Глюки. Возвращение

Автор: helen
Бета:нет
Рейтинг:R
Пейринг:
Жанр:Poetry
Отказ:Возможен ли?..
© helen, 2010-2020
Аннотация:Продолжение «Глюков» - и в то же время не совсем продолжение...
Комментарии:
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Не закончен
Выложен:2010-11-16 22:43:46 (последнее обновление: 2020.02.06 19:59:54)
  просмотреть/оставить комментарии


Глава 1. William Shakespeare`s sonnet No 90. По мотивам

Сонет 90

Не можешь ждать – давай, возненавидь!
Скорей! Пока мой мир лежит в осколках.
(С Фортуной злобной вместе раздавить!)
Мечом будь – не булавкой, не иголкой.

Последняя пускай порвётся нить!
Я справлюсь с горем, но не втихомолку.
Ночную бурю утром заменить,
Расправу отложив? Что в этом толку?

Желаешь бросить – не бросай в конце,
Но сразу поломай, с другими вместе.
И пусть Фортуна, с гневом на лице,
Отвесит сто пощёчин моей чести.

И то, что горем кажется теперь,
Смешнее, чем «котёнок – дикий зверь».



Sonnet 90

Then hate me when thou wilt, if ever, now
Now while the world is bent my deeds to cross,
Join with the spite of Fortune, make me bow,
And do not drop in for an after-loss.
Ah do not, when my heart has scaped this sorrow,
Come in the rearward of a conquered woe;
Give not a windy night a rainy morrow,
To linger out a purposed overthrow.
If thou wilt leave me, do not leave me last,
When other petty griefs have done their spite,
But in the onset come; so shall I taste
At first the very worst of Fortune's might;
And other strains of woe, which now seem woe,
Compared with loss of thee, will not seem so.






Глава 2. Здесь и сейчас

Уж пожить умела я!
Где ты, юность знойная?
Ручка моя белая!
Ножка моя стройная!

Пьер-Жан Беранже

Сама садик я садила...
Нар. песня

...От невзгод сдурела я,
Плохо соображала;
Ничего не делала,
Плакала, дрожала...

Вопреки обычаю,
Бью теперь на жалость;
Поделюсь добычею –
Что-то написалось!

Ручка волосатая,
Ножка толще нормы;
Битая, помятая,
Но весьма упорная!

Город-декорация
Был мне колыбелью;
Думала ворваться я
В мир с высокой целью!

Город-декорация
Чуть не стал могилой:
Буду умываться я –
С мылом* и без мыла.

Ложна экзальтация –
Искренни мученья.
Мне писать от рацио –
Влом до отвращенья.

Не садила дерева,
Дома не построила...
Глупая тетеря я,
Вновь друзей расстроила!

_____________________________________________________________________
*Имеется в виду электронная почта... ну, и другое-разное





Глава 3. Нервическое графоманское


***
Где рука спасателя?
Где розга учителя?
Ненависть писателя
Как любовь Спасителя?

Презирай дающего!
Отвергай молящего!
Тащащий несущего
Счастия обрящет ли?

Пузырятся, пенятся
Словеса никчёмные;
Всё мычат, не телятся
Жизнью огорчённые:

- Разве мы не сильные?
Разве мы не умные?

Небеса ванильные
О сырках не думали;

Массою творожною
Облака нависли...
- Будем осторожными,
И – быстрей прокиснем.





Глава 4. Pauci mihi satis, или Мне нужны немногие

Три Фридриха
(сверхсонетное)

Всё начиналось так невинно...
Вдруг буря! Громовой раскат.
Век восемнадцатый – плотина,
Век девятнадцатый – набат.

Прекрасны прошлого картины!
Мне душу часто бередят
Пурпурный сумрак Гёльдерлина,
И Ницше огненный закат.

Скитался призрак по Европе,
И дотащился до Руси;
Сидели ровно мы на жопе,
Как встали – Боже упаси!!

Не вверх стремились – в глубину!
Был нужен третий Фридрих... ну!

А он – конечно, с другом Марксом! –
Жил на Земле, а бредил Марсом.



Слишком много «НЕ»
(околосонетное)

- Не будь девчонкою сопливой,
Ты, недоделанная мать!
Быть откровенной некрасиво?
Тогда не стоит и писать!

Желанья столь неприхотливы,
А ночь нисколько не нежна;
Мне улыбалась похотливо
В окно щербатая луна...

Не притворяйся шаловливым,
Намереваясь только брать;
Я не хотела быть счастливой –
Другим хотела счастье дать.

О, я излишне говорлива -
Мудрей таиться и молчать.
Роятся строчки торопливо,
Готовясь... мучить? утешать?






Глава 5. Закличка

К... Музу(?)

Зачем сердечко застучало?
Да, всё ещё я жду гонца!
Ушла идиллия начала -
Грядёт элегия конца.

Остановись. Вернись!
Снова дай испытать
Восторги паденья ввысь
И страхи движенья вспять;
Экстазы полёта вниз,
От голубей - до крыс...
Что лучше - не мне решать!

***
Я уползу, под ветра завыванье,
На биржу частную надежд и упований.



Глава 6. «Когда б вы знали, из какого сора…»

Поэзия

Из плоти греховной,
Из речи напевной,
От жажды духовной,
От боли душевной,

Из радуг двойных,
И из горсточки пепла,
От шуток хмельных,
От песка или ветра,

Из радости будней,
От грусти воскресной...
Ты в тысячах судеб
Умрёшь - и воскреснешь.



Глава 7. По поводу пчёл (шуточка)

Крошка.ru

О, разгадайте-ка загадку:
«Спешит домой – бежит из дому».
С иных, конечно, взятки гладки,
Но есть тревожные симптомы.

Эх, тот, кто хвалит, не ругает!
Сей постулатик вам знаком:
«Кто ничего не достигает,
Тот вечно грезит обо всём»?

Жизнь дорожает, нету мочи!
«Моя фамилья – ИТОГО!»
Кто ни хрена отдать не хочет,
Тот нагло требует всего.

***
Податься бы в Альпы! (Хорош и Кавказ!)
Но всё, кроме пчёл, фигня!..
Какое мне дело до всех до вас,
И... пчёлы, вам – до меня?!

***
На нас положат. Нас – поставят.
Кому... живётся на Руси?
А кто себя словами травит,
Ух... снисхожденья не проси!






Глава 8. - Ну, это уж точно не обо мне!

Дантон

Есть некий памятник в Париже;
Он бронзы голосом вещает.
Давайте подойдём поближе:
Чем он хорош? Чем он смущает?

Дантону памятник поставлен,
Не Робеспьеру, не Марату;
Ушёл вторым он – обезглавлен, -
Смешная смерть для адвоката!

В водовороте революций
Был добродушным великаном;
Нам до него не дотянуться!
Брал взятки? Набивал карманы?

Друзья, приятели, обеды...
Кто при Вальми купил победу?

Он не чурался наслаждений
В такое сумрачное время;
Но всеблагое Провиденье
Не каждый раз держало стремя.

Среди героев, террористов,
Среди двурушников лукавых,
Он явно не был самым чистым…
- Работать Франции во славу!

Кто примирит непримиримых?
Дантон не одобрял террора.
О, мы живём не в Древнем Риме!
О, монтаньяры! Вы – не горы!

***
Мастер отточенной тактики,
Блестящий импровизатор,
Талант применял на практике –
Шумен, ярок, азартен...

А что же адепт Добродетели,
Сам Робеспьер неподкупный?
Завидуя – боги свидетели! –
«Соперника» сделает... трупом!

***
Друзья советуют бежать;
В деревне старенькая мать,
И молодая есть жена,
И жизнь, что радостей полна.

- Здесь Родина. И в этом соль.
Я не сбегу. Я не король.

***
Льва не удержат и вольеры –
Понятны страхи Робеспьера.

Пророчество, не жалкий вой:
- И ты последуешь за мной!

***
..................................
Как отказать в последней просьбе?
И, отделившись на «раз-два»,
В руках у палача не роза,
Иной «цветочек» - голова!

По слову самого Дантона
Главу народу показал....
Народ безмолвствовал покорно –
И рок молчавших наказал.






Глава 9. Без пол-литра не...

разберёшься, или Проще надо быть!


Девица, что рыдает без мужчин,
Мужчинка «не вполне» - чудак и странник, -
Кто объяснит вам множеством причин
Родник иссякший и... потоки брани?

Кто объяснит?
Конечно же, пиит! –

Извечный обитатель царства снов,
Ругатель жизни – «глупенькой и пошлой»,
Нанизыватель жалких бусин слов,
Ниспровергатель всяческих основ,
Глаз без зрачка, ботинок без подошвы...


Глава 10. Декабрь

Строчки

Долгожданный вечер субботы.
Город тонет в сумраке пегом,
Тускло светятся окна высоток
Под кипящим крошащимся небом,
И не в первый раз, и не в сотый,
Выхожу – говорить со снегом.

Он живой. Он идёт и дышит.
Мягкий, лёгкий; касаясь, не ранит.
Безразличный – меня не слышит,
Но ни в чём никогда не обманет.



Глава 11. Листовка

Актуальненькое

Не борец? Сиди и не шурши!
Что слова? Они – помёт души.*

***
Попробуй покачать права!
Все перекрыты коридоры,
Но в них уже не кредиторы –
ПристАвы или... приставА.

Ну да, мы храбрые ребята!
Боимся тени на стене,
И рабски служим бесенятам,
Совсем забыв о сатане.

Ой, непонятно написала!
Согласна. Не судите строго.
Лакеи – это не вассалы,
А дьявол – обезьяна Бога.

Такой вот вывод. Без итога.

***
Угнанный в духовный плен
Не подымется с колен.

______________________________________
*Привет Максиму Горькому!



Глава 12. Пожарная лестница

Новый Винни-Пух

Ой, что-то не слишком новогодним по настроению получилось это "стихотворенье". С другой стороны, такое в Новый год брать с собой и не хочется - так не лучше ли оставить в старом?..
helen

Сидящих тихо жалкий ждёт удел.
К пожарной лестнице! Немедленно наверх!
Я – скалолаз. Надеюсь на успех...
Свет задрожал, расплылся, помутнел.

Смешна вульгарность выражений пошлых.
Получится – прекрасно. Нет – катись.
Копаешься в дерьме ошибок прошлых...
Колючий ветер, острый снег и вьюга,-
Зима! Побуйствуй вволю, побесись!
Мы предаём и мучаем друг друга,
И создаём, весь белый свет гнобя,
Клубок пародий на самих себя.
Болят глаза и распирает грудь;
Про крышу – цель свою – не позабудь
В горячке неумеренно-сердитой!
А если отчебучишь что-нибудь,
О чём напишут пару строк петитом,
Люк всё равно останется открытым.

Скажите-ка: вы верите в Судьбу?
А можно полюбить заставить силой?
Дозволено ли грязному рабу
Ухаживать за собственной могилой?

Конечно, нет! И нет, и нет, и нет.
На нашу долю выпал жребий тяжкий;
В расчёте на Большой Парад Планет
Мы позабыли: шахматы – не шашки.

Но любят не «за что», а «вопреки».
И нужно – предложить, а не позволить.
Искать на мёртвых веточках цветки.
Не унижать. Не мучить. Не неволить.
Не диктовать, не презирать, не злить
Напыщенной риторикой паскудной.
А надо – всё простить и дальше жить.
Легко сказать. Но сделать очень трудно.

Декабрь звереет, темнота вокруг...
Опять в подвал? Бежать от непогоды?
Нет худшего врага, чем бывший друг.
- Ну-с, что мы будем делать со свободой?




Глава 13. Предновогоднее

Желание

Не подгоняя время, Часа ждать,
И не робеть под сильным встречным ветром.
Мне довелось недавно прочитать:
Была когда-то, вдруг придёт опять
Снежинка в тридцать восемь сантиметров?

В костюме Кролика отправиться гулять,
Приделав уши из цветного фетра...
И хочется, как бабочку, поймать
Снежинку в тридцать восемь сантиметров.

Год завершив, долги свои отдать,
И попросить Небесных Геометров:
Нельзя ли – на мгновенье! – увидать
Снежинку в тридцать восемь сантиметров.



Глава 14. Любовь

Стилизация… наверное

Любовь, похожая на сон…
Из песни


Любовь, похожая на бред:
- Он – мой единственный мужчина!–
В душе оставит горький след.
Она, по счастью, излечима,
И женится на мне… сосед.

Любовь, похожая на плач –
Дитя дурного возбужденья.
Звучит свисток, закончен матч,
Ведь это значит – пораженье?
Не надо ставить… сверхзадач!

Любовь, похожая на жизнь –
А значит, будни и рутина.
Всё откровенно расскажи,
И не забудь про миражи,
Чтоб слушать было не противно.

Любовь, похожая на боль –
И до такого докатилась!
Вы не подскажете пароль,
Чтоб эта мука прекратилась?
- Да, ты никто! А я король!

Любовь, похожая на ложь –
Смотри начало этих виршей:
Ничем он, вроде, не хорош,
А только им живёшь и дышишь…
В остатке – нервный тик и дрожь.

Любовь, похожая на смерть –
О, это штука не простая…
Не сменит золота на медь,
Травой могильной прорастает,
И – никогда не отпускает.








Глава 15. Полумистические cтансы

***
Всё отпадёт, что было лживо,
Любовь невзгоды сокрушит...
Да, мы, конечно, ещё живы,
Но кто из нас не лыком шит?

Не лыком шит, не пальцем делан?
Вот «кредо» взрослого ребёнка:
В начале – робко и несмело,
В конце – убийство с расчленёнкой.

***
Полиняли павлиньи перья,
Стал почти механическим голос;
И всё то, что пою теперь я,
Холоднее, чем Южный полюс.

Слава Богу, лоснящийся, сытый...
Недоволен? Чего же ради?
Не умеешь не быть паразитом,
Выел сердце, в душу нагадил.

У вампира клыки обнажаются:
- Новый донор! Блюд перемена!
Знайте: нелюдь всерьёз обижается,
Если старый не сдохнет мгновенно.



Глава 16. Нашенское, или Я вам не скажу за всю Расею…

«Дума»

Блестит на небе месяца подкова.
Мятеж не может кончится удачей!
Идём путём привычным – Смердякова,
Хотя его сейчас зовут иначе…

Понять причину наших зол и бед!
Уж поняли. А толку нет как нет.
Нужна универсальная идея,
Доступная и боссу, и халдею.
Найди её, от страха холодея,
Озвучь её, от наглости балдея.

Рисунок ночи остаётся прежним;
Всё верите, что недругам мы врежем?
Россия пьёт, нищает, вымирает,
Из атласов заморских исчезает…

Идеи нет. Надежды нет, и веры.
А мудрость есть? Спроси у Люцифера!

Медведев, или Ельцин, или Брежнев…
Всегда нам жизнь давалась нелегко.
Русь доят – исключительно не нежно,
И льётся цвета крови молоко.



Глава 17. Тем, кого душит жаба

Болященькому

Давай считаться!.. Будем строги
И подведём, любезный друг,
Сперва – грехам его итоги,
Затем – итог твоих заслуг.

А.Л. Боровиковский «Его судьям»



Дрожи под одеялом ватным,
Но свой матрасик не мочи!
Так неуютно, неприятно…
Причину знаешь? Не молчи,

А прокрути-ка всё обратно:
С амбициозностью… свечи
Ты отыскал на солнце пятна,
Но проглядел его лучи.

Психологически занятно…
Лежи. Ногами не сучи!
Зачем считал на солнце пятна,
И проморгал его лучи?!

Да. Ситуация понятна.
Но не помогут и врачи,
Тем, кто орёт: «На солнце – пятна!»,
Его не чувствуя лучи.







Глава 18. Стихи для тебя

Идёшь по миру - без сумы,
С протянутой(?) рукой…

«Глюки», гл. 26

***

Дождь будет лить, и ветер дуть,
А солнцу - свой черёд.
Сломать надеялись? Согнуть?
Но я неслась вперёд.

Ах, лодки нет, и нет весла,
Но брёвна есть и трос!
Я благодарна, что жила;
Совет мой очень прост:

Будь посильней меня – чуть-чуть! –
Найдёшь не мост, так брод!
Но не забудь, что Крестный Путь –
Совсем не крестный ход.




Глава 19. ФеВраль.

Достать…
(шуточка не по погоде)

В окно плюётся мокрый снег,
Сменив февральскую пургу.
А я задумала побег,
Но никуда не убегу…

Нет, не по силам лёгкий флирт –
Боюсь серьёзных отношений;
Пить не умею чистый спирт –
Прости мне, Боже, прегрешенье!

Я даже кофе не люблю –
Хотя оно… мужского рода.
Живу и жду. Жду и терплю.

И превращается снег в воду.



Глава 20. Повторение непройденного

***

Дорогая Бэкки, я нахально использовала здесь твою "фразочку", вернее, две строки - да ещё и позволила себе немножко переиначить. Не сердись - это произошло потому, что они, эти строчки, меня очень сильно зацепили.
helen

Разве мы просим, разве мы ищем
Боли своей и чужой?
Был бедняком – а окажешься нищим,
С порванной в клочья душой.

От унисона сползти к резонансу,
Радуги мост развалить...
Жизнь – вереница наивных романсов:
Спеть. Усмехнуться. Забыть.

Мир не изменишь. Себя? А попробуй!
Лучше начать с головы.
Гран доброты против центнеров злобы,-
Боги, святые, где вы?..



Глава 21. Бурька – маленькая буря

Третье мартобря

Есть простое, как мычанье,
упоённое собой
пустотелое бренчанье
на струне с названьем «боль».

Ф. Цаголова «Рождение крика»

«Пустотелое» - ну, точно!
Надоевшее давно…
Завывает, нервы точит…
Кто там прекратить не хочет
Хулиганство со струной?!

Жуткий винегрет из строчек
Порождает только так…
То бормочет, то рокочет,
Заморозит и намочит
Март-февралик, март-чудак.

Слушать – тошно, выгнать – жалко
Переполненных собой…

В марте не бывает жарко,
Зебра – вовсе не лошадка…

– Брось гитару! Вынь гобой.






Глава 22. Женский день

Восьмое марта бюджетницы

Чёрная карта -
Красному дню!
Тащишь мне Сартра
В комплекте с Камю.

Вот так презентик!
Мало мне книг?
Сплю на брезенте,
Ношу пуховик…

Скрип раскладушки,
Дутьё из щелей;
К чаю две сушки
И пять сухарей.

Глупенький мальчик
Не вырос из грёз:
Жалкий тюльпанчик -
И тот не принёс!



Глава 23. Предсвадебное...

«Бракосочетание»

В этой главке достаточно много заимствований из прозаических произведений Уильяма Блейка. Есть, впрочем, и аллюзии на его стихи… куда же я без этого?
helen

Кто рвётся к цели, тот добьётся;
Что размокало – высыхает…
Избыток горести смеётся,
Излишек радости рыдает.

Недурно знать вес и размеры;
Мертвец! За раны мстить не надо!
Заказ понятен модельеру?
Наряд для свадьбы неба с адом.

Сосуд заполнен до предела,
Фонтан же льётся через край.
Смысл этих виршей неумелых,
И парадоксиков замшелых -
В том, что закрыты ад и рай.

Грохочет за окном… трамвай -
Ты атеистов не пугай!

Венки не путают с венцами,
А тушь… опаснее сурьмы;
Когда б вы не были глупцами,
То стали б дурочками мы.

Ах, зря кимвалами бряцали –
Так много лишней кутерьмы;
Когда бы вы не были самцами,
Остались б девочками мы.







Глава 24. Советики не для всех

***

Не поддавайся
Дешёвой лести,
Остерегайся
Бездушных бестий,
Не спотыкайся
На ровном месте,
Не угощайся
Сосиской в тесте,
Не возмущайся,
Что козырь – крести,
Не развлекайся
Мечтой о мести,
Не обольщайся
Благою вестью...

От крестиков и ноликов
Страдают... меланхолики.



Глава 25. Гетерограммы-4

Лондонская
Кокни
Кокни!

Zero
Ах, нули?
Ахнули.

Формула 1
Шум? А? Хер!
Шумахер…

Гастрономическо-историческая пошлятина
Сосиски – фу!
Соси скифу.

Вся правда
Ведь мы -
Ведьмы!




Глава 26. Несвоевременный ответ

Новый Арлекино

Обилием цветов
Июль не зря гордится –
Гвоздичками в траве,
Ромашками над ней;
Иди в поля, иди!..
Не бойся заблудиться;
Ни в небе облаков,
Ни мыслей в голове,
И – никаких людей.

Да, всё бы хорошо,
Но лепестки устали.
И это б ничего…
Воды, воды, воды!
Пора идти назад,
Но путь найдёшь едва ли:
Чуть видные следы
Травою заросли…
Испей – на посошок?! –
Водицы из ручья.
С бездушием земли
Пока ещё – ничья.

Долой постыдный страх!
Здесь не конец – начало.
Искать себя, искать -
И в травах, и в цветах!
Что радует теперь,
То прежде огорчало,
Поверь, поверь, поверь…
Но вечность – это мало!
А влага на висках?
А капли на щеках?

Жизнь – череда потерь,
Надежд и обретений;
Что режешь – то отмерь;
Скользят былого тени…

В бескрайние луга
Уйти – и потеряться.
Равнина. Холм. Курган.
Чего же тут бояться?

Ручей едва журчит,
Но не пересыхает.
Как ниточка, течёт,
И нет ему конца.
Что было – то прошло,
Об этом всякий знает,
И сладкое горчит…
Кто издали кричит,
Что время истекло?
Ни думать ни о чём…
Но слишком тяжело
Не думать ни о ком…
О Боже, как легко
Стать Маской Без Лица!



