Гарри Поттер и Душа Дракона

Автор: DarkAngel
Бета:нет
Рейтинг:PG-13
Пейринг:ГП, ГГ, СС, АД, ЛВ, Пушок
Жанр:Action/ Adventure
Отказ:Все что есть, кроме мной выдуманных событий и персонаже - безусловно принадлежит тётушке Ро. За что ей спасибо.
Аннотация:Это, по сути, не краткое содержание или описание, а мое обращение к тем, кто будет нижеследующее читать. К прочтению обязательно, дабы кое-что прояснить. Сей фик задумывался довольно давно, впрочем, и закончен он был еще летом 2005 года. Я не пытался написать что-то великолепное, для такого у меня не хватит ни опыта, ни таланта. Те описания событий, действий, а так же некоторые вещи, которые здесь есть, на момент написания в большинстве своем были оригинальны и неповторимы, потому что при сочинении я пытался сделать что-то необычное и старался избежать многочисленных штампов, коих в фикрайтерстве о мире поттерианы набралось выше крыши. Поэтому если вы что-то и найдете, что покажется вам штампом и плагиатом, то знайте, в тот момент, когда фик был написан (не выложен в Интернете, а именно написан) это вряд ли можно было встретить в других фиках русскоязычного фандома. Хотя не исключаю, что что-то и было, всего я прочитать просто не в состоянии. Фик далеко не шедевр, и, на мой взгляд, слишком сух. Не хватает в нем отчасти эмоциональности, отчасти деталей. Критика не приветствуется в любом виде. Книга состоит не из привычных всем глав. Немного подумав, я отказался от такого деления. Все повествование просто разбито на четыре части: Пробуждение, Потери, Три сути и Исполнение. Названия, быть может, и покажутся смешными или не к месту, но это всего лишь разбиение повествования, такое, каким оно мне нравится. За положительные отзывы большая благодарность, но они не обязательны. Отрицательные же и вовсе не к месту, поскольку свое творчество (язык едва поворачивается ЭТО называть творчеством) я выше плинтуса никогда не поднимаю, а, следовательно, гневные и не очень высказывания, также, как и даже справедливая и разложенная по полочкам, критика, ни на сам фик, ни на меня, не повлияют ни в какой мере. За сим позвольте выразить свою благодарность за то, что все же начали его читать (а вот закончите ли?) и откланяться.
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Закончен
Выложен:2006-02-23 00:00:00 (последнее обновление: 2006.08.11)
  просмотреть/оставить комментарии


Глава 0. Иллюстрация

Автор: Curlyhair (АКА Надежда) по заказу Lexa
Название: Демон Поттер ("Душа дракона" и "Враг внутри")
Рейтинг: R
Жанр: Dark adventure
Аннотация: Вольное изображение Поттера в его демонической ипостаси...








Глава 1. Часть первая. Пробуждение - 1

«Темнота… такая приятная и обволакивающая. Она не спрашивает ничего, не пытается поучать или лезть в твою жизнь. Ей не нужно ничего рассказывать. Ничего. Так приятно сидеть с закрытыми глазами и ни о чем не думать. Это конечно не выход, но так приятно… А они? Что им от меня надо? Ты, видите ли, должен спасти этот грёбаный мир от того, кого и убить то нельзя. А чем платит этот мир? Суета, постоянные попытки перетряхнуть всю личную жизнь в попытке узнать, что я ел на завтрак. Зачем? Что, кому-то интересен мой рацион? Как будто трудно оставить меня в покое. Да с такой рекламой старине Тому не надо будет шпионить за мной, все и так можно прочитать в газетах. Интересно. Сидит Воландеморт и читает Ежедневный Пророк: "А-а-а! Сегодня наш-ш-ш Поттер идет в магазин за продуктами! Пос-слать дес-с-сяток дементоров!" Вот и спасай таких идиотов, которые прохода тебе не дают. Знали бы они, что такое находится рядом с этим змеиным выродком, который пытает тебя и, заодно, рассказывает, как убивал твоих родителей. А взгляд такой, что любой от страха сознание потеряет, лишь посмотрев на секунду в красные глаза, пылающие адским пламенем. Ну, или почти любой. Но тем не менее. И они хотят, чтобы семидесятилетнего опытнейшего и сильнейшего черного мага уничтожил шестнадцатилетний подросток. Ха! Ну, везло мне, удавалось уйти, но и то, не без чьей-либо помощи. Вряд ли я смогу что-то сделать, если снова столкнусь с ним один на один, и при этом он не будет трепаться о том, сколько раз я рушил его планы, а просто скажет Авада Кедавра и все…»
Такие мрачные мысли, как разозленный пчелиный рой, витали в голове шестнадцатилетнего подростка, который сидел за столом с закрытыми глазами, откинувшись на стуле. Рядом со столом стояла клетка, в которой сидела белая полярная сова по имени Хедвига и тихо ухала во сне. На столе и под столом стопками лежали книги по различным предметам школьной программы. На обшарпанной тумбочке, стоявшей рядом со старой, почти разваливающейся кроватью, стояла пара фотографий. На первой из них танцевала счастливая пара – родители Гарри, а на второй – Сириус, Гарри, Рон и Гермиона в гостиной дома Сириуса на площади Гриммо, 2, в штабе Ордена Феникса.
«Сириус… Очередная жертва его войны с Воландемортом. Именно его Войны. Так как, что бы ни делал Темный Лорд, все сводилось к одному – убить Гарри. Он был как кость в горле темного мага. Как же, ведь он в годовалом возрасте смог развоплотить Воландеморта, не убить, хотя бы развоплотить. Но этого было вполне достаточно, чтобы вызвать его пожизненный гнев на себя. Он, Великий Лорд Судеб Воландеморт, не мог спать спокойно, зная, что мальчик жив. Вот зараза! Будь проклята эта миссия по уничтожению Воландеморта!»
– Поттер! Иди ужинать! Тебя ждать никто не будет! – дядя Вернон протопал как слон мимо двери комнаты Гарри, направляясь на кухню.
– Да когда кончится мое наказание в виде Дурслей! – проворчал Гарри, вставая со стула.
Он направился на кухню, на ходу обдумывая очередной способ отвертеться от гневных нападок его магглов-родственников. Так ничего вразумительного и не придумав, он сел за стол под ненавидящие взгляды Дурслей. На ужин ему досталось немного салата и пара корок хлеба. Сжевав все это с самым мрачным видом, Гарри встал из-за стола и пробормотав «Спасибо», пошел в свою комнату. Заснуть он так и не смог. От долгого задавания вопроса «Зачем?» сам себе, он уже не помнил, почему сам себя об этом спрашивает. Вся его жизнь стала для него сплошным «ЗАЧЕМ И ПОЧЕМУ». А ответа на этот вопрос он не в силах был найти. Не в силах больше ни о чем думать, Гарри уснул беспокойным сном. Ему снились кошмары: Сириус, падающий в Арку, мертвое тело Седрика, возрождение Воландеморта, дементоры. Ужасные картинки сменяли друг друга, заставляя Гарри все громче и громче стонать. Вдруг Поттер открыл глаза. При этом находясь во сне, он увидел странный огненно-оранжевый свет, приближающийся к нему, вначале казавшийся маленькой далекой звездочкой. Раздался мощный, сильный голос, который говорил на странном языке, напоминающем серпентарго, но не похожий на него, звучавший, словно рокот воды в водопаде или снежной лавины, сходящей с гор. По началу Гарри не понимал ничего из того, что слышал. Огонек, тем временем, приближался, и на парня стали накатывать волны жара, проникающего насквозь и обжигающего все внутренности. Уже можно было различить, что это не огонек, а два огненных глаза с кошачьими зрачками-щелочками. Вдруг Гарри понял, что понимает слова: «…ничего не бойся… чтобы не случилось… мы с тобой…»
Он вскочил с кровати в поту, на него как будто вылили ведро воды. Свесив ноги с кровати, Гарри начал судорожно думать. Что же это было? Не Воландеморт, это точно, шрам не болел. Тогда что? Или кто? Кто еще мог обладать такой силой, чтобы запросто проникать в его разум? Воландеморт мог так делать, но только из-за связавшего их проклятия… Надо ли писать Дамблдору? Немного поразмыслив, Гарри решил не писать. Голос не сказал ничего плохого, даже что-то говорил о поддержке. Нет, никто не должен знать. Гарри поежился от холода, потому что его пижама, промокшая в поту, быстро остыла, и с каждым движением, прилипая к телу, заставляла вздрагивать. Он переоделся в сухую пижаму и попытался уснуть.
Утро выдалось невеселое. По небу метались рваные тучи, то и дело заслонявшие солнце, а ветер выл, как волк на луну. Гарри с трудом заставил себя встать и умыться. Так как до завтрака было еще далеко, а Дурсли терпеть не могли, когда он являлся на завтрак, обед или ужин хоть на одну минуту раньше. Впрочем, и позже тоже. Поэтому молодому магу ничего не оставалось делать, кроме как закончить ненавистное задание на каникулы по Зельям. Ему нужно было описать состав и способы приготовления маскирующих зелий, а так же свойства рога единорога. Написав около одной трети положенного, Поттер опять задумался над вчерашним сновидением. У него было такое ощущение, что эти глаза отогнали кошмары. Он не испытывал ужаса или ненависти, как при видениях о Воландеморте, были лишь уверенность, спокойствие и чувство странной теплоты, разливающейся по венам. Опять с ним творится что-то не то. И почему всегда с ним? Гарри испытывал странную апатию: после всего того, что с ним произошло за все неполных семнадцать лет жизни, он не боялся ничего. Или ему было все равно. Вместо чувства жгучей мести к Воландеморту была какая-то раздраженность, словно Воландеморт – муха, случайно залетевшая в глаз, причем неоднократно. Дамблдор – больничная сиделка, которая не дает встать. Друзья – груз, хоть и дорогой, но мешающий свободно передвигаться. И он один, стоящий на распутье и не знающий куда повернуть. И рядом нет никого, кто мог бы реально помочь.
Юноша выругался про себя и посмотрел в окно. Погода буквально на глазах изменилась. Ветер стих, перестав беспокойно лохматить кроны деревьев, тучи исчезли, оставив ясное небо целиком и полностью во владение солнцу. Гарри решил непременно сходить сегодня на прогулку.
В дверь кто-то заколотил, словно пытаясь выбить. Судя по силе ударов, это был молодой и жирный свин по имени Дадли.
– Что? – недовольно спросил Гарри, разозленный тем, что его оторвали от размышлений.
– Жрать иди, заморыш! Или тебе вообще ничего не достанется! – Дадлик был в своем репертуаре – уж кто-кто, а он никогда не упускал повод поиздеваться над Гарри.
Поскольку деваться было некуда, а есть надо было хоть что-то, то Гарри поплелся на завтрак.
– Доброе утро, тетя Петуния. Доброе утро, дядя Вернон. – юноша сел за стол.
– Каким тоном ты с нами разговариваешь, сопляк? – как всегда ни с чего начал дядя.
– Ты должен оказывать нам глубочайшее почтение, за то, что мы для тебя сделали! Неблагодарный! Жду, не дождусь, когда ты исчезнешь из этого дома и перестанешь портить нам жизнь своим присутствием!
Гарри начинал медленно закипать, но, понимая, что еще одна перебранка с утра пораньше ничего хорошего не принесет, попытался взять себя в руки.
– До моего семнадцатилетия осталось девять дней, поэтому долго вам ждать не придется. – с раздражением в голосе сказал он, сжимая под столом кулаки так, что ногти глубоко впились в кожу. – Меня скоро заберут.
– Да уж, поскорей бы! Наверно подашься к своим чокнутым дружкам? – съязвил Дадли.
Гарри спокойно встал, посмотрел на Дадлика фирменным взглядом в стиле "а-ля Воландеморт", от которого молодой порось, а точнее боров, если учесть размеры, сжался на стуле, ожидая, что ему сейчас опять что-нибудь вырастят. Однако ничего не выросло, а маг спокойно пошел в свою комнату, не обращая на разъяренный рев родственников, и их обещания оставить его без еды.
«Как они меня достали! Словно я не человек, а монстр с ужасной наружностью… Остались долгих девять дней, и я уйду отсюда, и меня даже Воландеморт сюда не затащит!»
Порешив на том, что девять дней в обществе Дурслей не самое тяжелое испытание, выпавшее на его долю, он переоделся в одежду получше, и пошел прогуляться. На улице стояла прекрасная погода. Восходящее солнце тепло и мягко освещало улицу, испаряя утреннюю росу, блестевшую на газоне, а прохладный бриз приятно щекотал кожу. Гарри решил сходить в парк и посидеть в одиночестве. Но, задумавшись, он брел, куда глаза глядят, и когда обратил внимание, где находится, то увидел маленький скверик с несколькими скамейками и игровой площадкой для детей. Присев на одну из скамеек, закрыл глаза, расслабился и задремал.
…Гермиона со своим хроноворотом, Клювокрыл, Сириус, Макнейр и Фадж, пришедшие казнить гиппогрифа, профессор Люпин… Перед глазами замелькали лица и события третьего года обучения Гарри в Хогвартсе. Сердце отдалось болью. Внезапно юноша опять открыл глаза и невидяще уставился вперёд. Видел он на самом деле не детей, игравших на площадке, и не приятную зелень деревьев, росших в сквере. Он видел высокую скалу, словно находящуюся на краю света, утопающую в солнечных лучах. На скале стоял человек, раскинув руки в стороны, словно ожидая чего-то. Воздух вокруг него словно сгустился, закручиваясь в тугую спираль. Вначале мелькнул свет, но он исчез столь же быстро, как и появился. На смену ему пришла багровая чернота, окружившая фигуру на скале. Внутри темно-красного облака слабо сверкнуло, будто молния в тучах, и слуха Гарри достиг странный звук – смесь крика и невероятно мощного рева, явно принадлежащему кому-то большому и страшному. Затем картинка сменилась. Теперь это были облака, но не сверху, а снизу. Гарри всем телом ощущал полет, как будто сам парил на бешеной высоте, рассекая воздух и радуясь солнечному свету. Вспышка, и вот он видит Хогвартс, удаляющийся все больше и больше, толпа учеников у замка и девушка, плачущая стоя на коленях. Гарри вздрогнул от неожиданности, вновь услышав голос. «…не бойся… чтобы не случилось… мы с тобой… душа проснется…» Картинка вновь сменилась, теперь это были пожиратели, направлявшиеся к нему через сквер. Дети куда-то исчезли, лишь качели, не успев еще остановиться, скрипели в оглушающей тишине.
«Стоп! Пожиратели? Сквер? ПОЖИРАТЕЛИ?!»
Гарри вырвался из состояния оцепенения, поняв, что это не сон, и принялся судорожно соображать.
«Черт! И надо же было так попасться! И палочку забыл! Надо что-то делать, вот только что именно?»
Тем временем Пожиратели окружили его кольцом и дружно прошептали какое-то заклинание.
– Ну что, попался Поттер? Наконец то ты отправишься на тот свет, и не будешь мешать нашему господину! – Гарри сразу узнал голос. Это был его враг номер два после Воландеморта – Беллатрикс Лейстрандж. Внутри все взорвалось гневом и ненавистью, до такой степени, что он готов был задушить ее голыми руками. Она сняла маску, закрывающую лицо, и подошла к мальчику.
– Господин сейчас придет сюда и уничтожит тебя!
– Беллатрикс, а ты не думала, что твой хозяин опять обломает об меня свои змеиные зубы? Хотя, что я говорю, вы же и думать не умеете, только такие идиоты могут стать рабами Воландеморта! – зло прошипел Гарри.
Беллатрикс позеленела от услышанного и наотмашь ударила Гарри по лицу, разбив губу.
– Поттер, не смей так называть нашего господина! Если бы он не хотел убить
тебя сам, то я бы уже давно размазала тебя по земле! – Да ну! – Гарри решил стоять до последнего. – Ты даже муху прибить не сможешь, если тебе не прикажут? Теперь я точно уверен, что у Воландеморта не соратники, а слуги! Рабы! Вами управляет какой-то недоразложившийся червяк с красными глазами, продавший душу черт знает кому!
Внезапно резкая боль в шраме заставила его замолчать. Все пожиратели склонились в низком поклоне, а за спиной Гарри раздался шипящий голос, звук которого заставлял трястись, как от сильного холода. Юноша повернулся и увидел в паре шагов от себя Воландеморта, чья, зловещая и нагоняющая страх, фигура возвышалась над остальными пожирателями на целую голову.
– Браво, Поттер, браво! Сколько героизма и отваги! Вот только тебе они не помогут. Ты все равно умрешь сегодня! – уголки безгубого рта приподнялись в страшной усмешке.
– Иди к черту, Том! Тебе не надоело меня убивать? Я не испытываю никакого удовольствия от ежегодных стычек с тобой. – Гарри словно прорвало, страх куда-то испарился, уступая место сарказму. – Ты даже убить не можешь по нормальному! Вместо того, чтобы что-то сделать, ты затеваешь треп по поводу того, как завоюешь весь мир и ничто тебя не остановит!
Пожиратели забормотали что-то про себя, поражаясь такой наглости, ведь никто раньше не осмеливался ТАК ДЕРЗКО разговаривать с их господином. Те, кто все же начинали так говорить – речь свою до конца не произносили. Глаза Воландеморта полыхнули красным пламенем.
– ТИХО! – рявкнул он, и, словно повинуясь ему, все вокруг замерло: пожиратели, застывшие в немом ужасе, птицы, беззаботно чирикавшие на деревьях, и , наконец, сам Гарри, напрягшийся до боли в мышцах. – Как ты смеешь разговаривать так со мной, Великим Лордом Судеб! Ты ничто предо мной!
– Да убьешь ты меня, наконец, или я сам собой покончить должен, так и не дождавшись, когда ты кончишь болтать? – юноша понимал, что ему конец, но все равно не боялся. Что-то давало уверенность, но вот что именно это было, он понять не мог.
– Так-так… Юный Поттер храбрится… Ты сам просишь о смерти? – Воландеморт ухмыльнулся. – Не думал, что так будет… Лорд всегда выполняет свои обещания. Я обещал тебе смерть, так получай! АВАДА КЕДАВРА!
Последнее что помнил Гарри – зеленая вспышка, летящая к нему, пожиратели, отшатнувшиеся в страхе, что проклятье настигнет их, маленькая птичка, замершая ,словно в стоп-кадре, в небе у ближайшего дерева, и фраза «…ничего не бойся…». Дальше была темнота.

Он ничего не чувствовал, не ощущал и не помнил. Вокруг непроглядная тьма, плотная, вязкая, мешающая двигаться. «Кто я? Где? Зачем?» БУМ! Вопросы ударяли по сознанию как кувалда…
«Ты это ты. Ты там, где ты есть. Потому, что так должно быть»
«Очень конкретная информация. Кто ты?»
«Я это я. Я это ты. Ты это я»
«Но как? Раздвоение личности у меня что ли?»
«Нет. Можешь не беспокоиться, ты не псих»
«А, получается, я сам с собой разговариваю. Я, что, умер?»
«Нет. Ты там, куда никто кроме тебя попасть не может»
«Ну, ладно, убедил. А как это называется?»
«Это не имеет названия. Слова – ничто, особенно здесь»
«Но мы же говорим. Причем словами»
«Нет. Ты просто воспринимаешь это так, как тебе наиболее удобно»
«Ага. Значит, я могу говорить хоть на серпентарго, ты все равно меня поймешь?»
«Во-первых – здесь не говорят. Во-вторых – ты это я, а я это ты. Разве ты можешь не понять сам себя?»
«Теперь я понял. А что дальше?»
«Скоро ты вернешься в свою физическую реальность. Но никто не должен знать про этот разговор»
«А почему я не помню кто я? И буду ли я тебя слышать там?»
«Когда очнешься, вспомнишь. Да, мы будем разговаривать, но иногда. Самое главное не бойся. Ничего. Никого. Не задавай вопросов, почему это происходит, и не ищи ответов на них. Ты узнаешь все тогда, когда придет время для этого»
«А когда придет время?»
«Вот ты и задал первый ненужный вопрос. Оно придет тогда, когда нужно. Это время, и от него никуда не денешься. Это часть мира. А теперь открой глаза»
Свет. Яркий, белый, ослепляющий свет.

Гарри зажмурился от непривычно яркого света в помещении, словно он сидел в темноте, по меньшей мере, год. Память была на месте. «Интересно, где это я, и сколько я тут валяюсь? Последнее, что я помню, была Авада Воландеморта… А потом темнота и этот голос… Странные вещи творятся!»
Он попытался пошевелиться, проверяя наличие конечностей. Тело неохотно, но все-таки реагировало на приказы. Проверив, что руки и ноги на месте, Гарри попробовал сесть, но тело отказалось, и он почувствовал сильную слабость.
«Наверно я тут очень долго лежу»
Оставив попытки сесть, Гарри нашарил свои очки, лежавшие справа на прикроватной тумбочке и огляделся, с удовлетворением заметив, что находится не в больнице, а в обычной комнате маггловского дома, с уютной обстановкой. На окне висели небольшие шторы в цветочек, пол застлан пушистым ковром серого света, напоминающем мех. На стенных обоях серо-голубого цвета причудливый геометрический рисунок напоминал не то паутинки, не то трещины. Но первое, что бросалось в глаза – наличие огромного количества книг всевозможных размеров и цветов, аккуратно составленных на полках. Если бы не кровать, на которой лежал Гарри, то можно было подумать, что он оказался в чьей-то домашней библиотеке. Рассматривая это книжное многообразие, Гарри сразу вспомнил Гермиону. Вот кто-кто, а она точно была помешана на книгах.
Девушка могла дать фору любому книголюбу, а ее познания для ее же возраста были просто колоссальными. Гарри представил себе Гермиону, и улыбнулся.
«Интересно, чем она сейчас занята? И как там Рон, Джинни, близнецы?»
Видимо запас сил на сегодня был исчерпан, и юноша почувствовал, как голова пошла кругом. Устроившись на подушке поудобней, он окунулся в приятную дрему. Он проснулся от ощущения чьего-то присутствия. Решив, что выгодней будет подождать, пока этот кто-то не проявит себя, он остался лежать с закрытыми глазами. Минуты через две что-то скрипнуло, и Гарри услышал звук шагов, заглушаемый мягким ковром.
– Ну, как он? – спросил незнакомый голос, судя по тембру, принадлежавший женщине. – Еще не очнулся?
– Нет. Вот только цвет лица изменился. Он, сейчас хотя бы, уже не выглядит, как тяжело больной. – Гарри был готов поклясться, что голос принадлежал Гермионе. – у него даже румянец на щеках появился.
– Ты так о нем беспокоишься! Не волнуйся, с ним все будет в порядке. –успокаивающе сказала женщина. – Здесь с ним ничего не случится! – Но, мама, он же мой лучший друг! Без него я не я! Мы столько вместе пережили! – взволнованно сказала Гермиона. – Ты думаешь, я бы оставила школу, если бы это был другой человек?
– Ну, ладно, Гермиона, не волнуйся, все образуется! – тихо произнесла ее мать. – Иди лучше завтракать, он никуда не исчезнет. – Сейчас, только еще пять минут посижу и пойду!
– Хорошо.
Мать Гермионы вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.
«Значит я и правда у Гермионы дома. Интересно, а что я тут делаю, это, наверно, последнее место, где я мог оказаться. Проверим реакцию Гермионы на мое возвращение из небытия!»
Гарри открыл глаза и посмотрел на Гермиону, сидящую возле него на кровати. Она не заметила, что он на нее смотрит, так как девушка невидящим взором глядела на стену, теребя уголок одеяла. Полюбовавшись ей, он тихо позвал ее.
– Гермиона… – осипший голос звучал непривычно.
– Га… Гарри! – радостно вскрикнула она и схватила его за руку. – Ты очнулся! Как я рада! Ты не поверишь, Гарри, мы все так за тебя переживали, никто не знает, что с тобой случилось, тебя нашли в каком-то сквере, лежащим без признаков жизни, уже было чуть не подумали, что ты умер. Но Дамблдор сказал, что ты жив, и тебя принесли сюда, и ты два месяца вот так вот пролежал! Но Дамблдор сказал, что ты поправишься! Для тебя даже Снейп старался, он столько зелий принес, и мы тебя отпаивали ими все это время, но тебе почему-то не помогало, а сегодня ты пришел в себя! Гарри, ты не знаешь, как я рада!
Девушка, со слезами на глазах, перестала тараторить и обняла его так, что ребра затрещали.
«Ох уж мне эти сентименты! Хотя приятно, конечно, но ребра жалко…»
– Гермиона, тут я, тут, и никуда пока не денусь! Пожалей мои ребра, пожалуйста! – тихо сказал Гарри.
– Ой, извини, я не хотела! – Гермиона отпустила его, изрядно покраснев при этом. – Как ты себя чувствуешь?
– Да сегодня вроде по лучше. Вчера меня хватило только на то, чтобы один раз пошевелиться.
– Вчера?! Так ты уже вчера пришел в сознание? А почему ты никому не сказал?
– Ну, во-первых, никого рядом то и не было, а во-вторых, я через пять минут опять вырубился. То есть уснул сном праведным. – Гарри почесал лоб.
– Зато как сейчас есть хочется!
– Я тебе сейчас принесу! – Гермиона соскочила с кровати.
– Нет, подожди, я лучше с тобой пойду, думаю, будет лучше, если я встану. У меня все тело затекло. – Гарри огляделся вокруг в поисках одежды. – Вот только чего бы одеть, а то в пижаме идти не удобно…
– Но, Гарри, тебе нельзя вставать, ты еще слаб! Да, если бы здесь была мадам Помфри, ты бы никуда не пошел! – Гермиона тряхнула головой. – Ты же болен!
– Я? Нет, я не болен, просто это последствия Авады Воландеморта… – Гермиона села на кровать и в ужасе прикрыла рот рукой. – Да не беспокойся ты так! Не умер же! К тому же, если бы здесь была мадам Помфри, я бы сбежал отсюда недели на две раньше. Ее запреты на разговоры и перемещения больных действуют удивительно полезно для последних! – Гарри вспомнил, сколько времени он провел в больничном крыле и усмехнулся. – А ты что, думаешь меня остановить?
– Ну да, Гарри Джеймс Поттер, вас остановишь! – смиренно произнесла Гермиона и достала ему из небольшого шкафа джинсы и футболку. – Вот, одень это.
– А… Может ты выйдешь, а то мне как-то неудобно…
– Я тебя за дверью подожду, пока ты переодеваешься.
Гермиона вышла, оставив Гарри одного. Он сел на кровати и почувствовал, как голова опять начинает кружиться. Однако, успешно совладав с этим, юноша снял пижаму и надел джинсы с футболкой. Встав, Гарри постоял немного, чтобы опять совладать с головокружением и неуверенно вышел из комнаты. Гермиона ждала его в коридоре.
– А тебе идет! – она оценивающе разглядывала его одежду. – Мы не знали, что конкретно купить, поэтому я осмелилась сама выбрать. Тебе нравится?
– Да, спасибо! – настало время смущаться Гарри.
На нем были черные джинсы из тонкого материала и легкая футболка зеленого цвета с надписью "Я сама невинность".
– Это еще не все, потом , после завтрака разберешь свои подарки. Они долго тебя ждали.
– Подарки? Подожди… Какое сегодня число?
– Десятое сентября. Ты был без сознания полтора месяца.
Гарри тихо свистнул. Ему эти полтора месяца показались пятью минутами разговора с "самим собой". Но почему такая разница? Или для фактически мертвого человека время замирает?
«Нет. Время не может остановиться, но ты по-разному можешь воспринимать его ход. Время постоянно и неизменно»
«А, это ты! Ну, то есть я… Понятно»
«Сегодня Дамблдор будет спрашивать тебя о том, что произошло. Хоть ты ему и доверяешь, он ничего не должен знать о том, что произошло после нападения, то есть нашего разговора не было. Понятно? Это жизненно важно для тебя»
«Понятно. А про нападение рассказывать можно все?»
«Да. И еще, ты как можно быстрей должен вернуться в Хогвартс. Это самое безопасное место для тебя. А сейчас иди, а то твоя подруга уже смотрит на тебя с нескрываемым интересом. Видел бы ты свой бессмысленный взгляд в никуда»
«Она не моя подруга, она мой друг!»
«Как знаешь… Хотя такую очевидную веешь не заметил бы только слепой»
– Гарри?! Гарри, что с тобой? – взволнованно спросила Гермиона, своим вопросом вытягивая юношу из оцепенения. – Ты себя плохо чувствуешь?
– А? Что? – рассеянно спросил он. – Нет, все нормально, просто я задумался.
– У тебя был такой вид, словно ты в транс вошел. – описала девушка его состояние.
– Ага, профессор Трелони была бы довольна! И наверняка спросила бы, какой очередной вариант своей смерти я увидел! – Гарри засмеялся. – Пойдем есть, а не то у меня в желудке будет дырка с теннисный мяч!
Они спустились на первый этаж, и вошли в кухню. За столом сидели профессор Дамблдор, как всегда жующий свои любимые лимонные дольки, веселая Тонкс, и, незнакомые Гарри, мужчина и женщина, как правильно предположил юноша, родители Гермионы. Судя по радостно-удивленному выражению их лиц, они были рады видеть, что Гарри очнулся. Гермиона представила Гарри своих родителей.
– Это мои мама и папа, Гарри!
– Здравствуйте, мистер и миссис Грейнджер! Очень приятно познакомиться!
Здравствуйте, профессор Дамблдор, привет, Тонкс! – поздоровался Гарри.
– Мы рады, что ты здоров, мальчик мой! – сказал профессор. – Садись, поешь. А потом расскажешь, что все-таки с тобой произошло. Я думаю, ты о многом можешь нам поведать.
– Хорошо, профессор. Если честно, я просто умираю от голода! – сказал Гарри, осматривая еду на столе.

После завтрака, они перешли в гостиную, дабы выслушать рассказ. Когда все поудобней расселись в кресла и уставились на Гарри, в ожидании страшного повествования. Он судорожно сглотнул и начал рассказывать.
– После завтрака, я отправился прогуляться в парк, но, задумавшись, не заметил, что зашел в маленький скверик. Решив посидеть немного, я сел на скамейку и задремал наверно, – Гарри не стал рассказывать о своих видениях. – потому что не заметил, что ко мне приближаются пожиратели. Опомнившись, я хотел, было, улизнуть оттуда, но было уже поздно. Они окружили меня, и хором произнесли какое-то заклинание, как я потом понял, призывающее их хозяина. Потом у меня завязался неприятный, скажем так, разговор с Беллатрикс Лейстрандж, которая готова была прибить меня на месте, если бы это было возможно. Но сделать она это не могла, так как я нужен был самому Лорду. Потом появился Воландеморт. Тут меня словно какая-то мужа укусила, потому что я своими репликами довел его до бешенства. Последнее, что я помню – Его Авада, летящая в меня. – Гарри судорожно поежился от воспоминаний. – Все, больше я ничего не помню.
– А что такое Авада? – спросил отец Гермионы.
– Авада Кедавра, папа. – поправила отца Гермиона. – Смертельное, так называемое, Непростительное, заклинание. Оно убивает сразу.
– Но… как же тогда Гарри выжил? – спросила миссис Грейнджер.
– Я всегда говорил, что Гарри необычный мальчик. – с улыбкой сказал Дамблдор. – Как ты сейчас себя чувствуешь?
– Хорошо, профессор! Я бы хотел вернуться в школу, чтобы не отстать в учебе еще сильнее. Итак целую неделю пропустил. Здесь, конечно, хорошо, но учиться тоже надо!
– Боевой парень! – задорно воскликнула Нимфадора Тонкс. – Первый день как из комы выбрался, а уже учиться хочет!
Гарри улыбнулся: когда рядом Тонкс, грустить невозможно, она могла заставить смеяться кого угодно. Он вспомнил, что еще хотел спросить у Дамблдора.
– Скажите, профессор Дамблдор, а кто-нибудь еще знает, что я жив, и что вообще со мной произошло?
– Да, Гарри, все знают, потому что Воландеморт, через своих людей пустил новость о том, что убил тебя. А чтобы магический мир не охватила паника, мне пришлось заявить, что ты жив, и находишься в безопасности. Иначе люди просто потеряли бы надежду, ведь ты знаешь, что все маги видят в тебе символ победы над Воландемортом. Я понимаю, что тебе не так уж хочется, чтобы на тебя возлагали надежду на освобождение от Темного Лорда, но тебе никуда от этого не деться.
– Не так уж хочется? – с раздражением в голосе произнес Гарри. – Да мне совсем этого не хочется. Но вы правы, уж от чего, а от этого мне точно не уйти.
Дамблдор с грустью посмотрел на него поверх очков-полумесяцев.
– Хорошо, что ты это понимаешь. Мы можем лишь поддержать тебя, сделать все возможное. – Директор тяжело вздохнул. – Ну, а сейчас тебе нужно отдохнуть. Завтра ты с мисс Грейнджер порталом отправитесь в Хогсмид, а оттуда в Хогвартс.
– Пойдем в комнату, Гарри! – Гермиона потянула его за руку. – Почитаешь учебники, чтобы хоть немного заполнить пробел в учебе.
Попрощавшись с директором и Тонкс, Гарри послушно поплелся назад в комнату за Гермионой.

Поднявшись в комнату, Гермиона выбрала из стопки книг несколько учебников и положила их на стол перед Гарри. Он устало посмотрел на них и спросил:
– Герми, а это еще зачем?
– Ты же сам говорил, что нужно быстрей вернуться в школу, чтобы сильно не отстать. Вот сейчас и позанимаемся! – она с видимым удовольствием открыла толстую книгу по зельям. Гермиона – и этим все сказано. Книги были ее второй сущностью.
– Нет, Гермиона, я не поэтому хочу быстрей уехать. К тому же я не в состоянии и не в настроении что-либо учить.
– А почему тогда ты хочешь уехать? Тебе здесь не нравиться? – было видно, что девушка обиделась.
– Нет, что ты! Здесь прекрасно! У меня бы язык не повернулся сказать что-нибудь плохое! – он поспешил утешить ее. – Просто мое присутствие где-либо вылазит для окружающих боком. Даже в Хогвартсе. Я совсем не хочу, чтобы пострадали люди, приютившие меня. Сама знаешь, что невозможно найти человека, который притягивает неприятности на себя, больше, чем я! Ты мне скажи, лучше, почему ты сама не в школе? – спросил Гарри, хотя уже слышал ответ на свой вопрос. – Ты ведь тоже отстанешь в учёбе!
– Нет, ты же меня знаешь, я уже прочитала почти все учебники за седьмой курс. Конечно, без практики хуже, но все-таки! – было видно, что Гермионе трудно признаваться в своем помешательстве на книгах. – И как, ты думаешь, я могла оставить тебя? – щеки девушки покрылись румянцем.
«Интересная реакция, с чего бы это?» Подумал Гарри. Он заметил за собой способность хладнокровно, даже можно сказать с большой долей цинизма, рассуждать о таких вещах, которые ранее вгоняли его в смущение. – Спасибо тебе большое! Скажи, а как там семейство Уизли? Рон с Джинни ведь в школе?
– Да. На каникулах они приезжали тебя проведать. Близнецы трудятся в своем магазине. Кстати, у меня для тебя новость! В конце сентября, Чарли со своими молодыми питомцами приедет в Хогвартс, у нас будет урок по уходу за драконами!
– Ага, вот только кто за ними согласится ухаживать? Драконы же все-таки! Хагриду придется силком тащить учеников на урок.
– Да, вроде, ничего страшного не будет, он говорил, что это будут маленькие, совсем молодые дракончики, ну может чуть побольше Норберта! Помнишь его?
– Конечно! – с радостью сказал Гарри. – Помнишь, как он дыхнул Хагриду на бороду! А как потом мы его Чарли отдавали! Такое не забудешь… У нас на самом деле много таких воспоминаний. Сколько мы пережили вместе! Даже как-то жалко, что это последний год обучения. Мне хотелось бы, чтобы это никогда не закончилось. Но это невозможно!
– Да, ты прав, жалко. Интересно, кто чем после школы заниматься будет? Вот, ты, например?
– Ну, к Дурслям я точно не вернусь, после того, как в прошлом году я случайно разнес им пол гостиной, они меня достать пытаются, несмотря на предупреждение Хмури. Видимо, специально, чтобы сам ушел. Я готов податься куда угодно и жить хоть в подвале, но только не у них. А кем стану – аврором, наверно, раз уж выбрал такую специализацию в школе. Вообще, у меня нет конкретных целей или планов. Только уничтожить Воландеморта. Интересно, но если я каким то чудом смогу уничтожить его, то, что дальше делать и как жить даже не знаю. Наверно, уеду на необитаемый остров и поселюсь там, чтобы не доставали со своими восхвалениями. Меня от них уже мутит. А Рон меня не понимает, ему кажется это здорово, когда все тебя знают, пытаются с тобой поговорить, только из-за того, что ты личный враг Темного Лорда. А вот причину этого он понимать не хочет. Я бы лучше отдал всю эту славу и известность только за пять минут, проведенных с родителями. – глаза предательски защипало. – Мне просто все надоело… Но прав был Дамблдор, когда говорил, что от этого мне никуда не деться. А ты кем будешь?
– Я не знаю, еще не решила. Может пойду работать в Министерство Магии. Хотя там наверно скучно будет. А может в Хогвартс, учителем, вот только по какой специальности не знаю.
Так они проболтали до вечера, пока, наконец, Гермиона не вспомнила, что подарки Гарри лежат до сих пор не распакованными. Перетащив их из кладовки, где они ждали пробуждения именинника, в комнату, Гарри принялся за разборку подаренных вещей. Рон и Джинни подарили ему фотоальбом с колдографиями ловцов. На самой первой странице был он, ловящий снитч в безумном вираже. Фред и Джордж подарили кучу своих штучек, среди которых были конфеты, после съедания которых, голос становился похожим на голос одного из профессоров Хогвартса. Рем Люпин и Тонкс подарили интересную книгу с необычными и редкими заклинаниями. Хагрид, как всегда в своем репертуаре, прислал мешок печенья собственного приготовления. Гарри решил оставить их на будущее, мало ли придется строить себе дом, и будут нужны кирпичи: от последних печенье отличалось только формой и цветом. В мешке так же лежала старая потертая книга с едва видимым названием "Все о магических существах". Дав себе обещание обязательно прочесть книгу, он отложил ее в сторону и продолжил разбор даров. Добравшись до подарка Гермионы, Гарри охнул, чем доставил несказанное удовольствие последней: в маленькой коробочке, на черном бархате лежал прекрасный кулон в виде шестигранного кристалла из неизвестного ему полупрозрачного камня, изумрудного цвета с огненными крапинками. В полутьме он слегка фосфоресцировал и освещал мягким зеленым светом.
– Ух, ты! Гермиона, да это, наверно, стоит бешеных денег?! – с восторгом спросил Гарри.
– Нет, я это не покупала… Этот кулон передавался из поколения в поколение в нашей семье.
– Но Герми, я не могу принять его, это же семейная ценность!
– Бери, это подарок! А подарки не возвращают назад. К тому же, он тебе нужнее. Говорят, этот кулон отводит опасность, и поддерживает дух человека, носящего его.
Гарри с благодарностью обнял Гермиону.
– Давай сюда. – Гермиона взяла кулон и застегнула цепочку на шее юноши. – Теперь мне не так страшно за тебя. Но все равно обещай не влипать в истории!
– Ну обещать не могу, – Гарри улыбнулся девушке. – но постараюсь. А во сколько мы завтра отправляемся?
– Не знаю. – Гермиона пожала плечами. – Наверно после завтрака. Нам еще надо вещи собрать, поэтому я пойду. Спокойной ночи, Гарри!
Она чмокнула его в щеку, и быстро вышла из комнаты, чтобы он не видел ее смущения.
«Ну, вот, а ты говорил друг»
«Это дружеский поцелуй, ничего пошлого!»
«А что же она так быстро выбежала из комнаты?»
«Не знаю, может, куда торопилась»
«Нет, у тебя, и правда, глаз нет. Береги кулон, он вроде очень ценный, да и красивый очень»
«Я тоже так думаю… Эй, ты чего умолк?.. Вот так всегда – на самом интересном месте!»
Гарри сложил свои подарки в сундук, стоящий в углу комнаты, в котором уже лежали новые учебники и его вещи. Постояв немного у окна, он разделся и лег спать, надеясь провести эту ночь без кошмаров.

– Гарри! Вставай! – кто-то тряс его за плечо. – Пропустишь завтрак!
Просыпаться совершенно не хотелось, и он просто перевернулся на другой бок.
– Ах, так?! – раздался тот же голос.
С громким "плюх" на Гарри вылилось что-то холодное и мокрое. Заорав как бешенный, он вскочил, вытирая лицо руками, и оглянулся в поисках обидчика.
Возле кровати стояла Тонкс, от беззвучного хохота держась руками за живот. – Проснулся, соня? – С помощью волшебной палочки она высушила его. – Вставай, вы скоро отправляетесь.
Нимфадора вышла, а Гарри со стоном неудовольствия выбрался из постели. Надев джинсы, он пошел в ванную чистить зубы. Умывшись, он посмотрел в зеркало, но оно было затянуто паром. Гарри взял полотенце, висевшее на вешалке, и протер его. На него смотрел молодой паренек с изумрудно зелеными глазами, взгляд которых принадлежал совсем не юноше. Это были глаза взрослого человека, повидавшего очень много за свою жизнь. Черные волосы, были растрепаны как никогда. Попытки их причесать успехом не оканчивались. На лбу, под непокорным чубом, поблескивал шрам. Что? Гарри присмотрелся. Аккуратный, тонкий, ранее светло-розовый шрам теперь тускло блестел золотой жилкой в виде молнии.
«А это еще что?!» Гарри с паническим страхом смотрел на свой лоб «Неужели опять Воландеморт постарался?»
«Нет, ему это теперь не по силам. Он теперь даже в твое сознание проникнуть не сможет, поэтому можешь спать спокойно»
«Что же тогда произошло?»
«Не спрашивай! Зачем тебе бесполезные знания? Радуйся, что у тебя есть защита. И причеши свои волосы так, чтобы шрама не было видно, лишни вопросы тебе ни к чему. Сам тоже ничего не пытайся узнать, это только привлечет внимание, которое тебе точно не нужно!»
«А ты вообще, можешь сказать что-то конкретно? Говоришь загадками и на вопросы не отвечаешь. Как тут не начнешь искать ответы? Любопытство – моя вторая натура!»
«И сколько раз ты из-за своей второй натуры попадал в истории? Так что молчи и не спрашивай»
Гарри удрученно вздохнул, сделал все, что можно было сделать, чтобы закрыть шрам, и побрел в комнату. Одевшись, он взял сундук и стащил его на первый этаж. Заходя на кухню, Гарри споткнулся об высокий порог, и растянулся на полу. Еще в полете к полу он успел отметить, что на кухне сидели Гермиона и Тонкс. Чертыхнувшись про себя, юноша пожелал приятного аппетита куда-то в пол, чем вызвал смех у девушек. Он поднялся и, близоруко щурясь, стал искать свои очки, которые, тут же были надеты Гермионой.
– Аккуратней надо быть, Гарри! – со смешинкой в голосе сказала Герми. – Так сотрясение заработать можно! Садись, поешь, мы скоро отправляемся.
– А где твои родители, Гермиона? – спросил Гарри.
– Они на работу ушли. Человечество нуждается в дантистах! – важно произнесла она. – Ты кофе будешь?
– Угу, спасибо – поблагодарил он. – Тонкс, а как там Люпин?
– Он уехал по делам Ордена. Пытается выяснить, какие силы собирает Воландеморт. До нас дошли слухи, что Лорд пытается подчинить себе некоторых магических существ, поэтому нам очень важно иметь информацию об этом, чтобы знать, с чем мы можем столкнуться.
– Да, не хотелось бы иметь дело еще и с магическими животными. Дементоров – Гарри поежился, вспомнив этих жутких существ – вполне хватает. А как с пожирателями?
– Воландеморт вербует все больше и больше магов. В основном, это молодые, ничего не понимающие люди, в которых амбиции плещут через край. – Тонкс вздохнула – они сами не понимают, какую черту переступают.
– Нет, они понимают, что переходят на сторону зла, и делают это сознательно. Не понимают они другого – Темный Лорд, никогда, ни с кем своей властью не поделится, но это не снимает с них ответственности. В это время в кухню вошел Дамблдор. Улыбнувшись, он пожелал всем приятного аппетита.
– Гарри, Гермиона, вы готовы? Я уже подготовил для вас портал.
Гарри допил свой кофе и вышел в гостиную, где уже стояла Гермиона, с вещами в одной руке и Живоглотом подмышкой в другой. Гарри сразу вспомнил, что понятия не имеет, где сейчас находится его сова Хедвига, о чем сразу спросил Гермиону.
– Она сейчас в Хогвартсе, Гарри. А летом ее Рон забрал. Он говорил, что она по тебе скучала, и все время порывалась тебя найти.
– Ну, ладно вам пора отправляться! – весело прощебетала Тонкс. – Будь осторожен, Гарри, не влипай в истории. А ты Гермиона присматривай за ним. – Нимфадора подмигнула девушке. – На счет три: раз… два… три!
Гарри схватился за старый термос, служивший порталом, и почувствовал знакомый рывок. Через мгновение он и Гермиона стояли на окраине магической деревни. Гермиона, заколдовав свой багаж так, чтобы он летел за ней, махнула рукой Гарри. Тот сделал тоже самое, и они отправились в сторону Хогвартса. За ними, словно на невидимых поводках следовал багаж, а Живоглот, гордо вытянув хвост трубой, шествовал впереди хозяйки. Вокруг чувствовалось приближение осени. Прохладный ветер легко играл волосами, а солнце, которое еще пока тепло, но уже не по-летнему, светило на ясном небе. Листва на деревьях постепенно теряла летнюю яркость, начиная кое-где желтеть. В траве, то тут то там проглядывали редкие цветы, наслаждающиеся последними теплыми днями. На душе у Гарри было тепло и радостно, свежий воздух выветрил все неприятные воспоминания и печальные мысли. Он радостно вскрикнул. Гермиона с недоумением посмотрела на него.
– Ты чего? – спросила она.
– Да так, просто! Вот в такие моменты больше всего жить хочется! У меня ощущение, что я могу горы сдвинуть! Определенно, свежий воздух полезен для здоровья!
– Хорошо видеть тебя счастливым, это такое редкое зрелище.
– Да, ты права, но это не повод отчаиваться! – даже замечание Гермионы не могло испортить его хорошего настроения. – Посмотри вокруг! Природа радуется жизни!
Так, разговаривая, они сами не заметили, что подошли к Хогвартсу, устремлявшемуся своими башнями в небо. Войдя в школу, Гарри с Гермионой направились в башню Гриффиндора. Хотя сейчас, по видимому, шел урок, но там и сям им попадались студенты, которые, едва завидев пару, начинали шептаться.
– Опять начинается! – с отчаянием сказал Гарри. – Чего на этот раз они обсуждают? Я в школу то войти не успел!
– Как чего? Мальчик-Который-Опять-Выжил в очередной раз ушел от Воландеморта! – назидательным тоном объяснила ему Гермиона. – Можно подумать, что ты бессмертный!
– Ты завидуешь? – пытливо спросил у нее Гарри.
– Нет, это участь Рона. Я совсем не хочу каждый раз испытывать на себе все любезности Темного Лорда, только Рон не понимает этого.
– Ты имеешь в виду, что рядом со мной находиться опасно? – Гарри пристально смотрел в глаза девушке.
– Я этого и не отрицаю – честно ответила Гермиона. – Но я… мы с Роном делаем это по собственной воле, и ты наш друг, поэтому просто так ты от нас не избавишься!
– А вот и спаситель мира, со своей грязнокровкой! – протянул знакомый голос. Гарри резко развернулся и увидел нагло ухмыляющегося Малфоя.
– Что тебе надо, Малфой? – зло ответил Гарри. – Слизеринский принц прогуливает уроки?
– Не твое дело Поттер! Как, очухался от встречи с Темным Лордом?
– Воландемортом, что ли? – Гарри с удовольствием заметил, как слизеринец вздрогнул от упоминания имени Лорда. – Да, был у нас с ним один познавательный разговор. А вот твоего папаши там почему-то не было. Или его хозяин подумал, что не стоит брать с собой такого никчемного раба? Что с тобой, Малфой? Нервы расшалились?
Малфой представлял собой довольно интересное зрелище: стиснутые от унижения зубы, бледное лицо и выражение немой злобы в глазах. Гарри понял, что попал в яблочко. Не каждый раз ему удавалось так достать слизеринца.
Тем временем, тот уже достал палочку и запустил в Гарри оглушитель. Юноша оттолкнул к стене Гермиону, и кое-как вывернулся сам. Оглушитель пролетел над его головой и ударился в стоявшие неподалеку доспехи, повалив их на пол. Копаться в поисках палочки не было времени, и Гарри подскочил к Малфою, ударом наотмашь выбив палочку из его руки. Следующим ударом он попытался заехать ему в скулу, но поздно спохватившийся противник на свою беду попробовал уклониться, в результате чего у Драко оказался сломанным нос. С истеричным всхлипом сев на пол, слизеринец в растерянности захлопал глазами. Гарри, уже было собиравшийся в порыве праведного гнева врезать ему еще раз, был оттащен за шиворот Гермионой.
– Оставь его, он того не стоит. Зачем мараться! – успокоительно сказала девушка, с отвращением глядя на Малфоя. – Пойдем дальше.
– Вы мне за это ответите! – прогундел сломанным носом Драко. – И ты, Поттер, и твоя вонючая грязнокровка!
Еще один рывок, но Гермиона крепко держала Гарри.
– Скажи спасибо, Малфой, если бы не грязнокровка, тебя бы уже размазали по стенке так, что мадам Помфри тебя и со скребком бы не отодрала! Хорек!
Гермиона с достоинством повернулась и потянула Гарри за собой. Когда они добрались до своей гостиной, Гарри с облегчением вздохнул. Теперь он почувствовал себя дома, родная обстановка успокаивала, все вокруг было знакомо до мельчайших деталей: их гостиная практически не менялась.
Договорившись с Гермионой, встретится в гостиной, он, как и она, пошел в спальню относить свои вещи. Вытащив книги и разложив одежду, Гарри отметил, что тут тоже мало что изменилось. Где-то в углу квакала жаба Неввила Лонгботтома. На стене, около кровати Дина, висели его рисунки, а вещи Рона, как всегда, валялись, как попало, по всей комнате. Гарри вернулся в гостиную, Гермиона уже сидела в кресле у камина, почесывая за ухом у Живоглота, вальяжно развалившегося у нее на коленях. Юноша сел в кресло напротив и уставился на камин.
– Зачем ты меня остановила, Гермиона? Он давно напрашивается на драку… Стоило бы ему врезать еще раз, чтобы навсегда отбить привычку обзывать тебя!
– А что толку в том, что ты покалечил бы его? Он не раз уже получал, но ничего не изменилось! Это Малфой! Лучший способ избавиться от него – игнорировать – поучительно произнесла она. – Мне, конечно, приятно, что ты заступаешься за меня, но я не допущу, чтобы тебя наказали в первый же день твоего появления в школе.
– Спасибо за заботу обо мне, но я как-нибудь справлюсь – задумчиво сказал Гарри. – У меня появилось странное чувство злобы, когда я увидел его. Не могу этого объяснить, раньше такого со мной не происходило.
– Может это связь с Воландемортом так на тебя воздействует? – тревожно спросила Гермиона. – Он ведь раньше заставлял тебя чувствовать беспричинную злость.
– Нет, это не он – уверенно сказал Гарри. – Теперь он не мож… – парень осекся, поняв, что чуть не проговорился. – Это был не он, иначе шрам бы дал о себе знать.
– Странно… Ты должен рассказать об этом Дамблдору. Я думаю, он сможет это объяснить.
– Не думаю… Хоть Дамблдор и могущественный маг, но у меня такое чувство, что этого мне никто не объяснит – твердо сказал Гарри.
«Или почти никто» Подумал он про себя.
– Но ведь можно же попробовать… – начала было доказывать ему Гермиона.
– Можешь меня не переубеждать – резко оборвал ее Гарри. – Я в этом уверен на все сто, почему не знаю, но уверен!
Гермиона обиделась на резкий тон Гарри и отвернулась. Он, поняв свою ошибку, сел на пол перед ее креслом и, дотронувшись до ее руки, посмотрел на девушку снизу вверх.
– Прости меня, пожалуйста, Гермиона! – извиняющимся голосом сказал он. – Я не должен был тебе грубить… Хочешь, дай мне по голове! Мне очень жаль, что я обидел тебя!
Она строго посмотрела на него взглядом а-ля МакГонаггал.
– Гарри Джеймс Поттер! Вы неисправимый болван! – наиграно жестко сказала девушка, а потом мягко добавила. – Дурачок, я при всем желании не смогу тебя ударить!
– Мисс Грейнджер, так я прощен? – спросил он.
– Прощен, прощен! – сказала она. – Слушай, а как ты смог остаться таким хорошим человеком, учитывая то, в каких условиях ты вырос? Ведь твои родственники так плохо к тебе относились!
– Ну, скажем так, меня воспитывали от противного! (Не мог удержаться, не использовать эту фразу, поэтому приношу ее автору свои извинения и каюсь.) – сказал Гарри, а потом спросил. – А что во мне хорошего? Да во мне ненависти, например, к Воландеморту столько, что стайка дементоров захлебнуться может.
– Но ты добрый, не жадный, честный, храбрый, великодушный, справедливый, никогда не бросаешь друзей!
– Благодарю за перечисление моих прекрасных качеств, но они зачастую приносят только неприятности. Сколько раз я бросался куда-нибудь, сломя голову и не думая о последствиях! И сколько раз из-за меня страдали люди! – печально пробормотал он.
– Не ты же в этом виноват! И не надо мучить себя тем, что если бы тебя не было, то Воландеморт бы не возродился! Если бы тебя не было, то он не сгинул в небытие шестнадцать лет назад, а давно бы превратил наш мир в хаос!
– Сдаюсь на милость победительницы! – уже весело сказал Гарри. – Да, Гермиона, ты умеешь убеждать. Мне иногда кажется, что ты смогла бы убедить мантикору не убивать, потому что это не правильно и противоречит законам! Спасибо, я без тебя бы давно впал в депрессию и умер от отчаяния.
– Ну, вот и хорошо, что не умер! – с румянцем на щеках сказала Герми. – Для чего еще нужны друзья, как не для помощи!
В это время дверь, ведущая в гостиную, открылась, впуская гриффиндорцев, возвращавшихся с уроков. Они, как всегда окружили Гарри и завалили его вопросами о том, как он в очередной раз повстречался с Воландемортом.
Когда юный герой устал всем пожимать руки и отвечать на вопросы, подумывая, как избавиться от их настырного внимания к своей персоне, раздался радостный вопль. Рон кинулся на Гарри, обнимая его и дружески хлопая по спине так, что у Гарри чуть легкие наружу не выпрыгнули, да помешали объятья Рона.
– Ну, как ты дружище? – радостно спросил Рон. – Когда я последний раз видел тебя, ты валялся в таком виде, что покойник позавидовал бы! Ты когда очнулся?
– Два дня назад, Рон. – ответил Гарри, пожимая ему руку. – Со мной все в порядке, не беспокойся!
– Это хорошо! А теперь рассказывай, что с тобой произошло.
Гарри в пятнадцатый раз рассказал свою историю, на протяжении которой Рон охал, ахал и, то и дело багровел, от злости на пожирателей.
– А что там у вас с Малфоем случилось? Об этом уже вся школа знает. Он, ведь, сейчас в больничном крыле под присмотром мадам Помфри лежит – с удовольствием произнес Рон.
– Как обычно, ничего особенного… Мы едва в замок вошли, а он уже успел докопаться, и обозвать Гермиону. Ну, вот я его и приложил. По-моему, я ему нос сломал! Правда, еще добавить не успел, меня Гермиона оттащила, а так бы он одним носом не отделался. Я сам не знаю, что на меня нашло.
– Ну и зря! – с негодованием воскликнул Уизли. – Эх, меня там не было, а то бы я его отделал по полной программе!
– Рон, ты просто невыносим! – раздраженно сказала Герми. – Тебе лишь бы кулаки чесать! Зачем всегда применять силу, если есть другие способы воздействия!
– Ну да! Ты что, готова спокойно выслушивать оскорбления в твой адрес? Ничего ты не понимаешь! Ударить в глаз – и нет проблемы!
– Иди ты, Рон! Всегда есть выход, нужно лишь постараться его найти! – Гермиона не на шутку разозлилась. – Ты такой твердолобый, что иногда не понимаешь некоторых очевидных вещей!
– А ты!... Ты…
– ТИХО! – Закричал Гарри, не в силах больше терпеть перебранку друзей. И добавил спокойным голосом. – Вы еще поубивайте друг друга! Как будто вам заняться больше нечем.
Гриффиндорцы отошли от трио подальше, чтобы не попасть кому-нибудь под горячую руку. Рон с Гермионой отвернулись друг от друга.
– Рон, кто теперь у нас преподаватель по ЗОТИ? – спросил Гарри. – Да тип один мрачный… – буркнул Рон. – Ходит вечно хмурый. Он своим взглядом убить может, пристально так смотрит, как будто сквозь тебя. И зовут странно – Джано Клоув. Но преподает ничего, нормально. Вот странность только есть одна – всегда носит с собой длинный кинжал. Как будто он от заклинания спасти может.
– Зря ты так, Рон, зря… – задумчиво протянул Гарри. – Бывают ситуации, когда палочкой ничего не сделаешь. Ну, ладно, посмотрим. А какое у нас завтра расписание?
– Сдвоенные Зелья, ЗОТИ, Трансфигурация и Астрономия.
Тут к ним подошли Симус Финниган и Дин Томас.
– Слушайте, а давайте сегодня вечеринку закатим? В честь, так сказать очередной победы над Сами-Знаете-Кем!
– Ага, погуляем! – воскликнул Рон. – Это надо отметить!
– Рон, как ты можешь? – возмутилась Гермиона. – Ты ведь староста!
– Ну и что? Старосты тоже должны иметь возможность нормально жить! К тому же, чем не повод, что Гарри в очередной раз поддал Сама-Знаешь-Кому?
– Зря вы так, я никому не поддавал, это Воландеморт… – Рон, Дин и Симус дернулись, услышав имя. – …меня Авадой чуть на тот свет не отправил… Но против вечеринки ничего не имею.
Гарри посмотрел на Гермиону взглядом "Ничего не говори, только хуже будет". Она же в ответ ему послала убийственный взгляд преданной подруги и, встав, сказала:
– Ну и отмечайте, а я учить буду! Вам лишь бы развлекаться, и это с вашей-то успеваемостью!
– Ид… – Рон подавился словом, потому что Гарри сильно двинул ему локтем в бок. – Как хочешь, Гермиона.
Девушка с признательностью посмотрела на Гарри и пошла в спальню.
– Ну что! Начнем подготовку! Точнее заготовку! – взял на себя командование Рон. – Дин, бери Невилла и еще кого-нибудь, и дуйте на кухню за пирожными и тыквенным соком. Симус, пойдешь со мной в Хогсмит за напитками покрепче. Эй, ребята! – Рон крикнул кучке гриффиндорцев. – Кто хочет поучаствовать в пирушке в честь Гарри? – никто, естественно, не отказался. Пока мы все принесем, сделайте из гостиной приличное место для гулянки! Поехали!
На выходе из гостиной Рон прихватил еще пару шестикурсников. Все резво засуетились, начиная двигать мебель. Диван и несколько кресел поставили перед камином, остальные кресла распихали по углам, чтобы не мешали. Посреди гостиной поставили стол, чтобы выложить на него напитки и еду. Пол застелили коврами и половичками из спален, ни для того, чтобы лежать удобней было, а на то, чтобы потом пьяными не так больно падать было. Затем по полу тут и там раскидали пуфики и диванные подушки. Через пол часа вернулись Колин Криви и Дин с Неввилом, загруженные лакомствами по самое не хочу: когда эльфы узнали, в честь кого будет вечеринка, то завалили их пирожными, кексами и бутылками с тыквенным соком, да так, что пришлось делать еще один заход. Но как было велико общее ликование, когда через час вернулся Рон сотоварищи, притащившие пять ящиков сливочного пива. Радости студентов не было придела. Вскоре шум и гвалт утих, а насытившиеся Гриффиндорцы, то тут то там расположившиеся на пуфиках и подушках, тихо обсуждали свои насущные проблемы, разбившись на маленькие группки и потягивая сливочное пиво. А тем временем, в заветном закутке под лестницей, ведущей в спальни девушек, собралась компашка семикурсников. Рон, с лицом, явно принадлежащем опытному контрабандисту, достал четыре бутылки огневиски. Неввил, как всегда, засмущался, но уже после трех глотков огненной воды стал вести себя как заправский мачо, то и дело поглядывая в сторону девчонок-шестикурсниц. Симус сказал, что Неввилу наливать больше не надо, и отключился сам, выпив на спор пол бутылки. Дин, решив, что в нетрезвом виде вдохновение становиться сильнее, начал рисовать что-то похабное, отчего даже у Рона челюсть отвисла. Сам Рон уже давно икал, краснел, разглядывая творчество Дина, и думал о том, где бы еще достать чего выпить покрепче.
Сам же виновник торжества сидел в кресле, в самом темном углу гостиной, и скучал. Сбежал он туда от настойчивых просьб разгоряченных студентов, требующих рассказать какую-нибудь историю в двадцать пятый раз. Гермиона так и не вышла из своей спальни, и ему было откровенно скучно. Посидев еще немного, Гарри решил прогуляться и подышать свежим воздухом. Мантию отца и карту мародеров он брать не стал, решив, что мимо Филча проскочить сможет и так, и вышел из гостиной, тихо закрыв портрет с мирно посапывающей Полной Дамой. Но его надеждам не суждено было сбыться, и в холле, около Большого Зала он наткнулся на миссис Норрис, разнюхивавшую в поисках нарушителей дисциплины. Сообразив, что кошка Филча далеко от хозяина не отходит, Гарри спрятался за доспехами, в надежде, что его пронесет, и ненавистное всем студентам животное не заметит его. Но, словно читая мысли или все-таки учуяв запах Гарри, вредное животное двинулось к нему, на ходу громко мяукая и привлекая тем самым Филча. Последний незамедлительно отозвался на зов партнерши по выслеживанию студентов, и до Гарри донесся негодующий голос старого сквиба, в котором проскальзывали нотки нескрываемого предвкушения от поимки нарушителя. Твердо, решив не попадаться в лапы завхозу, постоянно недовольному из-за отсутствия физических наказаний, Гарри решился совершить небольшую пробежку из-под носа Филча, пока еще не дошедшего до него. Рванув из укрытия, Поттер ловко поддел ногой, сидевшую напротив него в ожидании хозяина, кошку, в результате чего, та улетела навстречу Филчу, угодив ему прямо в голову. Так как, несмотря на преклонный возраст, бедное животное все же обладало хорошими хватательными рефлексами, то оно не замедлило вцепиться в первое, что попалось под лапы – лицо завхоза. Как и следовало ожидать, тот издал истошный вопль, достойный приличного упыря, и схватился за миссис Норрис, пытаясь снять ее с головы. Получилось это у него или нет, Гарри не знал, потому что в это время улепетывал с хорошей скоростью в сторону выхода под душераздирающие крики.
Выбежав на улицу, Гарри отправился в сторону озера, со смешком представляя себе лицо завхоза после атаки собственной кошки. По небу плыли редкие облака, призрачно сияя от проходящего сквозь них лунного света. Гарри невольно вспомнил Люпина. Он наверно до чертиков ненавидит луну, заставляющую его становиться монстром, нагоняющим страх на окружающих. Жалко, что люди так и не придумали лекарства от страшного проклятия, которое перечеркивало всю жизнь пострадавшего от него человека, делало его изгоем. Кто же создал это проклятие, обрекая многих людей на бесконечные муки…
«Нет того среди нас. И не из этого мира он пришел, потому что не способен человек на такое, даже самый сильный маг людского рода не смог бы такое сделать» Проснулся голос.
«Скажи, а есть возможность избавиться от этого ужаса?» Гарри в надежде замер.
«Не знаю, мне не ведомо это»
«Я иногда поражаюсь! Разговариваю сам с собой, да еще таким нудным. Что хочу, то и рассказываю» Юноша усмехнулся сам себе «Почему ты рассказываешь мне это?»
«Чтобы ты понял, что есть вещи, которые ты не в силах изменить, и не стоить делать бесполезные попытки или зря ломать голову над проблемой, которая мучает не тебя»
«Но у меня есть знакомый, он хороший человек, но вынужден с этим жить!»
«Я знаю. Ты не поможешь ему. Это его судьба, и не твоя вина, что с ним произошло такое. Не надо пытаться помочь всем, для начала нужно помочь себе. Что толку в безрассудной храбрости и самоотверженности, если нет холодного ума, или хотя бы расчетливости. В тебе все должно быть в гармонии, тогда ты сможешь постичь то, что для большинства является недосягаемым. Когда-нибудь ты поймешь, что не в силах решить все проблемы мира. Посмотри на того мотылька. Его съест летучая мышь, охотящаяся темной ночью. Тебе жалко мотылька, но подумай сам, как выживет эта мышь, если не будет питаться мотыльками? Или ты будешь кормить всех летучих мышей бутербродами, лишь бы они не ели насекомых? Этот мир жесток и милосерден одновременно. Он дарит жизнь и неизбежную смерть, следующую за ней, и ты ничего с этим не поделаешь. А те, кто пытаются нарушить законы мироздания, однажды навлекают на себя то, что у людей называется возмездием. Это не возмездие, это реакция окружающего мира на действие, все имеет свою отдачу, и если где-то много зла, то в другом месте становится больше добра. Таков неизменный закон равновесия, и с ним ничего не поделаешь. Научись смотреть на происходящее не через призму добра или зла, а с точки зрения равновесия, тогда и поймешь, что тебе нужно»
«Хорошие слова, но так ли это? Раз уж ты в моей голове, да еще и мной являешься, то ты знаешь, сколько я потерял. И мне совсем не кажется, что этот мир справедлив»
«Ты никогда не задумывался, можешь ли ты потерять больше? Ага, молчишь. Тебе все еще есть, что терять, а значит, есть ради чего жить и радоваться жизни. А знаешь, что происходит с теми, кому нечего терять? Таких просто не существует. Возьми своего врага. Он не имеет родных или друзей, его слуги для него ничто, но он боится смерти. Ему не охота умирать, и его никчемная жизнь – единственное, что он боится потерять. Как видишь, больше бессмертия он ничего не желает и думает, что остальное приложиться. Поэтому и приносит столько разрушения и боли. Чем больше дорогих тебе вещей и людей, тем больше ты сможешь дать миру. Если тебе дорог весь мир, то ты сможешь отдать ему всего себя, но допустишь ошибку – все пойдет прахом. Я могу рассказать одну историю, думаю тебе пора ее узнать. Ты готов выслушать?»
Гарри растянулся на траве, опершись на дерево и подложив под голову свернутую мантию, слушая глубокий раскатистый голос, он прикрыл глаза.



