношение к вам как к ученице Хогвартса не изменится, и я ожидаю от вас подобной же любезности.
- Да, профессор, - опять кивнула Гермиона.
- И еще я думаю, вам следует выбрать другую специализацию в вашем исследовательском проекте.
- Да...
- Что вы все время дакаете? - раздраженно спросил профессор Снейп, - В случае если вы все-таки решите продолжать исследование в области зельеделия, то в дальнейшем мы будем встречаться в библиотеке...

Разговоры проснувшихся соседок по спальне пробились, наконец, сквозь поток воспоминаний в сознание Гермионы, и она стала вставать. Быстро одевшись, она отправилась в подземелья. Ей надо было сказать профессору Снейпу... Она не знала точно, что, но сказать что-то было необходимо. Хотя бы обычное "спасибо", которое она так и не сказала вчера. Но она так и не дошла до него. Проходя мимо двери в комнаты, которые, как она знала, занимал теперь мистер Люциус Малфой, она остановилась. Дверь была приоткрыта, и в щель было видно, что свет в комнатах не горел. Гермиона прошла бы мимо, если бы не другая приоткрытая дверь, за которой совсем недавно они с Мэри нашли умирающего профессора Снейпа. Конечно, мистер Малфой не заслуживал беспокойства, но, тем не менее, Гермиона, держа палочку наготове, решительно вошла.
- Мистер, Малфой, - позвала она, - Извините, вы здесь?
- Гермиона, ты можешь организовать свет? - спросил голос, в котором Гермиона не сразу узнала голос Мэри Харвис.
- Да, конечно... Люмос, - произнесла Гермиона.
И при свете она разглядела Мэри, сидящую на полу на корточках и смотрящую куда-то вперед. Посмотрела в том же направлении и пораженно ахнула. На полу лежал мистер Малфой. Мэри поднялась на ноги, подошла к нему, и ухватив за плечо перевернула на спину.
- Вот ведь семейка алкоголиков, - фыркнула Мэри.
- Что? Ты хочешь сказать, что он пьян? - удивленно спросила Гермиона.
- Да, иди сюда. Только аккуратно, там вино разлито, - сказала Мэри, а сама принялась трясти мистера Малфоя, пытаясь привести в чувство.
Мистер Малфой, кажется на мгновение очнувшийся, неуверенно попытался ее оттолкнуть и что-то недовольно промычал, а потом опять отключился.
Гермиона, внимательно глядя под ноги, сделала пару шагов в их сторону, но остановилась, обнаружив валяющийся на полу листок бумаги. И, поддавшись естественному любопытству, подняла его. Как и ожидалось, это оказалось письмо. Прочитав первые же строки, Гермиона взволнованно замахала рукой, подзывая Мэри. Письмо гласило:

"Люциус, дорогой!
Рада тебе сообщить, что совсем недавно я поняла, какую глупость совершила, выйдя за тебя замуж. Думаю, для тебя не осталось тайной, что я никогда тебя не любила. Хотя, возможно, и нет, ведь тебе не с чем сравнивать. Я сомневаюсь, любила ли тебя хоть одна женщина. Я вступила в брак с тобой исключительно по расчету, но расчет не оправдался. Ты оказался никчемным мужем, отвратительным любовником и бездарным отцом. Знаешь ли ты, о чем думает твой сын? Задумывался ли ты, что чувствует твоя жена?
И знаешь, милый, в твоих объятиях я думала, что фригидна, так вот, рада тебе сообщить, это совершенно не так. Я встретила мужчину, который подарил мне счастье быть женщиной! И это не ты, это совсем не ты.
Думаю, это письмо является достаточным юридическим основанием для возбуждения дела о разводе. Как ты, вероятно, догадываешься, я хочу, чтобы Драко остался со мной до своего совершеннолетия. Также надеюсь, мы с Драко получим достойную часть состояния Малфоев до тех пор, пока он не получит все как единственный наследник. Надеюсь, это произойдет достаточно скоро.
Да, еще, дорогой, передай мои соболезнования твоей новой пассии.
Навечно не твоя, Нарцисса"

- Очаровательная женщина, - задумчиво протянула Мэри.
- Да, на удивление. Тут можно не только напиться... - подтвердила Гермиона.
- А ты случайно не знаешь протрезвляющих чар или зелья?
- Самое смешное, что их нет. Многие поколения волшебников пытались придумать и безрезультатно...
- Да? Надо же. Ладно, к вечеру он и так проспится. Интересно, мы сможем перетащить его в кровать?
- Без проблем, - кивнула Гермиона, - Мобилликорпус...
Доставив мистера Малфоя в спальню и подождав, пока Мэри стащит с него ботинки, Гермиона сочла свой долг милосердия выполненным. Тем более, приближалось начало первого занятия. Это была арифмантика.
Перебирая в голове формулировки заданных на сегодня теорем, Гермиона быстро шла в класс. Мэри отстала, остановившись поболтать с двумя девушками из Райвенкло. Неожиданно Гермиона была остановлена возгласом Лаванды Браун. Гермиона замерла, и в этот момент около ее ног об пол разбился пронзительно-зеленый пузырь, забрызгав все вокруг краской. Несколько капель попало на мантию Гермионы. Подняв глаза, она увидела в воздухе донельзя довольно Пивза, в руках которого была еще куча таких же пузырей.
- Вот только посмей, - грозно сказала Гермиона, наставляя на него палочку.
- А я что, я ничего, - захихикал Пивз и предусмотрительно отлетел подальше.
Гермиона попыталась убрать брызги с края своей мантии заклинанием, но потерпела неудачу.
- И не старайся, - мрачно сказала Лаванда, разглядывая брызги на собственной одежде, - Неистребимая краска. Пропала новая мантия.
- Радуйся, что не в лицо попало. Или не на волосы, - утешила ее Гермиона, оценивая ущерб.
В это время в коридоре показалась Мэри Харвис, и оживившийся Пивз радостно запулил несколько пузырей с краской прямо ей в голову. Лаванда ахнула. Но Мэри, как-то очень быстро подняв руки, успела загородиться от пузырей, и краска, вместо того, чтобы заляпать ей волосы и лицо, просто растеклась по рукавам мантии.
- Ну, Пивз, ты дождешься, - Гермиона опять направила палочку на полтергейста, но тот, злорадно хихикая, улетел.
- Да, Мэри, - задумчиво сказала Лаванда, - Вот уж тебе то точно надо переодеться.
- Хм, а даже красивенько, - улыбнулась Мэри, разглядывая свои разноцветные рукава, - Тем более моя вторая мантия в стирке.
- Я могу одолжить тебе одну из своих, - предложила Гермиона.
- Да? Спасибо, Гермиона, ты прелесть, - благодарно сказала Мэри.

Драко Малфой шел по одному из коридоров Хогвартса рядом с Гарри Поттером и Роном Уизли. Быть недалеко от них как-то вошло в его привычку за последнее время. На ходу, он рассеянно вел кончиками пальцев по стене, когда неожиданно его пальцы коснулись чего-то липкого. С возгласом отвращения он отдернул руку и уставился на нее. Пальцы оказались испачканными в чем-то очень похожем на полусвернувшуюся кровь.
- Малфой, что случилось? - немедленно спросил Поттер, тоже глядя на его руку.
- Вляпался. Какой идиот испачкал стену кровью!?
- Интересно, - сказал Поттер, разглядывая стену, - Может это...
Но ему помешали развить мысль.
- Ой, Малфой и Поттер, - глумливо сказал незаметно подошедший Гойл.
- Ага, сладкая парочка, - протянул Крэбб, - Или у вас любовь втроем, вместе с рыжим Уизли?
- Господа слизеринцы, - притворно вежливым тоном заявил Драко, - Дать вам совет? Не беритесь не за свое дело. Ну нет у вас таланта иронии, и не надо. Зато из вас получатся такие чудесные ассенизаторы.
Оба слизеринца сжали кулаки и стали наступать на гриффиндорцев. Те в свою очередь тоже приготовились...
- Тридцать баллов с Гриффиндора. Поттер, не забывайте, что вы на испытании. Крэбб и Гойл за мной, - бросил на ходу случившийся рядом профессор Снейп, и драка не состоялась.
Когда Малфой покинул Гарри и Рона, свернув в сторону кабинета арифмантики, Рон подтолкнул Гарри:
- Ты еще помнишь про то гадание, ну где клевета?
- А это... Совсем забыл, - поморщился Гарри.
- Мы так и не сказали Малфою.
- Но ведь ничего не сошлось. Малфой-старший живехонек. Я тоже. Да и с деньгами у них все в порядке. Меня гораздо больше волнует сказанное кентавром.
- Ага, попросим Трелани это расшифровать.
- Рон, я, между прочим, серьезно...

Входя в класс арифмантики, семиклассники с искренним удивлением начинали разглядывать учительский стол, на котором лежала целая охапка линеек.
- Доброе утро, класс, - поздоровалась вошедшая профессор Вектор, - С сегодняшнего дня мы займемся топологией и начнем с практического исследования. Вот, - она махнула рукой в сторону доски, - План Хогвартса в разрезе. Всем вам необходимо будет выполнить некоторые измерения. Измерить длины коридоров, высоту стен и окон. Потом мы нанесем полученные данные на план, и, я надеюсь, придем к некоторым любопытным выводам. Подойдите ко мне, чтобы получить линейку и задание. Вернетесь в класс через полчаса.
Драко Малфой, с недовольным видом замерял указанные размеры, когда услышал чей-то крик. Руководствуясь любопытством, пожалуй, в большей степени, чем желанием помочь, он, приготовив палочку, побежал на крик. Это оказалось тот самый коридор, где он обнаружил кровь на стене. В том месте, где была кровь, сейчас зияла залитая пульсирующей темнотой дыра. А чуть дальше по коридору стояло несколько мерзких кожистых существ, имеющих подобно людям четыре конечности, но также пару недоразвитых крыльев. Одно из них удерживало за руку слабо вырывающуюся девушку в форменной мантии ученицы Хогвартса. Это была Мэри Харвис. И Драко, собравшийся было напасть на этих тварей замер.
Харвис крикнула опять. Тварь с довольным видом дернула ее за руку и тут девушка неожиданно сильно ударила свободной рукой в морду удерживающей ее твари. Тварь отпустила ее и с визгом схватилась за то, что изображало у нее лицо. Харвис быстро наклонилась, прикоснувшись рукой к своей ноге, а когда выпрямилась, в руке у нее оказалось то, в чем Драко не без удивления опознал магловское оружие. Она выстрели в ближайшую тварь, потом, резко развернувшись, еще в одну, но две других неестественно быстро кинулись на нее сзади и схватили. К ним тут же присоединились другие...
Драко все еще не мог решить стоит ли ему вмешаться. С одной стороны это была Харвис, которой он желал всяческого зла, а с другой... И он шагнул вперед, поднимая палочку. Но он думал слишком долго, твари уже тащили переставшую сопротивляться и, видимо, потерявшую сознание девушку в черную дыру, и стена сомкнулась за ними. На полу остались лежать две убитых девушкой твари и ее оружие.



Глава 33.