Глава 27. Лишь одна нотка

***

Мир видеть в зёрнышке песка,
И небо в полевом цветке,
Держать Безмерное в руках,
С Бессмертьем быть накоротке…

Уильям Блейк, "Песни невинности" (по мотивам)))

А дальше?

А дальше – больше. Потом. Если захотите.

"Если вы всё поняли, то вы наверняка ошибаетесь"(с.)

С первым апреля!


To see a World in a Grain of Sand
And a Heaven in a Wild Flower,
Hold Infinity in the palm of your hand
And Eternity in an hour...

William Blake, Auguries of Innocence



Глава 28. Все ноты, или То, что обещала

«ИЗРЕЧЕНИЯ НЕВИННОСТИ». Уильям Блейк
Невольный пересказ

Мир видеть в зёрнышке песка,
И Небо в полевом цветке,
Держать Безмерное в руках,
С Бессмертьем быть накоротке.

Если Робин сел в тюрьму –
Гнев Небес пророчит тьму.

А голубок в клетке стон
Осушает Ахерон.

Пёс некормленый дворовый –
Государство без основы.

Лошадь, павшая на месте,
К небу вопиёт о мести.

Вопль подстреленного зайца –
Добрым быть или казаться?

Клич бойцовых петухов –
Солнце – в море облаков.

Волчий рык и львиный рёв
Вырвут души из оков.

Лань, гуляя здесь и там,
Сохраняет сердце нам.

Шёл ягнёнок на закланье…
Нож дрожал в кровавой длани.

Мышь летучая слепая
Нашу веру разрушает.

Крик совы в тиши ночной
Грешника зовёт с собой.

Кто вред пташке нанесёт,
Тот не человек, а скот.

Превратил быка в вола –
И жена не родила.

Если мальчик давит мух,
Это - будущий паук.

Кто калечит насекомых,
Пополняет сонм «секомых».

Гусеница на листочке –
Горе матери о дочке.

Моль иль бабочку убьёшь,
Так и сгинешь не за грош.

К бою кто коня готовит,
Прегрешенья не замолит.

Кот голодный, пёс-бродяга;
Накорми их – будет благо.

Песенку комар споёт –
Желчи сплетнику нальёт.

Яд змеи похож на пот,
Коим Зависть истечёт.

Душеньки-пчелы «отрава»,
Как поэту честь и слава.

Платье, мантия, тряпьё -
Барахло, чуть не гнильё.

Правда, что орут со злобы,
Хуже лжи трёхсотой пробы.

Никаких сомнений нет:
Радостей не знать без бед.

Этот ты усвой секрет,
И живи хоть сотню лет.

В ткани Мира одно «но»:
Горе в радость вплетено,

Среди ниточек печали
Счастья ленточки торчали.

Чай, младенец – не бельё,
Он дороже, чем жильё.

Инструментов «бытиё» -
Это, брат, не ё-моё!

Каждая слезинка наша
Бэби делает папашей,

А папаша ищет дам,
Чтоб вернуть обратно нам.

Крики, стоны, вой и визг –
Море Неба, расступись!!

Мальчуган, что был наказан –
Вызов Божьему указу.

Платье у бомжа в заплатах –
Кровь сочится из заката.

Воин, с саблей и мушкетом,
Солнца нас лишает летом.

Дороже нищего «навар»,
Чем алмазы из ЮАР.

Грош у бедняка отняли –
Все заводы разом встали;

Если действие законно,
То страну – с аукциона!

Веру в детях осмеёшь –
Конец будет нехорош.

Тот, кто Веру в детях чтит,
Смерть и тленье победит.

Игрушки взрослых и детей -
Суть плоды одних полей.

Вопрошающий коварно
Вам ответит. Но вульгарно.

Кому знакомы колебанья,
Тот не ценит даже знанья.

Ядом изошёл, истёк
Гая Цезаря венок.

В заблужденье не будь крепок,
Не учись ржаветь у скрепок.

Среди злата, среди ружей
Всякий сделается хуже.

Песнь кузнечика честней,
Чем заверения людей.

«Жук ползёт, орёл летит» -
С усмешкой Мудрость говорит.

Кого червь сомненья гложет,
Быть в покое тот не сможет.

Сомневались бы светила –
Тьма б галактику накрыла.

Страсти – это не зазорно;
Быть в плену у них позорно.

Шлюха и игрок у власти –
Всей стране не ведать счастья.

Проституток визг ночной
Сделал Англию больной.

Клич победный, плач побитых –
В славной Англии нет сытых.

Каждый день и каждый час
Бедняк рождается у нас.

Каждый день и каждый вечер
С миром ждёт кого-то встреча;

С солнцем ждёт кого-то встреча,
Кто-то – Тьмою изувечен…

Мы привыкли верить лжи –
Уму, не глазу, покажи!

Ночью вскормлен, днём расцвечен,
Божиим ангелом привечен,

Светом Господа… отбечен…
Даже хилых духом лечит!

Тех, кто заболел в ночи,
Свет небесный, излечи!

Кредо Богочеловека:
Не отвергну детей века.


AUGURIES OF INNOCENCE. William Blake

To see a World in a grain of sand,
And a Heaven in a wild flower,
Hold Infinity in the palm of your hand,
And Eternity in an hour.
A robin redbreast in a cage
Puts all Heaven in a rage.
A dove-house fill'd with doves and pigeons
Shudders Hell thro' all its regions.
A dog starv'd at his master's gate
Predicts the ruin of the State.
A horse misus'd upon the road
Calls to Heaven for human blood.
Each outcry of the hunted hare
A fibre from the brain does tear.
A skylark wounded in the wing,
A cherubim does cease to sing.
The game-cock dipt and arm'd for fight
Does the rising sun affright.
Every wolfs and lion's howl
Raises from Hell a Human soul.
The wild deer, wandering here and there,
Keeps the Human soul from care.
The lamb misus'd breeds public strife,
And yet forgives the butcher's knife.
The bat that flits at close of eve
Has left the brain that won't believe.
The owl that calls upon the night
Speaks the unbeliever's fright.
He who shall hurt the little wren
Shall never be belov'd by men.
He who the ox to wrath has mov'd
Shall never be by woman lov'd.
The wanton boy that kills the fly
Shall feel the spider's enmity.
He who torments the chafer's sprite
Weaves a bower in endless night.
The caterpillar on the leaf
Repeats to thee thy mother's grief.
Kill not the moth nor butterfly,
For the Last Judgement draweth nigh.
He who shall train the horse to war
Shall never pass the polar bar.
The beggar's dog and widow's cat,
Feed them, and thou wilt grow fat.
The gnat that sings his summer's song
Poison gets from Slander's tongue.
The poison of the snake and newt
Is the sweat of Envy's foot.
The poison of the honey-bee
Is the artist's jealousy.
The prince's robes and beggar's rags
Are toadstools on the miser's bags.
A truth that's told with bad intent
Beats all the lies you can invent.
It is right it should be so;
Man was made for joy and woe;
And when this we rightly know,
Thro' the world we safely go.
Joy and woe are woven fine,
A clothing for the soul divine;
Under every grief and pine
Runs a joy with silken twine.
The babe is more than swaddling-bands;
Throughout all these human lands
Tools were made, and born were hands,
Every farmer understands. -
Every tear from every eye
Becomes a babe in Eternity;
This is caught by Females bright,
And return'd to its own delight.
The bleat, the bark, bellow, and roar
Are waves that beat on Heaven's shore.
The babe that weeps the rod beneath
Writes revenge in realms of death.
The beggar's rags, fluttering in air,
Does to rags the heavens tear.
The soldier, arm'd with sword and gun,
Palsied strikes the summer's sun.
The poor man's farthing is worth more
Than all the gold on Afric's shore.
One mite wrung from the labourer's hands
Shall buy and sell the miser's lands
Or, if protected from on high,
Does that whole nation sell and buy.
He who mocks the infant's faith
Shall be mock'd in Age and Death.
He who shall teach the child to doubt
The rotting grave shall ne'er get out.
He who respects the infant's faith
Triumphs over Hell and Death.
The child's toys and the old man's reasons
Are the fruits of the two seasons.
The questioner, who sits so sly,
Shall never know how to reply.
He who replies to words of Doubt
Doth put the light of knowledge out.
The strongest poison ever known
Came from Caesar's laurel crown.
Nought can deform the human race
Like to the armour's iron brace.
When gold and gems adorn the plough
To peaceful arts shall Envy bow.
A riddle, or the cricket's cry,
Is to Doubt a fit reply.
The emmet's inch and eagle's mile
Make lame Philosophy to smile.
He who doubts from what he sees
Will ne'er believe, do what you please.
If the Sun and Moon should doubt,
They'd immediately go out.
To be in a passion you good may do,
But no good if a passion is in you.
The whore and gambler, by the state
Licensed, build that nation's fate.
The harlot's cry from street to street
Shall weave Old England's winding-sheet
The winner's shout, the loser's curse,
Dance before dead England's hearse.
Every night and every morn
Some to misery are born.
Every morn and every night
Some are born to sweet delight.
Some are born to sweet delight,
Some are born to endless night.
We are led to believe a lie
When we see not thro' the eye,
Which was born in a night, to perish in a night,
When the Soul slept in beams of light.
God appears, and God is Light,
To those poor souls who dwell in Night;
But does a Human Form display
To those who dwell in realms of Day.


















Глава 29. Снаружи и внутри

***

Просели серые сугробы,
И обнажилась плоть земная;
Ты приласкать её не пробуй –
Она на ощупь ледяная.

До боли яркий свет
Лишил последних сил.
Раз-два – и ваших нет!
А кто... заголосил?

***
Отжившее мечтает умереть.
Весна – пора любви и... сора.
Так прекрати-ка на меня смотреть
Глазами собирателя фарфора.
Бывает правда горькою на вкус:
В коллекцию твою я не гожусь.

– Вопи
В пылу полемики!
Терпи
В полу пылемики.

Пора бы... ах... перегореть.
Забавна жизненная школа:
Нас учат втихаря реветь
И не вгрызаться в доски пола.

Но стоит ли блажные взвизги
Терпеть с тщеславным стоицизмом?..



Глава 30. "Зарядка распряжённости"

Полувиртуальный недороманс

В платьице лёгком вчерашняя школьница:
Ножки и глазки, амбиции, нервы…
Юность не стоит просить успокоиться;
Хочешь рискнуть? Виноват будешь первым.

Горе не в радость, и радость не в горе,
Кто-то девчушку давно приручает;
Щёлкнет она по иконке Explorer:
- Здесь меня ждут! И с любовью встречают!

Шасть «за экран» - не вполне платонически,
В сердце (и далее) исподволь просится…
Старый сценарий. И станет хронической
Слабость Весны, зацелованной Осенью.

Тётка оплывшая, злая, жестокая…
Не удивляйтесь – и в ней «кровь» играет.
Но, конденсируясь смогами мокрыми,
Серою влагой Весну отравляет.

Хитрая Осень, до девочек жадная,
Давит и душит; читай: «обнимается»;
Выдать себя за красу ненаглядную
Ей всё ещё не на шутку желается.

И, очевидное всем отвергая,
Хочет себе доказать: «Я – живая».

Осень лишайте последнего шанса,
Пусть истлевает она в одиночку.

- Время нашла для такого романса!
За окнами солнце, на дереве почки!



Глава 31. Рассвет

Закат

Рассветы, зори, восходы…
Пылающий небосвод.
И свет, и новые всходы,
И всё, что идёт вперёд.

Иное дело – закаты,
В их красках прощания тень;
Потерянный и помятый,
В мученьях уходит день:

Ведь каждый закат – агония,
Но каждый рассвет – рожденье.
Чем день бесконечный наполнили?
- Всё ждём к себе снисхожденья.

Да, вспышка ведёт к угасанью!
Довлеет дню злоба его…
А мнимое благо страданья
Не ставьте превыше всего.

Заря бывает вечерней.
Но это ещё плачевней.







Глава 32. Сто первый... километр

В. Шекспир Сонет 101
(с нехилой отсебятинкой)


О лежебока Муза, объясни-ка
Пренебреженье к истине прекрасной.
Краса и правда – вот любви два лика.
Ты знаешь, что зависимость ужасна?

Ответ твой, Муза, может быть таким:
Не нужно правду красить в цвет павлиний,
Не стоит карандашиком цветным
Румяна наносить на лик богини.

Есть лучшее из лучших, без сомненья.
И ты – к чему неметь? – отыщешь слово,
Заставив образ боговдохновенный
Не убояться гроба золотого.

Он будет жить, переживёт века,
Пока струной звенит твоя строка.


W. Shakespeare Sonnet 101

О truant Muse, what shall be thy amends
For thy neglect of truth in beauty dyed?
Both truth and beauty on my love depends;
So dost thou too, and therein dignified.
Make answer, Muse, wilt thou not haply say,
'Truth needs no colour with his colour fixed,
Beauty no pencil, beauty's truth to lay;
But best is best, if never intermixed'?
Because he needs no praise, wilt thou be dumb?
Excuse not silence so, for't lies in thee
To make him much outlive a gilded tomb,
And to be praised of ages yet to be.
Then do thy office, Muse; I teach thee how
To make him seem long hence as he shows now.




Глава 33. "Лесной Царь" по-хеленовски

Моей наглости нет ни оправдания, ни объяснения. Но искренне прошу прощения у Великих.
helen


Иоганн Вольфганг Гёте
Лесной Царь
(пересказец)

Кто скачет так поздно сквозь ветер и ночь?
Усталый отец, с ним сынок, а не дочь.
Иззябшие плечи дрожат паренька,
Его обнимает отцова рука…

- Сынок, отчего твои щёки горят?
- Отец, ты не видишь лесного царя?
Корона вверху, снизу хвост, без обмана!
- Нет, что ты, дружок. То полоска тумана.

«Ребёнок прекрасный! Пойдём-ка за мной.
Сыграем в чудесные игры с тобой.
Осыплю тебя водопадом цветов –
Любую одежду возьмёшь из обнов!»

- Папаша, папаша! – кричит мальчик зря.-
Неужто не слышишь шептанье царя?
- Не бойся, сыночек. Всё тихо вокруг,
От листьев сухих колыхается сук.

«О мальчик прелестный! Здесь девочки есть!
То дочки мои – глаз не сможешь отвесть.
В ночном хороводе тебя закружат,
Запляшут, замают, заснуть повелят.»

- Отец, ты ослеп? В этой сумрачной тьме
Лесного царя дочки грезятся мне!
- Сыночек, сынок! Не кричи так тоскливо!
Я вижу отчётливо: светятся ивы…

«Дитя, я влюбился. Ты слишком хорош.
И силой возьму, раз добром не пойдёшь!»
- Ой, папа, лесной царь меня ухватил!
Мне больно… Но нету противиться сил…

Отец, испугавшись, пришпорил коня;
В беспамятстве рвётся подросток, стеня.
Вот всадник несчастный примчался домой,
И мёртвого сына привёз он с собой.


Johann Wolfgang Goethe
Erlkönig

Wer reitet so spät durch Nacht und Wind?
Es ist der Vater mit seinem Kind;
Er hat den Knaben wohl in dem Arm,
Er faßt ihn sicher, er halt ihn warm.

"Mein Sohn, was birgst du so bang dein Gesicht?"
"Siehst, Vater, du den Erlkönig nicht?
Den Erlenkönig mit Kron` und Schweif?"
"Mein Sohn, es ist ein Nebelstreif."

"Du liebes Kind, komm, geh mit mir!
Gar schöne Spiele spiel` ich mit dir;
Manch bunte Blümen sind an dem Strand;
Meine Mutter hat manch gulden Gewand."

"Mein Vater, mein Vater, und hörest du nicht,
Was Erlenkönig mir leise verspricht?"
"Sei ruhig, bleib ruhig, mein Kind!
In durren Blättern sauselt der Wind."

"Willst, feiner Knabe, du mit mir gehn?
Meine Tochter sollen dich warten schon;
Meine Tochter führen den nachtlichen Reihn
Und wiegen und tanzen und singen dich ein."

"Mein Vater, mein Vater, und siehst du nicht dort
Erlkönigs Tochter am dustern Ort?"
"Mein Sohn, mein Sohn, ich seh` es genau,
Es scheinen die alten Weiden so grau."

"Ich liebe dich, mich reizt deine schone Gestalt;
Und bist du nicht willig, so brauch` ich Gewalt."
"Mein Vater, mein Vater, jetzt faßt er mich an!
Erlkönig hat mir ein Leids getan!"

Dem Vater grauset`s, er reitet geschwind,
Er halt in den Armen das achzende Kind,
Erreicht den Hof mit Muh` und Not;
In seinen Armen das Kind war tot.







Глава 34. Тринадцать

Peccavi

Уйду во мрак погашенных огней,
К разбитому зеркальному стеклу.
С годами мы становимся умней?
Зачем осколки несчастливых дней
Храню я непочтительно – в углу?

У ночи есть особенность – кончаться.
Рассвет купается в золе…
Индюшка грезит об орле…
Лежит записка на столе.
Петля, петлёю, о петле…

А день дрожит, боясь начаться:
Он ищет в треснувшем стекле
Мой след, потерянный во мгле.



Глава 35. Майская добродетельная

Одуванчики
(вроде бы «детское»)

Диваны и обманщики
Оставлены вдали.
Туманы и туманчики
Нам чудо сберегли:

Желтеет так заманчиво,
Хоть капельку в пыли,-
Поляну одуванчиков
Мы в городе нашли.

Здесь маленькие солнышки
Сияют из травы;
А мы сидим на брёвнышке,
Не бегаем, увы…

Их ножки словно пальчики,
Но едок млечный сок.
Эй, девочки и мальчики,
Пора плести венок!

***
Прочь усики и жгутики –
Утехи сорняков!
Когда же парашютики
Взлетят до облаков?..




Глава 36. Глупый треугольник

Несвятая Троица


Логик
Вычисляю – не понимая;
Постиженье приходит не вдруг:
Бесконечность свободы – прямая,
Бесконечность неволи – круг.


Лирик
Поросячьи глазки,
Профиль хищной птицы.
Ночь срывает маски,
Но скрывает лица.


Еретик
Блаженны нищие духом, убогие,-
Ты царство небесное им обещал.
Собаке – собачье, боженьке – богово;
А человеку ты чьё завещал?!










Глава 37. Дар, принимаемый за дань


Сонет

В темницу плоти ввергнута душа,
О чём мечталось навсегда забыть.
Бедняжка ждёт, когда ей разрешат
В сапфировое небо воспарить.

Уходят дни, стуча или шурша...
Поплачь чуть-чуть. Скажи: «Устала быть».
Действительность всегда нехороша,
А о грядущем можно ли судить?

Грешим духовно и телесно,
Но понимаем лишь в конце:
Земной властитель и небесный
Не могут быть в одном лице.

В безмолвье есть достоинство и сила, -
Кого молчанье к жизни возродило?..





Глава 38. Несмолкнувшее эхо

Всё ещё...

Сумеешь средь потерянных найтись?
В немой мольбе к лицу прижаты руки.
Входи, не бойся. Не скажу: «Катись!»
Тогда поймёшь, как дёшевы все трюки.

Закрою дверь – и утону в мечтах,-
Пусть с ног собьют, дыханье перехватят.
Отброшу прочь сомненья, стыд, и страх,
И помяну чертей и Божью матерь!

***
Пока дышу и по земле хожу,
Я думать о тебе не перестану.
Пишу в бреду. Да разве это странно?
Я с логикой холодной не дружу…



Глава 39. Водяной глюк

Очищение

Утро, липнущее к окнам
Туалетною бумагой…
Не пошёл на пользу сок нам
Из соседнего продмага.

Обманула: «Самый свежий!»
Продавщица. Вот нахалка;
ДурачкАм одна надежда –
На всесилье минералки.

.......................

А в компьютере троян,
А в эфире Путин…
Голубеет по краям
Небо цвета ртути.

Ладно. Дело поправимо.
Два стакана. Две бутылки!
Реки жизни мчатся мимо,
Чую попой и… затылком.

То ли в обморок упала,
То ли в сон я провалилась;
Боль крутящая пропала,
Всё вокруг переменилось.

.......................
.......................

Время стало материей,
Плотной синей завесой.
Может, не всё потеряно?!
Служу водяную мессу…

Тяжело летящие
Струи водопада.
Это – настоящее!
Это – так и надо!

......................

Стало полегче. Точно.
День слишком «добрым» не был.
Воду пила не почва,
Воду хлебало Небо.




Глава 40. Ça ira, или Дело пойдёт!

Штопанье, или Не стать прорехой

Повернуть бы время вспять
Месяцев на восемь,
Чтобы – снова и опять! –
Славно жить, не раскисать,
И гореть, не угасать,
И смеяться, и писать…
Просим, просим, просим!

***
Страх никчёмности, непригодности…
Отторжение жизнью реальной…
Стала жертвой своей полноводности,
Досаждая и ближним, и дальним.

Переполненной – что ж не вылиться,
Перегруженной – гнёт не сбросить?
Хватит, бедная, тужиться-силиться,
Результатов не ждут и не просят.

***
Досадно, что раздумья затянулись.
А ну-ка, вдруг ускорю я развязку?
Даю на выбор: ласку и… огласку.
Нервишки препаскудно натянулись…
Вот будет сказка, так всем сказкам сказка!

***
...............................
А правда не нуждается в прощенье.
Я буду чуть несдержана, пожалуй.
Обидное какое упущенье:
Рога и хвост не променять на жало!

Клеветнику не выковать кинжала.