Глава 2. Часть первая. Пробуждение - 2

«Ты, конечно, впечатлительная личность, и ручаюсь, что после услышанного начнешь действовать, но мой тебе совет, не торопись. Сразу все равно не получится. Когда-то, давным-давно, немногим позже построения Хогвартса четырьмя Основателями, ну, лет так через двести, жил один искусный маг-самоучка. Он не был добрым или злым, он был любопытным. Причем не в меру. Занимался он всем подряд, не брезговал черной магией, и занимался ей, так же как и белой. И задумал он сделать оружие, могущее служить как добру, так и злу, Меч Равновесия, так сказать. Загвоздка была в том, что его нельзя было создать ни с помощью черной магии, ни с помощью белой, так, чтобы он смог служить обеим силам. Тогда, немало покопавшись в старинных фолиантах, маг решил поступить по-другому. Он создал прекрасный клинок, которому не было равных, ни по красоте, ни по качеству. Но как вложить в него силу не знал. Ему помогли, подсказав один способ… »
«А кто ему подсказал?»
«И откуда столько нетерпения? Не скажу, тебе нужна история, а не ее персонажи. У него получился меч, но в процессе создания что-то случилось, и это "что-то" повлекло за собой немалые последствия. Я не знаю, где или в чем ошибся тот маг, но в клинок он вложил не только чистую силу, но и свою магию, и свой разум. Этот меч стал, как бы сам по себе. Ему никто не указ, он может согласится с тем у кого он в руках, давая преимущества, или же отказаться помогать, при этом пользы от него будет – как от ржавой железяки. Меч весьма своенравен и, надо сказать обладает немалой жаждой крови, и только один человек смог подчинить его себе. Вся загвоздка в том, что это был даже не маг. Это был обычный человек, не наделенный магическими способностями, который нашел меч среди развалин замка его создателя. И этот маггл смог достичь много, но однажды его отравили, и даже меч не смог ему помочь. Клинок попал в руки магам, но после того, как три мага умерло, пытаясь подчинить меч себе, его заточили на дне одного водоема, на берегу которого, между прочим, ты сейчас сидишь»
«Чего?!! Так его в нашем озере утопили? А что ж его никто до сих пор не нашел?»
«Утопили его здесь для того, чтоб никто не почувствовал магию меча. Видишь ли, под озером есть нечто такое, что глушит магию в любом ее проявлении»
«Интересно… Скажи мне, ведь ты не просто так мне это рассказал? Насколько я понимаю, в жизни просто ничего не бывает…»
«Похвально, похвально! Никак научился извлекать уроки из того, что происходит с тобой? Да, не все так просто… Меч должен найти ты, но владеть им должен твой враг. Короче говоря, надо найти клинок и отдать Воландеморту»
«ЧЕГО??? Сдурел что ли?! ЗАЧЕМ отдавать такое оружие?»
«Не срывайся. Отдать его нужно не сразу, а лишь после того, как выведаешь у него кое-что. Он знает то, что должен знать ты, поэтому сейчас ты проснешься, выслушаешь проповедь от Снейпа, потом от Дамблдора, а потом пойдешь искать способ достать меч со дна озера»
«Снейп? Дамблдор? Я тебя не понимаю… А как уроки?» «К твоему сведению, ты всю ночь проспал под деревом. А тем временем тебя вся школа и, наверняка, половина авроров ищут по всем окрестностям. И, надо отдать должное, сейчас найдут. А пока ты валялся на сырой земле, то наверняка заболел, так что уроки тебе не грозят. О, а вот тебя и нашли…»
Кто-то тряс Гарри за плечи, пытаясь привести в чувство. Юноша медленно открыл глаза, чувствуя, что все тело, словно налившееся свинцом, трясет в сильном ознобе. Странно, но во время сна он ничего не чувствовал. При попытке вздохнуть поглубже, горло отозвалось зудящей болью, а из легких вырвался кашель.
– Поттер! Вы совсем из ума выжили? – Гарри не трудно было догадаться, кто еще мог так язвительно шипеть. – Мало того, что из-за вас столько людей уже шесть часов рыскают повсюду в надежде, что вашу важную персону не похитил Темный Лорд, так вы еще любитель поспать на сыром берегу, да еще и ночью! Как вы думаете, Поттер, какова будет радость Лорда, если он узнает, что надежда всего мира умерла от банального воспаления легких?
– Профессор, я совсем не хотел тут засыпать! – подавляя кашель, сказал Гарри. – Или вы думаете, что я самоубийца? Ну же, прочитайте мои мысли! Или вы на это уже не способны?
– Семьдесят пять баллов с Гриффиндора! – на лице зельевара выступила явная злость из-за того, что он не смог прочесть мысли юноши – сейчас же к директору! Пароль – «сахарные перья» – лицо у Снейпа аж свило судорогой, от того отвращения которое он пытался скрыть при упоминание пароля.
Гарри поднялся с земли и, с ненавистью взглянув на Снейпа, направился к замку. Ученики, попадающиеся на его пути, с недоумением смотрели в его сторону и шептались между собой. Юноша подошел к горгулье и назвал пароль. Та с неохотой отпрыгнула в сторону, возмущенно ворча что-то про вредных студентов, не дающих подремать утром. Поттер встал на лестницу, которая тут же подняла его наверх к кабинету директора. Постучав в дверь, и мысленно перекрестившись, Гарри вошел. Директора в кабинете не было, только Фокус сидел на своей жердочке. Увидев парня, феникс взлетел со своего насеста и сел ему на плечо. Погладив птицу, Гарри огляделся. Кабинет, как всегда неизменный, мягко освещался лучами восходящего солнца, в воздухе еще парило несколько зажженных свечей, а на столе лежали свитки пергамента с какими-то записями. Гарри привлекла небольшая картина, висящая в самом углу кабинета. На ней была изображена небольшая гранитная плита с высеченными на ней символами. Вокруг плиты ровным кругом разложены камни, на каждом из которых были начертаны те же руны. Пейзаж за плитой был не известен ему, лишь горы вдалеке были чем-то знакомы.
Дверь кабинета открылась, и вошел Дамблдор. Он приветливо улыбнулся Поттеру и сел в свое кресло, жестом приглашая юношу сесть напротив.
– Доброе утро, профессор Дамблдор! – вежливо прохрипел Гарри.
– Здравствуй, Гарри! Ты только вчера прибыл, а уже успел поставить всех на уши – Дамблдор пытливо взглянул на него поверх своих очков, но в его голосе не было ничего осуждающего. – Тебе нужно быть осторожным, не хватало умереть от банальной простуды.
– Я всего лишь пошел прогуляться и уснул на улице. Это не смертельно. Я не совершил ничего противозаконного! – юноша начал испытывать раздражение.
– Но правила ты все-таки нарушил! Ведь тебе известно, как мы беспокоимся за тебя.
– Поймите, профессор! Мне надоело все это внимание к моей жизни, все эти газеты, просьбы других учеников рассказать, как я в очередной раз умудрился уйти от Воландеморта! – Гарри замолк, и его внимание опять привлекла та картина.
– Я понимаю тебя… Но все же впредь будь более осторожен – директор проследил взгляд Гарри. – Тебя заинтересовала эта картина?
– Да… У меня ощущение, что я это уже где-то видел.
– Ты мог это видеть только в одном месте – на дне озера.
– Но когда?.. – Гарри на мгновение задумался. – Тримудрый Турнир! А что это, директор?
Дамблдор задумался, словно размышляя, говорить ли Гарри то, о чем он спрашивал.
– Это место, а точнее эта плита и кольцо камней вокруг нее – древнее конструкция, блокирующая магию в пределах круга. Она использовалась, как наказание, для провинившихся в чем-либо магах. У мага, потерявшего способность колдовать хотя бы на время, возникают не самые приятные ощущения. Это все равно, что потерять часть себя. Думаю, ты понимаешь, о чем я. Когда-то давным-давно озеро не было так близко к Хогвартсу. Но после загадочных событий, озеро стало больше, затопив множество построек. Почему это произошло, никто не знает, свидетельств тому не осталось ни в памяти людей, ни на бумаге, ни на камне. В последствии озеро заселили русалки, которых ты видел во время Тримудрого Турнира.
Гарри задумался. Место, блокирующее магию… Меч, скрытый от всех на дне озера…
«Конечно! Меч наверняка там, у этой плиты!»
– Профессор, разрешите спросить, а это место блокирует магию только людей или всего, что оказывается в пределах круга? – юноша попытался сделать вид, что это ответ ему не очень важен.
– Всю магию, Гарри. А почему тебе так интересно? – Дамблдор смотрел на Гарри, пытаясь понять, зачем ему это.
Поттер почувствовал, что в его голову как будто кто-то лезет, но его странная защита действовала прекрасно, а блеск своего шрама он убрал косметическим заклинанием, дабы не привлекать лишнего внимания.
– Просто интересно, для чего использовали этот круг – Гарри закашлялся. – Извините профессор, могу ли я пойти к мадам Помфри?
– Иди, мой мальчик. Ну, я думаю, ты понял, что за тебя волнуются, поэтому больше не станешь совершать необдуманных поступков?
– Хорошо, профессор, я постараюсь не разочаровать вас.
Дамблдор улыбнулся Гарри. Тот вышел из кабинета и направился в больничное крыло. Мадам Помфри, увидев своего постоянного пациента, всплеснула руками.
– Мистер Поттер! Вы мой самый частый гость! Не проходит и недели, что бы вы не пришли ко мне – она с тревогой осмотрела его, правда в её голосе прозвучала нотка надежды, только вот надежны на что? – Что на этот раз? Перелом? Ранение? Вывих? Отравление? – дальше пошел список, сплошь состоящий из медицинских терминов, причем весьма жутких терминов о коих Гарри не имел даже отдаленного понятия. Поттер даже попятился под напором школьной медсестры.
– Нет, мадам Помфри, я просто простудился – гриффиндорец счел нужным не рассказывать, как он заболел, что бы ни выслушивать лекции по этому поводу.
– Простуда? А я то уж, было, подумала, что вы опять попали в историю – Помфри облегченно вздохнула, но уже с ноткой сожаления. – Сейчас я дам вам пару зелий, и можете идти. На уроки сегодня все равно не ходите. Вот, выпейте.
Гарри выпил поданные ему лекарства, с неудовольствием заметив, что вкус у них, ничем не лучше, чем у многосущного зелья. Но действовали средства, как нельзя лучше, и уже минут через пять кашель прошел, а резь в горле успокоилась. Поблагодарив медсестру, Гарри решил направиться в библиотеку, чтобы выяснить про странный круг побольше. Придя в святая святых Гермионы – библиотеку, он с удовольствием отметил, что там нет ни одного ученика, и помешать ему никто не сможет.
Мадам Пинс с недоверием посмотрела на Поттера, так как библиотека была явно не тем местом, которое было внесено в первые строчки списка посещаемости у этого юноши.
Пожалев о том, что он не взял под каким-нибудь предлогом пропуск в запретную секцию, Гарри пошел вдоль стеллажей, ища книги о Хогвартсе и его окрестностях. Пересмотрев две добрых дюжины немаленьких книг, Гарри наткнулся на небольшую книжицу, скромно затесавшуюся между огромных фолиантов. Ею оказался дневник одного из смотрителей замка, то бишь коллеги Филча. Гарри сел за стол и, аккуратно раскрыв готовый развалиться в прах дневник, принялся разбирать каракули, подозрительно напоминающие буквы, даже слишком подозрительно. Если не считать, что человек, чей дневник читал Гарри, жил лет, этак, восемьсот назад, он был почти что полной копией Филча – страницы пестрили от немых жалоб дневнику на несносных учеников, готовых "…сделать все, лишь бы достать меня…". Как звали предшественника Филча Гарри узнать не удалось, так как первые страницы были сильно повреждены, но из записей юноша выяснил, что скорее всего его звали Лемар.
Он все время жаловался на свою долю, и Гарри в конце концов надоело читать эти бредни сумасошедшего завхоза, но тут он наткнулся на интересную запись.
«…черт бы их побрал! Они отменили одно из самых действенных наказаний! Эх, а как эти несносные маленькие паршивцы тряслись, постояв в круге всего пол часа! Но нет, им он для чего-то понадобился! Загнали всех в замок, сказали никому не выходить, а сами устроили какое-то землетрясение. Не люблю я этих стихийных магов! Подозрительные они… Зато, когда все вышли, то просто замерли с открытыми ртами. Озеро стало ближе к замку на целую милю! (Ну не знаю, использовалась ли миля как единица измерения расстояния 800 лет назад) И что им это озеро не угодило, было где было и все, но нет же! А Круг теперь затопило! Чем теперь наказывать тупиц-учеников? Порка на них уже не действует!..»
Далее следовал набор нелестных отзывов об учениках и продолжение жалоб на оных. Гарри задумался. Значит, Круг скрыли под водой озера стихийные маги. Зачем менять ландшафт просто так? Уж точно не для красоты, во всяком случае об этом ничего не говорили учителя, и даже любопытная Гермиона скорее всего не знала этого факта. Значит клинок именно в круге. Но как его достать? Гарри сразу припомнил испытание. Жаброводросли! Хотя… Снейп наверняка держит свои запасы под семью замками, а где еще достать такое редкое растение? Его размышления были прерваны удивленным вскриком. Гарри поднял голову и увидел Гермиону, удивленно-недоверчиво смотрящую на него.
– Что??? – после минуты молчания спросил он, не выдержав. – Ты увидела что-то не то?
Гермиона тряхнула головой и села напротив него.
– Гарри, ну ты даешь! Ты зачем вчера ушел?
– Да так, одному захотелось побыть…
– И где же ты был? – негодующе вопрошала девушка. – Тебя все утро искали!
А потом МакГонаггал говорит нам, что все в порядке, но ты немного приболел. Это опять Он? У тебя шрам болел?
– Да нет, Гермиона, успокойся! – попытался осадить ее Гарри. – Я просто простыл. Заснул, проспал на улице всю ночь и заболел. Не беспокойся, мадам Помфри уже влила в меня одно из своих отвратительных лекарств.
– Ты все-таки безответственный!
– Гермиона, не начинай! – воскликнул юноша, чувствуя, что начинает злиться.
– Ладно, ладно… А в библиотеку ты зачем пришел?
– Книжки изрисовывать! – издевательски, с точки зрения девушки, пошутил Гарри, зная, как она относится к книгам. – Я уже не могу в библиотеку прийти?
– Да можешь, можешь, но ты же сюда не просто так пришел? Может, скажешь, мне тоже интересно.
– Я не стал бы так любопытствовать! – с предостережением пробормотал он. – Это наверняка как всегда небезопасно для здоровья, а я не хочу, что бы кто-то пострадал…
– Брось, Гарри, у тебя не должно быть от нас секретов! – возмущенно воскликнула она. – Мы ведь твои лучшие друзья, и всегда все делали вместе!
– От тебя ничего же не скроешь! – он натянуто улыбнулся, сдаваясь на милость победителя. – Я тут узнал одну интересную вещь. Оказывается, давным-давно, озеро не было так близко к замку. Ты ничего об этом не знаешь?
– Нет… Странно, но в Истории Хогвартса об этом ничего не упоминается. А ты уверен?
Гарри поморщился, вспомнив злополучную книгу, которую он так и не смог прочитать за предыдущих шесть лет учебы. И каждый раз Гермиона попрекала за это их с Роном.
– Да, уверен. Там, на дне озера, а некогда на берегу его, есть странное сооружение – гранитная плита и круг из камней вокруг нее. И все это покрыто какими-то символами. – Гарри поморщился, будто сомневаясь в чем-то. – Если я прав, а мне так кажется, то там есть одна интересная вещь.
– А что это за место? – Гермиону выдавал слишком заинтересованный блеск глаз. Было видно, что в ней просыпается гриффиндорский дух искателя приключений на свою голову в купе с любознательностью. – И что за вещь?
Гарри ехидно посмотрел на девушку, прищурив глаза, понимая, что хорошо зацепил ее любопытство.
– Не смотри на меня так! – нетерпеливо сказала Гермиона– сказал а, говори б!
– Место это, если верить Дамблдору и вот этой маленькой книжечке, - круг, поглощающий магию. В своих пределах разумеется – поправился он, подумывая, стоит ли рассказывать ей про меч, наверное стоит. – А вещь – один странный меч, который почему-то заковали в этом кругу и, воспользовавшись стихийной магией, скрыли под озером.
– Откуда ты все это знаешь? – Гермионе хотела знать все от и до.
– Долгая история, лучше не спрашивай – тон Гарри подразумевал, что вопрос не обсуждается. – Мне нужно туда добраться, но не знаю как. Я подумал о жаброводрослях, но их сейчас наверняка не достанешь, а другого способа не могу придумать.
– А если опять стащить их у Снейпа? – Гарри не узнавал "правильную" Гермиону.
– Нет, после того как мы у него столько всего "позаимствовали", он наверняка все прячет. Я уже думал об этом.
– Слушай Гарри, ведь можно узнать, есть ли они у профессора Спраут. Вот только кто бы это сделал. Нужен тот, кто хорошо разбирается в гербологии. – А кто у нас хорошо в ней соображает?.. Неввил! Нужно спросить у Неввила! – Гарри просиял от собственной догадки.
– Ты уверен? Это же Неввил. Он парень хороший, но все, что в его руках побывает – обычно взрывается! – засомневалась девушка.
– Да брось ты! Он просто стеснительный, а когда старается, то у него получается лучше, чем у многих. Решено! – с уверенностью сказал Гарри. – А где Рон?
– Когда я шла сюда, он был в гостиной. А что?
Гарри задумался на минуту. Он не хотел посвящать в свои поиски кого-либо еще, но ведь Рон его друг, и они не должны иметь секретов друг от друга. – Да нет, ничего… Просто я думал, стоит ли говорить ему об этом. Я тебе-то не хотел ничего рассказывать, если честно – Гарри взглянул на Гермиону, ожидая ее реакцию на его слова. Реакция не замедлила себя ждать.
– Гарри! Мы же твои друзья! – Герми была возмущена до предела. – И мы от тебя ничего не скрываем! Так почему же ты хочешь так сделать?
– Ты же умная, Гермиона! Сама не догадываешься? – Гарри разозлился из-за того, что его не хотят понять. – Не все, что я делаю, безопасно для окружающих. А точнее, вообще ничего! И у меня такое предчувствие, что эта затея тоже будет иметь последствия! Надеюсь, хотя бы не летальные.
Их препирательства пресекла мадам Пинс, разгневанная из-за нарушения порядка и тишины в библиотеке. Она очень сильно возмущалась "беспардонными студентами", не уважавших высокую ценность знаний и правила поведения в столь великом хранилище книг и фолиантов, что довольно сильно оскорбило Гермиону. Поэтому, пока они шли в гостиную Гриффиндора, она с удвоенной силой пыталась втолковать Гарри, что он не должен ничего скрывать от друзей. Наконец, сломавшись перед столь бешенным напором, парень пообещал все рассказать Рону, но только тогда, когда он сам выяснит побольше об этом месте и мече.
На протяжении следующих недель, Гарри пытался найти еще какие-либо сведения, но ничего не выходило, к тому же сейчас много времени уходило на уроки, так как седьмой курс предполагал приложение всех усилий к учебе. Снейп заваливал всех и вся огромными заданиями, безжалостно снимая баллы за их не выполнение, и не давал никаких поблажек, которых от него, впрочем, и не ожидали. Декан Гриффиндора от него не отставала, отличаясь лишь тем, что снимала баллы только за нарушения. Преподаватель по ЗОТИ, профессор Клоув, пока занимался только теорией, заставляя учеников штудировать учебники, изучая заклинания и их характеристики и воздействия. Гарри было легко, так как большинство заклинаний он уже применял или видел, как их использовали другие. Сам профессор во время уроков мрачно зыркал на учеников, иногда поясняя непонятные им вещи. Студенты истосковались по практическим занятиям, и наконец, в один пасмурный осенний день в конце сентября, их мольбы были услышаны. Зайдя после звонка в класс, студенты, а именно гриффиндорцы и слизеринцы, так как урок был сдвоенный, преподавателя не увидели. Рассевшись по местам, в отсутствии учителя, они начали заниматься чем попало. Гермиона, как староста факультета попыталась их усмирить, но ее попытки оказались абсолютно бесполезными. Между тем дурака валяние переросло в приличный бардак. Дин с Симусом затеяли словесную перепалку со слизеринцами, то и дело кидаясь всем, что под руку попадется. Неввил сидел, вжавшись в стул, пытаясь скрыться от то и дело пролетающих по классу снарядов. А Рон и Гарри устроили дуэль на палочках, будто те были мечами. Со стороны все выглядело так, словно на уроке присутствовали не семикурсники, а первогодки. Дверь в класс резко открылась, и внутрь быстрым шагом вошел Клоув. Все от неожиданности замерли в одном положении. Профессор строго осмотрел класс, снял по тридцать баллов с каждого факультета и приказал всем сесть на свои места.
– Сегодня мы проведем практическое занятие, поэтому уберите учебники и приготовьте ваши палочки – он подождал, пока студенты приготовятся. – Мы будем проходить заклинание, воздействие которого сродно действию ментальной магии. Это заклинание Стиволио. Кто из вас может описать его?
В воздух взметнулось немало рук, так как это заклинание ученики уже прошли по учебнику.
– Отвечайте мисс Браун – к большому неудовольствию Гермионы Клоув кивнул в сторону Лаванды.
- Это заклинание подавляет волю и заставляет жертву испытывать свои страхи, что вызывает состояние паники – поднявшись со своего места начала тараторить Лаванда на манер Гермионы, к вящему недовольству последней. В отличие от Империо, оно не является запрещенным, так как с ним гораздо проще справиться. Принадлежит к заклинаниям высшей магии начального уровня, что подразумевает под собой использование его волшебником, имеющим достаточно много сил. Если же у колдующего не хватит сил, то заклятье вызовет у жертвы лишь мелкую дрожь. Действие заклинания прекращается с помощью Фините Инкантатем , или усилием воли жертвы.
– Пять баллов Гриффиндору – Лаванда села довольная своим ответом, а слизеринцы наоборот недовольно заворчали. – Давайте попрактикуемся.
Клоув оценивающе осмотрел класс в поисках подопытного. Многие съежились, нехотя испытывать на себе его действие.
– Мистер Уизли и мисс Паркинсон, продемонстрируйте всем действие заклинания Стиволио. Мисс Паркинсон, вы начинаете. Панси и Рон встали друг против друга. Слизеринка взмахнула палочкой.
– Стиволио!
Заклятье попало в Рона. Первые несколько секунд с ним ничего не происходило, но затем его взгляд странно расфокусировался, а сам он побледнел и стал сильно трястись и пятиться, словно пытаясь от чего-то убежать. Дав ему минуту на попытку самостоятельно избавиться от действия заклинания, Клоув снял его.
– Хорошо, мисс Паркинсон, десять баллов Слизерину – теперь недовольно заворчали гриффиндорцы. – Запомните, чтобы побороть заклинание, нужно понять, что страхи беспочвенны, и не дать противнику подавить вашу волю.
Следующая пара: мисс Грейнджер и мистер Малфой. Начинайте, мисс Грейнджер.

– Стиволио! – четко выкрикнула Гермиона, направив палочку на Малфоя. С Драко случилось то же, что и с Роном, но где-то через пол минуты он перестал трястись, а взгляд снова стал ясным.
– Великолепно, мистер Малфой! Десять баллов Гриффиндору и пятнадцать баллов Слизерину. – Учитель обратился ко всему классу. – Пол минуты – слишком много, если вы будете участвовать в поединке, вы должны преодолевать действие заклинания за пару секунд, заранее подготавливаясь к его воздействию, поэтому потренируйтесь. Следующие – Забини и Поттер. Атакуйте, мисс Забини!
Блейз запустила в Гарри темно серый луч, но после того, как он попал в юношу, ничего не произошло. Гарри удивленно заморгал, ничего не понимая, в классе поднялся шепот.
– Интересно! – удивленно сказал преподаватель, внимательно оглядывая Гарри. – Присядьте, мисс Забини. Мистер Поттер, вы когда-нибудь сталкивались с этим заклинанием?
– Нет, профессор, никогда… – рассеянно пробормотал юноша.
– Ладно, мистер Поттер, сейчас я наложу на вас это заклинание, но предупреждаю, что его действие в моем исполнении будет гораздо сильней!
– Я готов, профессор – Гарри в ожидании встал напротив Клоува.
– Стиволио! – гаркнул Клоув в сторону Гарри.
Практически черный луч опять ударил в грудь Поттеру, но тот лишь немного пошатнулся, словно его толкнули, и остался на ногах, находясь в нормальном состоянии. Теперь студенты уже не шептали, а просто разинули рты от удивления. Брови Клоува поползли вверх.
– Удивительно!.. – пробормотал он. – Мистер Поттер, но вы почему-то вообще не восприимчивы к этому заклинанию. У меня есть одно предположение, но вы должны дать свое согласие.
– На что, профессор? – Гарри с интересом посмотрел на него.
– Я хотел бы попробовать наложить на вас Империо. – некоторые особо впечатлительные студенты невольно дернулись, но многим было интересно увидеть, что же сейчас будет с их однокурсником. – Насколько мне известно, вы умеете с ним бороться. Согласны?
Гарри немного подумал. Что с ним будет? Наверно ничего, ведь если он противостоял Воландеморту, то наверняка сможет сопротивляться и учителю.
– Я согласен.
Клоув отошел от парня и, сосредоточившись, произнес.
– Империо!
Гарри опять дернулся, но не более. Никакой легкости или эйфории. Даже обычного, повелевающего что-то делать, голоса в голове не было. Преподаватель не находил слов, что бы объяснить происходящее. Империо, конечно, противостоять можно, но вот вообще на него не реагировать…
Студенты еще долго обсуждали произошедшее на уроке ЗОТИ, красочно описывая друг другу использование непоправимого заклятия профессором на ученике. Сам же Гарри смутно догадывался, почему заклинание на него не подействовало.
«Ну, вот теперь для меня существует всего лишь два непростительных, что не может не радовать. Неужели защита так сработала?» Мысленно вопрошал он сам себя.
«Сработала, сработала. Или ты думаешь, что Империо профессора мощнее ментальной атаки Дамблдора, который не смог даже секунду покопаться в твоих мозгах?»
«Нет, не думаю… Что ж, это наверно хорошо, теперь меня хотя бы подчинить невозможно, так что тыл у меня прикрыт!»
«Тыл прикрыт? Ты сам понял, то о чем сейчас подумал? Если у тебя и прикрыт тыл, то только один из множества. Ничто не помешает, например, воткнуть тебе нож в спину»
«А ты знаешь, как от этого защититься? Может, поделишься знаниями?»
«Ну, для начала будь осторожен, а то сидишь сейчас и как идиот пялишься в одну точку. Не смущай девушку, она то не понимает, чего ты на нее так уставился!»
«Девушку? Какую девушку?»
«Очнись и увидишь. И поторопись достать меч, пока за ним не пришли вперед тебя, иначе тебе придется очень туго»
Последние слова "внутреннего я" прозвучали уже как-то глухо, Гарри заморгал, пытаясь прояснить взгляд, и, наконец, понял, куда смотрел все это время. В гостиной, при тусклом свете камина, на него смотрели два бездонных омута, манящих и затягивающих в свою бездну. Ему показалось, что кроме этих прекрасных темно-карих глаз нет больше ничего. От внутреннего напряжения Гарри вздрогнул и нечаянно отвел взгляд. Гермиона (а это была она), поняв, что Гарри вышел из своего ступора, смутилась и, отвернувшись, уставилась на пламя в камине. Он не знал, что ему теперь нужно делать и сидел, судорожно соображая, но мысли в голове летели несуразными, непонятными обрывками. Положение спас Неввил, подошедший спросить на счет какого-то заклинания. Гарри вспомнил, что он хотел спросить у Лонгботтома.
– Слушай, Неввил, ты не в курсе, нет ли у профессора Спраут жаброводрослей?
Парень задумался на мгновение, удивленно посмотрев на Поттера.
– Я не знаю, если честно… Но могу выяснить – Неввил решил полюбопытствовать. – А зачем они тебе?
– Да так, нужно для одного дела. – Гарри совсем не хотел посвящать кого-либо в свои дела. – Мне они очень нужны. Только об этом никто не должен знать. Ты не расскажешь?
Не то, что бы Неввил сильно огорчился из-за скрытности Гарри, ведь тот очень редко посвящал в свои секреты, но его любопытство немного оскорбилось, поняв, что его никто удовлетворять не собирается.
– Хорошо, я узнаю, у меня завтра как раз гербология. А ты Джинни не видел?
– Нет, по-моему, она уже спать пошла. Так ведь, Гермиона?
– Да, уже ушла – подтвердила девушка.
Неввил разочарованно побрел в спальню, пожелав всем спокойной ночи. Гермиона, странно грустно посмотрев на Гарри, пробормотала что-то вроде "встртимсязвтра" и быстро убежала к себе в спальню.


Холод подземелий замка пробивал до костей, заставляя сильней кутаться в мантию. Стены были покрыты слоем вековой плесени, а с потолка то и дело капала вода. По темному коридору, бесшумно, но быстро, словно призрак, шел высокий человек в черной мантии с накинутым на голову капюшоном. Скудный свет факелов, висящих на стенах, холодно отражался от серебряной маски, едва видной под капюшоном. Неизвестный пожиратель торопился, его хозяин не прощал опоздания, а за крупные ошибки наказывал в полной мере, так, что бывало и Круцио счастьем казалось. Войдя в зал, он подошел к трону, преклонив колено и поцеловав край мантии своего повелителя. Тот лишь сверкнул красными глазами.
– Твое счастье, что ты ПОЧТИ опоздал, Люциус. – прошелестел Воландеморт. – Ты ведь не хочешь огорчать своего повелителя?
– Нет, мой Лорд, я не хочу! – начал праведно каяться Малфой-старший.
– Что известно о Поттере? Твой сын следит за ним?
– Простите, мой Господин, но Поттер пока никак не проявлял себя. И он еще не нашел, то, что вам нужно, но Драко обязательно сообщит, если что-нибудь узнает.
– Этого МАЛО!!! – рявкнул Воландеморт. – Поттер все равно достанет меч, иначе это не Поттер. Но нужно еще ускорить события… Скажи, Люциус, кто очень дорог Поттеру? Ведь твой сын наверняка говорил тебе это.
– Он всегда ходит с отродьем Уизли и грязнокровкой Грейнджер, мой Лорд. – едва выдавил Малфой, содрогаясь от предполагаемого наказания, которое могло обрушится на него в любой момент просто для профилактики верности.
Воландеморт пару минут молчал, что-то обдумывая, уставившись немигающими глазами в никуда. Затем прошипел на серпентарго своей ручной кобре Нагайне, лежавшей у его ног. Та, получив приказ, прошипела что-то в ответ и быстро уползла. Люциус, скосив глаза в сторону уползавшей змеи, спросил дрожащим голосом.
– Мой Лорд, не позволите посвятить в ваш план своего преданного слугу?
– Почему же нет, Люциус… Ты тоже будешь в нем участвовать. Сейчас Нагайна направляется в Хогвартс, в логово этого маглолюба Дамблдора. Она поторопит Поттера… А после того, как он получит меч, ты нанесешь визит к родителям его грязнокровки… со всеми "приличиями". Ты понял меня, Люциус?
– Да Мой Лорд, но почему ее, а не Уизли?
– Нагайна сама передаст ему привет. Поттеру нужно как можно сильнее показать, что его ожидает. Тогда он сам принесет мне меч.
– Сам? Но почему?
– Люциус, мне иногда кажется, что ты слишком туп, что бы занимать свое место! – раздраженно прошелестел маг. – Когда мы нанесем удар по его друзьям, он придет мстить. Месть – всепожирающее чувство, она не отпустит его…
– Да, Господин, я был не прав, вы, как всегда, все продумали!
– То-то же, Люциус! А теперь выметайся и узнай, где живут эти магглы.
– Да, Мой Лорд, уже иду! – Малфой, пятясь, вышел из зала и аппарировал.

День не предвещал ничего плохого, даже Зелий сегодня в расписании не было, а уроки были только до обеда. Гарри задумчиво бродил вдоль кромки воды Хогвартского озера, размышляя только об одном – как достать меч со дна озера. Ему, почему-то, идея с жаброводрослями вдруг показалась бредовой и ненадежной. Неввил рассказал ему, что у профессора Спраут они есть, но, во-первых, их мало, а, во-вторых, они еще не выросли и не могли оказать нужного действия. Когда Гарри спросил, сколько им нужно времени, что бы созреть, не смог сдержать разочарованного вздоха, услышав ответ. Жаброводросли поспели бы только через пять недель, а у Гарри было ощущение, что столько времени у него не будет. Гермиона в это время должна была искать в библиотеке другой способ добраться до меча, благо, у нее было разрешение на доступ к Запрещенной секции. Рону он так ничего и не сказал, но почему он медлил, и сам не знал. Вроде бы они были друзьями и ничего не должны были скрывать друг от друга. Гарри почему-то колебался.
Решив, что сегодня все обязательно расскажет, он направился в гостиную Гриффиндора: домашние задания никто не отменял. Кое-как сделав на пару с Роном эссе по Трансфигурации, они сели за шахматы. Как всегда Уизли выигрывал, ну почти всегда, потому что один раз у Гарри хватило сил свести партию к ничье. Гермиона, так ничего и не найдя в библиотеке, сидела с очередной книгой для "легкого чтения". Некоторые студенты оживленно обсуждали скорое прибытие Чарли Уизли с драконами. Мнения на счет этого были разные, но большинство все-таки боялись. Они прекрасно помнили Тримудрый турнир и его первое испытание. В гостиную шумно ввалилась кучка студентов, среди которых шума больше всего было от Парвати Патил и Лаванды Браун. Они что-то эмоционально обсуждали, то и дело взмахивая руками. К удивлению Гарри, две подруги подошли к нему и начали наперебой рассказывать:
– Гарри! Гарри, ты должен узнать об этом! Это просто НЕЧТО!!! – затараторила Лаванда.
– Мы сейчас были на дополнительном уроке у профессора Трелони! – подхватила Парвати. – И она!.. Она в транс вошла и сделала предсказание!
Гарри на мгновение задумался, не обращая на восторженный лепет, восхваляющий великую предсказательницу. Зная, что Трелони иногда все-таки предрекает великие события…
Он резко схватил их обеих за руки и потащил к выходу из гостиной, знаком дав понять Рону и Гермионе следовать за ним. Ничего не понимающие горе-предсказательницы тащились за ним в какой-то темный коридор, известный только ему. Затащив их в самый темный угол, он остановился и, не обращая на вопросительные взгляды друзей, начал задавать вопросы.
– Вы слышали это предсказание… – скорее утвердительно, нежели вопросительно сказал он. – Что в нем?
– Мы его даже записали! Вот, тут, на пергаменте. – Парвати подала какой-то обрывок.
Гарри, не читая, запихал его в карман мантии.
– Что сейчас с Трелони? Она сама-то знает, что в транс вошла?
– Нет, она в обморок сразу упала, а мы за помощью побежали!
– Значит, никто не слышал… Чего же вы в нашу гостиную пошли, а не к мадам
Помфри?
– Ой! Об этом мы не подумали! Нам нужно быстрей бежать! – воскликнули девушки хором.
– Стойте! – крикнул Гарри, доставая палочку. – Обливиэйт! Вы пошли за помощью в мед крыло, потому что профессору Трелони стало плохо. Никакого предсказания не было. Идите!
Две подруги, как во сне, поплелись в сторону больничного крыла, вотчины мадам Помфри, а Рон и Гермиона оторопело продолжали смотреть на Гарри. Тот хмуро посмотрел на них и, помедлив, сказал:
– Идите за мной и не задавайте пока вопросов, я еще сам ни в чем не уверен.
Они кивнули и направились вслед за ним. Гарри привел их к выручай-комнате и, трижды пройдясь около стены, открыл появившуюся дверь. Войдя, они оглянулись: Комната напоминала средневековую залу, на стенах висели перекрещенные мечи и гербовые щиты, выцветшие гобелены. Почти под потолком висели факелы, слегка чадящие черной копотью. У камина стояло два кресла и диван, а на столике лежали ветхие свертки пергамента. Гарри сел в кресло, кивком головы показав друзьям на диван. Достав из кармана обрывок, отобранный у девушек, он долго его перечитывал, все больше и больше хмурясь. Наконец, собравшись с мыслями, юноша решился заговорить.
– То, что сейчас произошло, не должен узнать никто, никто я повторяю! – Гарри посмотрел на друзей, проверяя их реакцию на его реплику. – Ни друзья, ни родители, ни даже Дамблдор. Я думаю, вы меня поняли.
– Гарри, а мы когда-нибудь подводили тебя? – горячо воскликнул Рон. – Может объяснишь, что происходит?
– Сейчас ты все узнаешь, Рон, я уже давно хотел тебе рассказать, но мне нужно было кое в чем убедиться. – признался Поттер. – Гермиона все узнала раньше только из-за того, что пришла в библиотеку не в то время.
– Так она знала, а я нет! Это нечестно, еще друзья называется! – закипел Рон, вскакивая с дивана.
– Успокойся и сядь! – прикрикнул Гарри. – Шалости кончились! Впрочем, события в моей жизни даже с натяжкой шалостями не назовешь!
Рон с видимым недовольством замолчал и сел обратно на диван, обиженно уставившись в пол.
– Я думаю, вы поняли, что Трелони только что сделала новое пророчество. Но о нем потом.
Гарри вначале рассказал Рону то, о чем уже знала Гермиона. Рыжий Уизли забыл про обиду и слушал с открытым ртом. Когда Поттер закончил свое повествование, в комнате надолго воцарилась тишина, каждый думал о чем-то своем. Молчание, как всегда, нарушила Гермиона.
– Так что же в том пророчестве, Гарри? – нетерпеливо спросила она.
– Вы уверены, что хотите знать его? Если кто-либо другой узнает о нем, то подозрение падет только на нас троих. Если его буду знать только я, то тогда о нем вообще никто не узнает.
– А если Тот-Кого-Нельзя-Называть снова воспользуется вашей связью? Он ведь может…
– Он не сможет. Я не чувствую его больше, впрочем, я уверен, как и он меня. Не спрашивайте почему, сам не знаю. – соврал Гарри, не собираясь совсем раскрываться.
Друзья, подумав, согласились.
– Дословно пророчество звучит так: Равновесие освободится, только тогда, когда Огонь будет сломан. От того, кто будет владеть Равновесием, зависит судьба мира. – прочитав до конца, юноша сжег бумажку. – Насколько я понимаю, Равновесие – это Клинок Равновесия, хранящийся где-то в пределах Круга на дне озера. А вот что такое Огонь, я не знаю. Видимо над этим придется поломать голову.

Вечером того же дня друзья отправились прогуляться к озеру. Гарри медленно брел за друзьями, пропустив их вперед шагов на двадцать. Он думал, что мог означать Огонь в пророчестве. Это странно, ведь как там было сказано, он будет сломан. Но ведь огонь не твердый, его нельзя сломать. Вывод напрашивался сам собой, значит, это был не простой огонь, не в том виде каким его все видят, либо это вообще был не огонь, а то, что носило его имя, вот только что? Гарри не знал и понятия не имел, откуда или у кого узнать. Может спросить Дамблдора? Вдруг он слышал о чем-то, что имеет такое название.
Внезапно, впереди раздался крик. Спустя мгновение, Гарри понял, что кричала Гермиона, и рванул вперед что есть силы. Впереди был какой-то кустарник и он, не задумываясь, кинулся через них напролом. Картина, представшая перед глазами, вызвала у него такой шок, что юноша резко затормозил и стал, как вкопанный. Рон лежал на земле, а на груди у него, свернувшись кольцами, лежала гигантская кобра Волондеморта, Нагайна, и зло шипела на Гермиону, которая, сжавшись в комок от сковавшего ее ужаса, находилась в пяти метрах от змеи и тела Рона, пытаясь отползти подальше. Гарри, не задумываясь, заговорил на серпентарго.
– Что тебе здесь надо, змеиное отродье? – яростно прошипел юноша.
– Хозяин приказал сделать тебе предупреждение, Говорящий С Нами.
– Уходи и передай Ему, что я получил предупреждение! Вон отсюда!
Змея молча подчинилась и уползла в темноту, постепенно сменяющую сумерки. Гарри сначала подбежал к Гермионе и, удостоверившись, что кроме шока с ней ничего не случилось, повернулся к Рону. Тот бледнел на глазах, становясь все более похожим на мертвеца.
Растормошив Гермиону до вполне вменяемого состояния, Гарри отправил ее предупредить преподавателей, а сам поднял тело Рона заклинанием и направился в больничное крыло. Там его встретила уже предупрежденная мадам Помфри с кучей разных склянок наготове, охая и ахая, она указала на какую кровать положить Рона. После того, как пострадавший был напичкан разными снадобьями, а Гермиона напоена успокаивающим и снотворным, Гарри с тяжестью на душе вышел из больничных покоев. Бесцельно бредя по коридорам Хогвартса, он не замечал куда идет. Его поглотили мрачные мысли, все больше и больше ухудшая моральное состояние. Гарри понимал, что сейчас нужно было бы направится к Дамблдору и рассказать ему что произошло, но юноше было все равно, его поглощала вина за то, что близкие ему люди опять пострадали. Вечное бремя потерь преследовало его всю жизнь, отдаляя все больше и больше от окружающих. Он не мог позволить себе сблизиться с кем либо, потому что Воландеморт обязательно нанесет удар ниже пояса, не прямо по нему, а по родным людям, пытаясь сломить его дух, желание жить… Юноша уже ни в чем не был уверен, им все время пытались руководить, скрывали от него правду. Теперь еще и это пророчество… Что же такое Огонь? Он так и не знал ответа на этот вопрос.
Гарри опомнился только тогда, когда забрел в незнакомую часть замка, в которой, по-видимому, раньше не был. Какой-то пыльный коридор, в котором явно давно не убирались, оканчивался небольшой залой без мебели, лишь большие картины на стенах говорили о том, что здесь когда-то были люди. Гарри стал изучать их, переходя от одной к другой, разглядывая незнакомых людей на портретах. Что интересно, портреты не двигались и напоминали обычные маггловские картины, но были объемными как волшебные. На одном из них стоял человек, закованный в средневековые доспехи с мечом наперевес.
Каково было удивление Гарри, когда он узнал в этом мече клинок Годрика Гриффиндора! Присмотревшись получше, юноша смог различить истертую надпись на раме картины, которая гласила: «Прорубающий дорогу огнем». Огнем? Гарри призадумался. Уж не меч ли Гриффиндора был тем самым Огнем? Надо спросить Дамблдора, может он знает об этом, ведь клинок хранился у него. Выбравшись из пыльного коридора, Гарри понял, что находится в западном крыле замка на втором этаже, недалеко от гостиной Рейвенкло. Запомнив местоположение комнаты с картинами, Поттер направился к кабинету директора, тем более ему все равно надо было рассказать о сегодняшнем происшествии.



Глава 3. Часть первая. Пробуждение - 3

Уже почти дойдя до горгульи, загораживающей кабинет директора, Гарри был остановлен деканом Гриффиндора.
– Мистер Поттер, где вы были? – Минерва смотрела на юношу со смесью волнения и сочувствия. – Вас ждет директор!
– Я знаю, профессор, я к нему, собственно и шел. – ответил Гарри. – Вот только я не знаю пароля.
– Пароль – розовые…
МакГонаггал была прервана Дамблдором, вышедшим из-за горгульи.
– А, Гарри, Минерва! – голос директора был немного взволнованным, чего совсем нельзя было сказать по его выражению лица. – Мы вас заждались, пойдемте.
Поднявшись в кабинет, Гарри увидел там Люпина, Снейпа и родителей Рона, мистера и миссис Уизли. Молли, как только юноша вошел, обняла его со слезами на глазах. Артур выглядел очень взволнованно, очень желая знать, что все-таки произошло с его сыном. Ремус, в потрепанной одежде, был бледен и хмур. Лишь только Снейп, как обычно, носил маску равнодушия и безразличия и только презрительно скривился при появлении Гарри.
– Я думаю, Гарри, что сейчас лучше было бы, если ты расскажешь о том, что произошло у озера. – начал Дамблдор с сочувствием поглядев на чету Уизли. – И, если не ошибаюсь, это была змея Воландеморта?
– Да, профессор Дамблдор, это была Нагайна. – Гарри содрогнулся от воспоминаний. – То, что произошло с Роном, – он, как бы извиняясь, посмотрел на Молли. – было предупреждением для меня от Темного Лорда…
– Но откуда ты знаешь, что это Тот-Кого-Нельзя-Называть сделал тебе предупреждение? – с сомнением спросил Артур
– Как будто может быть иначе… – Гарри с мрачной усмешкой смотрел на ту самую картину с Кругом Силы. – К тому же, если вы забыли, я разговариваю на серпентарго, так что успел спросить об этом саму змею. Я надеюсь, что с Роном все будет в порядке. Простите меня, то, что случилось – из-за меня. Лорд пытается достать меня всеми способами, и при этом страдают невинные люди.
– Ну, что ты, Гарри – мягко сказал Дамблдор. – Никто тебя и не винит. С Роном все будет хорошо, профессор Снейп уже приготовил противоядие, и я думаю, через дня два мальчик встанет на ноги. Вы, конечно, хотите повидать сына, поэтому идите, Поппи вас пропустит. – сказал директор, обращаясь к родителям Рона.
Когда те вышли из кабинета, Дамблдор обратился к Люпину.
– Можешь продолжать Ремус, Гарри тоже должен знать это.
– Хорошо. Мне удалось выяснить, что к Темному Лорду примкнули многие существа. Он также сумел подчинить себе много драконов, в основном из Испании, Франции и Германии. Так же из России и Польши, но там не все прошло для него так гладко, как ему хотелось бы. Ему помешали. Про троллей можно не говорить вовсе. Что касается оборотней, то не все перешли на сторону зла – многие спрятались, а некоторые пожелали выступить на нашей стороне. Вампиры не приняли его сторону, видимо стремление к собственной свободе и независимости сыграло в этом большую роль. Вот с дементорами хуже. Теперь на стороне Лорда не только дементоры Азкабана, но и многих других стран. Все очень плохо: если он соберет всю свою армию в одном месте, то противостоять ей будет очень трудно, но для этого нужно время – не так-то просто незаметно перебросить такие силы в одно место. Тот-Кого-Нельзя-Называть может напасть через пол года, а может и через год, я не уверен в точности своего предположения.
– Спасибо, Ремус. Твои сведения очень важны для нас. Теперь тебе лучше всего передохнуть пару недель и восстановить свои силы. Можешь уже сейчас отправляться в штаб Ордена.
– Хорошо, я только поговорю с Гарри. – ответил оборотень.
– Иди, Ремус, я догоню тебя. Мне нужно поговорить с профессором Дамблдором. – сказал Гарри, поглядывая на ухмыляющегося чему-то Снейпа.
Когда Снейп и Люпин вышли, юноша спросил у директора.
– Мне хотелось бы узнать одну вещь: перед тем, как прийти к вам, я нашел одну комнату с картинами. На одной из них был изображен рыцарь с мечем Гриффиндора, а на портрете было написано «Прорубающий дорогу огнем». Кто этот человек?
– Хм… дай-ка вспомнить… Если не ошибаюсь, то это внук Годрика. Он был великим воином, не боявшимся смерти и не ведавшим страха.
– А эта фраза? Что она значит?
– Фраза? Огонь, а точнее Язык Пламени – имя меча. Каждое хорошее оружие имеет свое имя, к тому же клинок Годрика наделен некоторыми магическими свойствами. А почему ты спрашиваешь?
– Мне все-таки интересно знать историю основоположника нашего факультета и его предков. А было ли такое же оружие у Слизерина?
– Нет, Гарри. У Слизерина был жезл, но он был сломан спустя три века после его смерти. Это было очень мощное оружие, и если бы оно осталось целым и попало в руки к Воландеморту, то все было бы гораздо хуже.
– Спасибо вам, это все, что я хотел знать. Можно я пойду, посмотрю как там Рон и Гермиона?
– Конечно, мальчик мой, иди, к тому же тебя ждет Ремус. Не беспокойся за своих друзей, с ними все будет в порядке.
Гарри, попрощавшись, спустился вниз по лестнице и вышел в коридор. У стены, в полумраке, он увидел фигуру Люпина, ждавшего юношу. Из-за тени, в которой стоял оборотень, его вид стал каким-то зловещим и пугающим, напоминая ужас из кошмара.
– Как ты, Гарри? – спросил Рем, выходя из темноты и кладя руки на плечи Поттеру.
– Как обычно… – тяжело прошептал Гарри. – Я не знаю, что случится завтра, я не уверен ни в чем и мне хочется куда-нибудь исчезнуть, подальше от этого кошмара…
– Мне жаль, я очень сочувствую. Никому сейчас не тяжело так, как тебе.
– Ты здесь совершенно не причем… Когда-нибудь Воландеморт жестоко поплатится за все! – воскликнул юноша. – Он еще узнает, что такое мука!
– Успокойся, Гарри! – Ремус попытался успокоить его, принимая решительность за первые признаки истерики. – Он обязательно поплатится, но это не только твое дело. Это дело всех.
– Да, как же! – мрачно, но решительно усмехнулся Гарри. – Убивать то его все равно мне…
Люпин покачал головой, понимая, что на юношу возложили такой груз ответственности и боли, который не смог бы унести и взрослый. – Ты не должен падать духом, Гарри! У тебя есть друзья, твои близкие, ради них стоит жить достойно!
– Друзья… Да, они есть… Но, в принципе, что они могут понять? Посочувствовать – да, понять – нет… Они хоть и испытали из-за меня больше чем другие их возраста, но они все равно дети, пока, но дети… У них есть выбор, убивать или не убивать, жить или умереть, любить или нет. Я же обречен на убийство, обязан жить, и не имею права любить, потому что это приносит смерть тем, кого люблю. Я даю магическую клятву, что больше никого не впущу в свое сердце, клянусь мстить тем, кто этого заслуживает, даже убивать, если это понадобится! Если нарушу клятву, то пусть навеки потеряю свою магическую силу!
Люпин отшатнулся от Гарри, поняв, на что тот обрекает себя страшной клятвой. Когда Гарри закончил говорить, от него резко, физически ощутимо, плеснуло магией. В это время Дамблдор, сидя у себя в кабинете, горестно прикрыл рукой глаза, постарев сразу на десяток лет.
– Гарри! Как ты мог такое произнести! – горячо воскликнул Люпин. – Ты сам-то хоть понимаешь, что сейчас сказал?
– Я знаю, иначе и не говорил бы. – резко возразил юноша. – И не спорь со мной, ты сам знаешь, что назад уже ничего не вернуть. Отныне я сам решаю свою судьбу, и никто не вправе указывать мне! Я не собираюсь спасать этот мир, который не приносит ничего, кроме боли и ненависти, я буду только мстить за себя, свою семью и всех моих убитых близких. До свидания!
Гарри быстро пошел в сторону больничного крыла, оставив Люпина недоумевать в одиночестве. Юноша готов был закипеть от праведного гнева на Воландеморта и его шайку пожирателей, на всех, кто поступал несправедливо и жестоко, обижая невинных из удовольствия или глупых идей. Но по мере того, как он приближался к больничному крылу, ярость его улеглась, оставив вместо себя решимость разгадать загадку пророчества и уничтожить Лорда раз и навсегда.
Тихонько приоткрыв дверь, Гарри бесшумно, что бы не разозлить мадам Помфри, проскользнул внутрь больничного покоя. У кровати Рона сидели его родители. Миссис Уизли тихо плакала мужу в плечо, а тот успокаивающе гладил ее по голове. Обернувшись на шорох шагов Гарри, она с болью посмотрела на него и зарыдала еще сильнее. Удостоверившись, что Рон в порядке, а выглядел он сейчас довольно сносно, уже с небольшим румянцем на щеках, Поттер подошел к кровати Гермионы. Та все еще была под действием успокоительного и мирно посапывала. Разметавшиеся по подушке пряди, приоткрытые губы, кожа оттенка персика заставили вздрогнуть Гарри от одного своего вида. Он сел на краю кровати и поправив одеяло, взял ее безвольную руку в свою. Ощутив приятное и нежное тепло, Гарри в сотый раз сказал сам себе, что не даст ее в обиду, чего бы это ему не стоило. Посидев еще с пол часа, Поттер попрощался с родителями Рона и вышел из больничного крыла. Сон даже и не думал появляться и Гарри не знал, что делать. Пошатавшись по гостиной, он решил еще раз сходить к той картине, его манило туда все сильней и сильней, словно там было что-то важное для него, но что – юноша объяснить не мог. Прихватив мантию невидимку, Гарри вышел, тихо прикрыв портрет, и направился на второй этаж, к тому самому неприметному и пыльному коридору. По пути он начал анализировать все факты, имеющиеся у него относительно последнего предсказания Трелони, собирая воедино все, что знал. «Итак, если клинок Гриффиндора это Огонь, то он и есть ключ у мечу Равновесия… Но что значит то, что он должен быть сломан? Просто сломать? Да мне Дамблдор и МакГоннагал башку оторвут за это!»
«Правильно, оторвут… Если узнают» Мысленно перебил его голос в голове.
«И как же сделать, чтобы не узнали? Обливиэйт наложить что ли? Это равносильно самоубийству!»
«Ох… Ты что, паинькой стал? Его нужно ИЗЪЯТЬ! Смысл слова понял?»
«Украсть? Нет, я точно сумасшедший! КАК что-то украсть из кабинета директора? Да он же сразу узнает!»
«Меч где? В шляпе. Его просто так видно? Нет. Никто не заметит отсутствия того, что просто так не увидишь. Кто догадается, что меча в шляпе нет, если на ней не написано, что его там нет? Никто. А дальше все просто»
«Просто… Не так то уж и просто… Как его сломать? Не просто так же!»
«Вот сейчас и выясним. Меч – ключ к картине. Да, к той самой, на которую ты два часа назад пялился»
«Вот блин! А сразу сказать нельзя было?»
Гарри остановился перед изображением рыцаря, задумчиво изучая картину в поисках "замочной скважины" для "ключа". Сколько он не смотрел, так ничего и не увидел, и в отчаянии сел на пол перед портретом. «Ну и как же быть? Я ничего не вижу!»
«Плохо смотришь. Ты читать умеешь?»
«Умею. Как это тут то пригодится?»
«Читай, коли умеешь! Тем более читать практически ничего не надо. Тут Лонгботтом догадается!»
Гарри уставился на надпись на раме картины. Прорубающий дорогу огнем… Гарри осенило.
«Хочешь сказать, нужно просто разрезать эту картину?»
«Не просто, а именно мечом Гриффиндора. Теперь нужно достать его самого»
«Вот в этом проблема… Сейчас уже поздно, и Дамблдор наверняка у себя в кабинете»
«Ладно… А что если просто попросить у него меч? Я думаю, он не откажет»
«Ох… Я сошел с ума, какая досада… Как ему объяснить, зачем мне нужен меч?»
Поттер закатил глаза.
«Никак. Просто скажи, что он тебе нужен. После того, как ты произнес свою клятву, он должен пойти на уступку»
«Он слышал?»
«Да. И не в восторге от нее. Ты не сможешь вернуть слова обратно, пока не умрешь или не выполнишь долга. Поэтому директор будет не очень сопротивляться, если ты настоишь на своем»
«Ну попытка не пытка… Только если заявиться сейчас, то Дамблдор точно ничего не отдаст. Уже ночь почти, я завтра пойду, благо будет суббота, так что времени предостаточно» Подумал Гарри, но ответа не последовало, и он устало поплелся в гостиную.
Пробуждение следующим утром было ужасно. Сразу нахлынули воспоминания о вчерашних событиях, заставившие содрогнуться, но Гарри взял себя в руки, вспомнив свою клятву. Приняв душ, он оделся и отправился в больничное крыло, навестить Рона и Гермиону. Зайдя в помещение, юноша увидел хмурых гриффиндорцев, которые стояли около кровати Рона. Увидев Поттера, они странно зашептались, кидая подозрительные взгляды на Гарри. Когда он подошел к ним, сокурсники как-то боязливо расступились перед юношей. Рон, уже пришедший в сознание, с темными кругами у глаз, и неестественно худой, злобно зыркнул на Гарри. Тот, явно не понимая в чем дело, спросил.
– Что случилось? Как ты, Рон? – Поттер покосился на перешептывающихся за его спиной гриффиндорцев. – Что вы так на меня смотрите???
– Уйди отсюда! – зло просипел Рон. – От тебя одни неприятности! Мало тебе меня, так еще и Гермиона пострадала только из-за того, что дружила с тобой!
Сердце Гарри ёкнуло и упало куда-то вниз. Гермиона? Она же была в порядке, не пострадала сама, только напугалась и все!
– Я ничего не понимаю… – Гарри недоверчиво посмотрел на друга. – Что произошло, может скажете! Или вы так и будете на меня пялиться, будто я Воландеморта в Хогвартс привел под ручку!
Все присутствующие сильно вздрогнули от имени Темного Лорда и сделали шаг назад, отстраняясь от Поттера.
– Да ну вас! – раздраженно-презрительно сказал Гарри. – Вы трясетесь от одного слова! И это вас надо спасать?! По-моему, спасения вы даже не заслуживаете!
– Очень то надо! – бросил Рон ему в спину, но Гарри уже захлопывал за собой двери в больничное крыло.
Не зная, что делать дальше, Гарри топтался около окна на третьем этаже, то и дело поглядывая на спокойную поверхность озера. Что же там случилось с Гермионой? Где она сейчас?
«Черт, что же делать? Надо идти к Дамблдору, он должен все знать!?»
Поттер бегом рванул по коридорам Хогвартса к кабинету директора, распугивая студентов, идущих на завтрак. Самому ему сейчас было не до еды.
Добравшись до горгульи, он остановился в растерянности. Пароль! Гарри не знал пароля, поэтому не мог подняться в кабинет. Юноша стал вспоминать вчерашний день.
«Так, МакГонаггал мне его так и не сказала. Стоп, одно слово я все-таки
услышал. Розовые. Что же там такое розовое?..»
– Розовые канарейки! – проговорил Гарри.
«Угадал!»
Горгулья отпрыгнула в сторону, открывая вход на площадку подъемной лестницы. Поднявшись к двери, Гарри без стука ворвался в кабинет. Дамблдор задумчиво помешивал своей палочкой серебристую жидкость в своем дубльдуме. Не отрываясь от своего занятия, директор поздоровался с Гарри и попросил его сесть. Убрав дубльдум в шкаф, он сел напротив юноши.
– Что ж, Гарри, не трудно угадать, зачем ты пришел ко мне. – Дамблдор внимательно наблюдал за парнем. – Ты наверно хочешь знать, что с мисс Грейнджер. К сожалению, произошло непоправимое. Нет, не то, что ты подумал, с ней самой все в порядке. Вчера вечером произошло нападение на маггловский район Лондона. А точнее на дом Грейнджеров. Как бы тяжело тебе не было это услышать, но ты должен знать. В результате этого нападения были убиты три человека. Гарри, погибли родители Гермионы и их соседка, которые в это время была у Грейнджеров в гостях. Мне очень жаль, поверь.
Гарри невидящим взглядом уставился в пол. Как? За что? А ведь еще вчера он пообещал, что не позволит, что бы с Гермионой случилось что-нибудь плохое. Может быть это произошло и раньше, чем он сказал свои слова, и помешать все равно было не в его силах. Будь проклят Воландеморт! Гарри с силой сжал кулаки, вгоняя ногти в кожу и не замечая боли. Внезапно он вскинул голову и вперился яростным взглядом в глаза Дамблдора, от чего тот даже вздрогнул. Изумрудно-зеленые глаза полыхали диким пламенем, которое, казалось, могло бы прожечь дыру в чем угодно.
– Профессор, вам известно, кто это сделал?
– Нет, Гарри, те, кто находились поблизости, видели только трех людей в черных мантиях. Ты сам понимаешь, кто это.
– Пожиратели Волондеморта! – прошипел Гарри.
– Да, ты прав. Но личностей установить не удалось, а авроры прибыли слишком поздно.
– Знаете, что объединяет авроров и маггловскую полицию? Они никогда не прибывают вовремя. – мрачно сказал Гарри, не дожидаясь ответа на свой вопрос. – Профессор, я знаю, вы сейчас подумаете, что я сошел с ума и отправите меня в клинику Святого Мунго, но я должен у вас спросить одну вещь. Мне нужен меч Годрика Гриффиндора.
– Зачем он тебе, Гарри? Это ведь не простая вещь. – Дамблдор странно посмотрел на Поттера.
– Нет, профессор, не подумайте, что я собрался идти рубить плохих парней! – Гарри нерешительно посмотрел на Дамблдора. – Хорошо, я расскажу вам, но это никто не должен знать. Вы ведь в курсе, что не так давно профессор Трелони упала в обморок.
Дамблдор утвердительно кивнул и Гарри продолжил.
– Так вот, она не просто потеряла сознание, перед этим она сделала еще одно предсказание. Слышали его только два студента, Лаванда Браун и Парвати Патил.
– Но почему они никому не сказали? Ты ведь сам знаешь, Гарри, что твои сокурсницы молчаливостью не обладают.
– Да, профессор, но они ничего не помнят. Я. – Гарри замешкался. – Я стер им память. Этого никто не должен был знать. Вы наверно очень хотите знать, что было в предсказании? Я расскажу вам. Но вначале небольшая предыстория. Помните, я интересовался, что за круг изображен вон на той картине? – Поттер кивнул в сторону пейзажа. – Мне удалось узнать, из-за чего его затопили. Вы знаете что-нибудь о мече Равновесия?
Дамблдор искренне удивился.
– Откуда ты знаешь о нем? Он пропал много веков назад!
– Откуда знаю, сам не знаю. – Гарри усмехнулся своему нечаянному каламбуру. – Зато я теперь точно знаю, что меч там, в этом круге. Но чтобы его достать нужен ключ. А ключ этот хранится у вас. – юноша указал на старую распределительную шляпу, из которой достал меч на втором курсе. – Теперь о пророчестве. Речь в нем шла о том, что Равновесие будет освобождено тогда, когда будет сломан Огонь. Что такое Огонь вы знаете. К тому же добраться к месту хранения можно только с помощью меча Годрика. От того, у кого будет находиться меч Равновесия будет зависеть судьба мира. Вот собственно и все. Теперь вы мне верите, профессор?
Директор надолго задумался, осмысляя слова Гарри. Сам парень нетерпеливо крутил свою палочку в руках, ожидая решения директора.
– Хорошо, Гарри. Ты можешь взять меч, но обещай, что никому не причинишь вреда.
– Профессор Дамблдор, – Гарри был серьезен как никогда. – Вы слышали мою клятву. Я буду даже убивать, если у меня встанут на пути. Но я никогда не причиню зла никому просто так. И еще, не следует кого-нибудь отправлять следить за мной, иначе все закончится с последствиями. Надеюсь, вы поняли меня, профессор?
Дамблдор печально и пристально посмотрел на Поттера и кивнул головой, не произнеся и слова. Гарри встал и подошел к шляпе. Та, видимо спала, поэтому и слова не сказала, когда он снял ее с полки, закрыл глаза и, представив себе меч Годрика, вытащил из потрепанной шляпы сверкающий в лучах восходящего солнца, пробивающихся в окно, блестящий клинок с большими рубинами на рукояти. Положив шляпу обратно, он уверенно взмахнул мечом, со свистом рассекая воздух. Меч в руке лежал удобно, знакомо делясь с ладонью приятным холодком.
– До свидания, профессор, спасибо что помогли, и не беспокойтесь за меня, я вернусь целым и невредимым, у меня еще слишком много долгов. – сказал Гарри на прощание и вышел из кабинета, не дожидаясь ответа директора.
Если в жизни и есть какие-либо законы, то строго выполняется только один: Закон Подлости. Именно сейчас так и произошло. Идя по утреннему Хогвартсу и распугивая студентов своим грозным и решительным видом, а так же, что не мало важно, сверкающим клинком в правой руке, Гарри встретился с Малфоем, идущим со своей свитой в Большой Зал на завтрак. Свита Его Высочества Принца Слизеринского состояла из двух шкафов с антресолями Кребба и Гойла, а также извечной пассии Его высочества . Панси Паркинсон. Уверенный в поддержке своего сопровождения, Малфой решил сострить.
– Поттер! Куда это ты направился с этим ножичком? – Драко противно ухмыльнулся. – Никак собрался потрошить зверушек твоего Хагрида? А как там поживает твоя грязнокровка?
Последнюю фразу он явно сказал зря, потому что Гарри, решивший сначала пропустить мимо ушей все нападки Малфоя, не выдержал и выхватил свободной левой рукой палочку и уверенными резкими движениями раскидал в стороны телохранителей слизеринца. Панси в ужасе отскочила к стене. Тем временем Гарри со всего разгона, который позволяло то расстояние, что было между ним и Малфоем, налетел на последнего и повалил на пол. Приставив к горлу Драко лезвие меча, Гарри зло оскалился.
– Что, Малфой, тебе жить надоело?
– Ты не посмеешь! – дрожащим голосом прохрипел тот, испуганно смотря на Поттера.
– Ты так уверен в этом? – Гарри слегка сдвинул клинок, и тот слегка надрезал кожу на горле слизеринца. – или ты думаешь, что меня успеет остановить твой папаша?
Драко не на шутку перепугался и был готов молить каких угодно богов, лишь бы остаться в живых.
– Слушай сюда, слизняк! Если ты еще раз скажешь хоть одно слово в сторону Гермионы, запомни, даже если оно будет хорошее, я хоть с того света вернусь и размажу тебя по стенке.
Гарри слегка ослабил хватку, но Малфой и не думал предпринимать какие-либо действия.
– Ах, да, еще кое-что. Гарри приблизил свое лицо к лицу Малфоя и тихо, что бы никто не услышал, прошептал:
– Передай своему папаше, что он будет жить до первой нашей встречи. Он стоит в моем личном списке после Воландеморта и Лейстрандж. Запомнил?
Драко судорожно кивнул. Гарри плавно отнял меч от горла слизеринца, а затем, когда тот уже не ждал ничего из ряда вон выходящего, двинул в челюсть со всего размаху. Поттер поднялся с пола и для упреждения нападения в спину угрожающе посмотрел на Панси так, что та вжалась в стену еще больше. Студенты, которые видели все случившееся, отпрянули от Гарри, словно увидели на его месте бешеного Снейпа. Поттер твердой походкой покинул место "сражения", по ходу порадовавшись тому, что не встретил по дороге Снейпа. Он был так же рад тому, что после его выходки за ним никто не последует и, следовательно, не помешает. Добравшись, наконец, до комнаты, Гарри встал перед картиной в нерешительности. Потом, собравшись с духом, он поднял меч на уровень груди и погрузил в картину.


Гарри с трудом удерживал вибрирующий и нагревающийся меч, который был наполовину в картине, несмотря на то, что за ней была обычная стена. От меча в разные стороны расползались язычки красного пламени, а портрет стал исчезать на глазах, открывая зияющий темнотой проход. На раме проявились странные руны, складывающиеся в слова. Вот уже портрет исчез совсем, а клинок Гриффиндора перестал трястись. Гарри устало опустил меч и достал из кармана палочку, зажигая на ее конце свет. Из проема веяло сыростью, но воздух не был затхлым, как ожидал юноша. Он осторожно перешагнул через раму портрета и осветил начало узенького коридорчика. После пары шагов внутрь, Гарри услышал странный звук. Резко обернувшись и не увидев выхода, он от неожиданности выронил палочку, которая сразу же погасла. Смачно выругавшись, Поттер принялся шарить по полу руками, пытаясь найти свою палочку в кромешной темноте. После пяти минут поисков, когда палочка была найдена, а свет опять зажжен, Гарри огляделся. Каменная кладка коридора ничем не отличалась от остальных стен замка, разве что паутины на ней было куда больше, чем даже в самом грязном углу Хогвартса. Собравшись, Гарри начал продвигаться дальше, осторожно ступая по толстому слою пыли, который заглушал шум шагов лучше любого ковра. Коридорчик вскоре закончился небольшой площадкой, от которой начиналась винтовая лестница, уводящая своей спиралью ступеней вниз, в непроглядный мрак. Подумав о том, как хорошо бы ему сейчас сиделось в гостиной наверху башни Гриффиндора, он обреченно вздохнул и стал спускаться вниз, считая из любопытства ступени. Где-то после тысяча сотой ступеньки он сбился и прекратил бесполезное занятие. Вскоре лестница кончилась, выводя в небольшую комнату с факелами на стене. Гарри заклинанием зажег один из них, остальные же, словно по цепной реакции, загорелись вслед за ним. В помещении стало довольно светло, и парень смог разглядеть его поподробней. Хотя на самом деле рассматривать было и нечего. Единственное, что бросалось в глаза – дверь, находящаяся напротив, обитая медными пластинами, из-за которых она стала зелено-голубого цвета оксида меди. Видимо эта дверь делалась на века. Погасив палочку и заткнув меч в наколдованную перевязь, чтобы не мешал, Гарри подошел к двери. На попытку открыть ее заклинанием ничего не вышло, никакой ручки, за которую можно было бы потянуть, не было. Поттер решил осмотреть дверь получше, что не замедлило принести плоды: в центре двери оказался небольшой диск, а в нем углубление, уходящее в нее на дюйм и по форме подходящее на окончание рукояти меча Годрика. Вытащив меч, Гарри вставил его рукоятью в углубление и попытался повернуть, но у него ничего не вышло. Тогда он, что было силы, надавил, так что побелели пальцы. Диск ушел в дверь с щелчком, и раздался тяжелый скрип открываемого замка, который был в неподвижности около восьмисот лет. Дверь тяжело распахнулась, открыв за собой предлинный коридор, освещенный такими же факелами, что были в комнате. Осторожно продвигаясь вдоль стены, Гарри чувствовал, что с ним что-то не так. С каждым шагом все сильней и сильней чувствовалась странная слабость и всезаполняющая пустота, пробуждающая панический ужас. В нарастающей панике, Гарри покрепче сжал меч и, держа палочку наготове, стал продвигаться дальше. Вскоре слабость отступила, но пришли тошнота и головокружение, впрочем продержавшиеся сравнительно недолго. Когда Поттер почти добрался до конца этого, казалось бы, нескончаемого коридора, все прошло, и он чувствовал себя вполне сносно, но чего-то все равно не хватало.
Когда Гарри вышел из туннеля, то обомлел. Он стоял в довольно большой пещере, по периметру которой стояли колонны, уходившие сквозь высокий потолок на поверхность дна озера. В центре круга, образованного колоннами, на высоком пьедестале покоился кристалл, сиявший призрачно голубым светом. Гарри осмотрелся в поисках меча, но его нигде не было видно. Он подошел к кристаллу. Тот, словно живой, пульсировал светом. Юноша дотронулся до камня рукой, о чем сразу же пожалел: кристалл был словно сотворен из холода, он обжигал, словно пламя, но на ладони не оставалось следов ожога.
– И что мне теперь делать? – задал Гарри вопрос в тишину.
Словно ответом на его вопрос, с потолка пещеры упала капля воды, заставившая юношу поднять голову и посмотреть наверх. Его челюсть тут же отвисла. Под сводом пещеры, на самом верху как раз над кристаллом, висел меч. Такого меча Гарри еще никогда не видел. Это было само совершенство: клинок, длиной чуть более метра, серебристо-белый, с черной каймой по лезвию, красивая и удобная рукоять из неизвестного белого материала, и гарда, украшенная черными бриллиантами, сверкавшими в полутьме, словно черные звезды. По лезвию шли сплетения рун, черных и белых, как свет и тьма.
Очнувшись от созерцания меча Равновесия, Гарри в нерешительности осмотрелся. Что делать теперь, он не знал. Чудесный меч ничто не держало, но у Гарри было подозрение, что так просто его не достать.
«Вспомни пророчество»
«Вспомнил. Что дальше? Я так понимаю, этот кристалл впитывает в себя магию и каким-то образом удерживает меч наверху?»
«Правильно понимаешь. Разбей кристалл мечом, его и твоей магии должно хватить, чтобы разрушить эту стекляшку»
«Моей магии? То есть? У меня же нет тут магии, кристалл все поглощает!»
«Твоя магия в тебе и никуда не делась. Но вот когда она выходит из тебя, то ее тут же поглощает кристалл. Видишь эти столбы? Это рунные колонны, их верхушки – те самые камни, образующие круг наверху. Таким образом фокусируется вся сила кристалла, то есть почти вся. На поверхности все нормально, а здесь, как ты заметил на подходе к пещере, с магией твориться что-то не то, и из-за этого тебе так плохо было»
«Но если я разобью кристалл, его сила уйдет?»
«Не уйдет, но у маленьких кусочков она будет несравненно меньше чем у всего кристалла. Когда будешь уходить, восьми с собой осколки, Дамблдор будет вне себя от счастья, тем более тебе нужно что-то отдать взамен сломанного меча. И еще одно. Ты скорей всего потеряешь свою магию, кристалл при разрушении ее уничтожит, но это единственный способ заполучить меч»
«И кем я тогда стану!? Сквибом?»
«Нет. Магглом. Но с мечом Равновесия тебя вряд ли кто-то сможет достать. У
него масса преимуществ, и так уже сложилось, что им не могут владеть маги. Он сопротивляется той магии, которая находится во владельце, медленно сводя с ума и убивая. Потому что первого его владельца подло отравили маги»
«Но как тогда им будет владеть Воландеморт? Он же маг, а мне вроде бы предстоит передать ему меч!»
«Когда ты отдашь ему меч, он уже не будет иметь и половины своих свойств. Так что не дрейфь и действуй!»
«Знаешь, я почему-то не боюсь стать обычным человеком. Хотя предложи это кто-нибудь другой, я бы одарил его оглушителем. Все точно будет нормально?»
«Да»
Гарри убрал ненужную палочку в карман и взял меч двумя руками. Мысленно перекрестившись, он, что было силы, размахнулся мечем и ударил по кристаллу. Далее все было как при замедленной съемке. Вот сверкающий меч, со свистом, казавшимся в пещере во много раз сильнее и громче, вспорол воздух серебристой молнией, и клинок со звоном лопнул, наткнувшись на кристалл. Внутри у Гарри словно все взорвалось, истекая в кристалл. Юноша начал падать, сжимая в руках уже бесполезный обломок меча. В падении, он увидел, как кристалл засветился ярче, сильными волнами излучая яркий свет, покрылся сетью мелких трещин, а когда Гарри был уже на полу пещеры, взорвался, осыпая все вокруг осколками. Меч, висящий на высоте семи-восьми метров острием вниз, начал падать. Лязгнув, он отскочил от пьедестала, на котором покоился кристалл, и вонзился в каменный пол у головы юноши. Гарри судорожно сглотнул, поняв, что смерть еще раз прошла мимо. Он поднялся с пола и, пошатываясь от слабости, оперся на пьедестал. Чувствовал парень себя так, будто пробежал от вокзала до Хогвартса и обратно. Руки не слушались, а ноги тряслись и отказывались держать тело. Собрав волю в кулак, а точнее все, что от этой воли осталось, Гарри неровным шагом подошел к мечу, ушедшему острием в камень на несколько дюймов. Он осторожно прикоснулся к рукояти, ощущая невиданный прилив сил. Взяв меч покрепче, гриффиндорец потянул его на себя, удивленно отметив, что меч вышел из камня легко и без усилий, оставив на полу ровный, словно после хирургического скальпеля, разрез. Клинок сверкнул идеально наточенным
лезвием в свете факелов, как бы приветствуя нового хозяина.
«А теперь сожми ладонью лезвие до крови»
«Зачем???»
«Нужно. Так ты получишь то, что тебе нужно от этого меча»
«И что же мне нужно?»
«Потом узнаешь. Древние живые мечи любят кровь своих хозяев, и, выпив ее однажды, никогда не предадут»
Гарри послушался внутреннего голоса и, сжав ладонью лезвие, повел рукой. По клинку побежали струйки крови, впитываясь в ледяной металл. Рука болела, под кожу в местах разреза будто кислоты плеснули, но Гарри терпел боль как мог. От того, что кровь все больше и больше уходила из тела, начала кружиться голова. Юноша сел на пол, не выпуская меча из рук. В конце концов, сознание покинуло его, оставив только непробиваемый мрак, и Гарри вырубился.
Часом ранее, преподаватели и студенты находились в Большом Зале на обеде. Перед тем, как начать есть, Дамблдор встал со своего места и произнес речь.
– Уважаемые студенты! С прискорбием вам сообщаю, что вчера вечером, было совершено нападение на маггловский район Лондона. Было убито три человека, двое из них – родители студентки седьмого курса Гриффиндора Гермионы Грейнджер. Сейчас она уехала домой, но когда мисс Грейнджер вернется в школу, я надеюсь, вы с пониманием и сочувствием отнесетесь к ее потери, и не будете совершать опрометчивых поступков. А теперь ешьте. Студенты сразу зашептались, то и дело поглядывая на учительский стол.
Слизеринский стол принялся за обсуждение, создавалось ощущение, что они поздравляли друг друга с очередной карательной вылазкой пожирателей против магглов. Один Драко Малфой сидел и молчал, все еще помня о утреннем происшествии. Снейп отсутствовал вообще, МакГонаггал то и дело вытирала слезы платочком, а Дамблдор сидел с серьезным выражением на лице и о чем-то напряженно думал. Другие профессора сидели с отсутствующим видом и равнодушно жевали.
Когда обед был уже почти закончен, и некоторые студенты уже начали покидать Большой Зал, замок тряхнуло, зачарованное небо над студентами ярко вспыхнуло. Все повставали со своих мест, не понимая, что происходит, и не зная, что в этом случае предпринять. Дамблдор, встав, попросил всех сесть и успокоиться.
– Все в порядке! – его вроде бы спокойный голос без помех перекрыл гомон взбудораженных студентов. – Ничего непоправимого не произошло, просто случился большой выброс магической энергии недалеко от замка. Это не принесло ничему и никому вреда.
– А из-за чего вообще это произошло? – поинтересовался кто-то из гриффиндорцев.
– Что произошло пока не известно, но думаю, что в скором времени нам удастся выяснить причину.
Студенты немного успокоились, но еще долго обсуждали произошедшие события.


Гарри медленно приходил в себя, лежа на каменном полу пещеры. Тело болело от долгого лежания на камне, все мышцы свело, и они нещадно ныли. До него только теперь дошло, что же он потерял. Он не сможет учиться в Хогвартсе, он не сможет противостоять Волондеморту, ему придется покинуть этот мир, который хоть и не был его, но был так привычен.
«Не надо так печалиться, человек! Теперь мало какой маг с тобой тягаться сможет, когда у тебя есть Я!»
«Ой! А это еще кто?» Мысленно удивился Гарри новому голосу в голове.
«Это меч Равновесия. Я же говорил, что он ВЕСЬМА своеобразен. Гордости у него точно через край? Словно пробормотало второе "я" Гарри.
«Отстань, дух! Я, как-никак, был создан для великой борьбы!»
«Тоже мне! Борьба то великая, а конец какой? Ты ведь знаешь, что ждет тебя в конце концов? Так что умерь свой пыл и объясни что и зачем, а то кое-кто ничего не понимает»
«Как будто у тебя другая судьба! Тебя ждет тоже самое! Все рано или поздно исчезают из мира»
«То, да не то. Меня если и ждет твоя судьба, но это случится совсем еще не скоро»
«ДОВОЛЬНО!!!» Мысленно крикнул Гарри. «Хватит использовать мою голову для ругани! Я ничего не понимаю, а они перебранку устроили! Кого там какая судьба ждет?»
«Это тебе знать раньше времени не положено и это исключительно наш спор, а что к чему, пусть тебе железяка объясняет!»
«Я с вами с ума сойду. Меч, у тебя хоть имя то есть?» Спросил Гарри.
«Мой предыдущий владелец называл меня Бликом» Прозвенел металлом голос меча.
«Бликом? Ну, пусть будет Блик. Так что там на счет того, что ты даешь своему владельцу?»
«Много чего! Я не дам хозяина в обиду, предостерегу от западни и спасу от заклинания. Меня создавал великий маг, он дал мне разум и волю. Ты дал мне испить своей крови, и я благодарен тебе. Теперь, пока мой разум жив, я никогда не принесу тебе вреда и не пораню тебя. Благодаря мне, ты уже умеешь многое, чему другие учатся годы, а то и всю жизнь. Знания, хранимые мной – бесценны?
«Ого. Никогда не знаешь, что найдешь, что потеряешь»
«Так, что не жалей, что потерял никчемную магию, я намного ценней, чем
она!»
«Нет, это все-таки еще тот эгоист. Возвращай силы своему новому хозяину, нужно уходить отсюда, скоро пещера не выдержит»
Гарри открыл глаза. Летали какие-то белые мушки, что на самом деле было результатом большой кровопотери. В правой руке покоилась рукоять не в меру разумного меча. Ладонь левой руки безболезненно зажила, но два тонких шрама на коже остались, как напоминание о произошедшем. Парень сжал меч покрепче и ощутил прилив сил. Надоедливые мухи наконец исчезли, а сил было достаточно, чтобы идти не спотыкаясь. Завернув в мантию обломки меча Годрика Гриффиндора, и набив осколками кристалла карманы, Гарри поспешил убраться из пещеры, так как ее потолок из-за взрыва покрылся трещинами, из которых все сильней и сильней сочилась вода. Пара колонн и вовсе разрушилась, рассыпавшись на мелкие каменные осколки. Уже в конце тоннеля, почти добравшись до пустой комнаты, в которую его привела лестница, Гарри услышал глухой грохот обрушившегося свода пещеры и шум воды, начинавшей заполнять все доступное ей пространство. Поторопившись, он вбежал в комнату и захлопнул за собой тяжелую дверь.
С трудом поднявшись по лестнице, освещая себе путь факелом, благоразумно прихваченным из комнаты, Гарри, тяжело дыша, добрался до начала коридора, в котором он начал свой путь. Магия для него теперь была недоступна, поэтому что делать, Поттер не знал. Решив, что попытка не пытка, юноша сделал то же, что и снаружи – воткнул Блик в стену, там где должен был быть портрет. Он не ошибся, и через мгновение стена исчезла, открыв выход из коридора в пыльную комнату с картинами. Гарри аккуратно выбрался и обернулся. Изображение рыцаря оказалось на своем месте, ничем не говоря о том, что здесь есть проход.
Гриффиндорец отправился к директору, что бы отдать на хранение обломки меча Годрика и кристаллы, которые он собрал в пещере. Зрелище, которое Гарри собой представлял, не могло не удивлять непосвященных в произошедшее. В немного порванной и грязной одежде, с набитыми кристаллами оттопыренными карманами, свернутой мантией подмышкой и прекрасным мечом наперевес, плелся усталый подросток, не смотрящий на дорогу и налетающий на всех подряд. Впрочем, скоро студенты, едва увидев Гарри, сами расступались в стороны, испуганно разглядывая его. Те же, кто видел утреннюю потасовку с Малфоем, с большим интересом разглядывали новый меч в руке Гарри, так как помнили, что он уходил куда-то с совсем другим мечом.
Подойдя к горгулье, он назвал пароль и вошел в кабинет директора.
– Я же говорил, что вернусь, профессор Дамблдор. – устало проговорил парень, падая в одно из кресел перед столом директора. – Я пришел, что бы отдать вам это.
Гарри развернул мантию и положил на стол обломки Огня. Затем он вытряхнул содержимое карманов, вываливая кристаллы на стол.
– Я думаю, они могут вам пригодиться. – Поттер показал на камни. – Это то, что осталось от большого кристалла, что был в пещере под Кругом. Они, конечно, не такой мощности, но если магу надеть один из них на шею, то в его колдовстве точно не будет никакой пользы. – Гарри перевел дух. – А теперь о важном. Я больше не могу колдовать.
Дамблдор оторопело уставился на юношу в шоке.
– Да, я понимаю вашу реакцию, но я теперь понимаю, что иначе было нельзя. Так что можете оставить мою палочку себе, мне от нее теперь никакого толка не будет. – с этими словами Гарри вытащил из кармана свою волшебную палочку и положил на стол рядом с обломками меча.
Дамблдор взял палочку и посмотрел на Гарри.
– Теперь у тебя нет возможности использовать единственный козырь против Волондеморта. Как же ты будешь теперь защищаться?
Гарри положил меч Равновесия себе на колени.
– Он защитит меня. Это не простое оружие и его нельзя давать в руки другому, а тем более магу, иначе последнего ждут плачевные последствия. Только лишившись магии, я смог взять его. Это еще одна причина для того, что бы постоянно носить меч с собой. Жаль, что у меня нет к нему ножен, потому что, хоть я и не могу пораниться об него, для других он очень опасен. – парень провел рукой по лезвию меча не порезавшись. – Вы не знаете, где можно достать ножны из очень прочного материала? Этот клинок в состоянии разрезать что угодно.
– В этом тебе помочь можно. Еще давно я нашел в одной из оружейных замка старинные ножны без меча. Они до того странно выглядели, что мне пришло в голову их прибрать подальше. – Дамблдор покопался в одном из шкафов, стоящих в кабинете. – Я уверен, что они именно от этого меча.
Директор подал Гарри красивые ножны с черного цвета с белой вязью рун и обычными прозрачными бриллиантами, в отличие от черных на самом мече. Меч с тихим шелестом плавно вошел в ножны.
«Ну, как ты, Блик?» Мысленно спросил юноша.
«О, да! Вот теперь я един! Эти ножны изготавливались специально для меня!»
– Он рад, профессор, что нашлись его ножны. – удовлетворенно сказал Гарри Дамблдору. – Я прошу у вас письменного разрешения носить меч все время. Некоторым наверняка будет недостаточно слов. Например, профессору Снейпу. – Гарри усмехнулся.
– Хорошо, я дам тебе разрешение. – после некоторых раздумий сказал директор.
– Спасибо. Я пойду и приведу себя в порядок, мне не помешало бы поесть и выспаться, потому что после исчезновения моей магии я чувствую себя как выжатый лимон. – сказал гриффиндорец, умалчивая о том, что потерял много крови. – И редупредите, пожалуйста, преподавателей на счет меня, а иначе они могут подумать не то, что надо. Я сомневаюсь, что всем привычен вид студента с мечом. До свидания, профессор.
Гарри оставил директора Хогвартса в глубоких размышлениях и отправился на кухню подкрепиться.