Интуиция жестокая вещь. Кей не знала, откуда ей достался этот то ли дар, то ли проклятие. Возможно, он принадлежал ей с рождения. Встретившись с мистером Люциусом Малфоем, она стала допускать многие вещи, которые ранее отбрасывала как заведомо неправдоподобные. Хотя, с другой стороны это могло быть результатом инъекции того экспериментального вещества. Правда, ни у кого больше из подопытных такого свойства не проявилось. Но их миновали и некоторые другие последствия, постигшие Кей. Несколько лет после эксперимента она, единственная, мучалась от приступов острой головной боли, тщательно скрывая их от наставников. С возрастом головные боли прекратилась, а интуиция... Интуиция была по-прежнему с ней, только усиливаясь со временем. Дар это или проклятие, чувствовать опасность, предвидеть собственную смерть? Для мирного обывателя, возможно и проклятие. А для Кей скорее подарок, но воспользоваться этим подарком на этот раз ей не удалось.
Очнулась она в полном одиночестве на полу вполне пристойной комнаты. Связать ее не удосужились. Поднявшись, она огляделась. Да, первое впечатление ее не обмануло. Комната совершенно не походило на средневековую темницу. Просторная, полупустая, она была залита дневным светом из больших окон. Выглядела эта комната так, будто в ней собирались делать ремонт, вынесли почти всю мебель, но так и не собрались. Из мебели осталась только огромная незаселенная кровать. Кей подошла к окну, чтобы выглянуть наружу, но ей это не удалось. Окно прикрывало нечто вроде упругого невидимого щита. Покопавшись в памяти, она даже вспомнила, какое заклинание обеспечивает подобную защиту, и какое заклинание ее снимает. Но ей это помочь никак не могло. С того расстояния, на которое она могла подойти, она видела из окна только небо, затянутое полупрозрачной пеленой облаков.
Что же, окно отпадает, тогда двери. Дверей в комнате было две. Одна, как Кей и предполагала, вела в ванную. Из крана даже текла прозрачная холодная вода. Девушка жадно напилась и умылась, смывая с себя остатки беспамятства. Другая дверь, вероятно, была выходом. Кей замерла около нее, пытаясь решить что лучше, попробовать открыть, показывая этим, что она очнулась, или подождать. Она еще раз обошла комнату, стараясь найти что-нибудь, способное сойти за оружие, но ей это не удалось. Тогда она решительно подошла к двери и попробовала ее открыть. Дверь оказалась закрыта. Она постучала, сделав наивное выражение лица для предполагаемого тюремщика, но дверь не открыли. Тогда она тщательно обследовала дверь. Судя по всему, дверь была закрыта не на замок, который Кей могла бы попытаться открыть, а запечатана заклинанием. Тогда Кей уселась на пол сбоку от двери так, чтобы входящий не сразу ее заметил, и приготовилась ждать.
Ждать пришлось долго. Несколько раз она вставала, чтобы размять ноги и зайти в ванную. Сильно хотелось есть, но это не страшно. Было бы хуже, если бы не было воды. Наконец, когда свет за окном уже начал меркнуть, посреди комнаты внезапно возникла фигура, задрапированная в черную мантию. Глаза из-под капюшона сверкнули красным, когда он посмотрел в сторону Кей. Потом он перевел взгляд на дверь.
Дверь открылась, и в нее вошел человек, в котором Кей без особого удивления узнала профессора Смита.
- Милорд, - почтительно произнес профессор Смит и преклонил колено.
- Встань, - раздраженно сказал названный милордом, - Кто это?
- Мэри Харвис, милорд. Она ученица Гриффиндора.
- Почему здесь она?
- Это случайность, милорд. Нелепая случайность. Она надела мантию Грейнджер, на которую я поставил метку, и горгульи схватили ее.
Кей прислушивалась к разговору понимая, что раз говорящие столь откровенны в ее присутствии, то живой ее отсюда выпускать не собираются.
- Ты идиот, Смит, - раздраженно прошипел милорд, - Неужели так сложно было соблазнить семнадцатилетнюю девчонку.
- Милорд, это был бы проще, если бы мне не мешали!
- Прекрати оправдываться.
- Да, милорд. Но может и эта подойдет. Тоже семнадцатилетняя, и тоже в Гриффиндоре.
- В каких она отношениях с Поттером?
- Ни в каких, вероятно. Она появилась в школе несколько дней назад.
- Тогда она не подходит. Ибо сказано, защищенный любовью, любовью да будет предан. Мне нужна была Грейнджер, чтобы, отрекшись от своей привязанности к Поттеру, она добровольно предала его. Теперь тебе понятно, Смит, дорогой мой, за что ты будешь наказан? - притворно ласково спросил Смита некто, кого Кей не без внутреннего ужаса решила считать Вольдемортом.
- Да, милорд, - Профессор Смит снова преклонил колено.
- Круцио, - произнес Вольдеморт, направив на него палочку, и стал спокойно смотреть, как тот корчится на полу в мучениях.
Потом отвел палочку, прекратив пытку, и обратил свое внимание на Кей. Кей не поднимаясь с пола, изобразила улыбку, и, опустив глаза, склонила голову в приветствии.
- Что же, думаю, я найду ей применение, - бросил Вольдеморт в сторону Смита, начавшего вставать с пола, - И исправлю глупость своих нерадивых слуг.
- Милорд, - Кей поднялась, удерживая на лице улыбку, - Я действительно могу послужить вам любым способом, - она облизнула губы, - Каким вы захотите.
- Девчонка, ты что, предлагаешь себя мне? - в его голосе звучало пугающее веселье.
- Если вы пожелаете милорд, - Кей снова опустила глаза, - Я буду счастлива доставить вам удовольствие.
- Смит, ты уверен, что она из Гриффиндора?
- Да, милорд.
- Что, милая, надеешься стукнуть меня чем-нибудь по голове, если я отвлекусь?
- Возможно, милорд, - Кей многозначительно улыбнулась, - Если только у меня не будет причин поступить иначе.
- Ценю откровенность. И какие причины ты имеешь в виду?
- О, вы можете заставить меня сделать что-нибудь настолько ужасное, чтобы эти борцы за добро и справедливость, - Кей позволила себе усмехнуться, - Отвернулись от меня. И я просто не буду иметь выбора. Или предложите мне что-нибудь, перед чем я не смогу устоять.
- И что же это? - с насмешливым любопытством спросил Вольдеморт.
- Власть, милорд, - Кей снова опустила голову.
- Что ты на это скажешь, Смит? Может мне убить тебя и взять на службу эту девчонку?
- Она сквиб, милорд. И как-то связана с Малфоем.
- А ведь ты испугался, Смит. На самом деле испугался, - удовлетворенно заключил Вольдеморт, - Люблю я это. Ладно, на этот раз ты прощен, но Грейнджер мне нужна.
- Благодарю вас, милорд.
- Милорд, то, что я сквиб, не помеха. Я многое знаю про маглов...
- Замолчи, - Вольдеморт небрежно махнул в ее сторону палочкой, но заклинания не произнес, - Значит, связана с Малфоем... Прекрасно. Ты на самом деле послужишь мне девочка. И у тебя действительно не будет другого выбора. Потому что у зомби нет выбора. Смит, подготовь все для обряда, - закончил он резко и отошел в сторону.
Кей снова уселась на пол, скорчившись и обхватив колени руками. Профессор Смит, произносил заклятия, которые Кей знала, и рисовал палочкой знаки над полом. Палочка оставляла за собой светящийся след. Эти знаки Кей тоже уже видела в той книге по черной магии, которую мистер Малфой так любезно разрешил ей почитать. Зомби. Да, зомби. Это маглы наивно думают, что в зомби превращают мертвецов. Нет, для обряда зомбирования нужен совершенно живой человек, который в процессе этого обряда становится необратимо мертвым, но в то же время способным ходить и говорить, выполняя волю пославшего его. Как только обряд начнется, шансов у нее не будет. Если она собирается что-то делать, делать это надо сейчас. Но нападать бессмысленно, их двое и они слишком далеко, чтобы напасть с голыми руками, а оружия у нее нет. Они просто свяжут ее заклятьем и продолжат обряд. Значит, остается одно...
Ее безумная попытка завербоваться в слуги Вольдеморта провалилась. А это позволило бы ей выиграть время и, возможно, дождаться шанса сбежать. Или дождаться помощи, хотя кто станет ей помогать. Или... Хотя уже не важно. Время шло, и профессор Смит почти закончил подготовку. Сейчас кто-нибудь из них наложит на нее связующие чары и все, она будет лишена выбора. Но становиться зомби было как-то мерзко. И Кей склонив голову в почти непритворном отчаянии, нашла губами головку булавки, к счастью предусмотрительно воткнутой в воротник. На вкус она оказалась никакой, как простая вода. А потом кто-то выключил свет...

***

- Боюсь, она вам все-таки не послужит, милорд, - тихо сказал профессор Смит, разглядывая скорчившееся на полу тело той, которая была известна как Мэри Харвис, - Она мертва.
- Каким образом? - раздраженно спросил Вольдеморт.
- Яд, милорд. Кто же знал что она настолько сумасшедшая, чтобы носить с собой яд.
- И еще один мой план провалился по твоей глупости...
- Милорд, - профессор Смит склонился, ожидая наказания, - Вы знаете, как я вам предан и как благодарен за все то, что вы для меня сделаны.
- Да, я знаю. И ты прощен на сегодня. Да, и ты не прав. Она мне все-таки послужит. Забери ее тело в Хогвартс и кинь где-нибудь в коридоре. Так, чтобы на него наткнулись утром ученики. А на стене напиши что-нибудь типа "Готовьтесь..."
- Написать кровью, милорд?
- Нет, лучше огнем...




Глава 34.

В коридорах Хогвартса, за его долгую историю, не так уж и редко раздавались крики о помощи. Иногда помощь приходила, иногда опаздывала. Но вот выстрелы из магловского огнестрельного оружия звучали, пожалуй, впервые.
Гермиона, услышав крики и шум, немедленно кинулась на помощь, но, добежав до места, увидела только Драко Малфоя, замершего с палочкой наготове и трупы двух тварей на полу. Одновременно с ней появилось еще несколько семиклассников, отправленных профессором Вектор на обмерку Хогвартса.
- Что случилось?! - спросила Гермиона у Малфоя.
- Подружки этих тварей утащили Харвис, - ответил Малфой с какой-то очень странной интонацией.
- Все ученики немедленно идите в свои общежития и держитесь вместе, - раздался голос подошедшей Мак-Гонаголл, чей класс находился неподалеку.
Следом за ней появилась толпа пятиклассников, урок у которых она проводила.
- Малфой, вы идете со мной к директору, - продолжила профессор.
- Нет необходимости, Минерва, я уже здесь, - из-за спин учеников, и не подумавших уходить, вышел директор Хогвартса собственной персоной.
Он бросил взгляд на тела тварей, а затем пристально посмотрел на стену. После этого проговорил заклинание ретрансляции, направив палочку на себя, и сказал:
- Занятия прекращены. Учителям организованно развести учеников по их общежитиям и прийти в коридор между классом трансфигурации и главной лестницей. Ученикам немедленно идти в общежития, и не покидать их ни при каких условиях, - его голос звучал одновременно на всей территории Хогвартса.
Затем, отменив заклинание всеобщего оповещения, он обратился к присутствующим:
- Мистер Малфой, вы были свидетелем случившегося?
Драко Малфой недовольно кивнул.
- Тогда останьтесь. Минерва, пожалуйста, разведите остальных учеников по их общежитиям...

Урок предсказаний шел своим обычным путем и Гарри Поттер откровенно скучал, когда зазвучал переданный заклинанием голос директора. И, конечно же, вместо того, чтобы, в соответствии с распоряжением, организованно двигаться под опекой причитающей Трелани в гриффиндорскую башню, Гарри и Рон отправились к объявленному месту сбора учителей. К тому времени, когда они добрались туда от класса предсказаний, почти все преподаватели уже собрались. Гарри и Рон, подойдя к стоящим замерли и притворились, что их нет.
- Мистер Малфой, а теперь повторите еще раз всем присутствующим то, что уже рассказали мне, - говорил Дамблдор Драко Малфою.
- Мистер Дамблдор, я ведь уже все рассказал, - голос Драко звучал слегка раздраженно, - Твари, такие же, как эти, - он махнул на мертвых созданий на полу, - Их было шесть или семь. Они утащили Харвис в дыру в стене.
- Вы имеете в виду через дыру в соседнее помещение? А что там? - недоуменно спросила профессор Спаржелла.
- Нет, это была как бы дыра в никуда... - ответил Драко, старательно подбирая слова, - Темная...
- Все ясно, - кивнул профессор Снейп, - Портал. Защиты Хогвартса больше не существует и никто не знает, что и где появится в следующий раз.
- Не надо так мрачно, Северус. Мы немедленно ее восстановим, - задумчиво сказал профессор Дамблдор, - А вот где искать бедную девочку неизвестно. Странно, а где мистер Люциус Малфой? - Дамблдор окинул взглядом присутствующих.
Малфоя старшего он не нашел, зато заметил Гарри и Рона.
- Мистер Поттер, мистер Уизли, а что мои распоряжения вас не касаются?! - строго глядя на них, спросил директор.
- Простите, сэр, - ответил Гарри, глядя ему в глаза, - Я подумал, что мы можем помочь.
- Нет, вы ничем не можете помочь. Профессор Мак-Гонаголл сейчас проводит вас в ваше общежитие.
- Но сэр, а если опять появятся такие твари... Мы можем помочь!
- Нет, Гарри. С подобными созданиями нелегко справиться и взрослому опытному магу. Идите.
- Гарри, Рон, мистер Малфой, идемте, и не задерживайте меня, - позвала их профессор Мак-Гонаголл.
- А как же Харвис убила двух? - удивленно спросил у нее Рон.
- Она их убила магловским оружием. Не магией, а холодным железом, - сухо сообщила профессор.
Гарри замер, услышав слова о холодном железе. Чуть позже осенило и Рона. Малфой тоже остановился с отсутствующим видом.
- Подождите, - Гарри быстро вернулся обратно к профессору Дамблдору, - Мне очень надо поговорить с вами! Это важно!
- Не важнее безопасности школы. Вы можете прийти ко мне, когда защита будет восстановлена. Думаю, после обеда. Пароль будет "Лакричный леденец". А теперь, господа нам необходимо сделать следующее... - Дамблдор отвернулся от Гарри и обратился к учителям.
В гриффиндорской гостиной все ученики немедленно набросились на Драко Малфоя с расспросами, но он, отделавшись теми же объяснениями, которые давал учителям, заявил всем, что собирается заняться домашней работой. Потом уселся в углу и открыл книгу. Внимательный наблюдатель легко заметил бы, что страниц он не переворачивает.
Гарри и Рон совместными усилиями вспомнили и записали на пергаменте предсказание кентавра и предъявили его Гермионе. Ее реакция была легко предсказуемой.
- И вы не рассказали об этом Дамблдору?! - спросила она пораженно, - Вы должны рассказать немедленно! Нет, как только нас отсюда выпустят, - остановила Гермиона ребят, уже собравшихся идти.
И вся компания стала ждать освобождения. Ждать пришлось не так уж долго. Вскоре после начала обеденного времени ученикам сообщили, что ограничения на передвижение по Хогвартсу сняты и все могут идти в столовую. А после обеда уроки будут проводиться по расписанию.
- Малфой, мы идем к Дамблдору, и ты с нами! - голос Поттера оторвал Драко от его невеселых размышлений.
- С чего вы это взяли?
- Малфой, прекрати притворяться идиотом. Мы собираемся рассказать ему о предсказании кентавра. И ты при этом тоже присутствовал, - твердым голосом заявил Поттер, и Драко не нашел в себе сил спорить. Согласиться оказалось проще.
В кабинете директора они застали мистера Люциуса Малфоя. И Драко не мог не отметить, что тот выглядит как после тяжелой болезни. Землистого цвета лицо и мешки под глазами. Хотя одет и причесан как всегда безупречно.
- Да, Гарри, что ты хотел мне сказать? - спросил Дамблдор.
- Извините, сэр, а мы не могли бы поговорить наедине? - спросил Гарри, покосившись в сторону мистера Малфоя-старшего.
- Мистер Малфой тебе мешает? - снова спросил директор.
- Ну... - Гарри с сомнением посмотрел на мистера Малфоя, но потом решился, - Думаю, нет. Дело в том, что несколько дней назад мы случайно оказались на окраине запретного леса...
Дамблдор сделал движение, как будто хотел что-то сказать, но промолчал.
- И встретили там кентавров, - продолжил Гарри, - Один из них говорил довольно странные вещи. Думаю, это было предсказание. Мы его переписали по памяти. Вот. Сначала он обращался ко мне, а потом к Рону, - Гарри протянул Дамблдору пергамент с записью.
И директор прочитал вслух:
- Смерть опять идет рядом, но она опять возьмет не тебя...Кто-то открыл книгу перемен, и судьба пишет в нее новые строки. Дороги мира вписаны в книгу перемен. Но те строки, которые писались раньше огнем и кровью, теперь пишут огнем, кровью и холодным железом. Мир меняется... Я вижу смерть, но у нее нет имени. Я вижу смерть, но не вижу мертвых... Вот, значит как, - сказал он после некоторого раздумья.
- Это Мэри, - глухо произнес мистер Люциус Малфой, - У нее нет имени.
- Что вы имеете в виду? - спросил профессор Дамблдор.
- Мэри Харвис не ее настоящее имя. А то, что у нее нет имени, она как-то сама сказала. Но обсуждать это здесь и сейчас я не собираюсь.
- Понятно, - произнес Гарри, - А что про огонь и железо?
- Холодное железо, - поправил его директор, - Для магических созданий, каковыми являются кентавры, холодное железо это то, что маглы называют техникой. Когда-то они так называли мечи из железа, с которыми нападали на них люди, но постепенно все новые изобретения не-магии стали называться именно так. И то, что мисс Харвис была близка к миру техники, являлось одной из причин, по которым я разрешил ей остаться здесь, - теперь Дамблдор обращался к мистеру Малфою, - Боюсь, я совершил ошибку. Но сделанного не изменить. Я отправляюсь в Лондон, в Министерство Магии и еще к некоторым людям. И буду делать все возможное, чтобы разыскать мисс Харвис.
Когда все они вышли из кабинета директора, Драко неожиданно обратился к своему отцу.
- Если ты думаешь, что мне ее жаль, то ты ошибаешься!
- Драко, что ты имеешь в виду? - довольно спокойно спросил мистер Малфой.
- Действительно! - удивился Рони.
- Ты знаешь! - ответил Драко отцу, игнорируя присутствие остальных.
- Драко, пойдем поговорим наедине. Надеюсь, мистер Поттер и мистер Уизли нас извинят, - мистер Малфой растянул губы в фальшивой улыбке.
- Нам не о чем разговаривать! - заявил Драко.
- Идем! - мистер Малфой твердо взял своего сына за руку повыше локтя и повел с собой. Драко не стал сопротивляться.
Гарри и Рон, постояли, глядя им вслед, а потом пошли обедать.

