Стихи по моему любимому пейрингу Снейп-Лили

Автор: Хасинта
Бета:нет
Рейтинг:G
Пейринг:CCЛЭ
Жанр:Crossover (x-over), Drama, Poetry, Vignette
Отказ:
Аннотация:мои стихи об истории Лили и Северуса. Но в первую очередь - о Любви.
Комментарии:Огромная-преогромная просьба: ПОЖАЛУЙСТА оставьте скромному поэту хоть пару слов о вашем впечатлении!!!!
Каталог:нет
Предупреждения:нет
Статус:Не закончен
Выложен:2010-03-22 16:42:07 (последнее обновление: 2015.03.02 22:38:07)


"За мной, мой читатель. Кто сказал тебе, что нет на свете настоящей верной, вечной любви? Да отрежут лгуну его гнусный язык! За мной, читатель, только за мной и я покажу тебе такую любовь".
М.А. Булгаков. "Мастер и Маргарита".

  просмотреть/оставить комментарии


Глава 1. Принцу

Сразу все пережив катастрофы,
За грехи расплатившись вдвойне,
Ты вступаешь на эту Голгофу,
Что лежит от других в стороне

Ты один на один остаешься
С безответной любовью своей,
Зная твердо, что вряд ли вернешься,
И пытаясь не думать о ней.

Ни позор, ни ужасные кары
В этой жизни тебе не важны,
Ты в отместку наносишь удары,
Не стесняясь разить со спины.

Как Иуда людьми заклейменный,
Ты Христовой дорогой идешь.
Не герой, а обычный влюбленный,
Презирающий трусость и ложь.


Глава 2. LOOK...AT...ME или "Исповедь Принца-Полукровки"

"Взгляни...на...меня." О, как же горько я плакала на этом моменте в книге...

Взгляни на меня, я у ног твоих
О доле моей не скорбя.
Что делать мне, если нет других
На свете, кроме тебя?

Взгляни на меня, вся кровь моя -
Тебе, за тебя, с тобой.
Молчать о том, как люблю тебя
Назначено мне судьбой.

Я помню слова: "Нам не по пути!"
Наверное, так и есть.
Ты только прости, если можешь прости,
А мне остается месть.

Ты знаешь, тогда мне достало сил,
Чтоб гибель твою пережить,
Но мир без тебя мне давно постыл
И я обрываю нить.

Взгляни на меня в последний раз,
Пусть это твой сын, не ты.
И смерть твоих не коснется глаз -
Они для нее пусты.

В тот миг, пока я еще дышу
Мы будем вдвоем одни.
Впервые в жизни тебя прошу:
Взгляни на меня, взгляни...


Глава 3. Кроссвер с А.И. Куприным.

То, как вино в граненом хрустале,
Еще сверкает заревом граната
Простой браслет, забытый на столе,
Пока звучит Бетховена соната.

То вскрик: "Всегда!", как столько лет назад
Взовьется ввысь серебрянною ланью,
Чтоб встретить вновь навек любимый взгляд
В последний миг смертельного страданья.

Они - чужой фантазии предмет,
Герои книг без разума и плоти.
Мой Бог - любовь, они - ее Завет,
Хоть эта вера нынче не в почете!


Глава 4. Бессмертие.

На гордым замком расстилается знойный день,
Земля под пламенным солнцем раскалена.
И заслоняет огромных деревьев тень
Простую плиту, что не сразу под нею видна.

Буквы имени изогнулись на камне, как пара змей
Подойдешь поближе - прочесть их тонкую вязь:
Словно чувствуешь взгляд проницательных черных очей
И не знаешь, куда убежать, своего любопытства стыдясь.

И напрасно потом удержаться пытаясь от слез,
Повернешься к замку - и тебе пригрезится вдруг
Женщина с изумрудным взглядом и рыжей копною волос
И она, словно ищет кого-то, оглядываясь вокруг.

Ей известно теперь, для кого так отважен был тот человек,
Что под камнем этим сейчас безмятежно спит,
Но она не грустит - ведь любовь его бессмертна навек
И ее не спрятать под холод могильных плит...

А небо над замком постепенно меняет цвет
И в Черном озере тихонько дрожит вода...
Кто подумать мог, что в неполные десять лет
Можно влюбиться с первого взгляда и навсегда?


Глава 5. Еще один штрих к судьбе Принца.

Любовь может жизнь сломать,
Разрушить, спалить дотла,
Но все же ты жил не зря,
Если она была.

Любовь способна убить
Совсем. Навсегда. Всерьез.
Но, если она была -
Твой жребий не стоит слез,

Любовь может пыткой быть,
Все доброе выпив до дна,
Но если она была -
И смерть тебе не страшна.

Любовь - как смертельный яд,
Проклятье длинною в век,
Но если она была -
Тогда только ты - Человек!


Глава 6. Двойной агент.

Еще с тобой беседует твой Лорд,
А ты следишь за вечностью глазами
И юный Гарри ненавидит лёд,
Не зная, что под ним бушует пламя.

Да,это пламя - просто гнев и боль
Оно бессильным кажется кому-то.
И ты жесток, свою играя роль,
Но сбросишь маску в нужную минуту.

Одна любовь...И чья же в том вина,
Когда на ней весь свет сошелся клином?
Все решено, и цель давно ясна.
Не бойся, путь не будет слишком длинным.


Глава 7. Гонщик.

Опять Ее зеленые глаза,
Бросают прочь куски твоей вселенной
Ты снова отпускаешь тормоза
И мчишь вперед по трассе неизменной.

А там вдали опасный поворот:
Паденье в бездну, тьма и взрыв мотора
Но это вздор - и ты летишь вперед,
К Ее глазам, похожим на озера.

К лицу внезапно хлынувшая кровь
Тебе уже не даст остановиться -
Ты назовешь безумием любовь
И близость бездны светом озарится,

В конце тоннеля взгляд зеленых глаз
Тебе к бессмертью двери вдруг откроет...
Но это будет после, а сейчас.
Сбавлять свой ход тебе уже не стоит...


Глава 8. Лилия.

Маленькая словесная игра...Ведь имя Лили означает лилия.


Этот нежный цветок не растет средь полей.
Он достоин венчать только троны царей,

Он печать чистоты, он невинности свет,
Даже солнце на нем не оставит свой след,

Он прекрасней в сто раз у Мадонны в руках,
Всей земной красоты, что воспета в стихах.

И какой же судьбой на его белизну
Я, безумец несчастный, посмел посягнуть?

Я готов умереть от стыда и тоски,
Чтобы алым его окропить лепестки,

В жилах яд и огонь и в любовном бреду,
Это имя шепчу, отрицая беду.

И дитя не поймет отчего, почему
Мне не страшно совсем уходить одному.

Белоснежный цветок надо мною склонен -
Я увижу любовь, там, за гранью времен...


Глава 9. ALWAYS.

"Всегда". Еще один шедевр Роулинг. ОДНО СЛОВО, которое он сказал о своей любви стоит множества громких высокопарных признаний...