Глава 4. Часть вторая. Потери - 1

Сказать, что все были в шоке, значит не сказать ничего. Теперь, когда Гарри не владел магическими способностями, он бесцельно бродил по пол дня по замку, одним своим видом пугая всех, кто попадался ему на пути. Впрочем, многие девчонки все-таки, наблюдая за парнем издалека, изводились на нет. Им очень нравилось глазеть на высокого широкоплечего парня, хмуро бредущего по коридору с мечом, висящим за спиной. Видимо они считали это очень романтичным, в чем сам Гарри с ними был бы точно не согласен. Ему было совсем не до романтики. Парни же втихомолку отпускали смешки в его сторону, втайне завидуя Поттеру. Рон с ним не разговаривал и вообще старался избегать Гарри, как будто не замечая, что тот спит с ним в одной комнате. Что касается Малфоя, то после взбучки, полученной им, Драко старался смыться подальше сразу, как только гриффиндорец появлялся на горизонте. Все, так же, недоумевали по тому поводу, что Гарри не присутствовал на уроках, так как не ведали истинной причины того, что с ним происходило. В Большом Зале, во время еды, он садился на краю стола, потому что в противном случае, сядь Гарри где-нибудь в центре, гриффиндорцы вынуждены были жаться по краям, держась от него на расстоянии метров десяти. Даже так называемый "Фанклуб Поттера" в лице Джинни Уизли и братьев Криви перестал за ним бегать и бросать в его сторону благоговейные взгляды. Единственное общество, которое осталось у Гарри, состояло из его второго "я" и гордого клинка, которые не давали ему покоя, постоянно перекидываясь колкими репликами в адрес друг друга. Не стоит говорить, что все это происходило в голове Гарри, которому уже надоело затыкать, то одного, то другого. Через день, показавшийся юноше пыткой по хуже Круцио, Гарри выдвинул ультиматум: либо они перестают ругать друг дружку, либо он выкидывает меч в озеро, а второе "я" затыкает навечно. Противники сразу же поутихли и внезапно стали вежливыми друг с другом, перейдя с откровенных грубостей на холодные и вежливые издевки.
Хуже всего Гарри пришлось, когда после похорон приехала Гермиона. Когда он увидел ее, то попытался к ней подойти, но девушка посмотрела на парня таким ненавидящим взглядом, что тому чуть не понадобилось зелье для сердца. Так плохо ему не было со времени гибели Сириуса. Ухудшало его состояние то, что он не знал истинных причин такого поведения Гермионы. Сама она с ним даже не разговаривала и постоянна отворачивалась, когда замечала, что он смотрит в ее сторону. На следующий день после ее приезда, Гарри осмелился поинтересоваться у Дамблдора о причинах, заставивших Гермиону так себя вести. Тогда гриффиндорец не знал, что его настроение может упасть еще ниже. Директор, скрепя сердце, рассказал, что на убитом отце девушки нашли записку, в которой говорилось, что если бы не Поттер, этого никогда бы не случилось и вся вина в произошедшем – на нем. Один из авроров, по глупости, рассказал родственникам погибших Грейнджеров содержание послания.
– Не вини себя, Гарри, ты здесь совершенно не причем и вины твоей нет нисколько. – пытался утешить парня Дамблдор. – Как будто если тебя не было бы, то пожиратели не стали охотиться за магглорожденными волшебниками и их семьями. Эта записка оставлена с целью убить в тебе решимость и волю к победе. Но в том, что произошло, нет твоей вины, просто мисс Грейнджер тяжело восприняла потерю родителей и поэтому на нее сильно повлияла записка.
– Директор, вы хотите сказать, что можно легко принять насильственную смерть родственников? – с горечью и отчаянием в голосе спросил Гарри. – В этом есть моя вина. Я не убивал родителей Гермионы и не хотел этого, но произошло все из-за меня, и вы ничего не сможете с этим сделать. Вы помните клятву? Да, сейчас она уже бесполезна, потому что мне нечего терять, но я не отступлюсь от нее. И еще… – Гарри прислушался к внутреннему совету одного из своих собеседников в голове. – советую вам подготовиться – на днях сюда нагрянут пожиратели со своим хозяином. Я знаю, зачем они придут. – отвечая на незаданный вопрос Дамблдора, продолжил Гарри. – Ему нужен меч Равновесия, и он не остановится не перед чем в желании заполучить его. И, что бы не случилось, мой вам совет, не мешайте мне. Это, конечно, выглядит глупо, когда могучего светлого мага пытается учить студент-недоучка, но вы прекрасно знаете, что я уже не маленький и уж тем более не принадлежу теперь магическому миру. Я постараюсь сделать все, что будет в моих силах, чтобы предотвратить бойню. Но вас прошу не лезть и не мешать мне. В особенности это касается профессора Снейпа, который в последнее время готов прицепиться ко мне из-за не завязанных шнурков на ботинках. Больше мне ничего не нужно.
Директор молча принял слова Гарри, лишь печально кивнув головой в знак согласия. Поттера это вполне удовлетворило и, попрощавшись с Дамблдором, он отправился на улицу. Уединившись на берегу озера, Гарри достал из ножен сверкающий меч.
«Скажи мне, Блик, тебе нравится солнце?»
«Да. Мой бывший хозяин любил ловить отблески солнечного света на моем клинке. Он был хорошим хозяином и всегда поил меня кровью своих врагов»
«Ты, голова железная, что ли предлагаешь перебить половину студентов?» Вмешалось второе "я".
«Опять вы! Блик, расскажи мне лучше, как погиб твой старый хозяин?»
«Глупой и предательской смертью… Его убила собственная дочь, которой два мага пообещали много золота за смерть отца. Она предала его. Если бы он добровольно напоил меня своей кровью, как это сделал ты, я сумел бы его предупредить. Именно с тех пор я ненавижу магов. Они алчны и завистливы!»
«Нет, ты не прав, Блик… Маги, как и люди, бывают разными. Ответь, я плохой?»
«Нет, ты хороший хозяин, ты дал мне своей крови и ты не стремишься убивать просто так»
«Вот видишь, а я бывший маг. Мне пришлось обменять свои способности на твою свободу. И мне будет жаль с тобой расставаться. Ты сам знаешь, что нам нужно будет сделать…»
В это время из-за кустов, росших невдалеке, вылетело заклинание. Даже не сообразив в чем дело, Гарри резко вскочил на ноги и выставил меч навстречу заклинанию. Красный луч оглушителя с едва слышным шипением впитался в клинок, в кустах раздался удивленное "Ох" и звук удаляющихся шагов. Единственное, что видел Гарри, была пола красной мантии, мелькнувшая среди кустов. Озираясь по сторонам, юноша подошел к тому месту, откуда его атаковали. Трава там была сильно примята, что говорило о том, что за ним долго наблюдали.
«И что это было?» Больше сам у себя спросил Гарри.
«Кто-то подло напал на тебя сзади. Есть предположения о том, кто это был?» Поинтересовалось второе "я"
«Нет, но, по-моему, это был гриффиндорец. Странно, неужели они настолько стали ненавидеть меня, что нападают сзади, и это после всего, что я для них сделал? Но сейчас меня интересует другое – как ты, Блик, смог остановить заклинание, и как я догадался использовать тебя?»
«Так я же не простой меч!» С легкой обидой ответил Блик «Это одно из моих многих достоинств, которые вложил в меня Создатель»
«Хорошо… Блик, а что вы там обсуждали по поводу твоей судьбы?»
«Мне будет суждено погибнуть дважды – вначале умрет разум, а затем будет сломлена сталь. Так предвидел сам Создатель»
«Мне жаль тебя… Но стоит решить один вопрос: я не думаю, что следует отдавать тебя Воландеморту. Это будет иметь очень тяжелые последствия. С твоими возможностями он будет всемогущ как никогда!»
«Вот поэтому нам нужно сделать что-то, что бы разрушить разум меча. Тогда то, что он знает – не достанется Темному Владыке» Проснулось второе "я".
«Зачем нужно разрушать разум Блика?» Спросил Гарри.
«Пока ты вчера спал, мы с нашим острым другом кое-что пообсуждали. Поскольку Воландеморту не следует давать такое преимущество, необходимо лишить Блика некоторых его качеств»
«Но как это возможно? Ведь Блик меч, ему не сотрешь память простым обливиейт!»
«Да, я не просто говорящая железка, я дух, способный мыслить, чувствовать и принимать решения. И я буду следовать цели Создателя – сохранить равновесие в этом мире. И хотя дух мой, я не буду сожалеть об этом»
«Ты исчезнешь? Но почему? Разве нельзя как-нибудь обойти это?»
«Нет, он не сможет. Ты ведь не думаешь, что
Воландеморт купится простое молчание? Он прекрасно чувствует магию, и однажды заставит железного выложить ему на блюдечке все. Мы лишим его только разума, все остальное останется. Так вот и пусть думает, что ему достался настоящий меч Равновесия. Лорд знать не знает, что из себя представляет меч на самом деле»
Гарри задумался, осознавая то, что ему предстоит сделать. Юноше было жаль расставаться с Бликом. Для него это был не просто меч, а настоящая личность, и Гарри совсем не хотелось терять нового друга. Но, видимо, ему было предопределено быть всегда одному, теряя то, что едва находил.
«Хорошо, я согласен. Но что это должно быть?»
«Довольно большая сила, что бы разрушить некоторые чары, сохраняющие разум меча… А сам обряд контролировать будет Блик»
«Что ж, тогда надо действовать. И надо выяснить, кому понадобилось нападать на меня»
Закинув меч в ножны за спину, Гарри направился в школу.

***

– Ты должен забрать его.
– Как? Он не расстается с ним не на минуту! Я не самоубийца! Он умудрился оглушитель отразить без палочки, и при этом даже не шелохнулся!
– Пораскинь мозгами! Хотя какие у тебя мозги… Спать то он должен! Ночью подкрадись и все? Тебе никто не помешает. Или он и спит с мечом?
– Да нет, на тумбочку ложит… А если меня поймают? Что я тогда скажу-то?
– Идиот, у тебя голова то зачем? Ты что, ни разу не отмазывался от чего-нибудь? Это твои проблемы. За те деньги, что ты получишь, можно и мозгами поработать!
– Попридержи язык, Малфой, иначе тебе придется искать другого, а я сомневаюсь, что у кого-нибудь хватит смелости. К тому же Поттера все боятся, как огня!
– Тебе не нужны деньги? Не думаю. Напротив, ты сделаешь это. И потом еще спасибо скажешь, когда к власти придет Лорд. Может тогда он и не тронет твою семейку.
– Ты обещал, что за выполнение мне и моей семье будет гарантирована безопасность, а так же я получу свои деньги!
– Так выполни моё поручение, иначе не получишь ничего!


– Скажите, вы приняли меры по безопасности? – спросил Гарри, когда в очередной раз зашел к Дамблдору. – Если мой расчет верен, то скоро тут будет очень опасно. Поэтому необходимо обеспечить защиту детей. Но нападать самим не советую, иначе произойдет лишь бессмысленная резня с большими потерями. Было бы лучше, если учеников закрыли в школе, а на их охрану поставили как минимум половину авроров из министерства.
– Дети? Скажи мне, Гарри, почему ты называешь своих однокурсников детьми? – поинтересовался Дамблдор. – И для чего их нужно запирать в школе? Я понимаю, что авроры будут нужны, но не лучше ли будет оставить студентов под охраной нескольких преподавателей, а все силы бросить на пожирателей?
– Профессор Дамблдор, вы не хуже меня понимаете, что если с пожирателями смерти прибудет и Волондеморт, то их не остановят и все авроры Англии. К тому же, у меня есть кое-какие соображения, чтобы не допустить бойни хотя бы сейчас. А дети… Как же их еще назвать? Да из них всех нормально воспринимают ситуацию только студенты старших курсов, и то только слизеринцы. Остальные же не готовы ни к жестокости, ни к потерям, которые принесет эта война. Так что авроры нужны еще и для того, что бы не дать некоторым горячим личностям залезть туда, куда не следует. Вас удовлетворяет такое объяснение?
– Я понял, что ты имеешь в виду, и я приму твои советы к сведению. С министерством я уже договорился, сегодня вечером сюда прибудут около шестидесяти авроров для охраны школы. Но что ты будешь делать?
– Сейчас я не смогу сказать, потому что вы сразу же попытаетесь помешать мне… Могу только посоветовать: не отчаивайтесь, если произойдет что-то ужасное. – успокаивающе сказал Гарри.

Поздним вечером Гарри сидел в гостиной, заворожено глядя на огонь в камине. Языки пламени, лениво колыхаясь, тускло освещали все вокруг, заставляя тени плясать в медленном танце. Юноша был неподвижен словно статуя, на лице его замерло выражение отрешенности и грусти. Как бы то ни было, он остался один, не имея больше никого, кому бы можно было довериться, и это одиночество с каждым днем все больше и больше ожесточало его душу. Меч, лежавший у него на коленях переливчато сверкал драгоценными камнями, подмигивая своему владельцу.
«Ты готов к исполнению пророчества?» Спросило второе "я".
«Нет, если честно… Мне страшно. Я могу подавить страх, но он все равно останется»
«Ты должен сделать выбор» Вклинился в разговор Блик «Только это будет твой выбор и больше ничей. Теперь тобой никто не управляет»
«А как же пророчество?» Насмешливо спросил Гарри. «Я вынужден поступить так, как предсказано кем-то… Чокнутой стрекозой, вот кем…»
«Пророчество… Это всего лишь пророчество. Оно не обязывает тебя ни к чему. Ты волен выбирать свой путь сам. Можешь перейти на Его сторону, можешь сражаться с Ним, а можешь просто убежать от ответственности выбора. Уйти»
«Уйти? КУДА?! От себя не уйдешь…»
«Правильно. Тут даже смерть не поможет. Но выбор все равно есть. Он заслуживает наказания и должен его получить. А что Он получит – решать тебе»
«Опять мне… Почему я?»
«Хочешь знать? Так было предрешено с начала создания мира»
«Так какой же тогда выбор, если все предрешено?»
«Ты не понял… Ваша борьба, вот что предрешено. Добро и зло сталкивались до тебя и Волондеморта и будут сталкиваться после вас. Борьба это суть этого мира. А от тебя уже зависит, будет ли в следующее время более или менее спокойно или наоборот, все погрязнет в войне и разрушении. Ты не ответственен за весь мир и все будущее. Только за какой-то промежуток… А насколько он будет длинным, решать другим»
«Что ж… Тогда бояться нечего» Гарри усмехнулся. «Можно спокойно идти в бой, зная, что это все равно когда-нибудь повторится…»
Размышления юноши были прерваны скрипом открывшегося портрета, закрывающего вход в гостиную. Поднявшись с кресла Гарри увидел Гермиону. Та явно не хотела с ним разговаривать, поэтому попыталась быстро уйти в спальню, но парень преградил ей дорогу.
– Гермиона, подожди! Я хочу поговорить с тобой!
– Зато мне совсем не хочется с тобой разговаривать. Да и не о чем! – резко ответила девушка.
– Нет, мы поговорим! Хватит меня избегать! – жестким тоном, не допускающим возражений, сказал Гарри, силой усаживая ее на диван. – Я обещаю больше не подходить к тебе, но мы должны кое-что выяснить.
Гермиона сжалась на диване, избегая пристального взгляда Гарри. Он сел перед ней на пол.
– Прости меня за грубость, Гермиона, но нам в самом деле надо поговорить. – извинился он. – Мне всего лишь нужно знать, почему ты меня избегаешь.
– Ты хочешь знать? Я не могу даже смотреть на тебя… Вспоминая тебя, я вспоминаю что потеряла… – из глаз Гермионы покатились слезы. – Это слишком тяжело для меня!
– Что ж, я тебя понимаю. – грустно проговорил Гарри. – Но, если ты можешь просто избегать меня и забыть обо мне, то я от себя никуда не денусь. У меня перед глазами постоянно мелькают лица погибших людей. Но осталось не долго… Впрочем, это моя боль и делить ее с кем-либо я не имею права… Хотя ты права, не стоит находится со мной рядом, это ни к чему хорошему не приводит. Прощай!
С этими словами Гарри встал и, закинув привычным движением меч в ножны, пошел в спальню, оставив Гермиону в непонимании.

Когда юноша зашел в спальню, все уже спали. Тихо посапывал Невилл, что-то бормотал во сне Дин Томас. Привычного храпа Рона слышно не было, но Гарри не придал этому никакого значения. Раздевшись, он положил Блика на прикроватную тумбочку рукоятью к себе, чтобы в случае чего можно было быстро выхватить меч, и лег на кровать. Беспокойный сон объял его почти сразу, гася сознание. Ему снился странный мир, наполненный непонятными звуками. Взору Гарри открылась высокая скала, утопающая в лучах неземного солнца. Свет его был со странным голубым оттенком, жаркий и нестерпимо яркий для глаз. На скале стоял человек. Из-за солнечного света, Гарри не смог разглядеть его подробно. Незнакомец стоял и смотрел в сторону взошедшего солнца, словно радуясь тому, что видит его. Затем ранее увиденное повторилось. Человек раскинул руки в стороны, снова вспышка света и снова багрово-черная пелена, укутавшая фигуру стоящего с головы до ног. Но на этот раз Гарри увидел чуть больше. Точнее услышал. Будто издалека, раздался чудовищный рев, и на мгновение взору показалось исполинское тело, объятое багровым пламенем. Затем видение прервалось так же быстро, как и появилось, и Гарри услышал голос Блика, просящий проснуться. Юноша, очнулся ото сна, но глаза открывать не стал. На его счастье, он уснул в очках, поэтому ему не грозила временная слепота и поиски очков, отнимающие время. Слух Гарри обострился, и он услышал чье-то знакомое сдерживаемое сопение и тихий шорох.
«Хозяин! Кто-то затеял недоброе!» Раздался голос Блика, заставивший Гарри вздрогнуть. «Я чувствую к себе нездоровый интерес»
Тем временем, этот кто-то продолжал красться по направлению к кровати.
«Блик! Ты что-то там говорил о несовместимости с магами. Что будет, если тебя возьмет маг?»
«Ему будет плохо, очень плохо. Но это в том случае, если он возьмет меня руками»
Гарри судорожно соображал, пытаясь решить, что же ему сделать. Мало ли кто это мог быть и с какими намерениями. Все-таки решив хорошо пугнуть непрошенного гостя, Юноша резко дернулся в сторону меча, схватив его за рукоять, и что было силы махнул им в ту сторону, откуда за секунду до этого раздавались приглушенные шаги. Ножны, в которых находился меч, слетели и угодили незадачливому вору в живот. Так как их вес был килограмма три, а Гарри нешуточно замахнулся, то не было ничего удивительного в том, что раздался громкий вопль и падение тела на пол. Соскочив с кровати, юноша подпрыгнул к лежащему на полу. Дин Томас, бывший ближе всех к Гарри, зажег магический огонек на конце волшебной палочки.
Поттер всмотрелся в лицо поверженного на пол неудачливого грабителя и удивленно выдохнул.
– Рон?! – не веря своим глазам, удивленно спросил Гарри, тем не менее, не убирая острие клинка от лица лежащего на полу Уизли. – Какого черта ты делаешь?
Рыжий, покраснев, как маков цвет, молчал, словно партизан на допросе. Удивление Гарри постепенно сменялось презрением и негодованием.
«Он хотел забрать меня, Хозяин!»
«Блик, ты уверен?» спросил Гарри. «Ты точно уверен в том, что ему нужен был ты?»
«Да! Это одно из моих свойств. Я прекрасно могу чувствовать намерения. Иначе мне была ба грош цена. Хозяин, ты помнишь, как в тебя бросили заклинанием? Это был он! Теперь я точно знаю»
«Хорошо, Блик… Сейчас мы узнаем, что к чему. Надеюсь, нам не помешают. Что ты говорил про твое воздействие на магов?»
«Я забираю магию, Хозяин. Подобно кристаллу, что охранял меня, но только с последствиями. Я могу забрать ее совсем. Все зависит от желания»
«Блик, тебе и правда цены нет. Я его припугну, но ты не переусердствуй, только забери энергию, не саму магию! Ты меня понял?»
«Да, Хозяин, только энергию. Через день или два она восстановится»
Весь произошедший диалог длился около пяти секунд, но лицо Гарри все-таки выдало эмоции разговора, о котором другие и не догадывались. Неввил, Дин и Симус испуганно уставились на Гарри, держащего обнаженный меч, не представляя, что последует дальше. Юноша глянул на растерянных однокурсников и усмехнулся. Те явно не ожидали такого от Гарри и попятились назад, ожидая чего-нибудь плохого.
– Вы что, думаете, что я кого-то убивать собрался? – с мрачно-презрительной ухмылкой произнес Поттер, рассматривая глупое выражение лица Симуса.
Из всех троих более осмысленное выражение лица было, как ни странно, у Неввила, который хоть и выглядел удивленно, но страха не испытывал. Рон и вовсе сгорал от досады и злости на самого себя, уставившись в потолок.
– Сейчас вы трое выйдете в гостиную и подождете там пол часа. – продолжил Гарри. – Только без глупых храбростей, я вас как облупленных знаю. Идите!
Подождав, когда все выйдут, Поттер обратился к Рону.
– А теперь ты мне все расскажешь… И мой тебе совет, не ври, я все равно узнаю. – голос Гарри звучал необычно холодно для него.
– Иди ты! – Зло проговорил Рон. – Ничего я тебе говорить не буду!
– Правда? – ухмылка, появившаяся на лице Гарри не предвещала ничего хорошего. «Блик, для начала совсем немного, чтобы не вырубился»
Он ткнул острием клинка в плечо Уизли. Тот дернулся, ожидая, что его сейчас прирежут, но вместо этого ощутил странный холодок. От нового и непонятного ощущения он испугался еще больше.
– Что ты делаешь? – завопил Рон, пытаясь отодвинуться от клинка.
– Знаешь, первой твоей ошибкой было то, что ты решил украсть у меня меч…
– Ничего я не крал! Просто шел к кровати! – начал нелепо оправдываться Рон.
– Неправильный ответ. Это не простой меч. К твоему сведению, он даже разумом обладает. Так что лучше не ври, а говори всю правду, иначе…
– Иначе что? Убьешь меня? – перебил Уизли. – Тебя тогда в Азкабан посадят!
– Я не собирался тебя убивать… Очень хорошего ты обо мне мнения, и это после стольких лет дружбы. – печально сказал Гарри. – Или зависть в тебе сильнее всего? Но что-то я отошел от темы. Так зачем тебе нужен был меч? И кто тебя надоумил опуститься до воровства?
– Ничего я не скажу! Можешь тащить меня к Дамблдору!
– Ты этого так хочешь? Нет, к нему я тебя не поведу… – Гарри еще раз ткнул мечем в плечо предателю. – Ну, как ощущения?
Холод усилился, и Рона затрясло.
– Что ты делаешь? Прекрати это!!!
– Что я делаю? – переспросил Гарри. – Ты знаешь, этот клинок не только разумом обладает. – Поттер кивнул головой в сторону Блика. – Он может отнимать магию у волшебника. Так что в любом случае, взять бы ты его не смог. И если ты сейчас не расскажешь мне, зачем пытался его украсть, то останешься сквибом до самой смерти. Ну, так расскажешь, или я продолжу?
– Хорошо, хорошо! – испуганно пролепетал Рон. Его явно пугала перспектива лишиться возможности колдовать. – Я… мне… Мне за это пообещали не трогать мою семью, когда Он придет к власти…
– Обещание Волондеморта?! – с неподдельным удивлением воскликнул Гарри, не обращая внимания на то, что его бывшего друга пробрало от одного имени Лорда. – И ты поверил? Ха! Он убил своего отца из мести, уничтожил огромное количество магов и магглов, а ты веришь в его обещания?! Ты глупец, Рон! Ты подумал о том, как к этому отнесутся в твоей семье? Никто из твоих родных не встанет на его сторону, а он не оставляет нейтральной стороны. Либо с ним, либо против него! Дай угадаю… Тебе еще и деньги пообещали, ведь так?
Гарри сделал недвусмысленное движение мечом к плечу Уизли.
– Д-да… – Рон судорожно сглотнул, пытаясь унять дрожь в теле.
– И, если не ошибаюсь, предложил тебе это Малфой… – скорее утвердительно, нежели вопросительно произнес Гарри.
Юноша опустил меч и сел на свою кровать. Тяжело вздохнув, он мрачно уставился в пол и заговорил.
– Я тебя не понимаю… Чему ты завидуешь? У тебя есть все: родители, которые тебя любят, братья и сестра, которые никогда тебя не оставят… Ты думаешь, что моя так называемая "слава" мне нужна? Я отдал бы что угодно, чтобы видеть среди живых хотя бы Сириуса, я уже не говорю о родителях… – по щеке Гарри пробежала слеза. – Но у меня этого нет, и уже никогда не будет. Только не у меня…
Гарри резко соскочил с кровати, пристально вглядываясь Рону в глаза. Тот слегка пошатнулся в испуге.
– Ради нашей былой дружбы, я забуду, что здесь только что произошло. Ты же поклянешься мне, что присмотришь за Гермионой. Не оставляй ее перед опасностью! И передай ей мое прощание…
Дождавшись молчаливого кивка Рона, Гарри быстро надел заплечные ножны, убрал в них меч и вышел из комнаты. Там его испуганными взглядами встретили Невилл, Дин и Симус.
– Да не убил я его! – с долей презрения к своим бывшим товарищам сказал Гарри. – Можете идти… И еще: ночью ничего не было!
Быстро развернувшись, он вышел из гостиной и направился в комнату по желанию, чтобы проспать остаток ночи там.

Пробуждение юноши выдалось тяжелым. Глаза не хотели открываться, тело не слушалось, а в голове отчаянно не хотели возникать какие бы то ни было мысли. Гарри медленно, с большой неохотой принял сидячее положение и осмотрелся. Из памяти словно вырезали кусок воспоминаний о том, как он здесь оказался. Комнатка была небольшой, с мягким персидским ковром на полу и удобным диванчиком, отчего обстановка стала какой-то домашней.
«Доброе утро, Хозяин» Подал голос Блик
«Хм… По-моему уже не утро… да и на счет доброго не уверен… Слушай, а почему нельзя отдать тебя Волондеморту без обряда? Ведь ты высасываешь из мага его силу. Тогда получилось бы, что ты лишишь Лорда магических способностей!»
«Не выйдет» Вмешалось второе "я"
«Так почему не выйдет?» Поинтересовался Гарри
«Потому что он использовал твою кровь, Хозяин. А поскольку ты напоил меня своей кровью, то так воздействовать на него я не смогу»
«Жаль… Мне жаль расставаться с тобой, Блик. Не как с мечом, а как с другом…»
«Мне тоже жаль, Хозяин. И хоть у меня было всего лишь два владельца, ты лучший, кого я знал! Не печалься, Мастер, я стану частью тебя и горжусь этим. А твоему врагу достанется лишь почти бесполезная оболочка»
«Спасибо за поддержку, Блик. Но нам пора, нужно еще выловить одного слизняка и кое-что узнать»
«Мой тебе совет, поговори с ним по душам. Тогда ты узнаешь намного больше, чем смог бы»
«Попробую. Но не ручаюсь, меня от одного его вида злость пробирает»
Гарри оделся и вышел из комнаты, по пути глянув на часы. Было время обеда поэтому он решил подкараулить Малфоя около Большого Зала.
Ученики, идущие на обед, старались не замечать одинокую фигуру, стоящую около стены. Пересуды по поводу Гарри и его странного поведения практически сошли на нет, и студенты теперь просто не обращали на него внимания, но старались обходить стороной. Гарри специально стал с той стороны, где находились слизеринские подземелья. Он осмотрел кучку слизеринцев, идущих на обед, и увидел, наконец, белую шевелюру Малфоя. Тот постарался обойти Поттера подальше, но гриффиндорец быстро подошел к нему и крепко схватил за рукав мантии.
– Поттер, ты чего себе позволяешь?! – возмутился Малфой, но в его голосе слышался тщательно скрываемый страх. – Совсем ума лишился?
– Заткнись, Малфой, и иди за мной. – тихо сказал Гарри так, чтобы услышал только слизеринец. – Нужно поговорить вот об этом. – юноша тронул меч.
Согласия от Малфоя Гарри так и не услышал, но поскольку протестов тоже не было, то он потащил своего извечного врага в первый попавшийся пустой класс. Толкнув Драко в глубь класса, Гарри закрыл за собой дверь. Блондин, вернув своему лицу безразлично-надменное выражение, сложил руки на груди и с вызовом посмотрел на Поттера.
– Ну и что тебе от меня надо? – вид Малфоя так и провоцировал гриффиндорца дать ему в рожу.
– Может, присядешь? Разговор может быть долгим. – Гарри взял себе стул и уселся около двери, пресекая всяческие попытки бежать.
– А если мне не о чем с тобой разговаривать? – Драко спокойно уселся на парту и принялся с равнодушным видом изучать меч Равновесия, торчащий из-за плеча Гарри.
– Малфой, не прикидывайся идиотом! Ты сам знаешь о чем. – он скопировал Малфоя, вздернув одну бровь вверх, чем немало удивил последнего. – Зачем тебе мой меч?
– Мне твой меч? Ты сдурел, Поттер?
– Не надо вилять, Малфой. Я выловил Рона за весьма интересным занятием, – было видно, что Гарри тяжело вспоминать предательство. – и он любезно рассказал мне, зачем пытался украсть меч, кто его надоумил и что ему за это было обещано. Мне врать он никогда не умел… Так ты расскажешь сам, или тебе помочь? Я думаю, он успел рассказать тебе об интересном свойстве этого меча?

С этими словами Гарри вытащил Блика из ножен быстрым движением, отчего клинок мелодично зазвенел. Глаза Малфоя расширились от ужаса, и он начал пятиться назад, попутно доставая свою палочку.
– Малфой, не бойся, не зарежу! – устало проговорил Гарри. – Мне больше делать нечего. И убери свою палочку, она тебе не поможет.
Поттер закинул ногу на ногу и развалился на стуле в ожидании, когда Драко успокоится. Тот, убедившись, что пока ему ничего не грозит, сел на парту, но палочку не убрал.
– Малфой! Не испытывай мое терпение! – парень выжидающе посмотрел на блондина. – Ты уже сообщил Лорду, что меч выкрасть не удалось?
Драко глянул на весело сверкающий меч, который похоже уже слишком захотел крови, затем перевел взгляд на решительно настроенного Гарри.
– Сегодня после завтрака. – буркнул слизеринец.
– Когда будет нападение?
– Какое нападение, Поттер? – довольно удачно сымитировал удивление Малфой.
– Не прикидывайся! Тебя уже наверняка предупредили. И мой тебе совет, не испытывай мое терпение, иначе оставлю сквибом до конца времен!
–Когда будет нападения, я не знаю. Но будут только его слуги. Акция устрашения. За мечом он придет позже. – было видно, что Малфою трудно давались такие откровения, но перспектива остаться сквибом его явно не прельщала.
– Прекрасно… Лучше быть не может. – тихо прошептал Гарри. Малфой, скажи мне, тебе что, так охота служить этому червяку?
– Это не твое дело, Поттер!
– Не психуй, Драко… – слизеринец от удивления чуть не упал с парты. – Сегодня день откровений. Не бойся, я унесу все в могилу, мне не долго осталось…
– Не понял… Поттер, ты что, решил спокойно умереть? Ты же вроде мир спасти должен? – с издевкой протянул Драко.
– Нет. Пусть этот мир спасает себя сам, а мне жить осталось до визита этой красноглазой твари. Так что поговорим по душам.
– Слышал бы тебя Дамблдор, так упал бы в обморок! Мальчик-Который-Выжил решил стать Мальчиком-Который-Умрет! Ха!
– Тебе весело? Да и черт с тобой… Но прими к сведению, если не можешь идти против этого пресмыкающегося, то отойди в сторону.
Сказав это, Гарри встал со стула, убрав меч в ножны, и вышел, оставив Малфоя переваривать информацию.

«Мы кое-что придумали»
«Что именно, Блик?»
«Скоро ты все узнаешь, Хозяин»
«Хорошо. Где будем совершать ритуал?»
«В запретном лесу, там ничто не помешает» Посоветовало второе "я".
«А чем комната по желанию не годится, например?» Поинтересовался Гарри.
«Она подойдет для того, чтобы там поспать, но никак не для этого»
«Запретный лес, так Запретный лес… Пойдем пугать зверушек!»

Гарри предупредил Дамблдора на счет нападения, но Снейп уже успел это сообщить. Прибывших авроров принялись расставлять по школе, стараясь перекрыть возможные пути проникновения в замок. Ученики, за небольшим исключением ничего не понимающие, что происходит, с удивлением смотрели на министерских работников, сновавших по школе. Предположений о том, что могло вызвать такое, было много, но многие уже поняли, что ничего хорошего не случится. Во время разговора с директором, Гарри узнал еще одну новость, которая, как ни странно было для Дамблдора, была хорошей для Поттера.
– Гарри, Северусу удалось узнать, что Воландеморт нашел способ достичь бессмертия. У нас еще есть время, но его очень мало. Ритуал должен происходить в определенное время, поэтому пока он еще смертный, его можно убить. Но, к сожалению, нам неизвестно его убежище.
– Нет, директор, не ищите его и не пытайтесь убить! – лицо Гарри озарило злобно-довольное выражение. – Он станет сам себе наказанием. Когда-нибудь вы поймете…
– Но это то, чего он добивался в течении всего своего существования! – Дамблдору было явно непонятны намерения Гарри.
– Так пусть получит, то, что хотел! Скоро он сильно ошибется, и не поймет своей ошибки до самого конца!.. – Гарри не скрывал торжества. – Извините, профессор… Что-то меня сегодня заносит… Что там с Чарли? Вы предупредили его, что бы он не прилетал с драконами?
– Да, незачем подвергать риску еще и его с питомцами. – сказал директор, а затем участливо спросил. – Как ты себя чувствуешь, Гарри?
– Нормально профессор, нормально. Мне уже все равно, осталось не долго… Ладно, извините, но мне нужно бежать.
Гарри вышел из кабинета, но отправился сразу не в запретный лес, а к себе в комнату. Он написал письмо, запечатал его и положил под свою подушку.
«Ты готов, Блик?»
«Да, Хозяин!»
«Ну тогда пойдем и сделаем Воландеморту последнюю гадость!»
Гарри охватило странное, почти истерическое веселье, которого он сам понять не мог. Бодро выйдя из замка, Поттер направился в сторону избушки Хагрида, решив зайти к старому другу. К его большому сожалению, старого друга там не оказалось.
«Наверно ушел наводить порядок в лесу» Подумал Гарри. «Вот бы только во время ритуала на него не нарваться. Это не должен видеть никто»
Парень развернулся и зашагал к кромке леса, искренне надеясь, что сейчас лесничий гостит где-нибудь у Арагога. А спустя минут десять, после того, как Гарри скрылся за первыми деревьями, по его следу пошел высокий человек, закутавшийся в черную мантию, поминутно оглядываясь вокруг.

Гарри не оглядываясь пробирался через запретный лес одному ему ведомой дорогой, направляясь к месту проведения ритуала. Все вокруг замирало в ожидании чего-то нехорошего, ветер, нежно трепавший высокие кроны деревьев куда-то испарился, а мелкая живность вроде белок, бурундуков и птиц затихла и затаилась. Между тем, мало обративший на эти мелочи парень пытался допытаться у своих, почему-то вдруг молчаливых, товарищей, что его ожидает.
«Я хочу знать, что именно мне нужно будет делать! Черт вас знает, вы как два параноика всегда придумаете что-нибудь этакое, отчего волосы на голове дыбом встанут!»
«Ну почему только на голове? Обижаешь! Везде встанут… Ты еще не знаешь, что тебе наша железка приготовила. Ты в демонологии разбираешься?» Мягко поинтересовалось второе “я”.
«В демоно…» Гарри поперхнулся и, споткнувшись, чуть не упал. «Демонологии?! Мне не показалось? Вы что сдурели?» Он остановился, оказываясь идти дальше без объяснений, на что получил неслабый тычок по мозгам и уверения, что скоро ему будет все-все понятно.
«Хозяин, все в порядке! Все пройдет нормально и без каких-либо проблем» Прозвенел Блик. «Ритуал надежен почти наверняка, мой Создатель много экспериментировал над пентаграммами вызова, и много об этом знал»
«Предположим, что так. А именно ЭТОТ ритуал он испытывал?»
Второе “я” почему-то довольно громко хмыкнуло, проворчав: «Такого удовольствия он не успел испытать…»
«То есть?» Нервно переспросил Гарри. «Это чистой воды эксперимент?»
«Ну да, и ты – кролик подопытный» Промурлыкало довольное своей хохмой второе “я”. «Но я уверен, все пройдет нормально. Жить будешь!»
«Охренеть, как оптимистично… Блик, чего молчишь?» Гарри подкрепил свой вопрос постукиванием по ножнам меча. «Так что именно МНЕ предстоит перенести?»
«Хозяин, начну с самого важного – того, как ты убьешь демона…» Почтительно начал Блик.
«Я сошел с ума… Какая досада…» Пробормотал Гарри, уже не в силах возмутиться на такое предложение, но меч словно и не заметив его слов продолжал разъяснения.
«Да будет тебе известно, хозяин, что демона можно убить лишь двумя способами. Первый из них – сильная магия, которая тебе в силу определенных причин просто недоступна. Второй – оружие, выкованное в адском пламени. Такое оружие весьма редко и достать его практически невозможно. Легче, наверное, перестроить Хогвартс за три часа. Да будет тебе известно, что в этом мире осталось лишь два клинка, изготовленных подобным образом»
«Да? Так, где мне взять этот клинок? Или все же перестроим Хогвартс сначала?»
«Ты еще не понял?» Поинтересовалось второе “я”. «Блик – один из этих двух мечей»
«Уже легче. Осталось только убить демона. Дел то! Пара пустяков… А дальше, Блик?»
«Хозяин, дальше все просто. Используем измененную моим Создателем пентаграмму вызова и призовем демона. Потом используем его силу, и ты убьешь его»
«А убивать обязательно?» Спросил Гарри с надеждой в голосе.
«Да, иначе ритуал не будет завершен и выйдет все очень-очень скверно»
«Ты его утешил, железный!» Хохотнуло второе “я”.
«Заткнись, твоя ирония уже достала. Я и так из-за тебя ввязался непонятно во что… Знал бы я, что однажды проснусь после очередной Авады с голосом в голове, который будет острить не к месту – сдался бы Воландеморту добровольно! Блик, что именно даст нам ритуал?»
«Я все же не уверен, Хозяин, что все пройдет так, как мы хотели изначально. То, что я умею вряд ли передастся тебе, но, во всяком случае, можно будет уничтожить мой разум и тем самым не дать Воландеморту завладеть теми знаниями, что сокрыты во мне. А они очень и очень опасны для этого мира, и секрет бессмертия еще не самый опасный и сильный из них…»
«Ладно… чему быть – того не миновать. Хотя мне не по себе от того, что предстоит сделать… Что за тварь ты будешь вызвать?»
«Это не простой демон, Хозяин, ибо нам нужна немалая сила, чтобы отделить мое сознание. Демон необходимый для этого должен быть очень силен, а это, как правило, демоны высшего круга. Чтобы не иметь проблем с теми, кто возьмется мстить за убитого сородича, нам нужен тот, за кем наверняка не придут. И у меня есть сведения лишь об одном таком демоне. Мятежном Владыке Акерона, свергнутом с престола их мира и заточенном вот уже восемь с половиной тысячелетий назад. Демоны низших кругов боятся произносить его имя, ибо он незадолго до своего свержения заполучил власть очень большой резней и ужасом, сея огромную панику даже среди таких же демонов»
«И как я тогда его буду убивать? Это не Малфой, которого можно напугать одним твоим видом без ножен»
«Он будет слаб. Ритуал лишит его сил, а пентаграмма не даст даже пошевелиться. Все что тебе будет нужно – вонзить ему меч в сердце. То есть меня»
«А почему тогда их всех не поубивали подобным образом?»
«Демонам не интересен мир людей, а у последних либо нет нужного оружия, либо знаний как это оружие применить. Только чтобы вызвать демона, пусть даже слабого, нужно знать очень много»
«Как зовут это чудище, что его имя страшит даже других демонов?»
«Имя демона – не просто имя, хозяин! Любой более или менее осведомленный демонолог знает это. Даже просто произнесенное имя, настоящее имя, может пробудить немалые силы, опасные для этого мира. Магия демонов могущественна и сильна, даже мощнейшие заклятия человеческой магии не смогут с ней справиться»
«А как же тогда пентаграмма?» Возразил Гарри.
«Это не магия в обычном понимании этого слова, да и изобретены пентаграммы были не людьми. Человек узнал магию символов от самих демонов. Она у них не в почете, поскольку требует времени для составления и активации, а у демонов достаточно сил, что бы пренебрегать ей. Но люди научились использовать демонические символы и знаки для контроля их силы. Давным-давно, когда Мерлина еще в помине не было, люди контактировали с демонами и переняли некоторые их знания. Твари даже и не думали, что некоторые представители человечества смогут использовать столь слабую по меркам демонов силу для контроля их самих»
«Хватит экскурсов в историю, мы уже почти пришли» Вмешалось в разговор второе “я”.
Вдали, между стволов деревьев показался свет. Здесь, в самом лесу почти всегда царили сумерки из-за густых и широких крон деревьев, и приближающийся просвет свидетельствовал о том, что Гарри приближался к большой поляне, находившейся в самом сердце Запретного леса. Продравшись сквозь кустарник, обильно росший по краям поляны, парень сделал несколько шагов и остановился.
«Древнее это место…» Как-то странно сказало второе “я”.
«Это то, что нам и нужно. Магия его облегчит ритуал и поможет затратить меньше сил. Вот только кентавры будут недовольны, но это их проблемы» Ответил Блик.
– Кентавры? Что вы мне еще не сказали? Ребята, вы мне не устаете преподносить сюрпризы! – забывшись, вслух выругался Гарри.
«Опять разговариваешь сам с собой? А говорил, что это мы сумасшедшие» “я” не упустило шанса подковырнуть. «Под ноги посмотри»
Поттер послушался совета и глянул на землю рядом с собой. Поляна, представлявшая собой плотно утоптанную площадку без намека на растительность, была покрыта отпечатками почти лошадиных копыт. Почти, потому, что отпечатки являлись следами не лошадей, а куда более грозных существ – кентавров. Гарри устало вздохнул, пытаясь справится с дрожью в теле. Его мало устраивало то, что могли бы сделать с ним кентавры, поймай они парня в своем святилище.
«Ничего они не сделают. Не бойся, хозяин, почуяв тебя, они уберутся восвояси, даже если ты напишешь посреди поляны крупными буквами, что их вождь – плешивая кобыла. А такое ругательство способно довести их до крайнего бешенства в считанные мгновения»
Гарри невольно улыбнулся. Плешивая кобыла – это… обидно наверно. Для кентавров.
«Хозяин, встань в центр поляны и вынь меня из ножен»
Гарри послушался и выполнил то, что сказал ему магический клинок. Внезапный порыв ветра взметнул, и без того взъерошенные черные волосы, и утих. Земля слабо вздрогнула, откликнувшись на магическое вмешательство извне, и от Гарри в стороны поползли слабо светящиеся линии, причудливо переплетаясь, образовавшие пентаграмму. Большая пятиконечная звезда, вписанная в круг, слабо светилась на земле, окруженная множеством непонятных символов, отдаленно напоминающих рунические знаки, изучаемые в Хогвартсе.
Грянул гром. Гарри поднял голову и посмотрел в небо. Ранее чистое, теперь оно медленно затягивалось плотными черными тучами. Неожиданная яркая вспышка заставила парня вернуться с небес на грешную землю. Перед ним яркими всполохами огня проступала вторая пентаграмма, своими размерами куда больше первой. Поттер почувствовал волну липкого ужаса, охватывающего его с головы до ног и проникавшего в сердце. Тучи тем временем окончательно заволокли небо, закручиваясь в одной точке – как раз над центром второй пентаграммы. В голове зашелестели странные слова, звучавшие все громче и громче, пока Гарри не понял – это было длинное и странное заклинание, произносимое Бликом на неведомом языке. Внезапно возникла пауза и против воли губы парня стали шептать тоже самое. Голос креп и после окончания заклинания он во весь голос закричал, словно пытаясь переорать бурю, яростно бушевавшую над ним.
– Я взываю к тебе, Рикатор, мятежный демон Ада! Явись и подчинись моей воле!
Молния, яростно блеснув обнаженным клинком на солнце, вспорола землю в нескольких метрах слева от Гарри, но он не обратил на это никакого внимания. Тело словно окаменело, не оставляя даже возможности отвести глаза от второй пентаграммы. Она тем временем стала напоминать огромный костер, пламя которого взметнулось на добрых полтора десятка метров вверх, а, угаснув, оставило вместо себя Нечто. Потому что иначе это существо Гарри назвать не мог. Тот, кто стоял в центре пентаграммы, преклонив одно колено, внушал нечеловеческий ужас в тех, кто видел его. Шестиметровый исполин, блиставший черной глянцевой кожей во всполохах пламени пентаграммы, шумно вдохнул и, выпрямившись во весь рост, глухо зарычал, обнажив огромные и острые, как бритва, зубы. Короткие рога венчали его голову, подтверждая принадлежность к демоническому роду. Широкие кожистые крылья развернулись за мощной спиной, и пару раз взмахнув ими, демон поднял тучу пепла с опаленной земли. Пепел попадал в глаза и нос Гарри, но сил, что бы моргнуть или заслонится, у него не было.
– Кто ты, человек, и по какой причине ты прервал мой покой и заточение? – проревел монстр.
– На то у меня есть причины, демон. – дрожащим голосом ответил Гарри.
– Ты боишься того, что вызвал! По силам ли тебе удержать ту силу, которую пытаешься подчинить? – хохотнул демон, хотя звук больше напоминал обвал в горном ущелье, нежели хохот. – Говори, что хочешь, и отпусти меня.
«Я сошел с ума, я сошел с ума, это полный бред…» Думал Гарри, пытаясь собраться.
Собраться ему не дало новое ощущение. Неведомая сила подняла его с колен в воздух, буквально распяв. Сухожилия готовы были разорваться от нагрузки, мышцы свело страшной судорогой, а кости, казалось, вот-вот затрещат и разлетятся в пыль. Затухающим от боли рассудком, парень успел про себя заметить, что Круцио все же слабее… лучше… приятней…
Демон же, наоборот, рухнул на землю, сдавленно прохрипев:
– Что это?! Что ты сделал, человек? Верни мне силу, и я обещаю убить тебя безболезненно!
Вскоре вся эта демоническая груда мышц уже лежала, обессилено, в центре пентаграммы, через силу пытаясь принять вертикальное положение. Однако все его усилия оканчивались ничем, лишь еще более лишая энергии. Гарри вернулся из подвешенного состояния на землю, точнее просто упал. Сознание вернулось, но поначалу он не мог понять того, что с ним происходит. Невероятная мощь, способная разнести на молекулы не один десяток Воландемортов заставляла кровь кипеть в венах, принося боль вперемешку с осознанием величественного могущества. Парень поднял выпавший из рук меч и подошел к демону.
– Собираешься убить меня, человек? – прошептал демон. – Я благодарю тебя за освобождение и проклинаю за смерть, недостойную такого воина как я. Ты еще узнаешь силу проклятия демона. Моя же сила будет дремать в тебе, отравляя твою жизнь, заклинатель! Ты больше не принадлежишь этому миру!
Удар клинка прямо в сердце оборвал речь демона. Невероятной мощи рык и человеческий вопль слились воедино. Парня отбросило от демона, сам же монстр вспыхнул в потоке яркого пламени и не оставил даже пепла. Небо стало чистым и безоблачным, будто и не было ничего, пентаграммы затухли и исчезли, не оставив и следа. Но поляна все же напоминала поле боя. Земля то тут, то там взрытая ударами молний была выжжена до красно-кирпичного цвета. Налетевший ветер разметал пепел и остудил твердь, раскаленную адским пламенем.
Гарри медленно поднялся с земли, чувствуя сильную слабость и просто бешеное головокружение. Силы и мощи больше не ощущалось. Его вырвало кровью. Парень все же сел на землю и затуманенным взором осмотрелся.
«Блик… что это было? Блик?»
«Его больше нет. Его разума нет. Этот меч замолчал навеки. Могу признать, что вопреки моим ожиданиям ритуал прошел успешно. Чувствовал мощь? Вот она – сила демона… Но…»
«Что но? Какое опять но?» Устало спросил Гарри, обхватив голову из-за сильной боли.
«Он проклял тебя. А это опасно…»
«Чем? Ну, проклял и черт с ним! Меня Воландеморт каждый день наверно проклинает» Ответил Гарри, с удовлетворением отметив, что боль уходит и силы, хоть и обычные человеческие, возвращаются.
«Это демон, а не змееголовый уродец. Поверь мне на слово, это нам еще аукнется»
«Пока мне все равно, когда и чем это аукнется… А куда исчезла сила демона?»
«Погибла вместе с ним. Хотя, сдается мне, что это не совсем так… Знал бы, что так выйдет, расплавил бы эту железяку еще до того, как ее выковали…»
«Да что ты взбеленился? Убираться отсюда нужно… Я с кентаврами не хочу сталкиваться»
«Поздно. Обернись, они уже минуты две сзади тебя топчутся»
Гарри резко развернулся, вскочив на ноги и подняв меч. Но кентавры не намеревались нападать, лишь зло и с омерзением смотрели на парня с расстояния в двадцать метров. Тихо пошептавшись, они развернулись и всем табуном покинули место действия. Гарри с облегчением вздохнул и опустил меч. Едва развернувшись, увидел красную вспышку сногсшибателя, летящую к нему из кустов неподалеку, но по инерции заслонился мечом, и заклинание с гулом ушло в небо. По ходу действия, успев порадоваться тому, что сам клинок своих магических свойств, кроме разума, не потерял, он со всей силы, едва не вывихнув руку в плече, метнул меч в заросли. Ответом послужил лишь вскрик и отборное ругательство в сторону ненавистного Поттера. С огромнейшим удивлением узнав голос зельедела, Гарри пошел туда, откуда раздавалось кряхтение. Картина, представшая его взору, заставила сложиться пополам от смеха. У ствола старого дуба стоял покрасневший Снейп, пришпиленный к дереву за воротник мантии, и пытался выдернуть вышеозначенный клинок из древесины. Однако его попытки ни к чему не приводили, и как только профессор заметил появившегося на горизонте Поттера, то тут же принял свой обычный образ. Краска исчезла в одно мгновение, выражение лица приняло яростный вид, как бы утверждая тот факт, что если Гарри не вытащит свой меч немедленно, то его не спасет ни Дамблдор, ни Воландеморт вместе взятые. Парень, с усилием сохраняя виноватый вид и пытаясь не рассмеяться, расшатал меч и выдернул из дуба. Затем уставился на профессора, как ни в чем не бывало. Парню стало нравиться доставать зельедела его же методами – невозмутимостью и язвительностью.
– Сэр, разве учителя должны нападать на учеников? – полюбопытствовал Гарри, вставляя меч в ножны.
– Я напал на ученика, Поттер? – холодно возразил Снейп. – Просто мух гонял. В частности одну большую и не в меру самонадеянную, которой вроде бы запрещено находиться в Запретном лесу. Ах, да… Прошу меня извинить, ведь великой хогвартской знаменитости разрешено все. Не забывайся, Поттер, и не советую соревноваться со мной в остротах – ты еще слишком мал, что бы быть способным на такое.
Гарри насмешливо отвесил поклон, одновременно незаметно вытаскивая из кармана мантию-невидимку.
– Тогда прошу меня извинить, профессор. Увидимся в Хогвартсе! – весело воскликнул он, растворившись в воздухе.
Снейп ненадолго опешил, что позволило парню скрыться из зоны досягания ярости Снейпа, явно рассчитывавшего на то, что он приведет Поттера в замок за шкирку. Оставшись несолоно хлебавши, зельедел мрачно выругался и, бросив последний взгляд на выжженную поляну, направился в школу. Сегодня ему крупно не повезло. Он нашел Гарри одновременно с кентаврами, опоздав всего лишь на пару минут. Однако это не помешало ему услышать ни грохот грома, ни яростный рык демона, хотя он и не знал ничего о самом ритуале. Мысли и чувства Гарри по прежнему были надежно скрыты от постороннего вмешательства, что не способствовало повышению настроения Снейпа ни на йоту. Сам же Поттер, по мнению нашего шпиона, вел себя чрезвычайно странно для даже необычного подростка, коим на первый взгляд мог показаться. Снейп чувствовал, что парень стал более уверенным и невозмутимым, нежели раньше. Пообещав себе, что не оставит этот факт без внимания, учитель алхимии и зельеварения перешел на более будничные размышления о том, что ему еще предстоит проверка контрольных работ старшекурсников.



Глава 5. Часть вторая. Потери - 2

Гарри устало доплелся до замка, по пути соображая, чем ему заняться дальше. Как выразилось второе “я”, относительно «спокойная» жизнь парня должна было вот-вот кончиться, поскольку Темный Лорд наверняка жаждал заполучить меч Равновесия. Но после всего произошедшего Поттер устал настолько, что, пытаться строить планы на выживание, уже не было никаких сил. Хотелось только лишь завалиться в гостиную Гриффиндора, упасть в любимое кресло и бездумно пялиться на пламя в камине. Была лишь одна загвоздка – сам гриффиндорец был вымазан в пыли и пепле с ног до головы, а мантия прожжена до дыр в нескольких местах.
Прикинув, что в таком виде лучше не появляться, хоть ему вроде и плевать на мнение других, Гарри направился к ближайшему туалету, чтобы хоть умыться. Зайдя в уборную, он подошел к раковине и посмотрел в висящее над ней зеркало. Вид и впрямь был забавный: волосы совсем спутались и взъерошились, но цвет их был не черным, а пепельно-серым. Создавалось впечатление, что на голову вывалили пол ведра золы, что было весьма недалеко от истины. Лицо с грязными потеками пота, прожженная мантия.
«Все же жаль, что больше не владею магией… Хоть бы себя в порядок привел»
«Да брось, зачем она тебе? Бесполезная человеческая сила, которая больше обременяет, чем помогает жить. Если бы не было магии – Воландеморт не убил бы твоих родителей. Впрочем, тебя бы тоже не было. Потому что они наверняка бы не встретились»
«Да… Выходит, непонятно что лучше – то ли наличие магии, то ли ее отсутствие»
«Не совсем так. Мой тебе совет – не жалей о том, что потерял и береги то, что имеешь. Тебе не нужны эти крохи магии, которыми ты когда-то владел. Не льсти себе, сильного мага из тебя не вышло. Так что не жалей, тебя ждет куда большее могущество, нежели просто магия…»
«А вот с этого места подробней!» Живо встрепенулся Гарри.
«Нет уж. Всему свое время. Иначе начнешь зарываться и заболеешь звездной болезнью» Поучительно ответило второе “я”.
«Порой ты напоминаешь мне Дамблдора. Всему свое время, всему свое время… У меня аллергия на эти три слова!»
«Хм… Понимаю, однако, Дамблдор в целом мудрый человек. Но, он человек, и поэтому ему свойственны человеческие ошибки, каким бы мудрым он ни был. Просто срок человеческой жизни слишком короток, чтобы обрести настоящую мудрость»
«То есть ты у нас мудрый? Так какого черта тогда я вляпался в эту историю с демоном? И что там было насчет его проклятия?» Гневно вопросил Гарри.
«Ну, если сравнивать с тобой – то я несравненно мудрее. Это факт. А что до демона, то это хоть и добавило трудностей, но отнюдь не изменило ход определяющих событий. Когда-нибудь потом ты поймешь, о чем я. Идеальных планов не бывает, потому что всегда вмешивается случай. Главное чтобы его воздействие не привело к провалу всего плана, а то, что будут некоторые изменения – так даже интересней»
«Чертов, блин, психолог… Ладно-ладно, ты мудрый. Тогда скажи мне, мудрый, как без магии мне заделать дырки в мантии? Жалко, только в этом году куплена»
«Просто, как все гениальное! Возьми иголку и нитки и…»
«Все, все! Можешь не продолжать, я тебя понял. Советник…»
Увлекшийся внутренним диалогом, Гарри не услышал звука приближающихся шагов. Уже раздавался звук растворяющейся двери, когда парень вспомнил о мантии-невидимке. Но до нее было уже не дотянуться – она хоть и лежала всего в нескольких шагах от него, эти шаги еще надо было сделать. Гарри сильно пожалел о том, что не положил ее в карман, а оставил лежать на скамейке. Оставалось лишь сильно пожелать внезапно стать человеком невидимкой и раствориться в воздухе. Но чуда ждать не приходилось, и он лишь повернулся к двери, приготовившись объяснять Филчу то, почему он находится вне гостиной в уже довольно позднее время. Старый хрыч не переставал доставать Гарри не смотря на разрешение Дамблдора.
Но, вместо старого хрыча, в туалет вошел третьекурсник-гриффиндорец, и, словно бы не заметив стоящего посреди туалета семикурсника, спокойно занялся своими неотложными делами. Гарри же тем временем стоял в полнейшем недоумении от происходящего. Поскольку последнее время практически все ученики, а тем более студенты младших, курсов шарахались от него в разные стороны. Поттер ожидал, что, только завидев его, мальчик, пискнув что-то нечленораздельное, тут же смоется. Поэтому такое спокойствие и удивило его столь сильно. Бегло осмотрев себя со всех сторон, Гарри недоуменно посмотрел в зеркало и подумал, что он либо спит, либо в зеркале и правда никто не отражается. Третьекурсник тем временем уже вышел из туалета, хлопнув дверью и оставив Гарри одиноко пребывать в состоянии полнейшего ступора.
«Э-это чт-то?..» Как-то по детски спросил Гарри, ткнув пальцем в зеркало.
«Ты» Лаконично ответило второе “я”.
«Я вижу, что я, то есть, что меня нет, но я есть, то есть… Я запутался…» Сокрушенно пробормотал Гарри.
«Вот это я и имел ввиду, когда подозревал, что сила демона не исчезла просто так… Что ты чувствуешь спрашивать глупо – я тоже самое чувствую. Точнее ничего. Видимо ритуал не прошел бесследно для тебя, изменив кое-что… Или все. Неважно, главное, что тебе незачем таскаться с этой тряпкой. Ты теперь сам в состоянии исчезать и появляться когда этого захочешь. Помнишь, о чем подумал, перед тем как сюда вошла эта мелочь? Теперь подумай об обратном»
«То есть? Это как?» Гарри, по-видимому, еще сильно притормаживал после произошедшего.
«Как, как… Захоти стать видимым. Ты ведь когда исчез, подумал об обратном? Так действуй!»
Гарри попытался сосредоточиться, зачем-то зажмурился и пожелал…
«Хочу стать видимым, хочу стать нормальным, хочу…»
«Не истерии, а открой глаза!»
Парень открыл сначала один глаз, потом другой, а затем облегченно вздохнул. Все было на месте и вполне обычно. Радовало так же отсутствие рогов и угольно-черных, бездонных глаз, подобным глазам Рикатора-демона, которые уже успело нарисовать в воображении немного рехнувшееся, в свете последних событий, сознание.
«Нет, пора на пенсию… Послать подальше Воландеморта, пожирателей, войну… Иначе не доживу до следующего дня рождения в здравом уме»
«О пенсии можешь не беспокоиться» Сообщило второе “я”. «Ее у тебя никогда не будет»
«Откуда знаешь? А, да… всему свое время» Пробормотал Гарри. «Как думаешь, смогу повторить это?»
«Входишь во вкус? Попробуй… Это еще может оказаться полезным»
Гриффиндорец опять пожелал исчезнуть и на этот раз уже не зажмуривался. Впечатление было незабываемым. Исчезновение происходило хоть и довольно быстро, но все же не резко. Просто очертания тела теряли резкость и тут же все изображение, словно распавшись на молекулы, исчезало в никуда.
«А что, неплохо… Это наверно неправильно, но сейчас я пойду и кое-что выясню»
«Что же мешало тебе сделать это раньше? У тебя же есть мантия»
«Она все же шуршит… А некоторые знают о том, что я имею такую полезную в хозяйстве вещь. Да и в мантии становишься все же не так подвижен»
«Дерзай. Мне и самому интересно, что они о нас думают. Хотя это мне известно практически наверняка. Человеческая натура предсказуема»
«Не о нас, а обо мне. О тебе они и понятия не имеют» Возразил Гарри.
«Неважно, ты меня понял. Итак, посетим родную гостиную невидимыми и неслышимыми»
Придя к единому мнению со своим вторым разумом в одной голове, Гарри с немало поднявшимся настроением отправился в гостиную Гриффиндора, где ему вскоре предстояло узнать несколько вполне ожидаемых, но от этого не менее неприятных вещей.
А тем временем в кабинете директора школы магии и чародейства Хогвартс начинался весьма занятный разговор, участники которого не могли до конца понять, что происходит у них под носом.
Пару минут назад Снейп буквально ворвался в кабинет Дамблдора, шумно хлопнув дверью, и устало упал в кресло напротив директорского стола.
– Дамблдор, нам нужно поговорить о Поттере. Он переходит все границы!
– Что-то случилось, Северус? – директор внимательно посмотрел поверх своих очков на зельевара.
Снейп брезгливо поморщился в ответ.
– Ничего с вашим золотым мальчиком не случилось! – проворчал он, не обращая на укоризненный взгляд директора. – То есть, практически ничего, если не считать того, что после его визита в самую глубь запретного леса, святилище кентавров, в котором они так любили наблюдать за звездами, превратилось в обугленный клочок земли. Да и веяло там чем-то совсем непохожим на магию кентавров. Нечто куда более грозное и сильное буквально висело в воздухе. Я еще не сталкивался с подобным проявлением магии и поэтому не могу точно сказать, что там произошло, тем более, что к основному действию, я, похоже, опоздал. Но кое-что все же увидел. А именно безропотно удалявшихся кентавров, которые по идее должны были стереть Поттера в порошок. Что касается него самого, то он как ни в чем ни бывало преспокойно удалился оттуда, при этом чуть не прирезав меня своим мечом.
Снейп красноречиво просунул в дырку на воротнике мантии палец.
– Северус, позволь спросить, ты не мог чем-либо спровоцировать его на это? – кивнул директор на дырку в снейповской мантии.
Северус же досадливо поморщился и с недовольством признал, что перед этим запустил в парня сногсшибатель.
– Поймите меня правильно, профессор, что я должен был сделать, увидев Поттера посреди напрочь выжженной поляны и кентавров, тихо уходящих подальше? Я, признаться, сомневался, что это вообще Поттер. Как потом оказалось – это был все же он. И, кстати, от него чем-то сильно попахивало. Не в прямом смысле, конечно… Я думаю, что он опять ввязался в очередную опасную историю.
– Я думаю, не стоит так преувеличивать, Северус… - задумчиво сказал Дамблдор, поглаживая свою седую бороду. – Но я обязательно поговорю с ним завтра. Что-то все же происходит, вот только что именно? Почему Том еще не пришел за мечом, если так желает им обладать? Ты ничего не знаешь об этом, Северус?
– Нет, и я вам говорил уже об этом. Сам Лорд молчит и ничего не рассказывает. Последнее время он стал очень подозрительным и не доверяет ни мне, ни Люциусу. Зато Хвост все так же ползает у его ног… Кто бы мог подумать, что эта мерзкая крыса способна так втиснуться в доверие Темному Лорду.
– У этого мира свои причуды… Как знать, какую роль он еще сыграет в этой войне. Думаю тебе пора, Северус, мне нужно кое-что хорошенько обдумать.
Снейп поднялся с кресла и, кивнув Дамблдору, вышел. Сам директор некоторое время задумчиво посидел, а затем взмахом руки призвал старый потрепанный фолиант с полуистертым странным рисунком – изображением странного существа с огромными крыльями и рунической надписью на корешке.
В гостиной Гриффиндора было совершенно обычно – младшие курсы шумно галдели, кто-то учил уроки, кто-то обсуждал квиддич. Нашлись и те, кто просто дремал перед камином, лениво потягиваясь и зевая. Гарри подождал, пока портрет Полной Дамы не откроется, впуская в гостиную очередного нарушителя школьных правил, и тихо скользнул внутрь.
Своих бывших друзей он увидел сразу. Они сидели на своих излюбленных местах у камина. Гермиона как всегда читала какую-то книгу, изредка поддерживая разговор с Джинни и Роном, которые о чем-то спорили. Неввил сидел чуть поодаль и только слушал, внимательно смотря то на одного разговаривающего, то на другого.
– Нет, ты не прав! – упрямилась младшая Уизли. – Клоув вполне нормальный, просто скрытный немного! Да и чем он тебе не угодил? Преподает нормально, а что еще нужно? Он, конечно не профессор Люпин, но уж куда лучше этой дуры Амбридж.
Все, кто услышал имя старой жабы-преподавательницы ЗОТИ два года назад, скривились от отвращения.
– Но он все же странный, и ты не можешь это не признать, – возразил Рон. – зачем, спрашивается, ему таскать с собой этот кинжал? Такое ощущение, что он вот-вот кого-нибудь прирежет.
– Не мели чепуху, Рон, никого он не прирежет! – оторвалась от книги Грейнджер.
– А откуда ты знаешь? – заспорил Уизли. – Поттер наверняка от него научился носить эту железяку. Как будто это делает его героем…
– Между прочим он и так герой, по той причине, что выжил после столкновения с Тем-Кого-Нельзя-Называть. – вставила свою реплику Джинни.
– Ну и что с того? Это не дает никакого права так выпендриваться! Где он кстати? Что-то его не видно. Небось, опять отправился на свидание с Тем-Кого-Нельзя-Называть.
Он засмеялся своей собственной шутке, но его никто не поддержал. Посмеявшись еще несколько секунд для вида, Уизли заткнулся, немало покраснев.
– А я видел его. – сказал вдруг Неввил. – После обеда, около четырех, он ушел в запретный лес.
Все внимательно посмотрели на Лонгботтома, но думал каждый о своем. Рон внутренне содрогнулся оттого, что вспомнил акроматула с выводком своих детишек, Джинни думала о том, почему Гарри пошел в лес один, а Гермиона – зачем именно он туда пошел.
«Нет, их мысли можно по лицам читать, тебе так не кажется?» Спросило второе “я”.
Гарри стоял позади дивана и слушал то, о чем говорили ученики, при этом стараясь следить за тем, что бы об него невидимого никто не споткнулся.
«Ты прав, пожалуй…» Задумчиво ответил Гарри, уворачиваясь от летящей в его сторону скомканной бумаги.
«Интересно, долго продлится этот фарс? Пол часа уже тут торчим и слушаем этот бред…»
«Я никуда не тороплюсь. И ты тоже, так что еще послушаем»
«Как хочешь. Разрешаю тебе стукнуть рыжего по макушке за обидные слова» Снисходительно ответило второе “я”.
«Это не возымеет эффекта… Поступим по другому»
Он наклонился почти к самому уху Рона Уизли и тихо, чтобы больше никто не мог услышать, прошипел пару слов на серпентарго. В следующий момент рыжий, вскочив с дивана и запнувшись о Живоглота, мирно шествовавшего к своей хозяйке, нелепо растянулся на полу.
– Рон, что с тобой? – тревожно спросила Джинни.
Рыжий испуганно посмотрел на пустое место за диваном, откуда до него донеслось шипение, но в следующий момент там уже пробежал младшекурсник, и парень облегченно вздохнул.
– Так, мерещится всякое… - неопределенно махнул он рукой, с настороженностью возвращаясь на свое место. – Интересно, чего это он поперся в запретный лес? Неввил, он был один?
– Да, если не считать Снейпа, который явно за ним следил. А вы заметили, что сегодня было с погодой?
– Нет, а что, было что-то не так? – задумчиво спросила Гермиона, грызя кончик пера.
– Да нет… - непонятно отчего замешкался Неввил. – Просто было ясно, потом над лесом быстро появились тучи, и затем так же быстро исчезли…
– Над лесом? – заинтересовалась девушка. – Это было после того, как Гарри ушел туда?
– По моему, да… Задумался Лонгботтом. – Да, это было после.
Гарри скривился, услышав этот разговор.
«Забеспокоились… До них только сейчас доходит, что творится неладное»
«Пока что, неладное творишь в основном ты, но, по сути, ты прав. Сейчас они начнут беспокоиться и захотят найти тебя, что бы узнать о происходящем»
«Нам это выгодно?» С горечью спросил Гарри. Раньше он не скрывал от друзей ничего. Когда они были ему друзьями. «Я так не думаю, и уж кому бы то ни было ничего рассказывать не собираюсь»
«Правильно» Согласилось второе “я”. «Эта не та тайна, которую можно рассказать за чашкой чая в компании друзей. Да и представлю я их реакцию, узнай они, что ты спутался с силами, о существовании которых им даже неизвестно»
«Как думаешь, не навестить ли нам Дамблдора, и не узнать, как там поживает старина Том?»
«Подожди, еще послушаем… Мне стало интересно, что каждый из них думает по этому поводу. Это важно»
«Тогда послушаем…»
Гермиона, тем временем заинтересовалась произошедшим.
– Я уверена, что что-то не так. Все, что происходит вокруг Гарри – связано с этой войной и ее исходом… Узнать бы, что именно произошло там, в лесу!
– Да брось ты… Ну сходил он погеройствовать, показать всем, что не боится ходить в Запретный лес один. Что в этом необычного? Это же Поттер!
– Заткнись, Рон. – Джинни прервала рассуждения брата. – Смысл геройствовать, если этого никто не видит? Он ходил в лес по другой причине.
– Джинни права, Рон. Это все неспроста. Как бы узнать, что?..
– Это просто… - предложил Неввил.
Все незамедлительно уставились на него, готовые выслушать его предложение, лишь Рон недовольно уставился в камин.
– Нужно просто спросить у самого Гарри.
Гермиона опустила глаза при этих словах, а Рон сделал вид, что ничего не услышал. Джинни нахмурилась и спросила, глядя на остальных:
– И кто это сделает? Вы, я вижу отпадаете… Со мной он вряд ли так разоткровенничается… Остаешься ты, Неввил.
– Я? Н-но почему я?! – смутился Лонгботтом.
– Потому что ты видел, как он уходил в Запретный лес, вот тебе и стало интересно, что же произошло там. Намек понятен? Мы надеемся на тебя, Неввил!
Гермиона тем временем, тихо собрав свои книги, ушла в спальню, Рон уже о чем-то беззаботно болтал с Дином Томасом. Джинни похлопала Неввила по плечу и, подмигнув, шепнула на ухо, заставив парня крепко покраснеть.
– От этого очень много зависит, ты ведь понимаешь? Чем быстрее мы это узнаем, тем быстрей поймем, к чему надо быть готовыми. – сказав это, девушка ушла к своим подругам, оставив Лонгботтома трястись от смущения.
Неввил задумчиво почесал затылок. Гарри еще не возвращался в гостиную, потому что иначе это было бы всем известно. Хотя, если он в мантии-невидимке… Ничего не оставалось, как сидеть и ждать его в гостиной. Но в этот момент ему на плечо, заставив сильно вздрогнуть, легла невидимая рука, а знакомый голос сказал где-то над ухом.
– Нужно поговорить, Неввил. Выйдем из гостиной.
Парень послушно поднялся и, пытаясь справится с чуть было не захлестнувшим его страхом, направился к выходу из обители гриффиндорцев.