- А теперь, будь добр, объяснись! - услышал Драко от своего отца, когда за ними закрылась дверь его личных комнат.
- Я видел тебя с ней в постели. Это отвратительно, и я буду рад, если она умрет, - сказал Драко, стараясь не смотреть на отца.
- Меня удивляет твоя реакция. В твоем возрасте уже пора бы знать, что люди занимаются этим.
- Но ведь она твоя дочь!
- Вот как... Должен сказать, что ты умеешь доставать информацию...
- Что, больше нечего сказать?!
- Да нет, есть чего. И очень даже много чего. Сядь.
Драко сел, привычно подчинившись приказу в голосе своего отца. Сам мистер Малфой остался стоять.
- Мэри Харвис не моя дочь. По крайней мере, насколько я могу быть уверен в подобном. Мы познакомились несколько дней назад в Лондоне. Нас связал случай да, пожалуй, тот факт, что я обязан ей жизнью. Дважды... Если ты помнишь, несколько дней назад я предлагал тебе принять посвящение от Вольдеморта...

Драко не очень ясно помнил, чем он занимался в течение того дня после разговора с отцом. В голове все еще звучали слова мистера Малфоя и кружились хороводом мысли. Их круговорот не прекратился и ночью, не давая ему заснуть. А когда он все-таки заснул, к нему явились кошмары. Но, к счастью, он не запомнил, что именно ему снилось.

Старые коридоры Хогвартса не раз слышали крики о помощи. Крики ужаса они тоже слышали не раз. Этим утром от ужаса кричала слизеринская пятиклассница. Встав пораньше, она шла в библиотеку, заканчивать реферат по зельеделию. И вот теперь стояла, не имея сил оторвать глаз от тела пропавшей вчера Мэри Харвис. На крик стали сбегаться другие ученики. Потом, раздвигая уже собравшуюся толпу, подошел мистер Люциус Малфой. Опустился рядом с телом мисс Харвис на колени, прижал руку к ее шее, пытаясь найти пульс. Потом его рука опустилась, и он замер, опустив голову.
- Она умерла, да? - спросил кто-то из учеников.
Мистер Малфой не ответил. Вместо этого, он снова прикоснулся рукой к воротнику мисс Харвис пристально вглядываться во что-то. Потом, все еще не говоря ни слова, сгреб тело мисс Харвис в охапку. И, почти бегом, понес его в свои комнаты.
Толпа учеников переместилась вслед за ним и замерла около его дверей.
- Что здесь происходит? - строго спросила подошедшая профессор Мак-Гонаголл.
- Мэри Харвис... Мистер Малфой... Тело... Забрал с собой... Она ведь не умерла, да? - заговорили наперебой ученики.
- Она умерла, - мистер Люциус Малфой, бледный как мел, стоял в дверях своих комнат.
- Вы уверены? - спросила его профессор Мак-Гонаголл.
- Да, - он закрыл дверь и сделал шаг вперед, - Я знаю яд, которым она была отравлена. Сначала мне показалось, что еще можно что-то сделать. Но оказалось, что уже слишком поздно. Я сжег тело.
- Как? - ошарашенно спросила Мак-Гонаголл.
- Думаю, ее устроили бы такие похороны.
- Так вот почему кентавр не видел мертвых, - прошептал присутствующий тут же Гарри Поттер, - Он ее сжег...
- Вы не имели права! - возмутился профессор Флитвик.
- Я имел право, - бесцветным голосом ответил мистер Малфой, - Профессор Мак-Гонаголл может это подтвердить.
- Да, он действительно имел на это право, - кивнула она, - Мне очень жаль.

К завтраку известие о смерти Мэри Харвис распространилось по всему Хогвартсу. В столовой все говорили только об этом и украдкой косились на мистера Малфоя, который сидел за столом рядом с Мак-Гонаголл и с отсутствующим видом вертел в руках чашку. А когда Мак-Гонаголл обратилась к нему с какими-то словами, чашка вылетела из его рук и с грохотом разбилась.



Глава 35.

Мистер Люциус Малфой замер на мгновение рядом с дверью своих комнат. Он не мог решиться открыть ее и войти. Он боялся. Он боялся того, что произнесенная ложь окажется правдой. Он боялся того, что его память шутит с ним жестокую шутку, подсказывая тот сценарий событий, которого он хотел, а на самом деле, войдя, он застанет в своих комнатах лишь пустоту. Но, тряхнув головой, он решился и, сняв запирающее заклинание, вошел. В гостиной никого не оказалось.
Он нашел ее в спальне. Она лежала на кровати прямо поверх покрывала, сжавшись в комок.
- Как вы себя чувствуете? - спросил он, садясь рядом.
- Почти живой, - она посмотрела на Люциуса и бледно улыбнулась.
Люциус прикоснулся к ее плечу и почувствовал, что ее трясет. Насколько он знал, действие яда снимается соответствующим заклинанием полностью и безо всяких физических последствий. Так что причина этого была ему не совсем ясна. Но потом он понял. Девушка просто была в шоке после всего случившегося. Хотя утром, когда она очнулась, то казалась куда более спокойной, чем он сам. Ему пришлось тогда произносить заклинание-антидот несколько раз, и, когда оно, наконец, подействовало, он уже почти отчаялся вернуть ее к жизни. И именно она из них двоих тогда мыслила достаточно здраво, чтобы отправить его рассказывать всем печальную историю о своей окончательной смерти.
Он быстро поднялся и налил в бокал вина. Потом снова сел рядом с ней и обнял ее за плечи, помогая приподняться.
- Выпейте, от вина вам станет лучше, - велел он.
Она послушалась. А потом прижалась к нему, вцепившись руками так, словно боялась потеряться. Люциус, кинув пустой бокал на пол, обнял ее, и замер, не зная, что делать дальше. Он сидел так и чувствовал, как из ее тела уходит дрожь, как она расслабляется в его объятиях.
- Мэри, как вы? - спросил он снова.
- Мое имя Кей. Мэри Харвис умерла прошлой ночью, - она немного отстранилась и взглянула на него, - Люциус, пожалуйста. Я хочу снова поверить, что я жива. Прошу тебя, - она подняла руку и легко провела пальцами по его щеке, и он, заглянув в ее глаза, понял, что она имела в виду.
Первый поцелуй оказался неожиданно жестким и страстным. Потом они срывали друг с друга одежду, не имея сил и желания быть нежными... И отдавались друг другу на нерасправленной кровати при свете тусклого осеннего дня со страстью не перегоревшего еще отчаяния.
А потом, когда все закончилось, прижимаясь к нему, и уткнувшись лицом куда-то в его шею, она прошептала:
- Спасибо тебе. Мне это было действительно необходимо.
Люциус не был уверен, что следует сказать, поэтому промолчал. Потом она неожиданно отодвинулась от него и уже совсем другим голосом по-деловому произнесла:
- Думаю, нам следует обменяться информацией.
- Информацией? - постель всегда казалась Люциусу не совсем подходящим для этого местом, - Тогда нам лучше одеться.
Одевались они быстро, и не глядя друг на друга. Потом молча уселись в кресла.
- Давайте начнем, - улыбнулась Кей, снова вернувшись к официальной форме обращения, - Вы первый. Что здесь происходило с тех пор, как меня утащили?
- Боюсь, часть событий ускользнула от моего внимания. Был пьян и ничего не помню, - он немного натянуто улыбнулся.
- Да, я в курсе...
- Значит, это вам я должен быть благодарен за то, что проснулся на кровати?
- Скорее, Гермионе Грейнджер.
- Мерлин! А ее-то что сюда принесло?
- Думаю, опасение за вашу безопасность. Дверь была открыта и она... Да, в общем, не важно.
- Да, вы правы. А что привело сюда вас?
- Хотела пожелать вам доброго утра, - в ее голосе Люциусу послышалось непонятная ему язвительность, - Но это тоже не важно.
- Вы обе прочитали письмо моей бывшей жены?
- Боюсь, что да.
- Не могу сказать, что мне приятно это слышать.
- Странное было письмо. Какое-то чересчур деловое местами, - произнесла Кей задумчиво, - И это действительно оно заставило вас... - девушка замолчала, вопросительно глядя на Люциуса.
- В какой-то степени. Хотя оно просто оказалось, - он замолчал, подбирая слово, - Своего рода катализатором. В течение прошлых суток в Хогвартсе кем-то проводились очень серьезные ритуалы темной магии, направленные на то, чтобы снять защиту, вызвать горгулий и подчинить их. Как вы, возможно, знаете, темная магия разрушительно влияет на психику. Думаю, многие в Хогвартсе совершили в это время поступки, о которых будут потом жалеть. А я, как человек, не пренебрегающий темной магией, подвержен этому влиянию в большей степени, чем остальные.
- Влияет на психику... Вот как. Я не знала. Хотя, ваш Вольдеморт не показался мне вполне адекватным.
- На первый взгляд он выглядит куда более адекватным, чем есть на самом деле. Все эти его неудачные попытки убить Гарри Поттера... Да и все остальное. Значит, вы оказались у него?
- Да, но об этом позже. Что еще здесь происходило?
- Ничего особенного. Восстанавливали защиту. Похоже, даже восстановили. Потом Дамблдор покинул Хогвартс, утверждая, что направился в Лондон, чтобы заняться вашими поисками. Занятия учеников продолжились по расписанию. Ах да, я вынужден был рассказать Драко правду о вас.
- Вынужден? - Кей вопросительно взглянула на него.
- Да, вынужден, - Люциус поморщился, - Он подозревал нас в инцесте.
- А мальчик умеет добывать информацию, - Кей улыбнулась.
- Да, я сказал ему то же самое. А он не оценил.
- Хорошо. Теперь моя очередь. Как вы уже поняли, я имела редкостное удовольствие побывать в гостях у Вольдеморта. Информация такая. Во-первых, его неизвестный шпион в Хогвартсе это профессор Смит. Именно он снял защиту и натравил горгулий. Кстати, он мне ненормальным не показался, скорее наоборот...
- Он еще молод и вряд ли использует темную магию давно. А вы именно из-за него решили остаться официально мертвой?
- Это одна из причин. Так, продолжу. Во-вторых, их целью была не скромная Мэри Харвис, а Гермиона Грейнджер. Я была одета в ее мантию, на которую Смит поставил метку для этих тварей. Грейнджер предполагалось использовать в очередном плане, направленном против Гарри Поттера.
- Каком плане?
- Вольдеморт сказал насчет Грейнджер, - Кей прикрыла глаза, вспоминая, - Думаю, так: "Ибо сказано, защищенный любовью, любовью да будет предан. Мне нужна была Грейнджер, чтобы, отрекшись от своей привязанности к Поттеру, она добровольно предала его". К сожалению, Вольдеморт не киношный злодей, чтобы подробно рассказывать свои планы всем вокруг.
- Киношный?
- О, не обращайте внимания.
- Ладно, в целом понятно. Что еще?
- Еще? Еще я, кажется, знаю, как решить три наши проблемы.
- Проблемы? Вы имеете в виду, что знаете, как победить Вольдеморта? - брови Люциуса приподнялись в выражении удивления, смешанного с недоверием.
- Не совсем так. Прелесть в том, что эти проблемы решаются только все вместе.
- Кажется, я догадываюсь, что вы хотите сказать. И мне это уже не нравится.
- Возможно, вы еще измените свое мнение. А пока ответьте мне на несколько вопросов. Во-первых, известно ли где Вольдеморт, - она замялась, подбирая слово, - Обитает?
- Нас он собирал почти всегда в одном и том же месте. Бывшем магловском доме. Что-то типа небольшой усадьбы. Где она расположена, не знает никто.
- Так я и думала. Во-вторых, у его сторонников бывают общие сборы?
- Да.
- Как вы о них узнаете?
- Через метку. По ней и аппарируем. Это что, допрос?
- Мне нужна информация. А потом я вам все объясню. Обещаю.
- Ладно, можете спрашивать дальше.
- Вы сейчас чувствуете через метку сигнал к общему сбору?
- Да, если принимаю меньшую дозу заграждающего зелья.
- Смит бывает на этих сборах?
- Думаю, нет.
- А Снейп?
- Обязательно.
- Значит все-таки Снейп, - сказала Кей задумчиво, - Слушайте...
Изложение плана и его обсуждение заняло не так уж мало времени. Они отвлеклись только, чтобы разделить обед, принесенный мистеру Малфою домовым эльфом, от которого Кей пришлось прятаться в шкафу. Когда обсуждение подошло к концу, за окном уже стемнело.
- А вы знаете, это может получиться, - сказал, наконец, мистер Малфой.
- Надеюсь. Только это будет довольно опасно для вас.
- Не думаю. Я аппарирую как только все начнется. А вот Снейп... Хотя, такова участь шпиона, - он пожал плечами.
Кей хотела что-то сказать, но передумала. И Люциус отправился к профессору Мак-Гонаголл, добывать вещи покойной Мэри Харвис, оставленные в гриффиндорском общежитии.