Всегда - так что ж это слово значит?
Какая сила таится в нем?
Всегда, и быть не может иначе
Ни зимой ни летом, ни ночью ни днем.

Всегда - зеленая вспышка света,
Серебрянный призрак в глуши лесной,
Кусок разорванного портрета,
Вся жизнь в искупленье вины одной.

Всегда? Не следует зарекаться -
Так не клянутся у алтаря...
На тех, кто не смел просто так бросаться
Такими словами, стоит земля!


Глава 10. Судья небесный. (задумывалось как эпиграф к фику "Мой небесный судья. Последнее письмо").

Я глуп, когда в презренном ослепленье
Все также верен памяти твоей,
Наказан тем, что не дано забвенья
И боль потери с каждым днем сильней.

Хочу сказать "люблю", но это слово
Не снизойдет на грешные уста
Со мной одним заслуженно сурова,
Та, чья известна всюду доброта.

Оставив милость, вспомни все, что было,
Мои проступки все до одного.
Ты - мой судья небесный за могилой,
Я молча жду решенья твоего.

Не знаю, двери ада или рая,
Ты мне откроешь, вечный мой кумир.
Прости меня за то, что умираю
Лишь за тебя, а не за целый мир.


Глава 11. Площадь Гриммо 12.

Внезапной болью разорвав тебе виски
В твой мозг вонзается пылающий рассвет,
Ты оставляешь здесь следы своей тоски,
Роняя пепел на затоптанный паркет

Мечты несбыточной обманчивая власть
Давно рассыпана в осколках бытия:
Чужого счастья здесь украденная часть
Тебе насмешливо шепнула: "Не твоя!"

Ты видел многое и много перенес,
Ты на земле уже не ждешь себе наград,
Но на лице твоем не будет больше слез -
Ты разучился плакать много лет назад.

Просить прощенья? У кого? За что? Зачем?
Оно не даст тебе смягченья этих мук
Но жизнь твоя еще не кончена совсем
И нервный пульс еще отсчитывает стук.

И надо жить, и отмечая кровью шаг,
Идти по лезвиям отточенных ножей.
Рассвет безжалостный, как твой смертельный враг,
Бросает блики в окна нижних этажей.

И мрачный дом вползает в утренний туман,
Когда уходишь ты неслышно, унося,
Листок пергамента, как чудный талисман,
Любви, которую отнять уже нельзя...


Глава 12. Сонет С.С.

Написано под впечатлением фика "Дневник Лаванды Браун".


Кругом бушует поздняя весна,
А ты ее встречаешь равнодушно.
Твоя судьба давно предрешена:
Любовь слепа, но время ей послушно.

Тебя ведет твой неизменный путь
Туда, где смерть тебе уже грозила
Теперь она не сможет обмануть -
Любовь ее заранее утвердила.

Пред нею нем фантазии полет,
Она сильней, чем волшебство любое.
Скользит душа, сквозь книжный переплет,
От зависти рыдая над тобою.

Тебя достойных рифм на свете нет,
Так что тебе смиренный мой сонет?


Глава 13. Кроссвер. Лили Эванс через призму образа рыжеволосой красавицы Порции из пьесы Шекспира "Венецианский купец".

"Со мной, ты всем рискнешь, отдав все, что имеешь...
В. Шекспир "Венецианский купец".


Не прячешь ты таинственный ларец,
Где ключ к душе прекраснейшей хранится,
Но тот, кто всем рискует за свинец,
Не будет в нем победою гордиться.

Ты в святости, как Порция, строга,
Влюбленных много, но достойных мало.
Чтоб за тебя молить у ног врага,
Себя придется позабыть сначала.

И вот ключи заветные берет
Избранник твой, сияя красотою,
А вашей страсти предреченный плод
Уже стоит за призрачной чертою.

И ты, не зная всех грядущих бед,
Ему любовь нашептываешь нежно,
А вдалеке валяется портрет,
Счастливцем прочь отброшенный небрежно.

К чему ему убогий дар творца,
Когда с ним рядом женщина живая,
И на него с прелестного лица
Глядит, пленяя, гибель роковая?

Рискнувший всем поднимет этот лик,
Ему до блага мира нету дела,
Теперь не смеет вымолвить язык,
Всего, что ты заметить не хотела,

Да, он увлекся блеском показным,
На миг затмившим радости простые,
Мечтая положить к ногам твоим
Все, что ни есть сокровища земные.

Шестнадцать лет ведет последний бой,
Не тот, с кем ты делила дни и ночи,
А этот, околдованный тобой,
В свой смертный час твои искавший очи.

Никто не в силах чувствам приказать,
В его несчастьях ты не виновата,
Но верю: с ним, умевшим все отдать,
Ты будешь там, откуда нет возврата...


Глава 14. Нелюбимый.

Поругалась на Хогнете с недоброжелателями моего героя...И вот результат...

В вечной верности не клялся
И кольца не надевал,
Тонких пальцев не касался,
Нежных губ не целовал.

В тишине Большого Зала
Разыгравшаяся кровь,
Вензель твой не рисовала
В уголках черновиков,

Не ко мне, как вестник счастья,
Ты с небесной высоты
Вдруг сошла, чаруя властью
Несравненной красоты.

И в восторге замирая,
Не склонилась мне на грудь,
Только я прекрасно знаю,
Что совсем не в этом суть.

Мне довольно только слова
Для ответа на вопрос.
Я бы ничего другого
Никогда не произнес.

Разве есть нужда в обете,
Чтоб любить так много лет,
Если ты одна на свете,
Где тебя давно уж нет?

Есть ли в верности заслуга,
Если с первых юных дней
Твоего врага и друга
Жизнь была всегда твоей?

В ней огонь неугасимый
От тебя воспламенен,
Просто каждый нелюбимый
Счастлив тем, что сам влюблен.

И пускай тебе не слышен
Скорбный голос вдалеке -
Вензель твой на сердце выжжен
Точно Метка на руке...


Глава 15. Безответная любовь. (песня)

Песня, посвященная С.С.

Ты уходишь рассветным сном,
Легкой дымкой летишь, клубя.
Я молю тебя об одном -
Научи меня жить без тебя!
Расскажи, где найти покой,
Чем утешиться, как спасти?
Как со ставшей твоей душой,
Мне иную судьбу нести?

Припев:
Навсегда нашу связь порви,
Прокляни, отрекись, убей,
Только ради самой любви
Никогда меня не жалей!

Я не стану тебя держать -
Счастье ждет тебя впереди,
Очень трудно ладонь разжать,
Не оглядывайся,иди!
Хочешь быть не со мной - так что ж?
Я люблю тебя все равно.
Мне мечталось, что ты поймешь,
Только, видно, не суждено.

Припев:
Навсегда нашу связь порви,
Прокляни, отрекись, убей,
Только ради самой любви
Никогда меня не жалей!

