Искусство жить в мире

Автор: Wiage
Бета:нет
Рейтинг:G
Пейринг:Живоглот, мыши
Жанр:Humor
Отказ:Не моё, увы.
Аннотация:О кошках, мышках и других домашних питомцах.
Комментарии:
Каталог:Второстепенные персонажи
Предупреждения:нет
Статус:Не закончен
Выложен:2009-10-24 23:54:33 (последнее обновление: 2010.03.23 20:25:48)
  просмотреть/оставить комментарии


Глава 1. Волшебные слова

До кухни оставалось несколько футов, когда тяжёлая лапа Миссис Норрис прижала мышь к полу.

– Чья? – строго спросила кошка. – Кто хозяин?

– Хаффлпафф, второй курс, Ханна Эббот, – задушенно пропищала мышь.

– Опять Ханна Эббот? Она, что, целый выводок в Хогвартс притащила? – злобно прошипела Миссис Норрис, но лапу подняла. Питомцев студентов помощница Филча не ела.

Мышь осторожно, бочком, начала отходить от кошки. Миссис Норрис ещё пару секунд смотрела на свой уходящий ужин, а потом развернулась и побрела на кухню. За сметаной.

Мышь в это время завернула за угол, где её ждали сородичи.

– Мы думали, что ты уже не вернёшься.

– Да, я уже тоже решила, что мне пришёл конец, – вздохнула мышь и радостно воскликнула: – Но волшебные слова подействовали. Подействовали!

И мыши хором пропищали:

– Хаффлпафф, второй курс, Ханна Эббот.

Филин Сильвестр, единственный питомец Ханны Эббот, в это время безмятежно чистил перья в совяльне.


Глава 2. Знакомство

Она обошла меня раза три-четыре, принюхиваясь и легонько касаясь хвостом. Когда я был готов разозлиться и, наплевав на манеры, отпихнуть её, она остановилась, присела напротив и, прищурившись, проурчала:

— Норрис, миссис. Миссис Норрис. Главная здесь.

— Живоглот, — я коротко кивнул и оглядел её с головы до лап.

Не в моём вкусе. Серая, без так радующего мой взор чередования светлых и тёмных полос. И тощая, такая тощая, что в голову сразу закралась ужасная мысль: «Здесь плохо кормят».

— Удивительно, — фыркнула миссис Норрис. — В прошлом году не было ни одного кота. Я уже подумала, что мы вышли из моды, как эти, что за кошмар, жабы. И нате вам — в этом уже кто-то притащил кота.

«Не самый радушный приём», — заметил про себя я.

— Так, вы рады или не рады, мадам…

— Миссис.

— Прошу прощения. Вы рады или не рады, любезная миссис, что мы не вышли из моды?

— Сложный вопрос, на который я не могу ответить однозначно, — она повела усами. — С одной стороны, конечно, приятно, что такие неразумные существа, как студенты, ещё ценят нас, лучших домашних питомцев. С другой же… С вами одни хлопоты. Шастаете после отбоя, нарушаете правила.

«Мы всё-таки ночные создания, против природы же не пойдёшь», — хотел ответить я, но благоразумно промолчал.

— И, получается, что я должна следить ещё и за вами, как будто мне этих гадов не хватает, — она нервно дёрнула лапой.

— Работе вашей не позавидуешь.

— Просто кошмар какой-то, а не работа. И всё одна, всё одна. Те коты, которых привозят студенты, мне не помощники. Профессорские тоже. Живёт здесь одна. Та ещё фифа. Как пройдёт мимо, слова ни скажет, только глянет презрительно, будто персидская какая-то.

Краем глаза я заметил движение и повернул морду. К нам подходила мышь. Белая, совсем в моём вкусе. На шее у неё была завязана голубая ленточка. Я напрягся.

— Этих не ловить! — остановила меня миссис Норрис. — Студенческие. Не имеем права. Совсем уже обнаглели, сволочи, — прошипела она.

Мышь прошла между нами, подняв кверху нос.

Я пару раз сглотнул слюну, провожая её взглядом.

Да что ж это такое? Здесь не только плохо кормят, но и издеваются над котами?


Глава 3. Мышь Ханны Эббот

— Вы же знали, что их трогать нельзя, — миссис Норрис фыркнула. — Это мыши студентов. А эта, конкретная, та, над которой вы… вы… надругались, мышь Ханны Эббот.

Коты, присутствующие в кабинете, в ужасе зашипели и бросились врассыпную. Часть забилась под скамьи, часть — запрыгнула на шкаф и начала толкаться, пытаясь на нём уместиться. Один, серый, сиганул на такие же серые гардины и повис на них, видимо, надеясь с ними слиться. Только Живоглот остался сидеть на месте. Его усы были трагически опущены, шерсть казалась свалявшейся, морда ничего не выражала.