– Я слушаю тебя, Неввил. – сказал Гарри, появляясь из воздуха позади Лонгботтома.
Неввил смутился, от неожиданности не зная, что сказать.
– Кажется, ты хотел со мной поговорить, поэтому мы здесь. – продолжил Гарри.
– Ты слышал наш разговор? – Лонгботтом, наконец, понял, что происходит.
– Ну, не весь, конечно, но то, что я услышал, позволяет мне понять, что кое-кто не может набраться храбрости, что бы спросить у меня то, что им интересно. – Поттер начинал злиться. – Знаю, подслушивать, конечно, нехорошо, но мне все равно. К тебе я не имею никаких претензий. Когда они спросят, что я тебе сказал, передай им, что однажды меня предав, потеряли мое доверие. Это не их проблемы, и пусть не суют в них свои носы, потому что кроме смерти это им ничем не светит.
Злость все больше охватывала Гарри, и хоть тот уже не владел магией, воздух начал буквально разогреваться от его гнева. Неввил судорожно сглотнул и осмелился спросить.
– Гарри, ты в порядке? Последнее время ты молчишь и не с кем не разговариваешь…
– Извини, но это, по-моему, со мной никто не говорит, хотя я еще ничего не сделал, что бы заслужить такое обращение. Когда предают – это больно. Вчера был герой, сегодня изгой… Это надоедает. Впрочем, одному быть лучше – предать никто не может, за неимением таковых. А если им интересно, что произошло в Запретном лесу – пусть побеседуют со Снейпом. Если вежливо попросят, он расскажет, что видел. Правда, видел он мало. И еще – готовься к большой передряге. Пусть, она будет еще не скоро, но все же потренироваться в заклинаниях тебе не помешает. Ты способный маг, так не дай убить себя как ягненка. Вот, держи, тебе пригодится.
Гарри вытащил из кармана легкую и прозрачную ткань и сунул ее в руки Неввила.
– Я… не могу это взять, ведь это мантия твоего отца… - забормотал Лонгботтом.
– Мне она больше не нужна, так же как и палочка, а тебе пригодится. Береги ее, мантия-невидимка вещь редкая и полезная.
– Спасибо большое, Гарри… - с благодарностью ответил Неввил. – Я ничего не могу отдать тебе в замен…
– Мне ничего и не нужно, - отмахнулся Гарри. – а что нужно, то ты мне дать не в состоянии. Главное помни, что честность – лучше лжи. Пока, Неввил.
Отступив в темный угол коридора, Гарри растворился в воздухе. Лонгботтом ощупал мантию, подаренную ему Гарри, для того, чтобы убедиться, что этот разговор произошел на самом деле. Затем, поняв, что ему еще предстоит разговор с Гермионой, Роном и Джинни, он нахмурился. Они все поступили с Гарри нехорошо, но эти трое – хуже всех. Впрочем, не ему решать, кто виноват, а кто нет. Осознав это, Неввил решительно направился в гостиную, прижав к груди мантию-невидимку и даже не подозревая, что за ним след в след идет Гарри.
«Хороший он парень…» Оценило Неввила второе “я”, когда Гарри вернулся в гостиную и стал у камина, опершись на стену.
«Да… Простой и честный, не способный на глупую ложь. Его зря считают неуклюжим и простодырым. Он просто не знает своих возможностей и не пользуется ими. Даже магический потенциал у него неплохой, гораздо больше, чем у многих сокурсников. Ему не хватает уверенности в себе»
«Она будет. Чуть позже, но будет»
«Откуда ты это знаешь?» Спросил Гарри.
«Жизнь научит. И заставит делать то, что раньше бы он никогда не сделал. Ты в похожей ситуации. Потому что если не будешь меняться и учиться избегать смерти – не проживешь долго»
«Вряд ли… Мне все время кто-то помогал. Даже взять последнее время – это был или ты, или Блик. Жалко, что его больше нет…» С грустью подумал Гарри. «Мне его не хватает. Так всегда, в этой войне все уходят, а я остаюсь…»
«Помогал ли нет, не важно… Никто не стал бы сопротивляться до последнего. Кто-то уходит, кто-то приходит, но главное, что ты борешься и не сдаешься. Мне тоже жалко железного. Но это его судьба и его путь. Твой не пройден еще даже на сотую долю»
«Я не вечен, и однажды Воландеморт сумеет достать меня. Каков мой путь, что я не прошел даже малую часть? Теперь я даже не маг, и не могу противостоять Лорду. Боюсь, что ты не прав на счет меня»
«Позволь мне судить, прав я или нет. Как ты думаешь, почему ты жив после стольких покушений на тебя? Почему выжил, несмотря на то, что дважды подвергался действию смертельного заклятия?»
«Наверно что бы вырасти и отомстить за смерть родителей и тех, кто пал жертвами этой войны…»
«Не мели чушь, ты хоть сам понял, что только что сказал? Это не игра в квиддич, чтобы судьба хранила тебя для такой мелочи, как месть. Месть интересует лишь двоих – того, кто мстит, и того, кому мстят. Чудес при этом не бывает. Если что-то происходит, то происходит это не спроста. Всему и всегда есть свои причины, научись понимать это, тогда будет проще делать правильный выбор и оценивать поступки других. Я не могу пока сказать тебе всего. Знать свой путь и пройти его – разные вещи. А в твоем случае знание того, что с тобой будет способно тебя же и убить. Скажу лишь, что если что-то теряешь – не бойся, скоро ты обретешь гораздо большее. Вспомни, ты лишился магии, но обрел, пусть железного, но друга. Это важней каких бы то ни было способностей. И однажды, думая, что лишишься жизни, получишь ее в вечное пользование. Просто иди вперед, помни о прошлом, но не оборачивайся назад – это только навредит»
«Мне уже не так уж важно, что я получу… Главное, что то, что я хотел бы получить – никогда не получу»
«Быть может, а может и нет. У тебя все впереди – и могущество, и боль, и счастье. Сейчас судьба заботится о тебе, но потом ты сам станешь ее хозяином»
Неввил тем временем задумчиво перебирал в руках прозрачную струящуюся ткань. Джинни, проходившая мимо, сразу поняла, что парень держит в руках, и присев рядом спросила.
– Откуда это у тебя? Ты с ним уже говорил?
Неввил лишь молча отстраненно кивнул головой, все еще пребывая в своих думах. Гермиона и Рон тоже подтянулись, хотя последний и пытался всем видом показать, что интереса никакого не испытывает.
– То, что он просил вам передать, будет звучать не очень приятно. Но он просил меня это сказать. Если дословно, то его слова были такими: это не ваше дело, и не лезьте в него, иначе кроме смерти ничего не получите. И еще он предупредил, что не за горами открытая война.
Неввил посмотрел на каждого, пытаясь понять их эмоции. Джинни, указав на мантию-невидимку, спросила.
– А это откуда? Это он тебе ее дал?
– Да, он отдал мне ее, сказав, что она мне еще пригодится.
Лонгботтом сильно порадовался тому, что у Рона хватило выдержки не взвопить, что это он должен был получить мантию-невидимку. Неввил буквально ощущал гнев Гарри, но не мог понять, где скрывается его обитатель.
«Нет, ты посмотри на эту сволочь! У него такой вид, как будто его умершая любимая бабушка не оставила ему ничего»
«Утихомирь свой гнев, его не стоит тратить на тех, кто предал тебя? Ты ничего не чувствуешь? По моему с тобой что-то происходит…»
«Что я должен чувствовать?!» В сердцах ответил Гарри. «У кое-кого наглости слишком много, вот что я чувствую! А еще… что-то под кожей колет… Это что?»
«Вот именно. Умерь свой пыл, иначе произойдет что-нибудь нехорошее. Остатки демонической силы странно на тебя влияют. Поаккуратней на поворотах»
«Хорошо, постараюсь» Ответил Гарри, пытаясь успокоиться. «Пойду лучше прогуляюсь…»
«Как хочешь» Хмыкнуло второе “я”. «Как будто я могу заняться чем-то иным, нежели ты»
Спустя некоторое время Гарри сидел на большом валуне, у самой кромки воды. Озеро дремало, лишь гигантский кальмар изредка булькал где-то вдалеке. Парень отрешенно смотрел на отражение звезд на водной глади, испытывая смятение.
«Почему?.. Почему так больно терять то, что потерял уже давно? Почему больно ощущать предательство? Как же замечательно, наверно, не ощущать ничего. Ни чувств, ни эмоций…»
«Хочешь стать растением?» Вклинилось второе “я” в невеселые размышления Гарри.
«Наверно… Это было бы весьма неплохо. Сидел бы на какой-нибудь грядке и рос помаленьку…» Гарри поднял плоский камень и пустил его по поверхности озера. Кальмар быстро отреагировал, перехватив снаряд и подняв плеск.
«Учитывая время года, ты либо хранился бы в холодильнике, либо медленно переваривался каким-нибудь Дадли, которого не в меру заботливая мамаша посадила на овощную диету»
Гарри зябко поежился не то от холодного ветра, дующего в спину, не то от представленной картины переваривания дадлиобразным бегемотом. По небу пронесся огненный росчерк падающей звезды, на короткое время разделяя звездное покрывало пополам.
«Вставай, пойдем отсюда… Так недолго и простыть, а здоровье еще тебе пригодится. Зелья мадам Помфри, конечно, не такое ужасное, как демон например, но даже мне от него противно становится… И из чего она их только варит?»
«Лучше и не знать… Хотя по-моему, зелья для мадам Помфри варит Снейп» Равнодушно отреагировал Гарри на неудавшуюся шутку.
Он спрыгнул с валуна и, растерев затекшие ноги, направился в сторону замка.
В гостиной его ожидал сюрприз, и нельзя было сказать, что он был приятным. Там не было никого, кроме двух дремавших в обнимку на диване человек. Тихо подойдя к этому уже довольно ветхому представителю гриффиндорской мебели, Гарри с удивлением узнал в парочке Симуса и… Гермиону. Хотя повода для огорчения в этом, парень вроде бы не видел, на душе стало мрачно и противно. Левая рука инстинктивно сжалась в кулак, а правая потянулась к ножнам. Огонь в камине, до этого едва горевший вспыхнул, добавив жару в эту и так не прохладную ситуацию. Лишь когда меч, вынимающийся из ножен, скрипнул, второе “я” словно проснулось.
«ЭЙ! Полегче! Ты кого убивать собрался?»
Гарри мгновенно пришел в себя, быть может еще и потому, что предупреждение, прозвучавшее в голове, сопровождалось немалым ментальным ударом по сознанию.
«Да, что-то не то творю…» Согласился парень, возвращая в ножны уже вытащенный наполовину клинок.
На его беду, меч глухо стукнул гардой об ножны, пробудив этим звуком дремавших на диване. Гарри инстинктивно замер, пытаясь даже не дышать. Гермиона сладко потянулась и, чмокнув Симуса в щеку, поднялась, сказав:
– Что-то мы задремали… Я пойду спать, завтра нужно сделать много дел и сходить в библиотеку.
– Но Герми! – попытался возразить Финниган.(На этом месте Гарри отчаянно боролся с желанием снести башку ирландцу прямо здесь и прямо сейчас) – Ведь завтра воскресенье!..
– Да, ты прав… - Симус уже было загорелся надеждой, но следующая реплика вызвала на его лице унылую мину. – В воскресенье же библиотека закрыта… Ладно, я побежала!
И махнув рукой, она исчезла в направлении своей спальни. Симус, горько вздохнув, поплелся в обиталище семикурсников.
«Пожалуй сегодня мне не стоит спать там же…» Мрачно заметил Гарри, прожигая в удаляющейся спина Финнигана дырку. Аккурат между лопаток.
«Точно» Согласилось второе “я”. «Айда в комнату по желанию»
Поттер последний раз окинул взглядом гостиную и вышел, тихо затворив за собой портрет с громко сопящей Полной Леди.

Вполне успешно проспав завтрак, Гарри наведался на хогвартскую кухню, где до отвала был накормлен заботливейшим Добби, не устававшим повторять о заслуга великого героя, чем последнему весьма изрядно надоел. Наспех поблагодарив, парень пулей вылетел из святая святых хогвартских эльфов-домовиков. Дамблдора он встретил как раз перед входом в его кабинет, чему был несказанно рад. Это избавило Гарри от перечисления всевозможных сладостей, пытаясь узнать какое же название является паролем. Дамблдор поприветствовал Гарри и, несколько мгновений внимательно посмотрев на него, жестом пригласил последовать за собой в кабинет.
– Присаживайся, Гарри. – Дамблдор взмахом руки придвинул кресло. – Ты ничего не хочешь мне рассказать?
Гарри пристально посмотрел на директора, понимая, что именно он имел ввиду.
– Что конкретно вас интересует, профессор? – спросил парень, чувствуя, что кто-то аккуратно, но безрезультатно, пытается покопаться в его мозгах. – То, что произошло вчера в запретном лесу, или то, что вы не можете прочитать мои мысли?
– Не надо так грубо, Гарри. – нахмурился Дамблдор. – Впрочем, извини. Просто с тобой последнее время происходит что-то странное, и это нельзя не заметить.
– Думаю, это заметили все. Ничего, профессор, со мной все в порядке. Что до происшествия в лесу, то, при всем к вам уважении, я не могу об этом рассказать. Это не только моя тайна. – слукавил Гарри. – Но могу вас заверить, что замку и его обитателям это ничем не грозит. Если не ошибаюсь, то об этом вам поведал профессор Снейп?
Имя зельедела прозвучало довольно мерзко, на что Дамблдору оставалось лишь покачать головой.
– Да, Гарри, это был он. Но это не относится к делу. Я, все мы переживаем за тебя.
– Что-то по Снейпу это незаметно… - пробормотал Гарри. – Нет, профессор, со мной правда все в порядке. Я, собственно, пришел спросить вас о кое-чем. Воландеморт как-нибудь проявляет свои намерения завладеть мечом?
– Нет, Гарри. – Дамблдор словно с сожалением покачал головой. – Северус сказал, что Том молчит и ничего не доверяет даже близкому кругу своих подчиненных. Но, по моему, что-то в скором времени должно произойти.
«Уже происходит» Поправило второе “я”. «Ты не заметил, куда сегодня направлялись студенты? По моему в Хогсмид»
На лице Гарри появилось выражение ужаса, которое сменилось отчаянной решимостью.
– Профессор! Разве посещение Хогсмида не было запрещено?
Дамблдор тревожно посмотрел на Гарри.
– Было, но педагогический совет решил, что хотя бы раз в месяц стоит выпускать учеников из замка… Неужели ты думаешь, что…
– Именно! – воскликнул Гарри. – Почему-то мне кажется, что там скоро будут пожиратели!
И не дожидаясь ни слов, ни действий Дамблдора, парень рванул, что есть силы из кабинета.
А тем временем, в Хогсмиде раздавались хлопки аппарации. То тут, то там появлялись люди в масках и черных мантиях. Тот, кто прибыл первым из них, вскинув руку с волшебной палочкой вверх, во всю мощь легких прокричал:
– Мосморде!
Ужасающий знак Темного Лорда Воландеморта, взмывший в небо, – череп с выползающей из него змеей – мгновенно поверг в панику все поселение. Люди в страхе пытались убежать, спрятаться, запереться наглухо в своих жилищах. Но здания то тут, то там поджигались заклинаниями, люди падали, сраженные заклятиями, в огромном количестве щедро разбрасываемые налево и направо пожирателями. Последние находились повсюду, сея ужас и панику, боль и смерть. Вскоре на окраину магической деревни аппарировали и первые авроры. Завязался затяжной бой, в ходе которого выяснилось, что преимущество на стороне слуг Лорда за численным превосходством.
На одной из улиц, что находилась на окраине, молодой пожиратель, обуреваемый жаждой крови и явным желанием выслужиться перед господином, стоял перед маленьким мальчиком. Намерения пожирателя были ясны – он намеревался отнять еще одну жизнь, судя по сумасшедшему блеску глаз, весьма и весьма садистским способом. Наверное, он перебирал в уме все известные ему заклятия, дабы причинить наибольшую боль. Впрочем, дальше этого у него дело не продвинулось. В самый последний момент, когда слуга Лорда уже собирался, было, поднять палочку на свою жертву, он вдруг дернулся и сдавленно вскрикнул. Спереди из его груди торчало что-то прозрачное, лишь по размазанной крови напоминавшее длинный клинок. Затем клинок исчез, так же как появился, и тело пожирателя с глухим стуком упало на землю. Позади него появился высокий черноволосый парень и, переложив меч из правой руки в левую, подхватил несостоявшуюся жертву. Мальчик от шока уже давно потерял сознания, а когда очнулся в больнице, то и не догадывался, кому обязан жизнью. Но это будет позже, а пока Гарри, одним пинком выбив первую попавшуюся дверь и чудом увернувшись от заклятия, смачно выругался и, не обращая внимания на вытянутые лица спрятавшихся в этом доме, положил мальчика на пол.
– Присмотрите за ним и не высовывайтесь! – крикнул он, выбегая из дома.
Сражения на улицах шли во всю. К аврорам подоспела, пусть и немногочисленная, но подмога, и бой завязался с еще большей силой. Несколько авроров попали в безвыходное положение. Они находились за небольшим дощатым помостом, и стоило только высунуть голову, как тут же пожиратели принимались яростно обстреливать всевозможными заклинаниями. Просидев так около трех минут, у одного из авроров все же не выдержали нервы. Решив продать свою жизнь подороже, он с воплем выкатился из-за укрытия и… замер, поняв, что атаковать уже некого. Один пожиратель безжизненно валялся вниз лицом в немалой луже крови, второй еще хрипел, булькая и брызгая во все стороны кровью, лившейся рекой из перерезанной глотки. Третий же катался по земле, от шока позабыв даже, что может кричать. Его отрубленная по самое плечо рука, с зажатой в ней палочкой, валялась неподалеку, все еще судорожно вздрагивая. Аврор лишь заметил тень, метнувшуюся в промежуток между домами, туда, где гремела очередная битва.
Гарри не думал ни о чем. В голове было пусто, лишь иногда молнией проносились предостережения второго “я” о внезапной опасности. Он был невредим, если не брать во внимание глубокую царапину чуть выше правой брови и содранную кожу на костяшках левой руки. Царапину на лбу он получил, врезавшись в стену, когда уворачивался от проклятия в спину, а костяшки разбил, сломав пожирателю челюсть. Последний проявил недюжинную прыть, уворачиваясь от длинного клинка, чуть не вспоровшего ему живот. Впрочем, это не спасло от удара в зубы, а за спасенный живот пострадала колено – нога, почти срезанная болталась на лоскуте кожи и паре сухожилий. Получив такую травму, пожиратель разом забыл и о палочке и о том, что следовало бы убраться подальше – боль застлала разум мгновенно.
Вскоре открытый бой затих, лишь изредка вспыхивали заклинания, когда авроры натыкались на не успевшего смыться пожирателя (Поздно, но, все же спохватившись, авроры поставили антиаппарационный щит, и поэтому не все приспешники Воландеморта успели аппарировать. Впрочем, как говориться: кто не успел, тот опоздал. Точнее умер.)
Ученики, в большинстве своем не пострадавшие и запершиеся кто в Трех Метлах, а кто в лавке Зонко, стали выглядывать на улицу. Что оказалось необдуманным действием – им следовало бы подождать, пока авроры окончательно проведут зачистку деревни. На улицу уже вышло несколько старшекурсников, ставших с ужасом озираться. Кто-то невдалеке громко зарыдал, кто-то с воплем, а кто и нет, упал в обморок.
Но самое страшное случилось чуть позже, когда один из отрядов авроров прошел по улице и скрылся из вида, а один из представителей закона остался с учениками, дабы обеспечить их безопасность, из неприметного и темного угла, образованного стеной здания и ветхой деревянной постройкой непонятного назначения, стремительно выскочил пожиратель и, отправив в забвение аврора, с хищным видом уставился на учеников. Что примечательно, среди оных не было ни одного представителя факультета Слизерин, за исключением одного второкурсника. Первыми намеченными жертвами стали естественно гриффиндорцы, из чего можно было запросто предположить, что нападающий был представителем факультета чистокровных. Ученики не хотели сдаваться просто так, но не учли одного – пожиратель был весьма опытным, поэтому первым его заклинанием было заклинание разоружения. Все, кто успел достать палочки, в мгновение ока лишились оных. Пожиратель мерзко заржал, предвкушая веселую (с его точки зрения) забаву. Первым на землю упал шестикурсник, сраженный пыточным заклятием. Однако едва пожиратель нацелился на свою очередную жертву – девушку с длинными каштановыми волосами, как рядом с ним со скоростью бьющей в дерево молнии мелькнуло что-то окровавленное и под крики ужаса учеников и очередные обмороки, голова пожирателя слетела с плеч так быстро, будто ей совсем там не нравилось находится. Обезглавленное тело, простояв с поднятой рукой еще несколько секунд, упало в грязную лужу, которая незамедлительно стала кроваво грязной. Поскольку все с диким шоком следили только за пожирателем, то не сразу поняли, что, а точнее кто послужил причиной его смерти. Отодрав, наконец, глаза от трупа, еще бьющегося в конвульсиях, испытали новую волну страха. Впрочем, этот страх не имел ничего общего с предыдущим. Рядом с убитым, роняя капли крови с меча на землю, стоял Гарри. Стоял и смотрел Гермионе в глаза. Лицо не выражало ничего: ни боли, ни страха, ни злости. Но стоило лишь заглянуть в глаза и хотелось сразу же скрыться от этого взгляда – полного холодной ярости и безумия, бушевавших в душе юноши. Пусть потом он придет в себя и осознает, что успел сделать за пол часа этого боя, но пока он был готов разделать на части любого, кто посмеет поднять палочку или кулак с недобрым намерением. И те, кто сейчас смотрел на Поттера, четко это осознали. И поняли, что убивал он ради них, тех, кто отвернулся от него, кто тыкал пальцами в удаляющуюся спину и сплетничал, если Гарри не было рядом. И поняв, опустили глаза. Не сделала этого лишь она, потому что Поттер впился в нее взглядом, словно пытаясь что-то сказать.
Но сказать не успел. Потому что неожиданно, как чертик из коробочки точно по закону жанра, позади него из здания вывалился пожиратель и, недолго думая, запустил в Гарри режущее проклятие. Поздно предупредивший голос в голове неожиданно ругнулся, когда Секо все же попала в парня. Тот хоть и не успел отразить его мечом Равновесия, но немного вывернуться смог, и потому огромной мощи, всей, на которую был способен пожиратель, заклятие глубоко резануло по левому плечу, взметнув в воздух веер кровавых брызг, вместо того, что бы разрезать буквально пополам грудную клетку. Но пожиратель не успел пожалеть о досадном промахе. Гарри, стоявший от него лишь в пяти шагах, забыв про боль, от которой онемела вся рука, с яростным рычанием одним прыжком перекрыл это расстояние. Меч, со свистом взвившийся в воздух, с хрустом и скрежетом, сопровождавшимися странным хлюпающим звуком, вскрыл грудную клетку как тонкостенную консервную банку. Второй удар, последовавший тут же, сделал в точности тоже самое, лишь в другом направлении, заодно начисто отрубив кисть руки, в отчаянии поднесенную было пожирателем к груди. Все это произошло на глазах обомлевших учеников, и добавило немало народа к тем, кто пребывал в блаженном забвении обморока. Те же, кто еще стояли на ногах узрели, как из крест на крест распоротой груди еще стоящего и судорожно хлюпающего пожирателя выпало сердце и, пару раз прошлепав по земле и собрав на себя немало грязи, остановилось у ног Поттера. Тот, не обратив на это внимания, подошел к стоячему мертвецу и сдернул с него маску. Труп, качнувшись, упал.
– Привет, Нотт… - зло прошептал Гарри.
Он повернулся к стоящим и лежащим столбами ученикам.
– Живо внутрь! – он вскинул меч, указав им на бар Три Метлы, откуда незадолго до этого и вышли ученики. – И не высовывайтесь, пока не придут авроры и не отведут вас в школу.
Возражающих не нашлось, и те, кто еще стоял на ногах, привели в чувство тех, кто уже не стоял. Кто в чувство не пришел, даже и не заметил, что его куда-то тащат. На улице остались лишь Гермиона и Джинни. Первая все так же смотрела на юношу, пытаясь понять, что ей необходимо что-то сказать, а вторая то ли осталась с подругой, то ли ощущала, что с Гарри безопасней, нежели даже с толпой студентов.
– Я что сказал? Живо внутрь!!! – рявкнул Гарри.
Гермиона со странным выражением лица отвернулась и вошла в бар, за ней покорно проследовала и Джинни. Студенты были столь напуганы уже не самими пожирателями, а одним только способом умерщвления обоих убийц, что ни у одного из них не хватило смелости выглянуть в окно и посмотреть, что делает Гарри.
Он тем временем подошел ко второму трупу, вернее, если соблюдать хронологию и способ умерщвления, к голове первого, и тоже стянул маску. И не поверил своим глазам. Глазам и удаче. Из-под капюшона, что называется намертво, закрепленного на голове заклинанием, с застывшим на лице выражением дикого и садистского восторга в небо смотрели уже подернутые мутной пеленой глаза Беллатрикс Лейстрандж. Гарри, недолго думая, получше завернул голову в капюшон и, прихватив маску пожирательницы, исчез. Авроры, через пять минут вновь появившиеся на этой улице с удивлением обнаружили вырубленного товарища, полтора искромсанных трупа (если считать, что один из них был без головы) и насмерть перепуганных студентов, которые не могли даже слова толком сказать.
Студенты были препровождены в школу под опеку мадам Помфри и преподавателей, которые, к слову сказать, в этой битве не пострадали – они успели лишь к самому концу, и потому все, что им оставалось делать, это помогать пострадавшим. Трупы были убраны, те из них, что некогда были пожирателями – доставлены на экспертизу в министерство. Никто и не обратил внимания на странные капли, окропившие землю около одного из трупов, того самого, что лишился головы. Они были не красными. А темно-бардовыми, будто в обыкновенную кровь добавили немало черных чернил.
А через несколько часов Воландеморт, в ярости отправлявший к праотцам и убитым в бою соратникам тех пожирателей, кто все же выжил, в добивание получил сверток, содержимое которого на поверку оказалось головой одной из самых преданных его последовательниц – Беллы. Теперь пострадали все, кто вообще попадался ему под руку в течении всего дня. Школьная сова, принесшая эту посылку, вместо вроде бы положенного корма получила заклятие такой чудовищной мощи, что на пол не упало даже пепла.

Чуть позже, когда мадам Помфри распустила по гостиным тех, кто в нападении пострадал лишь эмоционально, и занялась раненными, Гарри сидел в кабинете Дамблдора. Последний, впустив парня, надолго ушел, дабы побывать в гостиных каждого из факультетов и поговорить с учениками и преподавателями. Гарри лишь задумчиво сидел. Отрешенность боя постепенно сменялась осознанием произошедшего, о чем напоминало еще и ужасно болящее плечо. Кровь впрочем перестала идти почти сразу же после ранения, но Поттер и не задумывался о причине этого. В голове лишь мелькали картины смерти тех, кто попадался на его пути, а в сознании больно, словно давящая на мозг опухоль, пульсировало одно слово: УБИЛ. Второе “я”, не выдержав наконец, вмешался.
«Я понимаю, это тяжело и тяжесть эту я чувствую вместе с тобой. И прежде чем ты возмущенно займешься самобичеванием и воплями о том, что можно было бы сделать и по другому, я тебя спрошу лишь одно: а не клялся ли бы ты убить всех этих пожирателей, ели бы не пришел, и они перегубили бы почти всех, кто там был. И тех, кого ты знал, и тех, кого не знал. Просто ответь сам себе на этот вопрос»
Гарри не отзываясь, безвольно смотрел в пол.
«Я никогда не убивал… Это… это…»
«Неприятно. Понимаю. Но ты убивал. И убивал раньше. Вспомни демона»
«Но ведь это был не…»
«Человек? Ты это хотел сказать?» Второе “я” буквально взорвалось. «Чем он отличался от человека? У демонов есть руки, у демонов есть ноги, разум, своя, хоть и непохожая на человеческую, душа. У них есть свой мир, в котором этот демон был пусть и не самым последним, но таким же жителем, как здесь человек! И убил ты этого демона не в бою, а беспомощного и лишенного сил, униженного перед тем, кого он сам считал козявкой. По нему ты так не убивался. Научись видеть вещи правильно. Важно не то, какие поступки ты совершаешь, а то зачем ты их совершаешь, и есть ли у тебя на это право. Я не имею ввиду, что следует уничтожать каждого, кто не так на тебя посмотрит. Просто если ты убил десять тех, кто оступился, ради сотни тех, кто может оступится, а может и нет – это все же не бездействие. Иногда приходится выбирать из того, что ты не хочешь и того, что тебе не нравится»
«Я понял тебя… Но мне нужно время, что бы это принять»
«На это время у тебя есть. Потому что это важно и пока ты не осознаешь некоторые вещи – не сможешь идти дальше»
В это время дверь открылась, и в кабинет вошел Дамблдор – уставший, мрачный и постаревший еще на несколько десятков лет. Не смотря на Гарри, он сел в свое кресло за столом и закрыл лицо руками. Так прошло несколько минут, показавшихся Гарри целой вечностью.
– Как ты, мальчик мой? – наконец взволнованно и как-то заботливо спросил директор.
– Не знаю, сэр… Пока еще никак… - отрешенно ответил Гарри. – Извините, профессор, я лучше пойду. Если вы не против, то не можем ли мы поговорить чуть позже?
– Да, конечно… - ответил Дамблдор, на миг задумавшись. Я хочу спросить только одно: кто видел тебя в Хогсмиде?
– Только ученики, сэр. И еще те, кого я… убил… - выдавил из себя Гарри.
– Когда авроры все же допросят учеников, то все станет известно.
– Неважно, профессор. К тому времени это будет уже неважно. – убежденный в чем-то ответил парень. – он скоро придет за мечом.
С этими словами Гарри встал и вышел из кабинета, оставив Дамблдора осмыслять услышанное. Спустя несколько минут огонь в камине директорского кабинета вспыхнул зеленым, и появилась голова Аластора Хмури.
– Обойдемся без приветствий, Альбус. Мы на пять раз проверили деревню. Пожирателей больше не осталось, а те единицы, что прятались, были выловлены. Вот что забавно, один из уцелевших прихвостней старого гада (ака Воландеморт) твердил что-то о невидимке, перебившем на его глазах четырех пожирателей. Я догадываюсь, кто это был, но хочу услышать то, что известно тебе.
– Ты прав, Аластор, это был он.
– Значит, Поттер вышел на тропу войны? – крякнул Шизоглаз.
– Это не смешно, Аластор! – гневно воскликнул Дамблдор. – ты бы видел, в каком он состоянии!
– Еще бы… - ответил умеривший пыл Хмури. – впервые это дается тяжело. Но потом привыкаешь.
– Аластор, Аластор… Он не должен был этого делать. Ему нужно…
– Что ему нужно? – возмущенно перебил директора старый аврор. – Сидеть и понимать, что там резвятся эти уроды? Да тут любой бы сорвался с места! И к тому же, не к этому ли готовит его жизнь? Ведь если он сойдется в поединке с Ним, в последнем поединке, понимаешь ты меня или нет? Что ему предстоит? Оглушить и спеленать Воландеморта как младенца, что бы доставить в министерство? Да там от одного его вида все разбегутся!
В это время дверь кабинета натяжно скрипнула и в кабинет ввалился донельзя измученный Снейп, по подбородку которого еще текла кровь. Хмури весьма раздосадовался тем, что его перебили, однако заметив, в каком состоянии находится зельевар, все же промолчал.
– Что случилось, Северус? – Дамблдор подхватил уже осевшего было на пол Снейпа и усадил того в кресло. Алхимик отдышался и охрипшим голосом пробормотал:
– Чертов урод… Дамблдор, если я доживу до того, как встречу Поттера, то он пожизненно будет драить котлы в подземельях! Из-за того, что он вытворил, Лорд перебил всех, кто ему на глаза попадался… Я не знаю, каким чудом ушел оттуда живым…
– Причем тут Поттер? – спросил Хмури. – Там не только он был, но и авроры министерства, преподаватели…
– Какое «там»??? Я не нападение на Хогсмид говорю, старый идиот… - Снейп сказал последние два слова все же очень и очень тихо. – Никогда не догадаетесь, что ему взбрело в голову сделать… Он отправил Лорду посылочку. Не знаю, каким образом обычная школьная сова смогла найти его убежище, на котором охранных чар чуть ли не больше, чем на Хогвартсе, но она все же нашла. А посылка и впрямь была удивительная…
– Ну не бухти, говори, что было то? – не выдержал Шизоглаз.
– Голова Беллы. Лейстрандж. Это вам о чем-нибудь говорит?
Дамблдор замер с удивленным выражением на лице. Хмури же заскрипел, и скрип, вырывающийся из его горла, судя по всему был смехом.
– Ай да Поттер! Это ж надо так! Молодец парень! – Снейп глянул на старого аврора так, что любой другой бы на его месте удавился, но на Хмури это не возымело никакого эффекта. – Снейп, тронешь Поттера – будешь иметь дело со мной. Ай да Поттер, ай да Гарри… Давно я так не смеялся! То-то я думал, почему тело нашли, а голову не смогли!
Снейп едва держался, что бы не кинуть проклятием в камин. Пострашнее чем-нибудь…
– Это не самое плохое, - продолжил Снейп. – он собирается наведаться сам. Сюда. И уже на днях.
Хмури тут же перестал скрежетать, как старые кузнечные мехи, и внимательно уставился на зельевара.
– Когда именно? – уточнил он.
– Через два, может быть три дня. Сразу, как только его бешеная ярость пройдет. Он не действует сгоряча.
Дамблдор, молчавший все время, со вздохом прикрыл глаза рукой.

Гарри бесцельно брел по коридорам Хогвартса с опустошенным видом. Пару раз сквозь него пролетали призраки, но он даже не чувствовал того холода, который появлялся при контакте с бестелесными обитателями замка. Мысли не выстраивались в голове, лишь сумбурно и призрачно мельтешили в сознании. Парень думал о многом и ни о чем одновременно. Иногда перед глазами проносились пережитые моменты уходящего дня, но больше всего не давали покоя мелкие детали: брызги крови, багряным веером взметнувшиеся в воздух после удара по телу тяжелого и невероятно острого клинка, способного без усилий резать даже камень, полный удивления вздох пожирателя от неожиданности, а затем предсмертные стоны. Все это мешало Гарри успокоиться и заново заставляло вспоминать то, что он совершил.
Совершенно бездумно, не обращая внимание на окружающие звуки, Гарри неожиданно для себя понял, что сидит в гостиной Гриффиндора. Сидит в полной тишине, потому что те, кто не поспешил убраться подальше, хранили гробовое молчание. Быть может, причиной этому был еще не прошедший до конца шок от нападения, а может и сам Гарри, один вид которого совсем не располагал к изданию каких бы то ни было звуков. Первым, кто осмелился что-то сказать, был Неввил.
– Гарри… - начал было Лонгботтом, но осекся, когда Поттер повернулся на голос.
– Что? – равнодушно спросил он, проведя ладонью по щеке.
На коже жесткой коркой что-то шелушилось. Посмотрев на свои пальцы, Гарри понял, что это была запекшаяся кровь. Наверно из раны на лбу. Затем парень перевел взгляд на левое плечо. Рукав мантии был широко разрезан и прилип к телу из-за обильно смочившей его крови, которая превратила мягкую ткань в что-то твердое и почерневшее. Само плечо лишь чуть покалывало, хотя, по идее, должно было немилосердно болеть. Тем и отличалось пресловутое режущее проклятие Секо – плохой заживляемостью ран и сильной ноющей болью.
Гарри встал и, не обращая на окружающих никакого внимания вышел из гостиной. Ему вдруг сильно захотелось смыть с себя всю кровь, чтобы ничего более не напоминало о совершенном. Голос в голове молчал, за что Поттер был ему безмерно благодарен. Он медленно шел в сторону ближайшей душевой, когда услышал торопливые шаги уже совсем рядом с собой. Кто-то осторожно коснулся плеча, совершив ошибку. Тело парня жило по своим законам, и прежде чем Гарри успел осознать, что происходит, уже развернулся всем корпусом и сильно оттолкнулся от непрошенного гостя. Однако реакция ловца все же помогла, и в самый последний момент он схватил за руку… Гермиону.
Быстро вернув ее в вертикальное положение, Гарри буркнул «прости» и, развернувшись, быстрым шагом продолжил свой путь. Девушка несколько секунд простояла в замешательстве, но, опомнившись, снова догнала его.
– Гарри… я хотела поговорить… с тобой, – запинаясь, сказала Гермиона срывающимся голосом.
– О чем? – немного сердито спросил он. – Если о том, что я сказал Неввилу, то я готов повторить свои слова снова. Не лезьте туда, куда не следует!
– Да нет, же не об этом! О то, что произошло сегодня…
– Не думаю, что тебе захочется говорить с убийцей. – последнее слово было произнесено почти шепотом и с такой обреченностью, что девушка замерла на месте. Гарри безжалостно добавил. – Я ведь теперь ничем не отличаюсь от тех, кто напал на твоих родителей, верно?
На глазах у Гермионы навернулись слезы, но ее упорство не позволило ей остановиться на пол пути.
– Ты не убийца… - начала, было, она, но была прервана резким тоном.
– А кто? Кто тогда? – парень уже почти кричал. – разве не я был там, в Хогсмиде? Разве не я вот этим самым мечом убил полтора десятка человек? Разве не мне по этому проклятому пророчеству нужно сражаться с Воландемортом? Оставь меня, мне и так тошно…
Гермиона в бессилии опустила голову, так и не найдя слов возражения. На душе у нее было, мягко говоря, нехорошо. Она полностью теперь осознала, насколько неправильно поступала, избегая Гарри, тогда когда ему нужны были друзья. Она искала слова извинений, но не находила их, лишь судорожно дышала, крепко, до боли, вонзив ногти в ладони. Гарри постоял несколько секунд, глядя на Гермиону, но внезапная эмоциональная вспышка прошла так же быстро, как и появилась, оставив только пустоту. Он молча отвернулся и скрылся в темноте, покинув девушку.
Через два часа, отмытый от крови Гарри сидел в гостиной совершенно один, витая в мрачных мыслях. Огонь в камине едва тлел, создавая зловещую и мрачную обстановку. Ее можно было с тем же успехом назвать и романтичной, но с точки зрения Поттера романтике было не место и не время. Дверь, ведущая в одну из спален, чуть приоткрылась и до парня донесся едва слышный шепот. Он знал, что причиной этому был сам, но Гарри было совершенно наплевать, кто и зачем сейчас за ним наблюдает.
«Долго ты еще будешь заниматься самобичеванием?» Не выдержало, наконец, второе “я”.
«Какая тебе разница?» Вяло поинтересовался Гарри. «У тебя своя жизнь, с какой-то благородной миссией, о которой я и представления то полного не имею…»
«Во-первых, твоя жизнь это моя жизнь, и не думай, что мне все равно, о чем ты думаешь. Во-вторых, эта миссия не только моя, но и твоя. Я на самом деле лишь посредник и помощник. В третьих, мне просто скучно. Твои мысли могут нагнать тоску даже на Пивза»
«Мне все равно… Да и что, по твоему, мне нужно делать?»
«Писать завещание. Шутка. А если серьезно, то тебе неплохо было бы подумать о том, что делать дальше. Времени осталось всего ничего, и ты знаешь это»
«Значит, я все же умру?»
«Нет, но так подумают те, кто внезапно обнаружит, что на этом свете, точнее в этом мире тебя уже нет»
«И что мне нужно сделать?»
«Необходимо сделать так, что бы появление здесь Воландеморта прошло более-менее мирно и без жертв. Ты это прекрасно понимаешь. Тебя не отпустят просто так, и тебе это тоже известно. Нужно убедить Дамблдора в том, что то, что мы собираемся осуществить – важно, чем бы оно ни кончилось. Здесь совсем ни к чему будет полк авроров, половина которых запросто поляжет только от руки Воландеморта. Я не сомневаюсь, что явится он один, либо с минимумом сопровождения, однако, это не мешает ему при случае вызвать свою когорту пожирателей. Не факт, что это кончится для учеников хорошо»
«Согласен, но КАК мне убедить в этом Дамблдора? Я что-то сомневаюсь, что он возьмет и просто доверится мне»
«Зря ты так сомневаешься в силе своего убеждения. Просто поговори с ним об этом, и я уверен, что все получится»
«Посмотрим… Что-то совсем сон не идет. Сказку на ночь прочитал бы, что ли…»
«Я тебе не нянька, сказки читать. Но усыпить могу»
Последнее, что успел подумать парень, прежде чем вырубиться, была мысль о том, как здорово иметь такое снотворное в своей голове.



Глава 6. Часть вторая. Потери - 3

Гарри проснулся в гостиной еще задолго до завтрака. Кто-то заботливо укрыл его пледом, но кто, Поттеру было неизвестно. Сон был настолько крепким и глубоким, что он не видел даже сновидений. Ученики еще и не думали просыпаться, и стояла гробовая тишина, изредка нарушаемая мяуканьем и шкрябанием Живоглота, пытавшегося прорваться в гостиную через закрытый портрет с помощью когтей. Впустив несчастное животное, которое с яростным шипением прошмыгнуло мимо парня, словно чуя что-то ужасное, Гарри вышел в коридор. Вскоре он был уже у кабинета директора, все еще сомневаясь в том, что последний еще не спит. Трижды проклиная себя за то, что не посмотрел в Карту Мародеров, он подошел к горгулье, вспоминая всевозможные названия сладостей, но та быстро отпрыгнула в сторону, не дожидаясь пароля. Гарри лишь удивленно и довольно хмыкнул и ступил на винтовую лестницу.
Войдя в кабинет, он застал Дамблдора, сидевшего за своим столом и пьющего чай с лимонными дольками.
– Здравствуй, Гарри. – поприветствовал парня директор. – Я не ждал тебя так рано. Ты пришел поговорить?
– Да, профессор… Скажите, что вы собираетесь предпринять, что бы обезопасить учеников, если Воландеморт явится сюда?
– Тебе нужно это знать? Что ж, думаю, я могу тебе рассказать. Авроры уже предупреждены. Многие из них будут находится в Хогвартсе, что бы защищать учащихся и персонал в случае нападения. Остальные прибудут в случае, если завяжется бой. Это будет опасно, поэтому учеников сразу же запрут в гостиных под охраной. Хотя ему нужен пока только меч, есть вероятность того, что Том решится на более агрессивные действия. Он любит, когда его враги испытывают страх. Ты готов к тому, что мы отдадим ему меч?
– Мы? – Переспросил Гарри, нахмурившись. – Никаких «мы», профессор. Во первых, авроры не высунутся из школы, что бы снаружи не происходило. Иначе их перебьют, это вы прекрасно понимаете… Я сам отдам ему меч. Один. Все, кто могут пойти со мной лишь погибнут. Профессор, вы знаете, что именно может дать Меч Равновесия Воландеморту?
– Нет, Гарри. Быть может, ты просветишь меня?
– Вам известно кем он был сделан. Это не простой меч, в том плане, что он имеет свой разум. В нем заключено большинство тех знаний, что имел его создатель. А попади они к Лорду, магический мир не протянет и месяца. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Я смог лишить его разума. Попросту убил. Впрочем, с его на то согласие. Так что теперь это лишь мощное оружие ближнего боя, но не больше. Магические свойства он все же сохранил. Это к лучшему, потому что даст вам некоторое время, пока Воландеморт поймет, что к чему. Когда он прибудет – никто не должен быть рядом, тогда никто и не пострадает.
– Мальчик мой, ты понимаешь, что ждет тебя, если ты выйдешь один на один с Воландемортом? Он не захочет упускать шанс…
– Убить меня? – продолжил Гарри. – Я знаю. Поверьте, все будет нормально. Мне не в первой с ним встречаться. Заодно выскажу ему все, что о нем думаю. Не бойтесь, профессор, пророчество сбудется. Я уверен.
– Это тяжелая ноша для тебя, Гарри, я понимаю… – начал Дамблдор, но парень лишь отмахнулся.
– Какая это ноша мне известно, профессор. Я убивал и если понадобится – убью еще раз. Вот только на счет одного вы ошиблись. Воландеморта не победить ни любовью, ни какой бы то ни было магией. Потому что он не живой и не человек.
В это время в кабинет ворвался запыхавшийся Люпин. Не тратя время на приветствия, он выпалил:
– Сегодня!
Дамблдор вскочил со стула.
– Снейп просил предупредить, что Он будет здесь сегодня!
– Ремус, где сам Северус? – нетерпеливо спросил директор.
– Его вызвали. Я был неподалеку, и он просил срочно передать вам.
– Спасибо, Ремус. Он что-то еще говорил?
– Нет, только это. Видимо вызов был совсем срочный. – оборотень устало прислонился к стене. – Привет, Гарри… Ты рано встал?
– Да, Ремус. Что-то не спится, когда такое происходит… – мрачно заметил парень. – Значит сегодня?.. Что ж, Воландеморту надоело ждать. Пусть приходит. Его ожидает небольшой сюрприз.
Люпин встревожено посмотрел на Гарри, пытаясь понять, о чем тот говорит.
– Ты имеешь ввиду… Нет, Гарри, ты не сделаешь этого! – до оборотня дошло, в чем дело. – Я не позволю тебе такое вытворить. Я слишком уважаю память о твоих родителях, чтобы отпустить тебя на верную смерть!
Гарри внимательно посмотрел на Ремуса. Оборотень всем видом показывал, что вперед сам отправится на растерзание Воландеморту, нежели даст сделать парню то, что он замышлял.
– Ты ничего не сможешь сделать и не будешь. Поверь, я знаю, на что иду. И лучше не мешай, добром это не кончится.
Дамблдор тревожно наблюдал за спором двух людей. Люпин был прав, но пытаться помешать Гарри Дамблдор и не думал. Он прекрасно понимал, что перед ним уже не ребенок, и контроль над Гарри давно выскользнул из его рук.
– Но Гарри! – Люпин в волнении начал мерить шагами кабинет. – Это самоубийство! Ты просто не в себе, после того, что произошло в Хогсмиде! Ты не должен…
– Отныне то, что я должен, я буду решать сам, Ремус. – спокойно возразил Поттер. – Поверь, даже если бы родители спустились с небес на землю и принялись меня разубеждать, я бы не передумал. Тем более, что это мое дело, когда и как я буду решать свою извечную проблему – уничтожение этого маньяка. И прошу тебя, не вмешивайся, когда я выйду ему навстречу. Мне слишком дорога твоя жизнь. Ты последний из мародеров и я никогда не прощу себе, если по моей вине с тобой что-нибудь случится. Пообещай мне!
Гарри твердо смотрел Люпину в глаза, давая понять, что не свернет с пути и не остановится, что бы не произошло. Так прошло несколько бесконечных мгновений молчания, пока оборотень не сдался. Тяжело вздохнув, Ремус согласился.
– Хорошо. Только и ты пообещай мне, что сделаешь все возможное, что бы остаться целым и невредимым.
– Обо мне не беспокойся. Я собираюсь дожить до того момента, когда у тебя будут наследники. – Гарри подмигнул Ремусу.
Люпин сильно смутился при этих словах.
– Тогда тебе придется жить вечно. Ты понимаешь, я…
– Кхм… Простите, что мешаю, но у нас очень мало времени. – подал голос директор. – Ремус, нужно заняться безопасностью учеников. Ты прекрасно должен знать все потайные входы и выходы из замка. Их необходимо заблокировать. Если хочешь, можешь взять в помощь кого-нибудь из авроров. Я тем временем предупрежу школьный персонал и тех, кто отвечает за безопасность. Гарри, а что будешь делать ты?
– Ждать, профессор Дамблдор… Мне остается только ждать.

На самом деле парень совсем не собирался сидеть сложа руки, в ожидании «светского» визита Тома. Он вернулся в башню Гриффиндора. Тихо поднявшись в свою спальню, парень взялся копаться в своем сундуке. Одежда была просто выброшена на пол. Самым ценным, что было для Гарри, являлись Карта Мародеров, альбом с фото его родителей и тот самый волшебный нож-отмычка, что подарил ему Сириус. Эти вещи были для Поттера куда важней, чем все, что он мог бы получить. Альбом было решено оставить на хранение Альбусу Дамблдору. Карту и нож Гарри хотел отдать Гермионе. Рону не полагалось ничего. Поттер так и не простил ему того предательства. Вытащив написанное письмо, Гарри положил его в бумажный пакет, взятый у Дина Томаса, вместе с картой, ножом и альбомом. Затем он отправился в совятню. Хедвига, едва завидев хозяина, с уханьем подлетела к нему и села на плечо.
– Привет, подруга… – Гарри нежно погладил полярную сову по перьям. – Вот и пришла пора прощаться.
Сова, протестуя, чувствительно ущипнула его за ухо и обиженно нахохлилась.
– Ну не надо! Скоро ты станешь свободной, заведешь себе семью и будешь порядочной совой-домохозяйкой. – Гарри ухмыльнулся, представив, как Хедвига в цветастом фартучке шлепает своих маленьких совят. – Так надо, понимаешь?
Сова мигнула одним глазом, сердито поглядев на хозяина.
– Ты выполнишь мою последнюю просьбу? – Гарри пощекотал пальцем у нее под клювом, и Хедвига, словно сдавшись, протяжно ухнула. – Вот и умница. Когда я уйду, ты понимаешь, о чем я? Понимаешь… Так вот, отдай этот пакет Гермионе Грейнджер. А потом ты свободна. Сделай это для меня. Ты самая лучшая сова на свете.
Хедвига печально ухнула и, схватив пакет из рук Гарри, вылетела в окно совятни.
«Попрощался?» Скорее утвердительно, нежели вопросительно сказало второе “я”. «Кстати, не советую завтракать. Еда в тебе не удержится»
«Да я и не хочу…» Ответил Гарри, выходя из совятни. «Как думаешь, долго еще?»
«Вряд ли» Последовал задумчивый ответ. «Пол часа, может чуть больше. Воландеморт по идее не знает, что здесь известно, что он прибудет. Так что он постарается заявится тогда, когда все будут сонно поглощать свои завтраки. Так что готовься»
«К чему? Я уже готов… Давно готов. Даже умирать не страшно»
«Сколько раз тебе повторять, ты не умрешь. Эффектно исчезнешь. Просто не бойся. Можешь даже поразвлечься и устроить ему небольшое представление. Он наверняка будет рад»
«Мне больше всего хочется его радовать!» Недовольно ответил Гарри, не желая понимать такие шутки. «Я бы с удовольствием снес ему голову, нежели развлекать этого урода!»
«Тебе никто и не мешает этого сделать. Только позже. Сейчас не время, не место, да и это вряд ли у тебя выйдет»
«Как скажешь. Мне уже все равно, что нужно делать, а что нет… Странное ощущение – словно не живешь, а висишь в пустоте. В нигде…»

Все замерло… Ученики, начинавшие просыпаться и отправляющиеся на завтрак, ничего не подозревали. Они не замечали ни напряженных лиц учителей и авроров, ни того, что ощущение чего-то нехорошего буквально висело в воздухе. Когда все студенты собрались в большом зале, авроры закрыли входные двери, намереваясь никого не выпускать. Дамблдор, появившийся из боковой двери за учительским столом, взмахом руки остановил бормотание учащихся.
– Все в порядке! На время завтрака все будут оставаться в большом зале. Сейчас будет проведена проверка Хогвартса для обеспечения полной безопасности учащихся и персонала школы. Ни о чем не беспокойтесь и кушайте!
Директор хлопнул в ладоши и столы наполнились едой. Все принялись есть. Почти все. Исключение составляли многие слизеринцы и те студенты, которые смекнули, что пахнет совсем не проверкой безопасности школы. Авроры стояли с мрачными лицами. По виду директора ничего судить было нельзя, но те, кто присмотрелись повнимательней, заметили, что директор напряжен и чего-то ожидает.
Двери со скрипом приоткрылись и вошел Гарри. Авроры, уже было доставшие палочки, нервно выдохнули. Не обращая внимания ни на них, ни на удивленный шепот учеников, Гарри прошел к преподавательскому столу.
– Директор, он здесь. – сказал Поттер тихо, что бы никто не услышал. – Помните, что никто не должен выходить, пока не закончится наша «беседа». Наберитесь терпения, это не продлится долго. Мне пора.
– Стой, Гарри! – остановил его Дамблдор. – Ты…
– Все нормально, профессор. Я еще вернусь. Я ведь живучий?
Гарри с усмешкой отвернулся от преподавательского стола и быстрым шагом направился к выходу. Авроры, собиравшиеся было его остановить, были предупреждены кивком Дамблдора, поэтому Поттер беспрепятственно покинул Большой Зал.
Незадолго до завтрака, Гарри стоял на астрономической башне, наблюдая за окрестностями Хогвартса. Солнце взошло совсем недавно, подсвечивая яркий багрянец увядавшей листвы деревьев. Ветер со слабым свистом поднимал в воздух опавшую листву, пытаясь подражать дождю.
«Красиво… Что скажешь?»
«Не знаю. Я не люблю вашу осень. В моем мире нет осени. То место, где я жил, было вечнозеленым» С ностальгией ответило второе “я”.
«Ты никогда не рассказывал мне о своем мире. Какой он?»
«Зачем? Скоро увидишь сам. Это не передать словами. Когда ты увидишь долину Владык, то поймешь, что прекрасней места не найдешь во всей вселенной. Хотя быть может это лишь мое мнение и тебе долина такой не покажется. Поживем, увидим»
«Как же ты надоел со своим молчанием… То не надо знать, это не нужно. Зато трепаться просто так, ты мастер»
«Трепаться?» наигранно обиженно переспросило второе “я”. «Когда подрастешь – поймешь, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать»
«Да я и так это знаю!» С досадой ответил Гарри. «Но как я увижу? Я тут, а мир твой черт знает где!»
«Ох мне… Ну и выбрал же Владыка идиота на свое место…»
«Чего ты сказал?» Быстро переспросил Гарри.
«То, что ты услышал. Не бойся, увидишь, и еще больше, чем сможешь себе представить. Причем скоро. Вот только умрешь»
Второе “я” озорно захихикало.
«Шутник, блин… Можно даже не спрашивать, будет ли больно…»
«Будет» Пообещало второе “я”. «Хотя это зависит от того, каким способом захочет тебя убить Воландеморт. От Авады часик не в себе поваляешься и все. Хотя я сомневаюсь, что он еще раз рискнет такое сделать. Не везет ему в этом заклинании, когда оно применяется к тебе»
«Это точно… Оба раза он облажался. Опа! Вот черт, вспомнишь о нем, так сразу и всплывает. Нам пора!»
Со стороны запретного леса к замку приближалось пять фигур, с головы до ног закутанных в черные мантии.

Едва за гари закрылась дверь, по залу пробежала волна шепота. Ученики высказывали всевозможные версии того, что происходит. Среди них была и правильная. О том, что Гарри Поттер отправился на поединок с Тем-Кого-Нельзя-Называть. За столом Слизерина Малфой, многозначительно ухмыльнулся.
– Заварушка начинается!
Гриффиндорцы были не исключением и тоже обсуждали происходящее.
– Не надо быть Трелони, что бы понять, что будет. – тихо сказала Джинни. – Близнецы намекали, что что-то произойдет. Только бы с Гарри ничего не случилось!
– Да что с этим героем случится? – хмыкнул Рон, сидящий слева от сестры.
– Захлопнись, дурак! – зашипела на него Джин. – Я бы посмотрела на тебя, если бы тебе предстояло встретится с Тем-Кого-Нельзя-Называть! Небось, от одной мысли об этом в обмороке валялся…
– Ничего не валялся бы! – возмутился Уизли, немало при этом посерев и мелко затрясясь. – Ты что, думаешь, что Он здесь?
– Ты идиот, братец, и даже не прикидываешься… Какого Мерлина бы тогда нас запирали всех в Большом Зале, а Гарри выглядел так… обреченно.
– Я ведь так и не поговорила с ним… – заторможено, на манер Луны Лавгуд, произнесла Гермиона, комкая в руках салфетку.
– Ничего, подруга, еще поговоришь, – натянуто бодро выдавила Джинни, похлопав Гермиону по плечу.
– А что, если… – начал Неввил. – Если Гарри не справится?
– Нам хана. – коротко выразил общие мысли Дин Томас.

Гарри вышел из замка, немного щурясь из-за солнечного света. Там, впереди, неподалеку от хижины Хагрида, его поджидал заклятый враг. Глубоко вздохнув, парень оглянулся, последний раз посмотрев на замок, бывший ему домом на протяжении шести с малым лет. Мысленно попрощавшись, Гарри быстро, но твердо зашагал прочь, стремясь покончить с этим побыстрей. Умирать не хотелось, но парень понимал, что это закончится либо сейчас, либо никогда.
Пять минут ходу, и он уже стоял напротив Воландеморта, окруженного четырьмя слугами. Гарри презрительно осмотрел их всех. У одного из них в руке что-то блеснуло. Присмотревшись, Поттер понял, что это была сама рука.
«Петтигрю!» Зло подумал Гарри.
Его не покидала надежда, что умирая, он захватит на тот свет хотя бы этого предателя.
– Здравствуй, Гарри. – холодно улыбнулся Темный Лорд, слегка кивнув. – Какая долгожданная встреча, не так ли?
Гарри сильно захотелось плюнуть в рожу с красными глазами. Но делать он этого не стал. Просто ответил, но так, что удивил Воландеморта, а его слуги крупно вздрогнули.
– Не скажу, что рад видеть тебя, змеиное отродье. – прошипел Гарри на серпентарго.
– Как оригинально, Гарри! Так нас никто не поймет. Хотя подслушивать и некому. Странно, что ты пришел один. – Лорд принял такое условие разговора. – А где же толпа авроров и любитель грязнокровок Дамблдор? Неужто ему стала безразлична твоя жизнь, что он отправил тебя одного?
– Как будто ты этому не рад, Том. – Гарри выплюнул настоящее имя Воландеморта как ругательство, хотя учитывая неэмоциональность языка змей, это было совсем не заметно. – К тому же, не ты ли у нас полукровка? Ах, да, ты же Великий Лорд Судеб Воландеморт! Зарвавшийся маг-полукровка по имени Томас Марволо Риддл. Не так ли?
«Воландеморт» на серпентарго звучало настолько ужасающе и зловеще, что слуг Лорда будто заклинанием прижало к земле. В воздухе витало ощущение чего-то нехорошего.
– Испытываешь мое терпение? Зря ты так, Гарри, зря… От этого зависит как ты умрешь. Быстро или медленно и с мучениями. – Воландеморт начал злиться и перешел на обычный язык. – Хотя, должен признать, иногда ты блещешь остроумием. Не ты ли прислал мне тот небольшой подарочек?
– Я знал, что тебе понравится. – ответил Гарри, ни на секунду не сводивший взгляда с врага. – Всегда знал, что Белла готова сложить за тебя голову. До меня дошли слухи, что ты сильно обрадовался, когда получил сюрприз. Тебе сову не жалко?
– Брось, Гарри, мы здесь собрались совсем не для оплакивания безвременно покинувшей этот мир школьной совы. Ты знаешь, зачем я здесь. – Воландеморт многозначительно кивнул на меч, висящий за спиной Поттера. – И ты знаешь, что если я не получаю того, за чем пришел, то многим становится нехорошо.
– Ну, последнего не знают лишь новорожденные. Что ж, если ты его так хочешь, то забирай. – Гарри явно собирался что-то предпринять. – Только не порежься!
Парень, вначале плавно и медленно, потянулся к рукояти. Но как только пальцы сомкнулись и меч с шелестом стал выходить из ножен, Гарри резко продолжил движение, метнув меч со всей, что было, силой. Клинок практически незаметно мгновенно промелькнул мимо головы Лорда и беззвучно вошел в шею… Петтигрю, стоявшему чуть позади своего Господина. Умер Хвост мгновенно. Магический клинок без усилий перерезал спинной мозг вместе с позвоночником.
Воландеморт с мрачной усмешкой, чуть повернувшись назад, взялся за меч, чуть подняв рукоять вверх. Петтигрю стал заваливаться назад, соскальзывая с клинка.
– Еще один долг мести, Гарри? Ты совсем оставил меня без слуг. Мне даже жалко Хвоста, он так много сделал для меня. – с притворным сожалением прошипел Лорд, осматривая окровавленный клинок. – Совсем как в средневековье. Бал правит не магия, а остро отточенная сталь? Ах, да, ты ведь лишился ее, добывая меч. Похвальная жертва, учитывая то, что в итоге ты старался для меня. Впрочем, достаточно слов, ты и так порядком истратил мое время. Твоя очередь умирать!
Быстрый шаг, сделанный с каким-то животным изяществом и скоростью, и окровавленное острие наполовину вошло в грудь Гарри. Парень распахнул глаза в нечеловеческой боли. Темный Лорд победно усмехнулся и столь же быстро вытащил клинок из тела.
– Прощай, Поттер! – торжественно прошипел Воландеморт. – Мне будет не хватать такого врага как ты. Хотя нет.
– Я… еще вернусь… за тобой… – прохрипел Гарри, задыхаясь от боли и падая на колени.
– Буду ждать этого с нетерпением! – победно ответил Лорд, пинком заставляя упасть Гарри назад.
Тут произошло нечто совсем неожиданное. Тело Гарри вспыхнуло неистовым пламенем, заставив Лорда и его слуг отшатнуться назад. Трава вокруг мгновенно истлела а земля выгорела до кирпично-серого оттенка. Когда через несколько секунд пламя исчезло так же внезапно, как и появилось, тела Поттера не оказалось.
Воландеморт с шумом втянул плоским полу змеиным носом воздух.
– Какая смерть! Настоящий гриффиндорской мученик! – Лорд находился в прекрасном настроении: он получил то, что хотел и заодно избавился от кровного врага. – Неужто Дамблдор заколдовал его, в надежде, что я сгорю вместе с Поттером? Не вышло… Нам пора! Больше тут делать нечего.
И повернувшись к запретному лесу, он величественно зашагал к точке аппарации со своими безмолвными слугами, оставив рядом с выжженным пятном тело Хвоста с перебитой шеей. Перед тем, как исчезнуть с территории Хогвартса, Воландеморт, запустив в небо свой знак Мрака, прокричал, усилив громкость голоса.
– Ты проиграл, Дамблдор! Твой герой мертв!



Глава 7. Часть третья. Три сути - 1

Те, кто находились сейчас в Хогвартсе, ждали. Со страхом перед неизвестностью и замиранием сердца. Учителя нервно перешептывались, ученики, съежившись, смотрели на уже пустые тарелки перед собой. Каждому хотелось знать, что происходит и чем это закончится. Внезапно тишину нарушил громкий, но леденящий душу голос, заставивший почти всех содрогнуться от ужаса.
– Ты проиграл, Дамблдор! Твой герой мертв!
Молчание. Дамблдор в отчаянии уронил вилку, которую до этого бездумно вертел в руках и закрыл лицо ладонями. Минерва, как и многие другие преподаватели и ученицы заплакала. По Большому Залу пробежал ропот, ставший наконец гомоном. Но как только с места встал директор Хогвартса, все стихло. Он тяжело вздохнул, словно борясь с самим собой.
– Вы уже поняли, что произошло. Я не буду объяснять вам, что мы все потеряли. Вы знаете это и сами. Я скажу лишь одно. Сегодня погиб человек, который не пожалел своей жизни ради тех, кто предал его. – Дамблдор обвел тяжелым взглядом учеников. – Тех, кто шептался о нем за его спиной и тыкал пальцами. И не смотря на это, он дал вам надежду на жизнь. Надежду на победу в этой жестокой войне. Если бы в каждом из нас всех была хоть доля той порядочности и честности, что имел Гарри, то войны бы не было. Задумайтесь хотя бы раз над тем, что вы делаете.
Директор еще раз посмотрел на учеников, но так, что каждый ощутил, будто именно ему заглянули в глаза и перетряхнули душу. Затем он вышел из Большого зала в сопровождении учителей и авроров. Поскольку детей никто никуда не загонял, они потянулись вслед за преподавателями. Выйдя из замка, все замерли. Невдалеке, у кромки запретного леса, в воздухе висел Знак Мрака. На земле, рядом с выжженным пятном лежал труп с серебряной рукой. Но прежде, чем кто-либо смог двинуться, к толпе подлетела сова. Чья она была, знали все. В Хогвартсе единственным обладателем полярной совы был Поттер. Хедвига приземлилась у ног Гермионы и, выпустив из лап большой пакет, протяжно и грустно ухнула и улетела прочь. Девушка опустилась на колени и, заплакав, прижала пакет к груди. Где-то в замке зазвучала песнь феникса. Печальная, но прекрасная, затрагивающая даже самые черствые души. Фоукс пел и пел, заставляя всех слушавших его задуматься о чем-то своем.
Магический мир отреагировал на смерть Поттера довольно странно. Не было никакого торжественного поминовения. Те, кто не знал его лично, пообсуждали случившееся и забыли уже через неделю. Жизнь шла своим чередом, неся с собой будничные проблемы и заботы. Ну, а те, кто хоть в какой-либо мере были на стороне Темного Лорда не скрывали радостных чувств по этому поводу, раз за разом повторяя, что наконец-то исчез этот раздутый герой, который слишком много на себя взял.
Друзья Гарри переживали значительно сильней. Потому что те, кто был очевидцем происходящих с ним событий, а так же резни в Хогсмиде, понимали, что Поттер и был тем, кого по настоящему боялся Воландеморт. Настоящую причину – пророчество, знали лишь единицы, но это было не обязательным. Людям свойственно делать выводы из увиденного, а то, что видели ученики – хватало на такие размышления с избытком.
Труп Питера Петтигрю, найденный на месте встречи Гарри и Темного Лорда являлся доказательством того, что Сириус Блек являлся невиновным в убийстве дюжины магглов шестнадцать лет назад и предательстве Поттеров. Его оправдали. Посмертно. Но тех, кого это обрадовало уже не было в живых. Из Мародеров остался лишь Ремус Люпин, но после произошедшего с Гарри, он был похож на саму смерть. Винивший себя за то, что не уберег ни друга детства, ни Гарри, Ремус находился в жесточайшей депрессии и вяло реагировал на окружающих. Лишь однажды он на время пришел в себя. Хотя это вряд ли так можно было назвать. Во время полнолуния, спустя полторы недели после гибели Гарри, в одном из временных лагерей пожирателей смерти, «неизвестный» оборотень на смерть загрыз около десятка слуг Лорда. Через три дня Люпин появился в Хогвартсе в таком ужасном состоянии, что мадам Помфри еще долго охала, приводя оборотня в порядок.
Дамблдор выглядел почти как обычно. За исключением того, что глаза его подрастеряли тот былой огонек. Но он был так же приветлив и немного странен, как и обычно, так что люди, мало знавшие его ничего и не замечали. Гриффиндорцы словно по мановению волшебства разом забыли то, что с начала учебного года шарахались и не разговаривали с Гарри. Все ходили в трауре. Но больше всех переживали всего три человека. Первый – Неввил. Потому что знал, что Гарри был тем, кто отдал свою жизнь за них. Что не сделал бы никто более из учеников. Второй – Джинни. Потому что знала и помнила свой Долг Жизни. Еще с первого своего курса. Третий – Гермиона. А почему, она не осознавала даже сама. Вот уже долгое время, возвращаясь в свою комнату старосты, девушка брала в руки тот самый пакет, что принесла Хедвига в день смерти своего хозяина. Брала и боялась открыть. Нет, она знала, что там нет ничего опасного для нее, но…
В этот хмурый день, когда первый снег, еще мелкий и почти невесомый, таял сразу, едва касался земли, она решилась открыть посылку. Заперевшись в своей комнате, Гермиона долго сидела на кровати и смотрела на коричневую бумагу пакета, словно пытаясь увидеть сквозь нее то, что находилось внутри. Наконец, поборов себя, она глубоко вздохнула и трясущимися руками разорвала бумагу. И заплакала, взяв в руки альбом, когда-то подаренный Гарри Хагридом. Девушка медленно отрыла его. На первой странице была та самая фотография, которая больше всего нравилась Гарри. Его родители, в свадебных одеяниях, танцующие и весело улыбающиеся. Они кружились в танце, изредка махая с фотографии руками, приветствуя девушку. Внимание Гермионы привлекла последняя страница альбома. Она была новой и вставлена туда совсем не так давно. Открыв ее, девушка громко всхлипнула. На ней был простой маггловский снимок, сделанный обычным фотоаппаратом на Рождество прошлого года. Тогда Гарри и Гермиона на каникулах были в Норе. Близнецы Фред и Джордж притащили откуда-то маггловский палароид и фотографировали всех, кого ни попадя. На снимке Гарри стоял позади Гермионы, слегка приобняв ее за плечи, и весело ухмылялся. Сама девушка задорно улыбалась, держа в руках Живоглота.
Гермиона еще долго сидела, вглядываясь в каждую деталь изображения, и роняла слезы. Воспоминания раз за разом накатывали, вызывая почти осязаемую душевную боль. Оторвавшись, наконец, от фотографии, девушка с трудом заставила себя отложить альбом в сторону и вытащила из пакета карту и нож. Каждая из вещей вызывала лавину воспоминаний. Все то, что они пережили вместе теперь было в прошлом. Но прошлое продолжало напоминать о себе каждой мелочью, что намертво врезались в память.
В пакете что-то слабо белело. Гермиона присмотрелась и поняла, что это был лист пергамента.

Здравствуй, Гермиона.
Если ты читаешь это письмо, то значит, я уже не в состоянии сказать тебе то, что здесь написано. Впрочем, ты и не хотела со мной говорить, но я знаю, что это письмо ты прочтешь. Воландеморт добился своего и получил Меч Равновесия. Что ж, пусть радуется. Пока он прыгает от счастья в обнимку со своей хвостатой любимицей, у вас есть некоторое время, что бы лучше подготовится к этой войне. Хоть что-то все-таки. У меня, впрочем, и не было выбора. Если я не отдам ему этот меч, то он возьмет его в любом случае, и никто не сможет ему помешать. На момент написания этого еще не произошло, конечно, но я надеюсь, что этим так все и закончилось. Кто знает, быть может, я и поступил неверно, но это было мое решение, а не чье-либо еще.
Когда-то, при очередной «встрече» со змееголовым, я услышал от него такие слова: «Добро или Зло, все это неважно. Есть Власть и Сила, и те, кто ими обладают – владеют этим миром» Он был прав. Но лишь отчасти. Все зависит от того, как распоряжаются этими вещами. Не думаю, что нужно объяснять, что он это делает далеко не так, как нужно. Надеюсь, что дедушка Дамблдор сможет ему помешать в ближайшее время.
Мне очень хотелось бы исправить некоторые вещи. Но больше всего то, что я знаком с тобой. Нет, я рад, что знал такую прекрасную девушку, умную и красивую одновременно. Редкое в нашей жизни сочетание. Просто тогда бы не погибли твои родители. Я знаю о той записке, что нашли на месте их убийства. Глупо было бы сожалеть о том, что не смог предотвратить эти бессмысленные смерти. Они не зависели от меня. Хотя я и сделал бы все, что мог, если бы знал, что это произойдет. Прости меня.

Кажется, я тебя любил…

Гарри.


Суть первая.