Глава 36.

После окончания завтрака профессор Мак-Гонаголл, которая исполняла обязанности директора в его отсутствие встала и сделала объявление:
- К моему огромному сожалению, я должна сообщить, что одна из учениц Хогвартса, Мэри Харвис, покинула нас навсегда, - говорила Мак-Гонаголл ровным печальным голосом, - Она провела здесь совсем немного времени, но уже успела стать другом многим из вас. Мы сохраним память о ней в наших сердцах, - профессор сделала паузу, а потом продолжила уже совсем другим голосом, - Занятия сегодня будут проводиться по расписанию. Защита Хогвартса восстановлена и никаких оснований для опасений нет, тем не менее, я прошу всех после шести вечера не покидать ваших общежитий. На этом все. Можете идти.
Первый урок у седьмого класса Гриффиндора был свободен, и Гермиона решила побыть одна. Она медленно шла по коридорам, а потом забралась с ногами на подоконник, невольно вспомнив, что Мэри любила сидеть так. Да, Мэри. Все это было так печально. Мэри не была Гермионе близким другом, но, пожалуй, приятельницами они стать успели. Гермиона, прикрыв глаза, вспоминала их прогулку в Хогсмид в прошлую субботу. Да, наверное, следует написать о ее смерти Фреду и Джорджу. Хотя Гермиона не имела ни малейшего понятия, как пишут о подобных вещах. Ведь это совсем не та новость, которой хочется поделиться с окружающими. Хотя, наверное, им напишут Рон или Джинни...
- Мисс Грейнджер, - голос профессора Смита вырвал ее из раздумий, - Грустите?
- О, простите, профессор, - Гермиона быстро соскочила с подоконника и встала прямо. Это оказалось так неожиданно хорошо, находиться рядом с профессором Смитом и не испытывать привычных душевных мук.
- Нет, Гермиона, не надо было вставать, - он присел на подоконник, - То, что вы печалитесь о вашей подруге так естественно. Если хотите, мы можем поговорить. Садитесь.
И Гермиона села рядом. Один из вопросов, которые мучили ее в последнее время, был вопрос о том, специально ли профессор Смит дал ей зелье необратимого приворота или это была случайность. И если специально, то зачем. И вот она решила попытаться выяснить. Поэтому она послушно села рядом с ним на подоконник и постаралась изобразить на лице внимание и заинтересованность.
- Вы знаете, Гермиона, то, что я вам сейчас скажу, может показаться банальностью. Но, тем не менее, это правда. Мэри Харвис умерла, это так, но жизнь продолжается. И уже завтра это начнет казаться вам чем-то далеким и нереальным.
- Да, профессор, - кивнула Гермиона.
- Гермиона, я хочу, чтобы вы знали, - говорил он, пристально глядя ей в глаза, - Если вам понадобится какая-либо помощь или совет, вы всегда...
- Мисс Грейнджер! - прервал его речь раздраженный голос профессора Снейпа, - Арчибальд, простите меня. Мисс Грейнджер, вы забыли, что я назначил вам сегодня консультацию? Не понимаю, почему я должен терять время из-за вашей рассеянности.
- Ой, - Гермиона спрыгнула с подоконника, - Я совершенно забыла, - в чем Гермиона была твердо уверена, так это в том, что никакой консультации назначено не было.
- Не тратьте мое и свое время на глупые сожаления. Идемте. Арчибальд, я еще раз прошу вашего прощения.
- Северус, вы не должны быть так строги с мисс Грейнджер... - начал профессор Смит.
Но профессор Снейп, не дослушав его, уже быстро шел прочь. И Гермиона, послав профессору Смиту извиняющуюся улыбку, почти побежала следом. Они шли по направлению к личным комнатам профессора, и Гермиона испытывала некоторые опасения. Если на людях они должны были играть роли профессора и ученицы, то Гермиона не имела ни малейшего представления, как она должна вести себя, оставшись с ним наедине после случившегося. Уж точно не так, как ведут себя влюбленные парочки. Хотя, о чем она. Какая любовь? Это был просто обряд снятия приворота. Но она слишком ясно представляла себе профессора Снейпа без одежды...
Когда они вошли в комнаты Снейпа, и дверь за ними захлопнулась, профессор повернулся к ней и ледяным голосом сказал:
- Мисс Грейнджер. Я всегда считал вас разумной девушкой. Сегодня вы заставили меня изменить мнение.
- Но, профессор, я же должна узнать больше про эту историю с приворотом.
- Мисс Грейнджер. Если вы считаете, что Смит воспылал к вам страстью и не нашел лучшего способа познакомиться, чем напоить необратимым приворотом, то вы идиотически наивны и романтичны. Если думаете, что это могло произойти по ошибке, то совершенно не знаете зелий. Какую версию мне считать правильной?
- Но если он сделал это специально, то зачем?
- Мисс Грейнджер, вы, как ближайшая подруга Гарри Поттера вызываете весьма определенный интерес у весьма определенной группы лиц.
- Мерлин... - прошептала Гермиона. Нельзя сказать, что такие соображения совсем не приходили ей в голову раньше. Но она отмела их как маловероятные. И вот теперь профессор Снейп говорил то же самое.
- Я рад, что вы осознали. И теперь будете держаться от Смита как можно дальше. Также советую вам в целях личной безопасности держаться как можно дальше и от меня. Вам понятно?
- Да, профессор, - ответила Гермиона, опустив голову.
- Тогда, ступайте отсюда.
И Гермиона ушла, думая, что держаться от профессора Снейпа как можно дальше, это гораздо проще, чем быть рядом с ним, помнить о том, что было между ними, и не иметь ни малейшего представления о том, как к этому относиться.

Когда дверь за Гермионой закрылась, профессор опустился в кресло и задумался. Да, он был совершенно прав, советуя Грейнджер держаться от себя подальше. Во-первых, быть рядом с ним было просто опасно, но, увы, это только во-первых. Профессор Снейп мог назвать не одну причину, по которым он стал снимать приворот с Гермионы Грейнджер, и все эти причины были правдой. Да, он хотел защитить ее и ее друзей от предполагаемого покушения Вольдеморта. Да, ему было жаль, что такая блестящая ученица стала жертвой банального приворота. Да, это было не такой уж большой платой за то, что во многом благодаря ней он все еще жив. Все это так, но была еще одна причина, возможно, самая важная. Последнее время она неожиданно оказалась как-то странно замешана в его жизнь. И, тем самым, невольно вызвала его интерес. И, возможно, этот интерес был не совсем тем, который учителю следовало бы проявлять к несовершеннолетней ученице. И, за последнее время ему несколько раз казалось, что его особа также вызывает некоторый интерес с ее стороны. И, как показала практика, он не ошибался. Потому что не смотря на афродизиак обряд снятия приворота не сработал бы, если бы в постели оказались два человека не испытывающие друг к другу никаких чувств. Значит, он был прав. И, значит, это его долг сделать так, чтобы такая юная девушка как Гермиона Грейнджер не совершила непростительно ошибки, связавшись со своим учителем зельеделия. Который, даже если не считать его прошлого и того, что находиться рядом с ним могло оказаться смертельно опасно, был совершенно неподходящим для нее партнером из-за разницы в возрасте, своего невыносимого характера, и прочих своих весьма сомнительных достоинств.

Этот день был по-осеннему тусклым и серым, но большинство гриффиндорских семиклассников воспользовались свободным первым уроком, чтобы выскочить на улицу. Несколько наиболее старательных пошли в библиотеку, готовиться к занятиям. Драко Малфой, решил использовать это время, чтобы написать письмо своей матери и попросить ее, хотя бы, ответить, все ли с ней в порядке. Поэтому он отправился в гриффиндорское общежитие, надеясь побыть в одиночестве. Сначала ему показалось, что он там действительно один. Но потом он заметил Гарри Поттера, сидящего в кресле у потухшего камина.
Взгляд Поттера был устремлен в пустоту. А то выражение лица, которое у него сейчас было, за последнее время стало слишком хорошо знакомо Драко. Он не раз видел его в зеркале и просто не смог отвернуться и уйти.
- Поттер, что случилось? - спросил Драко, подойдя и встав напротив кресла.
- Малфой, уйди, тебе не понять.
- А ты попробуй, объясни... Слушай, Поттер. Я спрашиваю совершенно серьезно. Ты выглядишь так, будто посидишь в этом кресле еще полчасика и пойдешь резать себе вены.
- Отстань, Малфой, я не собираюсь делать ничего подобного.
Что ж, выражение раздражения на лице Поттера уже лучше того, что было раньше, но Драко хотел не этого. Он присел на корточки перед креслом Поттера, взявшись руками за подлокотники и, глядя ему в глаза, тихо сказал:
- Я на самом деле хочу помочь тебе...
Поттер отвел взгляд первым.
- Она умерла из-за меня, - сказал Гарри, низко опустив голову, - Еще один человек. Их уже столько, а я ничего не могу сделать! Ты понимаешь, ни-че-го!
Драко смотрел на Поттера и мучительно пытался подобрать единственно правильные слова. Потом в его памяти зазвучал голос профессора Снейпа. Голос, который совсем недавно говорил эти слова ему, Драко.
- Что бы ни случилось до сих пор, что бы ни случалось дальше, ты должен запомнить одно. Твоей вины в этом нет. Виноват только тот, кто убил этих людей. Ты слышишь меня, Поттер?
- Малфой, ты действительно не понимаешь. Все считают, что я должен победить Вольдеморта. Надеются на меня. И умирают. А я не представляю, как я могу его победить. Это... Это какое-то безумие. Я не понимаю, почему я. Гермиона знает гораздо больше. Да и другие ученики тоже. Не говоря уж о таких магах, как Дамблдор. Я не понимаю, что я могу сделать! Но я должен что-то сделать, а до тех пор все эти смерти на моей совести!
- Поттер, успокойся, - сказал Драко, искренне недоумевая, с какой радости он вообще принялся утешать Гарри Поттера, - Если тебе суждено его победить, значит победишь. А если нет, то нет.
- Я не могу больше смотреть, как вместо меня умирают другие.
- Не вместо тебя. Они умирают сами по себе. И нет никакой твоей вины в смерти Харвис. Вот моя, действительно, есть.
- Малфой, что ты хочешь этим сказать?
- Я мог попытаться вмешаться... - Драко старательно отводил глаза, стараясь не встретиться взглядом с Поттером.
- Ты слышал, что сказал Дамблдор про этих тварей. Ты бы просто тоже погиб, и все. Так что ты тоже ни в чем не виноват.
- А ты бы вмешался?
- Не знаю, наверное, - пожал плечами Гарри.
- Вот именно. И получается, что я трус и подлец.
Они оба какое-то время молчали, а потом Гарри спросил.
- Малфой, скажи мне, только честно, если придется сражаться, на какую сторону ты встанешь?
- А мест на трибунах не предусмотрено?
- Нет, - Гарри пристально вглядывался в него, ожидая ответа.
- По крайней мере, на сторону Вольдеморта я вставать не хочу.
- Ну, вот и замечательно, Малфой. Я так и думал, - Поттер бледновато улыбнулся и хлопнул Драко по плечу, - Пойдем на занятия, а то опоздаем.

День не принес Хогвартсу ничего нового. И вот теперь вечер плавно превращался в ночь, а Северус Снейп все еще сидел в библиотеке. Подошло время заказывать литературу по зельеделию на следующий год, а он так и не удосужился даже просмотреть каталоги магических издательств. И вот он, на ночь глядя, и борясь со сном, раздраженно перелистывал страницы каталогов и пытался понять: как можно тратить ценные бумагу и чернила на подобные книги. В это время за его спиной раздались шаги. Он, полуобернувшись, бросил быстрый взгляд назад. Это оказался Люциус Малфой. Разговаривать с ним не хотелось совершенно. И, рассчитывая, что Малфой не начнет разговора первым, профессор Снейп вернулся к каталогу. Шаги, тем не менее, приблизились и остановились за его стулом. Снейп напряженно выпрямился, испытывая смутное неудобство из-за того, что кто-то находится так близко за его спиной.
- В последнее время вы плохо выглядите, Северус, - голос Малфоя звучал неожиданно мягко.
Потом Снейп почувствовал, как теплые руки легли на его плечи и стали осторожно их разминать. Это оказалось неожиданно приятно и так хотелось закрыть глаза и расслабиться, но Снейп резко отодвинулся и раздраженно спросил:
- Что вы себе позволяете?!
- О, извините, - Малфой примирительно поднял руки, - Я не имел в виду ничего дурного. Вы выглядели усталым, и я просто хотел помочь.
- И что вам от меня надо? - в чем в чем, а в желании просто помочь, заподозрить Малфоя было трудно.
- Вы правы, Северус, - кивнул мистер Малфой и, придвинув стул от соседнего стола, сел напротив профессора, - Мне действительно нужна ваша помощь.
- Неужели? А то я уже не знал, что и подумать, - язвительно сообщил профессор Снейп.
- Да, - мистер Малфой, кажется, решил не реагировать на подколки Снейпа, - Мне необходимо побывать в Лондоне, а делать это с моим лицом сейчас не безопасно. Не могли бы вы дать немного всеэссенции.
- Я надеюсь, вы хотите превратиться не в меня?
- О нет, что вы, - Малфой сделал паузу и Снейп напрягся, ожидая услышать очередную гадость, - Иметь ваше лицо не многим безопаснее, чем мое.
Профессор Снейп еще раз взглянул на каталог и решительно отложил его в сторону.
- Ладно, закончу завтра. Или послезавтра, - сказал он скорее себе, чем Люциусу и поднялся со стула.
Если бы он смотрел более внимательно, то заметил бы выражение раскаяния на лице Малфоя, когда тот слушал, как Снейп строит планы на будущее. Но это выражение сразу пропало.
- Идемте со мной. Я дам вам всеэссенции, - сказал Малфою профессор Снейп и они пошли.
В полном молчании шли они рядом по коридорам. Когда до двери профессора Снейпа осталось уже не далеко, за их спинами неожиданно раздался тихий шорох и щелчок. И Снейп почувствовал, как что-то болезненно укололо его сзади в шею, так, словно его укусило какое-то насекомое. Он попытался поднять руку, чтобы согнать его с шеи, но рука не слушалась, и Снейп понял, что падает. Он еще почувствовал, как Малфой подхватил его и аккуратно опустил на пол, кажется, спрашивая о чем-то. Потом в его внезапно сузившемся поле зрения возникло лицо Люциуса. Губы того шевелились, но Снейп не слышал ни звука, а потом пропала и картинка.