Нет на небе такой звезды,
Чтоб сравниться с тобой могла,
Я целую твои следы
Сердцем, что сожжено дотла.
И за все как наградой мне -
От любви к тебе умереть.
Ты уйдешь от меня во сне,
А о снах для чего жалеть?

Припев:
Навсегда нашу связь порви,
Прокляни, отрекись, убей,
Только ради самой любви
Никогда меня не жалей!


Глава 16. THE BEST FROM THE BEST.

Это произведение посвящено, как ни странно сразу двум персонажам, которых объединяет только одно. Северусу Снейпу и Меропе Реддл.
Получилось явно не на уровне, но все же выкладываю...


Я ничтожество, ты совершенство -
Это свыше без нас решено.
Всем любовь обещает блаженство,
Но не всем достается оно.

Ангел мой, я мизинца не стою
Твоего, но дерзая в мечтах,
Я безмолвно любуюсь тобою
Из окна, либо прячась в кустах.

Час придет - ты увидишь, что рядом
Те, кто лучшим из лучших под стать
Тут и зелье становится ядом,
Чтобы ревность учить убивать.

Все законы жестокой вселенной
Я разрушить спешу наугад,
Чем купить, кроме жизни презренной
Ночь любви или ласковый взгляд?

Мне не хватит с тобой расплатиться
Сотни жизней и тысячи душ.
Ты, как солнце, что может спуститься
Даже в самую черную глушь,

Вдруг решаясь сиять без разбора
И невинным и знающим зло?
Но оно не заслужит укора,
Что случайно кого-то сожгло...

Я ничтожество, ты совершенство -
В том признавшись, себе не солгу.
Как мне быть, умоляю, ответствуй?
Я ведь жить без тебя не могу!


Глава 17. Баллада о любви.

Итак: всем недоброжелателям, критикам и обвинителям С.С. посвящается...

"Но многих, захлебнувшихся любовью
Не докричишься, сколько ни зови--
Им счет ведут молва и пустословье,
Но этот счет замешан на крови...
А мы поставим свечи в изголовье
Погибших от невиданной любви..."
В.С. Высоцкий "Баллада о любви"


Где те, кто погиб от великой любви,
Жестоко осмеянной нами?
Они не вернутся, как мы ни зови,
Жонглируя их именами.

Наверное, прав был прославленный бард
Печальной баллады создатель,
Что каждый влюбленный - поэт и солдат,
Мудрец и наивный мечтатель.

У смерти с любовью не кончится счет,
Пока на земле остаются
Такие как он - и шагая вперед
Открыто в лицо ей смеются,

Таких не страшит осужденье молвы,
Что к любящим столь бессердечна...
Пусть свечи горят у его головы,
Поставлены нами навечно!


Глава 18. ДЖОАН К. РОУЛИНГ

О, мадам, Ваша правда жестока
И недаром всегда говорят,
Что в отчизне не сыщешь пророка,
Если рукописи не горят.

Только вряд ли сумеет забыться
Ваша повесть о вечной любви
Вы заставили нас измениться
И построили храм на крови.

О, мадам, Вы не знаете,право,
Что за чудо смогли совершить.
Но богатство и звонкая слава
Не должны были Вас ослепить:

О, мадам, в неустанной молитве
Далеко от английской земли,
Чье-то сердце мечтает о битве,
На которую Вы обрекли,

Кто-то верит (ужасно нелепо),
Что когда-нибудь, чей-нибудь взор
Точно гром среди ясного неба
Прочитает ему приговор.

Эта пропасть меж миром и Вами
Исчезает с последней строкой,
Поливая страницы слезами,
Порожденными Вашей рукой.

О, мадам, я пишу без опаски:
Вы мои не прочтете слова.
Будут души хранить Ваши сказки -
Свой бессмертный огонь волшебства!


Глава 19. Сон Пожирателя Смерти.

Одна тупая боль,
Одна простая цель
И давит потолок
На смятую постель,

Один ночной кошмар,
Как острие меча,
Повиснет над тобой
С усмешкой палача.

Та роковая ночь
У запертых дверей
Не хочет уходить
Из памяти твоей,

Надменные слова,
В ответ твоим мольбам,
Крадутся в темноте
К запекшимся губам.

А утром ты войдешь
В привычный страшный быт,
Солгав себе опять,
Что этот сон забыт.

Недрогнувшей рукой
Ты льешь невинных кровь,
Надеясь, что война
Убьет в тебе любовь,

Скажи же, почему,
Тебя, исчадье зла,
Как робкое дитя
Страшит ночная мгла?

Ты обреченно ждешь,
Когда наступит ночь,
Видений жутких рой
Ты сам не гонишь прочь.

И руки протянув
С бесплодною мольбой,
Ты умоляешь их
Вернуть тебе покой.

И в том же самом сне
Твердишь у чьих-то ног
Все то, что наяву
Сказать тогда не смог.

Для ужасов войны
Наступит свой черед,
Ведь стрелка на часах
Все движется вперед,

Но ты еще сейчас
Всего лишь человек,
Впивающий мечту
Из-под закрытых век...



Глава 20. Письмо.

От черных дел дрожит земная твердь
И бесполезной кажется отвага
По праву обреченного на смерть
Под пальцами сжимается бумага.

Чем усмирить горячих слез поток?
Они прольются, обжигая щеки
Из бездны глаз, на тоненький листок
В который раз прочитывая строки.

Ты был перед собой и небом прав,
Когда увидел снимок драгоценный,
И, половину наспех оторвав,
Другую взял рукою дерзновенной.

Встречая смерть не смехом на губах,
А мужественно стойко и сурово,
Ты различишь у юноши в чертах
Тобою недосказанное слово

И он не сможет до скончанья дней
Сказать, что ты лишил его наследства,
Единый раз посмев назвать своей,
Любимую тобою с малолетства.


Глава 21. При луне.

Итак, представляю на суд новое произведение. Стихотворение довольно длинное.
Это что-то вроде письма, которое мог бы получить Джеймс Поттер от Северуса Снейпа примерно в конце пятого или начале шестого курса. Наверное немного AU и ООС...


Отбросив груз дневных забот,
Спит замок крепким сном,
Луна над башнями плывет
Серебряным пятном

Потом она меж облаков
Повиснет в вышине
И ты с друзьями выйдешь вновь
Резвиться при луне.

Вы все смеетесь по пути,
Довольные собой,
Туда, где ждет вас взаперти
Отравленный луной.

Для вас она - предмет забав,
Ему - источник бед,
Но у меня не меньше прав
На бледный лунный свет.

Ты всем твердишь, что я слежу,
Гордясь своим враньем,
А я с луною прихожу
Беседовать тайком,

Как с верным другом с ней делю
Надежды и мечты,
О той, которую люблю,
О той, что любишь ты.

Мои прогулки не для вас,
Бесстыжая орда,
Быть может я в последний раз
Теперь пришел сюда.

Да, знаю я наверняка,
Что буду одинок:
Лили осталась мне близка,
Но я ей стал далек.

Я знал, что нет прощенья мне,
И потеряв ее,
Я исповедовал луне
Раскаянье мое...