– Ох… Бля… Какая боль! – слова застревали в груди, будто легкие стянуло колючей проволокой. – Кто я?.. Где я?..
«Человек. Просто человек. А кем бы ты хотел быть?»
«Да ну тебя… Философ чертов! Тут обезболивающее где-нибудь есть по близости?»
«Раскрой глаза! И не станешь спрашивать обезболивающее»
«Не верю. Я умер и мне уже ничто не поможет. Правда?»
«Ты сам то в это веришь?»
«Не очень. Но как хочется…»
«Тогда не строй из себя мученика и поднимайся!»
Гарри медленно открыл глаза. Впрочем, много он и не увидел, поскольку лежал, уткнувшись носом в потрескавшийся каменный пол.
«На Хогвартс не похоже… Там полы другие даже в подземельях. Тут же, как будто лет сто никого не было»
«Сто лет? Ха… Больше! Много тысяч лет. Ты даже не знаешь, где находишься!»
« Может, просветишь, пока я тут валяюсь?»
«Ладно. Как раз болевой шок пройдет. Кстати, твой организм быстро восстанавливается. Видимо демон все же неслабо тебя проклял. Его сила слишком тебя изменила»
«Сам знаю. Еще та рана в плечо зажила минут за пять. Но ты отвлекся»
«Как ты думаешь, где ты?»
«Я ж сказал, без понятия! Рассказывай»
Гарри, с трудом превознемогая боль, перевернулся на спину и уставился в высокий сводчатый потолок, скрытый мглой. Освещение отсутствовало, но какой-то свет пробивался непонятно откуда.
«Ты даже не в своем мире. Ты там, где некогда рассекали воздух властелины огня и неба, созданные своим владыкой и заселившие этот мир от экватора до полюсов. Мир, где царила мудрость великих существ, неоскверненная человеческой глупостью. Мир вечной жизни и триумфа тех, кто никогда не использовал свою силу во имя низменных ценностей…»
«Слушай мне больно» Перебил Гарри самозабвенно вещавшее второе “я”. «Это все, что ты сейчас сказал, можно как-нибудь попроще выразить?»
«Вот же ведь… весь момент испортил! Хорошо» Сдалось второе “я”. «Ты в мире драконов. Там, откуда они пришли в твой. Так понятно?»
«Да. Вроде бы отпустило…» Гарри перевел дух. «А теперь, что я тут делаю?»
– Ты тот, кто был выбран, что бы вернуть драконов на родину, в этот мир.
Гарри дернулся от неожиданности. Голос, раздававшийся ниоткуда и отовсюду сразу, рокотал как горная лавина.
– Это еще кто?!
– Я. Впрочем, понимаю твое удивление, ушами мой голос ты еще не слышал.
– А почему раньше так не было?
– Потому что, во-первых, что бы было, если б тебя сопровождал невидимый громовещатель? Во-вторых, в том мире это было попросту невозможно, да и мне нужно было беречь силы для того, что бы перенести тебя сюда, а не пугать окружающих. Здесь же я в своем мире, он дает мне силы на многое.
– Ладно… – успокоился Гарри. – А света добавить можешь? Я почти ничего не вижу.
– Как хочешь.
Поттер осмотрелся. Вроде все так темно и осталось, но спустя несколько минут пол, свод потолка, стены, колонны – все, что было сделано из камня, а точнее просто вырезано в живой скале, покрылось сетью извилистых дорожек, светящихся бело-голубым светом. Этого вполне хватало на то, что бы рассмотреть все вокруг. Картина просто потрясала. Громадная зала казалась естественным творением природы, где каждый узор, барельеф и колоны были словно выточены временем сами по себе. Не было ни грубых, заметных глазу переходов, ничего такого, что говорило бы о том, что это сделала рука человека. Впрочем, на счет причастности к этому людей Гарри сильно сомневался. Он никогда не встречал подобного.
– Здорово!.. – потрясенно выдохнул Поттер. – Это все сделано вручную?
– Не знаю. Пещеры Владыки появились задолго до рождения первого из нас, драконов. Быть может, они были и до владыки, а, быть может, он создал их сам.
– Мне показалось, или ты сказал «нас, драконов»? – Гарри сделал ударение на слове «нас».
– Нет, не показалось. – ухмыльнулось второе “я”. – Некогда я был тем, кто гордо носил имя боевого дракона Владыки. Впрочем, тебе еще предстоит все услышать. Я сильно сомневаюсь, что ты отстанешь от меня, пока все не узнаешь. Лучше выйти отсюда.
Гарри поднялся с пола, аккуратно прикоснулся к груди. Там еще ныло и покалывало. Разрез на мантии красноречиво напоминал о причине боли.
– Боль уходит… Это нормально, когда человек с дыркой в груди длиной с ладонь, через час здоров как раньше?
– А ты как думаешь? Нет, обычный человек, конечно, прожил бы не больше минуты. Но кто возьмется причислять тебя к обычным? – поинтересовалось второе “я”. – Мне даже не понадобилось ничего делать. Остатки силы Рикатора вперемешку с его же проклятием, кажется, сами все сделали. Меня это немного настораживает…
– Но почему? Вроде бы не все так плохо, как могло быть! Я могу исчезать без мантии-невидимки, и раны быстро заживают… – возразил Гарри.
– Во-первых, ты не заметил, что слишком уж быстро и сильно это на тебя влияет? Когда ты испытываешь гнев, то происходит и вовсе нечто странное. От тебя во все стороны так и прет ощущение ужаса… Это мелочи. Во-вторых, уж слишком быстро ты научился сносить головы. Я прекрасно запомнил то головотяпство в магической деревеньке. Что бы застенчивый некогда школьник перерезал, как поросят, полтора десятка слуг Воландеморта даже не чихнув – никто не поверит. Вспомни, когда ты стоял перед Ним, что ты испытывал? Да ничего… словно это не величайший и ужаснейший темный маг столетия, а студентка первокурсница, которая в тысячный раз задалбывает Гарри Поттера просьбой дать автограф. Надо сказать, что Воландеморт наверняка до сих пор подумывает, как это он не смог прочесть твои мысли, когда ты уставился прямо ему в красны очи… Но и это мелочи. Это все уже есть. Мне непонятно то, почему проклятие набирает силу. Будто питается всем, чем ни попадя. А вот это уже пугает. Я не знаю, что будет, когда придет время воскрешать силу Владыки в тебе. Может получиться все что угодно. От бешеной ящерицы до бессильного куска мяса, под названием «человек».
– И что делать?
– Все, что и нужно. Какой бы эффект это не имело. Тут у нас нет выбора. Нам нужно наружу. Заодно проверю, как этот мир выглядит спустя тысячелетия после того, как я видел его последний раз.
Гарри развернулся и пошел, сам не зная куда, но ноги несли его вполне уверенно, словно он исходил здесь все вдоль и поперек и знал каждый укромный уголок этого мира. Вскоре, добравшись до одной из стен залы, Поттер узрел темный коридор. Не успел он попросить осветить и там, как по стенам коридора тоже поползли световые дорожки.
– Это… ты или я? – удивленно спросил он.
– Ты. Странный минерал в этих скалах совершенно бесполезен для чего-либо другого, но начинает светиться, когда кому-нибудь рядом нужно побольше света. Достаточно мысленного желания. Так что сам можешь «включать» свет.
Поттер двинулся по коридору, разглядывая, как по мере его продвижения начинает светиться все больше и больше «лампочек». На пути попадалось несколько ответвлений, но Гарри уверенно выбирал путь, даже не задумываясь о том, что может заплутать. Вскоре сквознячок, и так везде дующий в этой системе подгорных помещений, стал настоящим ветром. Свежий воздух яростным потоком несся по коридору. Запахи были странными для Гарри – ни один из них не напоминал даже хоть в малой степени запахи старого мира. Вкус воздуха был немного пряным и пьянящим, будто кто-то вылил в комнате бутыль ликера в горящий камин.
Гарри шел, вдыхая воздух незнакомого мира. Коридор резко закончился, и взгляду парня предстала огромная каменная терраса, как потом оказалось, находящаяся на уровне около двухсот метров над землей. Кто и как смог построить такую площадку и прикрепить к почти отвесной скале, Гарри и не представлял. Да и не до этого ему было – вид, который открывался глазам, потрясал своей красотой и нереальностью. Было время сумерек, когда первые звезды только загорались на небе, но что это были за звезды! Крупные, яркие, с каждой минутой все больше и больше усеивающие темнеющее покрывало неба. Парень целых пол часа стоял раскрыв рот и лишь смотрел в небо, внутренне восхищаясь причудливыми рисунками неизвестных ему созвездий.
– Мы дома… – внезапно, но тихо, выдохнуло второе “я”. – Теперь это и твой дом, будущий Владыка! Добро пожаловать в мир двух солнц и одной луны!
Гарри добродушно ухмыльнулся. Второе сознание явно любило торжественно толкать речи.
– А где сейчас эти солнца и луна? – лбопытно спросил Поттер.
– Если не ошибаюсь, то в это время луны ты и не увидишь. Она очень медленно движется, и лунный месяц здесь длится почти в три раза больше, нежели там, откуда ты пришел. А оба светила ты узреешь лишь, когда кончится ночь. Сутки быть может на пару часов длинней, чем те, к которым ты привык. С рассветом нужно будет спуститься в долину. Сейчас все равно ничего не видно, да я и не знаю, что теперь водится здесь. Раньше живности было немало, но после того, как здесь была война, многое наверняка изменилось.
Гарри лег у одной из резных колонн, подложив под голову мантию. Было необычайно тепло и его организм, привыкший к осенним холодам Туманного Альбиона, чувствовал себя вполне комфортно.
– Вот теперь рассказывай, все что можешь. Время у нас, как я понимаю, есть, а спать мне совсем не хочется. Тем более что с того момента, когда я проснулся, прошло не больше пяти часов.
– Ошибаешься. Прошло около суток.
– Но как?! Я ведь помню, как проснулся, потом был у Дамблдора, потом ходил в совятню, а после… – Гарри потянул мантию за разрез на груди. – И вот я здесь. Или было что-то еще?
– Нет. Просто перемещение длилось так долго. Это владыка мог шагать по мирам со скоростью вашей аппарации, я же столько сил не имею. Но ты почти прав, вот только в обмороке провалялся около часа. По времени для твоего организма прошло только несколько часов. Неважно, впрочем… То, что происходит с тобой имеет древнюю историю. Я не возьмусь считать, сколько лет назад это произошло, но могу с уверенностью сказать, что столько времени назад человечество еще не сформировалось. Много-много тысяч лет назад в этот мир пришел наш Владыка. Кем он был и как таким стал, я тоже не знаю. Он помог этому миру сформироваться. Еще задолго до появления драконов здесь была лишь пустыня и скалы. Безжизненный мир, наполненный воем ветра, жарой дня и холодом ночи. Владыка был бессмертным, как ты понял, ибо не по силам и не в возможностях смертному возродить к жизни целую планету. Сюда он принес и растительность и животных, которые, к слову сказать, совсем не столь безобидные, как на Земле. Во всяком случае, были таковыми. Но этого было мало. Владыка решил создать нас, Драконов, дав нам мощь огня и свободу ветра. То были счастливые времена, когда мои сородичи могли спокойно разрезать крылом воздух не боясь истребления. Наш Владыка заботился о нас и оберегал. Хотя оберегать нужно было только от угрозы извне. В этой вселенной много миров, и в них есть те, кто не может чего-то сделать сам и пытается украсть чужое. Так вышло, что о нас узнали другие. Они тоже были Бессмертными Хозяевами Миров. Им захотелось владеть нами, Драконами, но Владыка защищал нас, как мог. Я был первым и последним из породы настоящих боевых драконов. Тот, с которым ты встретился некогда на состязании – жалкое подобие той мощи, которой я обладал.
Гарри с удивлением прикинул, что же это был за дракон, если Венгерский Хвосторог по сравнению с ним – мелочь пузатая.
– Да, гораздо больше… – подтвердил дух боевого дракона. – Он наделил меня не только огромной мощью, но и более высокоразвитым разумом. Но большего Владыка сделать не успел. Я едва успел привыкнуть к полетам, как до Создателя дошла весть о том, что Чужаки вскоре нападут. У Владыки не было армии подобных мне – иначе все вышло бы по другому. Поэтому он решился на то, что бы спрятать нас в другом мире. Самым подходящим местом был твой мир. Там у нас не было достойных по силе врагов и пищи хватало. Люди еще только начинали ходить на двух ногах. Владыка же знал, что эта битва закончится для него смертью. Он в некоторой степени обладал даром видеть грядущее. Поэтому, мой разум был усыплен и помещен в одного из людей. Конечно, это трудно объяснить, как смог я, то есть мое сознание, оказаться в столь давнем предке того, первого, но это была воля Владыки и его деяние, а о силах, которыми он обладал, мне известно слишком мало. Могу лишь сказать, что они были велики. Настолько велики, что даже та часть, что он оставил своему приемнику, способна сделать из смертного полубога по вашим меркам.
– Но… Зачем нужен я, и почему именно я? Ведь есть много других людей!
– Ты не принадлежал тому миру… Даже демон, когда проклял тебя, сказал это. Никогда не думал о том, что то, что происходит с тобой не могло и не может произойти с другими? Ты всегда выделялся, когда хотел быть незаметным. Ты всегда выживал, хотя любой другой на твоем месте бы умер. Ты всегда двигался вперед, когда другие отступили бы назад. Это было предопределено. Быть может тем, что когда-то Владыка выбрал именно мир людей для спасения драконов. Но судьба сыграла с нами всеми злую шутку… Мы, духи огня и неба, как рукотворные создания Владыки легко подчиняемся людям. К чему это привело? Нас используют как ручных домашних животных, убивают ради ингредиентов для зелий, волшебных палочек и прочей ерунды! Смешно, но те, кто обладают магией – нуждаются в палочках. Я никогда не понимал этого. Маги деградируют! Вскоре они станут пользоваться магией лишь для того, что бы призвать к себе одежду или пускать в воздухе разноцветные искры. Пользуются силой, дарованной для того, что бы познавать мир, совсем не так, как должно быть… Они убивают, обманывают. Даже магглы гораздо справедливей и лучше чем маги. У магов же лишь две полезных профессии. Целители и ученые. Все остальные – бесполезные, в большинстве своем. Ты хотел стать аврором. Но что бы это дало? Вечная погоня за справедливостью, причем справедливость твоя и справедливость Министерства различаются настолько, что ты и года не отработал бы, уйдя оттуда и став свободным «охотником за головами». А в итоге, за тобой бы гонялось и Министерство и пожиратели. Теперь же ты свободен. Нет, ты должен выполнить то, зачем ты здесь появился, должен вернуть теперь уже почти твой народ на родину. Но это не обязательство. Тебя никто не заставляет, это долг Чести. Я знаю тебя слишком хорошо, что бы быть уверенным в том, что ты не откажешься. Тем более что получение могущества столь сильного, как мощь Владыки драконов, дает тебе возможность стереть с лица земли того, кто шестнадцать лет назад вмешался в твою жизнь. Почему бы не сделать одновременно приятное и хорошее?
– Ты прав. – согласился Гарри. – Но даже если я смогу вернутся назад, в тот мир, то как у меня получится собрать и перенести драконов сюда, не говоря уже о том, чтобы сражаться с этим выродком. Он невероятно силен. Когда был жив Блик, я рассчитывал на то, что, будучи магом, Воландеморт получив меч, лишится магии. Но моя кровь этому помешала. А если он станет еще и бессмертным, то тут вообще ничего не поделаешь…
– Ты зря недооцениваешь мощь Владыки духов огня. Скоро ты узнаешь ее размеры.
– Да, кстати, а что там было на счет «я это ты, а ты это я»? – спросил Гарри. – Если ты дух, да еще и дракона, то ты никак не можешь быть мной. Как и я тобой.
– Вспомнил все-таки… – Дух издал что-то похожее на зевок. – Во-первых, с самого начала так и было. Когда ты родился, я присутствовал в тебе, просто спал до времени. Сам знаешь какого. Да и скажи тебе сразу, кто я, откуда, и что тебе нужно сделать, ты бы сам себя в Св. Мунго отправил.
– Это было бы смешно, если бы не было грустно. Подхожу, значит, к колдомедику и говорю: «упрячьте меня в ваш дурдом, потому что у меня шизофрения и Воландеморты мерещатся. Вот один как раз за вами»
– Колдомедика после этого положили бы с тобой в одну палату.
– Точно! – засмеялся Гарри. – Если туда еще и самого Воландеморта засадить, то магглы с ядерной войной отдыхают!..
– Ну это сильно сказано… Все же ядерная война в размерах одного дурдома невозможна. Так, буйство на пол Англии.

Разговоры «ни о чем» продолжались еще два часа, пока Гарри не вырубился, утомившись от разговора с незримым собеседником. Отсутствие физического контакта и возможности наблюдать эмоции на лице ему не мешало.
Пробуждение было тяжелым. Голова была ясной, но зато нещадно ломило кости. Сказались шесть часов сна на голом камне. Теперь, при солнечном свете, Гарри подошел к краю площадки и, оперевшись на парапет, взглянул на простиравшуюся перед ним долину. Охи и ахи из-за боли в теле сменились возгласом удивления. Легкий шум, еще вечером настороживший Гарри, оказался маленьким водопадом, начинавшимся прямо под навесом каменной площадки. Там, куда падала вода, в воздухе висело облако мелких брызг, переливающееся всеми цветами радуги. Небольшое озерцо, куда собственно и попадала вода из водопада, приветливо искрилось в лучах взошедшего солнца. Первого солнца, как сказал Дух, потому что второе появлялось на горизонте на полтора часа позже. Каким было второе светило этого мира Гарри не знал, но первое ему понравилось. Свет был мягким, почти осязаемым потоком, слегка розоватого цвета. Понежившись в лучах приветливого солнышка, парень заодно немного размялся, растерев затекшие мышцы, и, подгоняемый ворчанием Духа, стал спускаться вниз. От этой своеобразной террасы вдоль скальной стены шла неширокая тропа, зигзагами спускающаяся к подножию исполинской горы.
Озерцо, лежавшее рядом, манило так сильно, что Гарри не удержался, тем более что ему ужасно хотелось пить – восстановление организма после ранения в грудь давало о себе знать. Парень просто подошел к кромке озера и, скинув мантию, упал в воду затем, что бы в следующее мгновение вылететь оттуда пулей.
– Ааа! – он кричал во всю мощь легких. Вода была не просто холодной, а напоминала сжиженный азот. – Ты чего не предупредил?!
– А ты и не спрашивал! – хохотал Дух. – Когда-то и я сунул туда свой нос. Это участь каждого, кто впервые видит озеро. Хоть драконы и не очень любят воду, но при виде этого озера в первый раз и они пытаются в него залезь. Кончается это всегда одинаково – воплями из-за замершего носа. Если ты так хочешь пить, то лучше спуститься чуть вниз по истекающему отсюда ручью – там вода становится нормальной и не замораживает.
– Ты лучше предупреждай, если что не так, хорошо? – сказал Гарри стуча от холода зубами.
– Предупрежу. Где-то тут еще киски бегали…
– Какие киски?! Маленькие и мяукающие? – парень с подозрением встревожено оглянулся.
– Нет. Большие и рычащие. Как нунды в твоем мире, только больше. – Дух явно издевался. – Еще их не видно, пока они на тебя не напрыгнут. Правда, если это случится, то видеть тебе уже не захочется. Они имеют обыкновение вгрызаться в череп жертвы, тем более, что сильные челюсти это очень даже позволяют.
– Что я тут делаю?.. – пробормотал Гарри. – А теперь скажи, что из этого – правда?
– Все. Только здесь они были несколько тысяч лет назад. Сейчас либо они измельчали, либо вымерли совсем.
– Спасибо, что успокоил, после того, как сам же напугал. Что я буду, по-твоему, делать, если столкнусь с чем-нибудь эдаким?
– Не беспокойся! Я напугаю, если что. Что такое рык боевого дракона Владыки я еще не забыл. Жаль, конечно, что не живой глоткой буду это делать, но все же…
– А что из себя представляет этот рык? – поинтересовался парень, все еще переживающий за сохранность организма в условиях полного экстрима неизведанного мира.
– Узконаправленная звуковая волна, дицибелл на четыреста. От такой нагрузки в теле подопытного вся жидкость вскипает. Малоприятная картина. Когда мне было около года, я так охотился. У травоядных от моего рыка головы лопались.
– Бррр… – картина разлетающихся голов и брызги мозгов вперемешку с кровью, всплывшая в воображении, заставила поежиться. – Присматривай за окрестностями, я пить хочу.
Гарри отошел на пару сотен метров от озера вдоль ручейка и, изредка косясь по сторонам, потрогал воду пальцами. Это была обычная прохладная вода. Вдоволь напившись, парень умылся. Пытаться что-то сделать с торчащими во все стороны волосами он и не пытался.
Вокруг росла буйная зелень. Кустарники, то тут, то там, то сям росшие вдоль ручья, через несколько шагов сменялись странного вида деревьями: салатово-зеленые широкие кожистые листья в белую крапинку, целыми пачками и кучками висели на тоненьких, весьма хлипкого вида, веточках. Но при попытке отломить такую веточку, Гарри ждала неудача. Веточка толщиной в три спички сломать не получилось. Тогда парень из упорства взялся за нее двумя руками. Вопреки его ожиданиям, веточка вместо того, чтобы продолжать упорствовать, взяла и отвалилась от дерева, будто ее посадили на плохой клей. Гарри глупо посмотрел на саму веточку, которая стала вдруг гибкой как резиновая, потом на прямой ствол дерева, утыканный такими тонкими и длинными веточками.
– Вот, блин, природа… Даже в зубах поковырять нечем.
– Не мучайся, эти штуки только вдоль берегов растут. Они Владыке чем-то нравились, вот он их и насадил. Долго они живут – тут многое изменилось, а эти хреновины, как стояли, так и стоят. Дальше будет интересней, пойдем.
Гарри уже почти ушел вглубь леса, но тут его внимание привлек блеск. Блестело то, что у него было под носом буквально пять минут назад, но он не обратил внимания. Поттер поднял со дна ручья правильный кристалл красного цвета.
– Это что? Случайно не…
– Рубин, ты хотел сказать? – продолжил Дух. – Кажется да. Хм, никогда не понимал, чего интересного находят люди в этих разноцветных побрякушках. Увешивать себя металлом, разноцветным стеклом и прочим мусором, а потом ходить так, будто это ниспослано свыше. Глупые вы.
– Я знаю, ты говорил уже… – задумчиво отозвался Гарри, разглядывая кристалл в руках. – Знаешь, учитывая их идеальную форму, что в природе практически не встречается, – Гарри нагнулся, подняв еще несколько кристаллов разных цветов. – За парочку таких сам Мистер-Все-Могу-Потому-Что-Люциус-Малфой удавился бы Нагайной Воландеморта.
Гарри глянул под ноги. Затем, положив обратно камни, Гарри полюбовался игрой света и отошел.
– Тут этих камней на такую сумму, что я не смогу себе представить такое количество нулей. Откуда они?
– Да кто его знает! – хмыкнул Дух. – Я же говорю, что мне они не интересны. Можешь хоть полные карманы их набрать, но ходить с бряцающими в карманах побрякушками неудобно.
– Пусть лежат… Так хоть красиво. – согласился Гарри. – Куда теперь?
– Есть! – почти скомандовал Дух. – Тут неподалеку должны расти плоды. Весьма вкусные, могу сказать. За то, что они тут есть, я ручаюсь. Ты их запах не знаешь, но тебе и не откуда, а я еще вчера учуял. Мы, драконы, очень любили ими лакомиться. За что часто наказывались, пока не научились рвать их на лету. Владыке не нравилось, когда его сад, а вся эта долина – только сад, мяли такие туши, как мы. Плоды не мясо, конечно, но очень питательные. Не то, что эти яблоки. Как ты их ешь? Ну, впрочем, это вопрос вкуса…
Гарри топал сквозь заросли, удивленно глазея по сторонам. То, что он видел, перекрывало даже те чудачества, которые могла выдать фантазия. Осмотрительность вернулась лишь тогда, когда на голову ему свалилось что-то напоминающее паука размером с футбольный мяч. С диким воплем шарахнувшись в сторону, парень замер, стараясь не шевелиться. Паукообразное существо испугалось не меньше и забавными полу прыжками полу бегом поспешило прочь. Из ступора его вывел тихий ехидный смех, больше похожий на звук перекатываемой гальки. Тембр был еще тот.
– ТЫ! Я чуть не умер от страха! Я, конечно, пауков не боюсь, но когда на голову падает непонятно что, то мне совсем не по себе!
– Спокойно, ты же не умер. Ладно, сдаюсь, это был я. Да и нет в этой долине ничего опасного. Владыка каким-то способом смог сделать так, что все, кто живут, убивая, не могут здесь находиться. Вот за границу сада точно без подкрепления не высовываться. Там можно встретить такое, что от страха человек поседеет. Помни, что здесь другой мир и очень мало похожего на то, что есть на Земле.
– Уж вот чего-чего, а это ты мне напоминаешь так часто, что и при желании не забудешь. – проворчал Поттер.
– Будешь дуться – не покажу, что тут можно есть, а что нет.
– Не покажешь – буду есть что попало, отравлюсь и не выполню то, из-за чего меня сюда притащило. – спокойно возразил Поттер, скрестив на груди руки. – Только одно условие – больше никаких приколов в таком стиле, хорошо?
– Скучный ты стал после смерти… – вяло обиделся Дух.

Вскоре Гарри наткнулся на то, что собственно должно было послужить ему обедом. Довольно большие и раскидистые деревья с узорчатыми темно зелеными листьями были увешаны необычными грушевидными плодами. Но от груш было только подобие формы и не более. Парень с любопытством сорвал слегка мохнатый плод (кожура его была покрыта тонкими, но длинными ворсинками) и посмотрел на него с нерешительностью.
– А их точно есть можно?
– Нужно. Все равно больше тебе ничего и не съесть, точнее не найти. Ближайшие источники пропитания за гранью долины, но туда сейчас соваться – самоубийство.
– Ну что ж, есть так есть… А его брить надо, или так и грызть волосатым?
– Если хочешь терять время на ощипывание – сиди и ощипывай.
– Коротко и ясно. – резюмировал Гарри.
Зажмурившись, парень осторожно откусил кусочек. Потом быстро проглотил откушенное вместе с кожурой и укусил еще.
– Понравилось? Я знал, что так будет… – Дух был доволен.
Поттер что-то промычал с набитым ртом. Потом выбросил огрызок и сорвал еще одну «грушу».
– Эй, погоди! Тебе одного хватит! Больше не нужно, иначе будет плохо. Их нельзя много есть. Даже драконы съедали не больше десятка, а уж тело дракона куда больше весом тебя, хлипкого.
Гарри с разочарованием положил вкуснятину в карман мантии, чтобы съесть позже, когда это будет возможно.
– А почему нельзя больше одной?
– Во-первых, ты просто объешься до того состояния, пока не лопнешь. Употребление этой штуки вызывает эйфорию, не так ли? Хочется есть больше и больше… Во-вторых, потом тебе будет очень и очень плохо. Спать не будешь суток трое, потому что, помимо их высокой питательности, они еще и тонизируют, причем настолько, что энергия так и прет наружу. Ты будешь бегать и бегать, а через пол дня свалишься от разрыва сердца. Оно попросту не выдержит нагрузки. Это похоже на допинг у магглов. Помни это, иначе все нехорошо кончится. Умереть то ты не умрешь, но КААК будет больно…
– Да понял, я, понял! Лучше без подробностей. – Гарри дернул плечами и добавил с надеждой в голосе. – А через сколько времени можно будет еще съесть?
– Хе… хехе… Обжора… – подначивал Дух. – Через пару часов, но лучше попозже. Во избежание последствий, так сказать.
Парень сидел на берегу ручья и наблюдал за стрекозами, парящими над водой. Насекомые неназойливо жужжали, снуя туда сюда по своим делам. Гарри бездумно выкладывал из камней какое-то слово. Камни сверкали на солнце, преломляя свет двух солнц своими баснословно дорогими гранями. Второе светило было немного меньше первого, но грело жарче. Вместе их свет отдавал чем-то лиловым, изменяя окружающий вид и делая его почти фантастическим. Впрочем, так оно и есть, думал про себя Гарри, вспоминая, что этот мир – не Земля.
– Ты скучаешь по ней? – неожиданно спросил Дух.
– Что? Ты о чем? А, нет… Там у меня ничего не осталось…
– Не тормози! Я не про Землю. Я про ту, чье имя ты выложил столь драгоценными камушками. Она тебе нравится, я знаю. Ты еще увидишь свою ненаглядную. Вот только как будешь объяснять ей тот факт, что человеком ты уже не являешься?
Гарри смущенно и оторопело уставился в блестящее драгоценными камнями слово, выложенное им на автомате.
«ГЕРМИОНА».

– Гермиона, они идут! – крик заставил девушку вскочить на ноги.
– Джинни, уходи через камин! Я заберу вещи и аппарирую!

Шел второй месяц открытого противостояния Воландеморту. Практически бесполезного и беспомощного, но все же сопротивления. Не было ни объявления войны Министерству, ни каких либо требований. Ничего. Просто сплошной террор, заставляющий забиваться в темный угол и сидеть там, не шевелясь. Пожиратели практически не нападали. Но страх был. Панический, заставляющий вздрагивать при малейшем шорохе. Потому что страх вершили те, кто как никто мог это делать. Ужасные, никому не известные существа, убивающие по принципу «один удар – одна смерть». Откуда они взялись, никто не знал, но кого слушались – догадывались многие. Люди боялись выходить на улицу, зная, что в любой момент могут получить «стрелу» в тело. Стрелами называли длинные зазубренные шипы, которые убивали наверняка. Яд, что они несли в себе, убивал даже при мелкой царапине. Самих обладателей смертоносного оружия видели чрезвычайно редко, что в немалой степени усиливало страх: чем меньше знаешь о том, чего боишься, тем больше сам ужас. Из тех немногих столкновений, которые происходили с малым процентом выживания для людей, было известно, что заклинания на них практически не действуют, а маггловское оружие наносит слишком малый урон – странные существа имели высокий уровень регенерации организма. Радовало лишь одно: нападения явно носили характер устрашающих и не несли своей целью тотальное уничтожение всех и вся. Убирались лишь совсем неугодные Лорду.
Снейп вот уже три месяца как безвылазно сидел в Хогвартсе. Причиной послужило раскрытие его маленького, но известного доброй сотне человек, секрета. Воландеморту совсем не нужен был шпион Альбуса у себя под носом. В тот памятный и, несомненно, самый «счастливый» день в своей жизни, Северус Снейп едва унес ноги из логова Темного Лорда. Всего лишь трех дней не хватило зельеделу продержаться в стане врага, что бы вовремя узнать страшную, для всей магической Англии, весть – Том закончил свою кропотливую работу, отнявшую у него много времени и сил, но давшую немалое могущество. Меч, великий Меч Равновесия, чей разум был уничтожен, а сам клинок попал в руки Тома Реддла, был пробужден. Не надолго, лишь на некоторое время, да и пробуждение больше напоминало оживление зомби, нежели воскрешение разума. Но этого вполне хватило на то, что бы Темный Лорд получил немало знаний, опасных для его врагов. Даже самые близкие его слуги знали слишком мало об этом. Лорд работал один, никого не подпуская в это время на пушечный выстрел. Впрочем, никто и не пытался приблизиться и узнать в чем дело. Единственный человек, который случайно, по незнанию, помешал Воландеморту во время изысканий, отделался страшной гибелью – с него сняли кожу заживо, но причиной смерти послужило то, что он выплюнул свои внутренности. От кишок до сердца и селезенки включительно.
То, что узнал Воландеморт, привело его в неописуемую радость. Находясь в состоянии бешеного и садистского восторга, Властелин Судеб человеческих расщедрился своим вниманием настолько, что позволил себе навестить пару маггловских семей. Позже, дела открытые полицией по поводу зверских убийств девяти человек никогда не были раскрыты. За отсутствием свидетелей, доказательств и улик.
Но когда веселье отгремело, Лорд вновь взялся за работу. Первым его успехом были так называемые в народе «адские гончие», те самые большие, сильные и очень опасные твари с точностью снайпера метающие ядовитые шипы. Над противоядием бились все, кто мог, но ничего суразного не выходило. Толи яд все время менялся, толи слишком сложным были его состав и воздействие. Поэтому если появлялись слухи, что гончие вышли на охоту, все спешно запирались и убирались подальше от места их возможного визита.
Первое появление своры Воландеморта было замечено в апреле. Чуть позже, в связи с участившимися акциями террора, а так же помня о произошедшей более полугода назад резне в Хогсмиде, попечительский совет постановил отменить занятия в школе чародейства и волшебства Хогвартс. Родители спешно забирали своих детей по домам, в надежде на то, что это убережет их отпрысков от опасности. Те же немногие, кто не мог в силу некоторых причин уехать – например сироты, остались в замке до лучших времен. Преподаватели присматривали за ними, продолжая обучение. Осталась и Гермиона. После того, как не стало Гарри, она надолго ушла в себя, заново осмысливая все произошедшее с начала прошлого лета. Из размышлений ее вывел вид полунедобитого Снейпа, буквально упавшего на руки Дамблдору посреди Большого зала. Тогда она решила бороться до последнего и помогать делать это другим. Но за похвальными намерениями последовали настоящие трудности. Ее не слишком воспринимали всерьез, полагая, что после смерти родителей девушка немного двинулась рассудком. Но постепенно ей удалось доказать, что она в состоянии быть полезной ордену в его работе. Доказательством послужили два пожирателя, связанные как младенцы.
В этот вполне обычный земной день была организованна эвакуация в Хогвартс семейства Уизли. После того, как Дамблдор каким-то чудом без наличия шпиона в стане Воландеморта смог узнать о том, что за рыжеголовым семейством открывается охота, было принято решение переместить всех в Хогвартс, благо, что твари Лорда не могли проникнуть под защиту древнего замка. Когда все уже были в пределах видимости школы, Гермиона, помогавшая переезду, на пару с Джинни решила вернуться за несколькими вещами, которые остались от Гарри в Норе. Все, что служило памятью о нем, она собирала. Для чего? На этот вопрос она не знала ответа.
Но сюрприз поджидал их через несколько минут после аппарации в Нору. Джинни еще не умела перемещаться самостоятельно, поэтому ее перенесла Гермиона. Пока девушка поднималась наверх, что бы забрать то, зачем вернулась, внизу начинало твориться что-то непонятное. Раздался звон разбитого стекла, за которым немедленно раздался вопль испуганной младшей Уизли. Гермиона, сидевшая на верхней ступеньке лестницы, вздрогнула.
– Гермиона, они идут! – крик заставил девушку вскочить на ноги.
– Джинни, уходи через камин! Я заберу вещи и аппарирую!
Гудение огня в гостиной дома свидетельствовало тому, что Джинни послушалась свою подругу и успела покинуть дом. Гермиона быстро забежала в комнату на втором этаже и, схватив небольшую коробку, приготовилась аппарировать. Вместо ожидаемого хлопка стояла гробовая тишина. Пожиратели успели поставить антиаппарационную защиту. Девушка бросилось к камину. Пламя погасло у нее на глазах, что означало только одно – через камин путь тоже отрезан. Она подбежала к окну и осторожно выглянула наружу. Никого не было видно, но через мгновение после того, как Герми убрала голову от окна, на осколки разлетелось еще одно стекло, а в стену напротив воткнулся зазубренный шип грязно-коричневого цвета.
Единственное, что оставалось делать – пытаться выбраться наружу и покинуть пределы антиаппарационного щита. Девушка искренне надеялась на то, что дом еще не окружен со всех сторон. Наложив на дверь столько запирающих заклинаний, сколько можно за несколько секунд, она кинулась к черному ходу. Распахнув дверь, Гермиона сразу же лишилась своей палочки, выбитой заклинанием разоружения. Она застыла. Ей в лицо смотрело три палочки гнусно ухмыляющихся пожирателей.
– Эй, это же та грязнокровка, подружка Поттера! – довольно воскликнул один из них. – Повеселимся?
– Некогда, Сток… Господин приказал сделать все быстро. Скоро здесь будет дамблдорова свора. Если гончих и трудно убить, то на нас заклятья действуют куда быстрей. Кажется она тут одна. Ну, что, расстрел?
– Ладно, расстрел, так расстрел. – недовольно ответил Сток, движением палочки приказывая девушке встать у стены.
Из кустарника за спинами пожирателей вынырнуло несколько гончих. Этих существ недаром назвали так – вытянутые, поджарые, мускулистые тела двигались так, будто были созданы для преследования добычи. Но самое удивительное их качество – метание ядовитых шипов, расположенных, как ни странно, на конце сильного хвоста. Шипы быстро вырастали вновь, что давало гончим практически неиссякаемый «боезапас».
Тот пожиратель, что оставался безмолвным, произнес странно звучавшую команду. Гончие хищно вперились в девушку маленькими глазами. Гермиона напряглась, уже представив себе, как отравленные стрелы прибивают ее тело к стене Норы. Твари дружно махнули хвостами. Герми обреченно зажмурилась. Ничего. Ни боли, ни ударов. Послышался вздох удивления одного из пожирателей. Тогда девушка решилась открыть глаза. Восемь шипов висели в воздухе, на расстоянии метра от нее, и медленно исчезали. Гермионе показалось, что она услышала, как кто-то тихо зашипел от боли, но ручаться за это не могла – в следующее мгновение ее просто выкинуло в Хогсмид.



Глава 8. Часть третья. Три сути - 2

Сколько уже прошло времени, Гарри не знал. Он сутками бродил по долине, ел странные фрукты, с трудом сдерживая желание обожраться, плавал в ручье, там, где на изгибе русла образовывалась небольшая заводь. Часами болтал о чем попало с Духом, но на вопрос, почему они просиживают его задницу и ничего не делают, Дух лишь отнекивался тем, что еще рано. А так же запрещал возвращаться в горные чертоги, которые Гарри увидел первыми в этом мире. Так что парню больше ничего не оставалось, как маяться от безделья.
– Эх… Сейчас бы попасть на какую-нибудь вечеринку и попрыгать там в свое удовольствие! – мечтательно заявил Гарри.
– Ты же недолюбливаешь слишком шумные мероприятия. – возразил Дух.
– Ага, только если посидеть вот так вот месяц ничего не делая, то полюбишь что угодно.
– Что тебе не нравится? Ты живой, хотя должен быть на том свете, ты даже худым быть перестал. У тебя теперь хоть организм нормальный, а то был худой и костлявый. Рядом нет врагов, которые постоянно готовы помочь умереть, нет тех, кто предаст тебя… – возразил Дух, но поправился. – Хотя да, скучновато. Зато безопасно.
– Ну, на счет худобы ты прав. – подумав ответил Поттер.
Он посмотрел на свое отражение в воде. На него смотрело его же отражение, слегка искажающееся от ряби на поверхности озера. Худым подростком его теперь точно бы никто не назвал. Странные фрукты были весьма питательными, и Гарри набрал несколько килограмм веса. Теперь это был статный, чуть выше среднего роста, можно сказать мужчина, поскольку за неимением бритвенных принадлежностей у него выросли усы и небольшая борода.
– Вот бы только побриться… А то зарос непростительно. Тут ничего острого нет?
– Острые предметы детям не игрушка. – возразил Дух, на что Гарри обиженно надулся. – Погоди, луны дождемся, вот тогда и будет тебе чем заняться.
– А зачем нужна луна?
– Потом узнаешь. – ответил в своем репертуаре Дух.
– КАК же меня задолбали твои «потом»! – недовольно воскликнул парень.
– Так надо. – назидательно ответил Дух. – Вот если бы ты все знал, то что делал? Или сидел и ждал, не зная о чем даже подумать, или в нетерпении метался туда-сюда. А так у тебя есть пища для размышлений. Сиди и представляй что тебя ждет.
– У меня дежавю, или я опять в школе? Это сильно смахивает на домашнее задание…
– Быть может. Вот сиди и фантазируй.
– Да не хочу я фанта… – начал было возмущаться Гарри, но был прерван шорохом в кустах неподалеку.
– Что это? – спросил парень.
– А кто его знает. Пойдем, посмотрим.
Задумавшись на мгновение о целесообразности этих действий, Гарри наплевал на осторожность и потихоньку стал подходить к зарослям. Обойдя весь кустарник, парень разочарованно сел на землю.
– Никого. Даже как-то обидно…
В это время что-то холодное и мокрое ткнулось в голую спину. Поттер с придохом вывернулся что было сил, стараясь подальше откатится от возможной опасности. На траве, испуганно прижав уши, сидело существо, какого парню точно не доводилось еще видеть. Черный, с палевыми разводами по шкуре, с немалыми острыми клыками, которые уже показались из-под верхней губы на несколько миллиметров, большой, как взрослая немецкая овчарка… котенок. В том, что это был котенок, Гарри не сомневался. Несмотря на СЛИШКОМ большие пропорции для представителя семейства кошачьих, у него были слишком большие лапы, еще полностью отсутствовала присущая его роду грация и гибкость, а шерсть была мягкой и нежной, почти без жесткой составляющей – остевого волоса. Одним словом – пушок.
Гарри удивленно смотрел на это «милое» создание, появившееся неизвестно откуда. В голове начинала биться только одна мысль: если это котенок, то где же его мама и каких она размеров.
«Даже если его мама и ищет свое чадо, то сюда попасть не сможет. Помнишь, я рассказывал тебе про кисок, похожих на ваших нунд? Это ее детеныш. Могу точно сказать, что они не измельчали» Пояснил Дух мысленно, что бы не спугнуть своим рокотом «котенка».
– И что мне с ним делать? Он-то как сюда попал? – спросил Гарри, успокоившись.
«А что нужно делать с маленькими котятами? Накормить и погладить. И поиграть. Смотри, какой он худой. Видимо, потерялся совсем давно, а другого способа питания, кроме как молоко матери еще не знает»
Гарри осторожно приблизился на корточках к котенку. Тот сжался от страха перед незнакомым ему существом. Парень легонько дотронулся до его головы, погладив за ушами. Котенку это понравилось и он заметно расслабился, полагая, что человек не сделает ему больно.
– Ну-ка, иди сюда… – Поттер потянул котенка на себя.
Тот, уже не сопротивляясь, уткнулся ему в грудь, ища пищу. Вначале Гарри позабавило то, как Пушок (котенка он про себя назвал так в честь трехголового питомца Хагрида, едва не сожравшего его, Рона и Гермиону на первом курсе) тыкался в него своим влажным носом в поисках молока. Поттер ойкнул, отстранив от себя котенка. На груди появились две глубоких царапины, сделанных не в меру большими клыками Пушка.
– Да ты голодный совсем! – Гарри удивленно смотрел, как его новоявленный питомец слизывал багрово-черную кровь с ран, заживающих на глазах. – И чем же я тебя кормить то буду?
Парень призадумался. Пушок тем временем самозабвенно пытался пролизать своим шершавым языком дырку на его груди. Кровь котенку явно понравилась.
«Что едят кошки? Мясо. Но все мясо, что есть в этой долине – это ты и он. Так что такой вариант отпадает, да и тебя он точно не устроит даже в частичном исполнении» Иронично сделал вывод Дух. «Остается кормить его тем, что можно добыть здесь – фруктами»
– И как я, по-твоему, буду запихивать их в животное, которое кроме молока и моей крови больше ничего не знает?
«Теперь узнает. Не хочешь же ты, что бы он умер от голода. У него шкура на одних костях висит»
– Верно… – согласился парень и с трудом оторвал от себя Пушка. – Ты есть хочешь?
Котенок уселся на землю, голодно облизываясь, и посмотрел на новообретенную «маму». Создавалось впечатление, что он все понимает.
– Хорошо, быть может тебе и не понравится такая еда, но другого способа не дать тебе умереть от голода я не вижу. Сиди здесь, я сейчас принесу тебе поесть, хорошо?
Гарри не знал, понял ли его Пушок, но тот стал неумело умывать мордочку лапкой, изредка теряя равновесие и падая на землю. Поттер потихоньку отошел, присматриваясь к котенку, но, удостоверившись, что он сидит на месте, отправился за фруктами.
Вернувшись через пять минут, Гарри обнаружил его на том же месте. Пушок, похоже, даже и не думал никуда уходить. Сев рядом с животным, парень сунул ему под нос «грушу». Свою порцию он уже съел, и теперь испытывал страстное желание поглотить еще и тот фрукт, что принес Пушку. Котенок, принюхиваясь, осторожно пощупал вибрисами мохнатый плод и с ожиданием уставился на Гарри.
– Есть! Понимаешь, его надо есть! – пытался втолковать неразумному котенку парень, делая вид, что жует.
Пушок лишь забавно фыркнул и продолжал пялиться на Гарри. Тогда Поттер откусил кусочек и попытался запихнуть ему в рот. Как и ожидалось, не вышло ровным счетом ничего. Худой, еще совсем маленький (по меркам его вида) котенок вдруг оказал немереное сопротивление, заодно сильно оцарапав Гарри плечо. Снова учуяв кровь, котенок попытался ее слизать. И тут Поттера осенило. Он провел по уже заживающим царапинам фруктом, смазывая на него всю кровь с руки, и положил перед котенком. Тот, недолго думая, принялся мусолить грушу. Она была мягкой, поэтому пока Пушок пытался слизать кровь, ему в рот попало немало мякоти. Гарри был доволен результатом, поскольку котенок, сыто облизавшись, стал снова умываться.
«Теперь все время будешь его так кормить?» Спросил Дух.
«Видимо придется. Просто фрукты ему совсем не нравятся. Хорошо хоть раны быстро заживают»
«Твоя кровь странная. Очень странная»
«Знаю. Она почему-то не красная, а будто уже запекшаяся»
«Не в цвете дело. Демоническая сила что-то сделала с тобой, сильно изменив тебя. Ты быстро регенерируешь, это хорошо. Ты можешь становиться невидимкой, это тоже неплохо. Но ты уже не человек. И, похоже, даже кровь твоя имеет странные свойства. Посмотри, что ты с Пушком сделал. Прошел только час, а он уже изменился. Я чувствую это, он будто… мутирует»
Гарри в непонимании уставился на Пушка. Никаких изменений вроде бы и не было, та же черная шерсть с палевыми разводами, та же большая, но смешная мордочка, размером с голову взрослой собаки. Парень, наконец, увидел признак изменения – глаза, изначально ржаво-рыжего оттенка с круглым зрачком, присущим всем большим кошкам, теперь стали немного другими. От зрачка в стороны поползли тонкие черные прожилки. Немного подумав, Гарри склонился над водой. На него смотрело все то же отражение, изредка моргая изумрудно-зелеными глазами. Удостоверившись, что с ним самим все по-прежнему, парень вновь посмотрел на Пушка. Тот, довольный чему-то своему, упал на спину, подставив палевое брюхо свету двух солнц.
– Как думаешь, что выйдет, если он и дальше будет пробовать мою кровь?
«Не знаю… Эксперименты по селекции и выводу новых видов в наши планы не входили, но можно попробовать, тем более что ближайшие две недели заняться будет все равно нечем. Только не переусердствуй, иначе получишь монстра вместо домашнего питомца»
«Домашнего питомца?» Переспросил Гарри. «Он мне таким не кажется. Уж больно зубы длинные…»
«Так у тебя большинство друзей или знакомых странные. Дух дракона, говорящий меч, акромантул, Хагрид, Воландеморт»
«ЭЙ! Хагрид не странный! А Воландеморт мне точно не друг!» Взбеленился Гарри.
«Что касается странностей Хагрида, то это тебе любой скажет. Нет, как друг он хороший, но странностей у него куча, и тут ты ничего не возразишь. Чего только стоит его стряпня. А Воландеморт – не друг, конечно, но знакомый. Ты же его знаешь, причем лично. Так что не спорь»
«С тобой спорить невозможно… Откуда так научился?»
«Опыт, знаешь ли… У меня было много времени, что бы изучить человеческую натуру, пусть даже я и был в спящем состоянии»

Теперь время для Гарри летело гораздо быстрей. Он постоянно возился с Пушком, несколько раз в день устраивая ему кормежку с несколькими граммами темно-багровой влаги. Это возымело свой эффект. Если из-за мякоти фруктов Пушок быстро поправился и стал расти просто с пугающей скоростью, то необычная кровь Гарри сделала из него существо, совсем не похожее на то, каким должна быть большая кошка. Клыки и все остальные зубы стали невероятно большими и острыми, хотя такое могло случится лишь в том случае, если бы Пушок вел активную жизнь охотника. Пасть его больше напоминала устройство для уничтожения всего живого, в оскале демонстрируя весь набор смертоносных орудий. Мышцы огромной нунды мощно перекатывались под шкурой. Когда нунда пыталась играть с Гарри, тот лишь беспомощно сопротивлялся и через пол часа валялся на земле без сил. Пушок никогда не использовал в игре клыки или здоровенные когти, поэтому парень отделывался лишь быстро сходящими синяками. Хоть подросшему Пушку и нравилась кровь, он никогда не порывался поранить или съесть Гарри, терпеливо дожидаясь, пока он сам не даст ему грушу, вымазанную в багровой густой жидкости. Гарри приловчился расцарапывать кожу острым кристаллом, найденным в русле ручья. Теперь Пушок съедал плод в один присест, практически не жуя – тот помещался в его пасти без проблем. Глаза нунды почернели окончательно. Не было видно ни белка, ни радужной оболочки. Наличие глаз подтверждалось лишь блеском отраженного света, если они были открыты. Палевые полосы, покрывавшие бока зверя, а так же весь его живот, почернели и стали неотличимыми от остальной шерсти, но как заметил Гарри, по ночам, в свете только начинавшей свое восхождение на небосвод луны, они отливали серебром.
Любимой игрой Пушка были прятки. Гарри, исчезая, пытался скрыться, но через несколько минут, возвращавшаяся откуда-нибудь нунда, не найдя его на их обычном месте у излучины ручья, принималась принюхиваться и вскоре Гарри, крепко обхваченный мощными лапами грозного животного со смехом валялся на земле.
Дух обнаружил, что помимо непривычно развитого ума для представителя своего рода, пушок обладал еще одним свойством. Он был эмпатом, то есть с легкостью чувствовал чужие эмоции. Когда Гарри начинал скучать, нунда принималась играть с ним, а если это вызывало у Гарри чувство раздражения, с наигранно-обиженным видом садилась рядом и начинала яростно подметать землю длинным хвостом. Долго парень не выдерживал и, толкая со всех сил Пушка на землю, с победным кличем падал на него сверху, пытаясь как можно больше лишить подвижности зверя. Через минуту возни ситуация выворачивалась с точностью до наоборот – Пушок сидел на Гарри, придавливая его всем своим весом к земле. Уже через несколько дней подобных игр Гарри заметил, что та боль, которая раньше приносила ему немалые мучения, теперь для него пустяк. Играя с Пушком, он уже пару раз ломал себе руку, выставлял суставы, а один раз ударился головой так, что потерял сознание. Было неприятно, но все заживало слишком быстро, а нунда, в компенсацию еще долго виновато гладилась об него и пыталась вылизать ему волосы. Последние, отросшие до лопаток, после этого так и оставались стоять дыбом, и Гарри, каждый раз смотря на свое отражение в воде усмехался.
Однажды Пушок сильно удивил Гарри тем, что бесследно исчез. Обычно он не отходил никуда более чем на пол часа, но вот прошло уже около двух, а огромной кошки не было видно. Когда Гарри позвал его, то услышал лишь тихий шелест травы под лапами Пушка, но самого его так и не увидел. Озираясь по сторонам, он пытался понять, откуда подкрадывается зверь, но того не было. В следующее мгновение его сбило с ног что-то невидимое, а шершавый язык принялся начищать ему лицо. Ощущение было такое, будто Гарри волокли головой по наждачной бумаге. Но больше всего его озадачило то, что самого языка видно и не было. Тогда Гарри тоже стал невидимым. И сразу увидел то, от чего в неожиданности чуть не заорал. Это был Пушок, но каким он стал! Это был ЗВЕРЬ, но никак не нунда. Шерсть плотно прилегла к коже, создавая впечатление, что совсем исчезла, а шкура казалась гладкой, обозначая каждую мышцу, перекатывающуюся при малейшем напряжении буграми. Клыки, оскаленные в любящей улыбке благодарного друга, хищно блестели своей идеальной белизной. Морда зверя хоть и напоминала кошачью, была все же больше мордой какого-то фантастического существа, одним своим видом способная нагнать страху на любого. Зверь чуть отстранился от Гарри, чувствуя его удивление. Парень успокаивающе потрепал Пушка за загривок, давая понять, что все нормально.
– Похоже, что он закончил изменяться. У тебя теперь СОВСЕМ странный питомец, не так ли? – выразил свое мнение Дух.
Нунда давно привыкла к рокоту голоса Духа и не обращала на громкие звуки никакого внимания. Гарри ничего не сказал, только кивнул.
– Интересно, моя кровь будет так влиять на любое живое существо? – заметил он.
– Скорее всего, да. Мне кажется, что на человека она произведет несколько другой эффект. Сделает подобным тебе или что-то около того. Люди кое в чем схожи с демонами, поэтому у них изменения будут скорее на внутреннем, нежели на внешнем уровне. С животными все по-другому. У них изменения носят более сильный характер, в чем можно убедиться, взглянув на Пушка. У него от кошки осталась одно строение тела. Даже разум его гораздо больше, чем у обычной нунды, хотя, надо заметить, что они одни из самых умных животных. Это одно из тех качеств, которое делает их самыми опасными в твоем мире. С ними сравнимы лишь мантикоры, но эти твари вообще рукотворные.
Гарри поднялся с земли и подошел к сидящему в ожидании Пушку.
– Ну, что, индивидуум ты наш… – парень помотал головой Пушка, ухватившись за его длинные, почти как у саблезубого тигра, клыки. – И кто ты теперь? Котом тебя язык не поворачивается назвать.
Голова Пушка смешно болталась. Гарри опустил его зубы и нунда, встав, уткнулась ему в грудь головой. Рост Пушка вполне позволял это сделать, поскольку размерами он теперь напоминал молодого бычка. Массивная грудная клетка была таких размеров, что у Гарри не хватало рук, что бы обхватить ее полностью. Несильно боднув парня, нунда снова принялась его вылизывать.
Суть вторая.

Луна тем временем продолжала свое движение, приближаясь к наивысшей точке небосвода. Дух сказал, что через несколько дней они должны будут выполнить ритуал посвящения. Распространяться он не стал, лишь намекнул на то, что это сделает Гарри тем, кем он и должен стать. На его вопрос о том, кем же он будет, Дух лишь ответил, что благодаря стараниям Блика, не нашедшего никакого другого способа сдохнуть, кроме как при помощи демонических сил, он даже не предполагает, чем это закончится, а тем более, кем станет Гарри.
Нунда исчезла на некоторое время, и, когда Гарри уже начал было волноваться, хотя волноваться за такого монстра было совершенно бессмысленно, Пушок вернулся. Ломясь с треском сквозь заросли, он принес тушу какого-то странного травоядного. Наполовину съеденная, она напоминала труп, побывавший в мясорубке.
– Пушок охотился. – подытожил Дух. – Можешь его поздравить с первым успехом.
Гарри с недоумением посмотрел на измочаленное кровавое нечто вперемешку с листьями и веточками, а потом на Пушка. Его осенило.
– Это мне? – парень ткнул пальцем в тушу, пахнущую кровью.
Нунда, довольно заурчав, легко подцепила когтистой лапой тушу и пододвинула поближе к Гарри. Тот улыбнулся и подойдя к Пушку, обхватил его руками, трепля за шерсть.
– Спасибо большое, но я не могу есть сырое мясо. А огня тут, к сожалению нет.
Нунда непонимающе уставилась на него.
– Он умнеет на глазах. Если бы Пушок говорил, то спросил бы что такое огонь.
Гарри внимательно посмотрел на Пушка и поколупал его пальцем по черному носу. Нунда смешно чихнула.
– Ешь, ты заслужил, это же твоя первая добыча.
Пушок, всем своим видом показав, что раз Гарри не хочет, то тогда ему и не достанется, поволок обкусанную тушу в заросли.
– Понес закапывать. – пояснил Дух. – Инстинкты животного все же работают.
Через некоторое время Пушок вернулся, облепленный землей и опавшими листьями и с удовольствием плюхнулся в ручей. Боязнь воды явно не входило в список его фобий. Гарри долго наблюдал, как нунда, фыркая, барахтается в воде. Пушок выскочил на берег и сделал то, что всегда любил устраивать после купания. Подойдя к Гарри, он с демонстративным видом стал отряхиваться. Парня окатило волной брызг с головы до ног.
– Так и душ не нужен… – заметил Гарри, вытирая лицо. – Маленький негодник, я уже купался!


Девушка выпала из ниоткуда, и не устояв, рухнула на колени. Гермиона оказалась прямо перед Тремя Метлами. Последние мгновения она помнила смутно. Ей совсем не верилось в произошедшее. Еще пару секунд назад она должна была умереть, но то, что случилось, никак не укладывалось в ее голове. Пока она приходила в себя, из бара выскочили Джинни и мадам Розмерта. Младшая Уизли непонимающе уставилась на подругу, но, опомнившись, подбежала и помогла встать на ноги.
– Как ты здесь оказалась? – принялась расспрашивать Джинни. – Я даже не слышала хлопка аппарации! Я только прибыла сюда через камин и попросила о помощи мадам Розмерту, вот мы выходим, а ты тут…
– Не знаю, Джин, я сама ничего не знаю… – Гермиона тряслась, прижимая к себе коробку с вещами Гарри. – Когда ты ушла через камин, я попыталась аппарировать, но они установили защиту. Я хотела убежать через заднюю дверь, но там уже поджидали пожиратели и гончие. Я не успела ничего даже сделать, как оказалась без палочки. Они хотели меня убить, но в этот момент… Джинни, мне нужно к Дамблдору. Там я все подробно расскажу. А пока я сама не очень еще понимаю, что произошло, но то, что произошло, точно было чудом. Помоги мне добраться до Хогвартса, у меня ноги от страха не держат…
Джинни и Гермиона добрались до Хогвартса в сопровождении мадам Розмерты, где их уже дожидались взволнованные Уизли и преподаватели. Молли, едва увидев состояние, в котором находилась Грейнджер, обеспокоено начала хлопотать вокруг девушки, усадив ее на стул и сунув в руки чашку с успокоительным зельем.
Чуть позже, когда все собрались в кабинете директора, девушки начали рассказывать о произошедшем. Дамблдор внимательно слушал, сосредоточенно перебирая пальцами кончик бороды.
– Вы успели уйти как раз вовремя. – начала Гермиона. – Пожиратели появились лишь на несколько минут позже. Когда мы с Джинни вернулись за кое-какими вещами, еще было тихо. Я как раз поднималась наверх, когда услышала крик Джинни.
– Я закричала из-за того, что разбилось стекло. Едва я увидела, что это было, то сразу поняла, что пожиратели там. Стекло разбило вот это.
Девушка показала стрелу гончей, завернутую в платок.
– Мерлин, надеюсь, это попало не в тебя?! – запричитала Молли, порываясь осмотреть дочь.
– Нет, мама, - успокоила ее Джинни, – Она застряла в стене.
– Спасибо, что захватила это с собой. – сказал Дамблдор, забирая стрелу. – Я отдам ее Северусу, быть может, это поможет ему в поисках противоядия.
Гермиона продолжила свой рассказ, переведя дух.
– Я попыталась аппарировать в Хогсмид, но у меня ничего не вышло. Судя по всему, они сумели поставить антиаппарационную защиту. Я заперла парадную дверь несколькими заклинаниями, что бы хоть немного выиграть время и попыталась выйти через черный ход. Но они уже поджидали меня там, видимо их было достаточно много, что бы окружить всю Нору. У меня быстро отобрали палочку, и поставили к стене. – Гермиона с трудом подбирала слова. – Они хотели поразвлечься, но один из них сказал, что лучше бы поторопиться, поэтому просто хотели поставить меня под расстрел гончим. Несколько этих тварей стали напротив меня, и… Я уже попрощалась с этим светом, но тут произошло что-то, что я так и не могу понять. Их стрелы просто замерли возле меня, а потом и вовсе будто испарились. Просто исчезли, растаяли в воздухе. Что было дальше, я не знаю. Последнее, что я увидела, были удивленные пожиратели. Быть может, мне показалось, но те твари, что они приволокли с собой, чего-то забоялись, хотя не могу быть уверенной, гончие такие противные на вид и не обычные, что по ним не скажешь, боятся они или хотят тебя разорвать. Потом я просто оказалась в Хогсмиде перед Тремя Метлами. Это не было похоже ни на аппарацию, ни на перемещение портключом. Просто моргнула – и я уже здесь.
– Да, не иначе, как чудо. Не уж то, мисс Грейнджер, вы сменили Поттера на месте «выживающего чудесным образом»? – с сарказмом поинтересовался вошедший Снейп.
Все посмотрели на зельевара с осуждением. Директор лишь устало покачал головой в знак того, что Снейпа не переделает уже ничто.
– Вот, возьми, Северус. Мисс Уизли успела взять это с собой, когда покидала Нору. – Дамблдор подал Снейпу шип, завернутый в платок.
Мастер зелий брезгливо взял сверток в руки, причем непонятно было, что вызывало у него такую реакцию – стрела, или платок, в который она была завернута.
– От вас хоть какая-то польза, мисс Уизли. – едко заметил Северус, положив стрелу в карман.

Гарри осторожно шел по длинным коридорам подгорного замка Владыки драконов. По мере его продвижения стены начинали светиться, разгоняя мрак давно покинутых древних помещений. Дух уводил его все дальше и дальше вглубь горы. Вскоре Гарри почувствовал, что начался подъем. Через некоторое время он понял, что движется по спирали, забираясь все выше и выше от подножия. Спустя несколько часов безостановочной ходьбы, он ощутил поток холодного и свежего воздуха, дувшего ему навстречу.
– Зачем мы забираемся так высоко?
– Увидишь. – коротко ответил Дух.
Взять с собой Пушка он не позволил, мотивировав это тем, что при ритуале рядом не должно быть ничего и никого, кроме самого Гарри. Нунда с видимым неудовольствием развернулась и забралась на многовековое огромное дерево, мощные ветви которого трещали от такой большой кисы. В округе это было единственное дерево, способное выдержать Пушка – остальные не выдерживали, теряя ветви так же легко, как листья. Впрочем, Гарри знал, что нунда обиделась на Духа, а не на него. Она научилась различать их почти сразу.
Подъем тем временем закончился неожиданно, выпустив Гарри на широкую и ровную площадку на самой вершине горы. Парень осмотрелся. Сейчас он находился на высоте почти двух километров от подножия горы. В небе начинали исчезать звезды – первое из солнц вот-вот должно было взойти.
– Почему именно в это время? – спросил Гарри.
– Не знаю. Так было велено Владыкой. Нужен свет первого солнца и свет обоих, отраженный от луны. Это, видимо, что-то, да значит. Подождем восхода.
Поттер подошел к краю площадки и посмотрел вниз. Высота заставляла кружиться голову. Гарри сглотнул, представив, что будет, если он упадет. Вряд ли даже его способность быстро восстанавливаться спасет от смерти. Он справедливо подумал о том, что следовало бы быть поаккуратней – ветер на такой высоте был очень сильным и его могло просто скинуть с площадки.
За неимением другого занятия, парень стал изучать ровную плоскость пола. Создавалось ощущение, что макушку горы срезали чем-то необычайно острым. В центре был выгравированы две окружности, между линиями которых находились угловатые символы, даже отдаленно не напоминавшие Поттеру какую-нибудь письменность. Такого он попросту еще ни разу не видел. В центре окружностей было изображение дракона, выдыхающего пламя. Парень удивился реалистичности изображения. Создавалось ощущение, будто дракон сейчас оживет. Гарри присмотрелся. Дракон был изображен летящим, в передних лапах он держал меч с одним единственным камнем на гарде. Время, ветер и вода нисколько не затронули рисунок эрозией, словно его выбили на камне только вчера.
Внезапно Гарри почувствовал присутствие какой-то незримой силы. Дух очнулся от своих размышлений и тоном, не терпящим возражений, рыкнул:
– Быстро вставай в центр круга! И стой смирно, если хоть немного двинешься в сторону – умрешь на месте по неизвестным причинам.
Парень послушался и сделал так, как следовало. Солнце медленно выплывало из-за горизонта, гася последние, самые яркие звезды. Воздух завибрировал, наполняясь невидимой, но ощущаемой каждой клеткой тела мощью. Символы мягко засветились, излучая загадочный, какой-то потусторонний свет. Ветер затих, подвывая где-то вдали, но обходя стороной горную вершину. И вот светило показалось целиком, скользнув своими лучами по лицу Гарри. Парня словно растянуло по незримым линиям силы, заставив до неестественности выпрямиться и раскинуть руки в стороны.
Вокруг его тела вспыхнул яркий свет, но он внезапно погас. Гору сильно тряхнуло. Багрово-красная муть стала появляться из воздуха возле него, постепенно окружая и укутывая Гарри плотным коконом. Твердь сотрясло еще раз и древние символы бессильно погасли. Из сгустка багровой темноты раздались два вопля, слившиеся воедино. Истошный, на грани срыва человеческий, и столь же яростный рев, по мощи своей сопоставимый лишь со звуками бушующего урагана. Тьма пульсировала, увеличиваясь все больше и больше, пока не раздался взрыв огромной силы. Черноту разнесло в стороны как клочья тумана порывом сильного ветра.
На донельзя обугленной площадке лежал исполин. Его огромная фигура слегка подрагивала в конвульсиях, вызванных чудовищной болью первой трансформации. Он медленно поднимался, опираясь на трясущиеся руки. Большие крылья обессилено висели, накрывая могучее тело.
– Ох, бля… Как же боль… – исполин, испугавшись своего рычащего голоса, зажал рот рукой сам себе.
Вторая рука, на которую он опирался, не выдержала, и он рухнул на покрытую сажей площадку. Впрочем, вымазаться ему не грозило. Черная матовая чешуйчатая кожа ничем от сажи по цвету не отличалась. Падая, он ударился головой о каменный пол. Послышался скрежет. Исполин вновь поднялся, но на этот раз смог сесть. Посмотрев на царапины, оставшиеся на камне, он медленно, боясь обнаружить что-то, что не должен, взялся за голову. Глухо охнув, издал рык и выругался. На голове, по направлению от лба до затылка, было шесть недлинных, но крупных, черных костяных шипов в два ряда, отдаленно смахивающих на рога. Исполин передернул плечами и в ужасе, чуть было не отправившем его в забытье, обнаружил, что за спиной у него есть кое-что еще.
– К… Кто я? – Спросил он сам у себя.
Могучий голос, прогремевший с силой, которой позавидовали бы все Иерихонские трубы, взревел:
– ДЕМОН! ДЕМОН!!! Я убью эту проклятую железку, сколько раз бы она ни была мертва и насколько! Уродец металлический! Выродок адской наковальни!
– Полегче! У меня голова раскалывается! – прорычал, взмолясь, исполин.
– Голова? Ты рога спили, может, не так болеть будет! Знал же, что не так все пойдет, но что бы настолько!
Гарри (если не обращать внимания на его вид, то это все же был Поттер) поднялся на ноги и, шатаясь, сделал пару шагов. Силы возвращались очень медленно, а ощущение нового тела, к тому же снабженного явно не соответствующими человеческой анатомии частями, вводило в нервный шок. Мозг постепенно привыкал к новым ощущениям, и для этого требовалось немало времени.
– Почему-то мне кажется, что если их спилить, они снова вырастут. Так что просто не вопи во всю силу… Ты думаешь, мне приятно быть таким? – Гарри схватился за зад, четко повторяя движение Дадли, когда тот видел мага, и облегченно вздохнул. – Ух… Хоть хвоста нет. Ты можешь хотя бы попытаться объяснить, почему так вышло, и что должно было быть вместо этого? Ты все же это затеял, а не я!
Демон неуклюже расправил крылья и несколько раз шумно ими хлопнул.
– А они побольше, чем у Рикатора. Не знаю, летают ли демоны, но с такими крыльями кажется это можно сделать.
– Ох уж мне… Блик натворил дел с этой затеей с демоном. Та частица силы, совместно с проклятием, что сидела в тебе, впитала всю силу, что ты получил при обряде. Я не знаю, останешься ли ты тем, кем стал, или сможешь возвращать себе человеческий облик. Ты не совсем демон. Твоя чешуя – тому доказательство. У демона нет чешуи, у него просто кожа. Во всяком случае у высшего демона. Ты должен был остаться человеком, но получить силу Владыки, что он оставил своему приемнику. Сила, что бы иметь возможность вернуть драконов на их родину. Что вышло в итоге, мне еще не понятно. Твоими возможностями мы займемся потом, сейчас у нас обоих, кажется, еще мысли путаются… Одно только меня волнует – как отсюда спуститься? С твоими теперешними размерами это весьма затруднительно. В туннель ты разве что ползком влезешь, но тогда будешь выбираться сутки.
Демон задумчиво водил когтистым пальцем по большим и острым зубам.
– А крылья на что?
Дух еще ничего не успел возразить, а Гарри тем временем в два шага приблизился к той стороне площадки, которая выходила на долину, на ходу расправляя крылья, и прыгнул. Но он сильно ошибся, не рассчитав силы. После преобразования Гарри был еще слишком слаб, и, спланировав на некоторое расстояние от горы, крылья не выдержали сильного порыва ветра и сложились. Демон с оглушающим воплем полетел вниз с высоты почти в две тысячи метров. Чудом разминувшись с каменной площадкой, он с воем рухнул в ледяную воду предгорного озера.
На берег, трясясь как осиновый лист, замерзший до полусмерти, выползал уже человек, с неестественно вывернутой рукой. Масса демона была такова, что при падении в озеро даже плотности воды не хватило для того, что бы не удариться о дно.
Парень, зашипев от боли, ударил плечом о землю, вставляя сустав на место. Как он преобразовался назад, его сейчас не волновало. Он просто радовался, что его не разнесло в клочья при падении, а вывихнутая рука – пустяк, еще легко отделался. Полежав несколько минут под согревающими лучами солнца, парень глубокомысленно изрек:
– Сегодня я понял много вещей. Не нужно заводить в друзьях магические мечи. Не стоит связываться со всякими голосами в голове – лучше сразу лечь в психбольницу. И уж точно следует держаться подальше от демонов. Но главное, если решил полетать, помни – земля ошибок не прощает…
В довершение картины полного бессилия и беспомощности Поттера, на него сверху свалился радостный Пушок, заставивший всем своим весом затрещать кости Гарри. Впрочем, нунду это не волновало. Пушок был просто рад видеть своего друга.
Дух лишь добавил:
– И не стоит иметь кота размером с корову. Это больно.

Гарри лежал, развалившись на Пушке, как на кровати. Нунда была несравненно мягче земли, поэтому парень использовал ее в качестве постели. Одежда Гарри была изношенной до дыр, не считая мантии. Ее Поттер не носил, потому что Дух посоветовал приберечь ее в целости и сохранности, да она была и не нужна – тепло было даже ночью.
Гарри уже умел осознанно преобразовываться в демона и назад, в человека. Попытки летать в демоническом обличье вызывали у него смех. Крылья слушались уже гораздо лучше, но пока все, что мог делать Гарри – невысоко взлетать. Это сильно отличалось от полетов на метле. Тут нужна была не магическая, а физическая сила, и концентрация куда большая, нежели умение хорошо держать равновесие, вцепившись в метлу. Так же немного сбивало наличие не четырех, а шести конечностей. По началу, Гарри неосознанно начинал махать руками вместо крыльев, в результате чего со свистом падал на землю. Только спустя несколько дней он научился не дергать руками, прижимая их к телу или скрещивая на груди. Одно его огорчало – в обличии громадного монстра он не мог исчезать. Почему так получалось не смог ответить даже Дух, отмазавшись тем, что понятия не имеет, чего может такое чудо в чешуе, как Гарри, а чего нет.
Пушок, впервые увидев демона, глухо зарычал, но когда Гарри весело рассмеялся на такую реакцию, четвероногий и хвостатый эмпат шустро сообразил, кто это. Они несколько раз наведывались за пределы долины, распугивая всю живность на своем пути. Однажды они вернулись после такой прогулки изодранные и сильно потрепанные. Просто нарвались на десяток охотящихся сообща нунд, выслеживающих странного вида животное, размером с крупного носорога. Их добычу они естественно спугнули, что совсем не понравилось хищникам. Тогда Гарри впервые увидел взрослых местных нунд. Черные, с грязно-желтыми полосами маскировки по бокам и таким же брюхом, огромные звери все же уступали в размерах Пушку, чему Гарри позже был несравненно рад. Они на пару попытались рычанием дать понять нундам, что лучше не затевать драку, но умные и сильные хищники и не подумали отступать. В итоге все закончилось тем, что по джунглям с рычанием, воем и визгом катался клубок тел, состоящий из владельцев острейших зубов и когтей, одиннадцати хвостов и одной пары крыльев. На Гарри, как на более крупного, точнее очень крупного противника, навалилось сразу семь нунд, так что демону пришлось отбиваться не только острыми когтями на мощных руках и ногах (когда Поттер впервые узрел их наличие и на ногах тоже, то незамедлительно захотел сделать педикюр), но и вгрызаясь в плоть врага зубами, благо, что набор последних мало чем уступал тем, что были у Пушка. Когда на земле осталось лежать восемь из десяти гигантских кошек, а две быстро улепетывали подальше от места побоища, демон устало осмотрел себя. Одно крыло было сломано, второе сильно изодрано, по всему телу зияли рваные глубокие раны, а пара когтей были обломаны. Пушок тоже был не в лучшем виде. Весь левый бок изорван и исполосован в клочья, хвост и загривок будто ощипали, а в зубах застрял смешно торчащий кусок чьего-то уха. И, кажется, у него была перегрызена передняя лапа. Дух, в ответ на вопрос возмущенного Гарри о том, где же он был со своими дицибеллами, лишь ехидно возразил, что нужно же было позволить и Поттеру пройти боевое крещение, иначе какой из него демон. Сам демон лишь красноречиво и в крепких выражениях высказал все, что думает о выпендривающихся бестелесных голосах, которые на самом деле ничего не могут. И едва успел зажать уши, когда раздался неимоверной мощи рев, заставивший ствол ближайшего дерева расслоиться на волокна. Демон хмыкнул, поднял на руки совсем оглохшего Пушка и направился назад в долину зализывать раны, по пути шипя и рыча, когда ветки цепляли сломанное крыло.
Через несколько часов после грандиозной драки в джунглях Гарри на пару с Пушком отмачивали зарастающие раны в ручье, окрашивая воду в мутный красный цвет, и слушали нравоучения по поводу того, что не следует соваться в незнакомые места, не зная на что можно напороться. Пушок изредка фыркал, то ли понимая, о чем говорит Дух, то ли от воды, попавшей в нос.
Через несколько дней, выздоровевший Гарри вновь отправился в чертоги Владыки, прихватив на этот раз с собой Пушка. На возмущенный протест Духа о том, что нунде следует сделать будку на природе, Гарри лишь посоветовал заткнуться, объяснив это тем, что отныне его «боевой» товарищ не отойдет от него ни на шаг.

Суть третья.

Тишину коридоров, вырезанных в глубине скальных пород, нарушали лишь тихие шаги человека и мягкая, воспринимаемая на грани слышимости, поступь огромной кошки весьма страшной наружности, изредка прерываемые ворчанием третьего незримого собеседника. Мягкий, искусственный свет освещал путь идущим. Они уже миновали несколько больших зал и комнат и вскоре попали в большой коридор с вырезанными на его стенах изображениями драконов. Каждое из них было столь же реалистичное что и то, которое Гарри видел на вершине горы. Коридор заканчивался величественной залой, пространство которой тонуло во мраке. В ответ на пожелание добавить немного света, весь зал ярко вспыхнул: светилось почти всё. Колонны были целиком сделаны из флюоресцирующего минерала, как и узоры на полу и потолке. В конце залы было массивное возвышение, на котором стоял резной трон. Пьедесталом и опорой для трона служили два каменных дракона, поддерживающих его. Из чего был сделан резной трон, Гарри лишь догадывался. В огненно-желтом, полупрозрачном минерале угадывался опал, но парень не мог утверждать это на сто процентов. Но главной особенностью этого зала был не трон, а то, что находилось в его центре, окруженное колоннами.
Огромный, просто неприличных размеров, дракон стоял раскинув крылья и раскрыв пасть в немом рыке, обращенный в сторону входа в залу. Все было выполнено настолько натурально, что у парня создавалось ощущение, будто это некогда живой дракон, по каким то причинам окаменевший, а не правдоподобная статуя. Пушок принялся ходить вокруг нее, принюхиваясь.
– Брысь от меня! – пшикнул на него Дух.
– Это ты?! – удивленно выдохнул Гарри, гладя обиженную нунду.
– Я… – тяжело ответил Дух. – Видишь третий спинной шип от головы? Он слегка обломан. Это я летать учился… Я не знал, что стало с моим телом после того, как Владыка забрал из него мое сознание. Оказывается, он каким-то образом смог поместить его сюда и превратить в камень.
Гарри подошел и бережно провел по боку каменного дракона. Все было настоящим: рельеф каждой чешуйки на шкуре, шероховатость шипов и острота зубов в пасти дракона.
– Да, ты бал прав, говоря о своих размерах… – потрясенно прошептал парень. – Хвосторог отдыхает.
– К сожалению, я был первым и последним из боевых драконов. Эти чертовы твари, которые позарились на наш народ, не дали Владыке доделать свою работу до конца. Хотя, так наверно и суждено было быть… Хотя мне и льстит твое восхищение, я не за этим тебя сюда привел. И убери Пушка с моего тела!
Нунда играючи вскарабкалась на спину огромного дракона и теперь с остервенением точила когти об один из больших некогда костяных шипов. Гарри пригрозил Пушку пальцем больше для вида, нежели для дела. Тот спрыгнул со статуи со всей присущей ему грацией и, как ни в чем не бывало, отправился исследовать залу, не отходя, впрочем, далеко от Поттера.
– Загляни мне в пасть. Владыка оставил там для тебя кое-что. – многообещающе сказал Дух
Роста у Гарри не хватало, что бы даже в прыжке попытаться дотронуться до нижней челюсти дракона, поэтому он просто преобразовался. Теперь шести с лишним метров роста было вполне достаточно. Демон приблизился к статуе и заглянул в пасть. Там покоился великолепный меч, без каких либо украшений и изысков, но прекрасный в своей простоте. Единственное, что было сделано не из металла – большой желтый кристалл, вставленный в гарду так, что был виден и с одной и с другой стороны. Демон потянулся за мечом, но тот вдруг подернулся дымкой и испарился. Гарри удивленно поморгал и посмотрел на свою когтистую руку, способную растереть в пыль кирпич одним слабым усилием.
– А куда он делся? – по детски наивно спросил Поттер, вернув себе человеческий облик.
– А его и не было. – просто ответил Дух. – Это была иллюзия и не более того. Только для того, что бы показать, что ты должен получить. Это не оружие в его обычном представлении, это нечто большее. Ты при всем желании не смог бы взять его в руки, даже если бы он был здесь взаправду. Он не сделан из металла или еще чего-нибудь, он не совсем существует. Это немного трудно объяснить, особенно учитывая то, что некоторые эмоции, присущие человеку, мне все же не доступны. Но я попытаюсь тебе рассказать. Что всегда способно добиться своего, проникая сквозь любые преграды и барьеры? Разум. Что крепче стали и способно сокрушить любое препятствие на своем пути? Воля. Что является основой для всего сущего и заставляет жить? Душа. Этот меч – материализованная часть духа Владыки, но погибшая вместе с ним. Поэтому ты и не смог бы обладать им при всем желании. Тебе нужно свое оружие, ибо только часть тебя будет служить тебе столь надежно, как никакое другое оружие в этом и других мирах этой вселенной. Такое оружие остро как разум, крепко как воля и вечно, как душа. Вот только получить его ты должен сам. Тут тебе не поможет ни сила, ни помощь со стороны. Мощь Владыки дала тебе возможность обладать таким оружием, но как именно это сделать – не подскажет никто и ничто. Я оставлю тебя, и не буду мешать, ты не услышишь от меня ни единого слова и ни единой мысли.
Гарри задумчиво прошелся по зале и уселся на трон Владыки. Тот оказался весьма удобным и совсем не жестким. Пушок тактично держался в стороне, не напоминая о себе даже звуком, но парень чувствовал его присутствие. Между ними существовало что-то вроде связи, как думал Гарри, это было, скорее всего, из-за того, что Пушок стал тем, кем являлся, благодаря крови Поттера.
Сколько прошло времени, парень не знал. Быть может час, быть может, сутки. Он просто сидел и прислушивался к себе, закрыв глаза и медленно дыша. В голове вертелось всего три слова.

Разум.

Воля.

Душа.

Как сделать так, что бы собрать воедино и материализовать то, что было нематериально по определению? Тогда Гарри вместо слов попытался вызвать то, что чувствовал, произнося каждое слово.

Разум. Мысль, не имеющая пределов и границ, постигающая невозможное и невиданное. Средоточие духа.

Воля. Желание сделать невозможное, каждый раз ломающее рамки и ограничения. Сила духа.

Душа. Энергия, делающая неживое живым и вечная как время. Суть духа.

Дух.

– А ты способней, чем я думал. Вот только с фантазией у тебя явно слабовато. – тишину нарушил привычный рокот, но голос явно звучал радостно.
Гарри открыл глаза. Ему показалось, что он уснул, пока думал. Но, увидев то, что было в его руках, он чуть не вскрикнул от неожиданности. И понял, что имел ввиду Дух, когда говорил про фантазию. Перед ним были ДВА клинка. Точно такие же, как и тот, что был лишь иллюзией в пасти дракона. Только камни были разными. Один черный, другой прозрачный, почти невидимый.
– Ты не мог представить что-нибудь другое? – не унимался Дух. – Это на плагиат смахивает…
– Да брось ты… Дело в том, что я не представлял их вида ВООБЩЕ! Быть может из-за этого они не имеют никаких украшений или узоров, как Блик например. Такой меч кажется простым и… гармоничным. Нет ничего лишнего и нет ни одного изъяна. Просто то, что должно быть. – Гарри задумался. – Но почему их два, а не один? Вот чего я не понимаю…
– А я на что? – обиделся Дух. – Ты неосознанно использовал все, что имел. Как свое, так и мое. Вот и получил вместо одного меча – два. Радуйся, такого не было даже у Владыки. Впрочем, что я говорю? Теперь ты Владыка. Пусть и совсем не похожий на прежнего. Ты имеешь его силу. Да, она изменилась, но она все равно в тебе. Ты имеешь оружие, которое с начала времен было только у него. Ты хозяин его мира.