Глава 37.

- А вы неплохой актер! - услышал Люциус Малфой знакомый голос за своей спиной, - Если бы я не знала правды, то вполне могла бы поверить, что вы не имели ни малейшего представления о том, что с ним случилось.
- Не думал, что магловское снотворное действует так быстро, - ответил Люциус, вглядываясь в лицо лежащего на полу профессора Снейпа.
- О, это хорошее снотворное, - пожала плечами Кей, - Но, думаю, у нас не более получаса пока он не очнется. Даже если не вытаскивать дротик.
- Тогда поторопимся, - кивнул Люциус и, направив палочку на тело профессора Снейпа, произнес, - Вингардиум Левиоса.
Потом поднял лишенное веса тело на руки и пошел к своим комнатам. Кей, снова выряженная в траур вплоть до черного парика, пошла следом. Разрабатывая план, они решили, что не стоит накладывать на нее заклинание невидимости, потому что в Хогвартсе было достаточно тех, кто мог его почувствовать. И, вместо того, чтобы замаскировать, оно наоборот могло привлечь внимание. Зато здесь было достаточно укромных мест, чтобы затаиться.
Добравшись до своих комнат, Малфой уложил бесчувственного профессора на диван и начал раздевать. Стащив с него мантию и расстегивая сюртук, он, не оборачиваясь, возмущенно бросил Кей:
- Могли бы мне и помочь!
- А вам не кажется, что это было бы несколько неприлично, - задумчиво ответила Кей, изучая содержимое небольшого дипломата, когда-то давно захваченного ею из прошлой жизни. Хотя, какой прошлой... Прошлое снова настигло ее и превратило обратно в ту, кем быть ей так не хотелось.
За это время Малфой успел стащить с профессора и сюртук и расстегнул рубашку.
- Давайте, - обратился он к Кей.
- Вот, - Кей протянула ему аккуратно упакованную в пакет небольшую пластиковую капсулу.
- Вы уверены, что это работает? - спросил Люциус, с сомнением разглядывая полученную капсулу на просвет.
- А как же, - улыбнулась Кей, - Неплохой такой маячок. Определяет собственное положение в пространстве по спутниковой радионавигационной системе и передает координаты. Сигналы ретранслируются спутниками на устройство, подключаемое к компьютеру. Включается и выключается сигналом, передаваемым через спутник. Код включения для этого конкретного экземпляра знаю только я. В выключенном состоянии обнаружен быть не может. По крайней мере, магловскими технологиями, - произнося последнюю фразу, Кей улыбнулась.
- Спутники, говорите... - сомнение в голосе мистера Малфоя зазвучало более явственно.
- А, не обращайте внимания. Это наши магловские тараканы. Я же приняла на веру тот сомнительный факт, что магия существует.
- Но вы же видели, как она работает.
- Поверьте мне, это устройство тоже работает.
- Ладно. В худшем случае мы ничего не теряем. Куда вживлять?
- О! А он неплохо выглядит, - Кей наконец то обратила внимание на полураздетого профессора.
- Не отвлекайтесь, - велел Люциус раздраженно.
- Да. Думаю, лучше куда-нибудь под лопатку. В мягкие ткани.
- Как скажете...
Парочка заклинаний, и капсула была успешно вживлена в указанное место. Затем Люциус привел одежду Снейпа в более ли менее приличное состояние. В общем, некоторый беспорядок в одежде был позволителен, поскольку предполагалось, что Люциус оказывал ему медицинскую помощь...
Вытащив дротик, и залечив ранку, Люциус уложил профессора на диване поудобнее. Потом подошел к Кей и встал с ней рядом, смотря на спящего Снейпа.
- Вы знаете... - сказала Кей тихо, - Я прекрасно понимаю что, не будучи уверенными, на чьей он стороне, мы не можем его предупредить. И, как двойной агент, он должен быть готов погибнуть от рук своих. Но...
- Но выглядит все это несколько мерзко... - прервал ее Люциус.
- Да, думаю "мерзко", это именно то слово, - кивнула Кей, - Ладно, пойду прятаться, а то он скоро очнется.
Кей ушла в спальню, но почти сразу вернулась с мокрым полотенцем в руках и кинула его Люциусу.
- Положите ему на лоб. Будет выглядеть убедительнее. Да и ему лучше, а то от этого снотворного голова должна болеть... - сказала Кей и снова скрылась в спальне.
Люциус аккуратно сложил мокрое полотенце и с выражением легкого неудовольствия на лице положил его на лоб Снейпу. А потом сел в кресло ждать его побуждения.
Ждать оказалось недолго. Вскоре профессор Снейп зашевелился, поднял руку к лицу, скидывая полотенце и сел.
- Что случилось? - спросил он у Малфоя.
- Вы упали в обморок. Извините, но тащить вас в больничное крыло мне не захотелось.
- Вот как... - профессор настороженно прикоснулся к своей шее сзади, но, видимо, ничего подозрительного не обнаружил, - Я, кажется, обещал вам всеэссенцию. Пойдемте.
- Да, идемте. Надеюсь, на этот раз все обойдется...

Возле его двери возвращающегося мистера Малфоя ожидал сюрприз. Хотя, что такого неожиданного в том, что сын зашел вечерком к своему отцу.
- Драко. Добрый вечер, - сказал Люциус, подходя к сыну.
- Отец. Нам надо поговорить, - тихо произнес Драко, опустив голову.
- Хорошо, заходи, - кивнул Малфой-старший, и распахнул дверь, надеясь, что у Кей хватит догадливости не ожидать его у входа. Потому как иначе Драко придется сильно удивиться.
Его ожидания оправдались, никаких следов присутствия посторонних заметно не было. Люциус сел в одно из кресел у камина и показал Драко на другое. Тот, кажется, сначала колебался, садиться или нет. Но потом, все-таки, сел. Несколько минут они провели в молчании. Драко, казалось, не собирался начинать разговор, а Люциус не хотел его торопить. Что-то подсказывало ему, что разговор обещает быть неприятным.
- Отец, - начал, наконец, Драко, - Я хочу сказать, что... - он замялся, а потом решился, - Думаю, ты должен это знать. Твой сын трус и подлец.
- Извини, Драко, что ты имеешь в виду?
- Только то, что сказал, - Драко вскочил на ноги и замер, судорожно стиснув руки, - Когда горгульи напали на Харвис, я просто стоял и смотрел. Хотя мог вмешаться. Значит я или трус или подлец или и то и другое.
- Интересные выводы. Кажется, в последнее время ты слишком много общаешься с Поттером...
- Да, я разговаривал с Поттером. И, кстати, его-то ни трусом, ни подлецом не назовешь.
- Да, хваленая гриффиндорская отвага, - Люциус тянул время, откровенно не зная, что следует сказать Драко по этому поводу, - Но, возможно, ты себя недооцениваешь. Я знаю, что ты думал про нее и меня. У тебя были основания ее не любить.
- Не важно, как я к ней относился, - качнул головой Драко, снова садясь в кресло, - Она была живым человеком, а теперь ее нет. И, я знаю, тебе она была дорога.
- Надо же, как трогательно, - раздалось за их спинами.
Оба повернулись на звук голоса. Кей, все еще одетая в траур, но уже без парика, подошла к ним и уселась на подлокотник кресла Люциуса.
- Харвис?! Отец, что это значит? - спросил Драко.
- Как видишь, слухи о моей смерти несколько преувеличены. Хотя не так уж и сильно, - ответила вместо него Кей.
- И зачем вам это было надо, мисс? - спросил Люциус.
- Не беспокойтесь, мистер Малфой. Ваш сын умеет хранить тайны.
- И, все-таки, мне хотелось бы услышать объяснения, - Драко опять вскочил.
- Драко, мне просто захотелось извиниться перед тобой, - Кей тоже встала, - Из-за меня ты пережил несколько не очень приятных моментов. Вся эта история... - Кей поморщилась, - И еще я должна сказать, что ни в чем тебя не виню.
- Неужели? Потрясающее всепрощение, - сказал Драко зло.
- Дело не во всепрощении, - Кей качнула головой, - Этих тварей было слишком много, и ты бы с ними все равно не справился, - Кей вопросительно взглянула на Люциуса.
- Да, вы правы. И с одной справиться достаточно сложно, - кивнул Люциус.
- Эти рассуждения звучат логично, но мне они не нравятся, - тихо сказал Драко.
- Не удивительно, - кивнула Кей, - Драко, мне жаль, но ты вляпался в одну очень нехорошую вещь. У нас это называют "Большой игрой". И у этой игры есть правила. Ты ведь играешь в шахматы?
- Причем здесь это?
- Если играешь, то должен знать, что фигурами приходится жертвовать. И следует постоянно оценивать, насколько любая жертва стратегически выгодна. Ты же не станешь жертвовать конем, чтобы спасти пешку, а наоборот пожалуйста.
- И что? - Драко явно отказывался понимать.
- В большой игре фигуры это человеческие жизни. В том числе собственная жизнь игрока. И приходится рационально рассчитывать, когда и чем следует пожертвовать, - Кей поморщилась, произнося эти слова.
- Но это же мерзко, - сказал Драко.
- Да, мерзко. Опять эта фраза, - Кей печально усмехнулась, - И я не буду говорить, что мне это нравится. Я честно пыталась сбежать из игры, но мне не удалось... Ты знаешь, кроме игры есть еще и нормальная жизнь. И в ней человек, полезший в ледяную воду спасать щенка, будет считаться героем, пусть и посмертно. Хотя, мне наверно не следовало об этом говорить. Просто знай, что я тебя ни в чем не виню. А насчет остального сам думай, как хочешь.
- Надо же, целая философия, - презрительно процедил Драко.
Какое-то время все трое молчали. Молчание прервал Люциус.
- Драко, если рассуждения о смысле жизни закончены, то мне хотелось бы тебя предупредить, - сказал он.
- О чем?
- Этой ночью мы уедем из Хогвартса. И какое-то время со мной нельзя будет связаться. Хочу, чтобы ты не волновался.
- Мы? - переспросил Драко, взглянув на Кей, - Замечательно. Спасибо, что предупредили. И желаю хорошо провести время. Ну, я пойду, - сказал он и ушел.
Люциус не стал его останавливать. Когда дверь за Драко закрылась, он повернулся к Кей.
- Что касается Снейпа... Похоже, мы поступаем с ним в строгом соответствии с вашими правилами игры, - сказал он.
- Не совсем так, - поморщилась Кей, - К тому моменту, когда все начнется ни ваша ни его жизни уже не будут ключевыми фигурами. Вы будете иметь возможность вмешаться и, увеличив собственный риск, снизить риск для него. Я, к сожалению, вмешаться не могу.
- К сожалению? Значит ли это, что вы бы хотели вмешаться? - Люциус выжидательно посмотрел на Кей.
- Люциус, простите, - Кей опустила глаза, - Я ничего не буду вам говорить. Это только ваше дело. Я не могу вас ни о чем просить.
- Понятно, - кивнул мистер Малфой, - Хорошо, займемся делами.

Утром посетители "Дырявого котла" имели удовольствие наблюдать весьма примечательную сцену в исполнении двух лиц. Первое из них - парень лет восемнадцати, в котором ученики Хогвартса с первого взгляда опознали бы Гойла. Хотя при более пристальном рассмотрении усомнились бы в правильности своего мнения, потому как выражение его лица существенно отличалось от естественного для Гойла. Другим действующим лицом была девушка, на вид чуть постарше своего спутника. Она выглядела довольно миловидной брюнеткой, несколько чересчур увлекающейся магловской косметикой.
Да и вообще, похоже, эти двое были маглофилами. Потому что сразу заняли столик у окна, выходящего на магловский район. И, вооружившись сильной оптикой явно магловского производства, принялись изучать происходящее за этим окном. Понятно, что лишнего внимания со стороны маглов они могли не бояться, поскольку все окна "Дырявого котла" были защищены соответствующей магией еще при строительстве. Свое любопытство заодно с голодом они утоляли почти два часа, но потом, расплатившись, незаметно куда-то делись.

- Люциус, не забывайте, пожалуйста, что нажать на спусковой крючок можно гораздо быстрее, чем произнести заклинание.
- Значит ли это, что вы волнуетесь за меня, Кей, дорогая?
- Я просто напоминаю. Я готова, - она вопросительно посмотрела на него. В ее опущенной вниз правой руке был пистолет.
- Тогда приступим, - мистер Малфой, все еще в обличии Гойла, притянул девушку к себе и произнес заклинание аппарации.
Они появились в комнате, в окнах которой заметили оборудование для наблюдения и съемки, прямо за спинами двоих оперативников конторы, скучающих сегодня на посту наблюдения за зоной Х. Мистер Малфой направил в одного из них "Империо". Второй, повернувшись на звук его голоса, увидел прямо перед своими глазами дуло пистолета и замер. Хотя очень скоро ему стало безразлично направленное на него оружие, как безразлично под действием "Империо" все, кроме прямых приказов.
- Ты, - указал палочкой на первого мистер Малфой, - Отвечай на ее вопросы. Ты, - он указал на второго, - Слушай, что он отвечает и добавляй, если знаешь что-то еще. Можете спрашивать, - обратился он к Кей.
- Назовите нынешний адрес штаб-квартиры вашей конторы в Лондоне...