Тебе - избраннику судьбы,
Победа суждена,
Я отступаю без борьбы,
Мне жалость не нужна.

Ты скоро будешь вместе с ней,
Но только, видит Бог,
Ты никогда б ее сильней,
Чем я любить не смог.

Да будет счастлива она,
Хоть с нею ты, мой враг!
А мой удел: любовь, вина
И безысходный мрак.

Пока я жив, во мне живет
Нетленный дух Лили,
Когда ж мой смертный час пробьет
И я уйду с земли,

Соперник мой, мою любовь
К ногам ее сложи,
А после пролитую кровь
И сердце покажи.

Пускай румянец, как пожар
В лице ее горит
И пусть она за этот дар
Тебя благодарит...




Глава 22. Акростих.

Надеюсь, вам известно, что такое акростих. Вот моя небольшая попытка в этом роде. К сожалению я ничего не смогла поделать с тем фактом, что в русском языке всего четыре слова, начинающихся на букву "Й". Пришлось заменить... Не бейте сильно...

Сила тает в борьбе безнадежной,
Ей не сладить с судьбой никогда.
Выбирая меж правдой и ложью,
Есть возможность ошибок всегда.
Рано руки запачканы кровью -
Убивая, не скажешь: "Пустяк!"
Слишком слаб перед чистой любовью
Самым грозным считавшийся маг.
Нимб, увы, не окажется кстати,
Если нужно идти до конца.
И кому горевать об утрате
Победившего смерть храбреца?


Глава 23. Сочельник.

Одна из моих любимых в седьмой книге - сцена, где Гарри посещает в Годриковой Впадине могилы своих родителей. Но только ли он один бывал там? Представим себе, что в этот сочельник 1997 года до Гарри и Гермионы туда приходил еще один человек. Приходил в последний раз в своей жизни...
Тема, как обычно: Снейп - Лили. Понимаю, что стихотворение вышло средненькое, но уж, что получилось...


Как много снега нынче намело,
Кругом надгробий в танце вьется вьюга.
Мое отчаянье здесь приобрело
Все признаки смертельного недуга.

Из мрамора изваянный покой
И льющийся из церкви звук хорала...
Ты будто здесь - едва подать рукой,
Но мне в моем безумье это мало.

А ближе к ночи ветер ледяной,
В ушах моих так бешено свистящий,
Мне голову засыплет сединой -
Ведь я не доживу до настоящей.

Я презираю всех людей подряд,
А некоторых даже ненавижу,
За то, что сам пред ними виноват
И из-за них опять тобой пристыжен.

Утихла боль и ревность умерла,
Влюбленным плен милее, чем свобода.
Моя любовь, как зимний снег бела
В преддверье наступающего года.

Все, что случится ясно наперед.
Ты можешь быть уверена без спора,
Сегодня он сюда еще придет,
Ребенок, ставший юношей так скоро.

Тебе досаден нежеланный гость,
Ты с нетерпеньем ждешь другую встречу.
Для всех Сочельник - время светлых грез,
А для меня - пустой и длинный вечер.

Не беспокойся, я ему не дам
Увидеть то, что мною не забыто.
Ступают по заснеженным полям
Серебряные легкие копыта...


Глава 24. Кингс-Кросс или 1.09.1976 г.

Еще одно стихотворение. Не бейте сильно...

Пробивает вокзальные стены
Оглушительный свист поездов.
Без любви не бывает измены,
Но измена не губит любовь.

Паровоз ослепительно алый
У перрона дымится и ждет.
Помнишь, ты ведь когда-то мечтала,
Что тебя он к мечте увезет.

Шелест, гам и мяуканье кошек,
И веселых людей разговор,
Но тепло твоих детских ладошек
У меня на руках до сих пор.

Каждой порой и клеточкой кожи
Ощущаю твой ласковый след.
Ни на что на земле не похожи
Эти несколько памятных лет.

Ты удобно уселась в вагоне,
Прислонившись к стеклу головой,
Средь толпы я стою на перроне,
Не желая встречаться с тобой.

Ты не любишь и вряд ли любила,
Ты ничем не обязана мне,
Так зачем же с неистовой силой
Я ищу очертанья в окне?

Сердцем, преданным даже в разлуке,
Не могу покориться судьбе -
Все вокруг: краски, запахи, звуки
Мне напомнить спешит о тебе.

Стрелка медленно движется к цели,
Весь состав начинает дрожать,
Вдоль него я плетусь еле-еле,
А давно ли хотелось бежать?

Мы нежнее всего почему-то,
К тем, кто с нами излишне жесток.
Остается четыре минуты
До того, как раздастся гудок...


Глава 25. ОГОНЬ. (к фику "Побег Невозможен")

Стихотворение не очень, так что не бейте сильно, пожалуйста...


Средь поленьев остатки желаний
И клочки опаленных надежд.
Разве трусость - устать от страданий,
От обидного гнета невежд?

Завтра снова меня ожидает
Справедливая ярость коллег
Разве трусость, что сил не хватает?
Я ведь тоже простой человек.

Нет, ни слова сейчас не сорвется
С нарисованных губ мудреца.
Древний Замок как будто клянется
Ненавидеть меня до конца.

Я для всех негодяй и подонок,
Но, как заповедь, помню одно:
Каждый взрослый и каждый ребенок
Под защитой моей все равно

Школа спит, я один в кабинете,
Но уверен: теперь за стеной,
Как всегда, собираются дети,
Чтобы насмерть сразиться со мной.

Тишина этой призрачной ночи
Созидает фальшивый уют,
Разве трусость - зеленые очи
Что сегодня уснуть не дают?

Пламя бьется в огромном камине,
По щеке пробегает слеза,
"Здравствуй, смерть! Ты легка на помине!
Посмотри мне смелее в глаза..."


Глава 26. ГРОЗА.

Я думаю, что Гарри Поттер никогда в своей жизни не писал стихов. Судя по книге, он совсем не похож на человека, обуреваемого подобными творческими порывами. А может быть у него просто не было времени и желания или он считал себя неспособным к этому занятию. Но я представила себе, что он все-таки взялся за перо. Ради одного-единственного человека. Это не просто сочиненная им эпитафия - это признание его ошибок и мольба о прощении:

ГРОЗА.

В день Ваших похорон на землю падал дождь
И женщины несли роскошные букеты...
К чему теперь слова? Вас к жизни не вернешь.
Мы виноваты все и каждый знает это.

Веселый месяц май вступал в свои права,
Шумел Запретный лес зеленою листвою,
Блестела от воды подросшая трава,
А мы стояли в ряд с поникшей головою.

Так много слез текло из наших бедных глаз,
Что капли на щеках смешались со слезами,
А дождь все лил и лил, оплакивая Вас,
Пока могучий гром, рыча, гремел над нами.

Небесный яркий свет сверкал в разрывах туч;
И грудь мою тоска безжалостно сдавила,
Но все ж во тьме души нашел я солнца луч,
Колени приклонив пред Вашею могилой...