Глава 41. Частушки


Час тушки

***
Мой милёнок – вот телок,
Бабы ему мало!
Он запал на каталОг,
Корневой катАлог!

***
Топну ножкой, снова, снова,
А потом валюсь в постель.
Муж орёт: «Ваще корова!»
– Дорогой, я топ-модель!

***
Братцы, истина проста,
Мода – не привычка:
Если весишь меньше ста,
Ты – анорексичка!

***
Эх, я девка самый смак,
Слабых выручаю;
Подо мной трещит гамак,
Два часа кончаю…

***
Мой милёнок – старый пень,
Я сегодня добрая.
Все частушки – похабень?
Ничего подобного!



Глава 42. Средний палец

"Не нравоучительное"

Что казалось – тогда! – исключительным,
Нахожу я теперь незначительным.

Самоедство – мой стиль отличительный:
Было больно, и даже – мучительно…

Всё прошло. Это не… огорчительно?

За урок – не весьма поучительный –
Расплачусь жестом я непочтительным.



Глава 43. Есенинщина? Блоковщина?

Хеленовщина…

Испарились тени предрассветные,
Разгребаю утреннее крошево…
Что-то здесь творилось несусветное,
Не пойму: плохое ли, хорошее?

***
От мелких недостатков, копившихся годами,
Я до пороков крупных по жёрдочке дошла;
Себя мы знаем сами? Привет Прекрасной Даме!
О, я не докатилась – я, скажем, добрела.

***
Раздвинув властно мягонькую шерсть –
Не слишком сексуально, но красиво! –
Уж сколько раз твердили нам, что лесть…
Увидела, что, собственно, не диво,
А вот не надо было дальше лезть,
Татуировку: две шестёрки – шесть.

Считаю. Не выходит восемнадцать!
Конечно, поздновато разбираться,
Когда уже нельзя ни встать, ни сесть.

***
Надеялась, он – Муз, а это... дьявол?
Полцарства за минуту ложной славы!
Как будет, так и будет – мой девиз.
Ведёт наверх и путь, идущий вниз.

***
Благодаря чудовищному сглазу,
Несу с собою счастье, как заразу.
И, радуясь, что уцелела в бездне,
Тащу с собою прочие болезни.





Глава 44. Сады

Dear G`Kar, это - мой маленький подарок. В качестве запоздалого поздравления; если я правильно поняла намёк в комментарии одной из ПЧ "МС".
helen


Дом Морес

Сад

Проснулся от любви – сомнений нет.
Но отчего-то томно мне, тревожно.
В сад выйду на рассвете и, возможно,
Там голубю открою свой секрет.

С виной невинность встретилась в саду.
Мне нечего страшиться, дорогая…
Чего боюсь, я сам не понимаю!
Причина есть: её я не найду.

Стою один, безмолвный и неловкий...
Я мыслью новой поражён теперь:
Что выболтают мой секрет толпе
Танцующие рифмы, вот чертовки.

Плющом обвита серая стена,
И голубь утомился от беседы.
Он знает, пораженье – не победа,
Тебе моя влюблённость не нужна.

Останусь ждать вечернюю зарю.
Пребуду прахом, но влюблённым прахом.
Одно печалит: о любви без страха
Я не с тобой, а с птицей, говорю.


Dom Moraes

The Garden

I wake and find myself in love:
And this one time I do not doubt.
I only fear and wander out
To hold long parley with a dove.

The innocent and the guilty, met
Here in the garden feel no fear.
But I'm afraid of you my dear
There was a reason I forget.

And I by shyness am undone
And can't go out for fear I meet
My poems dancing down the street
Telling your name to everyone.

The lichen peels along the wall.
My conversation bores the dove.
He knows it all: that I'm in love
And you care much and not at all.

I shall stay here and keep my word.
Glumly I wait to marry dust.
It grieves me only that I must
Speak not to you, but to a bird.






Глава 45. Вполнакала... разве плохо?

Милые мои читатели - все, все, все, какие есть. На некоторое время пропаду - долго ли, коротко - зависит не от меня. А пока что
- маленькая шуточка, любопытная лишь потому, что, уже "наваяв" переводик, набрела я в Инете на почти аналогичный моему ))). Я-то знала только авторский перевод И. Фрадкина, и вот... Мировой разум))) размыт - не иначе. Оказывается, даже песня такая есть. Как попала-то!

Да, и главное: наконец делаю то, что давно надо было сделать: посвящаю этот цикл стихов - тем, кто мне дорог.

helen

Адриан Митчелл

Икрачик-Шмикар(чик)

Если ты не тратишь денег -
Мало сотни кошельков.
Если холоден, не жарок,
Не сгоришь до угольков.
Если лижешь ты ботинок,
И не чувствуешь пинков,
Если ползаешь на брюхе –
Будешь счастлив и здоров.
Как, как, как возникла мысль,
ЧТО ВЗЛЕТЕТЬ ТЫ СМОЖЕШЬ ВВЫСЬ?


Adrian Mitchell
Icarus Shmicarus

If you never spend your money
you know you'll always have some cash.
If you stay cool and never burn
you'll never turn to ash.
If you lick the boots that kick you
then you'll never feel the lash,
and if you crawl along the ground
At least you'll never crash.
So why why why –
WHAT MADE YOU THINK YOU COULD FLY?

См. "почти аналогичный":
http://luaths-lurgann.livejournal.com/15000.html




Глава 46. Несбыточное

Уже вернулась. Выковыряли из отпуска, в трёхдневную командировку попросили съездить. Думала, что она плавно перетечёт в приятную нерабочую поездку, потому и согласилась… ан нет. С моей так называемой семьёй разве можно что-либо запланировать?.. Да ни в жисть )(.

Ожидание

Сижу в печали,
При тусклом свете.
В окно стучали?
Нет, это ветер.

Закат расшивала
Надежды тесьмой:
Вчера я послала
Второе письмо…

Скрипела калитка...
Пришёл почтальон?
Хотя бы открытка!
Блажь, морок и сон.

А ночью разбудят
Шаги у крыльца...
Не будет, не будет,
Не будет конца.




Глава 47. Семьдесят шесть

В. Шекспир Сонет 76
(как обычно, моя интерпретация )))


Мои стихи новаций лишены,
Традиционны, чужды переменам.
Поэты - в ногу с временем - должны
За сочетаньем модным лезть на стену?

А почему иначе я пишу,
И строки мишурой не украшаю?
Да потому, что лишь тобой дышу,
Мне дорогое имя повторяя.

О знай же, знай, тебе – тебе одной -
Я посвящаю всё – иной нет темы…
Но, может быть, трепещущей рукой
Я рифмы старые поярче разодену?

Ведь солнце – каждый день, как в первый раз.
Так и любовь не ищет новых фраз.


W. Shakespeare Sonnet 76

Why is my verse so barren of new pride?
So far from variation or quick change?
Why with the time do I not glance aside
To new-found methods and to compounds strange?
Why write I still all one, ever the same,
And keep invention in a noted weed,
That every word doth almost tell my name,
Showing their birth, and where they did proceed?
О know, sweet love, I always write of you,
And you and love are still my argument;
So all my best is dressing old words new,
Spending again what is already spent:
For as the sun is daily new and old,
So is my love still telling what is told.










Глава 48. Просьба

***

Не пугайтесь страшного и стыдного:
Жизнь есть отрицанье очевидного.

Череда подъёмов и падений,
Цепь невероятных совпадений,
Нападений, предопределений…

Почему Рок бьёт прямой наводкой?
Отчего страдает самый кроткий?

- Но не тот, кого зовут Молчалин!

- Уходи, старуха. Я в печали.



Глава 49. Маленький межвременной hooliganism

Джордж Гордон Байрон

Память

Вариант XIX в.
Свершилось. Боже, не во сне!
Надежды луч не светит мне.
Блаженства днями не храним,
Дрожу от ветра я невзгод,
Во мгле закатной мой восход,
Любовь и Радость - тлен и дым.
Смогу ль прибавить Память к ним?


Вариант XX в.
Всё кончено. Как в страшных снах,
Надежды светлые - во прах.
Мгновенья Счастья миновали.
Запорошён дыханьем бед,
В холодной дымке мой рассвет.
Любовь и радость… убежали.
Что ж Память вы с собой не взяли?


ВРИант XXI в.
Кранты. Теперь рулят кошмары.
Погасли у Надежды фары.
А Счастье - дно в пустом стакане.
Я околел от зимней стужи,
И мой рассвет утоплен в луже.
Любовь и Радость - "без свиданий".
Ещё бы Память к ним в компанью!


George Gordon Byron
Remembrance

’Tis done! - I saw it in my dreams:
No more with Hope the future beams;
My days of happiness are few:
Chill’d by Misfortune’s wintry blast,
My dawn of Life is overcast;
Love, Hope, and Joy, alike adieu!
Would I could add Remembrance too!




Глава 50. Набросок

***

В глубокомыслии легко перемудрить.
Жизнь торопя, прессуя и сжимая,
Не хочет лето ничего дарить:
Поманит – и обманет, отнимая.

Тяжёлой поступью июль к концу идёт,
И лёгкая одежда весит тонну…
Он слишком быстро превращает в плод
Цветок, недавно бывший лишь бутоном.

В безумии имеется система.
Жара… дожди. Моя больная тема.

От этих мыслей хуже мир не стал.
Кто прячется от зноя по кустам?

Вечерний час. Мошки столпотворенье.
Нет силы дописать стихотворенье.




Глава 51. Времена года

Джон Китс
Четыре сезона

Квартет сезонов – это фазы года.
Четвёрка возрастов и у людей.
Весна грядёт, с безумством и свободой,
Там красотой наполнен каждый день.

Вступая в Лето, время для роскошеств,
Мёд юности впитавшее уже,
Мы урожай растим, и травы косим
Чуть ближе к небу, стало быть, к душе.

Порой осенней, вовсе не бескрылой,
За суетой и бренностью бытья,
Следим с усмешкой: это важно было?
Нет, не важней водицы из ручья.

Затем Зима, тот самый «гвоздь программки»;
Предшествует она портрету в рамке.



John Keats
The Human Seasons

Four seasons fill the measure of the year;
There are four seasons in the mind of Man:
He has his lusty Spring, when fancy clear
Takes in all beauty with an easy span:
He has his Summer, when luxuriously
Spring's honeyed cud of youthful thought he loves
To ruminate, and by such dreaming high
Is nearest unto heaven: quiet coves
His soul has in its Autumn, when his wings
He furleth close; contented so to look
On mists in idleness—to let fair things
Pass by unheeded as a threshold brook.
He has his Winter too of pale misfeature,
Or else he would forgo his mortal nature.



Глава 52. Серебряное

Дорогая Бэкки, с днём рождения! Может быть, это стихотворение - на родине поэта уж наверняка - считается детским. Но мне захотелось подарить тебе что-то доброе, светлое, и... очень-очень английское!
helen


Уолтер де ла Мар
Серебро

В туфельках серебряных луна
Протанцует через сад одна.
Задевая ветви в серебре,
И плоды, что в лунном янтаре.
Друг за другом серебром горят
Окна, что её поймали взгляд.
Житель конуры спит сладким сном,
Лапы отливают серебром.
А в тиши застонут при луне
Голуби серебряно во сне.
И мышонку нечего бояться,
Коготки и глазки серебрятся.
Неподвижна рыбка в глади вод,
Заткан серебром весь небосвод.


Walter de la Mare
Silver

Slowly, silently, now the moon
Walks the night in her silver shoon;
This way, and that, she peers, and sees,
Silver fruit upon silver trees;
One by one the casements catch
Her beams beneath the silvery thatch;
Couched in his kennel, like a log,
With paws of silver sleeps the dog;
From their shadowy cote the white breasts peep
Of doves in a silver-feathered sleep;
A harvest mouse goes scampering by,
With silver claws, and silver eye;
And moveless fish in the water gleam,
By silver reeds in a silver stream.





Глава 53. Жизнь

***
Свой винегрет безумий и абсурдов
Готовим мы неловко и немудро,
Сопровождая действо – плачем? смехом?
В успех не веря – и боясь успеха.

Проекция себя на внешний мир
Подвергнется нелепым переделкам.
- Пли по мишени! Это всё же… тир?
- Уж не сафари. Заходите. Welcome.

Вот по глазам ударил жуткий блеск…
О слишком долгой жизни я кричала?
Фантасмагория, и драма, и бурлеск, -
Не «всё ещё» – скажу: «опять сначала!»




Глава 54. So we'll go no more a-roving

Ноэльчик

Джордж Гордон Байрон

***
Мы больше не блуждаем
В сияющей ночи,
Хоть сердце ещё тает,
Ловя луны лучи.

Меч истончает ножны,-
Душа источит грудь.
Ты сердцу – это можно! -
Дай отдыха чуть-чуть.

Ах, ночь к любви взывает,
Да день – совсем иной.
Мы больше не блуждаем
Ночами под луной.


George Gordon Byron

***
So we'll go no more a-roving
So late into the night,
Though the heart still be as loving,
And the moon still be as bright.
For the sword outwears its sheath,
And the soul outwears the breast,
And the heart must pause to breathe,
And love itself have rest.
Though the night was made for loving,
And the day returns too soon,
Yet we'll go no more a-roving
By the light of the moon.



Глава 55. * * *

Разговор

Зачем ты медлишь, глупо и преступно?
- У каждого мгновения свой… понт!
А счастье далеко и недоступно,
Как тихий и пустынный горизонт.

Защитный слой, невидимый и хрупкий,-
И ты не защитишь ни тыл, ни фронт.
- Благодарить за скидки, за уступки?
Казниться за ничтожные проступки?..
- А знаешь, где летает птица дронт?

Лиловый вереск, не пустивший в Сказку,
На том, что стало камнем, прорастёт.
- Привычнее под дудку, под указку
Спешить туда, где ветер вербы гнёт?

Подмигивает действиям глупца
Альдебаран в созвездии Тельца.




Глава 56. Потомкам Ноя

Распорядок дня

На завтрак подают упадок сил.
Какой дурак об этом попросил?
Унылый результат бессонной ночи
Не сделает день тягостный короче.

К полудню вы приходите в себя.
Вернее, не в себя, а, скажем, в норму.
А в два – обед. Его жуют упорно,
По дну тарелки ложкою скребя.

Конечно, я предельно упрощаю:
Что приготовлено, тем вас и угощаю.
Но отвергается – во всей своей красе –
Неукротимость духа на десерт.

Не так уж долго ждать до полшестого.
Вы чувствуете? Обе стрелки – вниз.
Энергия на спаде, близок криз…
Есть вредно вечером. Но вы вполне готовы
Сейчас поужинать… до положенья риз.



Глава 57. Та, что придёт

Стилизация-нытьё

Охапка роз увяла и поникла,–
Живое погибает без воды.
Откуда в море сумерек возникли
И высветились белые следы?

Пренебреженье – смертная обида.
И, по полу рассыпав лепестки,
Цветы лишились запаха и вида,
И превратились в тернии тоски.

Безмолвный вопль и горькие рыданья:
Опять себя ловлю среди теней.
Отложено ужасное свиданье,
Я разминулась на полшага с ней.

Хочу спросить: «А не могла бы ты
Зажечь последний свет – свет Темноты?»




Глава 58. "Осенятники"

***
Багрец и золото – предвестники… мороза.
Любите сами – и полюбят вас?..
Что ж так упорно не даётся проза?!

Но что-то подсказало мне сейчас:
Ещё я с ней намучаюсь не раз…


***
– Ах, ах, я не устану повторять:
Не дай мне, боже, это потерять!
Была с тобою там, на небесах!!

А он зевнёт устало. Слушать дальше?
Качаются на нитках-словесах
Жемчужины искусственные фальши.

Напоминаю – и себе, и вам:
Не доверяй эмоции словам!


***
Где краски осени? Как тускло, серо, блёкло.
Бывают ведь другие сентябри!
Пока что, от зари и до зари,
Сырая тьма снаружи давит стёкла;

Вода и копоть, с грязью пополам
Окошки разрисовывает нам…



Глава 59. Слово и дело

"Высшая" математика

…Что было? Воля ваша – ни черта;
Ошмётки и большая пустота.
Из всякой дряни новый мир создать
Труднее, чем два пальца облизать.
Уступочка: в начале славных дел
Был камень, на котором Он сидел.

Сидел Он долго, мрачно размышлял:
Кто прошлый мир губил и опошлял?
Пора убрать никчёмный старый хлам,
От мыслей перейти к делам, к делам!

Вначале было слово. И число.
В словах добро. А в числах, значит, зло?
Не в этом ли ошибка мирозданья?
Деленье, умноженье, вычитанье,-
Не в этом ли просчёты сотворенья?
Сложенье, умноженье, сохраненье
Того, что предназначено на слом.

В сравненье с тем, что тут «болталось» прежде,
Прогресс гигантский - в вере и надежде.
Похуже с мудростью, и дефицит любви.
(– Ты яблоко сорви, сорви, сорви!..
Но с фруктами исторья будет позже.
Фи, яблоко. Вот персик гладкокожий
На всё, что надо, более похож!)
Мир как с иголочки отчаянно хорош.

Из горних высей медленно мигал
Знак неприятный - палочка над точкой,
И сущности без счёту умножал
Дружок хвостатый, эН факториал,
Враг света и тепла, воды проточной…

Но Добрый Бог не старый маразматик.
Он знает: Дьявол – слабый математик.





Глава 60. Гетерограммы-5

Брак по расчёту
Миллион!
- Мил ли он?..

Снейп
Прости, Лили!
- Простили ли?

Жена-меломанка и упёртый муж
(мещанское)
Силь ву пле, Сень!
"Сильву"? Плесень?!

Истина…
…проста, Тит:
Простатит.

Наводка
Улики
У Лики.

Не бойся ЕГЭ, есть И-нет
Дурнее дятлов. И?
Дур не едят. Лови!

Стихоплётство
Поэт: О муха!
Поэтому - ха!!



Глава 61. Обнуление

Обновление

Слог элегический будет уместен.
Город расползся клочками предместий;
Поле пустынное лесом сменилось…
То, с чем рассталась, уже позабылось.

Ври, да с оглядкой! Всё тащишь с собою;
То, что проиграно, взято что с бою…
Сумка дорожная. Там барахлишко?
Нет, как положено, злые мыслишки.

И, попросив двух соседей: «Без рук!»,
Еду на север, а может, на юг…


Я всю дорогу сижу в позе Будды.

Раз уж добралась, то требую чуда!


Требовать можно, да кляча не конь.
Море увидев, не брошусь в… огонь.



Глава 62. "Переосмысленьице"

Уистен Хью Оден

***
Да, постарел. Но он не изменился.
В далёком детстве для любви открылся.
К той атмосфере радости и счастья
Казалось, был допущен и причастен.
Теперь, уже на финишной прямой,
Где приз один – безмолвная могила,
Открыл и понял: кто же он такой;
Кем был для тех, кому солгать был в силах,
И столь неверен был, не став собой.


***
Не желаешь к мамочке в живот?
Невозможное не всякого зовёт.
Образы из прошлого томят,
«Практики» бросают взгляд назад.
В будущее рвись, но оглянись:
Враг свободы, скажем, дуализ(ь)м.
Слишком много мним мы о себе.
С универсумом Коперника в борьбе,
Утверждая: каждый – пуп земли,
Небо Птолемея обрели.



Wystan Hugh Auden

***
His ageing nature is the same
As when childhood wore its name
In an atmosphere of love,
And to itself appeared enough:
Only now when he has come
In walking distance of his tomb,
He at last discovers who
He had always been to whom
He so often was untrue.


***
Do we want to return to the womb? Not at all.
No one really desires the impossible:
That is only the image out of our past
We practical people use when we cast
Our eyes on the future, to whom freedom is
The absence of all dualities.
Since there never can be much of that for us
In the universe of Copernicus,
Any heaven we think it decent to enter
Must be Ptolomaic with ourselves at the centre.



Глава 63. Стилизация-5


Четырежды четыре

Тёмные, тихие ночи.
Медленный редкий снежок.
Можно влюбиться заочно?
Можно, мой бедный дружок.

Алые пятна рассвета.
Сердца неистовый стук.
Можно увлечься… поэтом?
Да; и надолго, мой друг.

.........................

Днём, под дожди проливные,
Горько-прегорько рыдать:
Разве рождённой без крыльев
Стоит о небе мечтать?..

Вечером, тёплым и томным,
Девочка верит и ждёт.
Боже, как это знакомо!
Он никогда не придёт.



Глава 64. La Piovra

Тано Каридди

Тано - один из главных отрицательных персонажей культового итальянского сериала "Спрут", вещи в своё время очень известной.

Ложусь так поздно,
Встаю так рано…
Стихи, не прозу,
Пишу про Тано.

Сеньор Каридди,
Герой из «Спрута»,
Был ненавидим,
А прожил круто…

Прямой, весь в чёрном,
С тяжёлым взглядом,
Кумир девчонок,
Рождённый адом.

Пусть он убийца,
Пусть мафиозо.
Такие лица -
Как тень на розе.

Повысить голос?
Поддаться страху?
Гюрза не полоз,
Костёр не плаха.

Закон омерты
Нарушить может!
Он вестник смерти,
И жизни – тоже.

Игрок отважный,
Делец искусный,
Ты лишь однажды
Поддался чувству.

Отец невесты
С собой покончил;
Рыдает Эстер,
Как колокольчик.

Здесь изначально
Добра не будет!
Всё так печально…
И кто рассудит?

От Тано холод,
Тепло с Коррадо.
Духовный голод,
Симптом разлада.

Ох, как влюбилась
Она в Каттани;
Беда забылась,
А радость… ранит!

Ум – калькулятор,
На сердце – скверно.
Твой враг заклятый –
В любви соперник!

Ты всё, что можно,
На кон поставил.
Жжёт правда ложью:
Война без правил!