Допрос под действием "Империо" занял не более получаса. Потом, наложив на обоих оперативников "Обливиэйт", мистер Малфой, уже выглядящий как обычно, аппарировал себя и Кей в маленькую квартирку, которую они сняли несколько часов назад по подделанным Кей документам.
- А почему вас так заинтересовала личность нынешнего шефа конторы? - спросил Люциус.
- Некоторое время назад человек, известный как мистер Конерс, был моим непосредственным начальником. Но это никак не влияет на наши планы. Думаю, через полчасика будет самое время нанести им визит.
- Хорошо, пойду пока переоденусь.
Тщательно одевшись, он вернулся в крошечную гостиную и застал Кей молча стоящей возле окна. Он подошел и встал рядом. Из окна квартирки, расположенной на третьем этаже открывался вид на унылую набережную и мост. И что-то в этой картинке показалось ему смутно знакомым.
- Интересно, - сказал он вслух, - Не могу похвастаться знакомством с магловскими районами Лондона, но мне кажется, что я здесь уже был.
- Конечно, были, - Кей отвернулась от окна и улыбнулась ему, - Именно здесь мы познакомились.
- Неужели. И вы выбрали именно этот дом из соображений сентиментальности?
- Боюсь, что нет, - Кей опять улыбнулась, - Район подходящий для наших целей и я его очень хорошо знаю. И дом тоже подходящий. Не настолько трущобный, чтобы полиция стала проверять документы просто из-за того, что мы здесь живем, но и не настолько приличный, чтобы кто-то стал задавать лишние вопросы.
- Понятно, - он кивнул, усмехнувшись собственным мыслям, - Ладно, пойду рассказывать сказки.
- Удачи, - улыбнулась Кей.

Камеры наблюдения, установленные у входа в здание, занимаемое ныне организацией, которую знающие люди называли просто конторой, передали на пункт наблюдения изображение высокого светловолосого мужчины с папкой с бумагами под мышкой. Он подошел к двери, пристально взглянул в сторону камер и вошел. В холле его остановил служащий:
- Извините, сэр. Вам назначено?
- Боюсь, что нет, - холодно сообщил он, - Но мне необходимо видеть мистера Конерса.
- Извините, сэр, но боюсь, здесь нет никого с таким именем.
- Нет, это вы меня простите, милейший, - посетитель уселся на стул, стоящий рядом с конторкой, - Думаю, мое лицо есть в ваших архивах. И мистер Конерс более чем заинтересован в том, чтобы поговорить со мной. Я даже готов ждать, - он изобразил подобие улыбки, - Но не более пяти минут.
- Сэр, вы... - закончить клерку помешал звонок телефона, стоящего на его столе. Молча выслушав то, что было ему сказано, он положил трубку и обратился к посетителю, - Подождите немного, сейчас вас проводят.

- Добрый день, мистер Конерс, - спокойно поздоровался Люциус Малфой, разглядывая лицо человека, который являлся нынешним шефом небезызвестной конторы.
- Вы сказали, что хотите меня видеть. С кем имею честь?
- Думаю, что мое имя все равно ничего вам не скажет, а кто я вы можете догадаться и так.
- И что вы хотите?
- Предложить совместную операцию. Ваша организация, насколько мне известно, занимается решению проблемы массовых убийств людей, имевших место в течение двух последних лет. Причем все эти убийства объединяет нечто общее, а именно, немотивированность и некоторые странные обстоятельства, - мистер Малфой замолчал, пристально глядя на своего собеседника.
- Продолжайте.
- Я хочу предложить вам возможность ликвидировать тех, кто совершает эти убийства.
- Вы хотите сказать, что знаете, где их найти, - мистер Конерс напрягся.
- В данный момент не знаю, но буду знать в определенный момент времени.
- И вы поможете нам их поймать?
- Ликвидировать, - повторил мистер Малфой, - Поймать их невозможно. Обещаю, что к концу моего визита вы поймете, почему. Думаю, то что их нельзя оставлять живыми и на свободе не вызывает ваших сомнений.
- А почему я должен вам верить?
- Около полугода назад остался живой свидетель преступления. Парень лет пятнадцати. Еще двоих или троих свидетелей вы могли найти до этого. Все они описывали убийц как людей, одетых в черные плащи с капюшонами и маски. Не правда ли?
- Мне нужны объяснения, - отчеканил мистер Конерс, глядя на Малфоя.
- Боюсь, я не уполномочен давать объяснения. Но... Ваши фантасты очень любят гипотезу о параллельных вселенных... - мистер Малфой сделал многозначительную паузу, - В общем, после их ликвидации можете забыть обо всей этой истории. Вот план операции, - мистер Малфой положил на стол папку с бумагами, которую до сих пор держал в руке. В другой руке он все это время прятал палочку, - План разработан вашим бывшим агентом. Ее, кстати, тоже можете больше не искать.
Видя, что мистер Конерс подтянул к себе папку и начал ее открывать, мистер Малфой поднялся и сказал:
- Простите меня, мистер Конерс. У вас еще будет время ознакомиться с этими бумагами. Мне нужен номер телефона, по которому я смогу связаться с вами в любое время суток. Я позвоню в ближайшие дни, чтобы узнать о вашем решении.
Мистер Конерс быстро написал несколько цифр на листке бумаги и пододвинул ее по столу в сторону Малфоя. Люциус поднял листок и произнес про себя формулу аппарации, жалея, что не увидит лицо мистера Конерса, когда тот увидит, что его посетитель бесследно исчез.
Оказавшись снова в квартире, он застал Кей сидящей за компьютером. Увидев его, она вскочила и пошла к нему, так, словно хотела обнять, но остановилась не доходя.
- Как все прошло? - спросила Кей.
- По сценарию, - кивнул Люциус, - Вы думаете, они поверят?
- О, не беспокойтесь. То, что мы им предложили, в гораздо большей степени соответствует здравому смыслу, чем правда.
- Что ж, теперь остается только ждать.

***

Человек, известный своим подчиненным как мистер Конерс сидел за столом, и с отсутствующим видом смотрел на пустой стул по другую сторону своего стола. Потом, провел руками по лицу, сосредотачиваясь, и снял телефонную трубку:
- Отбой операции, - сказал он в нее.
- Что, вы его вот так отпустите? - удивленно сказала трубка.
- Не задавайте глупых вопросов, - отрезал мистер Конерс, и шлепнул трубку на аппарат. А сам открыл папку с бумагами и начал изучать ее содержимое.



Глава 38.

Последний анализ также дал отрицательный результат, и профессор Снейп вынужден был признать, что он не в состоянии обнаружить никакого воздействия на себя ни с помощью магии, ни с помощью зелий. И это делало всю историю еще более странной. Он, устало прикрыв глаза и откинувшись на спинку стула, стал вспоминать события прошедшего вечера еще раз. Во-первых, Малфой, по совершенно неизвестным причинам пожелавший помассировать ему плечи. Вроде бы в любви к собственному полу Малфой до сих пор замечен не был, и уж во всяком случае, не выбрал бы его, Снейпа. Странно. Дальше этот непонятный обморок. С одной стороны, он видел Малфоя рядом с собой и тот не мог приложить к этому руки. А с другой, профессор абсолютно точно помнил ощущение то ли укуса, то ли укола в шею. Хотя никакой ранки не осталось. Самой вероятной версией казалось, что Малфой сделал с ним что-то и вряд ли хорошее. Но, единственное что он смог обнаружить, это легкие следы несложных лечебных чар и все. Не допускать же, в конце концов, вероятность того, что он, Снейп, на самом деле чем-то болен и падает в обмороки в коридорах, а добренький Малфой милосердно оказывает ему первую помощь. Все это казалось более чем подозрительным. Но, ночь грозила превратиться в утро. Профессор Снейп решил оставить размышления, и при первой же возможности посоветоваться с Дамблдором, который сейчас все еще отсутствовал. А пока он решил лечь спать, потому что завтра, точнее уже сегодня, предстоял очередной рабочий день с бесконечными уроками, тупыми учениками и взорванными котлами.
Утром первым делом он отправился к кабинету Дамблдора, но встретил того еще на подходе. К сожалению, директор был не один, его сопровождало несколько мужчин, в которых профессор Снейп без всякого удовольствия опознал авроров.
- Доброе утро, - поздоровался он с директором Дамблдором.
- Не слишком доброе, - кивнул ему директор, на минутку приостановившись, - Хочу сказать, что вы были правы.
Профессор Снейп остановился, провожая их взглядом. Если он правильно понял Дамблдора, значит предатель действительно Смит. И авроры здесь, чтобы арестовать его.
Когда авроры с Дамблдором ушли, Снейп отправился в столовую чтобы выпить кофе. Похоже, он уже не настолько молод, чтобы нормально чувствовать себя после двух часов сна.

Во время завтрака Гермиона Грейнджер не раз бросала взгляды на учительский стол. Сегодня это было вполне безопасно, потому что ни профессора Смита, ни профессора Снейпа за столом не было. Директор Дамблдор тоже еще не вернулся. Снейп появился только к концу завтрака, раздраженно буркнул что-то коллегам, сел на свое место и немедленно потянулся к кофейнику. И, пока Гермиона смотрела на него, мрачного и раздраженного, к ней пришло ясное понимание того, что именно его она ждала все это утро, постоянно поглядывая на учительский стол. И что с его приходом жизнь, казалось, стала настоящей. Все эти ощущения как-то странно и пугающе напоминали то, что она совсем недавно испытывала по отношению к профессору Смиту. Испытывала под действием приворотного зелья. И тут она по-настоящему испугалась.
Едва дождавшись, пока профессор Снейп встанет из-за стола, она быстро пошла за ним и догнала в одном из пустых коридоров.
- Профессор, простите, мне необходимо с вами поговорить, - остановила его Гермиона, опасаясь, что если она не сделает это сейчас, то не решится уже никогда.
- Мисс Грейнджер. В чем дело? - устало спросил профессор.
- Я... Мы можем поговорить наедине? - Гермиона посмотрела в сторону группки второклассников, показавшихся в конце коридора.
- Хорошо, идемте в класс. У меня сегодня нет первого урока.
До класса зельеделия они добрались в полном молчании. В молчании Гермиона, отодвинув стул, села за парту и замерла, пытаясь решиться. Профессор уселся боком на стул рядом с соседней партой и недовольно произнес:
- Надеюсь, это произойдет еще сегодня?
- Что?! - встрепенулась Гермиона.
- Вы скажете мне то, что собирались, - раздраженно пояснил профессор.
- Да, сейчас скажу, - она глубоко вздохнула. Сложнее всего было начать, - Тот обряд по снятию приворота. Вы уверены, что все получилось?
- А что заставляет вас думать иначе?
- Вы сказали, что я буду полностью свободна от всего...
- Это не так? Вы все еще испытываете что-то в отношении профессора Смита?
- Нет, - Гермиона покачала головой, - Не в отношении профессора Смита. Я... мне кажется, мой приворот перешел на вас, - обреченно сообщила она.
- Вам кажется? - удивленно приподнял бровь профессор, - И вы даже не потрудились проверить?
- Мерлин, - прошептала Гермиона. Поддавшись испугу, она действительно не вспомнила о возможности обнаружить приворот, - Пассиокьюлус, - произнесла она, направив палочку на профессора.
Никакого цветного ореола, свидетельствующего о привороте, не появилось. Тогда она прижала руку к губам, понимая, что она только что сказала. Встала, тихо сказала:
- Простите профессор, я ошиблась, - и быстро вышла из класса зельеделия, плотно прикрыв за собой дверь.
- Мисс Грейнджер, вернитесь! - раздалось ей вслед, но она убежала не оглядываясь.

Профессор Смит этим утром не пошел в столовую. Вместо этого он, еще в халате, сидел за столом, за которым обычно проверял контрольные и готовился к урокам, и с чуть печальной улыбкой разглядывал небольшое устройство, стоящее на столе. Это устройство выглядело как пара вложенных один в другой круглых ободов, свободно закрепленных на перпендикулярных наклонных осях. И было это устройство очень качественным горескопом. Сейчас оба обода вращались так, будто сейчас дверь откроется, и его начнут убивать.
Вместо этого в камине появилась голова Альбуса Дамблдора.
- Доброе утро, Арчибальд, не могли бы вы зайти ко мне, - обычным голосом сказал директор.
- Доброе утро. Это срочно? - спросил профессор Смит.
- Не очень, но хотелось бы увидеть вас еще до завтрака.
- Хорошо, тогда я зайду примерно через полчаса. А то мне еще нужно одеться.
- Жду вас. Пароль "Фисташки в сахаре"
Посмотрев еще раз на так и не успокоившийся горескоп, профессор Смит пошел одеваться. Это заняло не больше пяти минут. Потом достал нож и, прокалив его лезвие в огне камина, полоснул себя по запястью. Вытянул руку вперед, так, чтобы кровь капала на пол, и начал нараспев произносить заклинание. Произнеся последние строки, он указал палочкой в натекшую лужицу крови и отошел на шаг, зажимая рукой рану. Над кровью появился дымок. Он становился все гуще и медленно начал формироваться в человеческую фигуру. Фигура обретала плоть, и еще через несколько минут напротив профессора Смита стоял его двойник. Убедившись, что двойник достаточно материален, профессор Смит сел в кресло и закрыл глаза. Потом произнес еще одно заклинание, направив на себя палочку. И двойник ожил. Повинуясь мысленным приказам профессора Смита, созданный им фантом отправился в кабинет директора Дамблодора, где и был встречен аврорами. Услышав слова "Арчибальд Смит, вы арестованы за использование черной магии, повлекшее за собой проникновение инфернальн...." бывший профессор Смит разорвал контакт с двойником и выскочил в коридор.