Нас в милом замке ждал растопленный камин,
На праздничных столах дымилось угощенье,
Я был среди друзей - а Вы совсем один
Прошли весь страшный путь до этого мгновенья.

Пускай о Вас никто не говорил речей -
Они звучали б тут насмешкой лицемерной.
Я за руки держал тех дорогих людей,
Которых Вы спасли отвагой беспримерной.

Хотя не для меня свершался подвиг тот,
Я не смогу забыть, что Вы его свершили.
И мама там, в раю, простит вас и поймет
За то, что на земле Вы так ее любили.

Здесь все, кто с Вами жил, стояли под дождем,
Промокшие насквозь и взрослые и дети.
Мы лишь тогда любовь "великою" зовем,
Коль ей взаправду нет преград на целом свете.

Сумев, как Вы презреть, бесстыдную молву,
И осушив до дна всех испытаний чашу,
Быть может, в Вашу честь я сына назову
В нем будет кровь моя, а сердце будет - Ваше.


Глава 27. Белый стих. Зарисовка.

Как страшно одному в лесу пустом,
Вернее, было б страшно, если б я
Способен был чего-нибудь бояться
Мне сделали когда-то комплимент,
Что храбростью я равен гриффиндорцам.
Не раз с тех пор мне приходила мысль:
Что если бы тогда... я мог бы с ней...
Но нет - теперь об этом думать поздно.
Мой дом на факультете Слизерин
И вряд ли я иного захотел бы.
Она сказала: "мы с тобой друзья",
Но где любовь, там дружбы быть не может,
Ведь я любя, не смог ей другом стать.
Давно признав вину свою во всем.
Я сам себе назначил наказанье
И сам исполнил приговор. Я мертв,
Я умер вместе с нею и меня
Привязывает к миру только мальчик
С лицом, столь возмущающе отцовским
И слишком материнскими глазами
И в озере под серой кромкой льда
Лежит сейчас не древнее оружье,
Врученное приказом Дамблдора,
А твердая, как сталь клинка, душа.
Я мертв, как эти черные деревья
Из-за которых я гляжу на снег,
Где над суровой мерзлою землею
Возникла ослепительная лань.
Беги, моя прекрасная любовь,
И приведи сюда его скорее,
Чтоб взял он меч, а я вернулся в Хогвартс.
Как жаль, что нынче там не будет елки.
У Волдеморта странная натура -
Он просто ненавидит Рождество,
Зато студенты любят этот праздник.
Я знаю: это мой последний год,
Мне остается жить совсем немного
И эта ночь в рождественском лесу
Исчезнет без следа, как я исчезну.
Под Рождество сбываются мечты,
Но у меня желаний нету больше
И я зову ее в последний раз.
Холодный лес застыл под звездным небом,
Вот паренек выходит на поляну,
А лань сквозь чащу движется ко мне
И перед тем, как в воздухе расстаять,
Она так долго на меня глядит
Слегка качая гордой головою...
Мальчишке страшно без нее в лесу,
Но в жизни без нее еще страшнее.
И снова в мысли входит почему-то
Тот комплимент, что сделал мне однажды
Под Рождество покойный Дамблдор.
Я не один у озера лесного -
Она со мной и мне неведом страх...


Глава 28. Качели.

Еще два слова о безответной любви...

"Но несчастной любовь не бывает,
Даже если она убивает..."
Б.Заходер.


КАЧЕЛИ.

Июль покатился к последней неделе,
Все выше и выше взлетают качели
А солнца лучи заливают площадку,
Кусты, и мальчишку, что смотрит украдкой,
Как девочка в небо летит, словно птица.
Ей вовсе не страшно - она веселится.
Худой и нескладный, одетый в обноски,
Он все ж не такой, как другие подростки:
Не в силах он сделать и шагу отсюда -
Сейчас перед ним настоящее чудо.
И синяя высь принимает в объятья
И рыжие кудри, и белое платье...
Он тоже волшебник, и ей он мечтает
Раскрыть целый мир, что ее ожидает.
На детскую дружбу у взрослых - улыбка.
Вполне объяснима такая ошибка.
Мол, славно, что дружат невинные дети -
Милее картины не сыщешь на свете!
Лишь в сердце мальчишки нет дружбы в помине
Да, да - для любви оно бьется отныне.
Наверно недаром молва утверждает,
Что будто несчастной любви не бывает.
Но рыжие кудри и взгляд благосклонный
Достались другому - и плачет влюбленный.
Как больно! Как больно, хоть к боли привык он,
Разбитое сердце заходится криком.
Лекарство - разлука, а Тьма - исцеленье?
Неужто помогут чужие мученья?
Нет, видно его подвела панацея,
Терзанья становятся только острее
Вину и потерю так трудно стерпеть,
Что сладкой и радостной кажется смерть.
Но выросший мальчик не сдастся - он кровью
Искупит вину пред своею любовью.
Он все, что имеет отдаст без остатка
За эти качели на детской площадке,
За краткие встречи в той роще заветной,
За горькое счастье любви безответной.
Ему ни к чему наши слезы и жалость.
Поймите, что отдал он сущую малость.
Он в вечном долгу пред судьбой остается:
За редкостный дар, что немногим дается.
Для тех, чья любовь не бывает несчастной
И страшная смерть остается прекрасной.
Мы главному можем у них научиться -
Любви безответной не нужно страшиться.
Так пусть же, все дальше от летнего зноя
Качели парят над июльской землею,
Не зная, что в шаге от них, за кустами
Бессмертной любви разгорается пламя...


Глава 29. Девятое января. Неотправленное письмо...

В классе зелий холодно зимой
И никак не ладится работа,
Все друзья разъехались домой,
Я сижу один. Сейчас суббота...

Ты в кругу семьи своей в тепле
Пьешь горячий чай из кружки белой,
Серебрится иней на стекле
И оно совсем заледенело...

День рожденья. Мне семнадцать лет
Я свободен - все запреты сняты.
Лишь тебя со мною рядом нет
В январе в скучнейший день девятый.

Очень жаль, хоть я привык давно.
Праздник мой другим совсем не нужен
Черный хлеб, да кислое вино -
Вот и весь торжественный мой ужин.

Наконец-то можно колдовать!
Важная минута наступила!
Я б хотел последним сквибом стать,
Если б только ты меня любила...

Впрочем, вздор, напрасная мечта.
Я люблю - и нет пути иного.
Вновь перо касается листа,
Выводя на нем за словом слово.

Гаснет день. Подкатывает грусть,
Возле окон мягко снег ложится...
Ручеек моих сердечных чувств,
Как чернила, льется по странице.

Впереди так много тяжких дней -
Нужно жить, страдать, дышать и видеть.
Я тебя люблю в сто раз сильней,
Чем меня ты можешь ненавидеть!

Догорел зари вечерней свет,
Не послав письма - не ждут ответа...
День рожденья. Мне семнадцать лет.
Я свободен - сняты все запреты...


Глава 30. Портрет Полной Дамы.