Глава 9. Часть третья. Три сути - 3

– Останься, Северус, нам нужно поговорить. – попросил Дамблдор, когда все стали расходиться.
Снейп вздохнул, красноречиво посмотрев на блюдо с лимонными дольками, стоявшее перед директором.
– Мне тоже нужно было кое о чем поговорить, Альбус. – Снейп сел в кресло, взяв в руки чашку чая, предложенную Дамблдором, но с плохо скрываемым отвращением отказавшись от конфет. – Мне уже долго не дает покоя одна навязчивая мысль. Я конечно не являюсь фанатом почившего Поттера, но мне кажется, что он не умер.
Дамблдор заинтересованно глянул на Северуса и развернул очередную конфету.
– И что же заставило тебя так думать?
– Многое, но некоторые вещи в первую очередь. Итак, Поттер явно не походил на того, кто собирался умирать, когда стоял перед Лордом. Я собственными глазами видел его. Он не боялся, не психовал, не нервничал. Ледяное спокойствие и сарказм, чего я от него, признаться, совсем не ожидал. Просто поболтал с Ним, едва не доведя Лорда до белого каления, чуть не снес башку Петтигрю и получил удар мечом в грудь. Дальше интересней. Якобы испуская дух, он пообещал Темному Лорду вернуться, а та ситуация, в которой он находился совсем не склоняла к бессмысленным обещаниям. Потом Поттер не просто умер, а словно заживо, или замертво, не знаю, как правильней выразиться, сгорел. От ранения в грудь, пусть даже магическим мечом, так не умирают. Тут явно не обошлось без немалой магии, но мы то с вами знаем, что Поттер своей магии лишился. Значит, ему кто-то помогал. Остается понять, кто это был, и где сейчас Поттер. Я могу с уверенностью сказать, что Лорд уверен, что Поттера нет в живых. Он много раз это повторял.
– Не так давно я тоже пришел к подобным выводам, Северус. – еще одна конфета отправилась в небытие благодаря стараниям Дамблдора. – А сегодня я узнал кое-что совсем интересное, и, если не ошибаюсь, напрямую связанное с Гарри. Этим утром в Лютом переулке были убиты несколько слуг Тома, а один из них, найденный живым, больше походил на овощ, нежели человека. Кто-то крепко промыл ему мозги. Теперь этот парень лежит в Св. Мунго, пуская слюни. Врачи удивляются тому, как он не разучился дышать. Его сознание чисто, как у эмбриона. Что касается того, как были убиты пожиратели, то это вообще интересная история. Трое из них растерзаны до такого состояния, что в них с трудом можно было узнать людей, а остальные изрублены на кусочки. Тебе это ничего не напоминает? Хмури сказал, что оружие, которым это сделали, имело фантастическую остроту. Кости в месте среза имеют почти зеркальный блеск. Что до тех, кто был просто разорван, то тут все просто разводят руками. Они не представляют, что за существо могло сделать такое, но оно явно больших размеров и имеет внушительные зубы и сильные челюсти.
– Быть может, это был оборотень? – спросил Снейп.
– Вряд ли, Северус. Я попросил сделать слепок клыка этого существа. Посмотри. – Дамблдор протянул зельевару гипсовый слепок.
Снейп присвистнул, взяв в руки то, что отражало форму и размеры клыка. Огромный, чуть длинней полутора ладоней взрослого человека, клык был слегка изогнутым и невероятно острым.
– Да… Если бы оборотни имели такие зубы, я с Люпином даже не в полнолуние рядом не остался. Что тогда это, по-вашему, было?
Дамблдор пожал плечами, забрав слепок и положив его в стол. Посидев некоторое время в молчании, он предположил:
– Кто знает… Когда в свое время мы завязали последнее сражение с Гриндевальдом, тот выпустил нескольких нунд. Надо признаться, что они опасней, чем многие представляют… Их шкура неплохо отражает заклинания, а сила у нунд невероятно большая. Погибло около тридцати человек, прежде чем мы смогли справиться с четырьмя нундами. Четырьмя, Северус! Но дело в том, что даже клыки нунд, если меня не подводит память, не больше двух третей от этого у самых крупных экземпляров. Или кто-то смог вырастить очень большую нунду, или это и вовсе не она, а какой-то другой зверь. Но самое интересно то, что было много свидетелей произошедшего. И как ты думаешь, что они видели? Ничего. Кроме, разве что, того, как пожиратели переходят из разряда живых в трупы, да заклинания, летевшие в разные стороны. Из этого можно сделать лишь один вывод – тот, кто напал на пожирателей, был невидим. Впрочем, как и зверь. А теперь, если вспомнить то, что произошло осенью в Хогсмиде, то из спутанных показаний перепуганных детей, авроров и одного пожирателя, которому только отрубили ногу, можно заключить, что тот, кто так лихо перерезал там слуг Тома, был невидимым. Кто в Хогсмиде был с мечом, мы знаем. Но скажи мне, ты представляешь себе человека, путающегося в мантии-невидимке и при этом лихо и удачно потрошащего пожирателей. Нет, Гарри совсем не использовал мантию, тем более что сейчас он и не смог бы этого сделать – еще перед тем, как совершилось нападение в Хогсмиде, он отдал ее Лонгботтому.
– Лонгботтому? Щедрый дар. Мне не верится, что Поттер вот так вот отдал вещь своего разлюбимого папаши кому бы то ни было.
– В том то и дело, Северус. Это еще раз подтверждает, что она ему была не нужна, и он имел средство, куда более удобное и эффективное, нежели мантия. Вопрос в том, что это такое.
– Не знаю, быть может, он разыскал какое-нибудь редкое и долго действующее зелье Невидимости? – предположил Снейп.
– Сомневаюсь в этом. Учитывая то, что твое мнение о его способностях в зельеварении все же немного предвзятое, - Снейп усмехнулся, скривившись. – Я думаю, он не стал бы тратить время на то, чтобы варить зелье. Да и приготовление даже простейшего зелья невидимости занимает слишком много времени и некоторых ценных ингредиентов. Когда ты сказал мне, что от него веяло чем-то неестественным, после того, как он побывал в Запретном лесу, я вспомнил об одной книге… Древний трактат, много раз переписанный и дополненный, рассказывающий как ты думаешь о чем?
– Если учитывать, что таких древних трактатов, которые много раз переписывались и исправлялись было три, то можно предположить методом исключения. Первый – о Мерлине, но это больше напоминает маггловскую книжку о похождениях мага, нежели историческую рукопись. Второй – о Темных и Проклятых. Но вампиром Поттер не был точно, а оборотнем… Люпин бы признал в нем своего и наверняка рассказал вам, не так ли? Остается «Трактат о Существах Преисподни. Демонах и полукровках от смешания крови человеческой и демонической». Суккубах, инкубах и прочих тварях, в жилах которых течет кровь демонов… – Снейп с легким подозрением на сумасшествие директора, посмотрел на Дамблдора. – Вы это серьезно? Да если бы он был инкубом, за семь лет его обучения в школе это обязательно выплыло бы наружу. Это нереально, Альбус…
– Нет, нет, Северус, я не имею в виду, что Гарри имел какое-либо родство с демонами! Ты меня неправильно понял. За всю историю общения человечества с демонами было несколько весьма любопытных и чрезвычайно занимательных прецедентов, если не обращать внимания на некоторые детали. Один из таких случаев нас и интересует. В трактате описывается, как один, не в меру смелый в своих изысканиях, заклинатель демонов решился получить демоническую силу. Надо заметить, что мощь это весьма и весьма невероятная. Так вот, суть в том, что он ее все же получил. Описывается, что среди прочих его возможностей было «исчезать и появляться по мановению мысли единой». Вот только прожил он совсем не долго, не успев насладиться своими возможностями. Не прошло и двух дней, как к нему заявился тот самый демон, лишенный силы, но не один, а сотоварищи. Беднягу так и не нашли. Но это не относится к делу. А относится вот что. Сила не способна существовать без живого источника – демона, у которого ее забирают. Если демон погибает, сила уходит, убивая своего носителя. Но Гарри был жив и «умер» вовсе не стараниями демона. После инцидента в Запретном лесу Гарри был у нас на глазах несколько дней, но никаких демонов по его душу не являлось, и это ставит меня в тупик. Я не могу понять, как вышло то, что в итоге вышло.
Снейп сосредоточенно разглядывал корешки книг, стоявших на стеллажах в кабинете Дамблдора.
– Значит, вы все же полагаете, что Поттер каким-то образом спутался с демонами? Но почему вы в этом так уверены?
– Один факт, полностью подтверждающий мою теорию. Между прочем, увиденный тобой. – Снейп удивленно изогнул бровь. – Реакция кентавров на то, что осквернена их святыня, была прямо противоположной той, которая ожидалась. Они просто ушли, не так ли, Северус? К сожалению, в последние времена Историю Магии преподают весьма скучно. Вот во время моей молодости это были куда более познавательные уроки. Если бы они были такими же и во времена твоей учебы, то ты, несомненно, запомнил бы один знаменательный факт в истории кентавров. Они связаны обещанием держаться подальше от любого проявления демонической активности. А кентавры чтят свои клятвы, сколь бы древними и невыгодными для них они были. Я не помню подробностей, но если не ошибаюсь, в стародавние времена, когда демонам был интересен наш мир, кентавры имели что-то, что могло сильно навредить демонам. Но их правитель в чем-то просчитался, и демоны подловили его на собственной ошибке, заставив дать такую клятву. Тем преимуществом, что было у кентавров перед демонами никто, кроме них самих воспользоваться не мог, поэтому противостояние было проиграно. Но вскоре демоны потеряли интерес к нашему миру. Кажется, у них начались какие-то междоусобные распри. Это было еще тогда, когда человечество находилось в зародышевом состоянии. Много-много тысяч лет назад…
Дамблдор замолчал, обратив все свое внимание на то, что пока длился его долгий рассказ, сладости закончились.
– Тем не менее, как бы там ни было с демонами, мы пришли к одному единому мнению – Поттер жив и явно собирается устроить Лорду несладкую жизнь.
– Да, Северус. – согласился Дамблдор, взмахом палочки наполняя блюдо лимонными дольками. – Меня беспокоит только, как это будет происходить. Это совсем не тот Гарри, которого мы все знали. Что он в состоянии сделать сейчас, мне неизвестно, но ясно одно – он стал очень силен и опасен, и цели его мне совершенно не ведомы, кроме того, что он будет мстить Тому. Скоро он даст о себе знать, и то, что может произойти – будет явно не мирного характера, если уж он так жестоко начал двигаться к своей цели.
– Альбус, вы боитесь, что мы можем получить нового Лорда? – с интересом спросил Снейп.
– Я этого не говорил, Северус, но может быть что угодно. Сейчас впереди будет тот, кто обладает большей информацией. И сдается мне, что Гарри тут первый, а Том Риддл – последний… Во всяком случае, пока…

Пушок сосредоточенно наблюдал, как Гарри, смотря на свое отражение в воде, тщательно сбривал поросль на своем лице мечом. Это было несколько неудобно – клинок был слишком широким для подобной операции, но парень старательно пыхтел и продолжал свое дело. Порезаться идеально острым клинком он не боялся. Как объяснил ему Дух, эти мечи ни в коей мере не могли нанести урон своему владельцу – с тем же спехом можно было попытаться ухватить левой рукой левую же руку. Они были его неотъемлемой частью. И если Блик просто согласился не повреждать своего владельца, что автоматически потеряло смысл, когда его разум был разрушен, то здесь была стопроцентная гарантия безопасности. На вопрос Поттера, почему же тогда меч режет его волосы, Дух ответил, что эта часть организма является мертвой, а, следовательно, на нее сие правило не распространялось.
Закончив процедуру бритья, Гарри задумался над тем, а не устроить ли ему еще и стрижку. Волосы хоть и были длинными, но так и остались лохматыми, чему немало способствовал Пушок, регулярно пытающийся прилизать прическу Гарри, но делавший в итоге только хуже. Парень давно перестал сопротивляться такой процедуре, тем более, что это было почти бесполезно. Хоть и в человеческом облике его сила заметно возросла, явно не соответствуя пропорциям тела, с нундой он мог справиться только в облике демона. Поэтому когда по началу он пытался сопротивляться, Пушок безжалостно придавливал его всем своим весом к земле и нагло вылизывал до тех пор, пока это ему не надоедало. Процедура могла продолжаться и пол часа, так что Гарри просто покорно терпел, пока по его голове прохаживались языком-наждаком. Зато он отыгрывался тогда, когда был в обличии демона, безжалостно хватая пятисоткилограммового полукота-полудемона, и вертел им как хотел. На протестующий рев он не обращал внимания, давая понять, что если он терпел такое расчесывание, то Пушок должен терпеть то, что его используют в качестве гантели для разминки.
Дух в это время лишь сетовал на то, что время можно было бы тратить и на более полезные вещи, например, тренироваться в перемещении. Гарри уже научился телепортироваться, используя свои способности. Чьи они были – Владыки или демона, Гарри не знал, но выглядело это эффектно. На мгновение его охватывали языки багрового пламени, и он исчезал. Присущего обычной магической аппарации хлопка не было. Все совершалось в полной тишине. Когда он только учился, то при перемещении от озера на площадку на вершине горы вышел казус, едва не закончившийся повторным падением в ледяную воду. Но он успел преобразоваться в демоническую форму и взлететь на вершину, благо, теперь он вполне сносно летал, пусть немного тяжеловато и неповоротливо. Когда же он попытался переместиться в форме демона, то с удивлением обнаружил, что это заканчивалось неслабым взрывом, причем как в том месте, откуда он исчезал, так и в том, где появлялся. Осмотрев сломанные взрывом деревья в радиусе двадцати метров, парень решил больше так не экспериментировать. Следующим уровнем было научиться переноситься не только одному, но еще и с кем-нибудь. Естественно, никого, кроме Пушка рядом не было, поэтому он торжественно был обозначен в подопытные кролики. Все прошло вполне успешно, если не учитывать немного подпаленную шерсть огромной нунды.
С оружием и вовсе было интересно. Первое удивление Гарри было вызвано тем, что когда он выпустил из рук мечи, они просто исчезли. Пока он недоуменно оглядывался в попытке понять, куда они делись, Дух самозабвенно ржал. Потом он объяснил, что их материальная форма удерживалась одним его желанием, точно так же, как и вызывалась. Когда же Гарри попытался вызвать их в облике демона, то и вовсе ничего не получилось. Дух как смог объяснил, что в такой форме восприятие Гарри было несколько другим, поэтому если он и хочет иметь мечи в обличии демона, то ему придется заново постигать всю суть призыва. Демон долго и самозабвенно пыхтел, не обращая внимания на протесты со стороны Пушка, желающего поиграть. У него все же получилось. Результат удивил его не в меньшей степени, чем в первый раз. Мощные огромные клинки были столь же черные, как и он сам. Будто сделанные из вороненой стали, мечи тускло блестели на солнце. Довольный своими усилиями, демон с легкостью взмахнул клинками. Они рассекали воздух с натяжным гулом, но такой высокой скоростью, что казалось, будто в руках демона не огромные мечи, а деревянные тросточки. Впрочем, для самого Гарри они и правда были легкими, как в одном, так и в другом состоянии.

– Ну и что теперь будем делать? – спросил Гарри, закончив поедать очередную грушу и завалившись на Пушка как на подушку.
Котяра даже не проснулся оттого, что на него прилег семидесятикилограммовый Поттер. Для него это был вес, сравнимый с крупной мухой. Впрочем, если бы на него свалился кто-нибудь другой, а не Гарри, то Пушок бы уже обедал.
– Кажется, ты готов. Надо возвращаться в твой мир – наконец то драконы обретут свободу.
– Да, но это не сделается быстро… Они рассеяны по всему миру и их немало. Как думаешь, сколько их сейчас на земле?
– Около полутора тысяч, но большинство из них живут под присмотром магов, так что тут легче. Просто приходишь в питомник, – Дух произнес «питомник» как немыслимое ругательство. – Вырубаешь охрану и организовываешь перемещение драконов оттуда – сюда.
– Просто звучит, но вряд ли все выйдет так же просто в действительности. Они меня послушаются?
– Это заложено в их природе. Даже через столько тысяч лет они узнают своего Владыку и пойдут за ним хоть куда. Вот с теми, кто живет на воле будет потрудней. Их хоть и меньше, но этих драконов еще нужно разыскать. Многие прячутся, стараясь скрыться от людей.
– Ну, если что, летать и перемещаться я умею. Найдем. А когда разберемся с этой задачей, то устроим разборку старине Тому. Я бы с удовольствием просто его сжевал, но хочу устроить ему незабываемый праздник со всеми последствиями.
– Хех… А когда-то ты сомневался, что сможешь ему противостоять.
– Я даже в самом страшном сне не мог представить, что стану таким. – хмуро ответил Гарри. – Мне иногда все же не по себе.
– Ничего, привыкнешь. Впереди у тебя вечность. Если, конечно, Пушок не загрызет тебя с голоду. Кстати, поосторожней с Воландемортом, его обещания на счет бессмертия были далеко не блефом и ты это знаешь.
– Понимаю. Значит, будем драться с равным по силе. Но у меня преимущество. Он не ждет меня и уж точно не ожидает ничего необычного.
Гарри зевнул, чувствуя, как на него наваливается сон.
– Вот только выыысплюсь, и отправимся… Пушка берем с собой?
– Как будто остается что-то другое… Во-первых, мне кажется, что он тут без тебя с ума сойдет, уж слишком сильно к тебе привязался. Этот негодник от тебя никуда. Даже позволяет использовать себя в качестве кровати. Не ахти, какая замена, но лучше чем на земле. А во-вторых, это неплохой союзник. Иметь под рукой не просто нунду, а практически наполовину демона, весьма полезно. Достаточно вспомнить, как он дрался тогда, в джунглях. Двоих из трех кошек он убил. Это учитывая то, что он не так уж сильно отличался от них размером. Третьей, если не ошибаюсь, он вырвал пару ребер с мясом, но у нее хватило сил убежать. Он неплохой боец, а в твоем мире таких вообще нет. Натравишь его на Нагайну, пусть порвет на кусочки. Воландеморту на радость.
– Точно… – Гарри уже засыпал.
Подвинув лапу Пушка, сползшую ему на голову, парень вырубился, погрузившись в сон без сновидений. После того, как он попал в этот мир, ему вообще перестали сниться какие-либо сны. Ни хороших, ни плохих, ни цветных, ни черно-белых.

Утро началось с того, что проснувшийся первым, Пушок долго тормошил Гарри, заставляя его проснуться, но тот, даже не обращая внимания на то, что спит уже на земле, лишь сонно отмахивался. Не в меру сообразительный кот не нашел ничего лучшего, как бережно ухватить Гарри за ремень зубами и совсем не бережно, рывком, швырнуть в воду. Когда из ручья вышел, уже злой не на шутку за такое пробуждение, демон, Пушок самозабвенно катал лапой по земле большой булыжник и косился на Гарри, делая вид, что ничего не произошло. Демона не смутил невинный вид нунды. Он молча сгреб начавшего сопротивляться Пушка и повторил его же трюк – зашвырнул в ручей. Прошло немного времени, но нунда не подавала признаков жизни. Когда демон приблизился к руслу, то из воды, подняв тучу брызг с яростным «МРРРЯЯУУУ» на него вылетела массивная кошка и сбила с ног.
Провалявшись так по земле еще некоторое время, и изрядно намяв друг другу бока, Гарри и Пушок отмылись от грязи и высохли. Нунда принесла Гарри его мантию. Тот ради смеха приложил ее к себе – она с трудом закрывала ему грудь. Преобразовавшись в человека, он одел мантию. Дырки на штанах она закрыла, скрыв так же полное отсутствие рубашки – ее растерзанные остатки сжевал Пушок, когда был еще маленький.
Гарри подобрал несколько не самых лучших кристаллов, потом взял найденный еще почти в самом начале голубой камень красивой формы.
– Зачем тебе это барахло? – спросил Дух?
– А во что я, по-твоему, буду одеваться и что есть? Соваться в Гринготтс мне совсем не хочется. Я испытываю сильные сомнения по тому поводу, что гоблины удержатся от рассказов обо мне воскресшем. А так обменяю камни в том же Лютом переулке и спокойно оденусь. Зря я наверно побрился, так меня трудней было узнать. Благо, что хоть мантия не школьная, а повседневная, без всяких нашивок и гербов.
– Как будто тебя кто-то узнает. Ты набрал в весе, отрастил волосы, да и лицо твое перестало иметь то туповатое выражение, что было у тебя раньше. А ты не боишься ходить в такое опасное место, как Лютый переулок? – ехидно спросил Дух.
Гарри оскалился и потрепал Пушка по загривку.
– Посмотрим на тех, кто будет против. Я их с Пушком познакомлю.
– Тогда пойдем. – подытожил Дух. – Будем вершить историю, которую никто не поймет.
Гарри обхватил за шею нунду, и они исчезли в вихре багрового пламени.

Поттер появился в переулке возле Дырявого Котла. Пламя подожгло мусор валявшийся под ногами и Гарри закашлялся. Пушок фыркал, недовольный вдыхаемым запахом. Попросив нунду стать невидимой и следовать за ним, Гарри накинул капюшон мантии и вошел в паб. В этот ранний час за столиками сидело несколько магов, потягивающих сливочное пиво и кое-что покрепче. Бармен Том сонно полировал стойку.
Когда Гарри входил в паб, то как-то не подумал о том, как туда же войдет далеко не маленький Пушок. Косяки жалобно скрипнули, но нунда на то и была кошкой, что бы уметь пролезать в узких местах. При ее окончательных размерах она была высотой почти с самого Гарри. Не обращая внимания на заинтересованные взгляды немногочисленных посетителей, Гарри закрыл входную дверь и направился к той двери, что вела в Косой переулок. Здесь проход был чуть пошире и нунда прошла без особых проблем. Гарри в замешательстве остановился у кирпичной стены. Он прекрасно помнил, к каким кирпичам нужно прикасаться волшебной палочкой, но вся проблема была в том, что ни палочки, ни тем более магии у него не было.
«Ты Владыка или нет?» Возмутился Дух. «Это же простейший энергетический замок!»
«Простейший или нет, но как его открывать без магии я понятия не имею…» Растерянно ответил Поттер.
«Эх… Не был бы ты Владыкой, назвал бы тебя балбесом» Беззлобно выругался бывший дракон. «Приложи руку к стене, так уж и быть, первый раз я сделаю все за тебя»
Гарри тряхнул головой и уперся ладонью в шершавый кирпич. Секунду спустя тот ощутимо нагрелся, но затем вздрогнул, и стена отодвинулась, открывая проход к магической улице. Первым делом, Гарри направился к ювелирному магазинчику, дабы получить деньги в обмен на кристаллы. Нунду он оставил у входа, шепотом попросив никого не трогать. Пушок вполне спокойно реагировал на прохожих. Видимо, он как эмпат хорошо чувствовал тех, кто мог быть опасным для него и Гарри, а кто нет.
Войдя в лавку, Гарри не снимая капюшона подошел к зевающему ювелиру. Тот, даже не глянув на клиента начал бубнить.
– У нас самый широкий выбор драгоценных магических изделий, все, что вы захотите, зачарованные кольца и перстни, обручальные кольца из магически заряженного золота…
– Мне нужны деньги. – прервал его бормотание Гарри.
Продавец встрепенулся, мгновенно избавившись ото сна. Он пристально осмотрел незнакомца, пытаясь разглядеть лицо под капюшоном, но Гарри стоял спиной к окну, поэтому ювелир ничего не увидел, кроме блеска глаз в темноте. Он подозрительно прищурился.
– Возьмите ссуду в Гринготтсе.
– Вы меня не поняли. Мне нужны деньги в обмен на это.
Парень положил на прилавок кристалл сапфира почти правильной формы, размером с грецкий орех. Ювелир не смог скрыть жадного блеска в глазах и дрожи в руках, но нашел в себе силы спокойно взять камень и сделать вид, что оценивающе разглядывает его через окуляр.
– Сколько вы хотите за него? – ювелир явно проверял парня, знает ли он цену того, что принес.
– Послушайте, я знаю, что у вас не хватит денег на его полную стоимость, даже если вы продадите все свое барахло вместе с лавкой, но мне нужны деньги. Три тысячи галеонов вы в состоянии наскрести?
Ювелир чуть не проглотил свой язык, услышав, сколько запросил Гарри. Мысленно восхвалив все части Мерлина, начиная с его бороды, ювелир едва поверил своей удаче. Замерев на несколько мгновений, он бросился в подсобное помещение, что-то несвязно бормоча.
Гарри усмехнулся, наблюдая за начинавшим сходить с ума от радости ювелиром.
«Вот она, людская жадность!» Возликовал Дух. «Он готов из себя выпрыгнуть, лишь бы заполучить такой камень. Интересно, что бы он с собой сделал, если бы ты продал ему тот голубой камушек?»
«Он не для продажи» Коротко ответил парень.
Ювелир тем временем торопливо поставил мешочек внушительных размеров на прилавок и с вожделением уставился на камень в руках Гарри.
– Надеюсь, пересчитывать не надо? – больше для издевательства, нежели для дела, спросил Поттер.
– Нет, что вы, у меня честный бизнес, я никогда не обманываю своих клиентов! – горячо заверил его ювелир.
– Поверю вам на слово. – усмехнулся Гарри, кладя камень перед ювелиром и забирая увесистый мешок.
«Теперь за одеждой» Сообщил парень, нащупывая загривок нунды.
Вместо загривка ему под руку попал хвост, который быстро выскользнул, что бы сменится языком, облизавшим ему всю руку.
В магазине одежды мадам Малкин посетителей еще не было, что сильно обрадовало Гарри. Впрочем, он заметил, что даже для уже не самого раннего часа народу на улице слишком мало. Но, долго не задумываясь, он принялся искать себе подходящую одежду. Быстро найдя ботинки, Гарри остановился перед шкафом со штанами. Решив, что на стоимости ему экономить не надо, поскольку в кармане старой мантии помимо голубого камня лежало еще пять кристаллов, он выбрал дорогие, но практичные штаны из кожи дракона. На возмущенные вопли Духа о том, что это просто охеренное святотатство, парень возразил, что, во-первых, кожа была получена от дракона умершего своей смертью, да и было это наверняка еще тогда, когда он, Гарри, был человеком. Да и нужно было что-то прочное, что бы не смотреть на дыры.
Рубашка его волновала не сильно, но он все же купил светло-зеленую, с коротким, рукавом, вспомнив, что на улице почему-то слишком тепло для начала марта. Дух, все еще сердито, пробурчал, что время в их мирах течет несколько по-разному, поэтому здесь уже начало лета.
Мантию он купил просторную, с огромным капюшоном, что бы полностью скрывать свое лицо. Заплатив и переодевшись, Гарри переложил свои нехитрые, но баснословно дорогие вещички в карман штанов, а немного исхудавший мешочек с галеонами в карман мантии и, оставив свои старые и измызганные вещи на ответственность мадам Малкин, вышел, что бы быть тут же обнюханным с головы до ног Пушком. Для пробы, пожевав рукав мантии и сделав на нем сразу же несколько дырочек от зубов, нунда довольно фыркнула. Гарри, посмотрев на пострадавший рукав, лишь вздохнул, порадовавшись тому, что Пушку не пришло в голову пожевать его штаны.
Не спеша подойдя к одному из проулков, ведущих к Лютому переулку, Гарри исчез сам, сразу увидев рядом с собой нунду. Та принюхивалась к доносящимся из проулка запахам и глухо рычала.
– Ничего, все хорошо, Пух… Без особой надобности никого жевать не будем, хорошо? Держись рядом. – Поттер похлопал Пушка по спине и двинулся вперед.
Зато в Лютом переулке народу было немало. То тут то там сновали маги странной наружности, вдоль скособоченных домов спешно прохаживались какие-то господа, строящие из себя явно не тех, кем являлись.
«И что мы тут делаем? И зачем?» Спросил Дух.
«Обменяем еще пару камушков. А деньги положу в Гринготтс на вымышленное имя»
«А что там этого не сделал?» Дух имел в виду ювелирную лавку, которую посетил Гарри.
«Ты хочешь смерти этого чудика? Он, увидев один камень, едва на тот свет не отправился. Если бы я ему предложил еще что-нибудь, то на мне точно была бы его бессмысленная смерть, вызванная приступом чего-то вроде нечеловеческого счастья» Пояснил Гарри.
Уже почти дойдя до той лавки, где торговали сомнительными драгоценными вещами с явным черномагическим уклоном, Гарри замер. В его сторону, важно вышагивали семеро в серебряных масках. Кто мог носить такие маски Гарри даже и не сомневался – слишком уж часто он их видел. Завидев пожирателей, все заблаговременно убирались с их пути – у населения Лютого переулка слуги Лорда были в почете.
Гарри шепнул Пушку несколько слов на ухо и, получив негромкое утвердительное «ффыррк» в ответ, вышел на середину улицы. Нунда стала недалеко от него, чуть ближе к пожирателям и хищно оскалилась. Пожиратели тем временем подходили все ближе. Когда тот, что шел слева, поравнялся с Пушком, ему оставалось жить лишь мгновение. Нунда, почти с лязгом выставив когти, размахнулась и нанесла человеку в маске чудовищной силы удар снизу вверх, распоров его от паха до глотки и запустив в свободный полет. Те, кто видели, что стало с пожирателем, утверждали, что он летел, умерев и потеряв внутренности еще задолго до приземления. Следующей жертвой Пушка стал пожиратель, шедший рядом с первым. Он в страхе успел пустить в воздух оглушитель, но, поскольку противника не видел, то никуда и не попал. Его нунда просто загрызла, вонзив зубы в грудную клетку, сокрушая кости и разрывая органы. Сердце человека превратилось в лохмотья еще до того, как он понял, что не жилец на этом свете. Гарри тем временем просто снес ближайшему к нему пожирателю пол головы. Двое из еще живых по кровавым разводам, то появляющимся, то исчезающим рядом с судорожно плевавшимся кровью пожирателем, поняли, куда следует бить заклинаниями, но сделать этого не смогли. Гарри не дал в обиду Пушка, и один из них свалился с перерубленным в пояснице позвоночником, а второй оказался без обеих ног и просто умер в агонии, истекая кровью. Пока нунда с хрустом переламывала своей третьей жертве все, что было возможно и нет, играючи швыряя тело лапами из стороны в сторону, Гарри выхватил из рук последнего, оставшегося в живых, палочку и схватил его за грудки. Затем втиснул в темный промежуток между домами, вырисовываясь перед в усмерть перепуганным пожирателем прямо из воздуха.
– Привет от Поттера с того света. То есть от меня. – холодно прошептал он, глядя в почти закатывающиеся от ужаса глаза. – Если скажешь, что там у Воландеморта в ближайших планах, то так и быть, отпущу живым. Говори!
– Я… я… н-н-е з-знаю н-н-нич-ч-че-е-его… О… от-т… пус-стит-те… – красноречие пожирателя просто поражало.
Гарри был на грани того, что бы начать жалеть это ничтожество. Он издал тихий свистящий звук, отдаленно напоминающий «кис-кис». Через пару секунд рядом с его головой появилась окровавленная морда нунды. Пушок «вежливо» улыбнулся пожирателю, продемонстрировав набор острейших зубов, и облизнулся. Пожиратель икнул последний раз и обмяк в руках Гарри.
– Пушок… Улыбаться не нужно было. Видишь, что вежливость делает с людьми?
«Если сможешь привести его в себя, заставь смотреть себе в глаза. Сказать он все равно ничего не сможет. А мозги я ему проверю» Сказал Дух.
«Ты что, вместо меня ментальной блокировке учился?» Удивленно спросил Гарри.
«Нет. А кто, по-твоему, заблокировал твое сознание? Все, кто пытаются прочесть твои мысли, натыкаются на меня, а я человеческому разуму, даже если это сам Воландеморт, не по зубам»
Гарри подумал, как ему привести упиванца в себя. Не придумав ничего лучшего, он просто двинул ему коленом под дых. Учитывая, что силы его несколько превосходили человеческие, шок болевой у пожирателя оказался сильней шока эмоционального, поэтому он со стоном пришел в сознание, пытаясь сложиться пополам. Гарри приблизил свое лицо к его, и тихо прошипел:
– Смотри мне в глаза…
Пожиратель лишь мельком заглянул в зеленые глаза Гарри, но оторваться уже не смог. Радужки Поттера чернели, покрываясь темными прожилками, через мгновение перекинувшимися и на белки глаз. Когда кроме черноты не осталось ничего, пожиратель вздрогнул и снова обмяк. Гарри брезгливо выпустил его мантию из рук и, повернувшись, ухватил за загривок Пушка, загораживающего выход на улицу.
– Пойдем, Пух, надо кое-кому отгрызть головы. Деньги подождут.



Глава 10. Часть четвертая. Исполнение - 1

Это утро было такое же, как и тысячи других до него. Начало дня на планете под названием Земля. Ну что, что этим утром было зверски изуродовано несколько человек. Они были несколькими из тех тысяч, что умерли подобной смертью за это время. На земле слишком много людей, и то, что миллионная доля человеческой популяции отправилось на тот свет, мало кого волновало. А те, кого это все же интересовало, были либо самими убийцами, либо близкими людьми погибших, либо теми, для кого почившие на том свете являлись потерянными пешками в большой шахматной партии, под названием Жизнь. Первые считали, что были правы и продолжали убивать, вторые оплакивали потерю, а третьи рассчитывали шансы на выигрыш. Оставим на время скорбящих и гроссмейстеров, и проследим за убийцами.
Пожиратели, придерживая на поводке гончих, выжидали, окружив жилище одной из известных, но бедных, чистокровных семейств Англии. Поместье, каковым оно не являлось даже с натяжкой, носило необычное для дома название: Нора. Некоторые его никак иначе, чем «Гнездом Рыжих» и не обзывали, но это мало чем волновало владельцев. Они не были гордыми и тщеславными людьми. Совсем наоборот, простодушными, добрыми и бескорыстными. Одним словом, совсем бесполезными и неугодными Лорду Судеб (ака Воландеморт). По этой причине в это замечательное, вроде бы, утро, они должны были погибнуть. Впрочем, Тома Марволло Риддла можно было понять – он на дух не выносил истинных гриффиндорцев, а Уизли были таковыми поголовно, с некоторыми отклонениями в разные стороны. Не все же одинаковые.
Слуги Лорда ждали сигнала, означавшего, что каминная сеть заблокирована. Им совсем не хотелось упускать своих жертв, поэтому раньше времени никто не дергался. Не то, что бы в кустах сидеть было уютно, но, по сравнению с наказанием за проваленную операцию от Господина, это было, несомненно, приятным времяпрепровождением. Но вот гончие слова не понимали, а что такое гнев шипящего и захлебывающегося ядом, почище своей ручной кобры, Воландеморта они и не представляли. Поэтому, когда в окне дома кто-то мелькнул, самая нетерпеливая тварь метнула шип. Несостоявшейся жертве повезло – он, разбив окно, прошел в сантиметре от тела и воткнулся в стену. Пожиратели услышали несколько голосов, но двигать в атаку не стали.
Перстень одного из них нагрелся, что служило сигналом к действию. Как раз в это время кто-то еще раз показался у окна, но в этот раз шип полетел после приказа пожирателя. Так же безуспешно, как и первый. Упиванцы уже было хотели ринуться в атаку, но… Те из них, что караулили парадный вход, а так же твари, бывшие с ними, не успели понять, почему так жестока жизнь – убийц убили. Настолько быстро, что никто и не успел убежать.
Стоявшим у черного входа повезло немногим больше. Они поймали и приперли к стене молодую девушку с каштановыми волосами. На развлечения, к сожалению, времени не было, поэтому было решено облегчить страдания жертвы, пригвоздив ее к стене усердиями гончих. Но едва твари пустили в ход свое оружие, вышло и вовсе невероятное. Стрелы остановились около девушки, а затем и вовсе исчезли. Пока пожиратели в ступоре хлопали зенками, силясь понять происходящее, а адские гончие почему-то пятились, поджав хвосты, девушка исчезла во вспышке небольшого пламени. Шипы, перепачканные каким-то темным веществом выпали из ниоткуда под ноги пожирателей.
– Господа, где ваши манеры? – голос заставил вздрогнуть всех до единого. – Мне кажется, или девушка совсем не хотела с вами разговаривать?
– Ты кто? – с показной смелостью выкрикнул один из пожирателей.
Тихий смех, раздавшийся в ответ, загнал души трех людей в масках в пятки.
– Хороший вопрос. Я сам хочу знать на него ответ. Лучше скажите мне, что это вы тут делаете? Ваш господин пожелал уменьшить численность рыжеволосого населения Англии?
– Какое твое дело? Покажись, или убирайся, пока цел! – пожиратели озирались, не понимая, откуда звучал голос.
Гончие, тем временем, поняв, что их никто уже не контролирует, попытались скрыться. Несколько секунд возни и визга за кустами, и к ногам воландемортовых прихвостней из зарослей шмякнулось искромсанное тело гончей.
– Убегать не советую. – предупредил голос. – А аппарировать и не сможете. Если не ошибаюсь, защиту ставил тот, кто сидел в засаде у переднего входа. Так что ее снять все равно не сможете.
– Что тебе надо? Мы выполняем приказ нашего Господина! Когда он узнает что ты, кем бы ты там ни был, встал на его пути, он сотрет тебя в порошок!
– Ну-ну… Потише, сейчас его здесь все равно нет, так что стирать в порошок меня некому. А вам это вряд ли по силам.
– А ты проверь! Согласны даже нападать не втроем, а только по очереди.
– Благородство пожирателя? Я удивлен… Мне на него плевать. Вы слишком большие ублюдки, что бы поступать с вами так же благородно. Я буду задавать вопросы, и хочу услышать на них ответы. Иначе вам не позавидуешь.
– Пошел ты! – пожиратель метнул оглушитель, но тот лишь разнес пол грядки с цветами.
– Плохой ответ. Я предупреждал. –холодно заметил невидимка. – Пушок, только одного.
Пока пожиратели пытались понять, кто такой Пушок, и что означало «только одного», послышалось тихое рычание и голова, не в меру «вежливого» и храброго не к месту, слуги Лорда, с треском сокрушаемых костей черепа и хлюпаньем выдавленного во все стороны мозга, превратилась в месиво.
– Это для тех, кто еще не хочет отвечать на вопросы честно. – позади двоих оставшихся из воздуха возникла огромная, черная от глаз до хвоста, кошка и выплюнула кусок кости, чуть не застрявший в зубах.
Пожиратели попятились перед монстром размером с быка. Один не выдержал психологической нагрузки на рассудок и с воплем ринулся в сторону. Нунда мгновенно отреагировала, здоровенной лапой отправив упиванца ломать ребра о стену. Позвоночник был сломан самой кошкой.
– Ты остался один… – сказал Гарри, материализуясь перед последним оставшимся в живых пожирателем.
Широкий капюшон мантии не давал рассмотреть лицо Поттера.
– Это что-то меняет? Кажется, я все равно умру, так зачем мне еще и что-то рассказывать?
Хотя его и трясла дрожь, но пожиратель все же держал себя в руках. Так иногда бывает, когда перед неминуемой гибелью человек становится спокойным и отрешенно реагирует на происходящее.
– Согласись, что смерть бывает разной. – спокойно возразил ему Гарри. – Она бывает легкой и не очень. Хотя, ты наверняка знаешь это хорошо. Профессия обязывает.
Пожиратель задумался. Ему совсем не хотелось умирать так, как умирал сейчас его товарищ. Не первый, второй, бившийся как мог в агонии с перебитым спинным мозгом и обломками ребер в легких.
– Тогда покажи мне свое лицо. – его просьба была несколько странной. – Я хочу видеть того, кто отправит меня на тот свет.
– Я удовлетворю твою просьбу, но вначале ты ответишь на мои вопросы. Поверь, я и так могу узнать все, что может только оказаться в твоих мозгах, но после этого они превратятся в бульон. Лучше отвечай. Где Воландеморт держит драконов, и где скрывается сам?
Пожиратель неосознанно дернул рукой, на которой находилась метка.
– Драконы где-то на севере. Старое и заброшенное поместье неподалеку от границы с Шотландией. Большего не знаю, сам я там не был. А убежище Господина скрыто, мы знаем лишь как попасть внутрь, когда он вызывает. Оно может быть хоть на южном полюсе.
– Хорошо, уже лучше. – кивнул Гарри. – Что это за твари, которых вы таскаете за собой?
– Их называют адскими гончими. Их создал Он, после того, как долго изучал меч, который забрал у Поттера. Им же он его и прирезал.
– Я в курсе. – сказал Гарри.
– Откуда? Свидетелей тому не было. – пожиратель на мгновение задумался. – Никак этот предатель Снейп рассказал?
– Что? – удивленно спросил Гарри. – Снейпа раскрыли?
– Давно. Странно, что ты этого не знаешь. Я ответил на твои вопросы.
– Видишь ли, я некоторое время отсутствовал. – сказал Гарри, скидывая капюшон.
Пожиратель обалдело вытаращился на него.
– Поттер?! Но ты же мертв!
– Ты не веришь своим глазам? – спросил Гарри, делая шаг к нему.
– Верю… – выдохнул маг и покосился на затихшего у стены коллегу. – Надеюсь, моя смерть не будет долгой.
– Могу тебя обрадовать, ты не умрешь. – сказал Поттер, срывая с пожирателя маску и схватив его голову двумя руками. – Правда, помнить уже ничего не будешь!
«Вычисти ему память к чертям собачьим, только не сделай из него овощ, как из предыдущего»
«Как хочешь» Ответил Дух.
Несколько секунд трепыханий и пожиратель остался дожидаться отряда авроров, валяясь на земле с девственно чистой памятью.
Гарри покачал головой, глядя на Пушка, собиравшегося уже было немного почавкать и третьего пожирателя. Попросив его побыть снаружи, парень забрал палочку Гермионы из кармана пожирателя и вошел в дом. Обстановка его почти не изменилась с того времени, как Гарри был здесь на Рождество, разве что отсутствовали некоторые вещи и сами хозяева.
«Что теперь? Надо обдумать то, чем нужно заняться в первую очередь» Предложил Гарри.
«Наверно в первую очередь лучше всего будет вызволить тех сородичей, которые находятся под присмотром Воландеморта. Но точного места мы не знаем, а метаться вдоль всей северной границы с Шотландией будет слишком долго» Сделал умозаключение Дух.
«Точно. Поэтому мы сделаем кое-что другое. Навестим Снейпа. Он как бывший приближенный старины Тома должен многое знать»
«Он же умрет от радости, едва увидев тебя» Хмыкнул Дух.
«Попрошу Пушка его откачать. Он это умеет. И заодно узнаю, где сейчас Чарли. Уизли наверняка в Хогвартсе, они должны знать, да и разоблаченному Снейпу наверняка больше негде сидеть, кроме как в школе»
«Как хочешь. Давай двигать отсюда, а то придется разбираться еще и с аврорами. И если ты не будешь делать с ними того же, чего с пожирателями вытворяешь, то Пушок точно разницы не заметит. Кстати, а почему ты не убил последнего?»
«Он достойно держался. Я буквально чувствовал его страх, но он все же не бросился с воплями куда глаза глядят, а еще и вполне спокойно говорил. Не надо воспринимать меня как маньяка. Убийство не доставляет мне никакого наслаждения… Я просто…» Гарри не мог подыскать подходящего слова.
«Убиваешь. Ты перестал быть сопливым мальчишкой. Хоть какая-то польза от демонического проклятия. Ранний ты, стоял бы и пускал сопли, заклинившись на вопросе «быть или не быть, убить иль не убить». Это нормально»
«Я не задумываюсь, когда это делаю… Все выходит само. Я как-то неэмоционально наблюдаю за тем, что делают мои руки. И это, по-твоему, нормально?»
«Брось, века три-четыре назад настоящие бойцы такими и были»
«Но я то не боец!»
«Тебя им сделали. Доволен таким выводом? Тогда пошли!»
Гарри, вздохнув, последний раз окинул взглядом обстановку в доме и вышел. Пушок был послушен и не тронул беспамятного пожирателя. Но он был существом умным, и так как ему ничего не сказали на счет других, то трупы, лежавшие на земле, больше напоминали грязные лохмотья плоти. Поттер засомневался на счет размеров садистских наклонностей Пушка, когда увидел, как нунда, без зазрения совести ухватив когтями человеческое тело, глухо шлепала им об землю. Впрочем, вспомнив, что кошки часто играют с добытой ими мышкой или птичкой, Гарри отмахнулся от таких подозрений. Пушок был вполне здоровым и очень общительным «котом». Большому коту – большие забавы.

Гермиона осторожно постучала в дверь кабинета директора. Тихие голоса разговаривающих смолкли.
– Входи, Гермиона. – пригласил ее Дамблдор.
Девушка закрыла за собой дверь. Снейп сидел в кресле и пил чай.
– Девочка моя, ты что-то хотела?
Герми молча положила перед Дамблдором большой голубой камень с геометрически идеальными гранями. Директор удивленно взял камень и, после недолгого изучения, взмахнул над ним палочкой. Кристалл засиял, словно яркая лампочка, и потух. Дамблдор оторопело посмотрел на камень, потом на Гермиону, а затем и не Северуса. Снейп взял протянутый ему голубой кристалл и завистливо вздохнул.
Гермиона совсем не понимала, что означает их удивление. В камне она видела лишь красивую безделушку и не более того, хотя у нее было подозрение на счет размеров стоимости этой красивой штуки.
– Гермиона, откуда это у тебя? – Дамблдор кивнул на кристалл в руках Снейпа.
Сам Снейп имел вид, ясно говорящий о том, что через мгновение он захлебнется слюной. Его глаза жадно изучали каждую грань камня.
– Нашла… – просто ответила она и добавила. – В кармане.
– Не порите чушь, мисс Грейнджер, когда это ваши карманы стали кладбищем для драконов?! – желчно выдавил из себя зельевар.
– Я немного не понимаю, о чем вы…
– Мерлин, мисс Грейнджер, вы все больше и больше становитесь похожей на Поттера. Теперь вот тупеете.
– Северус! Прекрати немедленно! Она просто не понимает, так незачем так язвить! – Снейп притих. – Как именно ты его нашла, дитя мое?
– После того, как рассказала вам всем о том, что произошло в Норе, мы с Джинни и Роном пошли к озеру. По пути, опустив в карман руку я нашла там вот это. Что это за камень, профессор?
– Нет ничего удивительного в том, что ты не узнала его, хотя наверняка много читала о такой замечательной вещи. Тебе говорит что-нибудь название «камень душ»?
– Редчайший минерал, получивший свое название из-за того, что начинает ярко светиться, если рядом есть призрак. Является ингредиентом для некоторых очень сложных и дорогих зелий. Его находили только в местах смерти драконов при раскопках. – девушка оторопела, посмотрев на камень. – Это он?!
– Да, мисс Грейнджер, вы наконец проявили хоть какую-то сообразительность. – едко заметил Снейп, вернув камень директору.
– Могу сказать по секрету, - Дамблдор подмигнул девушке. – это один из компонентов Философского камня. Но вернемся к тому, как он появился в твоем кармане. Ты ничего не помнишь на этот счет?
– Нет… – задумавшись, ответила девушка. – Мантию я надела только сегодня утром и ничего в карманах точно не было. Никто из семейства Уизли его положить не мог, естественно, о пожирателях можно и не говорить… Тогда не знаю, профессор.
– Ну, ничего, еще разберемся с этим. Камень по праву твой. – Снейпа перекосило как никогда. – Так что можешь делать с ним все, что тебе заблагорассудится. Но, если позволишь, я хотел бы немного изучить кристалл. Ты разрешишь мне ненадолго оставить его у себя?
– Конечно, профессор. – согласилась девушка. – Скажите, а сколько он может сейчас стоить?
Дамблдор улыбнулся, хитро посмотрев на Гермиону.
– Ну, если не ошибаюсь, то такой крупный и правильной формы экземпляр, как ингредиент для зелий стоит около семидесяти тысяч. Галеонов разумеется. А вот как камень для драгоценного украшения – несравненно больше. Из всех найденных камней душ только два было использовано для ювелирных украшений. Но не советую тебе его продавать пока. Он еще может пригодиться.
– Спасибо, сэр… – ответила удивленная девушка. Я пойду, пожалуй…
Когда дверь за ней закрылась, Снейп зло прошипел:
– Ну почему всегда везет, кому попало, а не достойным людям, которые смогли бы использовать такую вещь для полезных дел???
– Ты имеешь в виду себя, Северус? – с улыбкой спросил Дамблдор. – Это, конечно, потрясающая находка, но более удивительно то, как такой камушек попал к мисс Грейнджер. У нее появился могущественный благодетель.
– Тут долго не надо думать, кто бы это мог быть. Стоит Поттеру что-нибудь сделать, как это станет заметно любому, кто хоть немного способен логически мыслить. Что-то он разошелся. Если мисс Грейнджер обязана ему своим спасением и таким подарком, то можете даже не сомневаться, что у Норы авроры опять найдут кучу истерзанных трупов.
– Боюсь, что ты прав, Северус. – хмуро ответил Дамблдор.
В это время дверь кабинета открылась…

Гарри появился на окраине Хогсмида, держа Пушка за ухо. Нунде это не нравилось, и она недовольно ворчала, пока парень не отпустил ее. Улицы магической деревеньки были пустыми. Нее было ни школьников, ни жителей. У Гарри создалось впечатление, что все внезапно вымерли.
Попросив Пушка исчезнуть и не отходить далеко, и, тем более, ничего не трогать, Поттер медленно пошел в сторону школы. Изредка он чувствовал, как за ним наблюдают. Вот дернулась занавеска на окне, там чуть скрипнула дверь. Гарри усмехнулся, когда в одном из окон появилось любопытное детское личико.
«У них тут, что, Темный Лорд каждый день по улице прогуливается, что они боятся на улицу даже нос высунуть?»
«Скорее не он сам, а его слуги с гончими» Поправил Дух. «Но суть дела это не меняет. Они сильно запуганы»
«Точно. И так им хочется, что бы эта война закончилась… Будто, пока все отсиживаются по домам, Лорд подохнет со скуки. Пушка им показать для разнообразия, что ли? Хотя наверно не стоит. Смелости им это точно не добавит»
«Меня вот что интересует. Как ты собираешься предстать перед теми, кто считает тебя мертвым?» Поинтересовался Дух.
«Молча и только перед теми, кто может дать мне полезные сведения. Остальные сами узнает. Я не собираюсь устраивать показ себя живого всем подряд как восьмое чудо света»
«Так уж совсем никому?» Ехидно хмыкнул Дух. «Даже хорошенькой девушке с каштановыми волосами?»
Гарри вздохнул. Он боялся этого вопроса.
«Назови мне хотя бы три причины, что бы это сделать»
«Она будет несказанно рада. Наверно. Ты будешь рад сам, если поговоришь с ней. Да и тебе кое-что нужно ей вернуть»
«Будет она рада или нет – это еще не известно. Буду ли рад я? Быть может, но зачем? Я не тот, кого она привыкла видеть. Я сам не знаю, кто я. Я вообще запутался. А палочку можно всучить тому же Снейпу, он передаст»
«Как знаешь. Но сдается мне, что твое появление в Хогвартсе пройдет весьма и весьма бурно»
«Посмотрим. Не привыкать»
Гарри подозвал Пушка, принявшегося точить когти об угол одного из домов. Скрежет стоял еще тот, а щепки летели во все стороны.
– Ну, что, дружок, пойдем, напугаем старину Снейпа.

Подойдя к замку, Гарри удивленно осмотрел окрестности в поисках хоть одного ученика, но школа пустовала.
«Ничего не понимаю… Все вымерли, или отменили занятия?»
«Первое вряд ли, а вот второе наверняка. Похоже, что родители не хотят ставить под угрозу безопасность детей и держат их под своим присмотром» Предположил Дух.
«Хм… Знаешь, я такого ожидал, но не так быстро. Хотя, черт его знает, чего тут наделал Воландеморт» Заметил Поттер. «Посмотрим, что тут внутри. Такое впечатление, что замок покинули все его обитатели»
«Пойдем и убедимся в этом. Или в обратном. Без разницы»
Гарри, хмуро оглядываясь, вошел внутрь. Под ноги подвернулась кошка Филча.
– Хоть что-то не меняется… – пробормотал парень, собираясь по привычке напугать животное.
Но кошка с истошным воплем убежала, едва вслед за Гарри вошел Пушок. Хоть нунду и не было видно, миссис Норрис почувствовала, что появился кто-то грозный.
Вслед за кошкой появился старый Филч. Ему явно не понравилось, что на его любимицу кто-то напал. К слову сказать, смотритель Хогвартса был не в себя от счастья, когда школу прикрыли. Самыми ненавистными существами в мире он считал везде гадящих, непослушных и буйных студентов. Хрыч остановился, увидев человека в мантии с опущенным капюшоном, и рефлекторно попятился на пару шагов, справедливо полагая, что от подобных личностей можно ждать чего угодно. Хоть насмешки, хоть Авады в лоб.
– Кто вы и что вам надо? – зло спросил он.
Гарри тихо усмехнулся.
– Кто я, вам знать не захочется, мистер Филч… А вот что надо – могу сказать. Мне нужен Северус Снейп. Он у вас тут работал преподавателем зельеварения.
– Я не знаю, где он. – скрипуче отозвался смотритель. – А если не назоветесь, я позову директора – он быстро вытряхнет из вас дух.
«Зачем меня вытряхивать, мне и тут хорошо!» Хихикнул Дух.
«Он не про тебя» Ответил Гарри.
«Да я знаю! Где твой юмор?» Возмутился Дух.
«Пушок слизнул»
– Тогда скажите, где директор.
– Я ничего не буду говорить, пока вы не назоветесь! – Филч выдвинул ультиматум.
– Так стойте здесь и молчите. Я сам найду. – Гарри двинулся вглубь замка, игнорируя Филча.
– Эй! Стой, кому говорю!
Филч попытался схватить Поттера за одежду, но наткнулся на что-то теплое, влажное и острое.
– Пушок, только напугай. Больше не надо. – сказал Гарри и пошел дальше.
Завхоз отдернул руку от неизвестного ему объекта и истошно заорал, свалившись в обморок. Ему всего лишь на секунду показалось на глаза то, к чему он прикоснулся. Оскаленная пасть существа, которое не могло присниться даже в самом страшном кошмаре. Нунда только «улыбнулась», снова исчезнув, но Филчу этого хватило сполна.
Гарри шел к кабинету директора. Этого было не избежать. Ему нужна была информация о том, что произошло за то время, пока он отсутствовал, о том, где находились Снейп и Чарли Уизли.
Подойдя к горгулье, он чуть было не занялся старым добрым делом – перечислением всевозможных сладостей. Но послышался шорох передвигающейся лестницы. Кто-то выходил из кабинета директора. Гарри, не желающий иметь ненужных встреч, исчез, оттащив стоявшего посреди коридора Пушка к стене. Горгулья отодвинулась, выпуская Гермиону. Парень вздрогнул, увидев ее, но медлить не стал и, велев нунде смирно сидеть снаружи, проскочил за закрывающую вход статую. За дверью раздавалось два голоса, в которых Гарри с удовлетворением узнал Дамблдора и Снейпа.
Он стал видимым и открыл дверь. Дамблдор не двинулся с места, но Снейп выхватил палочку и навел ее на парня.
– Всегда знал, что ты хочешь убить меня, но вот чтобы на глазах у директора школы – не ожидал. – сказал Гарри, обращаясь к зельевару.
– Проходи, Гарри. – Дамблдор движением палочки пододвинул к столу кресло. – Мы ждали тебя.
– Сюрприза не вышло. – с притворным сожалением пробормотал парень, скидывая капюшон.
– Мы как раз говорили о тебе с Северусом.
– Вы поняли, что я не умер? – спросил Гарри. – Я не думал, что это так просто будет сделать.
Снейп нашел в себе силы промолчать на тот счет, как вредно думать Поттеру.
– Мы сделали такой вывод совсем недавно, Гарри. – директор пододвинул к парню блюдо с лимонными дольками. – Угощайся.
– Спасибо, профессор Дамблдор. Я почти четыре месяца ничего, кроме растительной пищи в рот не брал.
– Мне было бы очень интересно узнать о том, что произошло после того, как ты отдал меч Тому.
– Хм… Это вам лучше не знать. Да и практической пользы вы от этого не получите – там, где я был, все равно не сможет побывать никто из людей.
– Поттер, а себя ты уже человеком не считаешь? – ехидно осведомился Снейп.
– Нет. Им я перестал быть довольно давно. Впрочем, вы знаете когда. Дырку на мантии заштопали? – как бы между прочим, поинтересовался Гарри.
Снейп пропустил мимо ушей последнюю реплику.
– Не вижу различий вас от рода человеческого. А как же руки, ноги, голова? Это никуда не делось.
«А так же шесть рогов, два крыла, острые зубы и длинные когти» Поправил Дух.
– Успокойся, Северус! Ты сегодня явно не в себе. – Дамблдор поубавил пыл Снейпа. – Гарри, ты можешь и не рассказывать, но ведь что-то тебя сюда привело?
– Вы правы, сэр. – согласился Поттер. – Мне нужно знать некоторую информацию относительно Воландеморта.
Снейп вздрогнул, услышав имя бывшего хозяина.
– Позволь поинтересоваться, Гарри, зачем она тебе?
– А вы как думаете, профессор? – усмехнулся парень. – Уж точно не для того, что бы поздравить с днем рождения. Мне нужно знать, где этот ублюдок держит драконов.
– Драконов? А не много ли ты хочешь, Поттер? – осведомился Снейп.
Гарри спокойно посмотрел на него.
– Вот объясни мне, Снейп, что такого я тебе сделал, что ты ко мне прикапываешься? Если хочешь сделать меня своим врагом – продолжай в том же духе. – парень повернулся к Дамблдору. – Директор, видите ли… Как бы вам это объяснить?
Гарри покосился на Снейпа.
– Я, быть может, расскажу вам мои некоторые цели, но дело в том, что чем меньше людей об этом знают, тем лучше. Понимаете?
– Я понимаю, Гарри. Тогда поговорим об этом чуть позже. У меня все же есть несколько вопросов относительно событий, произошедших сегодня. Если не ошибаюсь, кое к чему ты имел непосредственное отношение.
– Скажите, что именно, и я отвечу, имею ли к этому отношение.
– Ну, например, инцидент в Лютом переулке. – начал директор.
– Это да… – согласился Поттер. – Их я там встретил случайно. Просто шел обменять кое-что на деньги, а они попались на пути.
– Гарри, но стоило ли делать это так…
– Жестоко? – продолжил Гарри. – Было бы забавно представить, как я пытаюсь мирно поговорить с пожирателями. Не так ли?
– Да, Гарри. Но все же, впредь тебе неплохо было бы быть помягче.
– Сэр, они сделали свой выбор тогда, когда присягнули на верность своему господину и когда стали убивать. Я не судья, но уберу любого, кто встанет на моем пути.
– Поттер, ты не в Темные Лорды ли метишь? – спросил Снейп. – меры вполне подходящие.
Гарри хмыкнул.
– Какого Мерлина мне сдался этот мир, в котором столько трусов, убийц и тех, кто не может даже оказать сопротивления гнету старого выжившего из ума мага-полукровки, возомнившего себя властителем всего сущего? Конечно, гораздо проще свалить все заботы директора школы и мальчика, который предпочел бы и вовсе не рождаться, чем жить так. И, к вашему сведению, у меня есть свой мир. Такой, который не предаст, ежегодно перемывая мне все кости в идиотских вымыслах на газетных полосах.
«Какая речь! Какое воодушевление! Тебе бы с трибуны так вещать»
«Замолкни. Мне не смешно»
«Эх…»
– Успокойся, Гарри, ты же знаешь Северуса. Друзья мои, не ссорьтесь. Сейчас не время и не место. – Дамблдор остудил обоих. – Гарри, что произошло с теми тремя пожирателями, которые были истерзанны? Специалисты из Св. Мунго по моей просьбе сделали вот это.
Директор подал парню слепок клыка. Поттер улыбнулся, повертев в руке гипсовый зуб.
– Это…
Его речь была прервана женским криком, раздавшимся с наружи.
– ПУШОК! – рявкнул Гарри буквально вылетев из кабинета. За ним поспешили Дамблдор и Снейп.
Горгулья отпрыгнула, выпустив парня в коридор. Картина, представшая его глазам, могла бы насмешить до слез, если бы не была столь неожиданной. На полу лежала Джинни, а Пушок, стоящий рядом, «нежно», как ему самому казалось, нализывал ей лицо.
– Ох уж мне! Если она тебе так понравилась, то вовсе незачем столь бурно показывать ей свою любовь!
Снейп и Дамблдор, выбежавшие в коридор минутой позже, оказались свидетелями потрясающей сцены. На полу без сознания лежала девушка, а Поттер отчитывал за непослушание огромного монстра, оттаскивая его в сторону за ухо. Нунда виновато смотрела в пол и пыталась лизнуть ускользающую руку Гарри. Неизвестно, чего померещилось Снейпу, но он, не задумываясь над последствиями, вытащил палочку и метнул в Пушка заклинание. Вспышка, попавшая в бок нунды, не заставила зверя даже вздрогнуть, но сам факт нападения был очевиден. Пушок незамедлительно развернулся, вперив взгляд почти неразличимых на фоне черной шкуры глаз в нападавшего. Снейп судорожно сглотнул, уже рисуя в воображении взвившуюся в прыжке нунду. Но этого не случилось. Гарри быстро оказался перед Пушком и схватил его за длинные клыки.
– Тише, Пух, тише! – парень погладил шею кота. – Он свой. Просто тебя испугался.
Затем Гарри повернулся к Снейпу.
– Учти на будущее – в следующий раз я могу не успеть его удержать. Поверь мне, ты будешь выглядеть не лучше, чем те пожиратели.
Зельевар стоял с серым лицом, не то от страха, не то от невозможности выразить все свое возмущение, проклиная про себя Поттера и его ручную машину для убийства. Нунда приподняв верхнюю губу, обнажила зубы и зарычала.
– И еще. – добавил Гарри, положив руку в полуоткрытую пасть зверя. – Он эмпат. Так что не стоит так усиленно думать то, чего сказать не можешь.
Парень подошел к лежащей девушке, возле которой уже хлопотал Дамблдор.
– Как она, сэр?
– Физически – в порядке. Просто напугалась до обморока.
– Это можно понять… Вид у Пушка отнюдь не добродушный, хотя сам он добрейшее существо. Всего то, хотел показать ей, что она ему понравилась. Мне иногда кажется, что это не кот, а собака.
– Кот? – переспросил директор, приводя в себя девушку. – Он, мягко говоря, не похож ни на одного представителя семейства кошачьих.
– Это нунда. Только из-за некоторых вещей – необычная.
Джинни медленно открыла глаза и, пару раз моргнув, узнала Дамблдора.
– Профессор… Мне тут такое показалось… Гарри?! – вскрикнула она, едва посмотрев на парня. – Но… как?
– Это долго рассказывать, дитя мое, и слушать это надо вовсе не лежа на полу в коридоре. Тебе нужно к мадам Помфри, пусть она даст успокаивающее.
Джинни села, приходя в себя, но едва глянула за спину Поттера, в ужасе попыталась отползти назад.
– Тише, Джинни, он тебя не тронет! – успокоил ее Поттер, вставая с колен и подходя к косящемуся на Снейпа Пушку. – Прости, что он напугал тебя, это я виноват. Пушок всего лишь хотел подружиться с тобой. Не обращай внимания на внешность, он не опасней хагридова Клыка.
Гарри потрепал нунду за загривок.
– Джинни, это Пушок. Пушок, это Джинни. Будь с ней добр и больше не пугай.
Нунда, извиняясь, ткнулась в руку Гарри и прихватила зубами рукав, ставший после этого лохмотьями. Парень лишь вздохнул, посмотрев на то, что когда-то было рукавом. Дамблдор аккуратно подошел к ним и легко прикоснулся к шерсти нунды. Пушок повернулся к директору и понюхал его длинную бороду. От участи рукава ее спас Гарри, в последний момент потянув кошку на себя.
– Простите, сэр, он любит что-нибудь жевать. Когда был маленьким, то мою рубашку вообще целиком съел.
Пока Гарри рассказывал Дамблдору о Пушке, а Снейп стоял возле стены и пытался думать о чем-нибудь, не относящемся к Поттеру и его нунде, Джинни, незаметно для всех, ушла. Девушка быстро, но, все еще шатаясь от пережитого стресса, добралась до гостиной Гриффиндора, где сейчас должны были находиться Молли, Артур, Билл, Рон и Гермиона. Чарли с ними не было, а близнецы где-то пропали, сообщив только, что им нужны некоторые вещи для их экспериментов, а в Хогвартсе такого нет.
Джинни вошла в гостиную, и устало села в кресло. Как сказать то, что собиралась, она не знала – слова куда-то разбежались.
Все взволнованно уставились не нее – девушка была бледной настолько, что веснушки, резко выделившиеся на коже лица, можно было посчитать с расстояния в несколько сот метров.
– Сегодня странный день, не так ли? – спросила Джинни, не зная, что сказать.
– Девочка моя, что опять случилось? – Молли сложила руки на груди в умоляющем жесте.
– Я… – Джинни вздохнула и начала с самого начала. – Я нашла Филча без сознания, недалеко от выхода из замка. Подумав, что в обморок он не просто так свалился, я пошла к кабинету директора, что бы предупредить его. Но там…
– Что там!? – не выдержала Молли.
– Там огромная тварь и Гарри. Живой Гарри. - выдохнула молодая волшебница.
– Джинни, дорогая, с тобой все в порядке. – спросил ее отец. – Гарри умер пол года назад.
– Да черта с два он умер! – сорвалась младшая Уизли, дав волю расшатанным обмороком нервам. – Не верите – найдите профессора Дамблдора или Снейпа! Они были там все вместе…
Пока все думали, что было правдой, а что ложью, Билл выскользнул из гостиной. У входа в кабинет директора он никого не нашел, а горгулья сказала, что самого Дамблдора в кабинете нет. Пораскинув мозгами, Билл отправился в Большой зал, справедливо полагая, что найдет там того, кого искал. Едва войдя, он замер. За одним из столов сидел директор, а рядом с ним, спиной к входу, в темной изорванной мантии и длинными черными волосами, сидел человек, в котором Поттера можно было узнать с большим трудом.
– Гарри? – выдохнул Билл.
Парень повернулся на звук голоса и чуть улыбнулся.
– Привет, Билл. Давно не виделись… – он махнул рукой, приглашая сесть рядом. – Я смотрю, весть о моем возвращении разлетается слишком быстро. Боюсь, что еще минут десять, и сюда явится Фадж под ручку с Воландемортом поздравлять меня с чудесным воскрешением.
– Не шути так, Гарри. – мягко сказал Дамблдор. – Билл, все уже знают?
– Ну да… – кивнул Уизли, рассматривая Поттера. – Джинни рассказала, но, похоже, родители подумали о том, что у нее после того, что случилось в Норе, началась горячка. Знаешь, Гарри, Гермиона и Джинни сегодня только чудом спаслись от пожирателей, когда покидали наш дом…
– Я знаю, Билл. – хмуро ответил парень. – Я там был.
– Но… как? Тогда… Это ты не дал погибнуть Гермионе?
– Я.
– А что с пожирателями? Там ведь были и гончие! Как ты ушел от них?
– Хм… Билл, как бы это тебе сказать… – начал осторожно Гарри. – Это они не ушли от меня. Остальное, я думаю, не нужно рассказывать…
– Хорошо, как захочешь… – Билл призадумался. – Джинни еще говорила про какого-то монстра. Ей померещилось?
– Вовсе нет. – хмыкнул Поттер. – Она Пушка увидела и в обморок упала. Он пытался ее облизать. Весьма любознательное животное. Правда, Пушок?
Из пустоты неподалеку послышалось тихое мурчание-рычание довольной обедом нунды. Эльфы притащили ей насколько окороков, поэтому кошка хоть и не до отвала, но наелась.
– Он тут? – спросил Билл.
– Ага. – кивнул Гарри. – И лучше тебе самому его увидеть, нежели он неожиданно появится перед тобой и попытается об тебя погладиться. Он добрый. Пушок, покажись и поздоровайся с Биллом.
Билл икнул. Всего в паре метров от него, постепенно, но быстро, словно собираясь из молекул, появилась черная, как безлунная ночь, кошка и «улыбнулась», обнажив все зубы. Затем Пушок исчез, так же как и появился, но Билл еще с минуту потрясенно смотрел на то место, где сидела нунда. Дамблдор лишь наблюдал.
– Это… это…
– Пушок. – коротко ответил Гарри.
Билл шумно сглотнул.
– Ты где такого достал?..
– Далеко. – уклончиво ответил парень. – Билл, я хотел кое-что у тебя узнать. Глее сейчас находится Чарли?
– А?.. Чарли? Он сейчас в Румынии, охраняет своих горячо любимых питомцев. Он был тебе нужен?
– Мне нужно кое-что у него узнать. Сэр, вы не против, если мы прогуляемся на улицу и поговорим?
– Идите. Мне еще нужно уладить несколько дел, да и Аластор наверняка давно ищет меня, что бы сообщить о том, что нашли авроры в Норе.
– А что они могли найти у нас дома? – спросил Билл, когда они вдвоем с Гарри вышли на улицу.
– Если тебе так интересно знать, то трупы пожирателей и нескольких гончих.
– Это… Пушок постарался? – с содроганием спросил Билл.
– Да, в большинстве своем… Пушок – хорошее существо. Своих он в обиду не даст, и если им угрожает опасность, то горе тем, кто эту опасность представляет.
– У тебя хороший телохранитель… – сказал Билл.
– Он не телохранитель. Он друг. Ты не представляешь, насколько это умный кот.
– Это кот?!
– Ну да. – хмыкнул Гарри. – Нунда. Он нашел меня, когда был совсем маленький. Толи что-то случилось с его матерью, толи он потерялся, но когда я его увидел, это был до полусмерти голодный и испуганный котенок. Я выходил его, и он стал моим другом. Вот так вот и вышло.
– Ты не сидишь без дела, Гарри… – заметил Билл. – Ты где пропадал? Мы думали, что ты умер.
– Как видишь, я жив. А что до того, где я был, то нет смысла это рассказывать, ты просто не знаешь этого места. Извини, Билл, может быть потом.
– Ничего, старина… А ты стал каким-то другим. И внешне, и поведение у тебя теперь не то…
– Быть может… – пробормотал Гарри. – Ты лучше расскажи, как там мистер и миссис Уизли?
– Как обычно… Мама все так же кричит на близнецов за их проделки, Рона за то, что не чистит уши, а отец закрывает на это глаза, не желая оказываться меж двух огней. Вот только сегодня утром профессор Дамблдор узнал о том, что на Нору готовится нападение. Мы спешно эвакуировались, но Гермиона и Джинни вернулись, что бы забрать какие-то вещи. Ну, а дальше ты знаешь сам.
Они подошли к берегу озера. День близился к завершению, солнце опускалось все ниже и ниже к горизонту, окрашивая небо в тона заката. Пушок развалился на траве, а Гарри привалился к нему. Билл от такого, сомнительного на его взгляд, удовольствия отказался и просто присел на землю рядом.
– Сколько ему лет? – спросил Билл, кивнув на невидимого Пушка.
Было забавно видеть, как Гарри лежал, оперевшись спиной на воздух.
– Примерно пять месяцев. Но, думаю, больше он расти не будет.
– Всего пять месяцев? Но это же мало!
– Он вырос так быстро из-за некоторых воздействий извне, скажем так. И он совсем не похож на обычную нунду, если ты заметил.
Дерн рядом с Поттером глубоко взрыло, оставив на земле четыре глубоких борозды. Билл покосился на след от когтей.
– Грозное у него оружие, однако…
Пушок шевельнулся, давая Гарри понять, что хочет встать. Поттер отстранился от нунды и та в два прыжка преодолев расстояние до озера, с шумом плюхнулась в воду.
– Он у тебя еще и плавает?
– Ну да. Он не боится воды, как его сородичи. Мне иногда кажется, что в нем есть что-то от собаки. – Гарри оглянулся и увидел, как от замка в их сторону кто-то идет. – Вот сейчас придется еще кому-то объяснять, что Пушка не стоит бояться.
Билл посмотрел туда же и узнал Гермиону.
– Похоже, тебя ждет трудный разговор. Я пойду, пожалуй. Удачи, Гарри!