Сеньор Каридди,
Сошли с ума вы?
Что вы творите?
И кто дал право?!

Боль приземленья?
Жуть укоризны?
Распались звенья
Цепочки жизни.

Что ж? Мы измену
Простим ушедшей.
Всё в мире бренно.
Он сумасшедший.

В тюрьме без окон
Был Тано заперт.
Вина ль востока,
Что он – не запад?

Но Зло живуче,
И крепче стали.
А жизнь научит,
Чтоб не… вздыхали.

Смог возгордиться,
Растя на тлене?
Пусть возродится
Для преступлений.

Князь махинаций,
И грязных сделок.
Как разобраться:
Велик ли, мелок?

Сестру Марию
От мира прячешь;
Шизофрения…
А с чьей подачи?

Сеньор Каридди,
Высок, подтянут.
Войдёт ли, выйдет,
Есть в сердце рана.

Жизнь искалечив,
Жить обречён он.
Сова – не кречет!
Учи учёных…

Мечта девчонки,
Что взрослой стала.
Всё помню чётко…
Прости. Устала.




Глава 65. Рецидив

Люди доброй воли

Страшно тебе? Ухмыляюсь.
Горько и плохо? Держись.
В снах постоянно являюсь?
Распоряжается жизнь…

Я не грожу, не ругаюсь.
Просто смотрю и молчу.
Думаешь, сдамся, раскаюсь?
Нет, по счетам заплачу.

Старых каштанов аллею
Вижу и я по ночам.
Кто ни о чём не жалеет,
Пусть позавидует нам.

Холод какой… Околею.
Мерзла сегодня, вчера;
Слишком давно я болею.
Ненависть лечит. Пора.

Ненависть лечат. Ура.
Завтра приступим. С утра.





Глава 66. Узелки на память

Просьба

Любую пытку предпочти допросу.

Больную правду излечи доносом,
Своей духовной пустотой зияя…

– Я не такая! Просто жду трамвая!

Сегодня некогда, а завтра будет поздно.
Была одна надежда – на вчера

Во льду души закоченели звёзды, -
Цикутой не поделишься, Сократ?



Глава 67. Никанон

Copycat

Смысл звуков, красок, мыслей и речей
Ты экстрагируешь из горечи ночей.
Семь капель яда, семь волшебных нот;
Трудись, и вдохновение придёт.

***
Судьбу похлопай по плечу,
А небо над собой подправь,
И безнаказанность почуй,
Адреналин, напор и драйв!

............................

***
Да, капли яда… Меру – мере.
Придётся пузырёк хранить.
Теперь скажи: кого, Сальери,
Опять задумал отравить?

– С самим собой я буду пить,
Закрою душу, окна, двери…

Провал. И скука, и печаль…
О, как гремит в кустах рояль!

Так-так. И Пушкина не жаль?



Глава 68. Сегодня и давно. Парадоксы любви

Томас Уайет

***
Мне мира нет – пришёл войне конец.
Боюсь, надеясь – и на льду сгораю.
Лечу над ветром – немощен, вставая.
Беднее нищего, богат я, как скупец.
Сижу в тюрьме без стен. Беги, глупец!
Вперёд, без страха – да пути не знаю.
Не жить, не умереть я не мечтаю,
А смерть пока не жалует венец.
Без глаз гляжу, болтаю безъязыкий,
Взыскуя мук, прошу здоровья я.
Любя других, себя кляну я дико.
Кормлюсь бедой – боль веселит моя.

И жизнь, и смерть – всё для меня едино.
Любовь – мученье. Вот вам и причина.



Thomas Wyatt (1503-1542)

***
I find no peace, and all my war is done,
I fear and hope, I burn, and freeze like ice,
I fly aloft, yet can I not arise,
And nought I have, and all the world I seize on.
That locks nor loseth, holdeth me in prison,
And holds me not, yet can I scape no wise,
Nor lets me live, nor die, at my devise,
And yet of death it giveth me occasion.
Without eye I see ; without tongue I plain:
I wish to perish, yet I ask for health,
I love another, and thus I hate myself;
I feed me in sorrow, and laugh in all my pain.
Lo, thus displeaseth me both death and life,
And my delight is causer of this strife.




Глава 69. New Year

***

…и чёрных веток кружево повсюду.
Зима линяет – новая причуда.
Дождь, изморось, туман. Намокла тень.
Она, увы, мне не расцветит день.

Шершавым языком декабрь слизнул
Дорожек лёд, газонов белизну…

Январь и Новый год – а снега нет.
Грустить не будем. Праздник вдохновляет:
Убытки подсчитав, опять желает
Прибавить льдинку к ожерелью лет.



Глава 70. Прозрение, или Афродита Небесная

Фрэнсис Томпсон
Дом рабства (I)

Когда я понял, что плоды Любви
Растут на небесах, за облачною чащей,
Что вечный дух – зови иль не зови -
Ждёт, в свой черед, мятеж, в крови бурлящий;

Когда я понял, что порой поэт
Безгласен, словно звёзд лучи немые,-
Венера зря целует его след,
А песни крылья чувствам опустили;

Когда я понял: парусник любой -
Игралище ветров, страстей и моря,
А капитан, обманутый судьбой,
Сгубив корабль, не утИшает горя;

Презрел себя: ведь детские игрушки
Мудрец не станет прятать под подушкой.


Francis Thompson
House of bondage (I)

When I perceive Love's heavenly reaping still
Regard perforce the clouds' vicissitude,
That the fixed spirit loves not when it will,
But craves its seasons of the flawful blood;

When I perceive that the high poet doth
Oft voiceless stray beneath the uninfluent stars,
That even Urania of her kiss is loath,
And Song's brave wings fret on their sensual bars;

When I perceived the fullest-sailed sprite
Lag at most need upon the lethed seas,
The provident captainship oft voided quite,
And lamed lie deep-draughted argosies;

I scorn myself, that put for such strange toys
The wit of man to purposes of boys.






Глава 71. Старые рифмы

***

Ветер яростно воет,
Будто гибель близка.
Я не боюсь – нас двое:
Я и моя тоска…

Слишком мало просила,
Слишком долго ждала;
Слишком крепко любила,-
Ни двора, ни кола…

К чёрту судьбы подачки!
Их не хватит на всех.
Белый, словно горячка,
Нас заметает снег.



Глава 72. Иерихонская дудочка, или Jeer-ка

Томас Мур

Когда Любовь… гм, да

Когда Любовь добра,
Свободна, весела,
Пой и кричи: «Ура!»,
Ликуй – она пришла.

Когда несёт Любовь
Несчастье или боль,
Мученье, слёзы, кровь,-
Уйди – и бог с тобой.

Когда Любовь одна:
Отныне – навсегда,
Такая мне нужна,
И горе – не беда.

Но если вижу я
«Объектов» целых три, –
Где хвост, где чешуя?
Молчи – не говори.

Любовь должна… Должна?!
Нежна быть и верна;
Тогда мне не страшна
Добра и Зла страна.

Вдобавок, поклянусь:
Стабильность хороша.
Другая? Разведусь?
– Не дрейфь, моя душа!



Thomas Moore

When Love is kind

When Love is kind,
Cheerful and free,
Love's sure to find
Welcome from me.

But when Love brings
Heartache or pang,
Tears and such things -
Love may go hang!

If Love can sigh
For one alone,
Well pleased am I
To be that one.

But should I see
Love giv'n to rove
To two or three,
Then - good-bye, Love!

Love must, in short,
Keep fond and true,
Through good report,
And evil too.

Else, here I swear,
Young Love may go,
For aught I care -
To Jericho.





Глава 73. P.S. к 71 главе

***

Темнота над крышами.
Камень, в душу брошенный.
Очень много лишнего,
Очень много прошлого.

Помолюсь о чуде…
Всё должно наладиться.
Будущее – будет,
Смятое – разгладится.



Глава 74. No luck

«Но строк печальных не смываю»

Слов стало много больше, чем души.
За возраст платим, чувствами беднея.
Чем ближе к небу, тем и холоднее,
Цени прошедшее, но будущим… дыши?

Мир обметало мёртвой тишиной,
Лишь сердца стук воображенье дразнит.
Ночь позади. Ах, утром будет праздник!
Но, к сожаленью, общий, а не мой.

Мимозы солнышки среди седых туманов -
Ненужной женщины надежда и мечта.
И лица треугольные тюльпанов,
И пена над бокалом как фата…



Глава 75. Награда


***

Не побыв лягушкой, не бывать царевной.
Мир, когда спасёшься красотой?
Юности бунтарство, зрелости смиренье
Сменят омертвенье и застой…
А за все мытарства – получи полцарства,
Где не вносят плату за постой:
Старость отмечает чёрствостью душевной
И к чужому горю глухотой.



Глава 76. Старьё, вытащенное из самого дальнего ящика, или Откуда «есть пошла»... хеленовщина

Вечернее

Широко распростёрся болотистый луг,
Вдалеке зеленеют клубочки ракит;
Как они далеко! Далеко, а вокруг
Лишь камыш в вечной сырости спит,
Да осока кругом, но видны кое-где
Жидкой мути сырой зеркала;
Наклонился камыш низко, к самой воде:
Почва мрачных болот
Целоваться зовёт,
Но ещё до конца не дошла!
А за краем лугов солнце светлое село,
Тлеет в небе вечернем заря,
Солнце робко в болотные лужи глядело,
И напрасно глядело, и зря…
Ничего не блестит в мутной жиже болотной:
И отжившее не отражалась;
Только раз в глубине, и на миг, неохотно,
Золотое кольцо показалось.
А зловещий закат сквозь туман проникал,
И кусты красил цветом могильным.
Но, когда свет его до воды достигал,
Становился больным и бессильным.
Потемнело вокруг, уползти-убежать!
Только облако грязного цвета
Покрывало собой луга влажную гладь,
Светом солнца, увы, не согрето.
13.08.19**


Холод

Зима сковала холодом суровым
Поля, деревья, реки и... сердца…
Не выставив себе для образца,
Не убедишь людей обычным словом.
Вода реки застыла, промерзая.
Над ней деревья скрючились от стужи;
Они не дышат – что быть может хуже?
Не светит им ни ада, и не рая.
Поля лежат, пустынны и бескрайни.
На горизонте лес намечен скупо.
Хранить покой и холод – не так глупо,
Но в безразличье – ни красы, ни тайны.
Сердца людей морозу неподвластны:
Их прячут под большою тёплой шубой,
Их одевают кожурою грубой...
Но кажется, усилия напрасны:
Проникнет лютый холод и туда.
УЖЕ проник; чего ещё желать?
Когда растает равнодушие – как знать?
Боюсь, что не растает никогда.
29.12.19**



Глава 77. Неизменное

Перси Биши Шелли

Изменчивость

Мы облака, что застят свет полночный,
Спеша без устали в мерцающий рассвет,
За кругом круг, эфирны и непрочны, –
Ночь кончится, а нас простыл и след.

Мы струны зыбкие на позабытой лире,
Звучащие без складу и не в лад;
Касанья ветра прежде нам дарили
Мелодий новых прихотливый ряд.

Мы отдыхаем. Сны сочатся ядом.
Мы бодрствуем. И тащимся сквозь день.
Рыдаем ли, хохочем, дарим взглядом,
Горюем, тень наводим на плетень, –

Без разницы! Весёлый, грустный, пьяный,
Одной тропой пройдём мы без следа:
«Вчера» не станет «завтра» никогда;
Изменчивость пребудет постоянной.


Persy Bysshe Shelley

Mutability

We are as clouds that veil the midnight moon;
How restlessly they speed, and gleam, and quiver,
Streaking the darkness radiantly! — yet soon
Night closes round, and they are lost for ever:

Or like forgotten lyres, whose dissonant strings
Give various response to each varying blast,
To whose frail frame no second motion brings
One mood or modulation like the last.

We rest. — A dream has power to poison sleep;
We rise. — One wandering thought pollutes the day;
We feel, conceive or reason, laugh or weep;
Embrace fond woe, or cast our cares away:

It is the same!—For, be it joy or sorrow,
The path of its departure still is free:
Man’s yesterday may ne’er be like his morrow;
Nought may endure but Mutability.









Глава 78. Детское

***

Гордиться нечем. А стыдиться?
Ох, на миру и смерть красна.
Но никогда не повторится
Моя двадцатая весна.

И прилетают с юга птицы,
И ночью снова не до сна.
Но никогда не возвратится
Моя двадцатая весна.

Что было русым, серебрится;
Цель не мелка, жизнь не пресна.
Пусть из души не испарится
Моя двадцатая весна!



Глава 79. Вертихвостики

Чарльз Косли (1917 - 2003)

Детская песенка Невинности и Опыта

Серебряное пенни
И абрикос в горшке
Принёс я утром к шхуне
На белом бережке

«Матрос возьми монетку
И деревце отдам
Мне привези подарки
Из дальних-дальних стран:

Алжирская фуражка
И попугай-крикун
Меч острый золочёный
И барабан без струн!»

Матрос заулыбался
И чмокнул в лоб меня
Так губы были ярки
Дыхание храня

«Оставь себе монетку
И абрикос бери
Я привезу подарки
Неведомой земли».

Нырнула бригантина
За горизонта край
Три долгих-долгих года
Подарки ожидай

И вот однажды утром
Пришёл я на причал
Корабль увидел серый
Что тихо подплывал

Так шла неспешно шхуна
Обвисли паруса
На мачте вымпел спущен
Попорчена краса

И вылетали чайки
Из дырок на корме
Кричали что-то громко
Поднявшейся волне

Не торопилась шхуна
По солнечной воде
И я услышав выстрел
Подумал о беде

Спустился незнакомец
По трапу на причал
Остановился рядом
И сразу мне сказал

«Не тот ли парнишка
Спросил меня матрос
С серебряной монетой
В горшочке абрикос?

Фуражку цвета сливы
И барабан бери
И меч и попугая
Неведомой земли».

«А где матрос весёлый
Чьи волосы как жар
И почему из пушек
Палят как на пожар?

И где же ты увидел
Здесь маленьких детей?
А детские игрушки
Ты убери скорей!»



Charles Causley

Nursery Rhyme Of Innocence And Experience

I had a silver penny
And an apricot tree
And I said to the sailor
On the white quay

'Sailor O sailor
Will you bring me
If I give you my penny
And my apricot tree

'A fez from Algeria
An Arab drum to beat
A little gilt sword
And a parakeet?'

And he smiled and he kissed me
As strong as death
And I saw his red tongue
And I felt his sweet breath

'You may keep your penny
And your apricot tree
And I'll bring your presents
Back from sea.'

O the ship dipped down
On the rim of the sky
And I waited while three
Long summers went by

Then one steel morning
On the white quay
I saw a grey ship
Come in from sea

Slowly she came
Across the bay
For her flashing rigging
Was shot away

All round her wake
The seabirds cried
And flew in and out
Of the hole in her side

Slowly she came
In the path of the sun
And I heard the sound
Of a distant gun

And a stranger came running
Up to me
From the deck of the ship
And he said, said he

'O are you the boy
Who would wait on the quay
With the silver penny
And the apricot tree?

'I've a plum-coloured fez
And a drum for thee
And a sword and a parakeet
From over the sea.'

'O where is the sailor
With bold red hair?
And what is that volley
On the bright air?

'O where are the other
Girls and boys?
And why have you brought me
Children's toys?'



Глава 80. Просветление

***

Зачем безумствует гроза?
Вода мягка, но камень точит;
Всё напоив, не всё размочит,
Зовя вперёд, несёт назад.

Уплыли тучи на восток.
Вечерний свет почти жесток.

...........................

Что обновление пророчит?
Я не сдаюсь на милость ночи.
Отбросив «против», сосчитаю «за»,
И гляну небу в звёзды, как в глаза.



Глава 81. «Весна похожа на Победу…»

Последняя ракета

Уже устали, и не спорим,
А как ругались горячо:
Какую цену даст Исторья
За, скажем, Невский пятачок?

Тускнеет бронза славы нашей,
Дрожит Блокадное кольцо…
Кровавые поля распашет
Не тот, кто их полил свинцом.

И на Вагановском на спуске
Протектора – в бетоне – след;
Слюна горчит, а в сердце пусто,
Блокадникам большой привет!

Минута скорбного молчанья,
Сверканье Вечного огня…
Скажи, что значат обещанья,
Когда заветы не хранят?..

Одна война – одна Победа.
Мы за ценой не постоим.
Тогда народ сполна отведал…
Чего? Молчим. Не говорим.

Разоблачения. Кошмары.
Архивов въедливая пыль.
– Ах, "победитель"? Он же старый,
И сказку выдаёт за быль.

Дороже «правда» или память?
Один конец – и сто концов.
Под трибунал? А хер бы с вами!
Да из ракетницы – в лицо.





Глава 82. Пережитое

***

Слушай моё последнее слово:
Не устояла цинизма твердыня!
Приходится штопать – снова и снова –
До дырок заношенную гордыню.

Листва зеленеет, черёмухой пахнет,
Раньше светает, позже темнеет;
Мортира истины так бабахнет,
Что голова отскочит от шеи.

Уксус и желчь – не ладан и мирра.
Ливень не смоет кривых улыбок.
Пусть заблужденья покоятся с миром
В соседстве с тенями былых ошибок.

***
Кто тут лепечет жалкие слова -
"Мечта неисполнимостью жива"?




Глава 83. Стилизация с переизбытком буквы «С»

Мосты

Уже не день – ещё не вечер.
Глаза надеждою зажглись…
Непроизвольно напряглись,
Потом поникли мои плечи.

Как это странно: я и ты
Не помышляли о свободе,
Пока не развели мосты,
Которые всегда разводят…

Совсем нечаянная встреча.
Слова никчёмны и пусты.
Сиреней ветви и цветы…
Мне всё равно, где чёт, где нечет.

Какие жалкие мечты…
Воробушком не станет кречет;
Не истребит – так искалечит,
Пока не рухнули мосты.




Глава 84. From Gulling Sonnets

Джон Дэвис

<Тяготы любви>

Влюблённый, задыхаясь, груз влачил
Своей любви, и клокотал, как Этна.
Стонал так горестно, что вынести нет сил –
И Небесами взят был на заметку.
Там Высший Суд, наплакавшись, решил:
- Страдальцу не готовим «небо в клетку»,
Коль зла Судьба – мы чудо совершим!
Такого веса страсти очень редки…
Безмерно был тяжёл любовный гнёт,
Столь непосилен для людей обычных,
Что притч постановил: да снизойдёт
На лавера замена силы бычьей.
Терпи, казак! Беднягу жениха
Навеки превратили в ишака*.


Sir John Davies

The Lover under burthen of his Mistress' love
Which like to Aetna did his hart oppress,
Did give such piteous groans that he did move
The heav'nes at length to pitty his distress.
But for the fates in their high Court above
Forbad to make the grievous burthen less.
The gracious powers did all conspire to prove
If miracle this mischief might redress;
Therefore regarding that the load was such
As no man might with one man's might sustain,
And that mild patience imported much
To him that should endure an endless pain,
By their decree he soon transformed was
Into a patient burden-bearinge Ass.

_____________________________________
*Хорошо, коли так... ещё дёшево отделался. А если задействовать другой вариант перевода отмеченного слова... гм!)




Глава 85. Гетерограммы-6

Закон и порядок
Про кур ор…
Прокурор!!

Усилия не напрасны
Опустела, -
Опус тела!

Рассеянность Эдгара, или Обломались с корнеплодами
По, шли без брюк вы?!
Пошли без брюквы…

Хоррор и экшн
Вампир! Атас!
Вам пират – ас.

Лесной ужастик
О бор! О тень!
Оборотень!!!



Глава 86. Transformation

Юношеское, или Р.S. к главе 78

Доброго стыдиться,
О дурном мечтать?
Подлостью гордиться?
В бога душу мать!

Из навозной кучи
Семя проросло…
Стану, стану лучше
Всем чертям назло!

Чтобы синей птицей
К облакам взлететь;
Лучше испариться,
Чем перекипеть.



Глава 87. Look in thy heart

Ну ооочень вольный перевод...)))

Филип Сидни (1554-1586)

Любовь, как она есть, я опишу в стихах,
Любимой угодив картиной моей боли.
Ведь повод к чтению – стимул знанья, ах,
А знанье, может быть – к смягчению неволи.

Словами рисовать мучения и страх,
Страсть изучая всласть… до расчлененья, что ли;
Потом из книг набрать чужого - пух и прах! -
Чтоб мозга остудить пылающие доли…

Но мешкают слова, не в силах Страсть объять:
Она - дитя Любви, ей надобен размах.
Кормить свежатинкой, самим собой питать,-
С ребёнком говоря, умён ли ты в речах?

И ручку я грызу, без силы и без славы,
А Муза мне: «Пиши, не мудрствуя лукаво!»


Sir Philip Sidney

Loving in truth, and fain in verse my love to show,
That the dear she might take some pleasure of my pain,
Pleasure might cause her read, reading might make her know,
Knowledge might pity win, and pity grace obtain,
I sought fit words to paint the blackest face of woe:
Studying inventions fine, her wits to entertain,
Oft turning others' leaves, to see if thence would flow
Some fresh and fruitful showers upon my sunburned brain.
But words came halting forth, wanting Invention's stay;
Invention, Nature's child, fled stepdame Study's blows;
And others' feet still seemed but strangers in my way.
Thus, great with child to speak, and helpless in my throes,
Biting my truant pen, beating myself for spite:
'Fool,' said my Muse to me, 'look in thy heart, and write.'






Глава 88. Banquet of Sense

Dear G`Kar, это - Вам. Я ничего не перепутала с датами))?