Гермиона бежала не оглядываясь и не слишком разбирая, куда. Поэтому, не было ничего странного в том, что она в кого-то врезалась. Странной была реакция этого кого-то. Он немедленно схватил ее, больно вывернув ей руку, и сказал:
- Грейнджер, как кстати!
Судя по голосу, это был профессор Смит. Гермиона попыталась вырваться, но он держал ее крепко. В это время в коридоре появился и профессор Снейп, который, похоже, искал ее.
- Смит, отпустите ее немедленно, - прошипел Снейп, направляя на них палочку.
- И не подумаю. Одно движение, и она умрет.
Гермиона, скосив глаза, увидела, что палочка профессора Смита направлена ей в голову. Удерживая ее одной рукой, профессор Смит стал отступать спиной по коридору в направлении выхода. Снейп медленно следовал за ними. Во время их движения Гермиона потихонечку достала из кармана палочку. Смит, кажется, этого не заметил. А профессор Снейп, который не мог не заметить, ничем не показал, что видит что-то. Тогда Гермиона направила палочку на ногу Смита и произнесла:
- Пиро, - заклинание огня показалось ей вполне подходящим.
Профессор Смит завопил от боли и на мгновение ослабил хватку. Но, когда она, оттолкнув его, попыталась убежать, схватил снова. В это время профессор Снейп ударил по Смиту ступефаем. Гермиона была слишком близко к Смиту. Поэтому попала под удар и, отлетев к стене, потеряла сознание.
- Гермиона, милая, ты слышишь меня, - услышала она сквозь забытье, - О, Мерлин!
В голосе профессора Снейпа звучали страх и беспокойство, и это заставило ее открыть глаза.
- Как ты? - спросил он сразу.
- Ничего страшного, - ответила она, и это было почти правдой.
Она попыталась сесть, и он помог ей, обняв за плечи.
- А где Смит? - спросила Гермиона.
- Увернулся и убежал. Голова не кружится?
- Нет, я действительно в порядке.
- Мисс Грейнджер, вас ни на секунду нельзя оставлять одну. Вы немедленно попадаете в какие-нибудь неприятности! - заявил профессор, по-прежнему обнимая ее.
- Ну, так и не оставляйте, - прошептала Гермиона, удивляясь своим словам, и теснее прижалась к нему.
- Слава Мерлину, что на этот раз все обошлось, - прошептал он.
Гермионе показалось, что он прикоснулся губами к ее виску, и она повернула голову, подставляя ему губы для поцелуя, но он отстранился.
- Мисс Грейнджер, вам необходимо показаться мадам Помфри.
- Но...
- Не возражайте!

Урок предсказаний был в разгаре. Профессор Трелани вещала о разнице в способах предсказания будущего по внутренностям грызунов и птиц. Ученики лениво пытались конспектировать. Драко Малфой, уставившись в затылок Гарри Поттера, думал. Думал о последнем своем разговоре с отцом и этой Харвис. Что она тогда сказала, кажется: "Сам думай как хочешь", и еще она говорила про правила "Большой игры" и про нормальную жизнь. Бездушная расчетливость или наивный героизм. Обе альтернативы выглядели не слишком привлекательными. Вот для Поттера, похоже, проблемы выбора не было и он "полез бы спасать щенка в ледяную воду", как говорила эта Харвис. А сама Харвис сейчас где-то с его отцом, который даже не счел сына достойным быть посвященным в свои планы. Драко прерывисто вздохнул и понял, что он знает, что он хочет выбрать.
Он перевел взгляд с затылка Поттера на сидящего рядом с тем Уизли. Потом на профессора Трелани, и на его губах появилась чуть насмешливая улыбочка. И, когда урок закончился, он решительно подошел к Трелани.
- Профессор, - сказал он выразительно, - Я давно восхищаюсь вами как великолепным педагогом. Спасибо, - и, поймав руку остолбеневшей Трелани, прикоснулся к ней губами.
- Эээ... Мне очень приятно, но не было необходимости, - быстро заговорила профессор Трелани. И принялась суетливо перекладывать бумаги на своем столе.
Драко еще раз вежливо улыбнулся в ее сторону и отошел.
- Малфой, ты с ума сошел?! - пораженно спросил Рон Уизли, как только они вышли из класса.
- Я? Нет, ни в коем случае. Я просто выполнил ваше задание в испытании на настоящего гриффиндорца.
- Каком испытании? - удивился Рон, - А, вспомнил.
- Ну ты даешь, Малфой, - покачал головой Гарри Поттер.
- Я выдержал испытание?
- Да, и пошли отсюда, - улыбнулся Гарри.

Во время обеденного перерыва директор Дамблдор собрал всех учителей в своем кабинете.
- Я должен сообщить вам печальную новость, - начал он, - Все вы знаете об инциденте с горгульями и мисс Харвис. Я нашел виновника. Это Арчибальд Смит.
Профессор Снейп поморщился. Назвать смерть одной из учениц "инцидентом" было так характерно для директора.
- Не может быть, - удивилась профессор Спаржелла, - Такой приятный молодой человек.
- Да, мы все заблуждались на его счет. И я в том числе.
Профессор Снейп многое мог бы сказать относительно ошибок, заблуждений и должности учителя ЗОТС, но предпочел промолчать
- На настоящий момент ему удалось сбежать. Авроры разыскивают его по всей Англии, - продолжил директор.
- А известно, зачем он это сделал? - спросила профессор Вектор.
- Дело все еще расследуется аврорами, - ответил Дамблдор.
Когда остальные учителя стали расходиться, профессор Снейп ненадолго задержался.
- Альбус, вы не могли бы проверить, не воздействовали ли на меня какой-либо магией в последнее время.
- Да, конечно, - директор быстро взмахнул палочкой, - Нет, ничего не вижу.
- Спасибо. Я пойду?
- Нет, Северус, подождите. Я хочу вам кое-что рассказать про Смита.
- Вот как? - профессор Снейп снова сел.
- Да. За последние дни я покопался в его прошлом...
- Вы всегда говорили, что его прошлое это одна из причин, почему он не может быть сторонником Вольдеморта.
- Да. Его отца действительно убил Вольдеморт. Но не исключено, что по его личной просьбе.
- Личной просьбе? - Снейп удивленно приподнял бровь, - История повторяется.
- Повторяется не совсем то слово, - печально покачал головой директор, - Это не Англия, это Восточная Европа. Там совсем иные отношения к магии и магам. И я не буду говорить, что у них нет на это причин. Дед Арчибальда, от которого он унаследовал свою фамилию, был, как вы понимаете англичанином. Он умер молодым. И его жена увезла сына на свою родину, где снова вышла замуж. Ее новый супруг принадлежал к секте тех, кто называет себя "Охотниками". Думаю, вы догадываетесь, за кем они охотятся?
Профессор Снейп молча кивнул.
- Я не могу сказать, - продолжил Дамблдор, - Как вышло так, что человек, воспитанный в духе этой секты, женился на ведьме. Знаю только, что сразу после свадьбы она прервала всякие отношения с нашим миром. И, вскоре после рождения сына, умерла. Я не знаю, почему "Охотники" отпустили Арчибальда учиться в Дурмштранг. Могу только догадываться, что быть магом понравилось ему больше, чем быть "Охотником" и он сумел обратиться к Вольдеморту со своей просьбой, - Дамблдор еще раз покачал головой.

Остаток того дня и начало следующего прошли для профессора Снейпа без особых неожиданностей. Не считать же неожиданность очередной взорванный первоклассниками котел. Тем более, до Лонгботтома им всем было далеко. Все это время он старался держаться подальше от Гермионы Грейнджер, несмотря на те взгляды, которые она бросала на него украдкой. Она тоже не пыталась заговорить первой, и он был этому искренне рад. И вот теперь профессор Снейп сидел за своим столом и писал письмо. Наверное, было бы правильнее сказать ей все это лично, но так будет легче им обоим. Он запечатал письмо и уже отдавал его ожидающей почтовой сове, когда привычным ударом боли пришел вызов от того, которого стараются не называть. А те, кто все же решается, называют Вольдеморт, с оттенком ненависти в голосе, или Мой Лорд, с оттенком почтения.



Глава 39.

Ожидание не слишком приятное занятие. С утра Люциус Малфой и Кей выбрались в город, где позвонили из уличного телефона Конерсу и убедились, что он принял их предложение и все готово к началу операции. Теперь оставалось только ждать. И вот мистер Малфой сидел за столом в маленькой кухоньке и наблюдал, как Кей готовит обед. Скажем честно, готовить она не умела. И это зрелище навело его на одну мысль.
- Думаю, мне следует побывать в Хогвартс, - обратился он к Кей.
- Зачем? - Кей оторвалась на секунду от нарезания салата.
- Хочу переписать завещание и оставить его там.
- Это так важно?
- Да, я хочу, чтобы в случае моей смерти вы получили некоторое количество денег. А то все это убожество... - он поморщился, окидывая взглядом кухню.
- А вы не боитесь, что я вас кокну из-за наследства? - рассмеялась Кей, - А если серьезно, то нет никакой необходимости. Выживание в мегаполисе всегда было моим любимым предметом.
- И все же мне хотелось бы быть за вас спокойным. Предположим, меня убьют...
- Нет, что вы, - остановила его Кей, - Это не предполагается.
- Ладно, предположим, я сейчас подавлюсь и умру. Что вы будете делать?
- Какое неуважение к моим кулинарным способностям, - хихикнула Кей, а потом стала серьезной, - Ладно, если хотите... Я исчезну. Подделаю документы, уеду куда-нибудь. В Россию, например. Там сейчас затеряться гораздо проще, чем не затеряться.
- Вы знаете их язык?
- Да, русский был моим третьим рабочим языком. Так что знаю...
И в этот момент Люциус почувствовал слабый укол боли в метке на руке. Прикрыв глаза и сосредоточившись на своих ощущениях, приглушенных заграждающим зельем, он понял, они дождались. Это действительно вызов. Подняв глаза, он увидел Кей, с беспокойством глядящую на него.
- Да, - просто сказал он.
Кей выскочила из кухни и села к компьютеру. Люциус встал рядом.
- Вы уверены? - спросила она.
- Да, абсолютно.
- Тогда включаю маячок, - ее пальцы забегали по клавишам.
На экране появилась карта, потом на нее легла яркая метка. Увеличив масштаб, Кей сказала:
- На карте здесь ничего нет. Видимо, он в Хогвартсе.
Точка медленно ползла по экрану.
- Ему надо выйти за пределы защищенной территории, чтобы аппарировать, - пояснил Люциус.
- Я думаю, вам тоже стоит взять маячок, - сказала Кей.
- Зачем?
- На всякий случай, - она протянула ему знакомого вида капсулу, и он убрал ее в карман. Хотя какой может быть случай. Если он будет в состоянии, то аппарирует. Если нет, то все будет уже неважно. Если придется аппарировать, не задавшись конечной целью, то, скорее всего он опять булькнется в ту же реку. По крайней мере, это следовало из теории аппарации. Но хотелось бы верить, что этого не случится.
Кей снова нажала на несколько клавиш и на экране поверх карты Лондона появилась еще одна яркая точка. Потом она снова вернулась к первому маячку.
- Так, он переместился. К счастью, не очень далеко от Лондона. Посмотрим, что здесь. Если верить кадастру, это здание усадьбы, построенное в конце девятнадцатого века. Было выставлено на продажу полгода назад, но заявку сняли уже на следующий день, - Кей читала появляющиеся на экране строчки, - Вот фотография.
- Да, это оно.
- Держите координаты, - Кей быстро переписала данные с экрана на листок бумаги.
- Я пойду, - он сложил листок, убрал его в карман и собрался аппарировать.
- Люциус, - остановила его Кей, - Удачи, - она улыбнулась.
На мгновение ему показалось, что она хотела сказать что-то другое, но думать об этом не было времени. Он аппараировал в темный подъезд пустующего дома на одной из окраин Лондона и, выйдя из него, вошел в телефонную будку. Снял трубку и стал набирать номер, печально усмехнувшись своим мыслям. За последние дни пользоваться магловской техникой стало для него так привычно. По телефону он сообщил Конерсу координаты резиденции Вольдеморта и уточнил место встречи.
Аппарировав за пределы Лондона в оговоренное место он стал ждать. Ждать пришлось недолго, очень скоро над головой раздался шум и рядом с ним приземлился... Кажется, маглы называют это вертолетом. Еще несколько висели в воздухе. Стараясь не выдать своего отношения к этой технике, он быстро залез в кабину. Пилот буркнул что-то приветственное, и машина поднялась в воздух. Люциус аккуратно положил руки на колени, чтобы не вцепиться судорожно во что попало. Это было совершенно не похоже на полет на метле.
Через некоторое время пилот хлопнул его по плечу, привлекая внимание.
- Мне необходимо посадить машину, - сказал пилот неестественно уверенным голосом, - Дальше лететь нельзя.
- Да, сажайте. И остальные тоже, - кивнул Люциус. Начала работать противомагловская защита.
Вертолеты сели прямо в поле. Оказавшись наконец на земле, Люциус стал ждать, когда подойдут люди из остальных машин. Дождавшись, он махнул рукой в сторону ясно видимого знакомого здания.
- Примерно через пятнадцать минут там появится здание. Это ваша цель. Вы должны атаковать сразу же, как его увидите, - сказал он.
- Но там же ничего нет, - удивленно сказал один из его спутников.
- Я же сказал, появится, - раздраженно отрезал Люциус и, повернувшись, пошел в сторону здания.
Вольдеморт был чудовищно сильным колдуном, и Люциусу Малфою ни за что не удалось бы снять поставленную тем защиту от магического проникновения. Но антимагловская защита куда проще. К тому же ломать, не строить. Плохо только, что ключевая точка этой защиты находилась в главном зале, где, как правило, проходили собрания упивающихся.
В дом Малфой вошел без проблем. И пошел к главному залу, произнося одновременно слова заклинания снятия защиты. Распахнув двери зала, он сделал шаг вперед. Все были в сборе. Люциус произнес последнее слово заклинания и почувствовал, как защита рухнула. В этот момент люди конторы должны были увидеть это строение и начать атаку. В этот момент Люциус вполне мог безопасно аппарировать прочь.
Но вместо этого он изобразил вежливый поклон и пошел вперед.
- Люциус, дорогой, - хищно улыбнулся Вольдеморт, - Ты решил вернуться к нам?
- Да, мой Лорд, - он склонил голову, - Я здесь, чтобы показать вам настоящего предателя. Позвольте мне? - говоря это, Люциус не останавливаясь шел через зал к Снейпу.
- Я жду, - произнес Вольдеморт.
- Он предатель, - Люциус небрежно ткнул палочкой в сторону Снейпа, - Позвольте, я предоставлю вам доказательства.
- Это ложь, - произнес Снейп, поднимая палочку и направляя ее на Люциуса.
- Экспеллиармус, - произнесло сразу несколько голосов, и профессор был обезоружен.
Люциус сделал еще один шаг вперед, прислушиваясь к нарастающему шуму снаружи. До Снейпа оставалось всего пара шагов. В это время окна начали с грохотом разбиваться и через них в зал стали влетать человеческие фигуры. Люциус прыгнул вперед, сбивая на пол Снейпа. Кей достаточно подробно описала ему действие автоматического огнестрельного оружия, и испытать это на своей шкуре совершенно не хотелось. Судя по всему, большинство присутствующих будут убиты в первые же секунды, не успев произнести ни одного заклинания.
Вцепившись рукой в мантию Снейпа, он начал произносить заклинание аппарации. Но в это время сквозь грохот выстрелов прорвался голос Вольдеморта, произнесший "Круцио" и тело Люциуса скрутила боль. Сквозь боль едва пробивалось удивление от того, почему это не была "Авада", и еще знание, что аппарировать отсюда надо немедленно. Борясь с болью, он еще раз произнес заклинание аппарации на это раз до конца, но способности сосредоточиться, чтобы представить точку перехода уже не оставалось и он, все еще вцепившись в Снейпа, аппарировал в никуда.
Ледяная вода привела его на мгновение в чувство. Он попытался вынырнуть, понимая, что это бесполезно. Тело не слушалось. В его сознании возникло странное чувство дежа-вю, которое сменилось подозрением, что все происшедшее с ним в последние дни - только бред умирающего мозга, отказывающегося признать, что все кончено. А потом все исчезло.