Парень стоял у самой кромки воды и всерьез подумывал о том, что бы сбежать, куда глаза глядят. Он не был готов к разговору. Ему сильно хотелось так же как Пушок прыгнуть в воду и уплыть, оставив позади все. Вскоре послышалась тихая поступь девушки. Гермиона остановилась чуть позади Поттера.
– Привет, Гарри…
Парень, чуть повернув голову, глянул на нее.
– Привет, Герми. – он не знал, что сказать. – Как ты?
– Ничего, вроде бы… Здесь все изменилось, пока тебя не было…
– Я заметил. – кивнул он, продолжая наблюдать за волнами, создаваемыми купавшимся вдалеке Пушком. – Так и должно было быть, наверное…
Пауза затянулась. Девушка хотела что-то сказать, но не находила слов, а Гарри лишь напряженно вглядывался вдаль.
– Знаешь, когда-то я был другим… – начал он. – Более наивным. Более простым. Мне казалось, что если уничтожить Воландеморта, то воцарится покой и тишина. Но так не будет. Никогда. Всегда найдется какой-нибудь урод, желающий разделять и властвовать. Кто такой Том Риддл? Да никто. Очередной Темный Лорд, один из многих, что были до него. Люди сами создают себе властителей. Что будет, если завтра во всех газетах напишут, что я жив? Многие наверняка подумают: вот вернулся Мальчик-Который-Все-Время-Выживает и уничтожит Лорда. Знаешь, что я сделаю?
Гарри впервые повернулся и посмотрел в глаза девушке. Та лишь покачала головой.
– Я никогда не убью его, чего бы ужасного он не сделал. – он вновь обратил свой взгляд к водной глади. – Я оставлю его проклятую жизнь ему в наказание. Сегодня, когда я шел через Хогсмид к школе, то видел, как жители подглядывали за мной через щели и прикрытые занавески. Они боятся. Боятся шевельнуться для того, что бы хоть немного воспротивиться насилию, вершимому Лордом и его пожирателями. Так зачем, скажи мне, избавлять их от Воландеморта? Быть может позже, когда их окончательно загонят по углам, они начнут действовать. А на кого сейчас надеется магическое население? На Дамблдора? Ему бы сейчас сидеть на положенной пенсии и поглощать лимонные дольки, вместо того, чтобы спасать задницы неблагодарных людей, готовых при малейшей ошибке облить его грязью. Ведь так уже было, и не раз. Так кто такие люди? Никто… Песок, перекатывающийся в течении времени. Убьют этого Лорда – появится другой. Так было и будет…
– Но как же тогда быть? Сложить руки и спокойно умирать? – спросила девушка.
– Нет. Научиться задумываться о том, что делаем. И что выбираем. А до тех пор жизнь в этом мире так и останется одним лишь выживанием.
– А ты? Что будешь делать ты, Гарри?
– Я? – парень повернулся к девушке и шагнул к ней ближе. – У меня есть свои цели, и я постараюсь их выполнить. А до остального мне мало дела. Я не всесилен, что бы спасать целый мир.
Гермиона хотела, уже было, спросить, что это за цели, но тут из воды что-то вылетело и, громко фырча, снесло Поттера в сторону на добрый десяток метров, крепко приложив об землю. Герми окатило волной брызг.
– Гарри!!! – закричала она,
– Все… тьфу… в порядке… – прохрипел оглушенный ударом об землю Гарри, отплевываясь от воды. – Ты не меняешься, Пушок…
Парень нащупал зубы нунды и ухватился за ее клыки. Невидимая кошка одним легким движением головы поставила его на ноги.
– Пушок, сядь! – приказал он расшалившемуся зверю, принявшемуся опять лизать волосы Гарри. – Гермиона, познакомься с моим другом. Он немного необычно выглядит, но это кот. Как Живоглот, только черный и чуточку больше. Ай, Пух, оставь мои волосы в покое! Покажись даме и веди себя хорошо!
Возле Гарри проявился Пушок, довольно фыркая и вежливо улыбаясь. Парень, видя признаки шока на лице девушки, для наглядности безобидного нрава нунды, положил ему на розовый язык в раскрытой зубастой пасти руку.
– Не бойся! – он махнул Гермионе, прося подойти ближе. – Он не злой и совсем не кусается. Только волосы береги, а то будут как у меня.
Гарри ткнул пальцем в свою, стоящую дыбом, шевелюру. Девушка осторожно приблизилась к Поттеру и Пушку. Медленно протянув руку, она погладила ему шею. Впрочем, до головы она дотягивалась с трудом. Сидящий Пушок был гораздо выше стоящего. И если стоя он был всего на пол головы ниже Гарри, то когда усаживался, становился гораздо выше.
– Хочешь, он тебя прокатит?
Прежде, чем ошеломленная девушка смогла хоть что-то возразить, парень заставил Пушка лечь и с легкостью посадил ее ему на спину. Гермиона подивилась силе Гарри: он поднял ее, даже не напрягаясь. Пушок с грациозной силой встал и медленно пошел вдоль берега. Парень шел рядом, положив руку на бок нунды. Гермиона вначале напряженно сидела, вцепившись, как могла, но потом, поняв, что упасть ей не дадут, расслабилась.
– Это… удивительно… – выдохнула она. – Кто это?
– Нунда. Точнее, почти нунда.
– Но как? Они ведь одни из самых опасных существ!
– Знаешь, все зависит от воспитания. Он, конечно, любит дурачиться, но в остальном – мирный кот. Хотя чуть не съел сегодня Снейпа. Он Пушку сразу не понравился, да и незачем было швыряться заклинаниями, не разобравшись.
– Гарри, а где ты был все это время? – спросила девушка, покачиваясь в такт поступи зверя.
– Далеко… Там нет ничего такого, что есть здесь. Там два солнца. Там странные растения и еще более странные животные. Впрочем…
«Ты этого не сделаешь!..»
«Ты против?»
«ДА!»
«Протест отклоняется»
«Ох…»
«Я Владыка или нет?»
«Владыка, Владыка… Чтоб тебя дракон обгадил…»
– Если хочешь, я могу показать. – предложил Гарри.
– А это не опасно? – с сомнением спросила Гермиона.
– Нет. Не больше, чем аппарирование. Так согласна?
– Ну… давай.
– Сиди на Пушке и не двигайся.
Гарри обхватил мощную шею нунды, и они исчезли во вспышке багрового пламени.

«Ну и зачем ты это сделал? Может, еще все население Англии сюда перетаскаешь?»
«Да успокойся ты… Ведь прекрасно знаешь, что она – не все. Да и попасть сюда без моего на то желания не сможет никто. И лучше не подавай голоса вслух – о тебе я никому и никогда не буду говорить»
«Черт с тобой, как хочешь, так и делай»

Два человека и огромная кошка стояли на широкой каменной площадке, нависшей над подножием горы на высоте двухсот метров. Здесь был слышен лишь шелест легкого ветерка и доносившийся снизу звук водопада.
– Это долина Владык. – пояснил Гарри, указывая на пространство, видимое с площадки. – Самое безопасное место в этом мире.
Гермиона потрясенно наблюдала за тем, как на небе сияют два светила этого мира. С того момента, как Гарри покинул это место, ничего не изменилось. Этот мир так был воссоздан – изменения проходили чрезвычайно медленно, создавая впечатление, что все вокруг – бессмертно. Хотя, быть может, так и было.
Парень похлопал Пушка по шкуре.
– Нам пора назад. Тебя наверно уже потеряли.
Девушка рассеянно кивнула, соглашаясь.
Всполох пламени – и вот они уже перед озером. Пушок сонно зевнул, зычно рыкнув на всю округу и спугнув птиц с близлежащих деревьев.
– Пуха хочет спать, мы сегодня порядком порезвились. – улыбнулся парень, помогая девушке слезть с нунды. – А тебе пора в замок.
Гермиона, оказавшись на земле, внезапно крепко обняла Гарри.
– Как же я по тебе соскучилась! Почему ты так ушел, е оставив даже намека на то, что останешься жив?
– Так было нужно. Для всех вас. – Поттер, находясь в объятиях девушки, не знал, что ему делать. – Да и в письме, которое я тебе оставил, хоть одно слово было, о том, что я собираюсь умирать?
Гермиона отстранилась от него, заглянув в глаза.
– Прости меня, за то, что я не давала возможности тебе поговорить. Я вела себя как последняя дура… – девушка посмотрела под ноги. – Да и вряд ли из письма я поняла бы, что ты не умер на самом деле. Все было настолько по настоящему, что никто бы не усомнился… Скажи, а то, что было в конце письма… это правда?
Гарри, помнивший каждое слово из письма наизусть, глубоко вздохнул.
– Я не знаю, Гермиона… Я не могу объяснить это. Слишком все странно. Прости.
Парень отступил назад, засунув руки в карманы.
– Ах, да. Вот еще кое-что. Держи. – он протянул ей ее волшебную палочку. – Ты ее потеряла.
– Но… Ведь палочку у меня отобрали пожиратели! Как она оказалась у тебя? – Гермиона на мгновение задумалась, а затем удивленно посмотрела на Поттера. – Это ты меня спас?
– Да… – неохотно выдавил Гарри.
«Какая скромность! Я сейчас заплачу. Где мои глаза? Верните мне глаза, я хочу плакать!»
«ЗАТКНИСЬ!»
«Слушаю и повинуюсь!»
– Тебе пора… – прошептал парень, посмотрев на замок.
– А ты? – удивленно спросила она.
– Я буду здесь, с Пушком. Сейчас тепло, да и я привык спать на улице. Иди, тебя наверняка заждались, уже солнце село. Если Дамблдор спросит, где я, то скажи, что завтра утром я к нему зайду.
Парень сделал еще шаг назад, давая понять, что ей пора. Девушка грустно улыбнулась и медленно побрела к замку. Гарри долго провожал ее взглядом, пока она совсем не скрылась из виду.
«Тут только амурчиков не хватало, а то было бы все идеально»
«Я. Тебя. Последний. Раз. ПРЕДУПРЕЖДАЮ! Хватит подначивать, мне и так не по себе!!!»
«А что тут такого? Любовь она хоть где любовь»
«Какая любовь?! К Мерлину тебя! Чтоб тебя самого дракон обгадил! Я и так запутался дальше некуда, так еще ты масла в огонь подливаешь…»
Гарри чуть толкнул нунду в бок, заставляя ее упасть на землю, и сел рядом, оперевшись на нее спиной. Пушок, едва шевеля лапой, принялся вяло играть с разорванным на полоски рукавом мантии.
– Пух, ну вот кто он после этого? – пробормотал парень, обращаясь больше в пустоту, нежели к зверю. – Издевается зачем-то, будто не знает, что мне хреново…
Нунда понимающе фыркнула и, изогнувшись, повалила Гарри на землю.
– Ты же вроде зевал, и спать хотел?
Пушок с силой замотал головой, хлопая ушами.
– Нет, только не сейчас! – запротестовал парень. – Я устал, да и тебе бы выспаться не мешало.
Нунда фыркнула и положила лапу с далеко не мягкими «подушечками» прямо на лицо Гарри. Тот лишь стянул ее с головы и пробормотал, засыпая:
– Ты бы лапы помыл, там земли не меряно…

– Гермиона, ты чего так долго? – накинулась на девушку Джинни. – О чем вы говорили?
Гермиона призадумалась. А о чем они, в самом деле, говорили? Все было окутано дымкой, мешавшей отчетливо все вспомнить.
– По сути, ни о чем… – Герми решила умолчать о том, где побывала. – Да, теперь я знаю, каким образом я попала из Норы в Хогвартс. Это был Гарри.
– И как же? Почему ты думаешь, что это он?
– Я не знаю, как, но он смог остановить атаку гончих и убрать меня подальше от Норы. Это точно был Гарри, потому что он вернул мне палочку, отобранную у меня пожирателями.
– Правда? Гарри стал совсем…
– …другим. – продолжила Гермиона. – Он словно боится что-то рассказать. А чего стоит только Пушок? Да он был бы самым впечатляющим животным в Книге о Монстрах.
– Да… Ты видела этого… Пушка? У него зубы – огого! – только и смогла выразить свое впечатление Джинни.
– Он на самом деле и правда не такой уж страшный. – заметила Гермиона и добавила, увидев удивленное выражение лица подруги. – Я на нем каталась.
– Каталась? Подруга, да ты с ума сошла!
– Нет… И, если честно, мне понравилось. Лучше чем на лошади.
В гостиную вошли Билл и Рон. Билл подмигнул Гермионе и ушел в спальню, а Рон сел рядом с девушками.
– Ну что, все обсуждаете Поттера? Что за зверя он там с собой притащил? Небось, дохлого лазиля? – хохотнул Уизли. (От автора: для тех, кто не знает: кот Гермионы наполовину кот, наполовину лазиль. Лазиль – магическое кошкообразное вещество, простите, существо, которое обитает не помню где. Чем питается – тоже не помню)
– Ронни! – притворно сладко протянула Джиневра Уизли. – Ты бы молчал в тряпочку, вояка ты наш! Иди к озеру и посмотри на того дохлого лазиля, которого ты там увидел. Ну, вперед, чего же ты ждешь?
– Стану я еще по темноте куда-то таскаться! Делать мне больше нечего. – начал отмазываться Рон. – Надо будет – сам придет.
Гермиона улыбнулась, а Джинни и вовсе захохотала во весь голос.
– Если он придет к тебе сам, то пауков ты точно сразу перестанешь бояться! Идиот ты, Рон…
– Глупые вы! Ну обсуждайте дальше своего героя! Я лучше спать пойду!
– Топай. Тебе бы только спать и жрать. – крикнула Джинни вслед уходящему брату. – Гермиона… А Гарри позволит мне тоже покататься?
– Не знаю… – девушка пожала плечами. – Попроси, да и все. Я не думаю, что он откажет.

Пробуждение состоялось рано. Во-первых, Гарри, проснувшись, понял, что Пушка рядом нет, а во-вторых, этот самый Пушок, не жалея дерево, с остервенением изображал из себя пилораму, точа когти. Парень сладко потянулся и позвал нунду. Избежав утренней процедуры по причесыванию и прилизыванию, он вскарабкался на Пушка и, показав ему на замок, блаженно растянулся на спине нунды. Неспешно добравшись до замка, кот посчитал свою миссию исполненной и сел. Гарри скатился со спины.
– Пойдем, Пуха, сегодня нас ждет веселый денек.

Дамблдор находился в своем кабинете, листая какие-то аврорские отчеты и запивая лимонные дольки чаем.
– Доброе утро, Гарри. – поприветствовал парня Альбус. – Присаживайся. Хочешь чаю?
– Не откажусь. – ответил Гарри. – Читаете что-то интересное?
– Смотря как посмотреть… Это отчет аврориата о найденных телах пожирателей в Норе.
Гарри хмыкнул. Авроры как всегда пришли только тогда, когда было уже поздновато вмешиваться.
– И много они там нашли?
– Много. Трупы и одного пожирателя, который был еще жив. Но с идеально чистой памятью. Это сделал ты?
– Да. – коротко ответил парень.
– Не буду спрашивать, как ты это сделал, но если можешь, ответь, почему он остался в живых, а не был убит, как и остальные?
– Он достойно себя вел. Единственный, кто не стал удирать со всех ног, едва увидел Пушка.
– Что ж… – Дамблдор еще раз внимательно пересмотрел отчет. – Министерство точит зуб на того, кто так лихо справляется с их работой, а Том сильно недоволен. Две группы пожирателей и несколько гончих за один день – большие потери. Он наверняка отдал приказ найти и уничтожить того, кто так активно ему мешает. Так что будь осторожен, на тебя уже началась охота.
– В ближайших планах у меня нет пункта пойти и сдаться Лорду с повинной. К тому же, у меня есть преимущество – никто не знает о существовании меня и Пушка. А так они могут искать хоть до конца века. Сэр, я хотел бы вас попросить об одной вещи.
– Я внимательно слушаю тебя, Гарри.
– Скоро я начну делать то, что магическому миру совсем не понравится. Это касается драконов. Я бы хотел попросить вас сделать все возможное, что бы правительство не становилось у меня на пути. Я не хочу применять силу, не хочу лишних жертв. Но если на меня будут нападать – я отвечу.
– Я попытаюсь сделать все, что смогу, Гарри. Но ответь мне, зачем тебе нужны драконы?
– Они отправятся домой. Все, что я могу сказать вам – это то, что они создания не этого мира.
– Так вот где ты был… – сделал вывод Дамблдор. – Но зачем ты сделал вид, что умер?
– Потому что я больше не существую для этого мира. Я больше не человек. Я был проклят.
– Но кем? На оборотня или вампира ты не похож, что бы быть проклятым. Мы с Северусом догадались, что ты жив, и, если не ошибаюсь, ты однажды встречался с демоном, не так ли?
– Вы догадливы, профессор… – хмуро заметил Гарри. – Вот демон то меня и проклял. Он сказал, что отныне мне не будет места в этом мире. Так звучало его предсмертное проклятие.
– Но как у тебя получилось его вызвать? И даже убить?
– Меч Равновесия. Его создатель был так же и заклинателем демонов.
– Понятно… Что это был за демон? Даже для вызова слабого демона нужно много сил и знаний.
– Имя «Рикатор» Вам о чем-нибудь говорит?
Дамблдор неестественно для него содрогнулся.
– Ты осмелился вызвать такого могущественного демона?! Гарри, ведь если бы все пошло хоть чуточку не так, то здесь сейчас не стоял бы даже остов замка!
– Я знаю, профессор. Но тогда, когда я участвовал в ритуале, я об этом и не думал. Мне было важно лишить Меч Равновесия разума. И это мне удалось. Теперь понимаете, почему мне нет больше здесь места? Я могу быть монстром, гораздо более опасным для живого, нежели Пушок. – двусмысленно ответил Гарри. – Это слишком длинная история и совсем не к месту, что бы ее рассказывать за чашкой чая с утра пораньше. Мне пора, сэр. Вы не скажете мне, где сейчас Снейп?
– Он должен быть в подземельях. Хотя скоро завтрак, поэтому можешь просто дождаться его в большом зале.
– Спасибо, профессор. И еще. Я думаю, вы поняли, что этот разговор не должен выйти за пределы вашего кабинета. – Дамблдор согласно кивнул. – Простите, но я не пробуду здесь даже до завтрака. Мне нужно сделать одно дело, которое не требует отлагательств.
– Хорошо, Гарри. Но надеюсь, что я услышу о последствиях от тебя, а не из отчета авроров.
Поттер пожал плечами, давая понять, что это он не гарантирует.

«Снейп. Снейп. Снейп. А никого больше спросить нельзя? Не хочу видеть его лишний раз» С неохотой спросил парень.
«Ну, если ты, конечно, собираешься промыть мозги еще нескольким пожирателям в поисках того, у кого может быть нужная нам информация, то к Снейпу можно и не идти. Но так все же быстрее»
«Эх…»
Гарри уже несколько минут шел по подземельям замка, добираясь до апартаментов Снейпа. Достигнув входа, парень громко постучал. Дверь открыл хмурый, слегка сонный зельевар и недоуменно уставился на Гарри.
– Зачем пожаловал, Поттер?
– Не беспокойся, Снейп, я не буду назначать тебе свидание. – хмыкнул парень. – мне нужна информация о месторасположении драконов Воландеморта.
Снейп с презрением посмотрел на него.
– Назови хотя бы одну причину, зачем я должен тебе помогать?
– Давай оставим присказки, Снейп. Мне сейчас не до этого. К тому же, я не думаю, что если твоему бывшему господину загонят еще одну занозу в его змеиный зад, то ты не будешь этому рад. Я внимательно слушаю.
– Когда это ты стал слизеринцем, Поттер? – едко осведомился зельедел. – Где тот пылкий и тупой гриффиндорец, который не мог сварить даже простейшего зелья?
– Я не верю своим ушам! – притворно восхитился парень. – Ты мне льстишь, или это только кажется?
– Правильно делаешь, что не веришь. Всегда подозревал, что у тебя плохо со слухом. Недалеко от границы с Шотландией есть небольшая деревушка. К северу от нее в тридцати милях заброшенное поместье. Ищи там.
Снейп захлопнул дверь перед самым носом Гарри.
– А где пожелание доброго дня и удачи? – спросил парень, глядя на закрытую дверь.
«Обойдешься. Нам пора. Не забудь монстрика, а то он тут натворит дел»
Монстриком Дух иногда называл Пушка. Не безосновательно, впрочем. Пушка Гарри нашел возле Дракучей Ивы. Кот пытался подобраться поближе к буйному дереву, но то все время было начеку и уже успело отвесить нунде пару увесистых затрещин. Парень, не обращая внимания на вялые протесты оттаскиваемого от деревянного врага Пушка, переместился с ним на далекое расстояние от замка, оказавшись в реденьком лесу. Там он преобразовался в демона, взял в руки ворчащую нунду, не очень то любившую полеты, и, пару раз взмахнув крылья, разминаясь, взлетел ввысь. Поднявшись чуть выше облаков, Гарри испытал ощущение дежавю. Видение. Он уже видел эти облака, тогда еще, когда его поймали пожиратели в сквере городка Литтл Уиннинг. Пушок безвольно обвис в его руках, едва сдерживаясь от того, чтобы не вцепиться когтями в первое попавшееся – в самого Гарри. Парень давно, еще в мире драконов, отучил нунду держаться за него острыми когтями, когда они были в воздухе. Вскоре после непродолжительного парения в воздухе зигзагами, он увидел маленькую деревню, а, посмотрев чуть дальше, заметил развалины, посреди которых находился огромный загон, крытый легким навесом. Чары против магглов не были ему помехой. Хоть Гарри и не обладал магией, но ни одни отталкивающие чары или чары иллюзии на него не действовали. А почему так было – он и не задумывался. Зачем ломать голову над тем, что не являлось проблемой?




Глава 11. Часть четвертая. Исполнение - 2

Свалившись на землю в буквальном смысле этого слова, демон устало перевел дух. Такие долгие полеты были ему непривычны и сильно изматывали. Пушок прилизывал жесткую шерсть там, где она топорщилась из-за его вынужденного «полета». Гарри, уже в обличии человека, хлопнул нунду, давая понять, что нужно двигаться вперед. Они находились в полуторах милях от древних останков некогда величественного замка.
«Нас не ждут. Как думаешь, может преподнести им небольшой сюрприз?»
«Лучше не надо» Выразил свое мнение на этот счет Дух. «Оставь напоследок. Пусть порадуются как можно больше»
«Как хочешь. Да, кстати, давно хотел спросить, как с ними разговаривать? Я серпентарго знаю. Английский знаю. А с драконами общаться не доводилось. Та Хвосторога на турнире вроде бы молчала, предпочитая плеваться в меня огнем, нежели что-либо говорить»
«Владыка…» С издевкой пробубнил Дух. «Все тебе надо объяснять!»
«Хей! Ты так напоминаешь мне Снейпа! Умерь пыл. Я же просто не знаю того, чего не знаю. Идеи есть?»
«Ну… Если бы мы были в нашем мире – я бы смог тебе показать как это делается… А тут у меня сил нет на такое»
«А моими можешь пользоваться?»
«Можно попробовать… Правда это и сил отберет немало. Ты точно этого хочешь?»
«Слушай, мне просто все равно. Делай, что считаешь нужным»
«Воля Владыки – фигн… ЗАКОН!»
Гарри состроил скучающую мину. Сарказм, проснувшийся у его незримого собеседника отнюдь не повышал его настроения. Пушок, подойдя сзади, головой толкнул парня в спину, словно говоря «Вперед, что я, зря красоту наводил?». Поттеру пришла в голову блестящая, с его точки зрения, идея. Остановив нунду, он забрался на ее спину, не обращая на протестующие попытки кошки отодвинуться, и махнул вперед, безвольно повиснув на ней.
– Я устал, Пушок! – капризно промычал парень куда-то в шею нунды. – Не все же мне тебя таскать. Иди вперед, там наверняка будут те, кого ты сможешь пожевать…
Удовлетворенный таким обещанием, Пушок, мягко ступая по земле, не смотря на свои внушительные габариты, стал пробираться через заросли. Вскоре сквозь прорехи зеленой листвы стали видны очертания каменных руин. И парень и нунда растворились в воздухе, словно по команде.
Один из пожирателей, несших стражу на окраине развалин, внезапно рухнул, странно сложившись, будто хотел поместиться в небольшую коробку. На него надавило что-то тяжелое, и несколько ребер, с противным звуком прорвав кожу и одежду, выпрели наружу, ощерившись острыми краями. Затем раздался тихий шепот и последовавшие за ним события начали развиваться с невероятной скоростью.

Едва следующий пожиратель, стоявший на своем посту за изгибом полуразрушенной стены, громко вскрикнул, вылетев на открытое место с разорванным в кровавые лохмотья животом, раздался неимоверный рев, заставивший всех слышавших его думать о надвигающемся апокалипсисе. Камни еще стоявших обломанных стен со скрежетом вздрогнули, осыпав на землю пыль и мелкую крошку. Драконы, усыпленные с помощью магии, пробудились, вторя своим рычанием раскатам неведомого голоса. Те пожиратели, что находились в непосредственной близости от загона, попытались усмирить огнедышащих животных, но даже самые сильные заклятия и чары подчинения не действовали. Тогда было решено воздействовать более радикально. Но едва были подняты палочки, для того, что бы усмирить драконов пыточными заклинаниями, рев прекратился. Драконы тоже замерли, возбужденно втягивая воздух и явно чего-то ожидая. Огнедышащие рептилии топтались на месте, вроде бы совершенно бессмысленно, но потом, когда им удалось развернуться в тесном загоне хвостами к центру, а мордами к пожирателям, одновременно атаковали. Семнадцать огненных струй одновременно ударили по ничего не успевшим понять пожирателям. Никто из людей не ожидал, что драконы будут действовать столь согласованно. Тридцать воплей неимоверно сильной боли слились воедино и тридцать обугленных, как вытащенные только что из костра головешки, тел упали на землю.

Гарри все еще сидел на нунде, когда она подкрадывалась к часовому, ничего не знающему о своей скорой смерти. Парень с любопытством наблюдал, как колоссальных размеров кошка с легкостью и неимоверной грацией шаг за шагом приближалась к человеку. Когда пожиратель, больше каким-то животным, нежели любым другим чувством понял, что рядом опасность, то не успел даже шевельнуться. Нунда, едва не скинув со спины Поттера, с силой обрушила на слугу Темного Лорда лапу, припечатав тело пожирателя бесформенной, словно полусдутый шарик, кучей к земле. Затем Пушок, смешно шевеля усами, принюхался, и придавил то, что было пожирателем, как кошка придавливает к полу пойманную мышь. Кости, не выдержав нагрузки, жалобно хрупнули, прорываясь сквозь плоть и одежду наружу. Гарри поморщился от этих звуков и слез с нунды, пытаясь не наступить на останки. Пустив Пушка в обход, он протиснулся в щель в стене и тихо подошел к загону. Драконы мерно сопели, насильно погруженные в сон. Пожиратели, находившиеся на своих постах, вяло перебрасывались фразами.
«Ну, действуй!»
Раздался крик, и чье-то тело перелетело через стену.
«Эх! Щас спою!»
Гарри, помня тот самый многодицибельный вопль, от которого дерево расползлось на опилки, присел на корточки и зажал уши руками. На всякий случай.
Дух не оправдал его надежд. Ничего, на этот раз, не расслоилось, зато на драконов подействовало так, как на заспанного – ледяной душ. К вящему удивлению, Гарри понял, что это было. На человеческом языке это звучало бы как «Восстаньте!», но в этот рык было вложено что-то, что плохо поддавалось человеческому осмыслению. Немыслимая мощь и древняя тоска по забытым звукам неведомого людям языка. Боль всех страданий в чужом мире и надежда на освобождение.
Огромные ящеры шевельнулись, пробуждаясь и громко пыхтя. Слуги лорда, ошалевшие от рокота, окружили загон с драконами. Все их попытки погрузить огнедышащих тварей в блаженный сон не увенчались успехом. Драконы возились внутри заграждения, не реагируя на жалкие потуги пожирателей. Их бессмысленное топтание, имело, однако, свою цель. Оттеснив двух детенышей в центр загона, взрослые особи замерли и неожиданно напали на пожирателей, сжигая все, что находилось в радиусе двадцати метров перед ними. Уцелели лишь те немногие, кто нес дежурство за стенами, но этот факт не спас им жизнь. Снаружи шла другая охота – большой кошки за большими «мышками». Скрыться не успел никто. Пожирателей подвела своя же система безопасности. Сложные антиаппарационные чары, установленные над заброшенным имением, не дали спастись. Средство защиты от чужого вторжения оказалось смертельной ловушкой.
«Дело сделано. Что дальше?» Спросил парень, наблюдая, как один из драконов крушил часть изгороди загона.
«Некоторых отправишь домой. Самых сильных нужно послать на поиски других драконов, что живут на воле»
«А магглы? Как думаешь, что будет, если перед каким-нибудь самолетом пролетит такая туша? Ладно, Министерство позаботится о том, что бы стереть свидетелям память, но у нас появится лишняя проблема. Да и это не малый риск того, что простые люди узнают о магах. К тому же, если кого-нибудь из таких «посланников» перехватят, придется ломиться в министерский питомник и выручать»
«А тебе не все равно, кто о чем тут узнает? Пусть это будет проблемой бюрократов. Это в любом случае не останется без последствий. И без крови. Я не боюсь того, что дракона смогут перехватить в полете, они сейчас невосприимчивы к воздействию на сознание»
«Почему?»
«Потому. Воля Владыки для нас – все. И этого не изменишь. Приказ они могут не выполнить лишь в случае смерти. Быть может несколько драконов и пострадает, но это малая плата за освобождение»
Гарри перестал быть невидимым, что сразу привлекло внимание ящеров. Один из них, самый большой и видимо, принявший на себя роль старшего, грузно протопал от разрушенного загона к парню. Шумно обнюхав человека, дракон поднял голову и взревел, и ему эхом вторили все остальные, наверняка нагоняя на близлежащую деревеньку панический ужас своими воплями.
«Они меня съесть хотят?» Гарри улыбнулся.
«Нет. Приветствуют Владыку» Коротко ответил Дух, резко и коротко рыкнув и разом прекратив шумный восторг.
Парень начал ощущать, что его энергия на такое тратится в немалых количествах.
«Как мне с ними общаться? Я не знаю языка драконов, да и глотка моя такого не воспроизведет»
«Ну, человеческая – да. Но ведь у тебя их две. А что до языка, то со змеями ты тоже не с рождения разговаривал. Все вспоминается и доходит постепенно. Ты лишь попробуй. Тебе ведь понятно было, что я им сказал?»
«Можно попробовать…»
Мутное багровое марево застлало человеческую фигурку, и, через мгновение, на ее месте расправлял крылья демон. Драконы настороженно заурчали. Свой вклад в нарастающее напряжение внес Пушок, кубарем свалившийся со стены прямо на Гарри, но демон успел схватить нунду за шиворот и положить на землю рядом. Драконы еще больше оторопели. Им было непонятно, кто сейчас перед ними и куда делся их Владыка. И что за тварь упала сверху. Демон расправил крылья и сделал шаг вперед, глухо рыча. «Склонитесь и повинуйтесь» - такова была воля, и драконы признали вторую сущность своего Повелителя, покорно оставаясь на своих местах. Демон отошел к одной из стен. Напрягаясь от неимоверных усилий, он словно воткнул руки во что-то вязкое перед собой и медленно развел в стороны. Перед ним начал появляться черный омут провала в никуда – пространственный портал между мирами. Расширяемый вначале самим демоном, а после уже и сам, провал увеличился до огромных размеров. Демон что-то прорычал, и драконы расступились, пропуская вперед самок и более молодых ящеров. Осталось лишь восемь из девятнадцати драконов – сильные и взрослые самцы.
Получив какой-то приказ, они выползли наружу, покинув руины, и, шумно разгоняя воздух крыльями, поднялись в небо. Демон проводил их взглядом. Затем взял ошалевшую нунду и исчез, вызвав взрыв, заставивший совсем развалиться и без того едва стоявшие руины.

В Румынии стояла промозглая и ветреная погода, грозившая любому, не по ней одетому, серьезный насморк. Широкое ущелье, именуемое в народе не иначе как «Пасть Люцифера» за свои острые, словно зубы, выступы, продувалось насквозь сильным восточным ветром. Вследствие этого гул стоял не слабый, словно воображаемый Люцифер зевал. Где-то высоко в горах, расположенных неподалеку от ущелья раздался гром. Впрочем, это было не редким явлением – тучи все время задерживались над вершинами, словно цепляясь за острые каменные пики скал, набирались сил и срывались с места могучими ветрами, дабы метать молнии на своем дальнейшем пути.
Питомник драконов, в котором работал вот уже более семи лет Чарльз Уизли, находился в самой широкой части ущелья, скрытый сильными магглоотталкивающими чарами и высокими стенами ущелья от посторонних взглядов.
Маги, присматривающие за драконами, начинали испытывать серьезное беспокойство. Огнедышащие ящеры не на шутку разбушевались несколько часов назад, пытаясь разорвать удерживающие их чары. Рев сотрясал стены ущелья, многократно отражаясь от скал. Что произошло, и что нужно делать никто не знал. Драконы не реагировали ни на что, продолжая бесноваться. Были стянуты дополнительные силы, состоящие из тех волшебников, что в данное время находились на отдыхе. Но внезапно, после очередного грома высоко в горах, твари стихли, замерев на месте как замороженные. Люди оторопело перестали суетиться, пытаясь понять, чем это было вызвано. Один из начальников бригады волшебников, высокий мужчина с огненно рыжей шевелюрой, осмелился приблизиться к дракону. Последний не обратил на него ни малейшего внимания, продолжая стоять как статуя и тихо сопеть. Когда маги уже было успокоились и собрались обсудить произошедшее, дабы принять надлежащие меры, раздался сигнал, обозначающий, что на территорию проник посторонний. Все незамедлительно вытащили палочки и приготовились к любым действиям, вплоть до отражения атаки извне. Но атаки не было. Был лишь один человек, шедший в сторону загонов с драконами и не обращая на магов внимания, будто их и не было вовсе. На предупредительные оклики и приказы остановиться, человек только ненадолго повернул голову в их сторону, но не прекратил свое движение. Лица его видно не было. Широкий капюшон мантии скрывал его от взгляда посторонних. В головы магов начали закрадываться страхи, главным и наиболее ужасным среди которых была мысль о том, что их навестил сам Темный Лорд Судеб Воландеморт. Однако, незнакомец ничем не подтвердил агрессивных намерений, ожидаемых от него другими. Он просто подошел к загону и, под удивленные вздохи погонщиков драконов, перемахнул через изгородь. Драконы явно реагировали на него не так, как было положено. Вместо того, что бы сожрать с потрохами нахала, они покорно легли на землю и больше не шевелились. Человек в черной мантии прошествовал к большому венгерскому Хвосторогу и без боязни похлопал рукой по морде зверя. Маги остолбенели. Создавалось ощущение, что этот человек для драконов – отец родной. Рептилии никогда не позволяли себе такое отношение даже со стороны тех, кто ухаживал за ними еще на стадии яйца. Но, тем не менее, почему-то этого они не трогали. Загонщики начали приходить в себя и с криками «Эй, ты, вылезай оттуда, пока жив!» побежали к загону. Незнакомец лишь взмахом руки усмирил начинающих рычать драконов и спокойно повернулся к магам, подбегающим к изгороди загона.
– На вашем месте я не стал бы пересекать эту линию. – безразличным голосом сказал человек и указал на изгородь.
– Кто ты? – крикнул Чарли, поднимая, как и многие другие, волшебную палочку на незнакомца.
– Здравствуй, Чарли… – чуть помедлил он.
Чарли Уизли в непонимании вытаращил глаза, гадая, кто сейчас перед ним и откуда его знает.
– Еще раз повторяю свой вопрос. Кто ты и с какими намерениями пришел сюда?
Из-под низко опущенного капюшона послышался тихий смешок.
– Можешь называть меня хоть Гарри Поттером. Мне все равно. Я забираю драконов.
– Но… Ты не Поттер, он погиб! И с чего это ты решил, что драконы пойдут за тобой, и что мы тебе позволим это сделать?!
– Да, Поттера больше нет. Что до того, пойдут ли они, - шевеление капюшона, обозначившее кивок в сторону рептилий. – за мной, то просто смотри. И еще. Не мешайте мне. Вы лишь зря пострадаете.
Человек щелкнул пальцами, и между ним и изгородью появилась огромная кошка, одним видом своим заставлявшая думать, что неподалеку раскрылись врата ада и оттуда стали выползать невиданные твари.
Нунда, яростно хлестая себя по бокам длинным хвостом, замерла, готовая в любое время прыгнуть, и, оскалив зубы, глухо зарычала.
– Не дергайтесь. Съест. – услужливо сообщил хозяин кошки и развернувшись, подошел к драконам. Те, к большому недоумению магов, стали вести себя совсем как собаки, встретившие вернувшегося с работы хозяина, ласково, но в то же время и почтительно.
– Это мне кажется, или все на самом деле происходит? – тихим шепотом поинтересовался один загонщик у другого.
– Ты чего-то обкурился?! – недовольно ответили ему.
– Лучше соображайте, что делать будем! – посоветовал Чарли. – У меня предчувствие, что сейчас что-то про…
Договорить он не смог: челюсть от увиденного не послушалась. Впрочем, и все остальные замерли с открытыми ртами и опустив палочки. По мановению руки незнакомца невдалеке, возле скал, ярко блеснула искра. Спустя мгновение она с глухим, едва слышным гулом, превратилась в черное пятно провала в никуда, которое стало расти на глазах, достигнув в итоге огромных размеров. Большинство драконов послушно, один за другим, ушли в черную бездну портала. Маги лишь ошеломленно открывали и закрывали рты, вытаращив глаза на это действо. Оставшиеся рептилии шумно поднялись в воздух, без каких либо усилий снеся сдерживающий защитный барьер, и разлетелись в разные стороны.
Незнакомец опустил руку, и провал со щелчком исчез, затянув в себя попутно не мало мусора. Нунда удовлетворенно фыркнула, со странным любопытством оглядев столпившихся магов, и подошла к своему хозяину.
– Э-э-эй… Куда они?.. – выдохнул кто-то.
Человек в мантии только хмыкнул.
– Домой. Удачи, Чарли. Еще увидимся.
Незнакомец и его чудовище исчезли в всполохе багрового пламени.
– Нас уволят… Нас точно уволят…
– Идиот! Смысл нас увольнять? Работы уже все равно нет. Драконов нет!!!
Чарли задумчиво смотрел на то место, где пару мгновений назад еще бушевало пламя. Последнее что он видел перед исчезновением незнакомца, был блеск зеленых глаз…

Гарри устало привалился к камню. Открытие портала забирало неимоверно много сил.
«А ты чего хотел? Пришел, попрыгал и ушел? Сила осваивается и проявляется постепенно. Иначе тебя бы просто разорвало на кучу маленьких Гарри Поттеров»
«Почему нет? И что было бы, если я пробудил всю силу?» недоуменно спросил парень, не обращая внимания на Пушка, яростно распускавшего какой-то трухлявый кусок дерева на щепки.
«Хм… Потому что твоя сила – немалый потенциал… Это не назовешь магией, это нечто иное… Вот взять например демона. Когда при ритуале ты получил его силу – что с тобой было?»
«Больно. Чертовски больно!»
«Правильно. Это при все том, что ты собственно силу его и не имел. Ты тянул ее из демона. Он по прежнему был источником, а ты всего лишь паразитом… У Владыки иная мощь. Но в тебе нет той силы, в каком виде она была у него. Все из-за ритуала. Ты убил демона. Сила его ушла. Но она оставила в тебе, твой душе и теле свой отпечаток. Она изменила тебя. Добавь к этому проклятие. Вот и вышло, что когда ты получил силу Владыки, проклятие сработало немного странно, впитав в себя, изменив эту силу. Ты не демон. Ты не владыка. Ты не человек. Ты производное от этих трех, что-то, чего еще не видела эта вселенная»
«Хочешь сказать, я опять выделился?»
«Ну да!» Хохотнул Дух. «Ты в этом просто мастер!»
«Что б ты сдох…»
«Только вместе с тобой»
«За что мне это… Так чего больше во мне? Владыки? Или демона? Про человека я не спрашиваю…» Устало спросил парень.
«Есть и то и другое… Оно странно сплетается… Твоя сила в основе своей постоянна, как у владыки, но способна усиливаться под действием эмоций, как у демона. Да будет тебе известно,» Начал вдруг Дух тоном профессора Биннса. «что мощь демона зависит напрямую от его эмоций. Поэтому и не связываются с ними. Чем злей демон, тем сильней. В нейтральном состоянии, например во сне, они просто большие кучи мяса и костей. Но вот если ты его разозлишь – энергия из него так и попрет»
«Но как же тогда, в Запретном лесу? Рикатор был вовсе не в мирном состоянии, но ничего не делал»
«Тут все дело в пентаграмме. Она устроена таким образом, что блокирует связи силы и эмоций. Рикатор мог хоть чайником кипеть, но так и остался бы трехтонной тушей, не наделенной ничем, кроме зубов и когтей. Ты же – совсем другая песня… Твоя сила есть и будет, и пентаграммой не заблокируется. Просто она при сильных эмоциях, чаще отрицательных, резко возрастает. А в твоем случае, пока еще, выходит на более высокий уровень использования. Но если ты освоишь ее не постепенно, а рывком – Круцио щекоткой покажется. Все твои энергетические центы начнут перестраиваться под более высокий уровень энергии. Шрам – в первую очередь»
«Но…» Гарри вскинул руку и попытался ощупать лоб в поисках рубца в виде молнии. «Он же исчез!»
«Исчез шрам на коже, а не то энергетическое его проявление, возникшее после проклятия. Твоя связь с Воландемортом. Она есть и никуда не делась. Мне было бы интересно посмотреть на результаты ее действия сейчас, но пока на такие фокусы лучше не решаться. Что до твоей силы, то стоит тебе порядком разозлиться, и пути назад уже не будет. Тогда тебя просто перестроит заново, а что получится – я не знаю. Тебя может изменить как угодно. Можешь почернеть, как монстрик. А может и скрючит как престарелого чудика из Св. Мунго. Не советую пробовать. Именно поэтому я и просил тебя не злиться тогда еще, сразу после ритуала»
«Хм… Мало мне сюрпризов, так еще и это. У Снейпа успокаивающего зелья взять? Да, сюрпризы я люблю и обожаю… Ну хоть одно утешает. Тому сегодня не сладко. У него из-под носа увели целое стадо драконов. Пусть теперь своей Нагайной удавится…»
«Кстати, на счет Воландеморта» Встрепенулся Дух. «Угадай, что будет первым его действием после того, как он узнает о случившемся, учитывая то, что о тебе змееголовому не известно?»
«Хм… Заавадит пару пожирателей… Прибудет на место, позыркает по сторонам, проверит следы магии… Потом пораскинет пару часов мозгами и…»
Лицо Гарри вытянулось от осознания того, что должно было произойти.
«… отправится штурмовать Хогвартс, поскольку думает, что сделать ему такую падлу не по зубам никому, кроме Дамблдора» Закончил Дух. «А ты не так туп, как утверждает Снейп»
«Потухни! Как думаешь, сколько сил он бросит на эту карательную операцию?»
«Ну… Думаю энное количество дементоров, пожиратели, с десяток тварей вроде гончих… Догадался же хмырь, как Блика воскресить…»
«Так, если учесть, сколько времени я потерял на поиски этого треклятого зоопарка, то выходит что школа уже в осаде. Прошло часов пять с того момента, как мы разнесли то поместье. Черт, и почему я всегда навлекаю беду на других?!»
Гарри резко поднялся, моментально забыв про усталость и схватив за шкирку Пушка, исчез.

Вокруг школы магии и чародейства Хогвартс стоял жуткий грохот. Причиной тому было то, что на защитный барьер замка десятками обрушивались мощные заклинания. Немалое количество пожирателей как по команде одновременно взмахивали своими палочками, пытаясь ослабить и разрушить охранные заклинания. Их хозяин стоял в стороне и с нетерпением ждал, когда верные слуги сделают свое дело. Заклятия были странными, мало кому известными. Лишь одному Лорду было ведомо, откуда он их раздобыл. Они отнимали немало сил, поэтому Воландеморт и не торопился помогать пожирателям, лишь наблюдал за их стараниями исполнить его волю и поглаживал большую кобру, лежащую у его трона, для удобства созданного посреди лужайки. Сегодня этот магглолюб Дамблдор поплатится за то, что осмелился помешать использовать в этой войне драконов. Вообще поплатится. Через несколько минут барьер начал сдавать, переливаясь разноцветными волнами и исчезая. Воландеморт в предвкушении облизнул тонкие, почти отсутствующие губы и приготовился отдать команду на штурм. Авроры не могли прибыть на помощь осажденным – они в это время сами были заняты тем, что отбивали отвлекающие атаки на здание Министерства. Члены ордена Феникса были уже в замке. Но их было ничтожно мало – один к семи против пожирателей, причем, не считая дюжины дементоров, замерших у кромки леса, полутора десятка гончих и нескольких оборотней, непонятно каким образом насильно обращенных в свою звериную сущность. Все они чего-то жаждали… Дементоры – душ, гончие и вервольфы – крови. Пожиратели – победы. А сам Том – смерти Дамблдора. Остальные для него не значили ровным счетом ничего.
Барьер почти пал. И те пожиратели, что его атаковали – почти выдохлись. Другие лишь стояли в стороне, ожидая своего часа. И вот, последний дружный взмах волшебными палочками и… что-то невидимое и сильное просто смело колдующих, как маленький ребенок отшвыривает непонравившуюся ему игрушку. Воландеморт в непонимании пару раз моргнул. Это нравилось ему все меньше и меньше.
Те, что находились в замке, с тревогой, а кто и со страхом, наблюдали за слабеющим с каждым мгновением барьером. Но атака вдруг прекратилась. Все лишь с удивлением наблюдали за разлетевшимися в стороны черными магами. Они, как кучка кеглей в боулинге попадали от невидимого шара. Не встал никто. Дамблдор, неподвижно стоявший с закрытыми глазами и к чему-то словно прислушивавшийся, внезапно резко дернулся, взмахом палочке сотворив своего патронуса – большого, телесного и ослепительно сверкающего. Феникс взмыл вверх и запел свою песню. Величественную как небеса, горькую, как печаль, и нежную, как улыбка матери. Защитники замка молча двинулись вперед.

Гарри, едва появившись, сразу понял, что крепко влип. Ему улыбнулось оказаться как раз между дементорами и теми, кто разрушал барьер. Холод он ощутил моментально. Дементоры больше не имели столь сильного воздействия над ним, но все же промораживали одним своим видом.
«Приятно знать, что хоть это не меняется…» Пробормотал Дух, который к дементорам не испытывал ничего, кроме эстетического отвращения. На него они не действовали вообще.
«Приятно ему…» Только и пробормотал в ответ Гарри.
Парень указал невидимой никому, кроме него самому, нунде на магов, произносивших заклинания. Пушок долго не думал. Он просто на полной скорости, всем своим весом смел ровный строй пожирателей, по пути успев оторвать одному из них руку. Или ногу? Ему было все равно.
Воландеморт поднялся со своего трона.
– Дамблдор! Неужто ты боишься сам появиться на поле боя, и можешь только швыряться издалека заклинаниями?
Ответ прозвучал совсем неожиданный и был он произнесен далеко не голосом старого директора школы.
– Ты подрастерял свои мозги, полукровка… – впереди, там, где только что стояла группа пожирателей, разнесенная во все стороны, появился человек в черной мантии с накинутым на голову капюшоном.
«Не замечал за тобой любви к помпезности…»
«Надо же над ним поиздеваться…»
– Никогда не думал, что ты сможешь перепутать меня с Дамблдором. Неужели Снейп сварил тебе зелье маразма? Брось, Том! Старого знакомого не узнаешь?
Воландеморт зашипел, обнажая свои мелкие и острые зубы. Он не узнал человека. Он узнал голос. Пусть и интонация была не та, но он узнал бы этот голос из тысячи других. Мерзкий мальчишка жив!
– Поттер!
– Уже лучше. – последовал ответ. – Не кипятись, давай поговорим. Как в старые добрые времена. Ты расскажешь мне пару своих грандиозных планов, пошипим на серпентарго… Не так ли?
Казалось, от шипения вздрогнули все, даже Дементоры. В нем слышалось что-то не совсем змеиное… Что-то опасное.
– Так ты жив… А я надеялся, что избавился от тебя. Ты как скучечервь, Поттер, живучий и липкий.
– Ну, по внешности это описание подходит тебе, нежели мне… На твою рожу смотреть без тошноты нельзя. Уводи свой сброд, Том. Драконов у тебя увел я, а не Дамблдор. Так же, как и уничтожил твоих пожирателей в Лютом переулке и у дома Уизли. Не хочешь, что бы это повторилось – уходи.
– Что я слышу? – зашипел Темный Лорд. – Опять радеешь за других? И тебе уже не хочется убить меня? Не смеши! Я вижу тебя насквозь!
– Ты слеп, змеиное отродье. – спокойно заверил его Гарри. – Ты даже Снейпа, когда он работал на Дамблдора, у себя под носом не увидел. И зачем мне тебя убивать? Ты сам себе наказание! В зеркало посмотри.
Пожиратель, подкрадывавшийся сбоку к Поттеру, без крика рухнул на землю с раздробленным черепом.
– У тебя ретивые слуги, но сегодня не твой день. – парень чувствовал, что в сотне метров позади него, остановились защитники замка, среди которых лишь единицы понимали что происходит на самом деле.
«Кто просил их высовываться…» Подумал парень.
«Так большинство из них – гриффиндорцы. Чего ты еще ждал?» Разумно заметил Дух.
«Начинается…»
– Матч-реванш, Поттер! В этот раз я тебя просто задушу. Быть может тогда ты не воскреснешь! – зашипел Лорд. – Мосморде!
В небе противной зеленью полыхнул знак мрака. Пожиратель, приставленный к гончим, резко выкрикнул команду и в воздух взвились ядовитые стрелы-шипы. Те, кто стоял за Поттером сотворили деревянные щиты – единственный способ защиты. Магией стрелы просто не останавливались. Самому Гарри в руку впился отравленный дротик, но он лишь с омерзением выдернул его и швырнул в первого попавшегося взгляду пожирателя. И удивился на мгновение, поняв, что попал. Мимо просвистело заклинание. Сзади что-то громко ухнуло. Пожиратели ринулись в атаку, разбрасываясь всем, что в приходило в их больные головы.
Пушок, по-прежнему невидимый, рванул туда, где находились гончие. На поле боя началась полная неразбериха. Первый из трех оборотней упал, рассеченный почти пополам острым мечом. За ним последовал пожиратель, лишившийся лица – его срезало начисто. Безликий метался по поляне еще минуты две, а потом просто упал пластом.
Внезапно парню показалось, что мир перестал существовать. Исчез звук, свет, запах… Короткое мгновение, тянувшееся бесконечно долго. А затем боль от удара. Поттера просто вмяло в широкий ствол дерева. Он еще не успел соскользнуть на землю, как его прибило несколько стрел гончих. Шипы вошли в древесину и накрепко застряли. Сознание рывком вернулось на положенное место, и первое что увидел Гарри посреди всего сумасшествия, творившегося перед ним – победно ухмыляющегося Воландеморта, поднявшего на него палочку. В довершение ко всему был жуткий холод. Том Реддл имел изощренный ум. Вот только Гарри это совсем не нравилось. Не нравилась жуткая боль и жжение там, где тело насквозь пробили шипы. Не нравился смертельный холод, сковывавший его тело. Не нравилось то, что все вдруг замерли и уставились на него, как человека, засунувшего голову в пасть крокодила. Откусит или нет? Один лишь Пушок, ни на что не обращая внимания кромсал скулящих и пытавшихся убежать гончих. Последней каплей оказался как ни странно Дух, совсем не вовремя ляпнувший:
«А как гобелен ты вполне ничего…»
Сознание парня угасло.
Пробудилась злость. На Воландеморта. На пожирателей. На Дамблдора и идиотов из ордена Феникса, что вывалились так не вовремя. На тупой дурацкий голос в собственной голове. Но более всего – на себя самого. Потому что не мог нормально умереть, так же как не мог нормально жить. Потому что слаб. Потому что глуп…
Из его глотки вырвался нечеловеческий рев, а лицо свело судорогой, оставившей на нем такое выражение, что все увидевшие его – вздрогнули. Если не считать Воландеморта.
– Больно? – глумливо прошипел Лорд.
Ответом послужил лишь еще один крик, уже сорванным до боли горлом. С телом Гарри что-то творилось. На лбу, там, где был шрам, паутиной расползалось чернота, накрывшая пол лица. Глаза распахнулись, но кроме черноты в них ничего не было. Раздался уже рев, а не крик. Мгновение, и шипы с треском вырвало из дерева и тела Гарри и разбросало вокруг. Парень упал на колени, не в силах совладать с болью. Кости стали раскаленным металлом – внутри жгло так, будто его заставили выпить жидкий свинец.
– Что… ты… знаешь… о… боли?.. – едва слышно прохрипел Гарри. – Ты хочешь… узнать боль? Так получай!
Дух, едва пришедший в себя, снял блок с их связи. Все, что пластом лежало глубоко в памяти парня, всю боль и потери, страхи, ненависть, вину – Гарри буквально швырнул в Лорда. Воландеморт истошно заорал неожиданно тонким голосом и просто рухнул в обморок. Наиболее шустрые и сообразительные пожиратели успели подхватить его и Нагайну на руки и аппарировали. Бой возобновился. Почти половина пожирателей успела, однако, сбежать. Те, что не успели и оказались под действием мощнейших антиаппарационных чар Дамблдора, принялись огрызаться, но были неожиданно сильно прорежены метнувшимся к своему хозяину Пушком. Дементоров довольно быстро удалось прогнать, а двух даже уничтожить. Последнего вервольфа просто оглушили. Гончих в живых не осталось.
Пушок извиняясь за свое отсутствие, ткнулся мокрым от крови носом в лицо Гарри. Парень устало улыбнулся, глядя, как перед его лицом то появляются, то исчезают кровавые разводы.
Кто-то быстро подбежал.
– Гарри, ты как? Тебе…
Парень поднял голову. Его улыбка превратилась в оскал, когда при виде его лица Гермиона отшатнулась, в ужасе закрыв рукой рот.
– Что? Я так плохо выгляжу? – Поттер раздраженно покосился на столпившихся вокруг магов, закончивших связывать пожирателей.
Пушок, чувствующий раздражение парня, материализовался и угрожающе зарычал, к удовольствию Гарри заставив отшатнуться всех без исключения.
– Все увидели? Цирк окончен. – в подтверждение этому Пушок сделал недвусмысленный шаг по направлению к магам.
Ушли почти все, остались лишь единицы. Гермиона, Дамблдор, Аластор Хмури, Снейп, как ни странно, и Нимфадора Тонкс. Последняя дрожащим голосом пробормотала:
– Плохо ты выглядишь, Гарри… Тебя сильно приложило. Да еще и эти твари… Нам так и не известно противоядие…
– Ничего, Тонкс, не впервой. – отмахнулся парень, пытаясь встать, вцепившись в Пушка. – Много ваших погибло?
Лицо Дамблдора при слове «ваших» помрачнело.
– Поттер, тебе бы сейчас не узнавать кто на тот свет отправился, а постараться не составить им компанию. – хмуро и как всегда язвительно сказал Снейп. – На тебя не действует яд гончих?
– Нет. – хрипло ответил Гарри. – Но на опыты я себя не отдам, не надейся. Это никому не поможет.
– Почему ты в этом уверен? – взвился Снейп.
– Не твое дело! – огрызнулся Гарри. – Лучше уходи. Пушок на тебя уже с аппетитом поглядывает.
– Гарри, успокойся… – начала было Гермиона, но одного взгляда, злого, затравленного и смертельно усталого, брошенного на всех, кто стоял перед ним, хватило, что бы больше никто не пробовал выдавать успокоительные речи.
– Вы бы лучше зеркало мне дали. – пробормотал он. – интересно посмотреть на то, что вы все рассматриваете…
– Гарри, это плохая идея… – сдавленно пробормотала Нимфадора, но директор лишь взмахнул палочкой и воздух перед парнем сгустился, становясь плотным и образовывая зеркальную поверхность.
По мере материализации зеркала, Гарри постепенно увидел свое отражение. Вначале был лишь рассеянный образ, изображение быстро обрело резкость. Увидев себя в зеркале, он болезненно скривился, хоть и ожидал нечто подобное. Паутинки черноты на его некогда вполне красивом лице смотрелись донельзя омерзительно, а черные провалы глаз лишь дополняли ужасающую картину.
Взмах руки – и серебряная маска одного из убитых пожирателей легла на его ладонь. Ниоткуда появившийся меч разрубил ее по диагонали, и вот блестящая поверхность скрыла черноту, оставив открытыми лишь пол лица. Бездонные, черные, от края до края, глаза напоминали о своем существовании лишь блеском сквозь прорези в маске…
– Оставьте.
– Гарри, тебе нужна…
– ПРОЧЬ! – яростный крик, наполненный звериным бешенством и безграничной болью, заставил взлететь с близлежащих деревьев всех птиц.
Пушок громко и звонко выдал своими челюстями звучное «КЛАЦ». Другим не оставалось ничего, кроме как подчиниться и оставить парня в покое, во избежание неприятностей.
«Я предупреждал…»
«Оставь меня хоть на немного одного! И заткни свои советы и сарказм подальше!»
Гарри долго брел по Запретному лесу, в который последовал лишь для того, что бы на глаза ему не попадались люди. Вся живность, населяющая древний лес, большая и маленькая, злая и не очень – не тревожили его, чувствуя приближение того, кто нес в себе лишь боль и смерть. Другого в парне сейчас не было. Ни воспоминаний, ни мыслей… Чистые ощущения, но не мира вокруг, а самого себя. Своей безысходности. Своей боли. Своей уродливости. Человеческий облик – единственное, что пока держало его в шатком равновесии. Равновесия больше не было. Лишь хаос эмоций, каждая из которых давила бесконечно тяжелым грузом, сдавливая дыхание, заставляя слезы бежать по лицу, тускло блестя на коже. Каждый миг казался ему вечностью и все, что произошло – мгновением. Где-то впереди меж деревьев мелькнул довольно страшного вида зверь. Ему вполне хватало его звериного чутья, дабы понять, что иногда стоит убегать от добычи. Сейчас – тем более. Где-то сзади тихо и покорно кралась нунда, охраняя покой своего хозяина. Пушок чувствовал, что что-то не так, но не вмешивался.
Звериная тропа вывела их на небольшую поляну, с большим деревом посередине. Дерево было старым, с множеством углублений в массивном стволе. Кто-то не скупился и каждый год выдалбливал себе новое жилище.
Измотанные, почти отсутствующие нервы больше не держали сознание, но странная пустота в голове заполняла собой все, до чего могла дотянуться. Мысль о суициде, с бешеной скоростью промелькнувшая и исчезнувшая, вызвала лишь горькую усмешку. Самоубийство бессмертного. Каламбур. Насмешка судьбы над тем, кому и жить то незачем было. Драконы? Что за дело было ему до драконов? Странные могучие существа, никакого отношения к нему ранее не имевшие. Было обязательство, полученное с силой. Долг, ненужный, но исполняемый, скорее за тем, что бы хоть куда-то двигаться. Что бы не порасти мхом. Мысль, о нежелании обрасти зеленью, вяло всплыла в сознании и не менее вяло утонула. Хотелось спать. Гарри оперся спиной о ствол дерева и сполз на землю. Глаза закрылись сами собой, и сознание окунулось в тягучий мрак, нервно подрагивающий малопонятными картинками, лишь издалека напоминающими сны.

Пробуждение выдалось на редкость отвратным. Во рту было сухо, а голова болела так, будто по ней пару раз ударили кузнечным молотом. Стояла темная ночь, одна из тех, что скрывает свет и луны и звезд, погружая землю в первозданный мрак. По тихому сопению Гарри определил, что нечто большое и черное перед ним – дремлющий Пушок. Мягко толкнув его ногой, парень потянулся, разминая затекшее от неудобной позы тело. Нунда капризно заурчала, но второй тычок заставил ее подняться.
– Пойдем, Пушок. У нас много дел. Что бы не случилось, их нужно кому-то делать.
Кошка звучно зевнула, напоследок звонко щелкнув зубами, и выгнула спину. Всполох багрового пламени на мгновение озарил поляну и окружавшие ее деревья. Больше темноте никто не мешал.

В Хогвартсе собралось много людей. Главной темой обсуждения было, естественно, возвращение Поттера из небытия. Некоторые выдавали пафосные фразы о том, что не сомневались, что он был жив, другие утверждали, что это и вовсе не Поттер был, а некто другой, назвавшийся его именем, потому что трудно было узнать в молодом, крепком мужчине, каким сейчас выглядел Гарри, того подростка, что ушел навстречу Тому-Кого-Нельзя-Называть в одиночку. Споры были везде. Правда, никто не владел достаточной информацией, что бы сделать хоть немного похожий на истину вывод.
Заголовки газет на завтра грозили пестреть одним и тем же: «Золотой мальчик снова выжил!». Но сам Гарри об этом не задумывался. В данный момент он спал, изредка судорожно хватая ртом воздух. День подходил к концу, пропуская вперед ночь, но спать не желал никто. Группа Авроров, прибывшая забрать плененных пожирателей, уже отбыла, так что оставались лишь немногочисленные жители замка и члены ордена Феникса. В кабинете директора состоялся весьма интересный разговор, из которого можно было понять многое.
Директор, как обычно в последнее время, сидел с задумчивым видом и рукой отрешенно выводил на поверхности стола замысловатый рисунок. Линии, следовавшие за пальцами там, где они прикасались к деревянной поверхности, тускло мерцали, постепенно угасая. Из раздумий Дамблдора вывел настойчивый стук в дверь, и собственно ее скрип, когда стучавший просто вломился без приглашения. Северусу Снейпу оно не было нужно. Вид зельевара был весьма хмурым и серьезным, что говорило о том, что дела идут, не так хорошо, как хотелось бы.
– Проходи, Северус. – с опозданием махнул рукой Альбус, приглашая Снейпа сесть в кресло, в котором он уже собственно и сидел. – Что-то случилось?
– Да. Тонкс умудрилась уколоться шипом гончей. Это неуклюжее создание просто хотело получше рассмотреть стрелу. С ее то ловкостью и грацией удивительно, как она им не зарезалась сразу.
Дамблдор нахмурился. Противоядия от токсинов гончих так и не было найдено.
– Сколько?
– Пять, максимум шесть суток. Яда в кровь попало совсем немного, поэтому слишком быстро она не умрет. Альбус, если мы хотим найти лекарство – мне нужен Поттер. На него эта зараза, оказывается, не действует. Я насчитал пятнадцать стрел, когда осматривал место вокруг того дерева, о которое вашего героя чуть не размазал Лорд. Он должен был умереть через пять минут от такой концентрации яда.
– Шестнадцать. – поправил директор. – Одну из них забрал я.
– Тем более. Те чары, что применил к Поттеру Лорд, чем они были?
– Напоминают одно древнее, страшное заклятье, применяемое для уничтожения больших существ. Василисков, драконов, мантикор. Заставляет вскипать в венах кровь, дробит кости, иссушает внутренности. Но требует столь много силы, что результативно воспользоваться им могут лишь несколько магов на земле. Заклятие, как ни странно, не темное. Но то, что сотворил Том – с изменениями. Какими – я не успел понять.
– То есть, если таким можно убить дракона, Поттера должно было развеять в пыль? Я правильно понимаю?
– Да. Так и произошло с двумя пожирателями, что в тот момент находились слишком близко к Гарри. Почему уцелел он сам – для меня непонятно. Так же как и то, что произошло с Томом. Гарри определенно что-то сделал. Но что именно – рассказать может только он сам. Надеюсь с ним все в порядке.
– С ним никогда не было все в порядке, Альбус.
Директор удивленно посмотрел на Северуса.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Да ничего конкретного. Он всегда влипал и будет влипать истории. Мерлин, Альбус! Ты видел то же, что и я! Еще один шаг и мы получим нового Лорда. Куда опасней нынешнего. Даже мне эти черные глаза еще будут сниться в кошмарах. Я вряд ли ошибусь, если скажу, что он на грани. Пока есть Лорд, Поттер будет бороться с ним. Но в любом случае, если их противостояние закончится, мы получим страшного врага. Кем бы он ни был. Лордом ли, или Поттером. Мальчишка убивает так, будто с рождения это делал. Если Темный Лорд получает от этого удовольствие, то Поттер делает это равнодушно и безжалостно. А эта его тварь? Тогда, у вашего кабинета, она от Оглушителя даже не чихнула.
– Быть может ты и прав в чем-то, Северус… В любом случае, нам скоро станет ясно что нужно делать. Как у тебя продвигается работа с противоядием?
– Плохо. Я перепробовал все, что было под рукой. Яд не реагирует ни на одно противоядие, просто игнорирует его. Все равно, что в бутылку со сливочным пивом насыпать песка. Они просто не взаимодействуют. Поэтому мне и нужен Поттер. Ведь есть в нем что-то, что уничтожает яд, попавший в кровь. Между прочим, она у него черная. Не странно ли?
– Не знаю, Северус… Он рассказал мне немного о том, что произошло тогда, в запретном лесу. Тогда был убит демон. Могущественный демон. И он проклял Гарри. Отсюда и некоторые его способности. Исчезать без мантии-невидимки, например.
Дверь в кабинет распахнулась без стука и внутрь ворвалась запыхавшаяся мадам Помфри.
– Северус! Как хорошо, что ты здесь! Нимфадоре Тонкс стало хуже. Нужна твоя помощь.
– Иди, Северус, быть может, ты сможешь найти противоядие. Мы надеемся на тебя.
Снейп лишь недовольно поморщился и вышел за торопливо бормочущей что-то Помфри.

«Насколько все лживы… Будто это сложно – говорить то, что чувствуешь. Ненавижу лицемеров! «Гарри, тебе нужна помощь». Помощь мне нужна была тогда, когда меня отправили к Дурслям! А не тогда, когда от них уже ничего не зависит. Как же неприятно видеть эту жалость и выслушивать тупые слова сочувствия… Где они были раньше, со своим сочувствием, тогда, семнадцать лет назад? Стратеги хреновы…»
Огромный демон, скрипя зубами, предавался не самым веселым мыслям, чисто автоматически махая крыльями. Холодный воздух ничуть не усыплял его ярость. В его могучих руках безвольно висела большая нунда, прижав уши к голове и зажмурившись. То ли от ощущения злости хозяина, то ли от нелюбви к полетам. Вскоре показались высокие горы, своими пиками цепляющие облака. Где-то там был один из немногочисленных на этой планете драконьих заповедников. Сегодня Гарри был не в духе. Хотя это было мягко сказано – он был просто чертовски зол. Его раздражало буквально все. И любой, оказавшийся на его пути человек был бы непременно раздавлен или обращен в пепел, и сам Поттер вряд ли бы обратил на это внимание. Глаза застилала пелена, кровь кипела ключом, заглушая все прочие ощущения. Как мог стать тихий подросток, который лишь просто хотел радоваться жизни, тем, кто со скоростью небольшого самолета рассекал прохладный воздух могучими крыльями, находясь в ужасающем обличье? Просто слишком много было боли и потерь. Предательств и обмана…
В этот день все сошли с ума. И хоть факт смерти Поттера был весьма значительным событием в жизни магического общества, его неожиданное воскрешение произвело гораздо больше шума. Все искали ответы на свои вопросы, искали самого Поттера. Одновременно с этим, в газетах стали появляться статьи о том, что повсюду исчезают драконы. Все свидетели говорили лишь одно. Человек в черной мантии, бездна портала – и нет драконов. Исчезать стали даже те особи, что жили на воле. Одним из громких событий на третий день после известия о воскрешении Гарри, было то, что на глазах у ошалевших магглов, около полусотни рептилий собрались неподалеку от небольшого поселения в северной Америке и исчезли. Министерство магии США потратило уйму сил и средств на то, что бы зачистить память ненужным свидетелям, но с самой пропажей драконов им так и не удалось разобраться. Некоторые видели и чудовищного вида зверя, который наводил страх одним своим взглядом. Видели многие, но поняли не все.

Северус Снейп упорно корпел над котлом в попытках изобрести уж если не противоядие к яду гончих, но хотя бы что-то, что замедляло его действие. Каждая его попытка оканчивалась провалом, и зельевар все больше злился на то, что этого Поттера носит совсем не там, где нужно ему, Снейпу. Тонкс оставалось жить совсем немного. Сутки от силы. Северусу не столь важна была ее жизнь, сколько то, что найденное противоядие смогло бы обеспечить безопасность ему самому. Внезапно замок едва заметно дрогнул, настолько незаметно, что Снейп и не обратил бы на это внимание, если бы не круги, прошедшие по поверхности зелья в котле. Первой мыслью было то, что на замок вновь напал Лорд, но Северус сразу же ее отмел. Жжение в метке, более или менее переносимое, при приближении бывшего господина усиливалось стократно. Решив все же проверить в чем дело, он поднялся из подземелий и направился к выходу из замка. Первым что он почувствовал, было ощущение усталости и ненависти, но не его, а чье-то чужое. Потом его тряхнуло и отбросило к стене. С трудом открыв глаза, Снейп увидел, что мантия его порвана в нескольких местах. Над головой раздалось глухое рычание, а затем послышался голос.
– Оставь его, Пушок. Это мясо вряд ли будет вкусным.
Снейп не знал, радоваться ли ему тому факту, что Поттер наконец-то удосужился появиться или злиться из-за того, что его назвали невкусным. Поднявшись с пола и справившись с головокружением, он увидел удаляющегося в глубь замка Гарри.
– Поттер!
Парень оглянулся, хмуро посмотрев на Снейпа.
– Что тебе нужно? Если хочешь почитать мне морали – обратись к Пушку. Он будет вне себя от счастья.
– Мне больше заняться нечем, как тебя воспитывать! – огрызнулся Снейп. – Почему на тебя не действует яд?
– Не твое дело, Снейп. Если ты думаешь что я в сговоре с Воландемортом и он мне в тихую поставляет противоядие – ты сильно ошибаешься.
– Ты был идиотом, Поттер, им и останешься. Мне нужно знать, что помогает бороться с ядом. Это спасло бы в будущем много жизней и одну – сейчас. Неуклюжая Тонкс сама себя поранила. Жить ей осталось совсем ничего.
– Снейп, в тебе проснулся гуманизм? Не верю. А противоядие простое. Кровь самой гончей. Три унции каждые пол часа. Всего семь доз.
– Откуда… – было заметно, что Снейп просто оторопел.
– От Тома. Я кое-что успел выхватить из его головы там, во время сражения. Не забывай, мы кое-чем связаны. – Гарри для убедительности прикоснулся к половинке маски на лице, скрывающую уродливую черноту.
Снейп готов был сыпать проклятия налево и направо. Противоядие было у него в руках. Совсем недавно. Будь проклят Хмури, приказавший сжечь останки растерзанных Пушком гончих. Снейп хотел осмотреть их, но не успел.
Гарри заметил едва всплывающие на лице зельевара эмоции.
– Дай угадаю. Ты не успел добраться до трупиков этих тварей, что бы хотя бы исследовать их?
Снейп лишь коротко кивнул головой.
Гарри пожал плечами и, развернувшись, продолжил свой путь. Внутри Северуса шла напряженная борьба. Остаться непреклонным, но потерять шанс получить противоядие или получить его, но попросить об этом Поттера. Последнее со скрипом победило.
– Поттер! Ты ведь можешь сделать это. Или тебе не важно что Тонкс умрет?
– Что-то по тебе не видно, что это важно для тебя. Или ты влюбился?
Гарри, издеваясь, изогнул в притворном удивлении бровь. Снейп закипал.
– Что ж, я понимаю, какой борьбой с собой тебе далась просьба ко мне. Но у меня условие. Я достаю тебе кровь, а ты присматриваешь в это время за Пушком. Я попрошу его не есть тебя и даже не калечить.
Снейпа скривило от ярости. Он был в маленьком шаге от того, что бы достать палочку и как следует приложить Поттера, но не делал это лишь потому, что осознавал – его усилия будут тщетны, а жизнь продлится не более секунды. Наконец, лицо его приняло почти прежнее, холодное выражение.
– Согласен. Но быстро. Иначе я прибью твою тварь.
– Это спорный вопрос. – ответил Гарри и прошептал что-то Пушку в ухо. – Он будет везде следовать за тобой. Просто не обращай на него внимания.
И исчез.



Глава 12. Часть четвертая. Исполнение - 3

Эти три часа были для Снейпа адом. Огромная тварь постоянно путалась у него под ногами. Перевернула почти все, что было в кабинете зельеварения. Северус хотел было что-то сварить, но все время фыркающая, снующая туда-сюда и страшная нунда сбивала его с настроя сильней, чем стадо буйных первокурсников, ничего не знающих о репутации бывшего пожирателя. В добавок ко всему, когда Снейп сел за стол и принялся, точнее попытался разобрать накопившиеся бумаги, бесстыжая тварь просто-напросто обслюнявила и изжевала полы его мантии. Видимо ее привлек запах настойки валерианы, пролитый Снейпом на одежду два дня назад. Иначе с чего бы после этой процедуры, кошка села посреди разгромленного кабинета и принялась надрывно орать своим басовитым рыком, от которого у самого Снейпа по спине потек ледяной пот.
Дверь кабинета с грохотом распахнулась и вошел Поттер, без особых усилий волочивший за собой немалую тушу гончей со свернутой шеей. Это было весьма предусмотрительно. Так не терялось много крови, которая непременно вытекала бы через рану. Снейпу оставалось лишь гадать, каким образом человек смог бы так убить эту тварь. Но как истинный слизеринец, он отбросил ненужные пока мысли в сторону и нащупав на шее под толстой кожей гончей крупный сосуд, сделал надрез и стал собирать кровь в большую колбу. Гарри, не уделив этому процессу ни капли внимания, махнул рукой и вышел. К большому удовлетворению зельевара нунда ушла вслед за Поттером, по пути своим мощным плечом снеся с петель входную дверь.

Первым делом Гарри нормально поел. Та антилопа, что была выловлена Пушком где-то посреди просторов Северной Америки и съеденная ими в сыром виде (в демона влезало много, очень много мяса), в человеческом обличье не ощущалась. Плотно поужинав, парень устало сел на подоконник в одном из ответвлений коридоров замка и угрюмо уставился в окно. Настроения не было. Даже издевка над Снейпом не улучшила настроения.
Достать гончую было делом простым. Из частично ухваченных воспоминаний Воландеморта, Гарри знал, где находится одно из небольших, но многочисленных убежищ его армии. Переместившись на место, Поттер увидел неприметный вход в пещеру. Он знал, что внутри она была колоссальных размеров. Там можно было без труда спрятать батальон пожирателей и такую же кучу гончих. Первые присматривали за вторыми, а вторые не давали расслабляться первым. Впрочем, самому Гарри до этого было мало дела. Он растворился в воздухе и неслышным крадущимся шагом пробрался мимо караула у входа. Пещера была потрясающей. Каменные наплывы и разводы производили ощущение, что пять секунд назад вся эта твердь была жидкой и внезапно застыла. Вода капала со свода, но мягкий и приятный звук разбивающихся капель начисто заглушали брань и хохот пожирателей, повизгивание и рычание гончих. Когда парень остановился посреди пещеры, дабы не столкнуться с идущим мимо него слугой Лорда, то заметил одну интересную деталь: гончие определенно напоминали вполне земное существо. То, что он услышал, подтвердило его догадку.
– Сдались нам эти крысы… Лучше бы мы с магглами развлекались, чем присматривать за выводком грызунов.
Пожиратель, прошедший рядом бормотал тихо, но Гарри услышал его.
«Это что же надо крысам скармливать, что бы их так раздуло?»
«У Блика спроси. Он знал»
«Откуда тебе это известно?» Недоуменно спросил Поттер.
«Так я с ним успел наговориться. Много он чуши нес» Неопределенно хмыкнул Дух.
Тем временем гончие, почуяв чужого, начали метаться по своим клеткам. Пожиратели не обратили на это должного внимания – твари всегда бесились. Мерлин их пойми из-за чего. Но когда зверье вдруг замолкло, вжавшись в углы, а те, кто в это время смотрел в ту сторону, заорали от ужаса, обернулись все. Вовремя, но без толку. Рядом с клетками стоял огромный черный исполин. Одним движением рук разворотив металлические прутья решетки, монстр схватил за голову гончую и в одно мгновение свернул ей шею. Обернувшись, он оскалил зубы и издевательски захохотал. Ополоумевших пожирателей от этого хохота прошиб ледяной пот. А потом был взрыв чудовищной силы. Одно мгновение, что еще помнили пожиратели, были вихри багрового пламени и волны энергии, шедшие от него. Затем свод пещеры просто рухнул, раздавив собой все живое. Осталось лишь два оглушенных взрывной волной пожирателя, которым еще предстояло очнуться в логове Воландеморта и выдержать перед смертью допрос с пристрастием Эйвери.

Свет заходящего солнца лениво проникал в окна замка. Гарри уже почти задремал, но его встревожил Пушок, настороженно заворчавший позади. Из темноты коридора появился чей-то силуэт.
– Здравствуй, Гарри… – Гермиона Грейнджер остановилась недалеко от уже мирно лежащего Пушка.
Лицо парня ей видно не было, поскольку лучи закатного солнца немного слепили глаза.
– Ты что-то хотела? – прохладный тон его инеем покрывал все вокруг.
Перед девушкой был совсем не тот человек, которого она встретила в Хогвартс-экспрессе в 11 лет. Гермиона в нерешительности посмотрела ему в глаза. Две ледяные искорки, два отблеска на скрытом тенью лице.
– Мне кажется, мы должны поговорить… Ты написал тогда в письме, что…
– Умная девочка Гермиона решила прекратить мои сердечные муки. – тихим, уставшим голосом перебил ее Гарри. – Ты думала меня это терзает? Ты ошибалась. Сейчас меня заботят куда более важные вещи. Что ты хотела сказать?
Девушка оторопела от излишне резкого тона, а он тем временем продолжил.
– Что все бы конечно неплохо, что я милый и хороший, но тебе со мной быть не хочется? Или что ты готова остаться со мной навечно? – Гарри усмехнулся мысли о вечности. Его вечности. – Мне не нужно ни то ни другое. Я лишь хочу покоя. Но его нет. Ты видишь, кем я стал. Ты помнишь, кем я был. Так уж должна догадаться чего я хочу… Нам не о чем говорить, Гермиона.
Она ошарашено моргнула и не ответив ни слова повернулась и скрылась во тьме коридора.
«Жестоко, тебе не кажется?»
«Ничего, имею право хоть раз потешить себя тем фактом, что большинство людей – слепые идиоты. Мне не нужна жалость. Жалость убивает!»
«Ты и сам был таким же»
«Ну и? Я же ясно сказал, что хоть на какое-то время имею право на эгоизм!»
«Не кипятись, Владыка. Воздух зря греешь»
И в самом деле. Пушок уже недовольно шевелил усами, уловив изменение температуры.
«Прямо как кипятильник у магглов… Только вместо электричества – эмоции» Подумал Гарри, спрыгивая с подоконника. «Пойти воду вскипятить, что ли?»