— Я случайно, — начал он. — Я не хотел её трогать.

— Он не хотел её трогать! Вы только послушайте! — издевательски промяукала миссис Норрис. — Он не хотел трогать мышь Ханны Эббот!

Со шкафа свалился один из котов. Он попробовал опять запрыгнуть наверх, но собратья не позволили ему, и он, растянувшись на полу, притворился мёртвым.

— Она первая полезла, — попытался хоть как-то оправдаться Живоглот.

***

— Ну здравствуй, — она высокомерно посмотрела на него, — кот. Какое ты всё-таки отвратительное существо, кот.

Живоглот, проигнорировав мышь, прошёл мимо неё на кухню.


***

— Позволю напомнить вам инцидент с крысой.

— Некрысой, — поправил миссис Норрис Живоглот.

— Некрысой, приношу свои извинения. Именно поэтому я ограничилась предупреждением. Но сам факт вашего покушения на некрысу характеризовал вас как ненадёжное, нарушающее правила животное.

— Она первая полезла, — предпринял ещё одну попытку Живоглот, но его снова не услышали.

***

— Вот и блат имеешь. На кухне позволено кормиться, — мышь облокотилась о край миски с молоком, и Живоглот тут же потерял аппетит.

— Слушай… мышь.

— Не смей повышать на меня голос! — взвизгнула она. — Обнаглела, тварь! Думаешь, я спущу такое обращение какому-то дворовому коту! Облезлому! Помойному! Да кто ты, а кто я!


***

— Итак, я думаю, изгнание из Хогвартса послужит вам хорошим уроком, — миссис Норрис прищурилась.

— С ней же ничего не случилось! — возмутился Живоглот.

— Ей нанесена глубокая душевная травма. Мышиное сообщество требует наказания.

***

— Не доводи меня до нарушения правил, — прошипел Живоглот.

— Ты мне ещё и угрожать смеешь! Умом ты не вышла, тварь безродная, чтобы мне угрожать! — истерично завизжала мышь, и Живоглот легонько, почти ласково, опрокинул её в миску с молоком.


***

— Вы уж простите, — миссис Норрис вздохнула, — но иначе я потеряю репутацию среди грызунов. Неделя изгнания из Хогвартса, пока страсти не утихнут. Вас устроит?

«Ещё легко отделался», — услышал Живоглот тихое мяуканье со шкафа. Можно было согласиться. Ему уже рассказывали о котах, затравленных мышью Ханны Эббот и изгнанных из Хогвартса навсегда.

— Ладно, я согласен. Поживу пока в Хогсмиде.

Миссис Норрис удовлетворённо кивнула.

— А о своём партнере-человеке можете не волноваться, — игриво добавила она. — Сейчас же весна. У вас могут быть понятные дела в Хогсмиде.


Глава 4. Толчок в мышеловку

— Я была предельно вежлива с этой тварью! — взвизгнула она. — Что вы творите, мыши? Как вы можете?

По норке прокатился взбудораженный писк. Старейшина (поговаривали, что он был крысой самого Филиуса Флитвика) поднял лапку.

— Попрошу внимания! — Когда установилась тишина, он продолжил: — Мы живём в мире с котами и совами, потому что придерживаемся правил, которые были установлены нашими предками…

— Мы-то придерживаемся, а они — нет, — прервала его мышь Ханны Эббот. — Блат у этих котов. Сметану им дают в блюдечках на кухне и молоко, а нас гонят! Да ещё и мышеловки ставят. А уж как эти коты-твари ведут с нами. Грубят, хамят, оскорбляют, смотрят на меня нагло и высокомерно!

— Вы не могли бы помолчать хотя бы немножко? — попросил её Старейшина.

— Вот, значит, как, — мышь упёрла лапки в боки, — пасть мне затыкаешь? Продался котам паршивым, гад! Все слышали? Все слышали?!

— Да дайте же ей сказать, тьфу ты, — послышалось с задних рядов.

— Значит, так, — мышь вздёрнула кверху нос. — Не вы, гады мерзопакостные, меня выгоняете навсегда из Хогвартса…

— На неделю, а не навсегда, — спокойно поправил её крыс, но она даже усом не повела.

— …а я ухожу! Потому что больше не могу терпеть это безобразие. Эту несправедливость, кошачий блат, их и ваше хамство.

— Ваше право, — сказал Старейшина. — Но как же Ханна Эббот?

Мышь, не ответив, развернулась и прошествовала по норке к выходу.

— Предатели! — напоследок крикнула она. — Никто даже не заступился.

***

Говорили, что мышь Ханны Эббот поселилась в Хогсмиде в бакалейном магазинчике (как раз рядом с лавкой молочника — где на неделю остановился Живоглот). Многие её соплеменницы втайне от Старейшины навещали свою подругу, рассказывали, как поддерживают её, и звали назад. На что она с чувством собственного достоинства отвечала отказом.