Ждать было страшно, гораздо страшнее, чем рисковать самой. Тогда просто нет времени на все эти глупые эмоции и переживания. Но сейчас ей оставалось только ждать. Кей сидела за столом и следила, как яркая точка ползет по карте на экране, приближаясь к другой яркой точке. Пока все шло по плану. Вот первая точка достигла второй, и они на какое-то время слились, а потом пропали с экрана. Кей, резко подавшись вперед, прикоснулась клавиатуре, уменьшая масштаб карты. Точки обнаружились в Лондоне. Кей опять увеличила масштаб, и замерла, пытаясь осознать увиденное. Потом вскочила на ноги, уронив стул, и метнулась к окну.
Вода недалеко от моста все еще волновалась так, будто в нее упало что-то тяжелое. Потом над поверхностью появилась голова. Одна. Темноволосая. Еще несколько ударов сердца Кей вглядывалась в поверхность воды, ожидая, что сейчас появится вторая. А потом развернулась и побежала. Замок на двери квартиры - потерянные секунды. Дверь за ее спиной хлопнула по косяку и снова распахнулась. Не важно. Подъезд выходит на другую сторону дома - лишняя задержка. Обломки кирпича под ступнями сквозь тонкие носки - обуться она забыла. И слишком быстро убегающее время...
Выбежав на набережную, она снова замерла. А потом спрыгнула вниз к воде, чтобы помочь профессору Снейпу вытаскивать на берег тело Люциуса Малфоя.
- Харвис?! - Сейп наконец-то обратил на нее внимание.
- Да, - она прижала пальцы к шее Малфоя, - Пульса нет. Магия может помочь? - и, не дожидаясь ответа, она откинула голову Малфоя, зажала ему ноздри и выдохнула в рот.
- Нет, - холодно ответил Снейп, - У меня нет палочки. Из-за него, - и, увидев, что Кей положила руки Малфою на грудь, чтобы делать массаж сердца, сказал, - Давайте, я. Я сильнее.
Тело Люциуса Малфоя под их руками оставалось совершенно безжизненным. Краем глаза Кей замечала, что рядом начали собираться любопытные. Сначала две девчушки лет шестнадцати. Одна замерла, глядя на них не отрываясь. Другая прижала руки к груди и громко сказала:
- Ой, жалко дядечку.
- Да, совсем молодой еще, - добавила подошедшая старушка с собачкой неизвестной породы.
Кей в очередной раз выдохнула воздух в легкие Люциуса. Самостоятельного дыхания не появлялось...
Молодая мамаша оттаскивала подальше свое любопытное чадо, закрывая ему глаза рукой...
Очередной выдох и случайная мысль, интересно, откуда Северус Снейп знает магловские приемы реанимации...
- Давно они так уже? - молодой голос.
- Я минут пять, как смотрю.
- Похоже, поздняк метаться...
Очередные нажатия на грудину, очередной выдох искусственного дыхания...
- Наверно, надо позвонить в службу спасения?
- Пока они сюда приедут и здоровый помрет. А тут уж что...
Очередные нажатия. Очередной выдох...
В этот момент Кей показалось, что по телу под ее руками прошла легкая судорога. Нет, наверное, все-таки показалось. Но так хочется принять желаемое за действительное...

Надо же, как это больно - дышать. Легкие свело судорогой, он попытался перевернуться на бок, чтобы откашляться. Но ему это не удалось бы, если бы не помогли чьи-то руки. Знакомый голос над головой:
- Надо перенести его в помещение. Здесь не далеко. Ребята, поможете?
И снова темнота.
Очнувшись в следующий раз, он почувствовал, что его раздевают. Опять голоса:
- Вам все-таки придется мне все рассказать! - раздраженно.
- И как вы меня заставите, интересно знать, - вежливость тона явно не соответствующая словам.
Такие знакомые голоса и интонации. Люциус улыбнулся и постарался открыть глаза.
- Как вы? - в поле его зрения появилась Кей.
- И он еще улыбается! - недовольный голос Снейпа.
Его лица Люциус не успел увидеть, потому что глаза снова закрылись.
- И не вздумайте умирать! Вам еще предстоит многое мне объяснить, - еще успел он услышать слова Снейпа и провалился обратно в темноту.
Следующее пробуждение было куда более приятным. Ему было тепло и почти ничего не болело. Кажется, он лежал в кровати, укутанный одеялом. Просыпаться до конца и открывать глаза не хотелось, и он просто лежал, наслаждаясь покоем. В это время кто-то аккуратно поднял его руку, видимо, проверяя пульс. Но потом его руку не отпустили, а оставили в своих руках, ласково проводя по его пальцам своими. Потом к его руке прикоснулись губами, и он открыл глаза.
- Доброе утро, - улыбнулась Кей, - Я так и думала, что вы проснулись.
- Что, уже утро? - удивился Люциус.
- Да, вы провалялись почти сутки.
- Как вам удалось меня вытащить?
- Это Снейп, я ни при чем. А вы все-таки решили не оставлять его там?
- Скажете, это было глупо?
- Это было по-гриффиндорски, - засмеялась Кей.
- Мерлин, только этого не хватало, - поморщился Люциус, - А сам Снейп где?
- Позаимствовал вашу одежду и отправился в Хогвартс. Магловским транспортом, - Кей снова улыбнулась, - Я нарисовала ему схему.
- Представляю себе... - Люциус попытался сесть в постели, и ему это удалось, - Думаю, мне тоже надо заняться делами.
- Неплохо бы, - кивнула Кей, - Но сначала вам надо поесть. Одевайтесь пока, - и она вышла из спальни.
- Что вы собираетесь делать? - спросила Кей, когда они сидели за столом.
- Прежде всего, куплю новую палочку. Нет, ну надо же, - он покачал головой, - Утопил уже вторую меньше чем за месяц.
- Да, - вздохнула Кей, - А я из-за вас там очки утопила.
- Не замечал у вас проблем со зрением.
- О, это были такие очки! С нулевыми стеклами, чтобы не портить глаза... Они мне так восхитительно не шли. Придется искать другие.
- Маскировка? - Люциус смотрел на Кей, ясно понимая, что еще немного, и их пути снова разойдутся.
- Она самая. Ладно, ерунда это. Конерсу вы будете звонить?
- Пожалуй. Вежливо попрощаюсь и пожелаю дальнейших успехов. И еще надо побывать в Министерстве и убедиться, что они всерьез отнеслись к предупреждению и модифицируют противомагловую защиту.
- Да, вы правы. Это важно, - Кей кивнула.
- И еще мне надо возбудить дело о разводе. Кей... - он ненадолго замолчал, - А что вы будете делать?
- Думаю, мне стоит пойти с вами.
- Я не имею в виду сейчас.
- Ну, вы же обещали конторе. Я исчезну. Прислать вам открытку? - ее улыбка показалась ему на удивление неестественной.
- Кей, - начал он, глядя ей в глаза, - Я понимаю, что я еще не свободен. Но я должен спросить вас прямо сейчас, пока вы еще здесь. Вы выйдете за меня замуж?
- Не надо, - Кей покачала головой, - Только не надо играть в благородство.
- Это не игра. Я совершенно серьезен и хочу, чтобы вы были со мной. Вы мне отказываете?
- Да, Люциус. Я не выйду за вас замуж. Но, если хотите, я останусь с вами, - она улыбнулась так, как будто это было больно, - В грехе. До тех пор, пока мы оба хотим этого.
- Почему вы отказываете?
- Потому что не хочу писать вам прощальное письмо, - Кей опустила глаза.
- А если мы не будем обвенчаны, то вы не уйдете? Не могу понять вашей логики.
- Нет, если мы не будем обвенчаны, то оба будем знать, что это не навсегда. Но я не навязываюсь, - она резко поднялась.
- Кей, - он тоже встал, - Подожди, - он шагнул к ней, обнял за плечи, притягивая к себе, и прошептал, - Прошу тебя, останься.
Она подняла голову и их глаза встретились... А потом встретились и губы и все важные дела были пока забыты.



Глава 40. Эпилог

Среди вещей Гермионы Грейнджер так, чтобы не дай Мерлин не потерять, и так, чтобы никто не увидел, хранилось одно письмо. Письмо, написанное аккуратным почерком, знакомым каждому ученику Хогвартса по ненавистным урокам зельеделия. В этом письме было много умных и правильных слов. Слов про то, что она так молода, а он уже, увы, нет. Про то, что у нее еще все впереди. Про то, что есть вещи, которые нельзя доверить бумаге, но она про них знает. Про правила Хогвартса... Но письмо хранилось не из-за этих слов. В нем еще была одна приписка. Сначала написанная и зачеркнутая. Но потом написанная еще раз. Она гласила: "Если вы захотите обсудить это, я готов поговорить с вами на вашем выпускном балу. Запомните, на выпускном балу, и только если вы этого захотите".

Где-то в Восточной Европе настала ночь. Нарцисса в белом бальном платье тенью скользила по залам старинного замка, который вполне мог бы послужить приманкой для туристов, будь он нанесен хоть на одну карту. В это время в одно из распахнутых ночному холоду окон влетела сова. И закружилась над ней, словно не узнавая свою хозяйку. Но потом все же решилась и села на широкий подоконник. Нарцисса забрала у нее письмо официального вида и, сломав печати, стала читать. А, дочитав, скомкала и прошептала:
- Вот как, любимый. Развод и никаких денег. Ты пожалеешь.
Неестественно быстрым движением она схватила сову и, кажется ногтями, полоснула по шее. Птица забилась в ее руках и обмякла. А Нарцисса с явным удовольствием прижалась губами к ране. Насытившись, отбросила тушку от себя и хищно улыбнулась, явив миру свои белоснежные зубы со слишком острыми клыками. Потом повернулась, словно в танце. И замерла перед зеркалом, в котором ничего не отразилось.
- Будь готов, мой милый, - неестественно рассмеялась она, - Дважды я звала тебя. На третий ты не сможешь отказаться, - И она послала воздушный поцелуй зеркалу.

На полу в спальне гриффиндорских семиклассников под кроватью Рона Уизли валялся свиток с проверенной профессором Трелани работе по магловским гаданиям. Он был полуразвернут. И, если бы кто-нибудь взял бы его в руки то прочитал бы следующую фразу "Вторая карта судьбы - дама пик, интриганка, женщина злая и темноволосая". Но кому захочется лазать в пыли под кроватью...

Тот, кто был известен как мистер Конерс, встал из-за стола, вертя в руках какую-то фотографию, и подошел к окну. За окном ехавший по краю проезжей части велосипедист засмотрелся на что-то, невидимое из окна, и упал. Потом начал вставать, отряхиваясь, но мистер Конерс смотрел уже не него. Его внимания привлекла появившаяся в поле зрения девушка. Изящная, с гривой вьющихся темных волос. Кожаные брюки и куртка из крашеного меха. На своих высоченных шпильках она передвигалась с той естественной грацией, которая достигается лишь упорными тренировками. Он не видел из окна, но знал, что в чертах ее лица заметна легкая примесь восточной крови, придающая им изысканную красоту. Ее кожа даже английской зимой имела оттенок легкого загара. Хотя такой оттенок был характерен для всех подопытных в одном старом эксперименте. Агент Мин прибыла по его вызову. Ожидая ее, он снова взглянул на фотографию, на которой были запечатлены памятный ему светловолосый мужчина и юноша, похожий на того достаточно, чтобы предположить их кровное родство.

Человек в белом халате, накинутом поверх строгого костюма, шел по лишенному окон коридору, отпивая на ходу кофе из пластикового стаканчика и привычно кивая охранникам. Дойдя до бронированной двери, он бросил стаканчик в урну. Потом провел по замку пластиковой карточкой, которую достал из нагрудного кармана и приблизил глаз к круглому отверстию, чтобы система безопасности опознала его по радужке глаза. Опознание прошло успешно, и двери медленно открылись. Войдя в тамбур, он подождал, пока внешняя дверь закроется, и набрал на внутренней двери код. Открыв ее, он вошел в помещение, заполненное медицинской аппаратурой, подключенной к телу, лежащему на столе. Девушка, которая, сидела за компьютером поднялась, приветствуя его. Он посмотрел на показания приборов, пробежался пальцами по клавиатуре компьютера, бросил рассеянный взгляд на лежащую на столе фигуру. Его мысли сейчас занимало то, как пригласить девушку на вечеринку и согласится ли она после этого пойти к нему домой. Решившись, он начал наступление, девушка заулыбалась, и оба они не заметили, как заскакали цифры на индикаторах, и как лежащее тело шевельнулось и открыло свои отсвечивающие красным глаза. Но потом глаза закрылись, и все опять успокоилось.

В один из первых зимних дней в том уголке земли, который люди называли запретным лесом, между двумя чудом не упавшими колоннами развалин забытого храма мерцала призрачная дымка, странно искажая очертания видимого сквозь нее. От стоящей рядом с ней группы кентавров отделился еще один и, не оглядываясь, прошел сквозь нее, словно растворившись в этой дымке. Кентавры уходили. Мир изменился, чтобы никогда не стать прежним...



"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"