Злость бурлила, не находя выхода наружу. От парня так и веяло смертным ужасом на фоне повышенной температуры. Пушок покорно плелся за хозяином, который и в самом деле решил последовать своему же совету. Плавать Поттер умел хоть и не очень ловко, но с горем пополам в воде не тонул, благо пока он отсиживался в мире драконов, вдоволь наплавался в глубоком ручье долины Владык. Остановившись у кромки озера, Гарри скинул мантию и в задумчивости замер, вертя в руках обрубленную маску пожирателя. Тряхнув длинными черными волосами, он со всей силы зашвырнул маску в озеро. Та скрылась с глаз, еще долго прыгая по воде. Сзади кто-то тихо присвистнул. Выругав про себя Пушка, который по идее должен был бдеть, а не первым залетать в воду, поднимая тучи брызг, словно собака, Гарри обернулся. На пригорке, оперевшись на ствол дерева, стояла бледная и изможденная на вид, но вполне поправившаяся Тонкс. Вся ярость куда то исчезла, оставив легкую дымку смятения и разочарования. Вспомнив про свое лицо, Поттер поморщился и отвернулся. Все свое внимание он хотел обратить на то, что бы угадать, где именно сейчас Пушок гоняется за несчастным гриндлоу. Но легкий шорох шагов отвлек его от столь неинтересного занятия. На плечо легла рука, но парень непроизвольно вздрогнул, и Тонкс убрала руку.
– Спасибо. Ты спас мне жизнь. – прямо и без лишних слов сказала она.
Гарри выдохнул воздух чуть сильнее положенного.
– Снейп?
– Да. Хотя он больше ворчал и жаловался на то, что ты отсутствовал слишком долго, а ему пришлось отдать на разгром свой кабинет вон тому милому созданию.
Она махнула рукой вдаль, туда, где едва виднелась морда что-то жующего Пушка. Гарри невольно подумал, что это точно не кот. Ни по виду, ни по поведению. Помесь собаки с выдрой, не иначе.
– Ничего, восстановит. Зато теперь у него в руках противоядие от яда гончих. Пусть сидит и радуется. Может даже устроит себе праздник и в кои то веки помоется. – Гарри и Тонкс одновременно фыркнули. – А ты-то что тут делаешь? Тебе положено находиться под неусыпным присмотром мадам Помфри.
Его перекосило. Тонкс, заметив это, засмеялась.
– Вот именно поэтому то меня там и нет. За время моего обучения я столько раз бывала в больничном крыле, что являюсь в этом тебе конкурентом. Так что без лишней надобности и на пушечный выстрел туда не подойду. – она покосилась на Гарри. – Вот решила погулять. Извини, я слышала ваш с Гермионой разговор. Точнее ту часть, когда говорил ты. Уж слишком громко было.
Внутри снова пронеслась волна гнева.
– Давай не будем об этом. Чем быстрей я забуду этот разговор, тем лучше. Поверь мне на слово, если я начинаю сильно злиться, рядом вещи загораются.
– Ты Магид что ли?
– Нет. – Гарри неопределенно пожал плечами. – Просто так есть. Хочешь проверить – начни давать мне советы.
Он впервые повернулся к ней лицом и слабо улыбнулся. Сейчас перед ним стояла огненно-рыжая девушка с карими глазами, что в природе встречается очень редко, острым носиком и в ярко накрашенными губами и очень бледной кожей.
– Мне всегда было интересно, каков твой настоящий вид? Ты меняешь внешность с бешеной скоростью…
– Я уже смутно помню. Надо как-нибудь попробовать стать такой, какой меня родила мать. Но сейчас я просто не в силах напрягаться.
Гарри задумчиво кивнул и вновь повернулся к озеру.
– Я вообще-то пришел сюда остыть. Поплавать, то есть. Ты не против?
Нимфадора неопределенно пожала плечами, давая понять, что против ей быть не с чего. Гарри стянул с себя рубашку, на которой просвечивали дыры от шипов гончих. Тонкс тихо ойкнула, но сам он не обратил на это внимания. А она уставилась на его спину, исчерканную черными полосами. Рисунок складывался на первый взгляд хаотичным, но если присмотреться, то можно было увидеть, что он имеет несколько центров, темных, небольших пятен. Парень почувствовал удивление молодой аврорши и обернулся. Теперь Тонкс уже громко ойкнула. Спереди было то же самое.
– Не обращай внимания. – махнул он рукой. – Это можно сказать, подарок Воландеморта.
– Больно было? – она осторожно подошла и словно украдкой, коснулась пятна на плече.
От этого пятна вниз уходило несколько черных, рваных полос, закручивающихся вокруг руки неровной спиралью.
– Хм… Как думаешь, если тебя на живую прибьют к дереву костяными кольями, то будет не больно?
Тонкс сразу вспомнила момент, когда Гарри пригвоздило шипами гончих.
– Ничего, зато татуировки не надо. – равнодушно выдал он и, ничуть не стесняясь, скинул обувь и штаны. – Я поплыл. Удачи.
Нимфадора не отрываясь смотрела, как человек, чье тело словно сама смерть изрисовала, забредал в воду все дальше и дальше. Вода была довольно холодной, но Гарри это не волновало. Он забавлялся, давая волю эмоциям и чувствуя, как вода вокруг начинает нагреваться. В голову пришла шальная мысль. Что же выходит, неограниченная сила? Что мешает злиться, с каждой секундой становясь все сильней и сильней, обрушивая дармовую энергию на головы врагов? Нет, что-то не так, не бывает в природе вечных двигателей. Все ведь имеет свою цену. Так сколько он должен заплатить за то, что имеет? Или уже заплатил? Много вопросов и ни одного ответа… Он тихо плыл, особо и не напрягаясь. За мгновение до того, как за ногу ухватило, словно тисками, Гарри почувствовал приближение Пушка. Но сила физическая сила человеческой оболочки против силы нунды была ничем, и он лишь успел взмахнуть руками, прежде чем со всплеском ушел под воду.
Тонкс ошарашено вскочила, не зная что делать. Что случилось, она видела, но вот что послужило этому причиной, осталось для нее неведомым. За помощью бежать было слишком долго, сама она мало что могла сделать, сил хватало лишь на медленную ходьбу. Но прежде чем хоть какое-то решение пришло ей в голову, под водой что-то тускло сверкнуло, воду над тем местом, где предположительно был парень, вспучило, и поверхность озера буквально вскипела пузырьками воздуха. Лишь через мгновение и на мгновение показался Пушок, а еще через несколько секунд он с яростным, но неожиданно довольным, ревом вылетел из-под воды и, прошелестев по воздуху с растопыренными лапами, ака птичка четырехкрылая, добрых пятнадцать метров с громогласным шлепком рухнул обратно в воду.
Нимфадоре оставалось лишь в шоке наблюдать за происходящим, ибо она совершенно не понимала, что тут можно было сделать. На мгновение ей показалось, что невдалеке от берега под толщей воды проскользнул кто-то огромный, но списала это на обман зрения. Почти скрывшееся за горизонтом солнце последними лучами играло множеством бликов на поверхности озера, а фокус, проделанный парящим Пушком, лишь увеличил количество отблесков. Через две минуты, в течении которых ничего не происходило, у самого берега вынырнул Гарри, и, отплевываясь и немного задыхаясь, выполз на берег. На икре правой ноги чернели отпечатки огромных зубов, но порезы заживали буквально на глазах, едва-едва сочась темной гущей крови.
Парень отдышался и потянулся за одеждой, но тут заметил остолбеневшую Тонкс.
– Извини, я забыл, что ты здесь… Игры Пушка не то зрелище, которое следует наблюдать перед сном.
– И… игры? – выдохнула девушка, яростно указывая на раненную ногу . – Вот это вот – игры?!
– Извини, но если это непривычно тебе, то это не значит, что и мне тоже. Мы развлекаемся, как можем. Впрочем, ему тоже досталось. Незачем без спросу за ноги хватать.
Оставив Тонкс размышлять в молчании о том, каким образом от безоружного Гарри, бывшего раз в восемь или девять меньше зверя по массе, могло достаться Пушку, парень стал одеваться. Тишину нарушил собственно Пушок, шустро выскочивший из воды. Веер брызг заставил Тонкс прийти в себя и произнести заклинание, что бы просушить одежду на себе. Потрепанная, но довольная нунда убежала куда-то в заросли, но Нимфадора успела заметить у нее на боку неглубокую рваную рану и еще кучу мелких по размерам кошки царапин. Решив даже не начинать думать о том, кто бы мог нанести такие раны огромному зверю, Тонкс вопросительно уставилась на Гарри.
– Что?
Она неопределенно помахала рукой вокруг себя.
– Лучше не спрашивай. – выдал парень. – Все равно не поверишь. Тебе спать пора, ты еще не выздоровела. Тебя проводить?
– Если хочешь.
– Ну, тогда пойдем. Мне все равно надо было в замок.
Тонкс оперлась на предложенную руку, и они направились к замку, изредка перекидываясь репликами.

– В чем дело, подруга? – спросила Джинни, увидев мрачную и задумчивую Гермиону на диване в гостиной.
– Гарри.
– Что Гарри?
– Он другой. Холодный, жесткий и скрытный.
– Очнись, Гермиона! – воскликнула Уизли. – Его не было больше полугода, он пропадал Мерлин знает где, а потом появился, да еще с огромным монстром на поводке. Посмотри, как этот, как его там… Пушок слушается его. Я сомневаюсь, что бы такая зверюга покорилась прежнему Гарри. Я ожидала такого вывода от Рона, но никак не от тебя.
– Ты права… – Герми устало потерла глаза кулачками. – Да и изменился он не просто так. Ты не видела, что было, когда он столкнулся с Воландемортом перед замком. Он должен был умереть. Он просто ОБЯЗАН был умереть… Но как видишь, Гарри все еще жив. Тогда, когда мы гуляли у озера, мне показалось, что он остался прежним, просто его долго не было…
– Ну да. Рон до сих пор в своей спальне отсиживается, потому что боится столкнуться с Гарри лицом к лицу. Эльфы ему туда и завтрак и обед и ужин носят.
– Дурак он. Гарри нет до него дела. Надо быть совсем слепым, что бы не заметить, что у него проблемы поважнее, чем разборки со старыми друзьями. Правда я до сегодняшнего дня этого сама не замечала. – призналась девушка. – А когда подошла поговорить, то он просто попросил убраться.
– Может он просо не доверяет никому больше. – задумалась Джинни. – Может даже и самому Дамблдору. Кто же его теперь знает. Хотя, мы сами в этом виноваты…

– Гарри, можно тебя на секунду?
– Вы что-то хотели? – нехотя откликнулся парень, услышав обратившегося к нему Дамблдора.
– Если ты не против, то, быть может, поговорим немного?
Лицо Альбуса не выражало ничего, кроме приязни и вежливости, но Гарри казалось, что директор затеял допрос с пристрастием.
– Поздновато для бесед, вы не считаете? – попробовал вывернуться Поттер, но провалился в этой попытке.
– Я никуда не тороплюсь, мальчик мой. – обращение «мальчик мой» Гарри явно было не по душе, но директор этого словно бы и не заметил. – Да и у тебя, насколько я понимаю, планов пока нет. Пройдемся?
Парень удрученно кивнул, соглашаясь. Ругаться ему не хотелось, а быстрейший способ избавиться от назойливого внимания – быстро закончить разговор.
– Мы очень благодарны тебе зато, что ты помог Северусу с противоядием. Но почему ты не сказал сразу?
Дамблдор, наверно, был единственным, кто еще мог в чем-то упрекнуть Гарри и при этом не вызвать его гнева.
– Не знаю. Быть может потому что у меня в теле была куча лишних отверстий, быть может потому, что у меня чуть не сгорели мозги, быть может потому что я был зол на все, что видел перед глазами. Могу добавить еще то, что я понятия не имел о случае с Тонкс. Вам это объяснение подходит?
– Вполне, мой мальчик. – кивнул директор, что-то обдумывая. – А как идут твои дела?
Гарри усмехнулся, причем непочтительно громко.
– Я думаю, вы вполне осведомлены о моих делах для того, что бы сделать более или менее правильные выводы, не так ли, профессор? Давайте не будем играть в мудрого и доброго директора школы и взбалмошного ученика. Я слишком устал для этого. Мне просто хочется спать.
Лицо Дамблдора мгновенно приобрело серьезный и сосредоточенный вид, утеряв всю мягкость. Теперь это был могущественный маг, а не простодушный, на первый взгляд, директор магической школы.
– Мне понятны причины твоего поведения, Гарри. – даже голос его изменил свои интонации. – Но вот причины твоих действий от меня ускользают. Давай для ясности и честности приоткроем карты. Я как глава ордена обязан искоренять все то, что угрожает жизни магического сообщества, хотят ли этого сами маги или не хотят, знают об этом или не знают. Такова была клятва Главы ордена еще при его основании. Том идет своим путем, я иду своим. У каждого из нас противоположенные цели и из-за этой борьбы погибло уже немало магглов и магов. Но совсем недавно появилось новое действующее лицо.
– Дайте угадаю. Речь идет обо мне. – хмыкнул парень. – Вы видите, что я могу многое, что я вроде бы противостою Воландеморту, но в то же время преследую и какие-то свои цели, не имеющие к вам обоим отношения. К тому же вы заметили, что я, похоже, бессмертен. Единственный, кроме Лорда. – Гарри увидел притворное удивление на лице директора. – Бросьте, я вполне хорошо заметил, как вы рассматривали меня после того, как Воландеморт приложил меня об дерево. Не знаю, чем он там швырялся, я не знаток заклинаний, но это было нечто весьма сильное и страшное. У меня до сих пор неприятные ощущения от этого проклятья. Так что если подвести итог, то вам было бы очень хорошо знать не только то, какую сторону я могу принять, но и то, какие цели я преследую. Могу сказать лишь одно, я увел из этого мира почти всех драконов и уведу остальных. Вот то, что вам нужно знать. Остальное вы не поймете и не сможете осмыслить, не зная всего, что произошло со мной за то время, прошедшее с момента моей встречи с Лордом в сквере.
– Быть может, ты можешь мне это рассказать? – Дамблдор сделал попытку, но она оказалась бесполезной.
– Нет, профессор. Поверьте, то, что я пережил за эти неполные полтора года – куда больше, чем вся моя предыдущая жизнь. А о ней можно рассказывать бесконечно, и вы это знаете. Я не собираюсь мешать или помогать вам сражаться со злом в душах и умах магов и людей. Это не моя битва, а ваша. В конце концов, это вы директор школы. – Гарри слабо улыбнулся. – Я не буду носиться за толпами пожирателей или идиотом министром. Это ваши, человеческие проблемы. Помните, я говорил вам, что демон проклял меня. Теперь на человеческие дела и проблемы мне наплевать. Не я их порождал и не мне их решать. Я не знамя победы над Воландемортом. Я тот, кто дал ему жизнь дважды. Я буду касаться лишь того, что зависит от самого Лорда и связано с Мечом Равновесия. Я освободил его, мне и брать на себя решение тех проблем, которые появились из-за меня, меча, и наших с ним действий.
По выражению лица Альбуса было заметно, что у него исчезло несколько вопросов, но появилось еще больше. Но прежде чем он смог спросить еще что-то, Гарри остановился и, хитро улыбаясь, сказал:
– Я бы, на вашем месте, усыпил Трелони как больную старую кошку. Если она выдаст еще одно пророчество, этот мир рухнет как карточный домик. Удачи, профессор!
Вспышка пламени зловеще осветила багровыми тонами лицо директора, задумавшегося, как ни странно, именно над последними словами Гарри. Сам парень исчез.

«Умная речь. Не думал, что ты сможешь выразиться так точно»
«Все, что стоило смысла в моих словах – это убийство этой дряхлой прорицательницы. Или на худой конец лишение ее способности говорить до конца ее дней. Не знаю, кто или что говорит устами прорицателей, судьба или неведомые боги, но стоит только пророчеству прозвучать, те, кто знают о нем, начинают его же исполнять. Я сильно сомневаюсь, что если бы пророчество не прозвучало вообще, то родители Лонгботтома были бы замучены до безумия, а в Годрикову Лощину наведался сам Воландеморт. Если задуматься, то определяющим событием для всего того, что произошло и происходит сейчас, были лишь слова этой старой перечницы»
«Быть может ты прав… Кто знает, что и кто руководит высшими материями этого мира. Всегда есть что-то выше…»
«Что-то слишком много философии в твоих словах для боевого дракона. Ты не похож ни на одно разумное существо»
«На то была воля прежнего Владыки» Короткий ответ Духа был прост и понятен. До безобразия.

– Пушок! – рявкнул Гарри что было силы.
Нунда до сих пор резвилась где-то в запретном лесу, отпущенная погулять хозяином и до сих пор так и не вернулась. Парень осмотрелся. В ночной мгле было не видно ни зги, но его странное, появившееся совсем недавно, чутье не улавливало никого в радиусе двухсот метров. Решив для безопасности отойти подальше от замка и поближе к лесу, Гарри немного пробежался в свое удовольствие. Кромку Запретного леса осветила едва видная вспышка. Затем, через несколько секунд, пол леса содрогнулось от низкого, на грани слышимости, но мощного рычания. Те, кто мог спрятаться – спрятался, те, кто мог улететь – улетели, остальные просто попадали и замерли. Через несколько минут к титанической фигуре, неразличимой в темноте до тех пор, пока в нее не упрешься носом, виновато прижав уши, подбежала огромная нунда. Без всяких слов и звуков отвесив «легкий» шлепок Пушку, демон просто взял немалого веса тушу подмышку и, шумно взмахнув крыльями, исчез в ночном безлунном небе.


– Мои верные слуги! Пришел час триумфа! Отныне мы будем действовать открыто, карая любого, кто не примет мою сторону. Правую сторону! Я разрешаю делать вам все, что пожелаете, нападайте, убивайте, множьте страх и уважение к вашему господину, Бессмертному Лорду Судеб! Каждое деяние ваше, направленное на возвышение меня, приближает вас ко мне, и настанет тот день, когда армия моих бессмертных воинов покорит этот прогнивший, полный никчемной жалости мир! Ибо знайте, бессмертие достижимо!
Лорд прервал свое триумфальное, полное торжества и мощи шипение, и кивнул первому ряду своих слуг. Они, хоть и нерешительно, но быстро и синхронно взмахнули палочками, выпуская самые разнообразные заклинания, самым слабым из которых было режущее. Громадную залу, где собралась почти вся человеческая армия Воландеморта осветили десятки разноцветных вспышек, дробящих и рассеивающих тени. Едва первое заклятие коснулось Темного Лорда, тело его окуталось облаком искр и серо-зеленого тумана от попадавших заклинаний. Пожиратели намертво замерли, силясь прозреть туманное облачко насквозь и увидеть своего господина. Внезапно, из середины клубка мерзкой мути раздался чудовищный хохот, преисполненный презрения к жалким попыткам Пожирателей.
Дымку смело в никуда по велению могучей руки. Даже самые верные и повидавшие всякого пожиратели позеленели от ужаса. Можно было вполне понять то, что старина Том испытываю большую приязнь к рептилиям, но что бы он пошел на такое…
– Вам, смертным ничтожествам, позволено созерцать истинную мощь вашего владыки! Преклонитесь предо мной!
Пожиратели, все как один, рухнули на колени и склонили головы, ибо голос, повелевавший им, давал понять, что промедливший умрет немедля. И хоть сам Лорд не открыл даже рта, его услышали все три с лишним сотни магов. Голос звучал в их голове. Властный, равнодушный, но яростный, тихий, но пробирающий до дрожи в поджилках, звучащий металлом, обрушенным на голову жертвы. Воландеморт отныне не имел голоса, ощущаемого слухом. Единственное, на что была способна его новая глотка – шипеть на серпентарго. Да и вообще, все, чем теперь Лорд напоминал человека, было лишь похожее строение скелета и способ передвижения – на двух ногах. Мощное демоническое заклятие связало его и без того змеиную тушку с сущностью одного из самых крупных представителей пресмыкающихся, явив тем самым миру еще одного нечеловека, наделенного огромными возможностями.
Мощная, более двух метров в высоту, фигура возвышалась над пожирателями. Те лишь смогли преклонить колени перед своим повелителем, не в силах посмотреть на него из-за сковавшего их страха. Болотно-зеленая чешуя нового тела Воландеморта тускло блестела в свете факелов. Красные глаза со змеиными зрачками-щелочками удовлетворенно прищурились. Если уж слуги испытывают перед ним столь большой ужас, то что же будет с врагами? Лорду определенно нравилось то, что он совершил. Теперь весь мир падет к его ногам. Осталось лишь уничтожить два небольших препятствия на пути к господству. Старого маразматика и вездесущего Поттера. Лорд невольно подумал, что второй дастся куда большими потерями, нежели первый. Ну ничего, бессмертие это большой козырь.
– Мой Лорд… – дрожащий голос вернул Реддла в реальность. – Позвольте спросить.
– Да, Гойл. – голос опять заставил содрогнуться пожирателей.
– А если… если мы тоже получим бессмертии, то будем выглядеть так… же?
Безгубая щель рта хищно растянулась в леденящей кровь улыбке, обнажив острые и большие зубы. Воландеморт соизволил взглянуть на туповатый шкаф, именуемый Гойлом. Красные глаза едва заметно сверкнули, и туша пожирателя скорчилась от невероятной боли. В следующий момент многие слуги Лорда не смогли удержаться и схватились за левое предплечье. Их метки горели адским пламенем.
– Почтительнее, слуги мои, иначе я буду наказывать даже за неверный вздох. А теперь оставьте меня. Все наши силы должны быть в полной готовности. Прежде, чем мы низвергнем ад на голову маразматика-магглолюба, необходимо сделать кое-что еще.

Это был последний драконий питомник. Все остальные таинственным образом опустели. Драконов больше не видели нигде. Ни на воле, ни в загонах. Поэтому-то здесь была охрана, мимо которой не пролетела бы и муха. Всем и каждому было известно, кого они ждали и от кого охраняли ящеров. Человек в истрепанной черной мантии и огромный зверь. Им было велено не спрашивать, кто пришел и зачем. А убивать на месте.
Насмешливый голос зазвучал у самого уха охранника, добавив последнему немало седых волос.
– А не много ли людей для вшивого зоопарка?
В ответ была лишь вспышка заклинания, пущенная наугад, по звуку. Во всем лагере, разбитом вокруг питомника моментально поднялась тревога.
– Сколько страха… – звук голоса чуть удалился и замер.
Маги замерли, цепочкой окружив загоны с беснующимися драконами.
– Чего вы ждете? Нападения? Человека? Монстра?.. – голос откровенно издевался, перемещаясь то влево, то вправо, а пускаемые волшебниками заклинания летели дальше, не находя цели.
– Вы стережете драконов? От кого?
– От тебя, кто бы ты и был! Ты больше не убьешь ни одного дракона!
Хохот разорвал напряженную тишину.
– А… а кто вам… кто сказал, что я их убиваю? Ха!.. Вас – может быть. Но их – нет.
– Кто ты такой!
– Да Гарри Поттер я! – и вновь дикий безудержный смех на грани сумасшествия.
– Тогда я Тот-Кого-Нельзя-Называть, а это – мои слуги!
– Правда? – неожиданно спросил голос совсем рядом с зарвавшимся магом. – Тогда я тебя убью. Не веришь?
Вновь сверкнули вспышки заклинаний и два волшебника упали, сраженные своими же соратниками.
– Нет, ты не он. Он бессмертен. – невидимый пинок перевернул тело мага, но в этот раз никто не стал швыряться заклинаниями. – Драконы уходят. А вы делайте что хотите.

Министерство Магии лежало в руинах. Убитых никто не считал, а о раненых никто не заботился. Было просто некому. Все кто мог – убежал, остальные погибли. Те, кто все же выжил, утверждали, что нападала целая армия. Люди, гончие, дементоры, какие-то странные твари… И командовал всем этим ужасный чешуйчатый монстр. Деталей не помнил никто. Какие детали, когда на площади пяти кварталов царит невиданный доселе хаос, а нападавшие даже не стали входить в здание Министерства. Цепочка неизвестных заклинаний, мощный подземный толчок – и в итоге замаскированное строение превратилось в руины. Уцелели лишь самые нижние, подземные уровни, в том числе и отдел Тайн. А затем были взрывы, вопли раненых, предсмертные стоны… Воландеморт не щадил никого, кто смел попасться ему на глаза, поэтому выжившие мало что могли рассказать.
Последствия устранялись очень тяжело. Для магглов все разрушения списали на теракт, память зачищали тысячам простых людей. Для этого были стянуты силы близлежащих государств, ибо много Авроров погибло при уничтожении Министерства. Остатки магического правительства во главе с выжившим, как ни странно, Фаджем ничего не могли толком сделать. Открытая война начиналась с бойни.

Гарри брел по полуразрушенной улице Лондона, всматриваясь в развалины и тихо бормоча себе под нос проклятия. Большинство из них было адресовано министру, который был обязан первым сдохнуть, но этого не случилось. Пушок в это время сидел в Хогвартсе и чинно поедал то, что ему приносили эльфы. Мясо, много мяса.
Последние драконы были выпущены на свободу. Но не отправлены в свой мир. На их счет у Поттера еще были свои планы. А пока ему хотелось лишь одного – решить проблему под именем Том Реддл. Парень невесело усмехнулся. Вот он, момент, которого все столь долго ждали. Ведь Гарри собирался дать Лорду последний бой. Но ощущения были странными – будто кто-то качал головой, намереваясь повернуть нить происходящего чуть в сторону от логического окончания. Зайдя в тупик, образованный рухнувшей стеной здания, он переместился в Хогвартс.

По замку туда-сюда сновали выжившие авроры, косо поглядывавшие на человека в черной мантии, который не спеша шел к Большому залу. Все знали кто это и никто не решался остановить Поттера. Многие боялись, многие не решались, а некоторым просто было не до этого. Позади послышались испуганные крики, но причину их Гарри понял сразу же – почувствовав присутствие хозяина, пушок рванул к нему на всех парах, не беспокоясь о препятствиях на своем пути в виде попадающихся людей. Тех, кто не смог вовремя вжаться в стену, он просто перепрыгивал. Им можно было лишь посочувствовать. Не очень приятно ощущать, как над тобой легко, словно перышко, пролетает туша весом килограмм в шестьсот, сверкая белоснежными клыками.
Гарри своевременно сделал два шага в сторону и нунда, вместо того, что бы сбить его, тормозя, проехала по каменному полу несколько метров, оставляя в многовековом камне бороздки от когтей. Парень лишь вздохнул и пошел дальше.
В Большом зале собралось немало народа. Они совсем не ели, а обсуждали кто во что горазд. За преподавательским столом сидел Дамблдор, МакГоннагал, Снейп, несколько Авроров, судя по форменным мантиям, Хмури, а так же еще несколько человек, неизвестных Гарри. Войдя в зал, парень сбросил капюшон и направился к директору. Но не прошел он и половину своего пути, как на него было направлено сразу несколько палочек. Гарри остановился и в удивлении поднял бровь. Пушок глухо зарычал и, встав спиной к хозяину, оскалился.
– Да ну… – усмехнулся Поттер, взмахнув рукой.
На руке его ярко сверкнул и застыл, словно замороженный, небольшой шарик голубого пламени.
– Мне кто-нибудь объяснит, что происходит?
– Опустите палочки! – громыхнул Грозный Глаз.
Авроры послушно выполнили приказ, исподлобья косясь на Гарри.
– Гарри, нужно кое-что обговорить. Ты не против?
– Против, не против… Как с маленькой девочкой. – Снейп был явно не в настроении. Мешали рядом сидевшие авроры.
– Смотря о чем, профессор. – ответил парень. – Мне бы например очень хотелось узнать, с чего это на меня вдруг авроры нападают? Или им стало не хватать пожирателей? Так не вопрос. Скоро их будет много.
– Откуда такие сведения? – подозрительно спросил сидящий рядом с Хмури аврор.
Гарри окинул его оценивающим взглядом.
– Нагайна нашептала.
Хмури звучно крякнул, Снейп поежился, Дамблдор озорно улыбнулся, а аврор так и остался в непонимании о том, кто такая Нагайна.
– Он нападет на Хогвартс всеми своими силами. Это его наиглавнейшая цель. То, что случилась с министерством – разминка. Сколько у вас людей? – парень посмотрел на аврора и тот съежился под пристальным взглядом угольно-черных глаз. – мало. Он сметет и вас и замок одним разом. Вам даже не обязательно будет отсюда выходить. Можете не усиливать защитные чары. Это тоже не поможет.
Один из авроров скептически посмотрел на Гарри.
– А ты кто, поверенный дел Того-Кого-Нельзя-Называть, что утверждаешь, что мы можем, а что нет?
Парень молча взял через стол аврора за грудки и при всем честном народе, нисколько не задумываясь о числе представителей аврориата в зале, притянул его к себе.
– Я говорю, ты слушаешь. Хочешь жить – слушай внимательно. Сдохнешь ты или нет – меня не волнует. Я ясно выражаюсь?
Воздух вокруг начал ощутимо нагреваться. Аврор с трудом сглотнул и кивнул головой.
– Что ты предлагаешь, Поттер? – громыхнул Аластор. – Убежать отсюда, бросив все?
– Вам некуда бежать. Разве что из страны. Да и надолго это не поможет. Я могу кое-что сделать, но лишь в обмен на одно одолжение. После, вы отдадите в мое распоряжение Арку Смерти в отделе Тайн.
– Поттер, ты с ума сошел? – Снейп, наконец, не выдержал. – А Уэльс тебе не подарить?
– Это можешь забрать себе, Снейп. – спокойно ответил Гарри и предупредил реплику аврора. – И не надо заговаривать мне зубы тем, что Министерство разрушено. Я был в отделе Тайн и прекрасно знаю, что даже если Англия уйдет на дно океана, это место останется целым. Мне плевать, что скажет Фадж. Эта тупая скотина должна была сдохнуть вместе с министерством. Мне плевать, что вы ее изучаете. Вы принимаете мои условия или погибаете. Остальное меня не волнует.
Гарри сказал это весьма громко, что бы услышали все, кто был в зале. Все сразу же заткнулись и уставились на преподавательский стол, ожидая ответа. Лишь Дамблдор и Снейп знали, на что способен Гарри, поэтому никто не представлял, чем может помочь один человек против полчищ Воландеморта.
– Мне трудно представить, Гарри, зачем тебе нужна Арка, но я думаю, что это вполне выгодный обмен. – ответил хмурый Дамблдор. – Твои предложения?
– Вам достаются лишь люди. Это ваши проблемы. Я беру на себя его тварей.
Авроры дружно хмыкнули, но заткнулись, когда Снейп бросил на стол перед ними отравленный шип гончей.
– Не беспокойтесь, ни одна из них до Хогвартса не доберется. Все, что вам нужно сделать – наложить мощный противоаппарационный щит после того, как твари будут убиты, а Воландеморт уйдет. Пожиратели останутся вам.
– Старый пень уйдет? Поттер, ты ничего не путаешь? Это чем таким его надо испугать? – спросил Хмури.
– Я ваш глаз надену. – не моргнув и без тени улыбки ответил Поттер, на что старый вояка загоготал. – Думаю, шутку он оценит.
Пушок задумчиво слизывал еду с тарелки Снейпа, наплевав на то, что брызги летят на окружающих.
– Поттер, убери свою тварь!.. – с отвращением прошипел зельевар, вычищая с мантии остатки пищи.
– И все же вы ему нравитесь. Я тут как раз подумал, мне нужно оставить его на несколько дней, но не с кем… Не согласитесь?
Снейп взлетел со своего места и сопровождаемый хохотом Хмури вылетел из Большого зала, рассыпая во все стороны ругательства.
– А теперь серьезно. Что бы вы не увидели, хоть Мерлина во плоти, идущего под ручку с Гриндевальдом, не вмешивайтесь. За стенами замка будет настоящий ад. В это может не поверить любой, но мое дело предупредить, а не запирать вас в замке. В любом случае первыми будут наступать нелюди и твари. Когда подтянутся люди – делайте, что вам будет угодно. Но мы так и не пришли к договоренности. Мне нужна Арка.
– Хорошо, Гарри. Я даю тебе слово, что ты ее получишь.
Парень внезапно широко улыбнулся и хлопнул ладонью по столу так, что вся посуда загрохотала. Авроры чуть было не разродились.
– Прекрасно! – Черные омуты глаз блеснули. – В таком случае мне нужно еще кое-что сделать. Я вас покидаю. Пушок!
Нунда оставила в покое трясущегося человека, которого за секунду до этого пристально изучала, загнав в угол, и одним прыжком оказалась возле Гарри. Тот отвесил шутливый поклон аврорам, и Большой зал на мгновение озарила вспышка багрового пламени.

В долине Владык стояла осень. Впрочем, осень здесь была весьма короткой. Климат был близок к субэкваториальному, но деревья все равно сбрасывали листву не постепенно, а одним махом, оставаясь на полторы недели голыми ветвями качаться по ветру. Трава же была вечнозеленой. Росла и росла, ее сощипывали животные, насекомые… Вечный мир, благоухающий и девственно чистый, не угробленный вмешательством разума, а лишь подправленный им.
Пушок обиженно рычал, отказываясь подчиняться Гарри. Это было впервые. Поттер всего лишь хотел оставить его на несколько дней в безопасном мире. Он не столько боялся того, что нунда сможет погибнуть, сколько того, что она будет помехой. Все же биться придется не с толпой пожирателей, где от кота была бы польза, а с одним единственным противником. Поэтому сейчас, не смотря на все безмолвные протесты своего подопечного, демон лишь отрицательно огрызался. Они прекрасно друг друга понимали без слов.
Гарри вернулся в человеческий облик. Пушок набыченно ворчал, рыхля землю лапой.
– Ты останешься тут. Можешь не дуться. Через несколько дней я за тобой вернусь.



Глава 13. Часть четвертая. Исполнение - 4

Гончие визгливо суетились, крутясь на месте. Они уже чуяли предстоящее нападение и хотели рвать все вокруг. Те пожиратели, что не были заняты, стояли группками, обсуждая то, как они нападут на Хогвартс и уничтожат последний очаг сопротивления.

Лорд намеревался перекинуть по частям свое могучее войско в Запретный лес. Обретя новое могущество, ему было под силу открыть портал хоть в сам Хогвартс, но окончательно свихнувшийся разум Воландеморта желал получить как можно больше удовольствия и растянуть действо надолго.


Гарри сидел на крыше одной из башен магической школы и смотрел в небо. Каким-то шестым чувством он ощущал, что первые твари Воландеморта уже появились в глубине леса.

«Ну вот, начинается…» Парень хрустнул шейными позвонками, потягиваясь. «Мне кажется, или ты хочешь что-то рассказать?»

«Тебе кажется» Коротко ответил Дух.

«Слушай, а чем отличается магия от магии? Ну, то есть, например, магия человека от моей?» Неожиданно спросил Поттер.

«В корне – ничем. И то и другое – энергия. Собственная, поглощаемая извне, не так уж важно. Все заключается в том, что преобразовывают ее все по-разному. Ты можешь использовать энергию, почти не преобразуя ее. Поэтому и воздействия твои куда сильней человеческих заклинаний. Ты можешь так же метать молнии и огненные шары, восстанавливать сломанные предметы или зажигать свет, но ты меньше тратишь времени и сил на преобразование первичной энергии, так что все получается куда мощней и качественней. Простому магу приходится больше тратиться на промежуточное преобразование, поэтому он не так то много может. Затраты уменьшаются с увеличением опыта использования. Если маг постоянно тренируется, то преобразование проходит легче. Создается ощущение, что у него увеличивается сила, но на самом деле сила остается такой же, как и при рождении. Все просто. Хотя тебе это и знать не нужно. Ты даже и половины процента своих сил не тратишь на энергетические изменения, так что тебе об этом заботиться не стоит. Любого мага-человека ты заткнешь за пояс даже не утруждаясь. Ты можешь легко создать любого из пяти видов элементалей, тогда как это не под силу большинству магов. Дамблдор, например, может, но сколько таких, как Дамблдор? Единицы»

«Стой…» Недоуменно остановил лекцию Гарри. «Элементали? Это не к стихиям ли относится? Если да, то их же всего четыре!»

«Хехехе…» Мерзко засмеялся Дух. «Ничему сейчас не учат. Стихии четыре, это неоспоримо. НО! Ты не задумывался, что они тоже из чего-то состоят? Запоминай, может пригодится. Кроме четырех стихий существует собственно и основа всего сущего – энергии Света и Тьмы. Это надеюсь понятно? Так вот. Элементали Стихий состоят из разных сущностей. Каждому свое. Огонь, Вода, Воздух, Земля. Это все энергия, заключенная в определенную оболочку. Но возможно создать элементаля без привязки к стихии. Чистая энергия и не более. Все дело в том, что он может быть лишь двух видов. Либо энергия Тьмы, либо Света. Мощь энергетического элементаля куда выше, нежели стихийного»

Гарри удивленно выслушал лекцию.

«Да, если бы нам так все время преподавали… Теперь понятно, почему пять а не четыре. То есть на самом деле шесть»

«Нет, именно пять» Поправил Дух. «Элементаль Тьмы отличается от элементаля Света лишь одним – своего рода знаком энергии. Теоретически есть еще один вид энергии – бесполярной, Первоэнергии. Но ее никто так в глаза и не видел, не ощущал и не знает, возможно ли ее использовать»

– Это все интересно, конечно, но мне пора. Пока я тут лекцию слушал, Том просто так время не тратил. – пробормотал вслух парень, поднимаясь на ноги.

Недолго подумав, он просто спрыгнул с крыши и исчез за мгновение до соприкосновения с землей.


В противоположной стороне леса от места сбора воинства Темного Лорда, на неширокой прогалине, ломая все что под лапу подвернется, топтались драконы. Их Владыка велел сидеть тихо, но это получалось с трудом. Дракон не мышь и шум, им издаваемый, был соответствующим. Вся живность на километр вокруг давным-давно разбежалась, оставив немалый участок леса.

Гарри материализовался на вытоптанном участке леса и с удовлетворением осмотрел свою небольшую, но могучую армию. Последние в этом мире драконы. Похлопав по морде ближайшего, парень усмехнулся и опять исчез.


Деревья на границе Запретного леса зашевелились, сотрясаемые поступью авангарда армии Воландеморта и на равнину, отделяющую лес от школы магии выступили тролли. Их вожак громко и утробно зарычал. Перед троллями никого не было. Врагов не было. Следом за троллями вышли Пожиратели и гончие. Где-то позади были еще вервольфы. Дементоров Том приберег на сладкое, а нескольких редких тварей, что были у него в арсенале, решил не использовать без необходимости. Но в пределах видимости не было никого, кто бы попытался оказать сопротивление.

В довершение ко всему, перед троллями появился сам Лорд. Огромный, мерзкий двуногий ящер хищно оскалился и метнул в сторону замка энергетический сгусток неопределенного цвета. Силовой барьер, ограждающий школу, ощутимо вздрогнул и замерцал.

И остановить меня даже некому… – с притворной грустью прошипел Воландеморт, обозревая окрестности. Он чувствовал, что что-то тут не так, но ни капли не сомневался, что остановить его уже никому не под силу.


Из замка вышли трое. Дамблдор шел впереди, за ним следовало два мага в черных мантиях с накинутыми на голову капюшонами. Увидев эту процессию, Лорд истерично расхохотался.

«Это все, на что ты способен, Дамблдор?!» Гремящий голос отозвался дикой болью в голове у всех, кто находился на расстоянии полукилометра. «Тебя все покинули? Этого давно следовало ожидать! Ты проиграл! Хогвартс мой!!!»

Старый директор лишь укоризненно покачал головой и поднял руку с волшебной палочкой вверх. Его спутники повторили этот жест. Три голоса в унисон выкрикнули заклятие. Внешне ничего не изменилось, но огромная территория оказалась закрытой для какого либо магического перемещения внутрь или наружу.

«Ты глупец, Дамблдор!» Ликующе завопил Воландеморт. «Я и не собирался уходить! Я обращу тебя и замок в пепел! Где твой дражайший Поттер? Сбежал?»

Но ни Дамблдор, ни его спутники ничего не ответили. Они лишь воспользовались портключом, переместившим их внутрь замка. Внутри закрытой зоны можно было по прежнему перемещаться.

Ну что же… Не хотели умирать быстро – умрете медленно! – Лорд пожал плечами и махнул рукой в сторону замка.

Тролли двинулись вперед. Но едва каждый из них сделал по нескольку шагов, в вожака попал огромный огненный шар, превративший его в кусок обугленного мяса. Все резко замерли. Лорд развернулся и не глядя швырнул в небо магический заряд.

Поттер! Хочешь умереть со славой? Добро пожаловать!

Но в небе никого не было. Лорд сделал знак своей армии двигаться дальше. Но еще один тролль упал зажаренным. Удар на этот раз пришел со стороны леса, прямо в спину наступающим.

– Поиграем, Том? – насмешливо спросили где-то совсем рядом. – Когда ты успел обрасти чешуей? Содрал шкуру со свей гадины?

Воландеморт обернулся на голос, но ничего не увидел. Задействовав магическое зрение, обретенное после ритуала вместе с бессмертием, он в первый момент дрогнул от увиденного. В отличие от обычного зрения, это показывало не совсем то, что привычно простому человеку. Темный лорд не увидел даже очертаний Поттера. Зато увидел багровые всполохи, тянущиеся во все стороны от чего-то большого.

– Нехорошо подглядывать, Том. Разве тебя не научили этому? Ах да… Ты же вырос в приюте… Бедный-бедный Том…

Гарри материализовался невдалеке от Лорда и с удовольствием показал ему тот неприличный жест, что обычно вырезает цензура.

– Насмотрелся? Не один ты такой урод. К сожалению… Будешь убивать меня сразу, или мы немного позабавимся? – парень широко улыбнулся, словно разговаривал не с лютым врагом, а закадычным другом и рядом не было никакого войска Воландеморта.

Не слишком ли ты смел, Поттер? – Том тревожно окинул взором все вокруг. Гарри вел себя слишком расслабленно.

Что ты, что ты… Всего лишь хотел позабавиться. Куда мне до тебя. Помнишь свои игры? Показательная дуэль с мальчишкой, которого пару раз шарахнули Круцио. И ты проиграл ведь, не так ли, Том? – воскликнул с наигранным удивлением Гарри. – Ты даже нюхлеру бы наверно проиграл. Бездарность ты, Том, большая бездарность.

Воландеморт начал обходить парня по кругу, незаметно при этом приближаясь и скрипя от злости зубами. Слова мальчишки его все же задевали. Гарри же стоял и беспечно разглагольствовал. Правда, его больше никто не понимал. Серпентарго, все-таки…

Том, знаешь почему ты до сих пор так и не добился власти? Знаешь? Или нет? Могу тебе раскрыть этот маленький, но столь очевидный факт. – Гарри украдкой посмотрел по сторонам и внезапно заорал во всю мощь легких. – ПОТОМУ ЧТО ТЫ ИДИОТ!!!

Парень в одно мгновение прыгнул на Воландеморта. Тот немного не ожидал подобного действия со стороны Гарри и не успел отразить атаку. Реакция Поттера ни в чем не уступала реакции Лорда. Но у Тома было преимущество в размерах, чем он и не замедлил воспользоваться. В одно мгновение заблокировав второй удар (первый он все же получил в голову, и надо сказать, ему было весьма больно), ящерообразный ухватил парня за капюшон мантии и отшвырнул от себя, послав вдогонку энергетический шар. Гарри неестественно вывернулся, чудом пропуская сгусток энергии мимо, и, сгруппировавшись, приземлился на ноги, взметнув комья земли в воздух.

– Жаль, а я так хотел надавать тебе по морде голыми руками. – фыркнул он. – Может на мечах подеремся?

В руках Поттера блеснули клинки. В ответ к нему понеслась вспышка заклятия.

– Ну, как хочешь. Мое дело предложить, твое дело сдохнуть по-другому. Ты огнеупорный? Сейчас проверим!

То место, где стоял ящероподобный монстр, объяло магическое пламя. Том лишь махнул правой рукой, и огонь, яростно испепелявший землю, потух.

Это все, что ты можешь, Гарри? – вкрадчиво прошипел Лорд.

Он отдал ментальный приказ продолжать атаку на замок. Стадо троллей вновь двинулось к школе, но тут Поттер сделал что-то на первый взгляд бессмысленное. Он поднял мечи вверх и во всю мощь легких прокричал нечто неразборчивое. Воландеморт уже хотел, было, посмеяться над этим глупым поступком, но в ответ на крик парня из глубины леса раздался громогласный рык, от которого затряслись деревья. Спустя пару мгновений над лесом поднялись драконы. Самые могучие и сильные представители своих видов, собранные Поттером специально для одной лишь цели – убивать. До Лорда мгновенно дошло то, во что он вляпался стараниями Дамблдора и мальчишки. Сам он мог покинуть территорию замка в любой момент – ему теперь не были помехой никакие человеческие чары, но вот его армия… Почти вся мощь, собранная Темным Лордом оказалась на грани уничтожения. Но вариантов у него было мало. С драконами не поспоришь. Двадцать семь гигантских крылатых ящеров, стремительно приближающихся к месту действия – не то явление, к которому стоит относиться с пренебрежением.

Ты заплатишь мне за это, Поттер! У меня впереди – вечность! Никто не сможет помешать мне!

Лорд швырнул в парня сгусток самой Тьмы и исчез в вихре сиреневого дыма, окутавшего его фигуру тугой спиралью. Узнать результат своего броска он не пожелал. Тролли тупо замерли, испуганно уставившись в небо на кружащих над ними драконов. Пожиратели попытались покинуть место действия, но после трех неудачных попыток аппарировать с поля боя, они просто стали швыряться в драконов заклинаниями. Те, кто пытался переместиться, теперь лежали на зеленой траве бесформенными кучами обугленной каши из мяса, костей и одежды.

Гарри не стал уклоняться от того, что летело в него. Он спокойно вытянул руку ладонью вперед и махрово-черный шар завис на расстоянии нескольких дюймов от кончиков пальцев. Безразлично посмотрев на смертельный сгусток энергии, парень метнул его в вожака троллей. Последний, несмотря на несоразмерность своего тела и небольшого шарика энергии рассыпался пеплом в одно мгновение.

– А ты был прав на счет энергии… – пробормотал Гарри. – Действует. Оказывается любое заклинание можно просто поглотить или ослабить или вот так вот остановить…

«Да. Вот только не все это могут. Среди людей почти не бывает тех, кто рождается с даром воздействовать на энергию напрямую. Вам все бы своими палками махать!»

Драконы тем временем не теряли времени зря. Они зажали войско Лорда в огненное кольцо. Казалось, горела сама земля. Как ни старались пожиратели, огонь, пылавший кольцом вокруг них, потухать не желал. И что еще хуже, драконов хранила неведомая сила – на них не действовали даже самые мощные и непростительные проклятия. Гончие безумно метались на пару с троллями, давя и сшибая с ног людей. Ящеры целенаправленно уничтожали всех, кроме самих пожирателей.

По приказу Гарри, один из драконов, пронесшись в бреющем полете над мечущимися в панике пожирателями, выхватил из всей этой суматохи человеческую фигурку, столь маленькую по сравнению с тушей ящера. Тяжело опустившись на землю перед Владыкой, дракон вытянул переднюю лапу с зажатым в ней человеком прямо перед парнем. К слову заметить, дракон был несколько отличным от своих сородичей. Он принадлежал к редкому, почти вымершему виду крылатых рептилий и обладал некоторыми уникальными свойствами. В частности, слюна его содержала не слишком сильную кислоту, которая имела одну неприятную особенность. Она разлагала исключительно органические ткани и последствия ее воздействия не излечивались даже магией. Один такой плевок в человека – и вы получите не труп, но ужасного урода, которому нельзя будет приближаться к зеркалу до конца своих дней. Гарри задумал страшную месть.

Владыка подошел к зажатой в когтях дракона жертве и с презрительной усмешкой скинул с ее головы капюшон и сорвал маску. Серебристо-белые волосы взметнулись на ветру и серые глаза со страхом замерли, увидев перед собой бездонно-черные глаза Гарри.

– Люциус… – с садистской интонацией в голосе протянул Гарри. – А хозяин-то твой тебя бросил. Не скучаешь по нему?

Малфой-старший пытался скрыть свой страх, но этому препятствовали железная хватка дракона и глумливое выражение Поттера. В глазах отца Драко плескался всепожирающий ужас.

– Ч-что тебе нуж-жно?..

– Где твое хваленое самообладание, а, Малфой? То, с которым ты спокойно подкидывал одиннадцатилетней девочке дневник своего господина-психопата? Чего ты боишься? Я не буду тебя убивать… И он тоже не будет. – Гарри кивнул в сторону дракона. – Что для тебя самое главное, Люциус?

Малфой лишь содрогался, борясь с липким, сдавливающим ледяной хваткой сердце, страхом. Гарри тем временем продолжал свой издевательский монолог.

– Власть и положение? Ты слишком хитер и изворотлив. Даже если ты потеряешь это, то все равно найдешь способ подняться в глазах других. Семья? Что-то сомневаюсь… Примерным семьянином тебя точно не назовешь. Деньги? То же, что и власть… Я тут подумал, Малфой… А не слишком ли ухоженное у тебя лицо? Не против некоторых косметических улучшений? Хотя кто тебя спрашивать будет…

Гарри провел пальцем по своей щеке. Дракон поднес Малфоя к своей пасти и слегка лизнул его кончиком языка по лицу. Кожа противно зашипела, растворяемая кислотой, а Люциус забился в судорогах невыносимой боли. Спустя несколько секунд он просто отключился от болевого шока. Хотя, можно предположить, что шок был скорее не болевым, а эмоциональным. Дракон разжал лапу, и тело пожирателя упало на землю. Гарри брезгливо поморщился и посмотрел туда, где полыхал огненный круг. Драконы перебили всех троллей и гончих, но от шквального огня пострадало и немало пожирателей. По приказу Владыки, ящеры прекратили плеваться огнем в тех, кто еще бегал, и обновили огненный барьер. Ограждающее пламя загорелось с утроенной силой.


Авроры, учителя, те, кто просто обитал в замке и маги, добровольно согласившиеся принять участие в битве лишь наблюдали за происходившим с раскрытыми ртами. На пространстве между лесом и замком развернулась жестокая бойня, не оставлявшая никакого шанса на спасение тем, кто оказался под атакой драконов.

– Мерлин! Альбус, это… – Минерва МакГоннагал не могла найти слов для описания происходящего.

– Это жестоко. – сухо закончил Дамблдор. – Но у нас не было другого выбора. Мы бы не смогли противостоять армии Тома своими силами.

– Черт с этими выродками! Они сами заслужили такой участи! – проскрежетал Аластор Хмури. – Меня больше интересует другое. Откуда у парня столько силы? Он что, дьяволу душу продал за такое могущество?

– В чем-то ты прав, Аластор. Но, мне кажется, мы никогда этого не знаем. Теперь куда важнее предугадать действия Гарри. Обладание таким могуществом не проходит даром. Но подумаем об этом позже. Сейчас наша задача не дать ускользнуть тем, кто уцелел. Смотрите!

Все устремили взоры на разверзнувшийся провал, в котором стремительно, один за другим исчезали драконы.

– Ничего себе… – едва слышно выдохнул молодой аврор. – Это что?

Альбус, не отрывая взгляда от портала, пояснил.

– Прорыв пространства-времени. Портал между мирами.

Те, кто его услышал, изумленно захлопали глазами.

Тем временем драконы уже ушли, и портал закрылся. Одинокая фигура, все это время стоявшая неподвижно, вспыхнула и исчезла.

– Нам пора. Думаю, особого труда оставшееся нам не доставит. Но все же, будьте осторожны. – сказал Дамблдор.

Большинство магов вышло из замка, что бы повязать оставшихся в живых пожирателей и отправить их в два место. Целых – в тюрьму, раненых в больницу имени св. Мунго. А потом в тюрьму. На площадке Астрономической башни остались три девушки. И все одновременно, словно сговорившись, прошептали одно и то же.

– Гарри…


А Гарри тем временем шел по темным катакомбам, хлюпая ботинками в грязи по щиколотку, и мурлыкал себе под нос немудреный мотивчик.

«Что ж ты не показал им своего второго облика?» Полюбопытствовал Дух.

Парень сосредоточенно прислушался и, не поворачивая головы, швырнул в боковой коридорчик файербол. Раздался грохот обвалившихся камней, визг и потянуло паленым мясом.

«Том тут целый зоопарк устроил. Не показал, потому что не хотел. Твое какое дело? Что-то ты слишком умный для дракона…» Подозрительно подумал Гарри.

«Ну, знаешь ли, а ты слишком туп для человека. Так что мы квиты. О!»

Восклицание имело вполне законное основание. Впереди, в кромешной тьме, через которую Гарри все же что-то видел, виднелось нечто шлангообразное. Но с такими размерами это могло быть только одно существо.

– Тут и к Трелони не ходи, что бы узнать, что это… – прошептал Поттер, присматриваясь. – Весь проход загородил. Вроде бы спит…

«Огнем тут ничего не сделаешь. Слишком большой. Может просто придушить?»

«Нет» Возразил Гарри, оглядывая не слишком широкий коридор катакомб. «В облике демона я тут не помещусь. Все крылья обломаю… А если?..»

Парень тихо зашипел. Василиск дрогнул во сне и свернул кольца своего тела потуже.

«Десятый сон видит. Жалко будить» Хихикнул Дух.

– Да что я, в конце концов! – во весь голос возмутился Гарри.

Змей моментально проснулся и угрожающе зашипел, разворачиваясь в сторону Поттера.

– Да вот! Потревожил! Ну и что? – ответил ему Гарри, не задумываясь как-то, что простой английский язык василиску непонятен так же, как китайская грамота. – Нет, меня ты не съешь!

Змей так не думал. Но его никто и не спрашивал. Пол под ним внезапно исчез, грязь с хлюпающим звуком протекла в никуда, а за ней провалился и василиск, что-то истерично шипя.

Парень разочарованно вздохнул.

«Вот почему мне никогда не хотелось завести себе в домашние питомцы змею? Я же с ними разговаривать умею. Это ж был бы самый верный друг. Не предаст, не покинет. Для змей змееусты – как боги. Так почему?»

«Может потому, что у тебя была сова?» Предположил Дух.

«Нет. Потому что змея уже была у Воландеморта! Не хватало мне еще и того, что на меня тыкали бы пальцем и из-за этого. Как хорошо было в Долине Владык. Никого и ничего. Ешь, спишь и летаешь. Прямо прелесть!»

«Э-эй, откуда такая лень?»

«Иди ты… Помечтать нельзя… Чего я вообще тут хожу, а? Пусть сам меня ищет…»

– Воландеморт! Чмо змееголовое! – с наслаждением проорал Гарри в пустоту тоннеля.

Эхо еще долго вторило ему, перемешиваясь со звуком чавкающей под ногами грязи.

– Вот ведь закопался под землю… И где он только раскопал эти подземелья?

«В чем смысл твоего бормотания? Все равно никто не слышит…» Хмыкнул Дух.

«Отстань, шизофрения, не до тебя!»

Разговор больше не возобновлялся, пока парень, наконец, не вышел из петлявшего во всех направлениях тоннеля в небольшую пещеру.

– Путь заранее мне уготован судьбою –

Одному быть средь пестрой толпы.

Так всегда – кто-то жизнь свою строит,

Ну, а кто-то несет Мирозданья столпы…

«Это ты к чему?» Недоумевающее спросил Дух.

«Так, в голову пришло…» Отмахнулся Гарри. Он с мрачным интересом разглядывал свод пещеры. На потолке висело несколько летучих мышей, недовольно пищавших по поводу нарушенного отдыха.

Недалеко от каменной осыпи виднелся полу заваленный проход в другую пещеру.

– Идем дальше. Где-то же тут найдется эта долбаная ящерица. – прогундел Поттер и широко шагая исчез в темноте прохода.


Пленных пожирателей отправили, куда следует, но спокойствия вместе с этим никто не обрел. Джинни и Тонкс сидели в пустом классе и напряженно молчали. Гермиона ушла помогать Помфри готовить какие-то настойки. А две девушки никак не могли найти себе занятие и тревожно смотрели в темнеющее небо. На стеклах окна был толстый слой грязи и пыли, но на это никто не обращал внимания.

– Тонкс, как думаешь, как он?

– Не знаю… – Нимфадора растерянно опустила глаза вниз. – Воландеморт серьезный противник. Слишком… Ты сама сегодня видела, как они чуть не схватились насмерть. Но и Гарри… Он… я не знаю, но если кому под силу уничтожить Того-Кого-Нельзя-Называть, так это ему. Я переживаю за Гарри. Он совершенно один. И он несчастен. Я видела это в его глазах. Что-то отдалило его от нас всех. Или мы сами… Кто знает…

– Я тоже переживаю. Кстати, я не видела Пушка. Может с ним что-то случилось?

Тонкс слабо улыбнулась

– Случится что-то с таким зверем. Наверно, Гарри его где-нибудь оставил. Может у Снейпа?

Девушки вспомнили кислую мину зельевара и его развороченный кабинет.

– Нет, вряд ли. – возразила Уизли. – Ты сама видела Снейпа. Он был почти спокоен. Значит Пушок не у него. Надеюсь, Гарри вернется и мы все узнаем.

– Да… – по щеке Тонкс побежала, тускло блестя, слеза.


– Трава зеленая, небо голубое, а я кажется, заблудился… – задумчиво бормотал Гарри, во второй раз замечая, что грот, в котором он сейчас находился, уже был пройден ранее.

«Магическая ловушка… Вот только почему ты ничего не чувствуешь?»

«Да я почем знаю!» Отмахнулся парень. «Я школу-то не закончил, а должен уметь что-то чувствовать… Научи, раз такой умный»

«Кажется это природная магия. Само по себе так. Сделай что-нибудь, что бы энергетический всплеск смог разрушить спонтанно возникшие связи» Посоветовал Дух.

Гарри остановился на месте и состроил кислую мину.

«Тебе в профессора нужно. Простым человеческим языком можешь выразиться?»

«Жахни чем посильней!»

«Давно бы так!» Хмыкнул Поттер.

Гарри развел руки в стороны и так и замер, соображая, что бы такое сделать, что бы его же в этой пещере и не похоронило. Но, плюнув на все, он просто пустил во все стороны волну энергии, достаточную, что бы расшвырять все, что окажется в пределах нескольких десятков метров. Сверху посыпался мусор и каменная крошка, но ничего не изменилось.

– Ну, и? – спросил парень, осматриваясь.

«А теперь иди, как раньше, вдруг получилось?»

Гарри вошел в тоннель, который выводил к еще одной пещере, но оказался… В вполне рукотворном коридоре. Были видны следы уборки. Пол находился в более или менее чистом состоянии.

«Это уже интересней» Улыбнулся про себя парень. «Посмотрим, что дальше будет….»

Коридор вывел к некоему подобию прихожей, предварявшей собой вход в другое, наверняка большое помещение. Большое, потому что двери, которые туда вели, проще было назвать воротами. Каждая створка была два метра в ширину и три в высоту, обитая толстыми полосами позеленевшей от сырости и времени медью. Створка подозрительно легко распахнулась и Гарри заглянул внутрь, открыв от удивления рот. Перед глазами парня предстал во всей своей мрачности и величии колоссальных размеров зал. Потолок терялся далеко вверху, а до противоположной стены, с едва видимым у нее возвышением, было около ста пятидесяти метров. Поттер от удивления присвистнул. Впечатляющая колоннада, удерживающая свод залы, шла в три ряда. Каждая колонна была вырезана из цельного камня и была столь широкой, что для ее обхвата понадобилось бы два человека. Присев у основания колонны, и проведя рукой по тому месту, где колонна стояла на полу, Гарри понял, что его вывод был верным. Колонны не просто были цельными, весь зал был вырезан в глубине скалы. Рецепт простой – молоток и зубило – лишнее все к черту. На каждой колонне было нечто, вроде барельефа – по камню вверх, словно совсем живой, в две спирали вился плющ. Он был столь искусно вырезан, что казалось, будто это окаменело настоящее растение.


Вот ты и пришел, враг мой! – раздавшееся, словно ниоткуда и отовсюду сразу, злорадное шипение заставило Гарри вздрогнуть. – Я знал, что ты пойдешь за мной…

– Я тоже очень рад тебя видеть, Том. Значит, здесь ты и прятался?

Не называй меня этим презренным именем! Я больше не человек, я выше людей, я…

– Ты никто, Том! – закончил фразу Гарри. – Тебя даже больной ящерицей назвать можно с натяжкой.

Можешь острить сколько влезет, Гарри. Тебя это уже не спасет! – Гарри показалось, или голос сместился левее?

– Неужели? У меня для тебя сюрприз, старина. Я умирать не собираюсь. Надеюсь, что от удивления тебя хватит удар. – Поттер медленно смещался вправо, пытаясь понять, откуда доносится голос.

А что ты можешь сделать? Теперь мой сюрприз, Гарри! Ты разве не понял, где ты находишься?

– Может, просветишь? Я не силен в изучении подземелий.

Древнейшее место, Обитель Друидов… Не слышал о таком? Здесь не работает магия, Гарри, почти совсем не работает… Не ожидал? – шипение Воландеморта так и сочилось ехидством. – Ты здесь всего лишь человек. Маленький кусочек мяса, Гарри…

«Это так?»

«Да. Вся излучаемая магия и вообще любая энергия, проходящая через малейшее изменение – полностью поглощается. Наверное, только сам Творец смог бы преодолеть такое»

– И что же ты будешь делать, Том? – Гарри раздосадовался тем фактом, что клинки Духа тут не призываются. – Загрызешь меня?

Что ты, что ты… Я не питаюсь человечиной. Зато мой Цербер будет совсем не против.

– Цербер? Ты меня напугал, Том… – Гарри уперся спиной в колонну и внимательно осматривался по сторонам, пытаясь угадать с какой стороны на него нападут. – Выпускай своего песика.

«Все-таки я зря Пушка с собой не взял. Но не бегать же теперь за ним…» Досадливо подумал парень.

В глубине зала послышался странный звук. Скрежет камня и сдавленное рычание смешались вместе. Громко клацая по камням когтями, на середину зала вышло то, что с хагридовым Пушком можно было сравнивать лишь по размерам. Гарри выглянул из-за колонны и, брезгливо поморщившись, быстро скрылся за ней опять. Тварь начала принюхиваться, ища добычу.

Это был всем церберам цербер. Был бы, если б не пострадал от нездоровой фантазии Воландеморта. Больше трехголового Пушка Хагрида раза в полтора, что не могло не впечатлить, это существо кроме ужаса вызывала еще одно чувство – омерзение. Он не имел шерсти, да и кожа его имела такой вид, будто она почти целиком сгнила и висела рваными ошметками. Все три головы имели смертельно опасные наборы зубов во все пасти. Но самым удивительным было то, что у него не было… глаз. Как он видел и не натыкался на колонны, было не понятно, но Гарри и не задумывался над этим.

Как можно тише ступая, он начал красться к дальней от цербера стене. Но это сильно не помогало – тварь, обильно проливая слюну на каменный пол, незамедлительно двинулось в сторону парня.

Ты не сможешь убежать, Гарри. Смирись со смертью! – торжествующее шипение заполнило весь зал, но Поттер, наконец, выяснил, где стоял Воландеморт. В противоположной части зала.

Гарри хмыкнул и стал у стены, постукивая пальцем по камню. Цербер моментально клюнул на наживку и, рыча, кинулся на звук.

Воландеморт прекрасно слышал довольный рык предвкушения добычи цербера. В этом зале была потрясающая акустика. Сказанное шепотом в одном углу было бы прекрасно услышано в противоположенном. Но внезапно, вместо предсмертного вопля Поттера и хруста его костей, раздался оглушительный визг. Будто цербера сильно напугали. Послышался отвратительный чавкающий звук вперемешку с хрустом ломаемых костей. Затем кто-то зарычал и пол зала слегка, почти незаметно, дрогнул, словно на него бросили что-то тяжелое. Если бы у Воландеморта была не чешуя, а кожа, его моментально пробил бы ледяной пот. К его когтистым ногам швырнули большую оторванную с половиной позвоночника… голову цербера. Том замер, не веря глазам своим. Из оцепенения его вывела тяжелая поступь, раздававшаяся в глубине темноты зала. Звук, с которым крылья рассекают воздух, порыв ниоткуда взявшегося ветра и перед Томом с скрежетом вгрызающихся в камень когтей и глухим ударом о каменный пол, приземлился чешуйчатый демон.

– Здравствуй, Том. – прорычал монстр, довольно оскалив зубастую пасть. – Не узнаешь?

Поттер?.. – оторопело прошипел Лорд, делая шаг назад. – Но… Как?!

– Не один ты пересекался с демоническими силами, ящер. Так кто там должен был умереть?

Попробуй меня убить! – Темный Лорд поднял лежавший рядом меч в ножнах и извлек клинок. – Я бессмертен!

– Не думай, что это спасет тебя. Я все равно тебя достану! – взревел Гарри, хватая когтистой лапой, воздух в том месте, где только что стоял Том.

На ладони остался глубокий порез, а ящер с клинком в руках стоял теперь справа и омерзительно шипел. Видимо, смеялся. Демон повернулся к нему и яростно зарычал. Воздух вокруг него странно сгустился. Загадочная обитель друидов стремительно поглощала энергию, в огромных размерах излучаемую демоном. Последнего охватила немалая злость.

– Ты труп, урод! – прорычал Гарри.

Колонны едва заметно дрогнули. Демон стремительно взмахнул крыльями, и ящера смело потоком воздуха, впечатав в каменный пол. Меч Равновесия вырвало из руки Лорда и отшвырнуло в темноту. Поттер в мгновение ока оказался рядом и схватил Тома за ногу. Тот пронзительно зашипел и попытался дотянуться до лапы, державшей его, но не успел. Демон, что было сил, шарахнул им по колонне. Раздался противный хруст костей и камня. Том странно крякнул и безвольно обвис в лапах демона. Гарри торжествующе поднял висящего вниз головой Воландеморта на уровень глаз и усмехнулся.

– Слабоват ты стал, То… Арррррррр!!!

Темный Лорд неожиданно очухался и попытался достать когтями до глаз демона, но дотянулся лишь до скулы. Чешуйчатая кожа лопнула и повисла лохмотьями. Том вцепился когтями в лапы демону. Гарри зарычал и принялся отдирать от себя цепкого ящера. Но что-то происходило не так. Лорд необычайно крепко вогнал когти в плоть Владыки драконов, а последний начал быстро терять силы. Не понимая, что происходит, Поттер рухнул на колени.

Зал озарился сиянием. Перед Гарри и Лордом из взметнувшегося прямо с каменного пола пламени выступили… Парень в обличии демона даже забыл про висящего на нем Тома и выдал удивленное «Ух…». Сам Том тоже ослабил свою хватку и с ужасом воззрился на новоприбывших. Прибыли, собственно, за Лордом. Прибыли демоны. Огромные, хоть и чуть уступающие в размерах Гарри, жуткие создания не обращали никакого внимания на Поттера, вперив свои взгляды в Воландеморта.

– Нам нужен он! – пророкотал исполин, указав странного вида ятаганом с зазубринами на лезвии в сторону Тома.

– Это зачем? – тупо спросил Гарри, делая длинный шаг назад.

Лорд безвольно обвис в его лапах, понимая, что лучше один знакомый враг, чем два неизвестных. Демоны сделали шаг к своей жертве.

– Его ждет наказание.

Они дружно потянули когтистые руки к своей жертве, но Гарри вновь отступил.

– Он мой. Если вас волнует его судьба, то будет ему наказание. Но от меня, а не от вас.

– Кто ты такой, что бы вмешиваться?! – взревел демон с боевым топором за плечами.

Гарри, не задумываясь, ляпнул:

– Тот, кто убил Рикатора! Вам это о чем-нибудь говорит?

Твари нерешительно замерли, буравя взглядами Поттера.

«Вот это ты зря…» мрачно заметил Дух.

«Уже понял. Поздно» Согласился Гарри.

– Как бы то ни было, с тобой будут разбираться потом. А сейчас отдай нам его!

– Нет уж… – Гарри собрался с силами и на несколько мгновений все же смог открыть портал. Все, что он успел – швырнуть туда Воландеморта, оторвав его, наконец, от себя. Но сам уйти не успел. Энергия иссякла и провал в другой мир захлопнулся.

– Ты помог ему бежать! – зарычали демоны в один голос. – Тебя ждет наказание за это!

– Сейчас же! – нагло ответил Владыка, пытаясь сообразить, как же он разделается с двумя такими противниками одновременно, тем более что у них есть еще и оружие.

Демоны бросились в атаку, но топор лишь бесполезно вгрызся в камень, а ятаган рассек воздух. Поттер прыгнул вверх, помогая взмахами крыльев, и уцепился за колонну на высоте нескольких десятков метров. Демоны такого себе позволить не могли, крылья – атрибут демонов высшего круга. Но лезть на колонну вслед за Гарри они не стали. Огромный топор из черного металла с тяжелым гулом рассек воздух и ударил по колонне. Та ощутимо вздрогнула и покрылась трещинами. Следующий удар разнес ее основание в дребезги. Камень не выдержал и осыпался на головы демонам. Но Поттера там уже не было. После первого же удара он, что было силы, оттолкнулся от камня и спланировал на широко распахнутых крыльях в сторону. Туда, где тускло поблескивал Меч Равновесия. Едва Владыка поднял меч, который в его руках выглядел зубочисткой, то получил удар ногой в спину. Отлетев в сторону на добрый десяток метров, Гарри быстро вскочил на ноги, и яростно зарычал, взмахнув мечом. Демоны лишь заржали в ответ.

– Что ты можешь сделать нам своей иголкой?

Но первый же удар ятагана был успешно отражен, а когда демон ударил кривым мечем второй раз, оба клинка разлетелись металлическими брызгами.

– Однако… – пробормотал Гарри, ошарашено смотря на то, что осталось в его руках.

То же самое делал и обладатель того, что некогда было ятаганом.

Поттер, тем временем, долго не думал и швырнул обломок в демона с топором. Тот играючи отбил останки Блика, но настолько удачно, что жалкие пять сантиметров стали, оставшиеся от метрового клинка воткнулись в глаз теперь уже безоружного второго демона. Он неистово взревел и выругался на непонятном наречии. Обладатель топора метнулся к Поттеру, делая широкий, но невероятно быстрый замах. Гарри едва успел пригнуться и острое лезвие сшибло почти до основания один из шипов на голове и застряло в каменной колонне. Владыка, забыв про звон в голове, со всей дури врезал под дых напавшему на него демону. Тот коротко крякнул и выпустил из лап рукоять топора. Гарри лягнул его в челюсть, и демона отшвырнуло на спину. Владыка попытался выдернуть грозное оружие из колонны, но его пренеприятнейшим образом шарахнуло током. Поттер резким ударом переломил его рукоять, что бы оружием не стог воспользоваться враг.

Одно из крыльев жалко обвисло под ударом подкравшегося сзади одноглазого демона. Пока Гарри разбирался с другим, этот успел прийти в себя и зайти за спину, нанеся подлый удар в самую уязвимую точку. Владыка сдавленно рыкнул и полоснул когтями по морде одноглазого, превратив все лицо в лохмотья. Второй глаз постигла участь первого и ослепленный демон оглушающее заревел, упав на каменный пол. В тот же момент грудную клетку Гарри обхватили лапы еще невредимого демона. Второе крыло превратилось в тряпку, переломанное в нескольких местах, а ребра жалобно заскрипели, готовые вот-вот сдаться под напором чудовищной силы. Поттер попытался разжать живые тиски, но у него ничего не вышло. Резко дернувшись, он смог ухватить стоявшего позади него демона за недлинные рога и изо всех сил потянул их в разные стороны. Кость не выдержала, и один из рогов обломился. Долго не думая, Гарри вогнал костяной обломок в руку демона и разодрал ему все от кисти до локтевого сустава. Хватка ослабла. Разжав смертельные объятия, Владыка развернулся лицом к демону и резко дернул его на себя, второй рукой вонзая осколок рога в сердце его хозяина. Тот как-то по-детски обиженно посмотрел на Гарри и бездыханно рухнул на пол. Тело его окутало вязким туманом, и в ту же секунду в Поттера ударила черная молния, вырвавшаяся из черной дымки тумана. Владыку швырнуло в сторону, закрутив волчком. Крылья окончательно переломало.


Гарри плыл в темно-серой мгле. ОН чувствовал, что его тянет куда-то, словно по велению чьей-то воли. Вдали что-то мелькнуло, но разглядеть толком ему ничего не удалось. Сознание рывком зашвырнуло обратно в тело. Владыка медленно поднялся на ноги. Крылья за спиной нещадно болели, уже начиная восстанавливаться. Сколько времени прошло, Гарри не знал, но, к его большому удивлению, рядом не оказалось ни убитого, ни ослепленного демона. О том, что здесь только что произошло побоище напоминала лишь каменная крошка повсюду и сломанный демонический топор, наполовину торчавший из камня колонны. Дух странно молчал и не откликался. Да и вообще, в мозгу царила непонятная вязкость, словно его пару часов прочищали электричеством.

– Надо… выбираться… отсюда… – устало прохрипел Гарри, делая шаг в сторону выхода.

Но силы покинули его, а в голове взорвалась бомба. Замелькали воспоминания, мысли, словно подхваченные ураганом, они выжигали мозг, причиняя чудовищную боль. Демон из последних сил схватился за колонну и сполз на пол. Буря в голове прекратилась столь же внезапно, как и началась, но боль лишь вспыхнула с новой силой. Гарри взревел так, что не выдержали связки, и изо рта брызнула черная кровь. То, что он увидел краем сознания в тех воспоминаниях, что причиняли такую боль, привело его в невиданную ярость. Боль добавило свое выплеснутая эмоциями энергия заставила с рокочущим каменным хрустом пошатнуться всю скалу, внутри которой была высечена Обитель. Демон захрипел, но голос почти его не слушался.

– Ты… обманул… ты предал… меня…

Колонны жалобно скрипнули и рухнули, не выдержавшие еще одного выброса энергии. На то место, где лежал демон-Владыка обрушилось несколько тонн ломаного камня, но за миг до того, как скальные осколки должны были раздавить Гарри, вокруг него замерцал странный ореол желтого цвета и демон беззвучно исчез.


От автора: На это заканчивается действие части под названием «Душа дракона» и начинается часть вторая «Враг внутри». Не знаю, когда я смогу начать выкладывать ее, но уверяю, она будет. Ведь все закончилось столь резко и непонятно, не так ли? Кто предал Поттера, куда зашвырнуло Воландеморта, почему исчезли демоны и, конечно, что стало с самим Гарри и что его ожидает? Поживем, увидим =)


"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"