Джордж Чапмен (1559-1634)

Из цикла «Венец для его возлюбленной. Философия»

О Музы, воспевающие чувства!
Любовники, зажёгшие огни
В глазах Эрота; страсти - вид искусства?
Дыханием взрывающие дни,

Вы, те, кому хранилище милей
Сокровищ, в нём запрятанных глубоко,
Чьи игры, недостойные людей,
Послужат только славе одинокой,-

Отриньте их! Из памяти сотрите!
Ведь Честь Любви оказана, не вам;
И о тщете любовной не скорбите,
А обратите взоры к Небесам:

Богатство мудрости, душевная краса…
Но слеп ваш бог. И – ваши где глаза?!



George Chapman

FROM A CORONET FOR HIS MISTRESS. PHILOSOPHY

Muses that sing love's sensual empery,
And lovers kindling your enraged fires
At Cupid's bonfires burning in the eye,
Blown with the empty breath of vain desires;
You that prefer the painted cabinet
Before the wealthy jewels it doth store ye,
That all your joys in dying figures set,
And stain the living substance of your glory;
Abjure those joys, abhor their memory,
And let my love the honourеd subject be
Of love, and honour's complete history.
Your eyes were never yet let in to see
The majesty and riches of the mind,
But dwell in darkness; for your god is blind.




Глава 89. Аффтарское состояньице

***

Не от усталости – от лени
Ничком лежу я на траве;
А если обратимо время,
То человек – не муравей!

Хорош занудствовать, зараза,
От жизни прячась под кустом!
Давай прикинь, что делать сразу,
А что – «на завтра» и «потом».

О, мой любимый доппельгангер!
Твой незадачливый двойник
Презрев ловушки и приманки,
Испишет прозою дневник…

Груз неприятных ощущений…
Нельзя ходить на голове!
Он не отбрасывает тени,
А я – отбрасываю две…






Глава 90. The Entreaty

Дорогая Бэкки, с днём рождения! В этот раз, вопреки обыкновению, не перевод; надеюсь, ты меня простишь))
helen


***

Избавь нас, Рок, от пошленьких забот,
От очень уж досадных заблуждений,
От мыслей горестных, чей непосилен гнёт,
А также – от поспешности суждений,

От благоглупости, что так скора на зло,
От ложной гордости и гордой лжи, пожалуй,
От зависти тому, кому везло,
От подлости чужой – в большом и малом.

Лгут зеркала. И врут календари.
Отдай, что можно. Что дают – бери.




Глава 91. Midsomer Murders

Том Барнаби

Похоже это на психоз…
Не Пуаро, не Шерлок Холмс!
Тогда Мегрэ? Инспектор Морс?
Лев Гуров, что ли? Нет, оф кос!
Так Ниро Вульф? Филипп Марлоу?
Ведь не Коломбо, право слово!

Теперь мне промолчать нельзя:
Инспектор Барнаби, друзья.

Да, знаю я – немолод он.
Так ведь и мне не восемнадцать.
Зато – харизма, стиль и тон…
В таких мужчин-то и влюбляться!

Приятный тихий уголок,
Цветные сельские пейзажи;
Но здесь скрывается порок,
И зло себя ещё покажет.

..............................

Том ходит, смотрит, говорит,
Сопоставляет, отметает…
В его душе огонь горит,
Да только это он скрывает.

Как изощрённо. Как кроваво.
Мотив раскрыт, благая весть!
Страх, выгода, разврат и месть, -
Безумен мир, вы правы, правы.

«Вы не сдаётесь никогда! –
Шептала старая убийца.
О, ей не деться никуда!
Без страха рядом он садится.

Британцу в душу не залезть.
А я попробовала всё же…
Сталь раскалённая – не жесть;
Гранит… Цветы? О боже, боже!

В нём нет… Вот я слова нашла:
Том бесконечно человечен!
Должно быть, свыше он отмечен, -
Я слишком далеко зашла?

Да, чувство юмора порой…
Я в похвалах переборщила?
Что? Незатейливый герой?
Ну нет – он истинный мужчина.

В кошмарный погреб ли залезть,
Туда, где логово маньяка,
Пойти в ночной осенний лес,
Где мертвецы вопят из мрака,

За плечи монстра приобнять,
В подонке – человека узреть;
Не каждому дано понять –
Какие связи есть и узы...

***
Торчат за столиками барными
Полов обоих обыватели…
Кто скажет слово против Барнаби?
Здесь нет таких, хвала создателю!

А ТРИ сержанта, что меняются?
А саундтрек Midsomer Murder?
Где сердце кровью обливается,
Там чудо не идёт на убыль.

А тело сильное, тяжёлое
Голубоглазого инспектора?!
Я, господа, не тварь дешёвая,
Живу мечтами – не прожектами.




Глава 92. Муслим Магомаев

***

Плачет о свободе ли
Стражник у дверей?
Без любви мелодия –
Вой лесных зверей.

Гения угодьями
Быдлу не владеть.
Музыку-пародию
Стоит ли терпеть?

От разгула дикого
Низменных страстей
В ад за Эвридикою
Поспешил Орфей.

Жуткой какофонией
Смята тишина.
Музыка в агонии,
Лопнула струна…

Прошлое утеряно,
Будущее – мгла.
Я Орфею верила...

Песня умерла.



Глава 93. Бирнамский парк


***

Горит над городом закат
Излишне ярко;
В атаку двинулся отряд
Деревьев парка.

Они приручены давно!
Так в чём же дело?
Искать своё Бородино
Шагают смело.

Вот чёрных ягодок шрапнель
С кривых черёмух…
Наводит ствол всем елям ель, –
По счастью, промах.

Кто здесь отважится гулять,
Да на ночь глядя?
Берёз белеющая рать,
Сирень в засаде.

Пароль узнали тополя
У старых клёнов,
Кругом усеяна земля
Листвой патронов.

Бунтует дровяной народ!
Какого беса?
Сбежим из парка – в огород,
И дальше – лесом.








Глава 94. Возвратный глюк

***

Рада сообщить ты мне теперь абсолютно пофигу и уж поверь грусть свою не глушу я кофием понимаю что «кофе» пишу неправильно под классиков кошу чистотой языка отравлена одна чашечка утром да и та крошечная молитвы сутры мантры заброшены а в мозгу свербит нарушение инструкции жижа в джезве бурлит пены жду и обструкций вкладыш он не роман была бы только сноровка новый самообман сосиска в микроволновке я в сей агрегат не посажу мышку она там говорят лопнет аж свист услышишь экий вздор горожу и сама это знаю я на тельце гляжу оно явно страдает испечённый хомяк или крыса не помню не влияет никак на борьбу с чьей-то болью

раздави оторви проглоти эпатирует дружба страшней любви дольше агонизирует



Глава 95. Escape

Enter
Никогда не проси у сильного –
Не показывай сторону тыльную.

Никогда не проси у слабого –
Не корми самолюбия рабьего.

И запомни самое главное:
Никогда не проси у равного.


Садовник
Сколько ещё надо вырастить роз,
Чтоб обернулся виденьем из грёз
Мир, сотворённый из крови и слёз?




Глава 96. Cancel

2012. Отмена

Поминки свету –
Начало тьмы.
«За что нам это?!» –
Вопили мы.

Был лучик света
Во тьме начал,
Большой Взрыв где-то
Вдали звучал…

Начало света,
А тьме – аминь.
Согрей планету,
И льды раздвинь!

Не будет трупом
Моя Земля;
Не сгинет глупо
Ни бог, ни тля.

Не остановишь!
Кричите разом:
– Ах, сон чудовищ
Рождает разум!!





Глава 97. И-го-го

Недоучкам

Капитолий украшен цветами и лентами,
Чтобы поменьше была видна грязь;
А Калигула, разобравшись с клиентами,
Бормочет, латинизмами матерясь:

- Паразиты яйцеголовые, нате вам, нате,
Двинем развитие общества вперёд!
Получайте, черви, коня в сенате,
Он честнее вас и взяток не берёт…

Не пугайтесь, друзья, будет всё шито-крыто;
Период античности давно прошёл.
Короля по-прежнему играет свита,
А он, бедняга, голый. Нехорошо.



Let my people go

Напрасно люди головы склоняют:
Спаситель промелькнул и был таков.
Коней на переправе не меняют, -
Так, может, поменяем седоков?..





Глава 98. Зимнее послепраздничное

18 января

Dear Stroll, для подарка на ЛНГ)) стихотворение получилось слишком грустным, да и нет у меня уверенности, что Вы сюда зайдёте. Тем не менее, вот:

Настроенье января –
Разлохмаченное.
Сожалеем, право, зря
О растраченном…

Много взрослые хотят
Да от праздника;
Новый год – он для ребят,
Для проказников…

Колкой снежною крупой
Зима кормится;
Из подарков есть запой
И бессонница…

В комнатах горят огни,
Ёлки радуют;
Почему игрушки с них
Часто падают?..

Мысли, что темнее тьмы,
Закружили…
И, наверно, это мы
Заслужили.

Настроенье февраля –
Чуть получше.
Непреклонных умолять –
Что получишь?



Глава 99. Сосулька

***

Юный белый февраль,
Этот лгун, этот враль,
Похититель сердец,
Совратитель девиц,
Зимней сказки конец,
Покровитель синиц;

Этот лжец, этот врун,
Призрак лиры без струн.
И метель не у дел,
И ледок затвердел…
А свеча не нужна!..

Так какого рожна
Мне читает мораль
Старый серый февраль?



Глава 100. Коловращение


***

Помилуйте, ни капельки не трудно
Попасть в привычный ритм унылых будней;
Куда сложнее в водопаде дней
Поймать ту каплю, что всего нужней.

«Остановись, мгновенье, ты прекрасно!»
Я Фауста припомнила напрасно:
Когда бывает время водопадом?
Когда его течению мы рады…

Остановиться – значит, захлебнуться,
А в лучшем случае, вверх дном перевернуться,
Потом мечтать, судьбу свою кляня,
Что холод вод заменит жар огня.

Горячий пар и водяное пекло
Рождают зеркала, увы, из ветра.
Изображенья с малым разрешеньем
Дают толчок инстинкту разрушенья.



Глава 101. Бунта на борту.net

Из-за пояса

Очень много опилок и стружек,
Но продукта конечного нет;
Этот факт наконец обнаружив,
Проклинает поэт белый свет.

Подмастерье! Себя не жалей ты:
Не стоявший вовек не пойдёт.
Провожает стаккато панфлейты
Жалких рифмочек рысь и намёт.

Заменяет нам истину вера –
Значит, с классикой дружим не зря;
Были, чёрт побери, флибустьеры,
Бороздили мозги и моря…

Да, возможно, что с нас не убудет –
Раз не носим брабантских манжет.
Мир построен из множества судеб –
А найдётся ли связный сюжет?



Глава 102. Двурушница

«Щу» и «ща» пиши через «у» и «а»

Серый вечер. Стихов тетрадка.
"О, мой город! Тебе посвящаю!!"
Ощущаю себе ленинградкой,
Петербурженкой не ощущаю.

Что? Культура? Она в порядке:
Эрмитаж раз в год "посещаю".
Ощущаю себя ленинградкой,
Петербурженкой не ощущаю.

Вот звезда за могильной оградкой:
"Революции всё завещаю".
Ощущаю себя ленинградкой,
Петербурженкой - не ощущаю.

Снова нам посулили осадки...
Преступленья СМИ освещают;
Ощущаю себя ленинградкой,
Петербурженкой не ощущаю!

На душе несказанно гадко…
Я двуличья себе не прощаю:
Называя себя ленинградкой,
Детям делать так запрещаю.



Глава 103. Напраслина

***

Где было густо, стало пусто…
Печально, что ни говори.
Зачем слова, дела и чувства -
Три разных мира… целых три!



Глава 104. Биточки

Что выросло, то выросло

***
Оскверняя, презираем,
И на силу – только силой,
Предавая, забываем…
Ничего я не забыла?..

***
Высокая мода, высокая мода!
Дизайн от придурков, показ от уродов;
Желудок не дрогнет, и сердце не ухнет.
Высокой кастрюле – Высокую кухню!

***
Страданья впечатляют – ещё как!
Поистине, глаза – источник влаги.
Мои стихи дешевле той бумаги,
Что взята из набора «Сам дурак».

***
На неуютной улочке,
Затерянной в дебрях столицы,
Негде было съесть булочку,
Зато – удалось помочиться.



Глава 105. Майский всплеск


Послание к ***

Жизнь – карнавал банальностей,
Где маски скрывают рожи.
Новые сделки с реальностью?
Как предсказуемо, боже…

Не на какие «модальности»
Ты больше сослаться не сможешь;
Измене нет срока давности,
А, значит, прощенья – тоже.



Глава 106. Гетерограммы-7

Самсон
У, Далила!
Удалила…

Насущный вопрос, или Что не съем, то понадкусаю
- Воз можно?!
- Возможно…

Определитесь, наконец!
Идиот, сюда!
Иди отсюда!

Минута славы
Автор и тетради.
Авторитет? Ради?..






Глава 107. The Broken Heart

Джон Донн

Разбитое сердце

Помешан тот, кто говорит:
Я, дескать, был влюблён на час.
То не любовь, коль так спешит,
О ней и вспомнишь только раз.
Поверишь клятвам ли моим?
Я целый год был нелюбим.
Посмейтесь – вынужден сказать,
Что можно за день воспылать.

Другие чувства – ерунда,
Когда любовь даётся в руки.
Печаль, страданья – не беда,
Она прогонит их со скуки,
Прочь убегут, хвосты поджав.
Любовь нас съест, не прожевав.
В её сетях сердца-мальки
К пираньей пасти так близки.

Что было явью, стало сном,
Когда влюбился я, дурак;
Принёс своё я сердце в дом,
Назад не вынести никак.
Теперь оно твоё – я знаю! –
Смиренно жалость принимаю,
Но жалость – это не любовь,
И сердце раскололось вновь.

Из ничего ничто родится,
Пустое место будет свято;
Я верю, сердце возродится,
Пока куски никто не спрятал.
В его осколках отразится
Нелепая исторья в лицах.
Обломки сердца обещают:
Прошедшего – не возвращают.


John Donne

The Broken Heart

He is stark mad, who ever says,
That he hath been in love an hour,
Yet not that love so soon decays,
But that it can ten in less space devour;
Who will believe me, if I swear
That I have had the plague a year ?
Who would not laugh at me, if I should say,
I saw a flask of powder burn a day?

Ah, what trifle is a heart,
If once into Love's hands it come!
All other griefs allow a part
To other griefs, and ask themselves but some,
They come to us, but us Love draws,
He swallows us, and never chaws:
By him, as by chain-shot, whole ranks do die,
He is the tyrant pike, our hearts the fry.

If`twere not so, what did become
Of my heart, when I first saw thee ?
I brought a heart into the room,
But from the room, I carried non with me;
If it had gone to thee, I know
Mine would have taught thy heart to show
More pity unto me: but Love, alas,
At one first blow did shiver it as glass.

Yet nothing can to nothing fall,
Nor any place be empty quite,
Therefore I think my breast hath all
Those pieces still, though they be not unite;
And now as broken glasses show
A hundred lesser faces, so
My rags of heart can like, wish, and adore,
But after one such love, can love no more.



Глава 108. Физика и химия

***

Среди задецибеленных шумов,
Которые нам стали столь привычны,
Улавливать дыхание богов
Нелепо, неуместно, неприлично.

Такое время! И, кого не ткни –
Барковы предпочтительней Парни.

А спермотоксикозные подростки
Разбрасывают блёски по подмосткам.

Маэстро Чёрт! Урежь столовый туш!
Горька настойка забродивших душ.



Глава 109. Мой стих

***

Dear G`Kar, это - Вам. Чуть пораньше, чем надо; но ведь это ничего)?

Ну как же так, небесный «дистрибьютер»!
Зачем спалила молния компьютер?
И, настроенью скверному под стать,
Ни строчки не вернуть и не достать.

Забвенье, и пристанище, и память…
Железо – это дело поправимо.
Ещё не раз скажу Прекрасной Даме
Я что-нибудь – весомо, грубо, зримо.

По правде, не в компьютере проблема.
Река времён – вы в курсе? – всё уносит.
Писать иль не писать – всегда дилемма,
Но вдохновенье требует, не просит!



Глава 110. Форсморжовая)))

Внештатка

Бесят книги, бесят фики,
Дней загубленных поток,
Несмолкаемые крики,
Бесконечный шёпоток.

Раздражает не по-детски
Анормальная жара…
Бесят почки, бесит сердце,
Бесят «завтра» и «вчера».

Бесят дамы, бесят девы,
Мужики и старики.
Бесит беганье налево
И на улицах плевки!

Бесит свежесть, бесит плесень,
Бесят возгласы «ура!»;
Что-то слишком часто бесит, -
На уколы не пора?..



Глава 111. THE EPISTLE

Дорогая Бэкки, это "послание") - тебе. Пишу пораньше, чтобы оно успело дойти вовремя)))

***

С годами наш мир стал почти антимиром,
Где самое главное – только пунктиром.

Не может упасть на ядро электрон!
Поставь хвост трубою, вопросы – ребром.

Не жди порицаний, не жажди награды:
Жизнь – росчерк звезды на момент звездопада.

И пусть не пугают сатир и сатира, –
Есть тайные смыслы в сонетах Шекспира.



Глава 112. БАД

Промилле(на)
Где алкоголь?! Глоток кефира!
Вы покажите мне улов!
Поговорим о судьбах мира
И о... различии полов!

Мужчинки
Куприн! Смиренье – удел слабых.
Ты это "прописал" в «Олесе»?
А наши так: в лесу – о бабах,
Зато уж с бабами – о лесе.

Специалисты
Всё ломали мы, да не строили,
Не по щучьему ли велению?
За глаза обливали помоями,
А потом в глаза – удобреньями.





Глава 113. Пальцы

Сквозь занавески
Псевдороманс (исполнять с подвыванием)

Вот ночь ушла, за собою маня,
Налгав, что блаженство есть где-то,
И сквозь занавески коснулись меня
Прозрачные пальцы рассвета.

День наступил и в дорогу позвал –
Не с чем идти мне в дорогу,
Нет багажа, лишь обычный развал,
Серый, случайный, убогий…

Ах, почему поморгала я день?
В вечность он канул никчёмно.
Вечер пришёл, удлиняется тень,
Сестра меланхолии чёрной…

День мой, вернись! Срочно нужен мне жгут,
Нужна облаков твоих вата:
Ведь сквозь занавески душу мне рвут
Кровавые пальцы заката...





Глава 114. «Козьма в Пустыньке»

Мои наблюдения

Усердие заменит и рассудок, -
Нам не впервой. И что же здесь такого?
Бди! Козыряй! История рассудит!
Бери себе в пример Козьму Пруткова.

Усадьбы «ПУстынька» давно в помине нет,
И регулярный парк – одна насмешка.
Сюда пришли прозаик и поэт,
Чтоб пообщаться, мило и неспешно.

Здесь косогор, а там, на берегу,
Листвой багряной хвалятся осины;
Я по обрыву точно не сбегу,
Да и не съеду, бухнувшись на спину.

Задумка неплохая: Фестиваль!
Козьма Прутков, наверное, доволен.
А графоманов откровенно жаль:
Им не придётся гибнуть в чистом поле.

Неровно сбрит болотистый лужок,
Стоят палатки, музыка играет…
Но только тех, кто пишет между строк,
Обрыв гостеприимно приглашает.

Будь в рамках, никого не подкузьми.
Простите, каламбурить не хотела.
Такого креатива, чёрт возьми,
Не вынесет душа и даже тело.

Итоги радуют. Прощай, Козьма Прутков.
Спасибо за хорошую погоду.
На свете слишком много дураков.
Нагая рифма бултыхнулась в воду.





Глава 115. 19 октября

Perpetuum Mobile

Чахоточным румянцем опалён,
Трясётся в лихорадке старый клён.

Постой спокойно, сделай одолженье!
Но, вопреки закону тяготенья –
Привычный, столь осенний грех –
Стартуют листья строго вверх.

Дрожь обездоленных ветвей
Ещё сильней, ещё быстрей…
А листья, целый миллион,
Обратно сыплются, на клён…
Багрец и злато – вашу мать! –
Упали с неба умирать.

Друг клён! Под ветра свист и вой
Усни, но помни – ты живой.
Теперь клён серый как зола,
Темнее тени от ствола…

Всегда ль пленяет увяданье
Нас обновленья ожиданьем?
И предвещает ль обновленье
О неизбежном сожаленье?..



Глава 116. Мой Пантеон-2

Кориолан

Я из Рима - я изгнанник!
Я твой враг - Кориолан!
Ал. Полежаев


И нов по-прежнему Шекспир -
Извечно манит бремя власти.
Вл. Гоголицин



Хоть государство – это город,
Происхожденьем каждый горд!
А на халяву хлорка – творог,
Чего здесь больше: лиц иль морд?

Страшней подняться, чем упасть –
Вот утешенье слабым душам.
Не только плебсу нужно кушать,
И у патрициев есть пасть.
Она пригодна для… кусанья.
Долой бесплодные мечтанья
О благоденствии страны!
Скорее спустим псов войны!

Поверьте: манит сама власть,
А бремя власти – лишний бонус
И непременный атрибут…
Народом избранный трибун
Вещает громко, как с трибуны…
Простите глупый каламбур:
Мы так поддерживаем тонус!
Теряю рифму, вот напасть...
Зачем перебираю струны
Чужих давно замолкших лир?
Я – наглая. Прости, Шекспир.

– Он невоздержан на язык!
Из человека стал драконом,
К высокомерию привык
И надругался над Законом!

Он слишком горд, чтоб подчиниться!
Как римский оскорблён народ!
И триумвира колесница
Позорной тачкой – из ворот!