Чувства собственного достоинства хватило ровно на неделю, по прошествии которой мышь Ханны Эббот, заскучав, вернулась в Хогвартс.


Глава 5. Союзники

- Я, как тебя увидела, сразу поняла, что ты умный, смышлёный кот…

- А?

Живоглот отвлёкся от наблюдения за воробьём и повернул морду. Рядом, теряясь в зарослях травы, сидела пухлая морская свинка.

- Я, говорю, сразу поняла, что ты умный, смышлёный кот… Не такой, как все остальные.

- Какой именно ко мне вопрос? – сразу спросил Живоглот, зная, что просто так маленькие питомцы студентов к котам не обращаются.

- Понимаешь, такое дело, - свинка подошла ближе и, не смотря на то, что кот недовольно повёл усами, оперлась об него лапкой, - мышь Ханны Эббот. Знаешь такую?

- Ну? – напрягся Живоглот. Потом, глянув на дерево, тяжело вздохнул: воробей уже улетел.

- Конфликт у нас с ней. Идеологические разногласия… По личным мотивам. Мы полные противоположности. Понимаешь, по-о-олные. Она – неуч, я же целый год была питомцем библиотекаря. Она – хамка, у меня же культурный уровень на зависть всяким крысам. И внешне – я сама привлекательность, - свинка моргнула глазками-бусинками, - а мышь ты эту видел? Противна мне она.

- А я-то здесь при чём? – отодвинулся Живоглот, чтобы свинка прекратила гладить его по шерсти.

- А ты сильный, мужественный. При том, мы из одного дома. Я – хомяк мисс Браун. Мы должны друг другу помогать.

«Хомяк?» - удивился Живоглот, но переспрашивать не стал.

- В общем, съешь её, - закончила свинка.

- Стоп. Питомцев не ем! – возмущённо мяукнул кот. – Особенно - эту мышь!

- Мы договоримся…

- Нет уж. Точка.

- Хам невоспитанный, - фыркнула свинка.

***

- Я, как тебя увидела, сразу поняла, что ты умный, смышлёный кот…

Живоглот вздрогнул и резко повернул морду. Рядом, теряясь в зарослях травы, сидела мышь Ханны Эббот.

- У нас были некоторые разногласия, но думаю мы можем о них забыть… Тем более, я сразу поняла, что ты умный, смышлёный кот… Не такой, как все остальные.



Глава 6. Белые ангорские

Маркиза, белая ангорская кошечка, с изяществом, присущим этой породе, возлежала на диванной подушке и, жмурясь, слушала мой рассказ. После полосатых, белые ангорские кошечки были моей слабостью, и я старался изо всех сил.

– И шо ж хомяк-то? – промурлыкала она.

– Не хомяк, а морская свинка, – ласково поправил её я. – У неё проблемы с самоидентификацией. Морская свинка…

– Она говорила, шо хомяк-то.

– Я же говорил, проблемы с самоидентификацией…

– Шо? – Маркиза, округлив голубые глаза, уставилась на меня.

– Хомяк это, – поспешно ответил я и продолжил свой рассказ, тщательно подбирая слова.

Маркиза же расслабилась и вновь принялась меня слушать. Молча.

Стоило отменить, что, когда белые ангорские кошечки начинали произносить что-то вслух, они сразу теряли часть своей привлекательности.



Глава 7. Мышь. Мышь. Мышь

«Единственная мышь, которая мне нравится не как пища или забавная игрушка, а как личность…» - думал я, глядя ей вслед.

Как это глупо звучало… Я, кот, испытывал к грызуну какие-то чувства. Но, не смотря на абсурдность самой мысли о наших отношениях, я не мог оторвать взгляд от её серой мохнатой спинки и маленького изящного хвостика.

Мышь… Я не успел узнать её имя. Внутри всё сжималось от нежности, которую я испытывал к этому хрупкому грызуну. Я готов был украсть карпа. Тысячу карпов из кухни, которая охранялась этой большой рыжей женщиной! Я готов был всю ночь на пролёт распевать в честь Мыши песни, сидя на покосившейся крыше Норы. Не страшась гнева этой большой рыжей женщины!

Мышь. Мышь. Мышь.

***

- Что это с ним? – спросила Гермиона, присаживаясь рядом. – Глотик, Глотик. Почему он застыл и смотрит в стену? – гневно вопросила она.

- Понятие не имею, - сказал Рон, пряча за спиной пучок валерьянки, которую ему дали Фрэд с Джорджом, чтобы «котик был поспокойней».

"Сказки, рассказанные перед сном профессором Зельеварения Северусом Снейпом"