Дорогая леди, не сердитесь.
Знаю сам, что вам мешаю спать,
Но прошу, пожалуйста, проснитесь -
Посмотрите, я пришел опять!

Вы, как сторож верный и надежный
В башне, где любовь моя живет.
Мне бороться с вами невозможно
Даже хитрость тут не подойдет.

Галстук мой серебряно-зеленый,
Леди, вас смутить не должен он
Я стою здесь просто как влюбленный,
Потерявший свой покой и сон.

Леди, леди, сжальтесь над беднягой,
Не бранитесь, не гоните прочь.
Все равно не сделаю ни шагу,
Если надо - буду ждать всю ночь!

У меня и в мыслях нет дурного,
Не страшитесь пыла моего:
Мне бы ей сказать всего три слова,
Только три и больше ничего...

Упаду пред вами на колени,
Мне бы только повидаться с ней...
Может статься, каменные стены
Содрогнутся от мольбы моей.

Леди, леди, жизнь моя порука
Этой ночью вам не видеть сна...
А в ответ по-прежнему ни звука,
Только сжала горло тишина.


Глава 31. Урок астрономии.

Громкий шорох карты режет ухо,
Резкий ветер обжигает лоб,
Ты и я, прильнув к щеке друг друга,
Наблюдаем небо в телескоп.

Глядя ввысь - туда, где очень скоро
Загорятся звезды в час ночной,
Ты лицо поднимешь от прибора
И глазами встретишься со мной.

Ночь не выдаст взгляд мой откровенный,
Скрыв его под маской темноты.
Я тебя зову моей вселенной,
Но об этом не узнаешь ты.

Где-то там проносятся кометы,
Млечный путь белеет, точно снег,
Где-то там созвездья и планеты
Продолжают бесконечный бег.

Свой конспект внимательно читая,
Ты молчишь, не поднимаешь глаз.
Вот звезда, а вслед за ней другая
Прямо вниз внезапно сорвалась...

Я не смею высказать желанья
Здесь с тобой остаться до утра:
Солнце мне - любви твоей сиянье,
Равнодушье - черная дыра.

Хочешь, я, разбившись на кусочки,
Разлечусь по Млечному пути?
Ты заметив крошечные точки,
Взор от них не сможешь отвести.

Но, следя за ними вдохновенно,
Никогда, конечно, все равно
Не узнаешь, что моей вселенной
Я зову тебя уже давно...




Глава 32. Как забыть?

Итак, новое... По моему, в этот раз у меня получилось не особо хорошо, тем не менее все же рискую выложить, в надежде, что если меня будут бить, то в память "о прежних заслугах" не очень больно...

Забыть - отличное решенье
Его подсказывает ум:
Себя избавить от волненья,
От всех печалей, тяжких дум...

Забыть неправильность призванья -
Причину частых наших ссор,
Забыть упреки, оправданья
И осужденьем полный взор.

Два-три короткие романа
Для развлеченья, не всерьез;
Без сладострастного дурмана,
Ночей бессонных, страхов, слез.

Забыть, чтоб явью стали вскоре
Честолюбивые мечты,
Чтоб отплатить за боль и горе
Всем тем, кого так любишь ты?

Забыть навек о чудной муке,
О хрупком счастье юных дней?
Забыть глаза, улыбку, руки
И редкость нежности твоей?

Твердит рассудок ежечасно:
"Забудь! Начни спокойно жить!" -
Вот только сердце не согласно,
Оно не может позабыть...

И впрямь - подумай: как забуду
О том, что я в твоем плену?
Не думай, я не верю в чудо
Я знаю сам свою вину.

Я не надеюсь на прощенье -
(Теперь уж нет пути назад),
И все же - мне ль искать забвенья,
Когда любовь - мой рай и ад?

В своем огне сгореть мечтая,
Зову к себе ее опять.
Я потому не забываю,
Что не желаю забывать!

Я твой навеки, до могилы,
Хотела ль ты того, иль нет.
Вот месть!За то, что ты забыла,
Я НЕ забыл тебя в ответ...




Глава 33. Завещание.

В кромешной мгле отчетлив каждый звук,
Огни свечей трепещут, как живые;
Их слабый свет на полках чертит круг,
А вниз стекают слезы восковые.

Так много книг, что все не перечесть.
В них собран опыт многих поколений,
Но вряд ли кто сумеет их прочесть.
Ну, разве что какой-то новый гений...

Вполне ничтожно все мое добро,
Я налегке пускаюсь в путь последний.
Что ж... пусть мое любимое перо
Себе возьмет другой ребенок бедный.

Повсюду пыль, завален хламом стол,
Тяжелый воздух труден для дыханья.
Лонгботтом, - вы возьмите мой котел -
Возможно, он улучшит ваши знания.

Холодный мрак покрыл проклятый дом,
Который был моею колыбелью.
Отрезок ткани - зелень с серебром
Слегка украсит наше подземелье.

Профессор Слагхорн, жаль, вам не дано
Хоть чей-то ум возвысить до полета.
Вот здесь в бутылках есть для вас вино.
Деканом быть - нелегкая работа...

А для меня письмо твое, Лили,
Твои слова и снимка половина:
Вот то, что мне дороже всей земли,
С чем будет в радость близкая кончина.

Тебя одну, сокровище мое,
Не завещаю никому на свете.
Вновь грудь любви пронзает острие,
Я сам за все пожизненно в ответе!

Меж мной и смертью лист календаря,
Одна лишь ночь дана мне для прощанья,
И незачем бумагу тратить зря -
Никто мое не вскроет завещанье...


Глава 34. Увольнение Северуса Снейпа.

Недолгим был стремительный полет,
От древних стен единственного дома
И всех, чью жизнь берег ты целый год,
До Хижины, что так тебе знакома

До двух чудовищ с щелками зрачков -
Они не знают, что такое жалость.
На грязный пол потоком хлещет кровь,
Ее почти ни капли не осталось...

Ты отдал все долги, твой счет закрыт
И, боль агонии притупляя взором,
С лица ребенка женщина глядит
На друга детства с ласковым укором.

Предсмертный вздох твою вздымает грудь,
Как страшно в нем хрипит мольба немая.
А мальчик сам своих не знает чувств,
В руке флакон растерянно сжимая.

Из грани в грань сверкает твой секрет
Покуда путь он держит к кабинету -
Нетрудно там повесить твой портрет,
Куда трудней смотреть в глаза портрету...


Глава 35. Еще одно письмо, которое не получила Лили Эванс от Северуса Снейпа.

Кто придумал, что любовь жестока?
Нету лжи нелепей и глупей...
Пусть мне больно, горько одиноко
Без тебя и нежности твоей!

Для меня исчезли краски мира,
Вместо них осталась только мгла -
Вечный черный плащ - моя порфира
В королевстве ужаса и зла.

Тяжких снов полны проходят ночи,
Обещая много страшных дней.
Видно мой расчет не слишком точен,
Раз в тебя влюбляюсь все сильней.