Ликуют вольски в Кориоли:
Вот побеждённый победитель!
Менений в Риме недоволен,
Наш общий друг и примиритель.

Исполни роль, которой не играл,
И расскажи, кто твой соперник ныне?
Враг Рима – он тебя изгнал,
Сыграв на дьявольской гордыне.

Когда кругом кровавый мрак,
До сердца трудно достучаться.
Ты сам себе – коварный враг.
Ты это понимаешь, Марций?!

Не поклоняться никому –
И никому не покоряться!
Увидеть Родину в дыму?
Таким в Истории остаться?!

Священна к матери любовь…
Вы верите в легенду эту?
Как? Отступить? Он не таков!
Да он весь свет сживёт со свету!

.....................

Чесались шрамы старых ран…
Будь проклят, дерзостный изгнанник!
Кориолан, Кориолан…
Герой, предатель, мой избранник.









Глава 117. Знатоки

Кто?

Quis custodiet ipsos custodes?

Стеречь самих кто будет сторожей?
Вопрос звучит – ответ готов уже!

Ты объясняешь, а мы входим в раж:
Один-единственный над нами всеми страж!

Теперь сотри ухмылочку с лица,
И расскажи, кто сотворил Творца?!



Глава 118. Гетерограммы-8

О пользе ударений
С ними – трусы!
Сними трусы!!


Коло хаты компроматы
От цыплёнок!
Отцы плёнок…


Разглядели…
У, бабочки!
У баб – очки.


Жюль Верн
Она гребёт.
Онагр ебёт.


Плацебо
Варикоз?
Вари коз!



Глава 119. Притча о притче

Крест и Ракушка

(читать на два голоса)))

У одного Моллюска испортилась раковина… Это очень грустно, но она не полностью кракнула.

Однако по поверхности побежала трещина – не суди поверхностно, проблема жильцу обеспечена. И жизни качество ухудшается, вот незадача, разлом не уменьшается.

Моллюск потолок латает средствами подручными, его терпенье тает, он устал и измучился. Жилище полнится влагою совсем уж невкусною, одолели бедолагу мысли очень грустные.

Тогда запросил подмоченный помощи – у самых Высших Сил – ну, а у кого ещё?

Высшие Силы обычно заняты: просителей препарируют, глаза слезами залиты. Тем не менее, они откликнулись: «Чего, дескать, пенишься? Остудись-кося!»

– Да ведь с потолка у меня капает, злая треска щель расширит и сцапает! Знаю, чем грозит дискуссия с Силами Высшими, я и без того боюся, как бы чего не вышло!

– Ладно, объясним, на сей раз для безмозглых. Каждому крест необходим, и тебе он свыше ниспослан. Или ты не слыхал о глупом человеке притчу? Он, предерзкий нахал, тоже жалобы взял в обычай:

«Дескать, тяжек мой крест, непосильна ноша! Помоги, герр обрест, сам упаду, или её сброшу!!»

Мы ему временно со спины сняли тяжесть, так этот необрЕменный завыл ещё гаже:

«Всё бы, знать, хорошо, да я к ноше приучен! Был бы крест нетяжёл, да удобен, сподручен…»

Разозлиться б пора, но в лояльность сыграли: Мы его – со двора, да на поиск послали.

Очень правильный тест недовольным-просящим: отыщите, мол, крест, идеально «сидящий».

В тайном месте крестов, что на кладбище брошенном: выбирай, будь здоров, по спине своей ношу!

…сорок первый – тяжёл… Сто второй – неудобен… Наконец, он нашёл, лет с десяток угробив:

«Этот крест – враз по мне! Стало быть, МОЯ ноша!!»

У него на спине – ТОТ, что некогда СБРОШЕН!

***

Обалдевший Моллюск только складками дёргал: «Объясните, в чём суть этой притчи столь долгой?!»

– Как в чём суть? Ты глупец! – в Горних Высях шумело. – Каждый носит свой крест – только в этом всё дело! Не годится судить то, что послано свыше, а тем более, ныть о какой-то там крыше!

– Я, Моллюск, не дорос до высоких материй! Бытовой мой вопрос – о приличной квартере! Параллели с крестом здесь совсем неуместны, под угрозой мой дом! У меня панцирь треснул!!

Ноша, карма, кресты – баловство для элиты. Мне же скоро кранты, если щель не зашита!

Мой жилищный вопрос, умоляю, решите!!

Видят Силы, непрост этот ракушкин житель…

– Оборзели вконец! – загремело в Облацех. – О квартире, подлец? Захотелось в палаты?!

– О палатах ли речь, ведь потребность насущна…

Ах, Моллюск, не перечь! Или живо научат…

– Закрываем вопрос! Слишком умные, падлы!

В пыль ракУшку разнёс гром Небесной Кувалды.






Глава 120. My manifesto

***

Это - «бери», а вот это - «не тронь»,
Да как же так можно жить?
По свечке пляшет живой огонь,
А в лампе - накала нить.

Цель далека, да сила мала,-
Сказкой не сделать быль.
Свечка сгорает почти дотла,
А лампа - мелкий утиль.

Я из породы странных глупцов,
Которым важнее всего,
Что свечка горит с обоих концов,
А лампа - лишь с одного.


Глава 121. Вне скобок


***

Ненавистные явленья,
Недолюбленные люди,
Неприкаянные тени,
Перепутанные судьбы.

Неразборчивые строчки,
Неисхоженные тропки,
Непоставленные точки,
Закрываемые скобки.




Глава 122. Heimat, meine Trauer


***

Открой мне, отчизна, просторы свои!
Из песни


Нас несчастия разве скосили?
В срок подснежник проклюнулся, но
Хорошо видеть сны о России,
Только жаль, что проснусь всё равно.

Благолепие вместо насилья, -
Ведь свобода не дружит с замком.
Хорошо видеть сны о России,
Только жаль, что разбудят пинком.

Как прощенья у Бога просили!
Как ловили бессмысленный кайф!
Хорошо видеть сны о России,
Только жаль, что убийственна явь.




Глава 123. Презент…

…фаталистам

Одна из странностей Единого –
Неотвратимость отвратимого.

Неизменяемость случайного –
Акт недоверья к Изначальному:

Ведь роковые несоответствия
Развал гармонии приветствуют.

Вот и живём мы – вяло, муторно,
Считая проблески минутные…

Бесчеловечность обстоятельна,
Но человечность – обязательна.



Глава 124. Одиннадцатилетние потуги, или Ящик оказался не самым дальним


Неожиданно наткнулась, разбирая-разрывая бумажки (те, что всё ещё хранились и отчасти мешали жить)) на сей опус, причём, что ценно вдвойне, с точной датой написания. Щадя чувства потенциальных читателей, утаю, какого он, опусец, года, – больно уж страшно. Но мне внезапно понравилось – хотя косяков/глупостей/огрехов/подражательности в «стихе» не меньше, чем всего остального. Орфографию я чуть подправила, каюсь.


***

Вот кто-то виден на краю
Обрыва… там их двое!
Зловещий слышен крик:«Убью!»,
Сверкнул над головою
У одного из них клинок,
Упало чьё-то тело,
Земля уходит из-под ног,
И что-то заблестело
Под лунным светом на лице –
Моём! Кровь! Кровь? Как странно!
Ведь не на мне, на мертвеце,
Горит, я вижу, рана!
С обрыва падает мертвец,
Летит он очень плавно,
Как будто птица…
Наконец, ударился о камни.
Но почему пронзила боль
Меня, как сотни игл?!
Не знаю я, кто был такой
Тот, кто сейчас погиб…
Откуда появилась прыть?
Бегу я, как тигрица,
Злодею надо отомстить!
Догнать, поймать убийцу.
Но там, где только что стоял
Убийца, вниз смотря,
Кошмарный лунный свет блистал,
Кинжала не тая…
Где, где преступник, где же он?
Вдруг тень закрыла свет,
И с губ моих сорвался стон:
Убийца – мой портрет!
Да, это я, конечно я!
Во всем, во всём похожи!
КружИтся голова моя,
Я падаю… О боже…
Ресницы разлеплю с трудом!
В глазах опять есть свет…
Лежу я рядом с мертвецом,
Он тоже – мой портрет!
Убийца на меня похож,
Убитый – как близнец, так что ж:
Скажи: я – жертва или нет?..



Глава 125. The Twilight Saga: Sunset (НЕ фанфик!!!)

А что, разве не подходит?)))


Bella Swan)))
Гнев лебедя –
Чёрное пламя
Потусторонних глаз.

Сила лебедя –
Взмах стальных крыл,
Озонирующих затхлый воздух.

Краса лебедя –
Проповедь
Между битвами.


Adrian Mitchell
The Swan

The anger of the swan
Burns black
Over ambitions eyes.

The power of the swan
Flexes steel wings
To better feeble air.

The beauty of the swan
Is the sermon
Preached between battle.


Edward Cullen(((
Мы плыли в вальсе над туманным лугом,
Что на краю обрыва. Ты была
В вечернем платье, вышедшем из моды.
Теперь мы сами из моды вышли, даже устарели.
Года прошли – я вымечтал стихи…
Я вспоминаю луг, обрыв и море,
Рука в руке, знакомое кольцо.
Все жилочки до боли тонкой(?) кожи;
Твоя рука, моя… Но милого лица,
Как не стараюсь, не могу увидеть!


Douglas Dunn
Five Years Married

We have been waltzing in the foggy meadows
At the edges of cliffs, in outmoded evening dress.
Our lives are out of date, both truly obsolete.
Years ago, I dreamt I would write this poem.
I recognize the meadows, that exact view of the sea,
And the hand in my hand, familiar with rings,
The veins in the right places, a tiny flaw on the skin,
Your hand, and my hand, and your face that
I cannot see.





Глава 126. Другая война


Когда на смерть идут – поют,
А перед этим можно плакать…
С. Гудзенко


Давно мы не поём – орём…
К несчастью, изменились люди!
Да не судим тот, кто не судит…
Вы – устоите под огнём?

Теперь осталось только слушать
Стук сердца через пену лет.
Ищи осколки неба в душах –
Над полем боя неба нет.



Глава 127. William Shakespeare`s sonnet No 24. Более, чем по мотивам))))

Dear G`Kar, выкладываю сюда Ваш) 24-тый. Да, Вы уже с ним знакомы), и нужное время немножко ушло), но… Не будем нарушать традицию, раз появилась такая возможность!

Четырнадцать в двенадцати

Мой глаз, художнику подобно, закрепил
Твою красу на сердце-полотне...
Ей тело служит рамой, а не мне!..
Знать, с перспективой я перемудрил.

Взгляд мастера – на мастерство патент;
Пусть образ истинный несколько не поблёкнет.
Портрет при мне – а я не импотент –
Глазами милыми евроремончу окна!

Глаза в глаза, окно в моей груди...
Опять про стены, солнце, да «возможно!»
Искусство глаз – гляденье. Стой-нейди:
Увидеть сердцем – это слишком сложно.


Sonnet 24

Mine eye hath played the painter and hath stelled
Thy beauty's form in table of my heart;
My body is the frame wherein 'tis held,
And perspective it is best painter's art.
For through the painter must you see his skill
To find where your true image pictured lies,
Which in my bosom's shop is hanging still,
That hath his windows glazed with, thine eyes.
Now see what good turns eyes for eyes have done:
Mine eyes have drawn thy shape, and thine for me
Are windows to my breast, wherethrough the sun
Delights to peep, to gaze therein on thee.
Yet eyes this cunning want to grace their art,
They draw but what they see, know not the heart.





Глава 128. Общага


***

Став подлежащим – не сказуемым! –
Здесь слёз следы или протечки?! –
Ты оказалась предсказуемо
В незабываемом местечке,

Где стаи серых пыльных зайчиков, –
Вы все читали Кинга Стивена?
Где делят девочек на мальчиков,
Где нет гостей, но есть «гостиная».

Пустых бутылок злое бреньканье,
И вкус хот-дога отвратительный…
Здесь ночи с Сеньками да Веньками,
Но ни копейки от родителей…


Глава 129. Гороскоп

Line for Becky)))

Конец июля – это время Льва.
Нам это объяснит природу зноя;
Стоит жара, и по утрам трава
Чуть успевает вымыться росою.

Макушка лета – славная пора:
Коринки вкус, и винный, и невинный,
Смолистых сосен рыжая кора,
Песок на речке цвета шкуры львиной.

Фонтан зари обрызгал небосвод;
Ведь это хорошо, что свет с Востока?
Ах, если б лето длилось круглый год…
А что лежит меж устьем и истоком?



Глава 130. Гетерограммы-9

Моряки-сластёны
Карамель…
Кара! Мель!!


«Обморочные» средства
Наш? А? Тырь!
Нашатырь…


Кому – ремонт, кому – болячки
Маляр – и я.
Малярия!


Супер-пупер
Едла мачо.
Ел дам. А чо?


Британский философский тост
За констебля!
Закон стебля.


Диджей-индус
С вами –
Свами!!


Наши свободы
Федерация.
Феде – рация?!





Глава 131. За город!

***

Фольксваген старый на ходу трясёт,
А мимо пролетает всё, что кроме;
Сижу комком встревоженным в салоне,
Боюсь, что провороню поворот.

Вот съезд с кольца… Московское шоссе.
Я не люблю его – аварий много…
Но, раз уж привела сюда дорога,
Придётся ехать – поступать, как все.

Здесь по обочинам ободранный газон,
На нём не деревцА – больные прутья:
Листва погибла, надышавшись мутью,
Что горожанам впарят за «озон».

Обуревает безотчётный страх,
С которым «даме» справиться непросто;
Шум в сердце, и в моторе, и в ушах,
А впереди – опасный перекрёсток.



Глава 132. Шуточный календарик


Август
Ещё лето –
Уже нету!

Сентябрь
Цветы – первоклашкам,
Мигрень – мамашкам.

Октябрь
Впопад, невпопад –
Всё равно листопад.

Ноябрь
Пора демонстраций,
Дождя и простраций.

Декабрь
Кому-то святки,
Кому-то взятки.

Январь
Детишкам – ёлки,
Взрослым – иголки.

Февраль
Свеча горела…
Зима надоела!

Март
За милых дам!
Котам – по мордАм!

Апрель
Очень разный,
Природосообразный.

Май
Дачники маятся.
Горожане ломаются.

Июнь
Пять градусов, брат?
Бедный наш сад!

Июль
Жарища как в бане.
Пора готовить сани.





Глава 133. Гетерограммы-10


Чапай проморгал
Нарком Анка –
Наркоманка!!!


Привет от Дракулы
О, колокола!
Около кола…


Убить «Милого Друга»
С пистолетами?..
Спи сто лет, ами!


Забодай трепетную
Ба, ранимая!..
Баран – и Мая.


Фруктовое, или Совпадение случайно
Мандарины…
Манда Рины.


Тавридиада, или Обсохнем
Клеймо: Крым.
Клей – мокрым!




Глава 134. * * *

«Погоня»?

Декабрь удалился
В одёжке из льдин;
Термометр взбесился:
Плюс три – плюс один.

Кто снова устроил
Январский ноябрь?
Похоже, нас трое:
Дождь, ветер и я.

На город туманы
Слепые ползут;
Подъёмные краны,
На лужах мазут.

И криком вороньим,
Который не в лад,
Ненастье погонит –
Вперёд и назад.

Павлиньим узором
В бензине асфальт,
И в восемь – позорно! –
Так хочется спать…

Уныло, непрочно,
И всё не с руки,
Но в копоти ночи
Зажглись светляки.




Глава 135. Неличный календарь


Датки и даты

Десять лет! Совсем большая!
Куклы с книжками мешают!

Неужели восемнадцать?
Ликовать и… ужасаться!

Двадцать! Даже с единичкой.
Правомочна. Всё отлично.

Настучало четверть века!
Пожалейте человека…

Завтра будет целых тридцать…
Наплевать – и веселиться!

А вчера сверкнуло сорок.
Я не верю. Это – морок.

Вот второй раз двадцать пять.
Начинаю жить опять!

Так-так-так, мне шестьдесят.
Отыграть бы всё назад…

Семьдесят уже катит…
Что там Библия твердит?

Мне десяток, но – девятый.
Как прекрасен мир, ребята!



Глава 136. Гетерограммы-11

Мерикосы спохватились
Профанация…
Проф, а нация?


Чистота – залог здоровья, или от Мопассана до Канцлера
Гигиена!
Ги – гиена?!


Блага цивилизации
О, брат, ной! Дорог инет!
Обратной дороги нет.


Бей охотницу за приданым!
Наследника доканала…
На! С ледника – до канала.


Цискаридзе и Лукулл
Пируэт – ого!
Пир? У этого?!



Глава 137. Невский штришок

Мизогиния

Она кричит с моста визгливо:
- За что, за что?.. Я – слабый пол!!!
Но улыбаются брезгливо
Искривленные губы волн...



Глава 138. Питерские корявочки )

***
Прилавки не манят
Ртутным озерцом,
И от них не тянет
Свежим огурцом;
Ох, горе-горюшко!
Об дамбу побилась корюшка!


Гастарбайтеры
Зря вскочила я в маршрутку!
Завтрак прыгает в желудке.
На эмоциях сработав,
Чуть не потеряла боты,
(Потому что «ботильоны»
Этот ужас не назвать)…
Тополя сменяют клёны,
Город стал совсем зелёным,
Можно каплю подремать…
Хоть трясёт, никто не плачет,
Всех устраивает, значит.
Зарабатываешь хило?
Даже «Дэу» не купила?
Так сиди с улыбкой милой,
И мечтай, чтоб дождь пошёл!
Здесь бывает душноватей,
Голова как будто в вате…
Так сиди и не чирикай!
Еду я с улыбкой дикой,
Скоро будет хорошо!
Но, глядите, вот так штука,
Дополнительная мука –
Не врубаюсь, да-да-да,
Едем мы вообще куда?!
Что ж, сейчас возьмём и спросим!
Я кричу сквозь пыль и просинь,
Возглас потерялся где-то,
Ни ответа, ни привета…
Это дело, брат, привычно,
Погляжу-ка на табличку:
Пункт отбытья – пункт прибытья…
Странно, что ни говорите!
То ли старость подступает,
То ли я совсем тупая…
«Площадь Ленина» – всё ясно,
И название прекрасно,
Потому что возвышает –
Духом, телом и душой.
Но доверья не внушает,
Даже вроде устрашает
Пункт конечный: ИССА КИЕВСКИЙ!
Что-то на границе риска?!
Ничего не понимаю,
И от духоты зеваю…
Вроде, есть такой святой?

Осознала я – в астрале! –
Под мотора «перебор»:
Так прикольно написали
Тут «Исаакиевский собор»!

А теперь облегченье и – зуд:
Пробок много! К утру довезут?!


***
Для красот в Петербурге нет меры:
Кругом кони, да львы, да химеры.
Зато мало скамеек и урн…
Легконог здешний житель и… «бурн»?!



Глава 139. Издевалочка


***

…тут один паренёк обнаружил,
Есть деревья корнями наружу!
Оцените, наивный какой:
- Ты попробуй и сам так постой.

Всё же в силу какого закона
Перепутались корни и крона?
Из-за их разногласий едва
Не погибла на вязе листва…



Глава 140. William Shakespeare`s sonnet No 26, или Potius sero quam nunquam

Dear G`Kar, с Вашей июньской даты прошло много времени; и июль - через 10 число, когда я немножко догнала упущенное))), а теперь вот и август на вторую половину заворачивает, спешит к осени, да. Но хорошие традиции надо по возможности соблюдать, верно?


Сонет 26

Вассала долг – по зову сюзерена
Я шлю послов-амурчиков к тебе;
Любовь – не остроумия арена,
Жду снисхожденья, истомясь в борьбе.

Послы в письме, невзрачные на вид,
От робости дрожащие, нагие…
Но я надеюсь, что душа простит –
Одежды будут сотканы златые!

Когда же путеводная звезда
Мне направленье верное укажет, –
Лохмотья станут мантией тогда,
И снова о любви моей расскажут.

Смиренно жду: разденешь и оденешь.
Когда-нибудь ты гнев на милость сменишь.


Sonnet 26

Lord of my love, to whom in vassalage
Thy merit hath my duty strongly knit,
To thee I send this written ambassage,
To witness duty, not to show my wit.
Duty so great, which wit so poor as mine
May make seem bare, in wanting words to show it,
But that I hope some good conceit of thine
In thy soul's thought, all naked, will bestow it:
Till whatsoever star that guides my moving,
Points on me graciously with fair aspect,
And puts apparel on my tattered loving,
To show me worthy of thy sweet respect:
Then may I dare to boast how I do love thee,
Till then not show my head where thou may'st prove me.





Глава 141. Попытка сформулировать житейскую мудрость

Line for Becky!

Умом хвалиться не пристало:
Ведь в сотни раз умнее Жизнь.
Всё надоело? Всё достало?
Вот три совета. На, держи.

Обида женская клокочет –
«Его» на ленточки разъять! –
Супруг исправиться не хочет?
Простить. Принять. Не дать понять.

Зачем поссорилась ты с другом?
Он не устал тебя бесить?
Но ты за ним, как грач за плугом?
Принять. Не дать понять. Простить.

И Счастье где-то задержалось,
Ест чайной ложечкой десерт…
А что Судьба нам задолжала?
Всё тот же тройственный совет:
Не дать понять. Простить. Принять.

Я не устану повторять:
Есть в Свете Тень, а в Тени – Свет.



Глава 142. Сонет с реминисценциями ))

Если раньше мне били в морду,
То теперь вся в крови душа.
С. Есенин


Душа сгорала –
Не только кожа…
Г. Ибсен



***

Наконец усвоено твёрдо:
Будет сделан не мат, так шах.
Если раньше мне били в морду,
То теперь вся в крови душа.

Не итоги ценить, а рекорды,
За фантомом нелепым спеша?
Жизнь подкидывает кроссворды,
Что решаются, чуть дыша.

Всё по кругу, как лошадь на корде,
Постепенно сбиваясь на шаг…
Заключительным станет аккордом
Тихий вопль: «Жизнь была хороша!»

Это правдой не будет тоже:
Ведь сгорела не только кожа.




Глава 143. Стилизация под С. Е.

***

Догорает вечер, тихо в деревушке.
Над травою влажной тучей вьются мушки.

От листвы лиловой – мирное сиянье.
Да, вполне готова я… без покаянья…

И не беспокоюсь, и не сожалею.
Вон, за синим лугом, речка, мне по шею.

Глубина смешная, но её довольно.
Хочется быстрее, если сердцу больно!..

Вся одёжка – в кучку, поверху – записка.
Кто тут остановит? Никакого риска.

......................................

И выглядят испуганной толпой
Избушки, что пришли на водопой.



Глава 144. Juliet and Romeo

Ещё стилизация )

Даю я клятву тающим снегам,
И яблоне цветущей белопенной,
Что я сложу всю жизнь к твоим ногам,
И за тобой пойду на край вселенной.

Назло Любви коварнейшим врагам,
Страсть числящим монетою разменной,
Я положу всю жизнь к твоим ногам,
И за тобой пойду на край вселенной.

Мне не страшны презрение и срам -
Они ничто пред тайной сокровенной.
Да, я сложу всю жизнь к твоим ногам,
И за тобой пойду на край вселенной.

Молю тебя… Ты только «да» скажи,
А дальше будет всё легко и просто:
Жизнь и Любовь – верней, Любовь и Жизнь
Собой заполнят бесконечный космос.



Глава 145. Макака и кавычки

Несвоевременный глюк


Земля не дышит под асфальтом и бетоном городов она не слышит шум дождя шептание ветров а в возделанных полях «открывается» земля? это будем сказать сомнительно решимся утверждать отвратительно плоть земли давно отравлена истерзана химикалиями напичкана вот потому и растут из неё мерзости от которых не избавлены со страхом но за наличные ибо красть земные плоды совсем неприлично

Атмосфера уже загажена с литосферой дело обстоит так же и ученые в рот им ноги наукой низвергнутые боги твердить задрались про «экологию»

А что же господа и дамы с «человекосферой»? на сантиметры и на граммы пора её мерить

Несколько лет назад возникла смешная фишка зуб даю в пять карат что её автор не кто-нибудь а мартышка хотя обезьяний год только вступает в силу наш человечий род давно толерантность опустила

Что за словцо такое «толерантность»? любителям коверкать язык на радость мы конечно не дошли до того чтобы «галоши» называть «мокроступами» адмирал-то Шишков вовсе не был «того» когда иностранщине не делал уступок

Можно было бы сказать «терпимость» но увы ассоциации нетерпимы и так кругом борделей подпольных как грязи за страну ведь больно меж Европой и Азией

Словечко «гуманность» тоже ясен пень иностранное хочешь в рог телепень? что-то нос у тебя кривой да странный

Господи не стали мы к другим-иным добрее не поминайте Сталина и снова провалили национальную идею

Красная обезьянина часом не зародыш? Снова ждем Хозяина брось а то уронишь правда ли что у макаки только тыл красный? от этого задор и пыл пропадают напрасно

Красный цвет легко становится чёрным это случается при его переизбытке не отдадим ни страны ни города ни деревеньки и ни калитки

Ничего себе новогодние настроения что это там под окнами за наслоения? будем считать что метель намела за целую ночь от черна до белА

Красное на белом красиво но страшно давайте же смело походим да порасспрашиваем ну уж нет лучше постоим и помашем

Чем? флагами? кулаками? бумагами? нет просто руками чтобы поняли что не в них камень





Глава 146. Простите меня...

DB - AR

Можете считать это стихотворение спекуляцией, причём не самого хорошего тона. Я сама, наверное, так решила бы, увидев нечто подобное... Но это не так. Просто НЕ могла это НЕ написать. Рефрен - из Василия А. Жуковского. Кажется, его, повтор, Вероника Тушнова тоже использовала. И что?..

От звёзд ушедших льётся свет –
Пока живые не забыли.
Не говори с тоской: их нет,
Но с благодарностию: были.

Как смею я писать сонет,
Легенду отделять от были?
Не говори с тоской: их нет,
Но с благодарностию: были.

Живём надеждой – это бред!
И вновь героям дарим крылья…

Приходится признать: их нет,
Нам посчастливилось, что – были.

Погибла целая эпоха –
Вот почему настолько плохо.



Глава 147. 些须礼物

Перси Биши Шелли

Философия любви

Ручеёк стремится в речку,
Реки – в чашу океана.
Ветер ветру гладит плечи
Нежно, робко, горько, пьяно.
В мире мало одиночек,
Все желают парой стать;
Повезёт кому-то – точно! –
Только я один опять.

Горы небесам – на радость,
Волны ластятся друг к другу,
И простит гвоздика брата -
За сестру и за подругу.
Солнца луч ласкает землю,
Лунный свет целует море…
Ничему, бедняк, не внемлю,
Нецелованный, вот горе.

Percy Bysshe Shelley

Love's Philosophy

The fountains mingle with the river
And the rivers with the ocean,
The winds of Heaven mix for ever
With a sweet emotion;
Nothing in the world is single,
All things by a law divine
In one spirit meet and mingle -
Why not I with thine?

See the mountains kiss high Heaven
And the waves clasp one another;
No sister-flower would be forgiven
If it disdained its brother;
And the sunlight clasps the earth,
And the moonbeams kiss the sea -
What are all these kissings worth
If thou kiss not me?




Глава 148. Несогласие


Устав от вечных упований,
Устав от радостных пиров,
Не зная страхов и желаний,
Благословляем мы богов
За то, что сердце в человеке
Не вечно будет трепетать,
За то, что все сольются реки
Когда-нибудь в морскую гладь.

Суинберн

Современный ответ(?)

Какие, к чёрту, упованья?
И кто закатит нам пиры?
Труды, томленья и терзанья,
Сомненья, страхи, колебанья –
Фрагменты дьявольской игры.

Надежда тянется за верой,
Оставив позади любовь.
Горгульи, монстры и химеры!
Ну что ты, мудрость! Не злословь!

«Морская гладь»… Оно неплохо;
Но… как же бурный океан?
Минутой кажется эпоха,
Когда о вечности роман.

Роман – обман, большое дело!
Сад не зацвёл, не вырос лес.
Жизнь постепенно обмелела?
Тогда проси воды с небес!

Лицо в слезах, а это значит,
Что дождик мне на щёки плачет.



Глава 149. Безмозглый полурэп

Выбейте нам, пожалуйста...

У человека нет лишних органов аппендикс не в счёт но это на первый взгляд всё изменяется всё течёт и реки не повернуть назад по просьбе всех терпил некормленых создатель утащи мозги в ад

Не трожь его если мозг бледно-розовый значит он нерасторможен и не предрасположен к угрозам мозгушки блёклого цвета оставить разрешается на фига нам это даже и такие в дела человечьи мешаются

Серые клеточки о которых так много трындел Пуаро… ой птички-деточки это ж литературный герой кто герою придуманному верит мы и в настоящих веру потеряли нынче почти каждый прямостоящий в тоске да печали

Иной и вовсе доверяет каждому зверю а ведь недаром поговорка имеется мол всем нам верится окромя зайца да тебя мерзавца а кто мерзавец о том молчок потому что есть сортир а есть вовсе даже толчок

Люди с наибольшим весом мозга это буряты не смотрите грозно узнала инфу через интернет проклятый вполне возможно они потенциал человечества а другие что ж? упал-отжался и это давно не лечится без Минина и Пожарского

Кроме головного есть спинной мозг и костный вот только не надо воротить морду с выражением постным костный мозг можно нам испоганить сами знаете какой болячкой и как зато головной себе оболванить сумеет самый последний дурак

Чтобы чердак свой забить до отказу тащит туда всякую муть да заразу и чёрт возьми конечно при помощи СМИ

Спинной мозг он же становой хребет или мы с позвоночником его путаем всем согбенным под гнётом большой привет если выдастся свободная минута

Из-за острова поплывём на стрежень но не все а у кого крепкий стержень алмазы кажись делают из графита ну или из угля это вроде забыто и между прочим зря

Если ты карандаш графиту твёрдости не придашь а если по жизни фломастер то мастер различной масти

Кто тут у нас твёрже алмаза? есть такие так ограним их сразу чем больше граней тем ценней разносторонней не поспоришь с ней с манерой вороньей каркать на всех перекрёстках что не люди у нас звёзды-блёстки на фоне серой извёстки

Не всё то золото что сверкает не все без молота кое-кто и с серпами



Глава 150. Сонет Цурэна

***

Знаю-знаю, что в своё время закончить – а точнее, написать почти весь сонет – было упражнением для первокурсников, литературе причастных )). Впадаю в детство, наверное. Но «мой» Цурэн Правдивый – всё-таки специфика. Именно потому, что правду о себе сказать не побоялся…

Как лист увядший падает на душу,
А дело – на исходе октября –
Я покидаю призрачную сушу,
Ей предпочтя безликие моря.

Кровавый мир поэту не разрушить:
Зло у Добра в нахлебниках не зря.
Когда же станет яблонею груша,
Тогда взойдёт желанная заря.

Я трусил, лгал, и клятву я нарушил:
Что может быть позорней, чем сбежать?
Где постелил, там спи, что приготовил, кушай,
Себя привычно рифмой унижать.

Боюсь, что там, за Синим Океаном,
Ад мудрецам, и он же – рай болванам.



Глава 151. Ипподромы и конюшни

Миллионы одиночеств:
Чья-то кухня, свет и чай.
Ветер! Ветер! К ночи, к ночи
Зыбку плача раскачай!

Буду плакать и качаться,
Таять в мире, убывать...
Никого не достучаться.
Никому не открывать.

Сергей Королёв (1981-2006)




***

Миллионы? Миллиарды!
Вылит чай, погашен свет.
Кто с Судьбой играет в нарды,
Потому что шахмат – нет?

Плакать стыдно, выть противно,
С колыбели – до петли…
Человек… он не скотина,
Где его бы ни нашли.



Глава 152. Гетерограммы-12

Знакомство
- Аэлита!
- А, элита…


ОРВИ в шоу-бизе
Зара забыла…
Зараза была!


Он и она снова встретились
ПОмните?
ПомнИте!


«Неправильная» весна. Май.
Голо, ветераны.
Голове те раны…


Поделом
Изверг
ИзвЕрг



Глава 153. ГамлЕтта, или Мечты о несбыточном


***

В следующей жизни я буду умнее, –
Как я иной раз себя подколю! –
Всякую муть от того, что ценнее
Сперва отличу, а потом отделю.

В следующей жизни я буду красивей,
Правда, и в этой вполне ничего;
Очень хотелось бы стать посчастливей,
А то многовато… на одного.

В следующей жизни я буду… Я БУДУ!
Слишком обидно и горько – не быть.
Вексель Вселенной? Галактики ссуда?
Хочется верить, и жить, и любить.



Глава 154. * * *

Сапожок

Капли дождя летят на стекло
Порой под таким углом,
Что оно звенит как хрусталь;
Июльский дождик уже устал
Плакать о том, о сём…
Кто тут вздохнул тяжело?
Вздохи – это занятье ветров,
Если не рвут карнизы,
И не стремятся содрать со стволов
Листья, и сверху, и снизу.

Тоненький звон о бокале напомнит.
Дождик его всё равно не наполнит.
Бокалы на полке стоят – пылятся,
Поскольку не с кем пить-развлекаться.

Взять бы да ахнуть в стекло кулаком.
Девушка, стыдно мечтать о таком!

Трель телефона…
Звонки в дверь входную.
Нет меня дома!
Рискни – расцелую!





Глава 155. Дуврский берег. Очень вольный перевод )

Мэтью Арнольд

Берег Дувра

Спокойно ночью море.
Сейчас прилив, луна льёт свет,
Наполнив им пролив.
С той стороны Ла-Манша яркий блеск
Уже погас. У скал английских тихий плеск,
Мерцает отсвет, выцветает, из бухты исчезает.

Пойди к окну. Как сладок воздух ночью.
Но там, вдали, за линией прибоя,
Где море сходится с олуненной землёю…
Прислушайся… Бьёт с рокотом и воем
Та галька, что швыряет гневно море.
Сюда, обратно, на скалистый берег,
И снова. И опять… Где тремоло прилива,
На свете нет печальнее мотива.

Века назад Софокл
С эгейских берегов внимая,
Что там ревёт волна, в прилив, печалию полна,
Решил, что вверх и вниз летят людские судьбы,
Гонимы морем безрассудным.
И, сходной думой полны,
Мы наблюдаем северные волны.

Когда-то Море Веры
Как чудный пояс, обнимало мир:
Так полноводно, ярко оно было.
А нынче я отливу грустно внемлю,
Тоскливый гром разносится вдали,
Где бурная волна, там небо без светила,
И кости, обнажающие землю.

Любовь моя! Пребудем же верны
Друг другу. Потому что мир,
Который создан нами,
Наполненный мечтаньями и снами,
Не настоящий. Он отлит жестоко,
Лишён любви, и света, и восторга.
Покоя нет, сочувствия страданьям…
И мы с тобою… Тяжко испытанье:
В темнеющей дали возня… Нет, смертный бой!
Зачем в него мы брошены Судьбой?


Matthew Arnold

Dover Beach

The sea is calm to-night.
The tide is full, the moon lies fair
Upon the straits; - on the French coast the light
Gleams and is gone; the cliffs of England stand,
Glimmering and vast, out in the tranquil bay.
Come to the window, sweet is the night air!
Only, from the long line of spray
Where the sea meets the moon-blanch'd land,
Listen! you hear the grating roar
Of pebbles which the waves draw back, and fling,
At their return, up the high strand,
Begin, and cease, and then again begin,
With tremulous cadence slow, and bring
The eternal note of sadness in.

Sophocles long ago
Heard it on the Aegean, and it brought
Into his mind the turbid ebb and flow
Of human misery; we
Find also in the sound a thought,
Hearing it by this distant northern sea.

The Sea of Faith
Was once, too, at the full, and round earth's shore
Lay like the folds of a bright girdle furl'd.
But now I only hear
Its melancholy, long, withdrawing roar,
Retreating, to the breath
Of the night-wind, down the vast edges drear
And naked shingles of the world.

Ah, love, let us be true
To one another! for the world, which seems
To lie before us like a land of dreams,
So various, so beautiful, so new,
Hath really neither joy, nor love, nor light,

Nor certitude, nor peace, nor help for pain;
And we are here as on a darkling plain
Swept with confused alarms of struggle and flight,
Where ignorant armies clash by night.

1867




Глава 156. Стихи без названия

***

Раньше стонали: «Нет выхода».
Но выход там, где и вход!
Кто уходил по-тихому,
Кто – сотрясал небосвод.

Теперь говорят: «Нет выбора».
Рынок мирской, значит, пуст?
Сложно увидеть за дыбою
Свеженький розовый куст.

Кто, чего и зачем боится?
Почувствуйте разницу, как говорится.

Мы кого выбираем?
Мы откуда выходим?
Слишком много теряем,
Слишком мало находим.

Морок становится явью,
Правое кажется левым…
Кони по разнотравью –
Чёрный, рыжий и белый.

Где же конец Бесконечности?
В шаге одном от Вечности.
Люди в поисках лучшего
Не верят ни Богу, ни случаю.








Глава 157. Только сорок четыре строки

***

Словно сексуально озабочена,
Я стою, прилипшая к обочине.

Почему? Я разве не сказала?
Выгнали с Московского вокзала.

Странная, однако же, тенденция:
Есть у шлюх своя интеллигенция.

Мне об этом правду рассказали
Не они, путаны привокзальные.

Выпивки с закуской не поставили,
А убраться с пятачка заставили.

Впрочем, угостили папироской:
«Помни, что везде тарифы, соска!»

Папироска, чай, не сигаретка,
Но подарки получаю редко…

Девочки, спасибо и на этом…
Может, будет доброю примета?

Чем о ерунде вот так тревожиться,
Лучше быть свободною художницей.

Но была бы юною, да в теле –
Счастья попытала бы в борделе.

Мужики не ждут анорексичек,
Ножки – палки, ручки тоньше спичек,

Не хотят самцы дразнить судьбу:
«Мол, на досках належусь в гробу!»

***
Может, место выбрано плохое?
Не прибудет Дафнис к бедной Хлое.

Сумерки близки… Такая бяка.
Вдруг я напорюсь здесь на маньяка?

«Заработать» вовсе не хочу.
Так какого чёрта тут торчу?

Страшное словечко «одиночество»,
Его даже говорить не хочется.

Не поможет никакое творчество,
Только от бессилья станешь корчиться.

Не спасают даже развлеченья,
Не спасут и ближнего мученья.

Ну, а если ближний – самый дальний?
Будет всё тогда ещё печальней.

В общем, абсолютно беспросветна
Жизнь у бабы глупой и бездетной.

Нет, уж лучше, чтоб ножом хватили!
Вас, небось, железкой не любили?

Свет фар заплясал в тумане гнойном.
Вот я. Я иду. И я спокойна.





Глава 158. Октябрь

***

На асфальт, на землю, на брусчатку,
А ещё – на головы прохожим
Клёны сыплют разноцветные перчатки,
Но не хлопают в зелёные ладоши.

С ивы ветер поднял стаю «рыбок»,
Жёлтых, раньше серебром сиявших;
Осень – это время для ошибок?
Но ошибки – есть и будут! – наши.

Кроны вязов жёстки и лиловы…
Это неплохое сочетанье…
Можно получить подобье крова:
Дождик переждать или свиданье.

Золотой поток блеснул в окошке.
Это ветер оголил берёзы.
Ну, а нам что делать, мелким сошкам?
Ведь октябрь оставил только грёзы.







Глава 159. Красная ворона

Листья синие травы,
Уханье дневной совы,
Грозовые блики в лужах,
Я и сам себе не нужен.

Серый дождь
И злобный квак:
«Ты кого здесь ждёшь,
Чувак?»

Знайте, люди,
Я – другой,
Властью судеб
Лишь изгой.

Моя часть –
На кухне мойка.
Значит, суффикс есть:
«ИзгойКа»!

Чтоб ещё обидеть больше,
Сформулируйте: «изгойша».

Среди белых я черней
На болоте сотен пней.
Среди чёрных, без вопросов,
Я белее альбиноса.

Ты не с нами,
Ты – чужой,
Словно камень
Над душой…

Эх, родная сторона…
Тот, кто нужен – не нужна!

Кровь ворон
На берегу;
Дикий стон:
Я не могу!

Перья красные
Как пламя,
Вот прекрасно,
Словно знамя!

Ты до срока
Погибаешь,
Как сорока,
Зря болтаешь.

Где бензин взамен воды,
Там кровавые следы.

Слёзы заплетут
В дожди.
Птиц совсем не ждут
В вожди.



Глава 160. Гетерограммы-13


Облом по-французски
Застолье!
За сто лье…


Облом по-русски
Выпивка!
Вы – пивка?..


Снежная Королева
Изольда
Изо льда


Благородство с небес
Пил, отвык, упал…
Пилот – выкупал


Глава 161. Поэты говорят…

***

Вот объясните: что это такое?
Не мог же классик выдать дурь:
«Таланты образуются в покое,
Характеры – среди житейских бурь».

В характере отказано таланту?
В таланте – бесхребетность, слабина?
Так жизнь поставит раком на пуанты,
И строчки не напишешь – чья вина?

Ну почему же столь прямолинейно?
«С характером» немало и творцов.
Какой вы миф желаете развеять?
Что скромность – это участь подлецов?

А как же гений? Где он возникает?
Да что там «где». Откуда? Почему?
Из пропасти вершины достигает,
Препон не видя сердцу и уму!

Вы помните ли Брюсова заветы?
Да, те, для начинающих поэтов.
Похоже, стоит их перечитать,
И, голову в отчаянье повесив –
Хотелось нам стихов, поэм и песен –
Не пробовать без выверта писать.

***
На мёртвой, на живой звезде
Давно простились с чудесами:
Бездарность правит бал везде,
Таланты погибают сами…



Глава 162. Дай дождь моим корням

Джерард Мэнли Хопкинс

Праведен будешь Ты, Господи, если я стану судиться с Тобою; и однако же буду говорить с Тобою о правосудии: почему путь нечестивых благоуспешен, и все вероломные благоденствуют? (Иеремия,12,1)


О, Бог! Ты справедлив, я утверждаю,
Но я рискну с тобой, Господь, поспорить:
Ведь мой удел – страданье, беды, горе,
Но часто те грешны, что процветают.
За что ты друга верного караешь,
Когда враги избавлены от боли?
И похоти рабы, и грешники, и более –
Те, что хулу на Благо изрыгают.
Кому-то жить дозволено. Мне – нет.
Лист полон соком, свежий ветер веет,
Вьют гнёзда птицы, мне – лишь сон и бред.
Я жалкий евнух, что любить не смеет…
Бог Жизни! Преврати мою тень – в свет,
Дождь ниспошли корням, молитве дай ответ.



Gerard Manley Hopkins

Justus quidem tu es, Domine, si disputem tecum: verumtamen justa loquar ad te: Quare via impiorum prosperatur? &c.