Образ твой идет со мною всюду
В самых светлых помыслах моих,
Я не жду, что вдруг свершится чудо:
Счастье существует для других.

Бездна тьмы - ей нет конца и края
Здесь ни ум, ни знанья ни к чему
То, что я искусней всех играю
Не поможет горю моему.

Все твердят, что я тебя не стою,
Это правда, но надеюсь все ж:
Крик души под маской ледяною
Ты услышишь, вспомнишь и поймешь.

Как актер на службе у порока
Сжился с ролью из последних сил.
Кто придумал, что любовь жестока?
Может тот, кто в жизни не любил?



Глава 36. Второй сонет о безответной любви Северуса.

Да, я люблю, хотя и не любим,
Лишен надежды, радости, свободы
Моя судьба - быть пленником твоим
Все Богом мне отпущенные годы.

Как тяжкий крест любовь к тебе нести
Все дальше вверх извилистой тропою,
Чтоб на горе потом, в конце пути
На нем же быть распятым пред толпою.

Будь я иным - и то б уже могло
Истерзанной душе служить отрадой,
Что я тебя люблю тебе назло
И заставляю исходить досадой,

Но я тебе немилую любовь
С тобою вместе проклинать готов...


Глава 37. Хэлоуинн.

Мокрый лес давно все листья сбросил
Ноября дыханьем осенен -
Странный месяц: не зима, не осень,
Холод, грязь и в сучьях ветра стон...

Все сильней бушует непогода
Уж какие сутки напролет.
Замерла уснувшая природа,
Но весной проснется, оживет.

Ты один повален бурей злою,
Прямо с корнем вырван из земли
На полу пылает под тобою
Пламя рыжих локонов Лили.

Нежно гладя пряди золотые,
Ты сквозь слезы шепчешь тяжело:
Где же были сразу все святые
В час когда над ней свершалось зло?

Тело к телу страстно прижимая,
Первый и последний в жизни раз,
Ты опять зовешь ее, рыдая,
Но в руинах твой не слышен глас...

Вся деревня в сизом мутном мраке
Мирно спит безмолвна и пуста
Нынче долго будет небо плакать -
Ведь погибла рано красота.

Как ненастье смерть неотвратима
Дождь ли снег - не все ль теперь равно?
Той что сердцем всем была любима
В нем навек остаться суждено.

Из развалин жалобен и звонок
Рвется ввысь протяжный детский крик...
Только ты, да плачущий ребенок -
Все, кто есть на свете в этот миг.

Смотрят в душу два зеленых глаза...
Вам отныне жить одной судьбой
Этой ночью все святые сразу
Вдруг простерли руки над тобой...


Глава 38. О трудностях любви.

Боль течет по рекам синих вен,
В тонкие запястья бьется кровью.
Трудно брать чужую волю в плен,
Если сам давно пленен любовью.

Вечно быть холодной глыбой льда,
Все, что есть в тебе от мира пряча,
Заморозить сердце навсегда
Трудно, трудно - но нельзя иначе...

Что ж трепещет там, в груди твоей?
Что за стук опять тебя тревожит?
Трудно умереть, но жить трудней,
Тем, кто жить не хочет и не может.

Кто не ведал страха - не храбрец.
Храбр тот, кто страху шел навстречу.
Знал ли ты, как близок твой конец,
Тяжкий долг взвалив себе на плечи?

Эта ноша слишком тяжела
И под ней все ниже плечи гнутся...
В нежный сумрак майского тепла
Ты войдешь, чтоб больше не вернуться.

За тобой останется весна,
Счастье с горьким привкусом утраты,
За любовь, испитую до дна
Не найти ее достойной платы.

Ничего не требуя взамен,
Смерть и муку ты встречаешь смело.
Льется боль по рекам синих вен -
Трудно ждать и трудно делать дело...


Глава 39. Новый выбор.

"Но если скажут вдруг:
"Хочешь сам любовь выбирай свою!"
Я, поглядев вокруг,
Знаю взял бы вновь
Ту же самую"

Песня из кинофильма "31 июня"

Он хотел бы не знать ее,
С ней не быть никогда знакомым.
Не гулять по лесам вдвоем
Не стоять на крыльце перед домом

Он хотел бы зеленых глаз
Не искать в толчее вокзала,
Не гадать с кем она сейчас
И зачем в Гриффиндор попала.

Он ночами хотел бы спать,
Аппетит проявлять здоровый,
Не бояться ее потерять,
Ненавидя того, другого.

Слезы грешной любви своей
Не ронять у ее порога,
Не жалеть пролетевших дней,
Трезвый ум сберегая строго.

Он хотел... Но вернувшись вновь
В детство силой хрноворота,
Он бы выбрал опять любовь
И опять бы стоял у входа.

Снова думал о ней тайком
И терзался б в сто раз сильнее.
И желал бы себе потом
Никогда не встречаться с нею.

И шептал бы, огнем палим,
Как в заслуженном жерле ада:
"Может жить, тот кто нелюбим -
не любившему жить не надо!"




Глава 40. Его друзья.

На этот раз против своего обыкновения пишу здесь не о самом Снейпе, а о его друзьях, которым в каноне он помог, сохранив их семью. Это одна из моих любимых пар в каноне и недаром он относился к ним с такой теплотой. Может быть зрелище этой счастливой любви немного облегчало и его ношу. Меня вдохновил также фик, в котором их решили наказать, стерев им память и внушив, что они другие, совершенно посторонние друг другу люди - но они все равно нашли друг друга. А может быть мне просто после долгой зимней депрессии очень захотелось написать о счастливой любви. Итак, не бейте сильно:

ЛМ/НМ

Сколько есть во вселенной дорог, городов и людей,
Сколько разных обличий, видений и образов ложных.
Только узы, что душу твою привязали к моей
Развязать, разорвать, разрубить, растерзать невозможно.

Можно память и прошлое, имя и личность украсть,
Сделать так, чтобы были мы дальше, чем север от юга;
Нам поможет одна неизбывно-бессмертная власть:
Власть сердец, не умеющих биться вдали друг от друга.

Тщетно сотни путей перепутаны злою рукой
И в двух книгах судьбы в сотый раз переписаны строчки.
Нас подхватит любовь, повлечет, как магнит за собой
И сведет нас опять, и в одной мы окажемся точке.

Каждый сразу другого приметит особым чутьём
Сквозь преграды обоих приведшим к единственной цели,
И опять мы с тобой взявшись за руки рядом пойдем
В нашу общую жизнь, о которой забыть не сумели.

Пусть до дыр эта истина всеми затерта давно -
Мы и сами когда-то ее чепухой называли:
Нас нельзя разлучить, потому что мы были одно
До того, как пришли в этот мир и друг-друга узнали.


Глава 41. Сонет двоих.

К фику "Смотри мне в глаза" по фандому "Тайна заброшенного замка" (А. Волков)

Не по ГП, но все же решила выложить. Ведь моя тема все та же - любовь.


Он:

Ты - летний зной прорвавшая гроза,
В привычных мыслях сеющая смуту.
Я, полюбив смотреть тебе в глаза,
Не думал в них найти для сердца путы.

Она:

Любовь - полет, паренье, высота,
Томительный восторг души и тела...
Ты мне открыл небесные врата
И я к тебе стремительно взлетела.

Он:

Любовь без карт к тебе отыщет путь,
Ей ни к чему ни опыт, ни сноровка.
Мой звездолет уже не развернуть,
И скрыть его не сможет маскировка.

Она:

Твой взор - орбита всех моих планет,
Незыблемая ось моей вселенной.
Для вечности ничто десятки лет -
Мы оба в ней останемся нетленны.

Он:

Любовь - блаженство с болью наравне.
Где вновь найду уверенность и смелость
До сей поры столь свойственные мне,
Чтоб стать всем тем, чего тебе хотелось?

Она:

Что я хочу? Насмешливость и грусть,
Лукавый смех, спокойные манеры:
Все те черты, что знаю наизусть,
Все то в тебе, что я люблю без меры.

Он:

Ты мне нужна как космос, и отныне
Он будет без тебя страшней пустыни...

Она:

Смеюсь в лицо рабам и господам,
Ведь никому тебя я не отдам...



Глава 42. Кольцо. (молитва)

Вот опять я любуюсь как чудо в ладони твоей расцветает
Прямо в сердце мое прорастая любовью на все времена.
О тебе говорят: мол, ее любит каждый, кто знает.
Ты прелестней весны... нет, сама ты живая весна!

И уже никогда до тебя не дотянется старость,
Беспощадное время не сможет разрушить твоей красоты...
Все что выпало мне - это, право же сущая малость
В наказанье за то, что прекрасной навечно останешься ты.

Мы ровесники вновь будем там, за последней чертою
Пусть сейчас между нами семнадцать мучительных лет пролегло.
Я как грешник умру, а тебя называли святою,
Но я знаю, мы встретимся там, преисподней и небу назло.

Помолись за меня, а кому и о чем я не знаю -
Ждет алтарь и кинжал уж давно для назначенной жертвы готов
Ты разделишь со мной это первое утро последнего мая
Ухожу не прощаясь - я слишком привык обходиться без слов...

Я уйду, но быть может далёко-далёко отсюда
Где никто никогда не слыхал и услышать не сможет про нас,
Лепестком на ладони опять распускается чудо,
Начиная о новой любви бесконечно печальный рассказ...


Глава 43. Его душа

Измученнная, рваная, больная,
Твоя душа еще жива пока.
Она под пыткой корчится, стеная,
Но боль ее от мира далека.

В ней, как в тебе от роду не бывало
Ни красоты, ни счастья, ни тепла.
Она себя о камни обдирала,
Теряла кровь - и все-таки жила...

Груба и зла, каким бывает дикий,
Не знавший ласки страшный людям зверь,
Она плыла к звезде любви великой
Морями бед, трагедий и потерь...

Так много бурь она преодолела,
Что стала вдвое тверже и сильней.
Могла грозить - вот плакать не умела
И оттого никто не знался с ней.

Ты рвешься телом к смерти, что сулила
Тебе давно заслуженный приют.
Но все запомнят, как она любила
Все песни про любовь о ней споют.

А тот, в ком ей дано восстать из праха
В иной крови и с именем другим
Свой новый путь пройдет, не зная страха,
Как ты бесстрашно шел путем своим.


Глава 44. Бой.

К фику Лили Хоплит "Акцио, Лили Эванс или А просто надо любить".

БОЙ.

Я ничьим не поверю наветам
И с презреньем отброшу их прочь,
Не прислушаюсь к "добрым советам",
Не приму предложений помочь.

Сброшу узы из лжи и обмана,
Клятв, молчаний, обетов, долгов.
Словно феникс из пепла восстану,
Чтоб сразиться за нашу любовь.

И потери в бою не считая,
Обходясь без щитов и кольчуг,
Я душой, как мечом разметаю
Все ловушки и сети вокруг.

До последнего самого вздоха,
До последних ударов в груди...
Наша сказка не кончится плохо -
В ней развязка еще впереди.

За тебя поборюсь с целым светом,
Но не дамся на милость судьбе!
Я ничьим не поверю наветам -
Только сердцу и только тебе.


Глава 45. Треугольник или Летний день в лесу

Дикий хмель склоняет лепестки
К ложу пары, страстью упоенной.
На опушке леса у реки
Я лежу в густой траве зеленой.

Камнем небо давит мне на грудь,
С каждым вздохом я теряю силы.
Как же мне себя себе вернуть?
Как забыть все то, что прежде было?

По щеке, усиливая боль,
Луч крадется сквозь листву березы.
Я губами ощущаю соль
И не верю в то, что это слезы.

Нежный смех, веселая возня,
Поцелуй сменяет поцелуи...
Что-нибудь осталось от меня
Или я уже не существую?

Пляшут тени, слившись на земле,
Замер лес, любуясь этой сценой.
Я трясусь, как висельник в петле,
Словно горло вновь забило пеной...

Все твои движенья и слова
Мне веревкой сдавливают шею.
Я хриплю... Любовь к тебе жива.
Вряд ли я убить ее сумею.


Глава 46. ОКТЯБРЬ 81-го

Ты не чувствуешь смерти, готовясь в неравный бой,
И глядишь на мир, сквозь октябрьский дождь с улыбкой.
Ты не вспомнишь меня и не знаешь, что сердце мое с тобой.
Все, чем жил до сих пор - было просто моей ошибкой.

Я хожу ежедневно по острым краям клинка,
Но не ведаю страха, как будто его и на свете нету,
Хочешь ты или нет, но я буду с тобой пока
Наступает осень, когда исчезает лето.

Все мое - твое: мысли, тело, душа и кровь
Как бы всем вокруг ни казалось, что это мало.
Мне не нужно твое разрешенье, чтоб чувствовать к тебе любовь,
Как прошедшую осень нельзя повторить сначала.

Хочешь ты или нет - все равно я с тобой сейчас,
Где бы ты ни была, кто бы ни был с тобою рядом.
Ты смеешься, но вдруг замолкаешь в который раз
И пустынную осень впиваешь тревожным взглядом...


Глава 47. Повелители Смерти

Снейпу и другим героям...

Я вхожу сквозь туманную мглу
На пустынные призраки улиц,
Я маячу на каждом углу,
Где влюбленных пути разминулись.

Предначертанных жертв сторожа,
Я след в след устремляюсь за ними,
Каждый миг на прицеле держа,
Не давая забыть мое имя.

Беспощадной ухмылкой клыков
Я грожу в непреклонные лица -
Их владычица, враг мой - Любовь
Надо мной с ними рядом глумится.

Я вжимаю мгновенья в года,
В яд и вспышки зеленого света.
Им моими не быть никогда -
Мне так ясно становится это!

Сознавая бессилье свое,
Скалю зубы, от гнева пылая.
А они воспевают ее,
Словно верить в меня не желая.

"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"