Thou art indeed just, Lord, if I contend
With thee; but, sir, so what I plead is just.
Why do sinners' ways prosper? and why must
Disappointment all I endeavour end?
Wert thou my enemy, O thou my friend,
How wouldst thou worse, I wonder, than thou dost
Defeat, thwart me? Oh, the sots and thralls of lust
Do in spare hours more thrive than I that spend,
Sir, life upon thy cause. See, banks and brakes
Now leaved how thick! laced they are again
With fretty chervil, look, and fresh wind shakes
Them; birds build - but not I build; no, but strain,
Time's eunuch, and not breed one work that wakes.
Mine, O thou Lord of life, send my roots rain.





Глава 163. Постновогодний пространный глюк

Пятое январище

Отключается на холоде мобильник.
Так бы и дала себе подрыльник!
Выбросила старый, сердцу милый,
Новый, навороченный, купила.
Если честно, то не так уж крут он, -
Напугаешь Цезаря ли Брутом?
Телефон быть аппаратом должен,
А не тем, что пальцем трут до дрожи.
Что там пальцем – целою ладошкой:
Кнопок нет совсем, или немножко.
Гладить, что ли, некого в реале?
Вот зачем сенсОрных настрогали.
Знаю, ударенье не такое…
Но с придирками оставьте-ка в покое;
Мне вот больше нравится «сенсОрные»,
Потому, что рифма к слову «сорные».
Грязными и потными пальцАми…
Многие так делали мальцами,
Только тёрли вовсе не экраны.
Непонятно, что? Довольно странно.

***
Фиг бы с ним, с замёрзшим агрегатом!
Я от холода соплива и помята…
«Новый год» был целиком без снега,
Тридцать первого хоть набухало небо,
Да показывал термометр «плюс шесть!»
Много у кого взмокала шерсть.
Было шесть – сегодня стало двадцать!
И куда от этого деваться?..
Зашвырнуть в сугроб дерьмо-мобилу
И пойти, купить себе бутылу?
В курсе я, что говорят «бутылку»,
Кошку, ложку, ножку, ёлку, вилку,
Видно, вы вообще не ленинградцы.
Мы вот суффиксов обучены бояться.
Не слыхали, часом, про «сосули»?
Пару лет о них в статьях ввернули.
Ленинградцев, кстати, нет как класса.
Петербуржцам под сосульками опасно!
С водочной бутылкою под мышкой…
Водка, всё же, говорят, почище,
Чем коньяк палёный и винище.
Но всего полезнее – травища!
Да и в той нитраты и нитриты,
Словно Высшей Силой мы забыты.
Я плетусь домой под гром трамваев,
Вдруг мне позвонят, переживаю?
Рвутся с поздравленьем новогодним,
А я с телефоном тут негодным…

***
С Новым Годом поздравляют долго,
Даже облететь успеет ёлка…
Ну, не облететь, - иголки скинуть..
Так она искусственная, сыне!
Два дня жду, пока оттает сименс,
Будет и рабочим, и красивым,
И исчезнет надпись «вставьте симку»,
Там, конечно, чуть поофициальней,
Чтобы, видно, с фирмой не скандалить.
А пока свободная минута,
С предвкушеньем я включу компьютер.
У меня, по-честному, две почты,
Даже три (вдруг кто ещё захочет?)
К пятому числу все протрезвели,
И, надеюсь, не до трёх в постели.
Деток ублажили, и супругов…
Время есть послать цидульку другу.

***
Головой поникла за столом я.
Все три почты – в каждой по облому!
Как всегда, везде полно рекламы,
Даже поздравлений, этих самых:
То от мейла, то от яндекса, от гугла,
Их совсем легко с рекламой спутать,
Потому, что все они – реклама…
Ну, а где тебе открытки, дама?
С разноцветной пышной ёлкой-гифкой?
С Петушком, с котятами и в рифму?
Хрен бы с ними, я давно не детка,
Чтоб картинки созерцать в и-нетке.
Но хотя бы пару слов приятных…
Выхожу из почты я обратно.
Через час вхожу и – право слово! –
Ничего не шлёте, ничего вы…
Ладно, пережить и это можно.
Говорят, всё явное есть ложно.
Мало ли, кто чем по жизни занят,
Правда, староваты для экзаменов.
Может, кто-то с мокрыми глазами
Ждёт письма… их тоже наказали!..

***
Вы поверили исторьи этой зря!
Расцветает новая заря…
Один ящик письма не вмещает,
А другой – открытки в спам швыряет,
Потому, что запредельно много.
С Новым годом! С Новым – слава Богу!

P.S. Сотовый? В порядке, чуваки!
Как достали смс-ки и звонки!..




Глава 164. Гетерограммы-14


Тапёр в забегаловке
Несолоно хлебавши…
Не соло, но хлеб. А вши?!


Для ча алыча?
Несли вы
Не сливы!


New Year
Пир? О! Техника!
Пиротехника…


Финн Яри, бутылёк и закусь
Яркость – ядам!
Яр, кость? Я дам!


Загадка мироздания
счастье
с – часть е


Глава 165. Упражнение для беглости пальцев

***

"Свет
Озарил мою больную душу..."


Вопреки небесному закону,
Сделали из Ленина икону.
А травою сорной прорастали
Особи, среди которых – Сталин.

Был в Истории такой протуберанец:
Пол-Европой правил корсиканец.
Мы сильнее лодку нагрузили:
Над Россией встала тень грузина.

Революции весьма нетолерантны:
Недруги не встанут на пуанты.
У кого-то есть идея-фикс,
У кого-то – беспросветный микс.

Кровью залиты и улицы, и площади,
Где убийства, там и уголовщина.
Плохо в той стране, где брат на брата,
Но иным лишь этого и надо!

Кто такие эти вот «иные»?
Кто довёл до бедствия Россию?
Неужели только к власти рвались,
И, над чем возможно, измывались?

Были те, что пали «за Идею»;
Были настоящие злодеи:
Если революция без крови –
Значит, не на той она основе!

***
Говорят, большое видно издалече,
Говорят ещё, что время лечит…
Жизнь да время, точно, излечили:
Сколько миллионов там, в могиле?

Флагами машИ, в ладоши хлопай,-
Коммунизм – утопия утопий…
Надо переделать человека!
Потеряв на это два-три века?!

Присосались к Революции пиявки,
Змеи, саламандры, псы и шавки;
Сколько же народу положили,
Для того, чтоб дети «лучше жили»!

Началось-то не в двадцатом веке:
Призрак воплощался в человека.
Не бывает практик без теорий,
Это нам известно априори.

Даже основатели марксизма
Не предвидели такого катаклизма.
Да, они итогов не дождались,
В свой черёд на радугу убрались.

Их ученье призраком витало,
Всё страну несчастную искало.
Можно быть счастливыми в России?
Жители несчастий не просили!..

Был народ великий и спокойный,
Стал народ опасный, да безвольный.
Гладко, в общем, было на бумаге,
Да забыли про родимые овраги.

Не учли в разбуженной тиши
Выверты славянские души.
Правда, был такой стране дан импульс,
Далеко и Греции, и Риму-с…

Сделать столько за короткий срок
Может Революция и… Бог.

***
В красном венчике из маков,
От Гражданской до Гулага,
От поруганных полей –
До военных кораблей...

Есть чему поудивляться:
Можно жить, любить, смеяться!
Ну, а если не эзопствовать?
Перестали люди злобствовать?

Стали лучше, благороднее?
И, конечно же, свободнее?
Но бытьё, увы, потяжелее.
Виноваты чурки и евреи!

***
Новый мир и новое искусство.
Отчего же так на сердце пусто?

Слишком часто пялимся на Запад:
Чересчур оттуда вкусный запах!

***
Разве светлая Идея
Вновь умами завладела?
С Верой были мы сильнее,
Но, пожалуй, не умнее.

А когда всё потеряли,
По каким углам искали?
Коммунизма нет в природе,
Помидоры – в огороде!

- Зачем красные растишь?
Есть и жёлтенькие, слышь...

Как приятна демократия!
Вот бы ей... да её матери...






Глава 166. 29 апреля 2017

***

"Воздух горький или кислый?
Подыши, пока не поздно..." -
Недодуманные мысли
Между синапсами мозга.

Из земли газонов мёрзлых
Крокусы торчат, как пальцы;
Нет, весна не будет мёртвой,
В утешенье всем страдальцам.

Холодом побило почки,
Даже сныть – длиной со спичку;
Мать-и-мачехины дочки
Не желтеют так привычно.

Вот бы солнышко пригрело,
Снег с дождём прогнав на север!
Пусть бы небо просветлело,
Ветер зашумел весенний...

От зимы уставший город
Ошалело встрепенётся...
Знаем, путь до лета долог, -
Вдруг оно само вернётся?!



Глава 167. Гетерограммы-15

Ипотечники
Ссуда?
Ссу, да…


RW отрицательна, но…
Спидоносная!
Спи, донос на… Я?!
Спид! О! Нос! На! Я!


Навоз нынче мелок
КрупА
КрУпа


Гена - Штирлиц от шахмат
Агентура.
Агент, ура!
А, Ген, тура!


В активном поиске
По следам…
После дам!



Глава 168. Запоздалое посвящение )))

Джон Донн

Священные сонеты

10
Смерть, не гордись. Болтают про тебя:
Сильнее всех! Но это полуправда.
Те, что воскреснут – не твоя услада,
Да я и сам не дам убить себя.
Ведь сон и отдых – образ твой любя –
Нам в удовольствие, признаться честно надо,
И люди лучшие, убравшись за ограду,
Покой благословляют, не скорбя.
Рабыня Фатума, Случайностей, бандитов,
Твоя стихия – яд, болезнь, война.
Но мак иль колдовство дают забвенье сна;
Зачем же так тщеславишься сердито?
Сон короток – нам в Вечности проснуться.
А Смерть умрёт. Ей больше не вернуться.


John Donne

Holy Sonnet
10

Death be not proud, though some have called thee
Mighty and dreadful, for thou art not so,
For those, whom thou think'st thou dost overthrow,
Die not, poor death, nor yet canst thou kill me.
From rest and sleep, which but thy pictures be,
Much pleasure, then from thee, much more must flow,
And soonest our best men with thee do go,
Rest of their bones, and soul's delivery.
Thou art slave to Fate, Chance, kings, and desperate men,
And dost with poison, war, and sickness dwell,
And poppy, or charms can make us sleep as well,
And better than thy stroke; why swell'st thou then?
One short sleep past, we wake eternally,
And death shall be no more; death, thou shalt die.


Глава 169. Где-то что-то происходит...

... да ещё Шекспир замешался


Ничего себе свобода!
Тра-ля-ля да ай-люли!
Массу бедного народа
Паутиной оплели.

Нам бы надо короля!
Ай-люли да тра-ля-ля!
А по-русски говоря,
Нам бы – батюшку-царя!

Короли, цари, владыки…
Тра-ля-ля да ай-люли!
От природы россы дики,
Но придумали рубли.

Рубль – «валюта» непростая,
Ай-люли да тра-ля-ля!
Крым к Руси не прирастает:
Чья же, всё же, там земля?!

Были, братушки, конфетки –
Тра-ля-ля да ай-люли! –
Кушали «Рошены» детки,
Что вблизи, и что вдали.

Кто в политику полезет,
Ай-люли да тра-ля-ля!
Тому сердце ожелезит,
Как обшивку корабля.

Где же, где же справедливость?
Тра-ля-ля да ай-люли!
Зря на задницу садились –
Вечно в жопу нас е***!




Глава 170. Сто семидесятая глава

***

Ты моя летняя зима,
Моё зимнее лето...

Из песни


Ты - моё слабое звено,
Моя брешь в обороне.
Кровь не вода, а вода не вино,
Но это тебя не тронет.

Я за него любую порву,
Пройду по углям босая.
Был ли он, не был, во сне, наяву -
Снова меня бросают!

Сможешь вернуться в обличье другом?
Только в мечтаньях и снах.
Ночью, и утром, и хмурым днём
Жду, что развеется мрак.

Ты - моё слабое звено,
Моя брешь в обороне.
Это, конечно, эффект домино:
Свалят или уронят.


Глава 171. Революция


Hodie mihi, cras tibi
Что сегодня мне, то завтра - тебе

***

В год юбилея столетнего клёны –
Ясно ведь, речь о событье каком? –
Красными стали в момент из зелёных,
И потянуло пожарищ дымком...

Город расцвечен не красными флагами,
Просто обрызгана «кровью» листва;
Воздух сырой, всё пропитано влагою,
И постоянно болит голова...

Видно, влияние есть на Природу...
Красный Октябрь, тот, который Ноябрь,
Хочет спросить у простого народа:
Что есть аффект ? И что есть идеал?

Но с идеалами нынче хреново...
Клёны здесь сроду не шли на дрова.
Слышится шёпот, а в шёпоте слово,
Даже два слова: «Россия – жива?..»



Глава 172. Бисер в игре. Сонет

Не давайте святыни псам…
Мф. 7,6


Нет волшебства, зато есть чудо.
Страданья легче, чем страда?
Любовь приходит ниоткуда,
Но не уходит в никуда…

В ней нет ни похоти, ни блуда!
А слёзы больше, чем вода.
Любовь приходит ниоткуда,
Но не уходит в никуда…

Забыть. Отречься. Отмахнуться.
Испробуй всё. Поможет ли?
Что, спятить лучше, чем рехнуться?
Да, не всё могут короли…

Но вывод сделаешь ты сам:
Нельзя бросать святыни псам.



Глава 173. Памятка

***

Ничего нельзя загадывать.
Можно кое-что планировать.
Жизнь должна, конечно, радовать,
Не гнобить, и не нервировать.

Провисанье в бесконечности.
Напряжение у края.
Казнь навек за миг беспечности, -
Значит, я ещё живая.



Глава 174. Гетерограммы-16

Вся правда об имени
Елена
Еле… На!!!


Великим могучая
ЦелУю
ЦЕлую


«Мы пошли на дело…»
Теплофикация.
Тепло? Фи! Кац – и я


Юбилей Горького
Максималист.
Максима лист


Раскаявшийся вампир-странник
Кровищу! Вино вен!!
Кров ищу. Виновен.


Гараж, глухая славянка и цветочек
Налюбовалась незабудкой.
На! Любо! Вал? Ась? Не за будкой!




Глава 175. Кровоток

***

Тружусь до седьмого пота,
Снова, снова и снова...
Речке не быть болотом!
Выхода нет иного.

Рву осоку руками,
И выгрызаю тростник;
Путь преграждающий камень
Высверлит мой язык!

Вроде спрямляется русло!
Есть под тиной ключи?
Станет тяжко и грустно –
Тащу из сердца лучи!

Слышно мерзкое хлюпанье,
Кто затаился на дне?
Ёлки, ставшие трупами,
Тянут лапы ко мне.

Одолевает трясина...
Прошлого не вернуть.
Бью Ростаном Расина –
Превозмогаю жуть!

К чёрту литературу!
Пофиг метафор звон!
Жёлтые сорные куры
Хуже чёрных ворон!

Пляшут, корчась, берёзы,
Тускл оловянный свет;
Есть прямая угроза –
Будет прямой ответ!

Нет русалок и леших,
Есть усталость и боль.
Раз уж гордость не тешит,
Может, найдёт любовь?!

Вот дождалась подмогу!
Тает сизый туман.
Дайте реке дорогу!
Я не сойду с ума!..

И пузырькам метана
Удавкой на шее не быть.
До чистой воды достану –
Значит, смогу доплыть!




Глава 176. Ладога. Осень

***

Более, чем внезапно, прянет из тумана
Наспех скреплённый валунный остров.
Рано или поздно, зато – без обмана,
Угодишь в прибой, немолчный и пёстрый.

Справа и слева гудящий шелест,
Снизу… кому болотце по вкусу?
Тут злая нечисть идёт на нерест,
Мечет не икру, а подобье мусса.

То, что далёко, окажется рядом;
По хребту из камня гулкий градин бой,
Что-то готовит нам муки ада…
Все муки ада – и всю славу его.

За щетиной сосен, за усами елей,
Пролежни бурого бурелома…
Что же тут страшного, в самом-то деле?
Это же лес. А в лесу – как дома.



Глава 177. «Дорожная»

Послепраздничная не вполне политкорректная шутка

***
Поле заболочено
Уж который век…
Едет по обочине –
Значит, гомосек.

Вольво навороченный,
Огненный окрас…
Мчится по обочине –
Значит, пидороас!

Пассажир задроченный,
И водитель зол…
Прётся по обочине
Долбаный козёл!

Домик заколоченный,
Дятел-дровосек…
Скачет по обочине –
Точно, гомосек!

Люди, как положено,
По дороге в ряд…
Этот отмороженный –
Тормоз ему в зад!

Крендель подзаточенный
С юною женой…
Вылез на обочину
Заднеприводной!

В горле подзаржавело
И темнеет свет…
Раз нарушил правила –
Съё*ывай в кювет!

Вся дорога тащится,
Даже мы с тобой…
В небеса таращится
Красно-голубой.



Глава 178. Некта

***

Наличествует) расковыченная цитата... ну, и ещё кое-что

Как бы ни пыжились, как бы ни тщились – не вольны мы в том, что станется с нами – по небу хлопало и тащилось – чёрное дырявое воронье знамя – да на кой в жизни всё так перемешано – и в какую щель утекла безмятежность? – вот кто-то с утра разыскал, словно бешеный – у грозОвых туч рдяную промежность – что же ты, друг, душу всем вываливаешь – валится ведь мимо известно что – каждую хрень в голове перевариваешь – при этом рассуждая «за это и за то»? – эх, как желается чем-то излиться – спермой, слезами, кровавой слюной – вылиняла страна берёзового ситца – крепко ей досталось, да не ей одной – а жаждется радости, удали хочется – да удали вблизи, а не недали вдали – горше горького двойное одиночество – для чего же брешут: «люди – короли!» – куда хочешь, пойдёшь, куда вштырит, поедешь – разве это не райская жизнь – но, если напорешься сдуру на медведя – кинь башку, как гранату, с воплем «держись»!..


Глава 179. Ориентирование

Что-то не весел
Апрель на дворе,
Серая плесень
На чёрном стволе.

Шлёпать губами
Совсем не резон:
Сор под ногами,
В окурках газон.

Не по себе,
Видно, дерево гну, -
В этой борьбе
Я даю слабину.

Кустики дыбятся:
«Здесь нет любви!»
В лужице лыбится
Мой визави.

Грязью покрыт
Недотаявший снег,
Кем тут пробит
Недействительный чек?

Тихо кругом,
Воробьёв даже нет,
Веки с трудом
Поднимает рассвет.

Что здесь ищу?
Отвечай-ка, апрель!
Я не прощу
Бесполезных недель!

Пусть повезёт!
Но – желай не желай –
Скоро вползёт
Очень ласковый май.




Глава 180. Прикольный гороскоп

Злостный зодиак

Просьба не обижаться!)))

Если вы – Овны,
То лезете в гОвны.
Ишь, экстремалы!
Всегда всего мало.

Ну, а Тельцы?
Они – наглецы!
Кого не боятся,
С тем любят бодаться.

Все Близнецы
Вполне стервецы:
Такая порода
Двойного урода.

Скользкие Раки
Жуткие сраки:
Амбиций полно,
На деле – говно.

Храбрые Львы
Совсем без головы:
Грамм соображенья,
Пуд самомненья.

Томные Девы,
Кошачьи напевы…
Душой холодны,
Интеллектом бедны.

Раз вы – Весы,
В вас мало красы.
К предательству склонны,
Слишком многословны.

Злодеи Скорпионы
Глядят в Наполеоны.
Жало из жопы –
Дрожи, пол-Европы!

С луком Стрельцы
Псевдомолодцы.
Кто там молодец
Лишь против овец?

Трудяги Козероги
Унылы и убоги.
В зимнюю стужу
Вымотают душу.

Миляги Водолеи
Один другого злее.
Языками чешут,
Что ни скажут – сбрешут.

Мокрые Рыбы…
Последние, спасибо!
Не хотят в уху,
Но склонны к греху.



Глава 181. Развлекалка

***

Надо бы встряхнуться да маленько развеяться – а то, в самом деле, чего от кого-то ждать? – всё мутно, тускло, вяло и пресно – чем отличается желание надеяться от сакраментальной надежды желать – вот что мне ещё немного интересно

Желание надеяться – лекарство от безразличия, не растет просто так, словно из черепа уши – и лучше бы не на карту, а сразу бы обналичили – да, к сожалению, редки прекрасные души

Надежда желать – шажок к возрождению – хорош зависать при взлете и падении – ищи баланс-балансир – тут тебе не буксир и не мерин сивый – если желаете, Мессир, напишите это курсивом – не на моём лбу, а на собственном горбу

Привет тебе, Надежда – жду на свидание – не снимай одежду, оно не любовное – человек такое странное создание – даже в возвышенном ищет греховное – ах, да тут речь о простом визите – позитивчика скорей несите-везите – нескромные желания – обойдемся без Фрейда – мелкие страдания, в том числе из-за апгрейда

Сброшена небрежно ряса Страдальца – не порвалась и не лопнула, она, чай, не кокон – кто там в дверях грозит призрачным пальцем? – «интересные» таблетки иной раз выйдут боком

В летнюю стужу, и в зимний зной тоже – выставь нутро наружу, если иначе не можешь – а если не получится, стало быть, не очень и надо – зачем напрасно мучиться, давно похоронили де Сада

А как там насчёт желаний и надежд? – мы тут нехило себя заболтали – от пустых глазниц до сомкнутых вежд не так далеко, как было вначале

Ведь Жизнь, чем её не меряй – глубже плоти, раз уж мы не звери – даже если она не слишком хороша – юдоль намного просторней, чем вмещает душа


"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"